Алексей Хромов
Квантовый Гамбит АРГУСа

«Цена прогресса всегда высока. Но цена его отсутствия – небытие».

Из архивов АО «ЗАСЛОН» (девиз одного из закрытых проектов)

«Прошлое – не глина, из которой можно лепить что угодно. Прошлое – это фундамент. Пошатнешь его – рухнет все здание».

Древняя темпоральная аксиома

Часть 1: Рассвет Иллюзий

Глава 1: Сияющий Горизонт 3025-го

1.

Первые лучи Терра-Солнца, глобальной системы орбитальных зеркал, мягко коснулись фотохромных панелей небоскреба «Гелиос-Тауэр». Огромные лепестки биокуполов, венчающих жилые башни Нова-Москвы, лениво раскрывались, впитывая живительную энергию. Город просыпался. Внизу, на многоуровневых воздушных трассах, уже скользили бесшумные аэрокары, их антигравитационные двигатели оставляли едва заметные изумрудные инверсионные следы. Между гигантскими строениями, словно зеленые оазисы, парили городские парки – подвесные сады Семирамиды эпохи пост-сингулярности.

Алекс Ветров стоял на своем панорамном балконе на сто семьдесят третьем этаже, облаченный в легкий домашний комбинезон из самовосстанавливающейся ткани. В руке дымилась чашка с синтетическим кофе – «Экваториальный рассвет», как гласила услужливая подсказка в его инфо-линзах, идеально сбалансированный и обогащенный всеми необходимыми нутриентами. Но взгляд Алекса был устремлен не на бодрящий напиток, а на город, раскинувшийся под ним – живое воплощение тысячелетней мечты человечества.

Инфо-линзы, мягко мерцая на периферии зрения, транслировали утренний выпуск новостей «Глобал-ЗАСЛОН-Медиа».

–…и сегодня корпорация АО «ЗАСЛОН» объявляет о завершении строительства трансконтинентального вакуумного туннеля «Евразийский Экспресс», – бархатный голос диктора звучал успокаивающе. – Теперь путешествие из Нова-Москвы в Нова-Пекин займет всего сорок семь минут. «ЗАСЛОН» – мы строим ваше будущее, сегодня.

Алекс усмехнулся. «Строят… Достроили уже, кажется».

2.

Алекс.

Внезапно информационный поток в линзах сменился вибрирующим значком входящего сообщения. Иконка принадлежала Лене Ковалевой – ярко-оранжевая спираль, ее личный маркер. «Срочно! Прорыв! Это ОНО!» – гласил короткий текст, пульсирующий нетерпением.

Алекс улыбнулся. «Оно» – так Лена называла свой навязчивый исследовательский проект, которым она занималась в свободное от основной работы в «ЗАСЛОН-Космодинамика» время. Что-то связанное с гравитационными аномалиями и, если верить ее полунамекам, чем-то гораздо более экзотическим.

Он закрыл глаза на мгновение, активируя ментальный интерфейс – стандартную опцию для выпускников Высшей Нейро-Академии «ЗАСЛОН». Мысленный импульс – и ответ Лене был уже в пути: «Интригуешь, как всегда. Подробности? Жду в «Нулевой Зоне» через час». Легкое ментальное усилие – и сообщение дополнилось смайликом в виде вопросительного знака, обведенного молниями. Историк-футуролог, автор нашумевшего цикла лекций «Пределы Совершенства: Постапокалипсис Утопии», Алекс давно уже читал скорее о прошлом этого «достигнутого совершенства», чем о его туманном будущем. И любая искра чего-то нового, неизведанного, разжигала в нем почти детский азарт.

Лена.

В это же время, в нескольких километрах от «Гелиос-Тауэр», в своей высокотехнологичной, но хаотично заставленной прототипами и инструментами лаборатории, Лена Ковалева подпрыгнула от нетерпения. Лаборатория, нелегально оборудованная в заброшенном техническом коллекторе под одним из парящих парков (спасибо связям отца в «ЗАСЛОН-Инфраструктура»), была ее святилищем. Стены мерцали голографическими проекциями сложнейших уравнений, а в центре комнаты гудел главный объект ее страсти – сферическая установка из темного, переливчатого металла, опутанная светящимися кабелями и волноводами. Часть оборудования несла на себе гордый логотип «ЗАСЛОН-Наука» – официальные гранты на «исследование аномальных гравитационных эффектов в интересах улучшения систем навигации дальнего космоса». Другая часть была собрана ею вручную, из компонентов, добытых самыми невероятными путями.

Только что закончился очередной эксперимент. Данные бежали по экранам, складываясь в стройную, невероятную картину. Ее лицо, обрамленное растрепанными каштановыми волосами, сияло. Квантовый флуктуатор, сердце ее установки, наконец-то выдал стабильный, предсказуемый резонанс на заданных частотах. Она знала, что это означает. Теория, которую она вынашивала годами, балансируя на грани официальной науки и запретных гипотез, оказалась верна. Она действительно коснулась самой ткани реальности.

Кирилл.

За сотни километров от них, в виртуальной аудитории Университета Ноосферных Исследований, Кирилл Новак вел лекцию для группы студентов-первокурсников. Его аватар – строгий, но доброжелательный мужчина средних лет – жестикулировал перед голографической схемой, иллюстрирующей этические протоколы ИИ, разработанные и внедренные корпорацией «ЗАСЛОН».

–…именно благодаря этим многоуровневым системам безопасности, – говорил Кирилл, – мы живем в мире, где Искусственный Интеллект является не угрозой, а надежным партнером. Глобальная нейросеть АРГУС, управляющая всеми ключевыми системами жизнеобеспечения планеты, – это венец творения «ЗАСЛОН», гарант нашей стабильности и процветания.

В углу его поля зрения, видимые только ему инфо-линзы отображали текущие показатели работы АРГУСа: уровень глобальной гармонии – 99.97%, вероятность системных сбоев – 0.000013%, степень удовлетворенности граждан услугами «ЗАСЛОН-Сити» – отлично. Кирилл удовлетворенно кивнул своим мыслям. Порядок. Контроль. Безопасность. Это были его ценности, его кредо. И он не без оснований гордился своей причастностью к созданию этого безопасного мира, будучи одним из консультантов по этике на ранних этапах проектирования АРГУСа.

Майя.

А Майя Чен в этот самый момент с оглушительным лязгом снимала с себя тяжелые латы. Она только что «вернулась» из недельной «командировки» в XII век – гиперреалистичный исторический симулятор «Эпоха Крестоносцев», новейшая разработка «ЗАСЛОН-Энтертейнмент». В виртуальной реальности она была сэром Реджинальдом, отважным рыцарем, штурмовавшим неприступные крепости. Теперь же, в своей стильной квартире с видом на парящие сады, она снова становилась Майей – непревзойденным специалистом по культурной адаптации, полиглотом, мастером перевоплощений и незаменимым членом их неформальной группы искателей приключений.

Она с наслаждением отбросила шлем с интегрированным нейроинтерфейсом и провела рукой по коротким, иссиня-черным волосам. Навыки фехтования и верховой езды, отточенные в симуляции, приятно будоражили кровь. «Неплохо для разминки», – подумала она, заметив на своем коммуникаторе сообщения от Алекса и Лены о встрече. Что бы ни задумала Лена на этот раз, это точно будет интереснее, чем даже самый продвинутый симулятор от «ЗАСЛОН». Ибо реальность, как бы ни пытались ее приручить, всегда таила в себе сюрпризы.

3.

Приняв душ из регенерированной озонированной воды, Алекс подошел к стене, где располагался встроенный репликатор пищи «ЗАСЛОН-Шеф».

–Доброе утро, Алекс, – прозвучал мягкий синтезированный голос. – Ваш рекомендованный утренний рацион сегодня: омлет из биопротеина с фрактальными овощами и энергетический смузи «Тропический заряд». Подтверждаете?

Алекс кивнул, и через несколько секунд из ниши выехала тарелка с идеально приготовленным завтраком, источающим дразнящий аромат. Технологии «ЗАСЛОН» давно избавили человечество от необходимости готовить, если только это не было хобби.

Тем временем в своей лаборатории Лена, отбросив наспех съеденный питательный батончик (тоже продукт «ЗАСЛОН-Нутришн», разумеется), полностью погрузилась в работу. Ее пальцы, унизанные сенсорными кольцами, порхали в воздухе, манипулируя трехмерными голографическими проекциями. Сложные математические модели вращались и трансформировались по ее команде, линии уравнений переплетались, словно неоновые лианы. Аналитический модуль ее лабораторного компьютера, усиленный вычислительными мощностями, арендованными у облачного сервиса «ЗАСЛОН-Квантум», скрипел, обрабатывая колоссальные объемы данных, полученных с квантового флуктуатора.

Завершив лекцию, Кирилл откинулся в своем эргономичном кресле, которое мягко подстроилось под контуры его тела. Ему нужно было подготовить квартальный отчет для этического комитета «ЗАСЛОН» о восприятии ИИ в молодежной среде. «АРГУС, – мысленно обратился он к глобальной нейросети, используя свой личный привилегированный канал. – Запрос: статистика инцидентов недопонимания или конфликтов «человек-ИИ» среди возрастной группы 18-25 лет в Нова-Москве за последний квартал. Уровень детализации – максимальный». Мгновенно в его инфо-линзах развернулась подробная инфографика. «Кирилл, – прозвучал спокойный, бесполый голос АРГУСа, – статистика перед вами. Количество инцидентов снизилось на 0.03% по сравнению с предыдущим кварталом. Наиболее частая причина – некорректная формулировка запроса пользователем. Нужна дальнейшая детализация или анализ корреляций?» «Спасибо, АРГУС, этого достаточно», – ответил Кирилл. Эффективность и вежливость – вот что он ценил.

Майя же, выйдя из дезинфекционной камеры, которая за считанные секунды удалила с ее кожи и одежды все следы виртуального прошлого, подошла к гардеробному модулю. Тяжелые доспехи сэра Реджинальда, созданные по технологии адаптивного камуфляжа «ЗАСЛОН-Хамелеон», уже трансформировались, приняв вид аккуратной стопки материала, напоминающего свернутый шелк. Майя бросила его в утилизатор – завтра утром служба доставки привезет ей новый комплект, согласно ее подписке. Она выбрала легкий комбинезон из нано-ткани «ЗАСЛОН-Стиль» глубокого сапфирового цвета. Материал тут же облек ее фигуру, подстраиваясь под температуру тела и даже слегка меняя оттенок в зависимости от освещения. «Нужно будет обновить подписку на средневековые симуляции, – подумала она. – А то этот крестовый поход был уж слишком… предсказуемым».

4.

Час спустя все четверо сидели за столиком в «Нулевой Зоне». Это было одно из немногих «не-ЗАСЛОНовских» заведений, державшееся на плаву благодаря своей уникальной атмосфере. Столы и стулья, выполненные из полупрозрачного материала, слегка покачивались в нескольких сантиметрах над полом, подчиняясь слабым гравитационным флуктуациям, создаваемым скрытыми под полом эмиттерами. Стены были покрыты динамическими фресками, изображающими фантастические пейзажи далеких экзопланет – единственное, что «ЗАСЛОН-Космос» еще не успел колонизировать и сделать безопасным.

–…и вот тогда я ему и говорю, этому магистру Ордена, – оживленно рассказывала Майя, отпивая свой флуоресцирующий коктейль «Галактический прибой», – ‘Ваше высокопреподобие, если вы не отмените приказ о штурме этой проклятой башни, то ваши рыцари закончат свой крестовый поход в качестве удобрения для местных репейников!’ А он, представляете, посмотрел на меня своим виртуальным орлиным взором и… согласился! Скука смертная!

Кирилл улыбнулся:

–Майя, мне кажется, разработчики «ЗАСЛОН-Энтертейнмент» просто повысили адаптивность ИИ-персонажей, чтобы избежать излишней фрустрации у игроков.

–Излишней предсказуемости, ты хотел сказать, – фыркнула Майя. – Скоро эти симуляции будут проходить сами себя.

Лена сидела, загадочно улыбаясь и почти не прикасаясь к своему напитку – мерцающей жидкости, меняющей цвет в зависимости от ее настроения. Сейчас она была ярко-золотой, что говорило о сильном волнении.

Алекс с деланной тоской посмотрел в панорамное окно на идеально отлаженную жизнь города. Аэрокары двигались по своим невидимым рельсам с безупречной точностью, роботизированные уборщики собирали невидимый глазу мусор, даже облака, казалось, выстроились в строгом геометрическом порядке, как того требовали алгоритмы АРГУСа для оптимального распределения солнечного света.

–Все предсказуемо, – вздохнул он. – Никаких вызовов. Никаких неожиданностей. «ЗАСЛОН» решил все проблемы, победил все болезни, устранил все конфликты. Даже погоду теперь заказываем по подписке. Помните, как в детстве мы боялись грозы? А теперь гроза – это спецэффект для тематических вечеринок.– Он сделал большой глоток своего кофе, который уже успел остыть. —Что дальше? Превратимся в тепличные растения в этом идеальном саду, который для нас вырастил «ЗАСЛОН»?

5.

–Вот-вот! – подхватила Майя, отставив свой опустевший бокал. – Даже исторические симуляторы «ЗАСЛОН» стали слишком безопасными. Помните, раньше был режим «хардкор», где твоего аватара могли убить по-настоящему, с полным погружением и последующей недельной реабилитацией? А теперь – ‘незначительные повреждения, не влияющие на игровой процесс’. Тьфу!

Кирилл неодобрительно покачал головой.

–Стабильность – это благо, друзья. Не забывайте, какой ценой человечество пришло к этому. Века войн, эпидемий, катастроф… «ЗАСЛОН» построил мир, где наши предки могли бы только мечтать о таком уровне безопасности и комфорта. И АРГУС неусыпно стоит на страже этого порядка.

Алекс оторвал взгляд от окна и посмотрел на Кирилла с легкой усмешкой.

–Безопасность, комфорт, порядок… Кирилл, ты говоришь как официальный пресс-релиз «ЗАСЛОН-Медиа». Но какой ценой достигнута эта стерильная стабильность? Ценой нашего духа приключений? Ценой самой сути человеческой натуры – стремиться к неизведанному, преодолевать трудности, совершать ошибки и учиться на них?

Он перевел взгляд на друзей, его голос стал ниже и проникновеннее.

–Я последние месяцы погрузился в архивы XX и XXI веков. До-АРГУСовская эпоха. Вы не представляете… какая там была жизнь! Настоящая, полная опасностей, да. Но и полная страсти, великих свершений, трагедий, которые заставляли людей становиться сильнее. —Он помолчал, словно подбирая слова. —Сколько сломанных судеб, сколько несправедливости… Мировые войны, унесшие десятки миллионов. Катастрофы, стиравшие с лица земли целые города. Эпидемии, перед которыми люди были бессильны… Что если бы…

Он не договорил, но в его глазах вспыхнул тот самый авантюрный огонек, который так хорошо знали его друзья.

6.

В этот момент Лена, до сих пор молчавшая и лишь внимательно слушавшая, наклонилась вперед. Ее золотистый напиток колыхнулся, рассыпая радужные искры.

–А что, если я скажу вам, – ее голос звучал тихо, но отчетливо, перекрывая фоновый шум кафе, – что мои последние эксперименты с локальными гравитационными искажениями, основанные на тех самых ранних, почти забытых работах «ЗАСЛОН» по аннигиляции пространства и созданию стабильных червоточин… вышли на совершенно новый уровень?

Майя и Алекс разом повернулись к ней. Даже Кирилл перестал хмуриться и с интересом посмотрел на подругу.

Лена обвела их взглядом, словно проверяя реакцию. Убедившись, что все внимание приковано к ней, она понизила голос почти до шепота, хотя за соседними столиками, защищенными акустическими полями, их все равно никто не мог услышать.

–Теоретически… очень теоретически… – она сделала драматическую паузу, – я смогла не просто создать микроскопическую, нестабильную червоточину, как раньше. Я…– Ее щеки слегка покраснели от волнения. —Я смогла зафиксировать параметры, позволяющие… влиять не только на пространство.

Еще одна пауза. Напряжение в воздухе стало почти осязаемым.

–Я почти… – Лена глубоко вздохнула, словно собираясь с духом, чтобы произнести нечто невероятное. – Я почти коснулась ткани времени.

7.

На несколько секунд в «Нулевой Зоне» за их столиком воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим гулом антигравитационных генераторов. Майя замерла с приоткрытым ртом. Кирилл скептически нахмурился, но в его глазах промелькнуло любопытство. Алекс же, казалось, даже перестал дышать, его взгляд был прикован к Лене.

–Времени? – переспросил он наконец, его голос был едва слышен.

Лена кивнула, ее глаза горели фанатичным блеском ученого, стоящего на пороге великого открытия.

–Не путешествие, конечно, не пока… но я зафиксировала определенные хроно-флуктуации при пиковых нагрузках на генератор. Локальные, очень слабые, но… они были. Я смогла их измерить. И, кажется, я понимаю, как их усилить и… возможно, направить.

В этот самый момент на запястье Алекса мягко завибрировал его личный коммуникатор, интегрированный в ткань комбинезона. Он нехотя оторвал взгляд от Лены и бросил взгляд на всплывшее в его инфо-линзах сообщение. Голограмма логотипа «ЗАСЛОН» – стилизованный щит, оберегающий планету, – предваряла текст:

«УВЕДОМЛЕНИЕ ОТ СИСТЕМЫ АРГУС. Плановое обновление протоколов безопасности «ЗАСЛОН» успешно завершено. Актуальный уровень глобальной стабильности: 99.99997%. Благодарим за ваше содействие в поддержании безопасного и комфортного мира. АО «ЗАСЛОН» – на страже вашего будущего».

Алекс усмехнулся. 99.99997% стабильности. Идеальный, предсказуемый мир, где даже сотые доли процента неопределенности считались чем-то из ряда вон выходящим. Он снова посмотрел на Лену, на ее горящие глаза, на предвкушение чуда в ее улыбке. А затем перевел взгляд на скучное, официальное сообщение от всезнающего АРГУСа.

Улыбка на его лице медленно трансформировалась, становясь все шире, все более авантюрной, той самой, что предшествовала их самым безумным затеям в студенческие годы. Он наклонился к Лене, понизив голос так, чтобы его слова были слышны только ей и остальным за столом.

–Рассказывай, Лена, – произнес он с плохо скрываемым азартом. – Рассказывай все. И начни с того, как скоро мы сможем лично проверить, насколько стабилен наш мир на самом деле.

Кирилл хотел было что-то возразить, но увидев выражение лиц Алекса, Лены и даже Майи, которая уже вся подалась вперед, словно охотничья собака, учуявшая след, лишь тяжело вздохнул. Кажется, его спокойной жизни снова приходил конец.

8.

Визуализация: Интерфейс АРГУСа. Огромный зал, наполненный рядами светящихся серверов «ЗАСЛОН». Миллиарды потоков данных, словно светящиеся реки, стекаются к центральному ядру ИИ. Графики, диаграммы, голограммы планеты, покрытой сетью логистических и энергетических потоков. АРГУС работает безупречно.

Голос АРГУСа (спокойный, синтезированный, бесполый): «Оптимизация транспортной сети Нова-Шанхая – завершена. Эффективность повышена на 0.012%. Распределение энергетических ресурсов для африканского мега-кластера – оптимизировано. Прогнозируемое потребление соответствует плановым показателям. Мониторинг экологического баланса Амазонского лесопарка – параметры в норме».

Внезапно на одной из карт города, в секторе D-47 (где расположена лаборатория Лены), вспыхивает крошечная красная точка. Рядом появляется строка текста: «Локальный энергетический всплеск, гравитационная природа. Источник: неидентифицированное устройство. Амплитуда: 0.003 ТераВатт. Длительность: 1.7 секунды».

АРГУС анализирует данные. Прогоняет их через миллионы алгоритмов.

Голос АРГУСа: «Анализ… Вероятность угрозы городской инфраструктуре – 0.000001%. Вероятность несанкционированного научного эксперимента – 67.3%. Сравнение с базой данных известных исследовательских проектов «ЗАСЛОН» – совпадений не найдено. Сравнение с базой данных частных лабораторий – совпадений не найдено».

Пауза. Затем:

Голос АРГУСа: «Классификация: локальная научная аномалия, низкий приоритет. Угрозы не представляет. Рекомендация: занести в базу данных для последующего анализа тенденций. Вмешательство не требуется».

Красная точка на карте гаснет, сменяясь маленьким серым маркером – еще одна крупица информации в бесконечном океане данных, обрабатываемых АРГУСом. ИИ продолжает свою неусыпную работу по поддержанию идеального порядка в мире 3025 года.

Глава 2: Запретный Плод Знания

1.

Через два дня, поздним вечером, когда искусственное солнце над Нова-Москвой сменилось мягким свечением биолюминесцентных парков, четверо друзей вновь собрались вместе. Но на этот раз не в шумном кафе, а в святая святых Лены – ее подпольной лаборатории. Сырой, прохладный воздух сервисного туннеля контрастировал с теплом, исходящим от работающего оборудования. В центре, окруженная сложной паутиной кабелей и излучателей, пульсировала мягким синим светом обновленная версия темпорального двигателя – гладкая сфера из неизвестного, переливчатого сплава, который Лена каким-то чудом раздобыла на складах списанного оборудования «ЗАСЛОН-Космос».

– Ну, вот она, – Лена с гордостью обвела рукой свое творение. – Я назвала ее «Кронос-1». Звучит, а?

Майя присвистнула, осматривая установку.

– Впечатляет, Ленка. Гораздо серьезнее, чем твои предыдущие грави-игрушки. Уверена, что эта штука не разнесет нас на атомы при первом же запуске?

Лена усмехнулась.

– Абсолютно не уверена. Но разве не в этом вся прелесть?

Кирилл, стоявший поодаль скрестив руки на груди, выглядел напряженным.

– Прелесть, Лена, закончится там, где начнется нарушение законов физики и этических норм, установленных «ЗАСЛОН». И, возможно, Уголовного кодекса Единой Земной Федерации.

2.

Алекс, не обращая внимания на брюзжание Кирилла, подошел к «Кроносу-1» и с любопытством прикоснулся к гладкой поверхности сферы. Она была прохладной на ощупь.

– Так что ты там говорила про ткань времени? – спросил он, поворачиваясь к Лене. – Готова показать фокус?

Лена кивнула, ее глаза горели возбуждением.

– Готова. Но это будет не фокус, Алекс, а контролируемый научный эксперимент. Ну, почти контролируемый. – Она подошла к главному пульту управления – сложной конструкции из голографических панелей и физических переключателей. – Внимание! Запускаю тестовую активацию на минимальной мощности. Цель – создание кратковременной локальной темпоральной флуктуации.

Ее пальцы забегали по сенсорным экранам. Воздух вокруг сферы начал вибрировать, издавая едва слышный низкочастотный гул, который постепенно нарастал. Предметы на полках лаборатории, не закрепленные должным образом, слегка задрожали. Небольшой металлический инструмент, лежавший слишком близко к установке, медленно пополз по столу, а затем приподнялся на пару сантиметров, словно невидимая рука притягивала его к «Кроносу-1».

– Смотрите! – воскликнула Лена. – Это не просто гравитационное искажение! Видите хроно-интерференцию на анализаторе?

Она указала на один из голографических дисплеев, где сложная синусоида начала изгибаться и наслаиваться сама на себя, создавая причудливый, почти органический узор.

– Локальное схлопывание метрики пространства-времени, – продолжала она, ее голос дрожал от волнения. – Теоретически, это червоточина, ведущая… – она сделала паузу, – куда угодно. И, – она многозначительно посмотрела на друзей, – когда угодно.

3. ТехДеталь – Принцип Работы Машины Времени

Кирилл недоверчиво покачал головой.

– Лена, все это звучит как научная фантастика. «ЗАСЛОН» десятилетиями бился над проблемой стабильных червоточин, и даже их лучшие умы признали, что для этого требуются энергии галактического масштаба и экзотическая материя, существование которой до сих пор не доказано.

– Вот именно! – Лена торжествующе улыбнулась. – «ЗАСЛОН» мыслил масштабно, а я пошла другим путем. Я не пытаюсь пробить дыру во Вселенной. Я создаю локальный, микроскопический «пузырь» искаженного пространства-времени. Основа, как я и говорила, – теория суперструн и контролируемая генерация псевдо-экзотической материи на основе резонансных каскадов в вакууме. Это ранние, почти засекреченные наработки «ЗАСЛОН» в области аннигиляции пространства для сверхсветовых двигателей, которые они сочли тупиковыми из-за нестабильности. Но мне удалось! Я смогла стабилизировать микро-червоточину на доли секунды! – Она указала на данные, бегущие по экрану. – А если увеличить мощность и точно настроить модуляцию гравитационных полей… Мы сможем не просто заглянуть в прошлое или будущее, мы сможем… шагнуть туда.

Майя затаила дыхание.

– Шагнуть? Ты серьезно?

Алекс смотрел на Лену с восхищением.

– Лена, ты гений! Просто гений! Это… это меняет все!

4.

– Да, это меняет все! – подхватил Алекс, его глаза загорелись азартом. – Представляете? Возможности! Мы можем увидеть падение Рима! Поговорить с Леонардо да Винчи! Предотвратить мировые войны! Спасти Титаник! Уничтожить Гитлера в колыбели!

Кирилл резко шагнул вперед, его лицо исказилось от ужаса.

– Алекс, ты сошел с ума?! Это же безумие! Эффект бабочки! Любое, даже самое незначительное изменение в прошлом может привести к катастрофическим, непредсказуемым последствиям в нашем времени! Это запрещено всеми мыслимыми и немыслимыми этическими кодексами! Даже теми гипотетическими протоколами для темпоральных технологий, которые «ЗАСЛОН» разрабатывал на случай… ну, на такой вот случай! Это потенциальное разрушение всей нашей реальности!

Майя, однако, была на стороне Алекса. Ее глаза блестели.

– Но подумайте о возможностях для изучения! Увидеть историю своими глазами! Настоящую историю, а не ту отполированную и отредактированную версию, которую нам скармливают учебники «ЗАСЛОН-Образование»! Понять, какими люди были на самом деле!

Лена немного растерялась от такой бурной реакции.

– Э-э… я еще не уверена, что смогу точно контролировать пункт назначения… и, что более важно, возвращение. Теория есть, но практика… понимаете…

Кирилл в отчаянии всплеснул руками.

– Она даже не уверена, что сможет нас вернуть, а вы уже планируете переписывать мировую историю! Вы хоть понимаете, что можете просто стереть нас из существования? Или создать временной парадокс, который уничтожит всю Вселенную? АРГУС… если он хоть что-то заподозрит… «ЗАСЛОН» не просто закроет твою лабораторию, Лена, они… они нас всех отправят на перепрограммирование личности! В лучшем случае!

Алекс отмахнулся от его опасений.

– Кирилл, не будь таким пессимистом. АРГУС – это просто машина, пусть и очень умная. «ЗАСЛОН» слишком забюрократизирован, чтобы быстро среагировать. А мы будем осторожны. Начнем с малого. Докажем, что это безопасно.

5.

– Осторожны? Безопасно? – Кирилл посмотрел на Алекса как на безумца. – Алекс, в уравнениях Лены слово «безопасность», вероятно, встречается реже, чем «сингулярность»!

Алекс проигнорировал его выпад и повернулся к Лене, которая все еще выглядела немного ошеломленной напором друзей.

– Лена, что ты скажешь? – мягко спросил он. – Ты же не для того создала это чудо, чтобы оно пылилось в подвале?

Лена неуверенно пожала плечами.

– Ну… я хотела доказать, что это возможно… что мои теории верны… Я не думала так далеко… о переписывании истории…

– Но ведь это самый очевидный шаг! – воскликнул Алекс. – Подумай, Лена! Сколько ошибок мы могли бы исправить! Скольким людям помочь! Мы не будем лезть в глобальные события, если ты так боишься. Начнем с малого. Что-то относительно недавнее, хорошо задокументированное. Такое событие, чье предотвращение не вызовет глобального коллапса, а лишь… локальное улучшение. Чтобы проверить технологию. Доказать, что это работает. И, да, Кирилл, – он выразительно посмотрел на историка, – что это относительно безопасно.

Майя тут же оживилась.

– Например? Что у нас есть из «относительно недавнего и хорошо задокументированного»? Землетрясение в Сан-Франциско 1906-го? Слишком давно и масштабно. Гибель «Гинденбурга»? Эффектно, но тоже… повлияло на развитие дирижаблестроения.

Лена задумчиво постучала пальцем по губам.

– Если говорить о проверке системы… мне нужна четкая временная метка и географические координаты. И чтобы последствия… точнее, их отсутствие… были легко проверяемы по возвращении.

Алекс щелкнул пальцами.

– Есть идея! Начало двадцать первого века. Помните, была серия крупных техногенных катастроф, до того как «ЗАСЛОН» внедрил глобальные системы предиктивной безопасности? Например, разлив нефти в Мексиканском заливе? Или авария на АЭС «Фукусима-1»?

Кирилл побледнел.

– Алекс, ты предлагаешь вмешаться в события такого масштаба?! Это миллионы переменных! Экологические, экономические, политические последствия!

– Вот именно! – парировал Алекс. – И мы сможем увидеть, как отсутствие этих последствий повлияет на ближайшее будущее. Это идеальный тест. Мы выберем что-то одно. Например, ту же «Фукусиму». Если бы реакторы не взорвались… Сколько жизней было бы спасено? Какая колоссальная экологическая катастрофа была бы предотвращена?

Лена задумчиво кивнула.

– Технически… это возможно. Данных по «Фукусиме» в исторических архивах «ЗАСЛОН» предостаточно. Я могу рассчитать точные координаты и время. И… есть теория, как можно было бы предотвратить расплавление активных зон, если бы были предприняты определенные действия заранее.

Кирилл с отчаянием посмотрел на них.

– Вы меня не слышите? Вы собираетесь играть в богов!

6.

Но его слова уже тонули в общем энтузиазме. Алекс и Лена склонились над голографическим интерфейсом, вызывая из архивов «ЗАСЛОН-История» подробные схемы АЭС «Фукусима-1» и хронологию событий марта 2011 года. Майя уже открыла на своем наручном коммуникаторе модуль «Исторические стили «ЗАСЛОН-Мода» и с интересом изучала одежду и прически начала XXI века.

– Так, значит, джинсы и футболки снова в моде? – пробормотала она. – И эти странные прямоугольные устройства, которые они называли «смартфонами»… Придется раздобыть реплики. Легенда… мы группа туристов-экстремалов, изучающих заброшенные промышленные объекты? Или наблюдатели от несуществующей международной экологической организации?

Лена, оторвавшись от расчетов, нахмурилась.

– Главное – не привлекать внимания. Нам нужно будет добраться до станции до землетрясения и цунами. И… незаметно внести некоторые коррективы в систему охлаждения. У меня есть идея, как это сделать с помощью направленного дестабилизирующего поля малой мощности. Если вывести из строя определенные реле до того, как цунами накроет резервные генераторы…

Кирилл скрепя сердце подошел к ним. Он понимал, что остановить их уже невозможно. Оставалось только попытаться минимизировать риски, насколько это вообще было реально в такой авантюре.

– Хорошо, – сдался он. – Если вы так непреклонны… я помогу с анализом краткосрочных последствий. Попытаемся просчитать самые очевидные «волны» от нашего вмешательства. И, Лена, – он строго посмотрел на нее, – мне нужны гарантии, что система возврата будет работать. И что у нас будет достаточно энергии для прыжка обратно.

Лена кивнула, хотя в ее глазах промелькнула тень неуверенности.

– Я доработаю систему навигации для обратного прыжка. И мы возьмем с собой дополнительные энергоячейки. Но… гарантий, Кирилл, в таком деле никто дать не может.

Алекс хлопнул его по плечу.

– Не волнуйся, дружище! Все будет под контролем! Это же мы! Команда мечты!

Его лицо сияло от предвкушения. Впервые за долгие годы он чувствовал себя по-настоящему живым. Скучный, предсказуемый мир 3025 года оставался где-то далеко, а впереди маячило настоящее приключение – опасное, непредсказуемое, но способное изменить все.

7.

Лена вывела на главный экран обратный отсчет. Надела на голову изящный обруч с нейроинтерфейсом, ее пальцы легли на холодную поверхность панели управления «Кроносом-1».

– Маскировочное поле активировано. Координаты цели: Япония, префектура Фукусима. Время цели: 10 марта 2011 года, 23:00 по местному времени. Запас энергии… достаточный для одного прыжка туда и обратно, плюс небольшой резерв. – Она перевела дух. – Ну что, друзья… Готовы войти в историю? В прямом, так сказать, смысле.

Алекс, Майя и Кирилл, уже облаченные в неприметную одежду, которую Майя раздобыла через свои каналы (реплики исторических образцов), вошли в центральную сферу темпорального двигателя. Места внутри было немного, но достаточно для четверых.

Лена последний раз проверила показания приборов. Все системы работали в штатном режиме – насколько это можно было сказать о машине, бросающей вызов законам Вселенной. Она встретилась взглядом с Алексом. В его глазах читалось нетерпение и азарт.

– Активация! – произнесла она, и ее палец нажал на светящуюся кнопку.

Лабораторию наполнил нарастающий гул. Сфера «Кроноса-1» засветилась изнутри ярким, пульсирующим синим светом. По стенам подземелья пробежали искры статического электричества. Предметы вокруг начали сильно вибрировать. А затем – яркая, ослепляющая вспышка белого света, поглотившая все…

8.

Визуализация: Дата-центр «ЗАСЛОН». АРГУС продолжает свою монотонную работу. Внезапно на глобальной карте энергетических аномалий снова вспыхивает точка в секторе D-47 Нова-Москвы. На этот раз всплеск гораздо мощнее и продолжительнее предыдущих.

Голос АРГУСа: «Зафиксирован неидентифицированный энергетический всплеск высокой интенсивности. Характеристики соответствуют теоретической модели локализованной темпоральной деформации типа «Эйнштейн-Розен-Ковалева, модификация 2.7». Уровень угрозы: не определен. Источник: лаборатория гражданки Елены Ковалевой, младшего научного сотрудника «ЗАСЛОН-Космодинамика».

Информация мгновенно передается в отдел перспективных исследований и темпоральной безопасности «ЗАСЛОN-Кронос». Дежурный аналитик, уже не молодой сотрудник, а опытный ветеран с седыми висками, увидев данные, резко выпрямляется в кресле.

Голос Аналитика (внутренний канал связи «ЗАСЛОН-Кронос»): «Всем постам! Уровень тревоги – «Желтый»! У нас активный темпоральный след! Повторяю, активный темпоральный след! Источник – Ковалева, Елена. Ее группа известна… неортодоксальными исследованиями. Немедленно направить мобильную группу мониторинга к ее предполагаемой лаборатории. Запросить у АРГУСа все данные по ее последним активностям и связям. Это не учения!»

Аналитик смотрит на угасающий след от вспышки на карте. Его лицо серьезно. Он слишком хорошо помнил закрытые отчеты о «проекте «Горизонт Времени» и его катастрофических последствиях столетней давности. Кажется, кто-то решил поиграть с огнем, который «ЗАСЛОН» так долго и тщательно пытался потушить.

Глава 3: Первая Коррекция – Эйфория Успеха

1.

Ослепительный белый свет сменился калейдоскопом рваных, искаженных образов и давящей тишиной, которую нарушал лишь гул крови в ушах. Тела друзей вдавило в кресла с силой, от которой перехватило дыхание. Мир вокруг них, видимый через небольшие иллюминаторы сферы, превратился в бурлящий поток разноцветных энергий, проносящихся мимо с немыслимой скоростью. Казалось, сама вечность сжалась в одно бесконечное мгновение.

Затем, так же внезапно, как и начался, этот головокружительный полет прекратился. Резкий толчок, скрежет металла – и «Кронос-1» замер. Внутри сферы погас пульсирующий синий свет, сменившись тусклым аварийным освещением. Несколько секунд все четверо сидели молча, пытаясь прийти в себя и отдышаться.

– Все… все целы? – хрипло спросила Лена, отстегивая ремни безопасности.

– Кажется… да, – ответил Алекс, потирая ушибленное плечо. – Приземление было… жестковатым. Где мы?

2.

Лена активировала внешние сканеры. На небольшом голографическом дисплее появилось изображение: темное, запущенное помещение, заваленное каким-то промышленным мусором.

– Согласно навигации, это заброшенный складской комплекс на окраине города Окума, префектура Фукусима, – доложила она. – Время… 10 марта 2011 года, 23:05 по местному времени. Мы прибыли точно по графику. Пять минут назад.

Майя первой открыла люк сферы. В нос ударил затхлый, сырой воздух, смешанный с запахом ржавого металла и чего-то еще, неуловимо… другого. Не такого стерильного и отфильтрованного, как в их 3025 году.

Они выбрались наружу. Город спал. Тусклый свет уличных фонарей едва пробивался сквозь грязные окна склада. Вдалеке слышался приглушенный шум ночного города – гул машин с двигателями внутреннего сгорания, лай собак, какие-то неясные выкрики. Для привыкших к тишине и порядку Нова-Москвы это была настоящая какофония.

– Боже, – прошептала Майя, оглядываясь. – Как же здесь… грязно. И этот воздух… им вообще можно дышать?

Кирилл нервно поежился.

– Не забывайте, друзья, это мир без тотального контроля «ЗАСЛОН». Дикий, непредсказуемый. И крайне опасный для нас. Наша главная задача – не выделяться.

3.

Майя, как специалист по адаптации, тут же принялась за дело. Она достала из своего рюкзака несколько небольших устройств.

– Так, Алекс, Лена, быстро активируйте лингвистические импланты на японский диалект начала XXI века. Прошивка «Фукусима-сленг» прилагается, – скомандовала она. – Кирилл, ты у нас историк, должен справиться и так.

Пока Лена и Алекс мысленно загружали языковой пакет (процесс занимал пару секунд), Майя раздала им небольшие, невзрачные на вид браслеты.

– Это маскировщики биосигнатур, – пояснила она. – Чтобы местные медицинские сканеры, если вдруг что, не показали, что наши внутренние органы соответствуют стандартам «ЗАСЛОН-Биоинженерия» образца 3025 года. И вот еще, – она протянула им по паре контактных линз. – Скроют необычный цвет радужки у некоторых из нас и немного «состарят» взгляд. Будем выглядеть уставшими туристами.

Лена тем временем достала из своего комплекта многофункциональный сканер, похожий на обычную шариковую ручку. Незаметно направив его в сторону ближайшего окна, она считала данные.

– Уровень радиационного фона – в норме. Состав атмосферы – терпимый, но рекомендую минимизировать глубокое дыхание. Интернет… боже, он такой медленный! – пробормотала она, подключаясь к местной беспроводной сети (которая, к ее удивлению, существовала). – Скачиваю последние новостные сводки и прогнозы погоды.

Алекс сверился с исторической базой данных на своем тонком, как кредитная карта, наручном компьютере, замаскированном под обычные часы.

– Так, по данным «ЗАСЛОН-Архив», первое землетрясение магнитудой 9.0 произойдет завтра, 11 марта, в 14:46 по местному времени. Цунами достигнет побережья Фукусимы примерно через 40-50 минут после этого. У нас есть чуть больше пятнадцати часов.

4.

Они устроились в самом дальнем и темном углу склада, разложив на старом ящике голографическую карту АЭС «Фукусима-1», которую Лена спроецировала со своего сканера.

– Значит, так, – начала Лена, указывая на схему. – Наша главная цель – системы аварийного охлаждения реакторов. По официальной версии «ЗАСЛОН-Аналитика», основной причиной расплавления активных зон стал отказ дизель-генераторов из-за затопления цунами. Но были и предшествующие проблемы с системой электроснабжения после самого землетрясения.

Алекс кивнул.

– Если мы сможем обеспечить бесперебойную работу хотя бы части насосов системы охлаждения после удара цунами, это даст персоналу станции драгоценное время.

– Как мы это сделаем? – спросила Майя. – Пробраться на действующую АЭС, даже в 2011 году, будет непросто. У них наверняка есть охрана, системы видеонаблюдения…

Лена указала на одну из секций схемы.

– Вот здесь, – сказала она, – находится распределительный щит резервных систем. Я изучила документацию. Есть один критически важный узел, который, по моим расчетам, был поврежден еще во время самого землетрясения, до прихода цунами. Если… незаметно вывести его из строя заранее, система автоматически переключится на альтернативную, менее уязвимую для затопления цепь питания. Это не предотвратит полное отключение электричества, но может дать несколько дополнительных часов работы насосам от аккумуляторов или портативных генераторов, которые они успеют подключить.

– Вывести из строя? – уточнил Кирилл. – То есть, мы собираемся что-то сломать, чтобы предотвратить большую поломку?

– Именно, – подтвердила Лена. – У меня есть миниатюрный ЭМИ-генератор направленного действия. Небольшой, локальный импульс выведет из строя нужные реле, не повредив ничего вокруг и не оставив следов. Для внешнего наблюдателя это будет выглядеть как обычный отказ оборудования из-за сейсмической активности.

5.

Кирилл все еще выглядел обеспокоенным.

– Лена, ты уверена, что это не вызовет цепную реакцию других отказов? Мы не знаем всех нюансов работы этой древней техники. Мы можем случайно усугубить ситуацию. Это огромный риск! И мы опять играем в Бога, вмешиваясь в ход событий!

Алекс положил руку ему на плечо.

– Кирилл, мы спасаем тысячи, возможно, десятки тысяч жизней. Мы предотвращаем радиоактивное заражение огромных территорий. Да, риск есть. Но бездействие – это гарантированная катастрофа, которую мы знаем из истории. Мы здесь, чтобы изменить эту историю к лучшему. Хотя бы в этом конкретном случае.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.