Велия Гардер
Я найду тебя после смерти

Глава 1

Окрестность вдалеке окутана тёмным туманом. Недавно здесь проходило сражение, и последствия его до сих пор сказываются на местности. Война свалилась на нашу голову так же неожиданно, как снег коснулся, насыщенной зелёным цветом, травы летом 1345 года. Тогда оказалось, что молодой алхимик переборщил с зельем и его пары превратились в облака, которые в последствии рассеялись на несколько городов. Его наказали пятью годами заключения. Наши темницы наполнены всевозможными книгами, в том числе и алхимическими, так что он набрался знаний и смог-таки создать то, что хотел – зелье, позволяющее продуктам дольше оставаться свежими.

Какими же далёкими и беззаботными теперь кажутся эти времена. Церковь святого Пелора объявила о пропаже нескольких сильных магов. Позже их нашли в землях королевства Фескора. С ними наше королевство Грейд и ведёт войну. Войну с тёмным народом.

Только в этом королевстве нет стихийной магии, они используют тьму. Именно она распространяется сейчас по лесам вокруг моей деревни Сандроу. Остатки жестокой бойни. У королевства Фескора с начала своего существования натянутые отношения со своими соседями. Не удивительно, ведь люди боятся тьмы. Боятся силы Неррула. Демона, что сражался в начале времён с Пелором, и в итоге был им заточён в тёмные земли. По легенде, эта земля именно та, с которой мы сейчас воюем. Наша церковь давно этого хотела, но короли всегда были непреклонны и хотели сохранить мир. Но похищение стало последней каплей.

Из Сандроу каждый день уезжают люди. В любой момент сражение может пойти между нашими домами. Остаются лишь старики, которые не могут уехать по состоянию здоровья. А я не могу им помочь. Я хотела овладеть лечебной магией, помогать своей деревне, но я выросла и стала обычной травницей. Я не смогла сдать экзамен, ведь во мне нет магического потенциала. Мечты рухнули в одночасье. Но я останусь здесь до конца и буду помогать до последнего. Пусть это и будет стоить мне жизни.

– Роза!

Я обернулась на родной голос. Дэйн облачён в доспехи. От этого вида сердце сжалось. Простой кузнец, который куёт оружие сам за него взялся. Скоро он должен будет присоединиться к армии, расположенной неподалёку. Он бежит ко мне, будто доспех ничего не весит. Русые волосы его развеваются на ветру. Я так хочу взглянуть в его добрые глаза. Такие же янтарные, как мои.

– Роза, я везде тебя ищу, а ты опять на поляне мечтам предалась.

– Извини, что заставила побегать. – Я неловко протянула свою руку. Он сжал мои пальцы и посмотрел на кольцо, которое сам сделал

– Когда всё закончится, поедем в столицу и там поженимся. – чуть тихо произнёс Дэйн.

– До Астралоса несколько дней пути. Ты уверен, что оно того стоит?

– Свадьба происходит один раз в жизни, неужели ты не хочешь отметить этот день по-особенному?

– Мне достаточно того, чтобы ты был рядом.

Я притянула его к себе и нежно коснулась своими губами его губ. Дэйн обнял меня за талию и сжал так крепко, будто мы видимся в последний раз. Почему-то у меня давно было это ощущение.

– Когда ты уходишь?

– Завтра на рассвете. – Ответил он, не разжимая объятий.

– Войска далеко?

– К сожалению, не очень. Очень большая вероятность, что деревня попадёт под удар. – Он опустил голову, а потом резко положил руку на мои чёрные волосы. В глазах его читается страх. – Уезжай, прошу тебя. У Сандроу больше нет будущего. Его сотрут с карты и уже скоро.

Его начинает трясти и меня тоже. Слёзы подступают к глазам, и я понимаю, что не смогу их сдержать.

– Ты же знаешь, что я не могу. – Почти шёпотом произнесла я.

У нас уже много раз проходил этот разговор. Как только Дэйн не уговаривал меня, но я непреклонна. Деревня маленькая, так что все друг друга знают и каждый житель – мой член семьи. А семью я не брошу.

Мы ещё долго стояли на поляне. Казалось, Дэйн находится не здесь. Я много раз видела это лицо. Он снова взвалил на себя ношу, и решает, как с ней поступить. Я молчу и даю его мыслям идти своим чередом. Мне нравится находится с ним рядом, даже если мы молчим. Главное чувствовать его руку в своей.

Не хочу двигаться. Не хочу закрывать глаза. Ведь, если я это сделаю…

***

С вечера на другом конце поляны слышны звуки борьбы. Сталь бьётся о сталь, маги выкрикивают заклинания. Вспышки молнии, плеск воды, запах гари от огня и запах… очень странный. Запах тёмной магии трудно описать. Будто мокрая земля, горный воздух и что-то ещё. Этот запах чарует. Может основатель Фескора тоже это почувствовал, пленился этой силой и решил, что эта земля будет лучшим местом для жителей? История этого королевства мало известна. Да и соседи не спешат даже знакомиться с представителями знати.

Но это всё не важно. Ничего уже не важно. Войска смещаются, и они идут прямо на нас. Хотя нет. «Нас» уже нет. Последние жители ушли на рассвете. Никто не хочет умирать посреди бойни. Я помогла старикам, которым трудно двигаться, оседлать оставшихся лошадей. Они звали меня с собой, говорили какая я молодая и глупая. Но я останусь. Сейчас на поле боя мой жених. Я не оставлю его. Я не проживу без него. Пусть я умру, но останусь верной до конца. Да, я идиотка, но мне не будет места в большом городе. Я ничего не умею.

Буду лишь смотреть. Какая красивая магия. Я всегда мечтала ощутить покалывание на своих пальцах. Какую бы стихию я выбрала? Они все по-своему прекрасны, но можно пользоваться максимум двумя. И то, они должны сочетаться. Запах борьбы становится всё ярче, а воины всё ближе. Страх, наконец, одолевает меня, и я прячусь в самой дальней хижине. Никто не запер дверь. Как на зло, подвала здесь не оказалось. Я прижалась к бревенчатой стене, скатилась на пол, прижала ноги к груди и стала ждать. Я всё-таки ужасно глупая. Животный страх проснулся, и он кричит во всём моём теле, что нужно бежать. Но лошадей нет, а в лесу я не выживу. Встречу свою смерть, молясь Пелору, чтобы Дэйн был со мной. Хочу последние минуты провести с единственным. Только бы можно было встретить его в следующей жизни…

Снова стали слышны крики. Прозвучал громогласный удар совсем неподалёку. На стене стали плясать огни, проникающие через окно. Воздух заряжен магией. Я уже не понимаю, что громче: металл или моё сердце. Я закрыла уши и начала перекатываться из стороны в сторону. Я думала, что смирилась со скорой смертью, но к ней нельзя быть готовой. Я хочу жить. Я хочу жить! Я хочу, чтобы это всё закончилось!

Когда очередная слеза скатилась по моей щеке холодной каплей, дверь на входе резко отворилась. Я нахожусь в дальней комнате и не знаю, кто вошёл. Кто-то ранен, человек слишком сильно кряхтит от боли. Я могу перевязать раны, но если это враг? В любом случае, я уже не могу оставаться в стороне. Я аккуратно встала и только сейчас заметила, какие скрипучие доски.

– Кто здесь?

От хриплого голоса я вздрогнула. Открыв дверь, я не поверила тому, что увидела. Дэйн лежит на деревянной скамейке, доспехи помяты и в некоторых местах отколоты. Кровь каплями стекает на пол. Заметив меня, он подскочил, но тут же скорчился от боли.

– Я же просил тебя уходить, Роза. Никого в деревне не осталось. Солдаты уже здесь, и мы оба погибнем!

– Уж лучше я погибну вместе с тобой, чем буду жить без тебя.

Ему трудно говорить от боли, а мне от слёз. Мучение видеть любимого в таком состоянии. Я взяла его за руку и начала гладить по голове. Он зашевелился.

– Тшш, не двигайся, кровь ещё больше пойдёт.

– Нам нужно кое-что сделать.

– О чём ты?

Звуки борьбы становятся всё громче. На мечах дерутся совсем рядом. Дэйн достал прозрачный флакон с прозрачной жидкостью. К крышке привязана тонкая верёвка.

– Роза, – Дэйн смотрит мне прямо в глаза. Никогда я не видела в них столько решимости. – я получил этот эликсир у лесной ведьмы…

– Ты безумец!

Лесная ведьма…  В опушку леса, где она живёт никто и ноги не ступает. Её колдовство выходит за любые рамки. Она не использует чистую магию. Всегда нужна плоть. И чем сильнее заклятие, тем выше цена. Такая магия запрещена уже несколько десятков лет. Что же у моего любимого в руке и какую цену он заплатил?

–Послушай, прошу тебя. – продолжил он, откашлявшись кровью, – благодаря этому, мы сможем после смерти встретиться. Зелье сделает всё возможное, чтобы наши пути в новой жизни пересеклись. И когда мы встретимся, то вспомним всё. Вспомним кем мы были.

Я не знаю, что ответить. Продолжаю смотреть на него с раскрытым ртом, слушая, как кто-то за стенами умирает. Встретиться после смерти… Пережить новую жизнь и помнить прошлую. Звучит невероятно и страшно одновременно. Всё-таки это заклятие лесной ведьмы, кто знает, что скрывается в тени этой магии.

– Нужно добавить во флакон нашу кровь и выпить по очереди. Ты согласна?

– Я уже давно дала согласие. – Без колебания ответила я. Выбора всё равно нет.

Дэйн с усилием улыбнулся. Он открыл деревянную крышку и добавил кровь, стекающую с его доспеха. Жидкость окрасилась в фиолетовый.

На улице слышен подозрительный переполох. Сердце снова закололо в груди.

–Края доспеха острые. – Он взял мою руку и протянул к лату на животе. Страшно. Резкая боль прошлась по всей руке, я вскрикнула. Крики снаружи стали громче, воздух стал вибрировать. После добавления моей крови, цвет во флаконе сменился на чёрный.

– Я всё меньше хочу это пить.

– У нас мало времени, Роз.

– Мало времени? – Я чувствую, как в моей душе начинается гроза.

– Они готовят заклинание, которое всё здесь разнесёт. Мы не выживем. – после этих слов, Дэйн отпил свою половину. По его лицу не поймёшь больно ему или противно. – Давай, твоя очередь.

Я неохотно беру бутылочку и, зажмурив глаза, выпиваю остатки. Гадость. Я ничего не чувствую, но, надеюсь, что оно сработает.

–Я люблю тебя, Роза.

–Я люблю тебя, Дайн.

Пространство ослепила вспышка света. А после мир померк.

Глава 2

Всего лишь полдень, а я забегалась, как ишак, к которому привязали мотыгу. Пелор, прошло столько лет, росла ведь в приличной семье, но почему до сих пор в моей голове такие сравнения? Сколько насмешек я успела услышать, когда случайно говорила это вслух. А сколько ремня получала… Одному мальчишке даже досталось из-за меня. Думали, что это он меня научил. Как же ж. Я бегу по коридору со стопкой магических книг, которые мне дала мадам Шекли. Нужно отчитаться о каждой прочитанной и чем быстрее, тем больше баллов наберу для экзамена. О, Пелор, я не верю, что скоро закончу школу магии Эльдроу. В прошлой жизни мне в самом прекрасном сне не могло такое присниться. Я ощущаю магию каждой частицей своего тела и каждый раз считаю это за благословением. В отличие от тех остальных, кто здесь учится. Для них магия – это норма жизни, принимают её, как должное. Я часто ловлю на себе презрительные взгляды. Слишком уж ответственно отношусь к обучению. Изучаю всё, что только можно, так что за пять лет друзьями так и не обзавелась. Но это неважно. У меня есть цель, и я буду следовать ей, не отвлекаясь ни на что.

Плутая по коридорам, я часто рассматриваю стены. Белый узорчатый орнамент на насыщенном зелёном фоне и тонкие белые колонны между дверьми. Мне всегда нравилось это сочетание. Эльдроу сам по себе и снаружи и внутри выглядит величественно. Когда пять лет назад я вспомнила прошлую жизнь, то мир передо мной открылся с новой стороны. Я начала больше ценить то, что у меня есть.

У меня резко возникло желание прикоснуться к стене. Краска выглядит, как бархат, невозможно устоять. Только моя рука потянулась, как я врезалась плечом в кого-то. От неожиданности я выронила две книги. Первым делом я принялась их поднимать и по злобному смеху поняла, кто это. Тогда не удивительно почему удар получился настолько сильным.

– Эзегриль, опять о принце думаешь?

Как же не узнать истинных аристократок этой школы (по их мнению, конечно). Валери Уайт, Ирма Олдридж, Маргарет Остин – они из тех, кто верит, что магия не должна доставаться тем, кто ниже статусом. Вот только в правилах школы ясно указано, что принимают здесь любого, у кого есть магический потанцевал, вне зависимости от происхождения. Но их главной ошибкой было собирать в одном классе элиту и простолюдинов. Скольких невинных избили и сколько ещё покалечат только за своё существование. Я пыталась первое время быть справедливой и помогать, пока сама не стала изгоем. Даже факт того, что я дочь чиновника не спасало. Оно того не стоило совершенно. Я просто хочу спокойно закончить обучение и ворваться в новый, ещё не полностью исследованный мир.

–Валери, тебе бы зелье памяти выпить, каждый раз забываешь, как меня зовут. – Выпрямившись, парировала я.

–Как ты смеешь так с нами разговаривать?

–Лилия, – Растянула я своё имя, выставив вперёд палец. – Как цветок. Это же так просто.

Я одариваю их уверенной улыбкой, хотя давно хочется плюнуть каждой в лицо. Они смотрят на меня своим ядовитым взглядом. Каждый раз. Я привыкла. Они всё равно не смогут мне ничего сделать, потешатся и уйдут.

–Грязная шабошная ведьма. Пошли девочки.

Ирма первая пошла вперёд, а за ней остальные. Маргарет каждый раз провожает меня насмехающимся взглядом.

Эзегриль… Это прозвище со мной с первого дня. В некоторых провинциях ходят легенды о ведьме яркого пламени Эзегриль. Я узнала о ней ещё в Гримлоунде, там, где я родилась. Ведьма мастерски владела огненной магией и держала в страхе города. Рассказывали, что она сжигала целые леса и поля ради развлечения. Так же она использовала плоть для своих заклинаний, как лесная ведьма, что сделала для нас с Дэйном эликсир. Только в школе я узнала, что такая магия называется дейклар. Есть целая секта, где маги занимаются дейкларом и называется она ведьминым шабашом. В неё же входила наша лесная ведьма. Даже интересно, что с ней сейчас. Как же хочется расспросить у неё об этом эликсире.

Я вспомнила куда направлялась и завернула за угол в следующий коридор. Высокая деревянная дверь из дорогого тёмного дерева всегда пахнет лесом. Я осторожно постучала и, после разрешения, вошла. Мадам Ванесса Шекли сидит за своим рабочим столом в конце класса. Выглядит она моложе своих шестидесяти с лишним лет, но седой густой пучок волос выдаёт её возраст. Её светлая мантия практически сливается с лицом. Я давно ей хочу сказать, что ей бы не помешал какой-нибудь тёмный тонкий шарфик. Мадам Шекли преподаёт у нас историю магии, и я возвращаю ей книги, которые нельзя найти в библиотеке. Мадам посмотрела на стопку и вздохнула.

–Я надеюсь, леди Риверсайд, что после окончания школы у вас появятся люди, с которыми вы сможете проводить свободное время, иначе это не нормально изучать такой объём за столь короткое время.

– Извините меня. – Я слегка склонила голову.

– Не за что тебе извиняться. – Её голос всегда звучит сурово, но от него никогда не чувствуешь враждебности. – Больше не проси у меня ничего. И у других учителей тоже. Экзамен через месяц, а у тебя до сих пор бардак в магии. Я, надеюсь, ты перестала развивать второстепенные стихии?

– У меня всё равно не выходит даже увеличить объём.

– Правильно, потому что ты – сплошная аномалия. Выбрала какую стихию будешь представлять? Если нет, то я выберу за тебя.

Мадам Шекли руководитель нашего класса, так что сейчас она особенно беспокоится о каждом ученике. Я опустила голову и слегка покачала ею.

–Тогда выбери свет. В этом году будет младший епископ, ему должно понравиться.

***

На сегодня день свободен, а вот завтра снова нужно будет побегать и договориться с преподавателями по поводу подготовки. И нужно будет найти время для выхода в город. Обязательно узнать у бюро алхимиков требуется ли кому-нибудь молодой маг. Интересно, насколько они будут в восторге, если узнают, что я пила ведьмин эликсир? Этого я скорее всего не узнаю, такое вообще говорить опасно, а то придётся отчитываться перед верховным епископом. Повезёт, если меня просто на опыты пустят.

Я вернулась в общежитие. Три кровати свободны, значит, я смогу какое-то время провести в тишине. Соседки невыносимо болтливые. Они быстро поняли, что их темы о балах и новой краски для лица меня не интересуют, так что они меня игнорируют. Впрочем, как и все. Общения безумно не хватает, но я лишь тешу себя мыслями, что это ненадолго. Деревенские ребятишки тоже меня задирали, но всё изменилось, когда мы повзрослели. Я стала популярной травницей. Никто не любил ходить в лес, так как я. От воспоминаний о прошлой жизни у меня всегда мурашки. Со временем хочется думать, что это всё было сном, но я не сдаюсь. Я должна встретить Дэйна.

Когда я смотрю в отражение высокого напольного зеркала в комнате, то каждый раз надеюсь увидеть своё прошлое тело. Свои кудрявые волосы цвета угля и глаза цвета почвы. Мне всегда так нравились мои волосы. Сейчас я стала слишком яркой и из-за этого получила прозвище Эзегриль. Огненные рыжие волосы, глаза молодой травы. Такая же, как она. Нет, в этой жизни она не мой предок, – по крайней мере, я на это надеюсь – просто получила такие черты от родителей. А вот талант к магии у меня от бабушки. Вот только бабушка была самым обычным магом земли, без каких-либо достижений, а вот я, как говорила мадам Шекли – аномалия. Мои основные стихии – это огонь и свет, при этом свет – божественная магия, а огонь – стихийная, Они не могут сочетаться в одном теле. К тому же я была слишком любопытна и жадна к магии, поэтому пробовала другие силы, и они… в моём теле уживаются ещё вода, земля и воздух. Только совсем немного. Всё что я могу, это сделать рябь на поверхности воды, толкнуть камушек на маленькое расстояние и запустить свежий ветерок. Учителя отказывались учить меня и отговаривали от их использования, ведь это может убить меня. Но я знаю, что не умру пока не встречу Дэйна. Эликсир этого не позволит. Быть может моя аномалия – это побочный эффект от него. Поэтому я и хочу устроиться к алхимику, чтобы хоть немного приблизиться к правде.

Глава 3

-Лилия Риверсайд, ученица школы магии Эльдора, 20 лет, родной город Гримлоунд. Основные стихии… оу, тут ошибка.

Девушка с золотыми волосами записывает меня, как потенциального работника в бюро алхимиков. Я заполнила на стойке бланк и теперь она его проверяет. Так и думала, что ей не понравится то, что написано в графе магии.

–Что-то не так? – Спросила я с искренним удивлением.

–Ваши силы несовместимы, мы не можем принять вашу заявку.

–Может нужно какое-нибудь подтверждение? – Меня пробрал резкий холод.

–Принесите документ, подтверждающий ваши способности. Его можно получить в школе у классного руководителя.

Продолжая смотреть мне в глаза, девушка порвала в клочья бланк и попрощалась. Не то чтобы я прям расстроилась, я понимала, что могут появиться вопросы, но мне было любопытно, что мне ответят. К тому же мне в любом случае после выпуска предъявлять им диплом, так что они бы узнали вру я или нет.

Отдаюсь своей беспечности и, вместо того, чтобы возвращаться, иду в ближайшую таверну. Стены Эльдоры уже здорово надоели за пять лет, так что можно провести немного времени в окружении незнакомых лиц. Да и по столице я давно не ходила. Астралос всегда светится даже в пасмурную погоду, ведь дома покрашены в яркие краски, вдоль дорог высажены цветущие кустарники, да и сами жители одеты эффектно, не то что я в тёмно-зелёной мантии школы.

Войдя в трактир, меня встретил насыщенный мясной аромат. Я аккуратно рассматриваю столы и примечаю, какие красивые и сытные блюда стоят у посетителей.

Заняв место, я заказала утку в фруктовом салате и брусничный сок. Почувствую себя немного столичной леди. Хотя такая леди скорее всего заказала бы чего-нибудь крепкого, но я не хочу вылететь из Эльдоры за месяц до сдачи экзамена. За соседними столиками ведутся достаточно оживлённые разговоры, и я решаю немного послушать, пока жду свою еду.

– Пугает меня всё это. Мой брат говорит, что Фескора снова направит свои тёмные силы против нас.

– Бред, как они это сделают? Барьер ставили двадцать священников. Двадцать! Даже если сам Неррул явится в наш мир, то он не сможет его пересечь.

– В посольстве моего отца поговаривают, что на приёме в замке будет представитель Фескора…

– Неужели перемирие?

– Ты думаешь, церковь этого позволит? Они убьют на месте каждого жителя, ступившего на наши земли и корону признают предателями.

– Какой ужас… двадцать два года ведь жили спокойно, а вдруг снова война…

– Тише. Не загадываем так далеко. Пока ничего не известно, а если от одних слухов переживать, так никакого спасения не сыщешь.

– Пелор, прошу, защити нас.

Подслушивать не хорошо, и я сейчас прекрасно поняла весь смысл этой фразы. Это что ещё за неоднозначные теории? Мир? Война? Открытие барьера? Вторая жизнь и такая же беспокойная. Если вспомнить, то погибла я в восемнадцать лет. Неужели это моё проклятие умирать от войны в молодом возрасте? Нет, Лилия, мир не крутится вокруг тебя, чтобы так думать. Теперь главное не зацикливаться на услышанном, ибо моя голова сейчас должна быть забита экзаменами. Нет смысла переживать из-за слухов.

Магия света… Чем же впечатлить преподавателей?

Из раздумий меня выбил сочный аромат. От утки исходит жар, а на языке уже чувствуется свежая прохлада сока. «Знатные харчи» – сказала бы я, если бы жила в деревне, но сейчас нужно сказать:

–Благодарю за изысканное блюдо.

Официантка на меня странно посмотрела, прижала к себе поднос и удалилась. Да уж, в детстве мне ещё прощались такие высказывания не впопад, но сейчас… Надо было больше общаться в школе, со всей этой безвылазной жизнью я никогда не научусь жить в «высшем» обществе. Нужно быстро есть и возвращаться в Эльдору, день ещё только начался и нужно успеть сделать, как можно больше.

***

– Дорогуша, ты слишком рассредоточена. Соберись, впервые за столько лет наблюдать за экзаменом будет епископ! Мы должны впечатлить его твоей светлой магией.

– Да, мистер Кларкс.

Когда мистер Кларкс узнал, что я буду представлять светлую магию, он сам стал светиться от счастья. Буквально. Его кожа засияла, а от белой улыбки захотелось прикрыть глаза, боясь ослепнуть. Мы уже несколько дней подбираем подходящие заклинания, что «поразить» епископа. Как бы я не старалась, но учителю всё время что-то не нравится. То вспышка недостаточно яркая, то рассеивание не плавное, то между вспышками не верное расстояние. Я уже несколько раз пожалела, что согласилась на свет. В стихийной магией всё гораздо проще: создал фигуру и можешь счастливый выйти из Эльдоры с дипломом.

Хоть мистер Кларкс и заставляет меня заниматься всё свободное время, я всё-таки смогла выкроить час для бюро. Лицо светловолосой нужно было видеть. Она перечитывала документ несколько раз, проверяла его на магию и другие уловки. Звала несколько своих коллег, которые тоже не могли поверить в увиденное. Я лишь с невинным видом наблюдала за происходящим и ждала пока мне скажут, что заявка принята. Кажется, девушка подумала, что сделала серьёзную ошибку и извинилась, приклонив голову.

– Как я могла не заметить такой талант. Мы постараемся подобрать для вас лучшее место.

Я была слишком обескуражена и сказала первое, что пришло в голову:

– Вы не виноваты, я бы тоже не поверила, наверное. И мне подойдёт совершенно обычный алхимик. Главное, чтобы зелья умел варить.

Не представляю насколько глупая у меня была улыбка, «Главное, чтобы зелья умел варить». Надо было такое ляпнуть. Все алхимики должны уметь варить зелья. Выйдя из заведения, мне хотелось спрятать своё лицо, чтобы никто не видел какое оно красное.

Но теперь одна проблема позади, осталось дожить до конца месяца, показать на что я способна и ворваться в новую жизнь. Снова.

– Я понял! – Вскрикнул мистер Кларкс. – Как же я не догадался!

– О чём вы, учитель? – я села на пол переводя дыхание. Запястья неприятно пощипывает изнутри от напряжения.

– Я совершенно забыл, какая ты у нас особенная мадам, дорогуша. – Он стал расхаживать взад-вперёд, подпирая голову рукой. – Свет! Свет – это же не всё. Можно же сделать сочетание!

– Учитель, вам не кажется, что, если епископ и заинтересуется мной, то не в том смысле, в котором мы хотели бы.

– Да, ты права. Ты, когда выпустишься не распространяйся о таком. Мы, по-хорошему, не имели право обучать тебя свету, когда он у тебя раскрылся после огня, но совет учителей решил, что может неспроста ты так похожа на Эзегриль.

Серьёзно, даже взрослые люди об этом думали? Пелора ради, не говорите, что это прозвище будет преследовать меня всю жизнь.

– Надеюсь, епископ не подумает так же. – Я не заметила, как произнесла это вслух.

– Не переживай. Никто так всерьёз не подумает. В магии ещё не известны случаи перерождения и реинкарнации. – Я еле сдержалась, чтобы не пискнуть от смеха. – Так что ты будешь лишь рождать в умах людей ассоциации, а не повод задуматься. Хотя, если бы ты выбрала представлять огонь, то было бы уже подозрительно.

Я об этом даже не задумалась. Эзегриль – огненная ведьма, а тут я так на неё похожа, да ещё и тоже с огнём. Интересно, мадам Шекли задумывалась об этом или она действительно просто хотела впечатлить епископа?

Глава 4

Стая птиц пролетает между башнями Эльдоры. День сегодня по-настоящему волшебный: небо безоблачное, ярко голубого цвета; зацвела сирень, распространяя свой прекрасный аромат; на улицах города заиграли уличные музыканты, интересно, по какому поводу?

А я нахожусь в комнате из каменных стен, перебираю пальцы, периодически впиваясь ногтями в кожу, смотрю в окно и слушаю беззаботные разговоры соседок по комнате. Они на три курса младше, так что им предстоит ещё долгий путь в изучении магии, а я его заканчиваю. Сегодня.

Я думала, что не буду волноваться, но с каждым днём тревога возрастала в моём сердце, отчего иногда было трудно дышать. Я смотрю в окно и боюсь обернуться на часы.

– Скоро она уйдёт? – Зашептали девочки. Я хоть и плохо, но слышу их.

– Насколько я знаю, сборы через полчаса.

– Она уже час так стоит, мне страшно.

– Уйдёт, никуда не денется.

– А мы сможем потом рассказывать, что мы жили с самой Эзегриль?

Девочки посмеялись и начали обсуждать будничные темы. Подожду ещё пять минут и уйду, не хочу больше находиться в их окружении.

Каждый выпускник выступает в цветах своей магии. Это единственный момент за всё обучение, когда можно одеться ярко. Из-за этого непривычно видеть себя в белом длинном платье с золото-жёлтой накидкой. Свет считается силой Пелора, неужели он так выделялся? Или задумка в том, чтобы Он обратил на тебя свой взор, увидев яркий свет? Не закончив свою мысль, я развернулась на пятках и направилась к двери.

Я даже не заметила, как дошла до актового зала. Меня встретили трибуны, по которым не спеша рассаживаются ученики. Учителя уже сидят на местах в самых первых рядах. Мне хочется посмотреть на ряд с выпускниками со стороны. Переливание цвета, яркие краски и всё это выглядит одним потрясающим пятном. В этом году преобладает голубой, что значит, что выпустятся много магов воды. А вот в белом крайне мало. Хотя, если я правильно помню, то в первый мой год было много света.

Я нашла место в третьем ряду снизу. Все предпочитают садиться выше, чтобы полностью видеть представление, но мне и достаточно будет вида перед собой.

– Смотрите, наша ведьма решила притвориться святошей.

Голос Ирмы я узнаю из тысячи. Как и голоса её подружек. Как же я не заметила, как они оказались позади меня.

– Она просто плохо цвета различает. Вместо красное белый надела. – Маргарет, как всегда самая первая смеётся со своей же шутки.

– Кстати, девочки, я недавно видела, как она ходила в бюро алхимиков.

Хорошо, что хоть Валери не решила ко мне подойти на улице.

– Ну а куда её ещё возьмут? Только и сыпать свою магию по баночкам. Все же знают, что с её талантами, ей прямая дорога в ведьмин шабаш.

– Девушки, надоели уже.

Какой-то парень шикнул на них и трио переключилась на него. Бедный, мог спокойно закончить школу, но теперь его будут испепелять взглядом три настоящие ведьмы.

Тем временем трибуны практически заполнились. Епископа не видно, хотя он должен сидеть вместе с преподавателями. Может хотят его красиво объявить?

Время пришло. Директор встал из-за стола и объявил традиционную речь, которая за пять лет не изменилась. Всё так же он рад нас видеть, так же возлагает на нас надежды и так же ждёт от нас великих свершений. Закончив, директора сменила мадам Шекли. Она начала объявлять по одному ученику по алфавиту. Риверсайд находится посередине, так что половину времени я буду наслаждаться представлением и ужасно волноваться. Когда раздражение от трёх подружек прошло, я начала осознавать, что снова переживаю из-за экзамена. Хоть я и практиковала весь месяц всего одно заклинание, но оно достаточно трудное. Оно покажет весь мой уровень концентрации. А самое главное, учителя возлагают на меня слишком большие надежды из-за епископа. Хотя, скорее всего, их возложили на всех магов света.

Вспышки, волны, огни, сияние, запахи, звуки, даже поединки. Каждый экзамен превращается в бесплатное представление. Раньше я каждый год этого ждала, а теперь мне предстоит самой показать на что способна. Я должна справиться.

– Лилия Риверсайд. Класс света.

Сердце замерло при звучании моего имени. Земля ушла из-под ног, а в ушах зазвенело. Я встала, проглотив ком в горле и шагнула по лестнице, игнорируя комментарии недоведьм.

Площадка слишком большая для меня одной. Сотни глаз смотрят прямо на меня. Я не готова к такому вниманию, от чего я начала нервничать ещё сильнее. Пальцы стали холодными, я перебираю их, смотря на спокойные лица учителей. Мадам Шекли кинула на меня поддерживающий взгляд. Я слегка кивнула. Где-то на трибунах сидит мистер Кларкс, но уже нет времени искать его. Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох.

Сначала смотри в темноту.

Затем представь свет.

Сначала маленький.

Потом больше.

И больше.

Придай ему форму.

Свет в голове может быть любым.

Главное ограничение.

Ты сам.

Раздели свет на две части.

Равные части.

Добавляй детали.

Один.

За одним.

Плавно.

Рисунок готов.

Пора показать его миру.

Всё это рисовалось не в голове.

Наяву.

За спиной.

И все это видели.

Я аккуратно открываю глаза и понимаю, что мой лоб залит потом. Выпустить конкретную стихию, придать ей форму, поддерживать её, держать в определённом месте это всё очень сложно делать одновременно. И я даже не знаю, как всё вышло, ведь прямо сейчас свет у меня за спиной. Свет в виде крыльев ангела. Каждое перо прорисовано. Должно быть прорисовано. Когда я, наконец, смогла сфокусироваться, то разглядела восторженные лица учеников и одобряющие учителей. Я рискнула обернуться и посмотреть на своё творение. Чуть не потеряв концентрацию, я округлила глаза, поняв, что переборщила с размером. Они вышли гораздо дольше чем нужно, но, похоже, это только впечатлило. Теперь главное без резких движений свести на нет весь свет. Мои ноги задрожали. Воздуха не хватает, хочется дышать ртом, но я не могу себе этого позволить. В конце концов, я потеряла концентрацию и свет разбился на множество мелких осколков, ученики ахнули и зааплодировали. Я нашла взглядом мистера Кларкса. Он прикрыл лицо рукой, да уж, я должна была плавно убрать магию, а не устраивать фейерверк. Посмотрим, как это повлияет на мою оценку.

Мадам Шекли встала со своего места. Мне всего лишь нужно набрать больше трёхсот баллов из пятиста, и тогда я смогу с гордо поднятой головой называть себя настоящим магом.

–Лилия Риверсайд. – Произнесла громким голосом Ванесса.

Глава 5

– Лилия, растворы должны были быть готовы ещё вчера. На них большой спрос, а ты жабью микстуру делаешь. Зачем?

– Скоро придёт мисс Шакье, она просила к этому времени свежую порцию.

– Я скоро эту мисс Шакье на порог не пущу. Иди за растворы, я сам микстуру сделаю.

Не так я себе представляла работу помощником алхимика. Я думала, буду магию по баночкам рассыпать да зелья перемешивать, а здесь беготня из одного угла в другой. На алхимию, оказывается, очень большой спрос, а господин Лаверти берёт только одного мага, хотя по стандартам должно быть, как минимум, трое. Он считает, что должен за всеми процессами следить сам, а на троих его не хватит. Зато мне приходится работать за троих. Это выматывает. Нет даже сил для того, чтобы найти способ встретится с Дэйном, я прихожу домой и сразу же валюсь с ног. Не такой мне виделась жизнь вне школы.

Радует только то, что не вижу лица тех трёх девиц и не слышу каждый день сплетни в спальне. Как хорошо, что есть ещё королевская помощь выпускникам, которые хотят остаться в столице. Мне дали небольшой дом, в котором я могу делать всё что захочу. А ещё я подружилась со своей соседкой Софи. Милая девушка, приносит мне чай несколько раз в неделю. Как же хорошо, когда есть с кем пообщаться.

Два месяца я кручусь, как белка, ищущая жёлудь и ни на шаг не приблизилась к своей цели. Ну же, дурацкий ведьмин эликсир, работай.

– Лилия, ты опять в облаках летаешь! А ну живо за работу.

– Слушаюсь, господин Лаверти.

У меня начинает складываться сильное ощущение, что я зря теряю время, от этого я волнуюсь, но ничего не могу с собой поделать, ведь на работе мне некогда думать, а дома нет сил. Ещё немного и я начну плакать от отчаяния. Дэйн меня не найдёт, мне нужно самой с ним встретится, но как? Как?

Кажется, я покинула этот мир на полчаса, как только моё лицо коснулось кровати. Закончили мы поздно, но сейчас хотя бы яснодень¹, так что видны алые лучи заката. Разбудил меня стук в дверь, и я уже знаю, кто стоит на пороге. Я плетусь, чтобы открыть и меня, как обычно, встречает белоснежная улыбка милейшей девушки на свете. Софи каждый раз поражает меня своей внешностью: длинные прямые белоснежные волосы, как только что выпавший снег и глаза такие тёмные, что в них видно бездну.

– У меня созрел зверобой, и я сделала нам чай. У тебя ещё остались те печенья?

Голос её всегда звучит звонко, но приятно. В её руках большой железный чайник, который она держит за ручку, обмотанную полотенцем. Вместо ответа я улыбнулась и жестом пригласила её войти. Она такая маленькая и хрупкая, что мне хочется носить её на руках. Возможно, мы с ней быстро нашли общий язык, потому что она тоже травница, как я в прошлой жизни. Вот только она выращивает растения в своём огороде.

– Мне вчера пришло письмо от родителей. – Сказала я, после того, как впитала в себя запах зверобоя из чашки.

– Ого, долго письма идут из Гримлоунда в последнее время. Что пишут?

– Они всё ещё надеются, что я вернусь и буду своими силами повышать авторитет города.

– Они хотя бы знают, что многие дети остаются в столице из-за этой обязанности?

– Я думаю, даже если слышали, то меня должна волновать лишь репутация семьи.

– Давно ты с ними виделась?

– На каникулах в первом году обучения. А потом лишь письма.

Я опустила взгляд. Когда я вспомнила прошлую жизнь, то все мои родственники стали казаться совершенно чужими. Я так и не смогла к этому привыкнуть. Перед глазами так и предстают мои мама и папа из прошлого. Ведь нынешние проводили со мной не так много времени. Папа вечно в работе, мама вечно на светских мероприятиях. А со мной занималась няня, пока во мне не открылся бабушкин дар. В общем, я благодарна им только за то, что растили меня в совершенно новой обстановке и новыми возможностям.

– Тебе, наверное, одиноко. Если хочешь, приходи в любое время. Думаю, мой отец будет тебе рад.

– Спасибо.

Я зевнула. Солнце практически село, а мне завтра снова вставать варить по сотне зелий в одиночку. У господина Лаверти такая коллекция книг по алхимии, мне так хочется зачитаться в них и найти хоть какую-нибудь информацию по ведьменому эликсиру, но я всё время занята. Даже домой нельзя взять почитать, я уже уточняла. Я уже хотела попросит Софи уйти, как вдруг она сказала:

– Я видела сегодня на доске объявления на площади листовку. Большая такая красивая. Там говорится, что в следующем новолунии пройдёт фестиваль Орхидеи.

– Уже?!

Я много слышала о нём. Талантливые маги, прошедшие отбор, могут показать свои самые сильные и красивые магические творения на огромном Колизее. На фестивале даже присутствует королевская семья.

– У меня есть время отправить заявку! – с радостью воскликнула я, чуть не пролив чай.

– Участвовать? Но, Лилия, я хотела просто пригласить тебя посмотреть. Ты же только выпустилась. Вряд ли начинающих магов так просто пропускают.

Точно, она же не знает сколько во мне магий. Хотя нет, не правильно. Я не должна показывать все свои силы, тем более на всю столицу. Она права, у меня не получится туда попасть.

– Я попробую отпроситься у господина Лаверти. – Я постаралась сделать милую улыбку, но я чувствую какая фальшивая она у меня вышла.

– Отлично. Если он откажется, скажи ему, что я вокруг его дома рассыплю хлеба и на травлю на него мышей.

– Ты настоящий друид, Софи.

– Друиды используют заговоры, а я простая травница.

***

– Нет, нет и ещё раз нет. Здесь много работы, у нас нет времени даже на полдня тебя отпустить. Никакого фестиваля.

Впрочем, я этого и ожидала. Ничего, ночью у меня созрел план, как добавить в его чай сонное зелье, чтобы он ничего не понял.

Два дня прошли как обычно. Мы с господином Лаверти более-менее разобрались и мне даже дали завтра выходной. Хотя зачем он мне сейчас, если он мне нужен в день фестиваля. Не стала спрашивать, чтобы не спугнуть. Постараюсь отдохнуть и продуктивно провести время.

Солнце сияет прямо над головой. Я вышла из лавки, чтобы передать покупателю его заказ. Милая старушка, которая часто к нам заходит мило улыбнулась на прощание и передала пирожки. Сказала, что я в последнее время исхудала. Возможно.

Пока выдалась возможность, я забежала на кухню, заварила чай для себя и господин Лаверти (для задабривания). Ещё горячий с мясной начинкой, первый пирожок отправляется в рот и мне хочется стонать от удовольствия. Сразу чувствуется, как сделано с любовью. Вспоминается, как «мама» в деревне готовила такие. В соседней комнате постучали, господин Лаверти пошёл открывать. Слышно глухое бормотание, но, кажется, я слышала своё имя. Я навострила слух, практически вдалась в дверь, но слышно лучше стало. Зато я чуть не получила огромный синяк под глазом от того, что дверь резко распахнулась. Я отпрянула и хотела извиниться, но как только подняла взгляд, то увидела странное выражение лица господина Лаверти. Каждый день я видела его суровые седые брови, над которыми целым веером складывались морщины, а сейчас они смягчились. Он… смущён?

Глава 6

Да кто там такой пришёл, что довёл господина Лаверти до такого состояния?

– Господин? – Нарушила я тишину.

– Пришёл прислужник церкви. Тебя хочет видеть епископ.

Воздух застрял на полпути, я чуть не закашляла.

В голове промелькнуло очень быстро, очень резко, но я успела схватиться за слово: эликсир. Но причём здесь эликсир? Это такое предчувствие? Знак?

Я вышла, на пороге стоит взрослый мужчина в белой рясе. Он улыбнулся мне.

– Леди Риверсайд.

– Здравствуйте. – Кажется, мой голос дрогнул.

– Прошу за мной. Вас хочет видеть епископ.

– Подождите, – встал между нами господин Лаверти, когда я только сделала шаг. – вы её мне вернёте? У нас много работы.

– Не волнуйтесь. – Прислужник непоколебим и спокоен. Интересно, в церкви все такие? – Она продолжит свою работу.

Я попрощалась с господином виноватым взглядом. Всю дорогу прислужник молчал. И я тоже. Хотя мне хотелось о многом спросить, но скорее всего, ответ я узнаю уже на месте.

Церковь находится относительно недалеко от моей работы, так что дошли мы минут за двадцать. Величественные стены из белого камня, резные столбы из мрамора и статуя Пелора на входе. В одной руке он держит посох, с в другой меч, что говорит о равенстве магов и обычных людей. Хотя этого давно никто не придерживается, особенно среди знати.

Мы поднялись по ступенькам и вошли внутрь. Я была здесь всего один раз, когда родители привезли меня в Эльдору. Мы тогда долго гуляли по столице, понимая, что увидимся теперь очень нескоро. Хоть и прошло целых пять лет, но я понимаю, что ничего не изменилось. Всё те же бежевые стены, кругом горят свечи, маленькие окна, которые пропускают мало света и лик Пелора в конце церкви расписанный на стене. Мы прошли вдоль скамеек, и прислужник попросил меня подождать. Я не знала куда себя деть, поэтому перебирала пальцы и смотрела по сторонам будто здесь есть что рассматривать. Чувствую себя ещё более чужой, вспоминая, что я мало того, что переродившаяся от ведьменого варева, так ещё и несколько несовместимых сил в себе ношу. По коже прошли мурашки от мимолётной мысли о том, что это понял епископ, который был на экзамене. Так, нет, паниковать рано. Но для чего же, Неррол вас дери, меня позвали?

Боковая дверь отворилась, и из неё вышел мужчина в возрасте с короткими редкими волосами и, конечно, только светлое одеяние в пол. Я проглотила ком от его вида. Стало ещё страшнее от того, что он может от меня хотеть. Хорошо хоть не верховный епископ, а то я бы сбежала ещё по дороге.

Он подошёл ко мне, положил руку мне на голову, и мы стояли так недолгое время. Типичное приветствие епископов.

– Меня зовут Вольдемар, дитя. Я видел тебя на экзамене. Скажи мне, кто твоя семья? Среди них есть известные маги?

– Н-нет. Мне от бабушки дар передался, она даже не училась.

– Дар… – кажется, он прочувствовал это слово всем телом. – Давно магию так не называли. Мне понравилась твоя концентрация. А ещё крылья… Я видел, как ты переживала. Это было переживание о том, одобрит ли Пелор твои действия. Ведь ты использовала свою магию во имя Его, правильно?

Я плохо улавливаю ход его мыслей, но, кажется, он вложил слишком много смысла в мои крылья. Наверное, лучше подыграть.

– Конечно, епископ, ведь свет – это дар Пелора. Я хотела напомнить об этом остальным.

Пелор, пощади, что я такое говорю.

– Похвально. – Вольдемар улыбнулся отцовской улыбкой. – Почему ты выбрала алхимию? Ты можешь полностью раскрыть свой потенциал в нашей церкви. Не смотри на то, что ты уже взрослая для обучения. Наши ворота открыты для каждого.

– Ох, Ваше Преосвященство. – Такое точно не входило в мои планы. – Я давно выбрала для себя путь. Мне нравятся зелья, нравится их готовить…

– Я услышал тебя, дитя. Давай пройдёмся.

Это всё не нравится мне всё больше и больше. Я не верю, что такое особое внимание именно из-за крыльев. Да и концентрацию я в итоге нарушила. Что вообще здесь происходит?

– У магии есть особый баланс, ты не замечала? – Начал Вольдемар, проходя мимо лавочек. – Каждый год выпускники одной стихии преобладают над остальными. В этом году было мало света, но пять лет назад было наоборот. Церкви сейчас не хватает молодых талантов. Да и вообще, молодые больше не стремятся посвятить себя служению Пелора, хотя, если бы не церковь, то кто знает, чем бы закончилась война между Грейдом и вражеской Фескорой. Ты родилась уже после войны, дитя?

– В год окончания. – Я стараюсь не упускать ни одного предложения, чтобы не прослушать ничего важного.

– Ох уж этот год. Многие истратили все свои силы, пытаясь поставить барьер. И теперь его хотят открыть. Мирные переговоры якобы из-за смены власти в Фескоре.

Кажется, я вообще не должна подобное слышать.

– Король отказался слушать о том, что это плохая идея, даже его положение…Кхм, в общем, церковь хочет произвести масштабное заклинание, чтобы предупредить Фескору, напомнить, что мы всё так же сильны. Показать истинную силу на скором фестивале Орхидеи. А для этого нужны молодые таланты магии света. Учитывая твою непоколебимую веру в Пелора, церковь решила, что ты будешь идеальным кандидатом.

Так вот, что вы делали на экзамене, епископ. Пелор, помилуй, ну зачем мистер Кларкс предложил мне эти крылья? Одно дело просто засветить себя на фестивале, а другое дело представлять церковь. Если что-то пойдёт не так, то с Колизея я сразу же пойду на костёр.

– Ваше Преосвященство, я даже не знаю, достойна ли я…

– На практике это и узнаем, дитя моё. Верховный епископ уже решил, какому заклинанию научить кандидата. Если у тебя не получится, то это будет лишь воля Его.

***

Я ещё долго буду задаваться вопросом даром или проклятием был тот эликсир, потому что не могла я, недавняя выпускница школы магии, у которой и практики особой больше не было за короткое время освоить ТАКОЕ заклинание. Это уму непостижимо. Как же хорошо, что епископ решил, что “Это воля Пелора”, иначе бы у инквизиции было бы слишком много вопросов. Обучение было особенное: в моей голове. Иначе бы каждый мог видеть последствия обучения. На самом деле было больше похоже на ритуал. Обучение проходило за городом в маленькой церкви, в которой редко кто бывает. Зажигали ладан, меня поили вином, а после я отключалась. И слышала голос учителя. Было всё, как наяву, только кругом была сплошная тьма. Я прекрасно себя ощущала и понимала. Чувствовала свою магию, будто призывала её в реале. Было тяжело совладать с такой святой силой, но к фестивалю я управилась.

Церковь предоставила господину Лаверти прислужника в качестве временной замены, а также ему сделали выговор за незаконную эксплуатацию единственного работника. Так что, насколько я знаю, бюро предоставило ему ещё двоих магов, теперь у меня, наконец, появилась помощь.

Неужели, эликсир, спустя столько лет, наконец, начал действовать? Но что же его подтолкнуло? Или должно пройти определённое количество времени?

Софи не обрадовалась новости, ведь она хотела просто посмотреть со мной фестиваль.

– Но поверь, я правда за тебя рада. Ты же хотела участвовать. Почему, кстати?

– Знаешь… – действительно, что бы сказать? – может, я люблю внимание? А фестиваль – это отличный способ показать себя.

– А по тебе и не скажешь. Ты бы тогда не пошла к алхимику. Ну это ладно. – Софи взяла из корзинки овсяное печенье своими тонкими бледными руками. – Что будешь показывать?

–Ох, поверь мне, Софи, лучше дождаться, чтобы это увидеть воочию, ибо заклинание слишком… слишком…

–Божественное?

–Можно и, так сказать. Я бы даже сказала, его увидят во всех королевствах.

–Как это? – Она округлила свои большие глаза, отчего они стали казаться размером с половину лица.

–Увидишь. – С ноткой интриги произнесла я.

Магией приходилось заниматься по полдня, а дальше мне не хватало сил. Оставшееся время я отдыхала дома или гуляла. Было так непривычно, когда у тебя есть свободное время. Как-то я подошла к доске объявления на площади и увидела ту самую вывеску с фестивалем:

Приглашаем посетить ежегодный фестиваль магии Орхидея. 

Познайте новые виды магии, невероятные сочетания, краски и всплески. Только раз в году лучшие из лучших покажут, что значит быть Магом.

Для регистрации обратитесь в магическое бюро. Продажа билетов осуществляется у ворот Колизея. 

Интересно, а церковь меня уже зарегистрировала или меня просто эксплуатировали для своих личных целей?

– Предвкушаешь, как будешь смотреть на успешных, в отличие от тебя, выпускников Эльдоры, Эзегриль?

Голос Валери Уайт мне будет сниться в ночных кошмарах. Вот что сейчас ей от меня надо? Я отошла от доски и взглянула на неё. Естественно, в роскошном светском платье, как по-другому. Зато я в простой одежде, рубаха с жёлтым жилетом, да штаны. Одеваться я так и не научилась, а смысл, если последние пять лет на мне были лишь мантия школы и рабочая одежда алхимика.

– Кстати, приготовься увидеть моё блистательное выступление. – Продолжила Валери, не отрывая от меня своего презрительного взгляда. – Надеюсь, ты будешь на самых высоких трибунах. Хоть они и считаются нищенскими, но зато на них будет лучше всего видна моя сила.

– И сколько денег понадобилось, чтобы оплатить твой позор? – Я скрестила руки на груди и совершенно невозмутимо ответила.

– Талантам не нужны деньги, чтобы показать, на что они способны. – Голос её не выдал, а вот лицо покраснело. – Увидимся в Колизее, Эзегриль. Точнее ты сольёшься с остальной массой, зато меня будут видеть все. Прощай.

Вот к чему это было? Может пустить на неё как-нибудь гусей? У Софи должен быть один. Хотя ладно, то что покажу я, будет несравнимо. Жаль, что не смогу увидеть её реакцию. И реакцию её подружек, которые точно там тоже будут.

– Скажите, а почему в Эльдоре так же не преподают магию? Ну, в голове.

– Тогда бы понадобилось столько же учителей, что и учеников, дитя. Да и требуется слишком много энергии, как от ученика, так и от учителя. Так что разрешение есть только у церкви и только в крайнем случае. Понимаешь?

– Конечно.

Сегодня последнее занятие, а завтра выступление. Мне вчера передали пропуск, как участника с печатью церкви. Это что-то должно значить? Ещё я смогла договориться, так что Софи и её отцу достанутся лучшие места. Хоть какая-то компенсация за то, что я не смогла с ней вместе пойти.

Я волнуюсь ещё сильнее, чем перед экзаменом. Мне предстоит выступать от лица церкви, перед огромным количеством людей и королевской семьёй. Думаю, если бы я решила пойти от своего имени, то струсила бы и отказалась. Теперь пути назад нет. Спасибо тебе, эликсир.

***

Я даже не думала о том, что придётся отстоять в очереди, чтобы войти. Вроде участников не сильно много, но пропуск каждого тщательно проверяют на подлинность. Когда дошло до меня, по моему пропуску сначала провели ладонью, потом пустили сквозь него какую-то магию, капнули раствором, всё это происходило не быстро. И после того, как все манипуляции были выполнены, мне его вернули и впустили.

Внутри нет окон, лишь факелы, которые боишься задеть в узком коридоре. В Колизее несколько комнат для выступающих. Мой под пятнадцатым номером. Последний. Когда я вошла, на меня обернулись три девушки, к сожалению, лицо одной из них оказалось знакомым.

– Кто пустил сюда эту ведьму?

Ну конечно, стоило так повезти и встретиться с Валери. К счастью, на неё с презрением посмотрели остальные две девушки.

– Леди, если вы собираетесь здесь скандал устраивать, то я немедленно позову стражу.

– Она не может участвовать, – продолжила настаивать Валери. Она одета так, будто собирается в бой: кожаные брюки, жилет без рукавов и туго завязанный хвост. – и что на тебе вообще надето?

Конечно же облачение церкви, чтобы Пелор меня с небес сразу увидел. Вот только облачение ученическое: светло-серое длинное платье с золотым поясом и золотыми линиями на краях рукава. На шее повязан серый платок с брошью в виде посоха с острым концом. Символ Пелора. Чувствую себя в этой одежде совершенно невинно. Даже поведение соответствующее: стою в дверях, скромно сомкнув пальцы.

– Церковь впечатлило моё выступление на экзамене, Валери, поэтому мне предложили стать представителем на сегодняшнем фестивале. – Неррол, у меня даже голос смягчился.

– Ты? Церковь? Они там совсем…

– Я вызываю стражу.

Девушка, одетая в огненную стихию, явно с таким же нравом. Она только приблизилась к двери, как я жестом остановила её.

– Не стоит. Валери вспыльчивая, но успокаивается быстро, как и вспыхивает. Она уже закончила, не так ли?

Валери вся вскипела от ярости, но продолжать, действительно, не стала. Все расселись перед своим зеркалами и стали прихорашиваться. Я тоже села за свой столик, но наносить ничего не стала. Церковь не разрешила. Сказали, что я должна быть естественной. Хотя мешки под глазами я не могла не замазать.

Через достаточно длительное время, стал слышен голос ведущего. Он проговорил долго, а потом начались звуки магии и восторженные аплодисменты. Нам разрешили войти в специальную комнату, где длинное узкое окно, в котором слабо, но видно, что происходит снаружи. Какая же огромная там толпа. А вот королевскую семью не видно. Возможно, они над нами. Приходил мужчина и вызывал по имени следующего выступающего.

Мне кажется, если бы фестиваль проходил ночью, то это было бы гораздо зрелищнее. Ведь такое великолепие показанной магии можно почувствовать всей душой только в кромешной тьме. Яркие краски при ярком солнце блекнут, сливаясь. Хотя некоторым удаётся удивить и так. Например, маг воды создал зеркала и, благодаря этому, он смог призвать огонь. Только так остаётся применять несовместимую магию.

Когда позвали Валери, она кинула на меня озлобленный взгляд с ноткой превосходства. Ну посмотрим, что ты придумала. Маги воздуха поставили на середину арены огромную каменную плиту. Валери встала на неё, покрасовалась и принялась за дело. Земля побагровела, а через мгновение пол залила лава и стала подниматься выше. Плита вместе с Валери поднялась. Лава кипела, из неё исходил пар и даже появлялись пузыри. Впечатляюще. Насколько я слышала, эта магия передаётся у них из поколения в поколение. Быть может девушку приняли и без взятки.

Я уже успела успокоится, потому что до меня долго не доходила очередь, но вот я услышала своё имя:

– Лилия Риверсайд.

Как же порой хочется, чтобы меня вновь назвали Розой. Как же так совпало, что сначала меня назвали в честь одного цветка, а в следующей жизни – другого. Шла я на ватных ногах. Я не ощущала реальности, будто я во сне. Но вот врата открываются и меня ослепляет яркий солнечный свет. Зрители уже явно устали, что с каждым разом встречают всё неохотнее и неохотнее. Зато провожают всегда соответствующе. Надеюсь, всё пройдёт лучше, чем на экзамене, хотя моя практика ни разу не выходила за пределы подсознания. В первый раз я выпущу заклинание в мир и надеюсь, не сломаю его.

Я остановилась примерно на середине, поклонилась и стала оборачиваться. Ложе королевской семьи было не трудно найти. Голубой шатёр развевается тканью на ветру. Два трона. Король и принц. Королева, как известно, погибла ещё во время войны. Король Мартин так и не женился. Сердце заболело, я стала дышать ртом, хоть и старалась этого не делать. Но не получается. Я смотрю на него и не могу отвести взгляд. Вся прошлая жизнь проносится перед глазами, и он в её центре. Теперь ты видишь меня. Теперь ты вспомнишь. И мы встретимся.

Дэйн. В этой жизни ты Итан Нортклифф. Наследный принц королевства Грейд.

Глава 7

Мне пришлось взять себя в руки, чтобы оторваться от лица Дэйна. Мой разум разрывается от желания встретиться с ним, прикоснуться, поговорить. Он высоко, и я не вижу выражения его лица, так что сложно сказать начал ли он вспоминать или нет.

Тем временем меня объявили, как представительницу церкви. От этого ещё тяжелее, теперь все ждут от меня чего-то “пелоровского”. Я закрыла глаза, вдохнула поглубже, пытаясь собраться. Встала поудобнее и начала жестами активировать заклинание. Оно идёт несколькими уровнями, сначала я взываю к свету, потом к святым (хотя, мне кажется, этот пункт добавила лично церковь). Вокруг меня собираются лучи от самого солнца.

Так, вроде идёт всё так, как было в подсознании.

Устремив лицо к небу, мысленно воззвала к солнцу, которое находится в зените. Я резко ощутила, как становится жарко. Странно, такого не было. Или же было, только в подсознании я этого не чувствовала. Надеюсь, жарче не будет становиться. Подняв руки, я направила потоки энергии в небо. Не думала, что на самом деле это занимает достаточно долгое время. Я не вижу и не слышу реакции зрителем, хотя мне на неё сейчас совершенно всё равно, меня начинает напрягать, как пот сильнее начал стекать с моего тела. И почему меня о таком не предупредили? Нужно заканчивать. Я сделала все необходимые приготовления. И теперь. Всем. Доброй ночи.

Скрестив руки над собой, я заставила небо покрыться ночной пеленой. Настала тьма. Люди стали издавать всевозможные звуки, кто-то даже кричал от страха. Наконец, стало прохладнее и я могу фокусироваться не только на магии. Король и принц смотрят то на меня, то на небо. Кажется, стража насторожилась. Именно это хотела показать церковь Фескоре – мощь. Магию, способную заставить солнце исчезнуть. Хотя, если честно, не знаю, как это должно напугать королевство тьмы. Они, наверное, без особых усилий могут повторить подобное.

Подождав некоторое время, я опустила руки, и вместе с этим вернулось солнце. Повисла тишина. Зрители приходят в себя. Я сделала оборот вокруг своей оси и поклонилась, показывая, что это было всего лишь представление. Только после этого зазвучали аплодисменты, и не просто аплодисменты, а целые восторженные крики. Даже сам король проводил меня стоя. Я вернулась в комнату отдыха с невозможно бьющимся сердцем. Снова стало жарко. Я села перед зеркалом, посмотрела в него и поняла, что вся чёлка прилипла ко лбу. Через несколько минут дверь отворилась. Нехотя повернув голову, я одним глазом увидела господина Вольдемара.

– Ты произвела достойное впечатление, дитя. Уверен, новый король Фескоры в ужасе от подобного. Ничего, пусть знает, что мы всё так же сильны.

Казалось, он разговаривает сам с собой, а не со мной, но мне уже всё равно. Заклинание слишком мощное, оно высосало из меня все силы. Хочется как можно быстрее лечь в свою постель. Немного стыдно от того, что я головой лежу на столе перед епископом, но мне даже трудно открыть глаза.

– Ах да, у тебя сейчас слабость. – Епископ вдруг вспомнил о моём присутствии. – Это нормальная реакция, после полноценного здорового сна ты станешь лучше себя чувствовать. Более того, в тебе теперь сидит благословение Пелора, так что силы твои начнут расти с каждым днём.

Голос его становится всё отдалённее и отдалённее, пока моё сознание не исчезает полностью и мир не становится ещё темнее, чем после того Нерроловского заклинания.

***

Проснулась я с очень тяжёлой головой. Безумно хочется пить, но трудно даже открыть глаза. Кажется, я лежу на чём-то мягком. Кровать? Где я вообще? Где-то вдалеке слышна возня, посуда. Сон захватывал меня в своих объятиях ещё несколько раз прежде чем, я, наконец, смогла открыть глаза. Я дома. Но подождите… Я была… А где я была? В Колизее! Но кто меня сюда принёс? И самое главное, кто сейчас возится на моей кухне? Я приподнялась на локтях и вижу на тумбочке кувшин и стакан с уже налитой водой. Силы понемногу возвращаются, и я хватаю стакан, жадно выпиваю всю воду, наливаю ещё и, когда кувшин полностью опустел, я смогла сесть на край кровати и почувствовать себя лучше.

За окном вечереет, значит проспала я недолго, но очень крепко. Только я хотела встать, как дверь аккуратно отворилась и из-за неё показалось голова Софи. Ну конечно, кто ещё мог помочь мне добраться, да ещё и повозиться на кухне. После того, как дверь открылась, в комнату ворвался невероятно аппетитный запах, от которого у меня заурчал живот и во рту набралась слюна.

– Ну наконец-то. Ты бы ещё через неделю проснулась. – Софи резко вошла, села рядом со мной и потрогала лоб. – Как себя чувствуешь? Ты спала со вчерашнего дня.

– Сколько?

То есть то, что сейчас вечер это… О, Пелор, что за изматывающее заклинание. Может ещё окажется, что в подсознании меня тренировали потому, что тело бы не выдержало стольких нагрузок?

– Что вообще произошло? Я помню только, как закончила выступление.

– О, Пелор, представление было невероятным. У меня даже слов нет, чтобы описать то, что ты сотворила. – Софи как-то чересчур воодушевилась. – Даже подумать не могла, что маги света способны на такое. Разве тьму не вызывают соответствующие маги?

– По сути я заставила солнце скрыться. Это если по-простому.

– Невероятно. – Тонкий голос Софи стал ещё тоньше. Видимо впечатление всё ещё не покинуло её. Надеюсь, ко мне не будут из-за этого приставать прохожие.

– Так что случилось потом?

– Я ждала тебя возле вашего входа, но так и не увидела тебя среди участников. Я переживала, что ты ушла самая первая и я тебя просто так прождала. В итоге, ко мне подошёл стражник, спросил зачем я здесь стою. Сказала, что жду тебя, а он ответил, что ты без сознания. Все замешкались, но когда организатор понял, что я знаю, где ты живёшь, то тебя донесли до повозки, и с нами поехал страж. Он уложил тебя на кровать и уехал, а я так и осталась. Как-то так.

– А где в этот момент был епископ?

– Епископ? Я его не видела. Он заходил к тебе?

– Кажется…

Совсем не помню. Умом понимаю, что он заходил и что-то мне рассказывал, но что… Да и не важно. Теперь всё закончилось. Дэйн увидел меня. Осталось считать дни до нашей встречи.

– Ты наверняка ужасно проголодался. – Софи встала и протянула мне руку. – Пошли, как раз уже всё готово.

Подруга приготовила, казалось, на целую семью: курица с овощами, варёная картошка, салат из грибов и всё обильно посыпано зеленью. Заботливая Софи не дала мне самой всё сделать, а положила в тарелку как можно больше всего. Кажется, меня разорвёт от такого количества, но сейчас это не важно, ведь я действительно ужасно голодная.

– И какого теперь возвращаться к обычной работе, после того как ты смогла сотворить целую ночь? – Спросила девушка, допивая вторую кружку чая.

– Да как-то не задумывалась. Вернусь к работе и всё. К счастью, церковь наказала господина Лаверти и теперь у меня появилась помощь.

– Это же отлично. Ведь теперь у вас ещё больше заказов будет. Все захотят эликсир от самой Лилии.

– Было бы неплохо.

***

– Наконец-то, тебя вернули это святоши. Сегодня будешь на лечебных эликсирах. И поторопись, на столе целая стопка заказов. Многие хотят именно твоих, после фестиваля, но делать мы так, конечно не будем. Кстати иди знакомься с новенькими.

Господин Лаверти выглядит немного бодрее. Неужели с помощниками он тоже стал больше отдыхать? В любом случае я быстро познакомилась с Люси и Эмбер. Они были какими-то необщительными и не обращали ни на кого внимания, а только на свои растворы. Я не стала ничего у них спрашивать и принялась за работу. Её оказалось, действительно, немало, да ещё и люди просили, чтобы их передала именно я, отчего господину Лаверти приходилось с криком их выгонять.

Прохожие часто обращали на меня внимание, иногда даже подходили и просили благословения, ведь кто-то думал, что я служу в церкви, благо это продлилось недолго и про меня забыли. Непривычно мне такое внимание после школы. Не по мне такое. Дайте просто варить зелья в углу комнаты.

– Ты какая-то раздражительная в последнее время, Лилия, что-то случилось?

Уже даже на работе заметили моё состояние. Прошёл месяц с фестиваля, а Дэйн никак со мной не связался. Он принц, он мог нанять кого-нибудь, чтобы узнать обо мне больше: где я живу, работаю, по каким местам хожу, с кем общаюсь и найти способ встретиться. Он же не сидит во дворце, как в клетке. Хотя, может всё ещё нестабильная обстановка с Фескорой и принц с королём решают политические вопросы, но всё-таки… Не могу найти себе места. Не могу думать ни о чём другом. Просто хочется его увидеть. Хотя бы понять, что все эти воспоминания, все старания, вся прошлая жизнь была не зря. Я уже плохо понимаю, кто я: Лилия или Роза? Розой меня никто не называет, но она сидит во мне, хочет наружу. Простая деревенская девушка, травница, невеста кузнеца… Погибшая много лет назад… Вернувшаяся в новом теле, новой жизни…

О нет, я так начну плакать, нужно собраться. Донести слёзы до дома. Хотя бы до дома. Никто сегодня не увидит мои слёзы.

Зазвучал колокольчик, который висит над входной дверью. Наверное, за болеутоляющим пришли. Я помню ту старушку, лучше вынесу эликсир сама. Как раз развеюсь немного.

– Я в порядке, просто немного задумалась. – ответила я Эмбер, подхватывая бутылочку с жёлтой жидкостью.

Подойти к двери я не успела, её уже отворил господин Лаверти. На пороге оказалась не милая старушка, а простой мальчишка почтальон.

– Письмо для Лилии Риверсайд. – сказал он, ломающимся подростковым голосом.

Господин Лаверти выхватил у него письмо и хотел было сразу закрыть дверь, но парень вытянул руку вперёд, жалостливо взглянув на мужчину. Что-то проворчав, он покопался в кармане и отдал ему две серебряные монеты. С чего это господин стал таким щедрым?

– Что за люди, даже не подписали. – Господин стал рассматривать конверт. – Читай быстрее и возвращайся к работе.

Я отложила на ближайший стол склянку и принялась вытаскивать содержимое. Сразу же меня встретила надпись: «Не показывай никому». А вот это уже страшно. Что за анонимное письмо, да ещё и которое никто не должен видеть? Чтобы быстрее узнать ответ, я встала в углу и принялась читать:

Уважаемая Лилия Риверсайд.

Это официальное приглашение на королевский бал. Ваши способности на фестивале Орхидеи оказались грандиозными, и мы хотим видеть вас на приёме.

Приглашение совершенно секретно, никто не должен знать, куда вы отправляетесь. В конверте вы найдёте талон, по которому пройдёте во дворец.

С уважением, представители королевства Грейд.

Ниже официальная королевская печать и дата. Уже послезавтра! Ну кто же так приглашает? Хорошо, что у меня выходной, но мне ведь нужно найти подходящую одежду… Дальше написано, что к моему дому приедет карета. Отлично, они ещё и знают, где я живу. Как продумано и небезопасно. Королевский приём. Это ведь значит… что я… встречу… Дэйна.

Глава 8

Глава 8

– Не думала, что твои родители настолько спонтанные.

– Да уж. Сама долго не могла в себя прийти.

Мне совершенно нечего надеть на такое мероприятие. Денег, заработанных в алхимической лавке, должно хватить на какое-нибудь обычное вечернее платье, хотя, я уверена, что буду выглядеть в нём, как простушка. Это всё-таки бал во дворце, здесь всё на несколько уровней выше. Я попросила Софи пойти со мной. Свежий взгляд не помешает. Конечно, я не стала ей говорить, куда я собираюсь на самом деле. Всё-таки у дворца везде есть уши, не хочется искушать судьбу, с которой я уже один раз сыграла. Для Софи я собираюсь на ужин, в честь приезда родителей. Нужно будет не забыть придумать легенду, как я провела с ними время.

– Ты бы хотела что-нибудь попроще или хочется впечатлить их своим видом? – Софи многозначительно улыбнулась.

– Наверное, всё-таки впечатлить. Путь знают, что я здесь со всем справляюсь.

– Они скорее всего прочитали в газете про тебя.

– Газете?

– Ты не видела? – Продолжая идти, Софи вытянулась, чтобы посмотреть мне в глаза. – Про тебя же в “Рассвете” написали. Правда статья больше похожа на политический вызов. Мол, смотрите, у нас есть лучшие маги, которые могут скрыть солнце. Не нравится мне всё это.

– Да уж.

Слухов по поводу Фескоры становится всё больше. Поговаривают даже, что часть барьера уже открыта. Но почему же тогда церковь молчит и бездействует? Ох, а если завтра будут решаться королевские вопросы? Я бы не хотела быть свидетелем такого исторического события.

– В этом квартале продают хорошие недорогие платья. Пойдём.

Софи взяла меня за руку и повела вдоль улицы. Небо понемногу заволакивает облаками. Надеюсь, дождя не будет.

– Что будешь отвечать, когда родители будут спрашивать про жениха? – Подруга прикладывает ко мне всевозможные платья.

– А что я им могу сказать? Я работаю. Свободное время провожу… дома. Когда мне искать женихов? – Хотя пришлось очень сильно постараться, чтобы его, наконец, найти.

– Звучит печально.

– Эй, а сама, когда найдёшь себе мужчину?

– Друг моего сердца меня не замечает, – робко произнесла подруга, – а другого искать, пока оно занято, не хочется.

Я застыла на месте. Софи никогда не рассказывала мне, что ей кто-то нравится, да и вообще про мужчин мы практически не говорили.

– А вот это уже интересно. – Я даже перестала замечать платья, которые она продолжает мне подавать.

– А знаешь, милая, рядом есть магазин получше. Там платья пышнее.

Не обращая внимание на моё недоумение, Софи быстро повесила платья на свои места и маленькими быстрыми шагами направилась к выходу. Я не собираюсь сдаваться, нависая над ней, как сокол над добычей. И в следующем магазине она продолжила не обращать на меня внимания, пока, наконец, не сдалась.

– Ладно, только не смейся. – Софи уже вся залилась краской.

– Ни в коем случае.

– За городом есть кузница. Там работают два кузнеца: отец и сын. Вот этот сын такой большой, красивый мужчина, что глаз не оторвать. Я несколько раз приходила к ним за заказом от отца и, когда за травами в лес ходила, тоже перекидывались приветствиями. Ох, ты, наверное, теперь думаешь, что я глупая, наивная и повелась только на внешность.

Софи от стыда прикрыла лицо руками. Я положила руку ей на плечо и сказала:

– Ничего и в мыслях подобного не было. Я рада, что ты нашла мужчину, который тебе нравится, но почему ты не скажешь ему об этом?

– Ты что? – Кажется, это смутило её ещё больше, чем само наличие симпатии. – Мужчина должен делать первый шаг. А если его нет, то значит я ему и не интересна.

С каждым словом её голос становился всё тише. Как же жаль, что она так считает. Если бы я могла рассказать, что делаю я, чтобы встретиться с Дэйном…

– Слушай, ты загоняешь себя в слишком жёсткие рамки. Вдруг он думает точно так же, что ты не делаешь первый шаг, а значит не интересна ему.

– Ты так думаешь?

– Все мы люди и боимся рисковать. Но кто-то должен это сделать, Софи. Он скорее всего и не знает, где ты живешь и ждёт каждый раз, что ты пройдёшь мимо кузницы. В следующий раз попробуй быть поразговорчивее, посмелее. Я уверена, у вас всё получится.

– Даже не знаю, смогу ли…

– Будет тяжело, знаю, но либо всё получится, либо ты так же продолжишь томиться в ожидании.

– И откуда ты столько знаешь? Откуда такая уверенность? – Кажется, в голосе подруги появились нотки подозрения.

– Можно сказать, я в прошлой жизни была гуру любви. – Без тени сомнения ответила я.

– И ты помнишь прошлую жизнь? Ты что, ведьма?

Разговор заходит совсем не туда, ещё немного и я сболтну лишнего, нужно сменить тему.

– Будь я ведьмой, сидела бы в лесу и ела мухоморы. Мы уже третий круг здесь ходим, нужно что-то выбрать.

– Да, точно.

Пока я примеряла платья разного стиля и фасона, меня всё никак не отпускало странное чувство после рассказа Софи о её возлюбленном. Я перебираю историю в голове снова и снова и не могу понять, что именно меня задевает. Может дело гораздо глубже? Софи, моя первая подруга в этой новой жизни, она травница (как и я), живёт с отцом (я с матерью) в столице, влюбилась в кузнеца (как и я), но они пока ещё друг другу не признались. Подождите… Травница… Кузнец… Почему это так похоже на мою прошлую жизнь? Может я что-то не замечаю? Если… Точно… Как я сразу не обратила внимания? Мне ведь сразу, при первом знакомстве, было так легко общаться с Софи. Ведь у неё совершенно такой же характер, как и у прошлой меня. Как у Розы. Сейчас я осмелела, стала дерзкой, но тогда… Тогда мне так же было неловко говорить про Дэйна, каждый раз скрываю лицо от смущения и умиляюсь, когда что-то нравится. Почему я заметила такое только после рассказала про кузнеца? И почему вообще между нами такая схожесть?

– Лилия, тебе помочь? Ты там уже долго одеваешься.

Придя в себя, я раскрыла штору и показалось перед подругой в очередном платье, которое она мне подобрала.

– Вот! Вот оно! Это платье тебе полностью подходит.

***

Конечно, именно вечером в день бала должен начаться дождь. Гроза освещает небо вдалеке, от грома стали гавкать собаки. У меня даже зонта нет, придётся бежать до кареты, благо туфли не на высоком каблуке. Подъехать должны примерно через двадцать минут. Я готова уже полчаса – начала собираться заранее, чтобы точно всё успеть. За это время я несколько раз подходила к зеркалу, чтобы быть уверенной, что всё идеально. Софи одолжила мне свои краски для лица и показала, как я могу уложить сама волосы. Пришлось долго оправдываться и много врать, чтобы подруга не пришла сегодня мне помогать собираться. Интересно, у каждого волшебника, которого приглашают после фестиваля, такие трудности? В очередной раз подойдя к зеркалу, я внимательно себя осмотрела. Платье, действительно, прекрасное. На фоне моей бледной кожи, этот бирюзовый цвет выглядит идеально. Оно прямое, длиной до пола, рукава из полупрозрачной ткани и корсет на талии. Краситься сильно не стала, лишь выделила глаза голубыми тенями и чёрными стрелками. Волосы собрать нормально не получилось, поэтому закрепила всё крабом. Скорее всего я выгляжу слишком просто для королевского бала, но ничего поделать с этим не могу. Думаю, я смогу пережить осуждающие взгляды элиты.

Среди звуков дождя стали слышны удары копыт о брусчатку. Я подбежала к окну и увидела бархатную карету, подъезжающую к моему дому. От понимания этого, я стала волноваться. По спине пробежал холодок, неужели всё это взаправду? Кучер слез со своего места, взял зонт и подошёл к двери. После того, как он постучал, я подождала немного, чтобы он не думал, что я караулю его и открыла.

– Леди Риверсайд? Вижу, вы готовы. Пройдёмте.

Я поздоровалась и нырнула под зонт. На улице от тёмных туч гораздо темнее, чем могло быть, но факелы на карете хорошо освещают дорогу. Весь путь я нервно перебирала пальцы. Сердце стучит с каждым поворотом всё сильнее и сильнее. Я одновременно жажду и боюсь встречи с Дэйном. Как он поведёт себя, если воспоминания в нём живут лишь месяц? Или может он однажды видел меня, может даже раньше меня, но не было возможности встретиться? Я тешу себя надеждами, что всё пройдёт гладко, но… Как может быть гладко? Он принц, я – маг. Я не знаю, что должен сделать эликсир, чтобы с таким положением нам быть вместе. В лучшем случае, я могу рассчитывать на роль любовницы, но стоит ли оно того? Мои мысли ни к чему меня не приведут, и, чтобы не загнать себя в пучину тьмы своей души, я стала разглядывать дома. такие яркие даже в темноте, даже при плотной стене дождя. Нужно было всё-таки взять накидку. В конце концов меня укачало, и я ушла в лёгкую дремоту.

Проснулась, когда поняла, что мы остановились. я проглотила ком в горле и вышла из кареты, когда мне открыли дверь.

– Приготовьте, пожалуйста, билет, леди. И помните: никто не должен знать, что у вас особое приглашение.

Особое приглашение? Ещё и из знати не должны знать, что я участник фестиваля? Как-то всё слишком секретно. Вблизи дворец ещё более величественный. Нежные колонны обрамляют гладкие светлые стены. Нужно высоко задрать голову, чтобы увидеть крышу со статуями. Такой как я не позволено даже находиться рядом с такой роскошью, не то что входить. Но я вошла. Меня встретил мужчина во фраке и попросил приглашение. Я протянула ему ту самую карточку, которая была с письмом. Пока он читал, я взглянула внутрь. Впереди большой зал с широкой лестницей и несколько дверей. Там уже находятся люди. Даже издалека видно, что женщины одеты на несколько десятков тысяч монет богаче, чем я. Снова переведя взгляд на мужчину, читавшим моё приглашение, я удивилась его взгляду. Он слишком серьёзно и внимательно читает. У меня уже мурашки пробежали по спине от мимолётной мысли, что письмо оказалось шуткой. Но шутка слишком серьёзная, чтобы ради неё заказывать карету. В итоге, мужчина позвал другого человека во фраке и попросил его проводить меня в комнату переговоров.

– Приятного вечера, леди Риверсайд.

 Я просеменила за молодым человеком, боясь оглядываться по сторонам. Не хватало ещё выглядеть глупо из-за своих широко раскрытых глаз. Я иду по коридорам второго этажа, боясь думать о чём-либо. Комната переговоров говорит сама за себя. Особым моё приглашение делает не то, что я участник фестиваля, а то, что я Роза. И принц об этом знает. Теперь знает. Мои ладони вспотели. Я слышу в ушах, как бьётся моё сердце. Мы идём уже слишком долго. Или только мне так кажется? За очередным поворотом оказалась одна дверь. Мужчина остановился и повернулся ко мне.

– Сейчас я вас представлю.

Он постучал и, после разрешения войти, открыл дверь, сделал шаг в комнату и объявил:

– Ваше Высочество, леди Риверсайд прибыла.

Я плохо помню, как попрощалась с мужчиной и как оказалась внутри. Помню только, как обратила внимание на то, что помещение слишком красное: красные стены с панелями внизу из тёмного дерева, бордовые полы с красным ковром. Бежевый камин на этом фоне слишком выделялся. От огня исходит приятное тепло. Рядом с камином расположен красный бархатный диван, на котором сидит принц в светлом костюме. Он сидит в свободной позе: ступня на колене, одна рука находится на спинке. Будто он давно ждёт, чтобы выпить с другом. Дэйн смотрит на пламя, постукивая пальцем по колену. Я чувствую, что целиком и полностью становлюсь Розой. Я сжалась, скрепив руки на животе, мелкими шагами подошла к принцу и замерла, без возможности произнести хоть слово от страха.

Наконец, он повернулся ко мне. Как же мы перестали быть похожими на самих себя. Вместо мускулистого, невзрачного кузнеца с тёмными глазами и короткими редкими волосами, он стал высоким стройным блондином c голубыми глазами. Мечта всех маленьких девочек, которые читали в детстве книжки о принце или рыцаре и принцессе. Такой утончённый, хоть он и сидит свободно, но каждое его движение пропитано королевской грацией.

– Роза.

Моё сердце разорвалось от того, что я услышала своё имя. Не выдержав, я сделала короткий вдох ртом. Глаза наливаются слезами, но я сдерживаю их. Кажется, тело начало дрожать.

– Дэйн. – Не своим голосом произнесла я.

– Не стой, садись.

Его лицо не изменилось от звучания имени. Не было ничего, чтобы выдало его волнение. Либо он ещё не осознал свою прошлую жизнь, либо…

– Я о многом хотел тебя спросить и многое сказать, но теперь у меня в голове все мысли спутались. – Его сильный, глубокий голос, затрагивает саму душу. – Как давно ты всё помнишь?

– Пять лет.

– Так долго? – Он округлил свои яркие глаза. – И кем ты себя больше чувствуешь, Лилией или Розой?

– Я уже не знаю кто я. – Понемногу, я начинаю расслабляться. – Когда я всё вспомнила, моей единственной целью была встреча с тобой. Сначала Роза была где-то в тени, а потом она стала раскрываться сильнее и теперь я не знаю, кто я есть. По характеру, может, больше Лилия, но в душе всё-таки Роза.

– Понятно. – Всё это время Дэйн смотрел лишь на огонь. А я на него. – Первые дни, мне казалось, что это всё сон. Разыгравшееся воображение. А потом пришло осознание, что люди, которых я видел, жили на самом деле. Что у меня была другая жизнь. – он ненадолго замолчал. – Вспомнил, кем я был, где жил, кого любил. И вспомнил какую ошибку совершил.

– Ошибку?

– Роза была права. Не надо было доверять ведьме. Не надо было играть с судьбами и душами. – Он стал нервно жестикулировать. – Из-за Дэйна и неролловского эликсира ты не смогла жить своей жизнью. – На этот раз он повернулся ко мне. – Лилия, мне не нужны эти воспоминания. Я принц. Я Итан. Ты сама должна была понимать, что эликсир сделал всё возможное, чтобы мы не были вместе. Может по юности ты и рвалась встретиться со мной, но теперь, пока ты ещё молодая, оставь это и живи своей новой жизнью. Ты мечтала стать магом и у тебя это получилось. Так двигайся дальше и забудь меня.

Моё сознание отказывается воспринимать всё, что он говорит. Забыть? Оставить? Жить своей жизнью? Но как я могу это сделать, если последние несколько лет я жила тем, чтобы встретиться? Я жила ожиданием. А теперь что мне делать?

– Дэйн… – только и смогла я из себя выдавить.

– Не зови меня этим именем, Лилия. Ты – одарённый маг Эльдоры, я – принц Грейда. Чем раньше ты это осознаешь, тем лучше. – Его голос стал грубее. Итан встал и сделал несколько шагов к двери. – Хоть фестиваль Орхидеи и подразумевает, что маги выступают на чистом энтузиазме и что призов нет, но на самом деле они есть. За стеной всё ещё ждёт дворецкий. Он проводит тебя в главный зал. Там с тобой начнут знакомиться влиятельные люди. В конце ты сможешь выбрать на кого работать. Это во много раз престижнее, чем сидеть в лавке алхимика. Тем более с твоими талантами.

– Но Итан. – На этот раз, я вскочила с дивана. – Неужели… ведь эликсир должен сделать так, чтобы мы были вместе. Я жила этим пять лет!

– А я двадцать пять лет жил Итаном Нортклиффом. – Его красивое лицо стало яростнее, а голос громче. Кажется, ещё немного и он сможет ударить. – На балу ты поймёшь, почему нам никогда не быть вместе.

Он поставил точку тем, что не стал дальше слушать меня и вышел из комнаты. Я упала на колени. Слёзы уже сами начали идти. Камин сильно греет правую руку, но я этого не замечаю. Наоборот, хочется полностью влезть в костёр, чтобы пламя закончило мои страдания. Сожгло всю сущность Лилии и Розы. А лучше стёрло бы все воспоминания о прошлой жизни.

Глава 9

Не знаю, сколько бы я сидела, упиваясь слезами, если бы дворецкий меня не поторопил: “Леди, нужно уже быть в бальном зале”. На секунду я почувствовала себя игрушкой. На меня будут смотреть, будут пытаться произвести впечатление. И я по этому тщеславию, должна буду понять, на кого работать. Вот тебе и приз за то, что скрыл солнце от всех королевств. Я мысленно попросила Розу уйти в задворки своего сознания и не выходить. Да, я проявила слабость. Была маленькой девочкой, которая умерла много лет назад. Но надо вспомнить саму себя. Вспомнить Лилию. Бойкую, сильную. На противоположной стене висит зеркало в золотой оправе. Я взглянула на себя. В первое мгновение я увидела Розу, но потом моргнула и передо мной появилась рыжеволосая заплаканная Лилия. Я помнила о том, что у меня накрашены глаза, так что старалась не трогать их и аккуратно убирать слёзы, поэтому пару движений пальцами и макияж снова прекрасен. Осталось дождаться, пока покраснения пройдут. Я сделала несколько глубоких вдохов. Дворецкий ещё пару раз постучал по двери. Убедившись, что я выгляжу более-менее нормально, вышла и мы отправились в бальный зал.

Здесь оказалось достаточно шумно, хотя людей относительно не много. Музыканты играют неспешную классическую мелодию; с левой стороны около стены стоит фуршет; слуги разносят напитки (мне сразу же предложили, как только я вошла); люди расположились по всему большому пространству, собравшись в небольшие группы. Интерьер гораздо мягче, чем в комнате переговоров: голубые стены расписаны золотистыми тонкими узорами, светлый паркет, от которого отражается невообразимых размеров люстра. В самом конце, на противоположной стороне от входа на пьедестале расположены три трона с высокими спинками: два из них заняты. Итан и его величество Мартин сидят и наблюдают за толпой. Король незаметно отбивает ногой ритм, а Итан подпёр голову рукой. Видимо, ему скучно. Или всё ещё раздражён, после недавнего разговора. Третий трон пуст. Королева умерла ещё во время войны. Помню, мама рассказывала, что траур шёл пять дней. Королевская семья, наверное, ненавидит Фескору ещё больше, чем церковь.

Я прошла несколько шагов вперёд и заметила балкон, спрятанный за шторой. Надеюсь, там можно будет спрятаться от суеты. Даже не знаю, что теперь делать. Не хочется ни к кому подходить, но и без дела стоять неприлично. Подойду к фуршету, может кто-нибудь сам захочет начать разговор. На столе много морепродуктов. Обычно их не найти, потому что они добываются в королевстве Артрор, а жители очень трепетно относятся к своим морским лакомствам. Конечно, первым делом я взялась за шпажки с креветками. Вкус непривычный. В носу сразу чувствуется морской бриз. Резко захотелось помочить ноги в воде, которая уходит далеко за горизонт. Я так много картин видела, но сама была максимум на реке.

Позабыв, где нахожусь, я набросилась на бутерброды с икрой и на мидии.

– Ммм, добротно. – Вырвалось из меня, еле слышно.

– Добротно? Ты из какой деревни таких слов набралась?

Чуть не подавившись, я обернулась на знакомый голос. Лицо у Маргарет по-доброму мягкое. Никогда такого в школе не видела, даже когда смотрела на троицу со стороны.

– Не ожидала тебя здесь увидеть. – С набитым ртом, произнесла я.

– Взаимно. Впрочем, это было ожидаемо. Ты произвела огромное впечатление не только на наше королевство.

Я не знаю, как себя с ней вести. Она слишком добродушна ко мне, это непривычно.

– Что-то не так? – Маргарет заметила моё замешательство.

– Как-то странно разговаривать с тобой… обычно.

– А, вот оно что. – Она взяла у слуги бокал шампанского. – Да уж, приходилось соответствовать чужим ожиданиям, но это всё в прошлом. И да, извини, за прошлые года. Нам с Ирмой нравилось дружить с Валери, но она очень требовательна к другим, особенно к себе. Дома её постоянно заставляли быть самой лучшей, вот она и считает теперь, что другие тоже должны быть лучшими, иначе это отбросы. Звучит, будто она стерва, но на самом деле всё гораздо сложнее.

– Ясно. – Не то, чтобы это поможет мне мягче к ней относиться, но узнать такие подробности было любопытно.

– Кстати о лучших, если тебе интересно, недавно Ирма сбежала из города с бродячим музыкантом. – На лице Маргарет засияла нежная улыбка.

– Как сбежала? Она же была одной из одарённых по учёбе. И вроде устроилась даже хорошо.

– Так вскружил голову наивной девчонке, так она забыла обо всём. Хотя, я думаю, рано или поздно она вернётся.

Никогда бы не подумала, что среди “элитной” троицы одна окажется заложником родительских установок, другая сбежит от успешной жизни в мир приключений с первым попавшимся, а третья просто мастерица сплетен.

– Сплетничаете, девушки? – К нам подошла худощавая женщина в возрасте. Для своих седин, она слишком оголила плечи. – Это правильно, нужно сплетничать пока молодые, тогда, если сболтнёте лишнего, можно свести всё на девичью глупость.

Она прикрыла рот рукой и начала хихикать. Не оборачиваясь, я взглянула на Маргарет. Она жестом показала, что всё нормально.

– Позволь представить, – начала Маргарет, – мадам Антуанетта Понд. Жена казначея. А вот и он, кстати. Приветствую, господин Понд.

– Не нужно таких формальностей. – Живот господина подошёл гораздо раньше, чем сам господин. – А вы у нас…

– Гарольд, это же та самая, – мадам Антуанета начала тянуть ко мне свои руки, но на мгновении от лица остановилась, – конечно, леди Риверсайд смогла скрыть солнце. Она ведь само воплощение Эзэгриль.

О, Пелор, неужели и здесь все будут сравнивать меня с ней?

– Пелор, пощади, как на фресках. – Господин хлопнул себя по животу.

– Вот и я о том же, дорогой. Пойдёмте, леди, – мадам аккуратно взяла меня за локоть и повела вглубь зала, – познакомлю с несколькими интересными людьми.

Меня повели сначала к одной компании, потом к другой, а после к нам сами начали подходить. Маргарет осталась сама по себе, а после присоединились к каким-то девушкам, с кем я ещё не имела честь быть знакомой. К кому бы мы не подходили, все сравнивали меня с Эзегриль. Моя душа начала закипать, но я всеми силами сдерживалась. Кто-то восхищался моей схожестью с ведьмой, кто-то настораживался. Меня это очень сильно утомило, и я уже хотела как-нибудь сбежать на балкон, как вдруг Итан встал со своего места и подошёл на край платформы. Все обратили на него внимание, когда затихла музыка.

– Дорогие гости. – Начал он, расставив руки. – От лица королевской семьи, хочу приветствовать вас. Надеюсь, вам нравится этот вечер, и вы прекрасно проводите время. Вы, я думаю, заметили, что на столах у нас сегодня изысканные деликатесы прямо из моря. Это подарок из соседнего королевства. Артрор любезно передал нам дары, а вместе с этим, нас почтила своим присутствием королевская особа. Прошу представить: Глория Барджеман, принцесса Артрора.

Как из воздуха, на пьедестале возникла хрупкая девушка с длинными русыми волосами в красивом бежевом платье. Её миловидное личико больше похоже на детское, но на самом деле она на год старше меня. Она подошла к Итану достаточно близко и так на него смотрела, что в груди у меня закололо. Глория поклонилась, расправив платье и произнесла:

– Рада приветствовать вас, жители Грейда. Этот знак добрый воли, который, я надеюсь, успели попробовать, первый шаг на встречу нашему союзу.

Люди зааплодировали. От такой чрезмерной вежливости меня начинает тошнить.

– Это ещё не всё. – Продолжил Итан. – Друзья, с превеликой радостью, сообщаю вам, что в скором времени союз станет ещё крепче. Ведь мы с её высочеством помолвлены.

Люди стали ликовать ещё сильнее, а у меня кровь застыла в жилах. Кажется, я даже перестала что-либо слышать. То есть, как помолвлены? Но ведь эликсир не должен был… Эликсир… Нерроловская старуха. Что б ей твари душу раздирали веки вечные. Я чувствую, как на меня накатывает новая волна слёз. Прикрыв рот, я стараюсь дышать глубже, но так чтобы этого не заметили. Пять лет мои мысли были о том, чтобы найти Дэйна, а теперь всё рухнуло в одночасье. Какой смысл теперь в новой жизни?

– Ты меня вообще слушаешь?

От мыслей меня отвлекла Маргарет. На фоне счастливых лиц, её, кажется, чересчур серьёзным.

– Прости, я задумалась. – Я стараюсь не выдавать голосом своё состояние.

– Я говорю, что это плохой знак такого союза. – сказала она уже гораздо тише, что пришлось напрячь слух.

– О чём ты? – Так же тихо спросила я.

– Сейчас о многом поговаривают, но более вероятно, что этот союз создаётся для того, чтобы собрать мощную армию против Фескоры.

– Что? Но они же двадцать лет, как за барьером. Они не опасны.

– Церковь и знать так не считают. Эти двадцать лет нужны были, чтобы просто перевести дух. Война тогда не закончилась.

Теперь во мне поселилось ещё и чувство страха. Не хватало ещё две жизни подряд пережить войну. А учитывая мои способности, о которых знают все, меня отправят в первые ряды воевать за королевство.

– А теперь, – король встал со своего места и хлопнул в свои крупные ладони, – прошу гостей освободить место для танца невесты и жениха. После первой песни, к танцу могут присоединиться желающие или поздравить молодых.

Не успели люди разойтись, как музыканты стали исполнять «лебединую песнь». Я хотела сразу сбежать на балкон, но меня оттянули в противоположную сторону. Ещё и встали так плотно, что так просто не пойти. Маргарет стоит немного вдалеке и весело о чём-то говорит. То есть это она только со мной решила посекретничать? Или она подумала о том же, о чём и я, поэтому решила предупредить. В любом случае, спокойным сон у меня больше не будет, спасибо.

Счастливая парочка с влюблёнными глазами вышла в зал и начала танцевать по образовавшемуся кругу. Видно, что в этот момент для них не существует ничего вокруг. Только он и она. А я здесь. Брошенная судьбой, которая явно сейчас насмехается надо мной. Для чего тогда нужно было, чтобы именно я первая вспомнила, да ещё и столько лет назад? Неужели та бабка договорилась с нерроловскими тварями, чтобы так поиздеваться? Я отошла в сторону, ближе к углу, выхватила из подноса слуги бокал и несколькими большими глотками наполовину осушила его.

– Кажется, я тебя напугала. – Маргарет вновь вернулась ко мне. – Извини, это всё лишь слухи. На деле может оказаться, что это всего лишь свадьба. Вон как смотрят друг на друга. Свадьбы королевских особ редко бывают по любви.

– Спасибо за новости. – С грубым тоном произнесла я.

– Обращайтесь. Нужна будет информация, ты знаешь где меня найти. Считай это искренним извинением за школьные года.

– Ты действительно так сожалеешь?

– Не очень, но всё равно, я считаю, поступать так было неправильно. А неправильные поступки надо исправлять.

– Благородно.

– Конечно.

Танец закончился и несколько пар вышли на середину. Заметив, что путь стал чуть просторнее, я сделала шаг, успев сказать Маргарет:

– Пойду проветрюсь.

Она кивнула и, как только я повернулась, передо мной появилась не сильно высокая фигура весело улыбающегося молодого мужчины с чёрными густыми волосами, завязанными в небольшой хвостик с насыщенными голубыми глазами (Пелор, как мне всегда нравилось сочетание чёрных волос с голубыми глазами). На его лице сияет белоснежная улыбка, а глаза горят так, будто это он несколько минут назад объявил о помолвке, а не Итан.

– Прекрасная леди, – начал он приятным нежным голосом. Его акцент напоминает восточный. – вы покорили меня, как только я вас увидел. Ваши яркие волосы видно с любого конца зала. Вы похожи на…

О нет, не говори, пожалуйста, на кого я похожа, так ведь хорошо начал.

– … на богиню Инсан из арлийской мифологии.

А это уже что-то новенькое. Он мне нравится всё больше и больше.

– Я долго решался подойти и не прощу себя, если не приглашу вас на танец. – Он протянул мне левую руку, а правую завёл за спину и чуть наклонился.

Все мои переживания мигом ушли на второй план, но я всё ещё в замешательстве, что меня пригласили, да ещё и не назвали Эзэгриль. Некоторое время я смотрела то на незнакомца, то на его руку, решаясь. Один раз быстрым взглядом посмотрела на Маргарет. Её хмурый взгляд меня насторожил, но я не придала этому особое значение. Неуверенно, я протянула руку в ответ, и его улыбка стала ещё шире.

– Вы сделали меня самым счастливым в этот вечер.

От его слов так и веет теплом. Моя душа стала немного спокойнее. Не хотелось больше думать о том, что я сегодня узнала. Пожалуйста, забери мои тревоги, хотя бы на один танец, я буду благодарна.

Примечания

1

Яснодень – сезон, когда преобладает тёплая погода, солнце дольше всего остаётся в небе, а растения полностью проснулись

Вернуться