Катя Корж
Злые шутки судьбы

Глава 1

Думаете, я начну свою историю с обычного утра? Вы в чем-то правы, она начинается действительно с обычного утра, и настолько раннего,  что для вас это ночь.

Дело в том, что моя мама решила мне отомстить за то, что я не помыла в очередной раз посуду и поставила мне будильник на 3 утра! И что за женщина со мной живёт? Это ужас! Она же знает, что если меня что-то разбудит, то вновь уснуть я не смогу, как бы не старалась. Хорошо, что это случилось за пару деньков до начала учебного года, иначе бы на свое последнее первое сентября мне пришлось бы идти с мешками под глазами, под моими такими красивыми глазами! И да, вам стоит заранее узнать, что сарказм моя сильная сторона.

Вставив наушники в уши, я дала волю фантазии для построения плана мести моей маме. Дело вовсе не в том, что я не люблю её, даже напротив, очень люблю, и не только её, но и отца, который, кстати, стоит своей жены. Я единственный ребёнок в семье, и к несчастью для родителей, не унаследовала их комичный характер. Ведь всё, на что я была способна, – грубый сарказм и шутки, которые и немногие, кстати, понимали.

Обычно когда я шучу, мне кричат что-то типа "Кейт, тебе не стыдно такое говорить?" или "Да как у тебя вообще язык повернулся?". Ну а мне то что? Шестнадцать лет уже с таким вот уж чувством юмора и ничего, жива, как видите.

В наушниках заиграла вместо рока обычная попсовая песня, которую так любит моя подруга. Наверное, из-за этой любви к такому жанру музыки она сократила свое имя и просит называть Нюшей. А мне даже нравится, особенно если учесть, что можно подобрать множество смешных рифм, когда в очередной раз хочешь её подколоть.

История нашего знакомства была веселой…Наверное… Просто это было так давно, что я её уже и не помню, да и зачем? Она понимает меня, я её, почти всегда. За исключением одного  – парни.

Это больная тема для меня. И дело не в том, что я уродина или что-то в этом роде, напротив, вроде симпатичная девушка среднего роста, чуть больше ста шестидесяти, не тощего телосложения, я бы даже сказала немного спортивного из-за моей любви к активному образу жизни. Мои прямые и ухоженные русые волосы доставали до талии, а лицо украшали доставшиеся от бабушки большие голубые глаза. Одним словом, я типичная славянка.

Просто у меня нет такой чрезмерной мании к противоположному полу,  как у моей подруги. Такое я давно начала за ней замечать,  но когда недавно ей стукнуло пятнадцать, мне кажется, ей крышу немного снесло. Я была бы не против разговоров о них, но на лекции  а-ля "в 16 лет срочно нужен парень" я не подписывалась. Причём они проводятся с такой же периодичностью, как газета по почте приходит, если не чаще.

У нас с ней разница почти в 2 года, но это не мешает быть друзьями, ведь в общении с ней  я не замечаю этого, возможно ещё и от того, что с детства научилась смотреть на внутренний мир людей.

С детского садика меня много кто придавал, говорил неприятные вещи за спиной, и это заставило меня рано повзрослеть и смотреть не только на красивые глазки людей, но и на их поступки. Можно сказать, поэтому у меня мало друзей, да и просто людей, с которыми я общаюсь, но зато я уверена в них. И скорее по этой причине у меня очень тяжёлый характер, а большинство поступков противоречивы. Но только если недовольные таким характером люди могу прекратить общение со мной, то мне же приходится выносить себя 24/7. И это та еще мука, скажу я вам.

Живу я в Европе. Правда круто звучит, если не уточнять  что в центральной? Беларусь – маленькая, но мирная страна, мне нравится. По крайней мере, здесь уютно, мне так кажется, и совершенно не важно, в каком я городе здесь живу. Поверьте, магазинчиков с крутой одеждой и всяких супер и гипермаркетов тут хватает, поэтому здесь оживленно, пробок на дорогах нет, хоть машин тоже хватает.

Моя школа близко, так что отец редко куда меня подвозит, да и он постоянно занят. Когда ты живешь в семье бизнесменов – это тяжело, но мои родители стараются оставаться весёлыми, как бы не было тяжело, они знают, что  у меня слишком смелые планы на будущее, и слишком большому веселью и парням нет места в моём  настоящем.

Да-да, я – книжный червь, ладно,  признаюсь. Но это потому, что отчасти учиться – это реально интересно. Иногда не очень смешно смотреть на своих одноклассников на географии, которые услышав от учителя "покажи Европу" показывают Канаду. Такой уровень деградации страшен.

С начальной школы я стараюсь учиться, наверное, поэтому меня и недолюбливали дети. Кто же будет любить того, кто всегда во всем успевает или кого ставят в пример, хотя мне самой иногда от последнего неловко. Но постепенно все свыклись с мыслью о том, что я отличница и сделали проще, перестали общаться.

Со временем у меня появилась парочка друзей в школе, но это не Нюша, я им много чего не могу рассказать, но для общения они отлично подходят, а для школьных друзей большего и не надо. Всё равно ведь скоро расстанемся…

Кстати о школе, это отдельная тема. Нет-нет, она ничем не примечательная: старое четырёхэтажное маленькое здание, в  которое умещает в себя менее тысячи учеников. И она настолько старая, что в аварийном состоянии. Не знаю, почему её ещё не закрыли, не единичный случай, когда с потолка падала бетонная плита, повезло еще, что ночью.

Учителя хорошие, есть у каждого свои противные черты характера, например, вспыльчивость учителя истории (хотя, по-моему, все историки немного того… странные в общем) и тому подобное, кормят нормально, особенно когда голодный, так вообще объедение. У нас в школе как таковой формы нет, просто деловой стиль одежды, но, как и во всех школах найдутся те, кому закон не писан, и мне, старосте, от завуча стучат по голове, но кто меня станет слушать?  А я не конфликтный человек, к сожалению…

В глаза попал солнечный свет. Моя комната выходит на солнечную сторону, поэтому первые лучи солнца всегда будят меня в 6-7 утра, и именно по этой причине в школу я прихожу уже не сонной, исключая зиму, когда поздно встает солнце, и просыпаться приходится по будильнику. Наверное, тому виной стала слишком лиричная музыка, что я слушала из последних, а может и моя добродушность, но я отбросила мысли о мести, когда встала в душ.

Закончив с головой, я принялась ухаживать за лицом. Тут мне не повезло,  природа меня не обошла с подростковыми прыщами, поэтому постоянно приходилось следить за кожей. Но вы слышали о законе подлости? Да-да, сейчас именно он сработал, за пару дней до первого дня школы, у меня вылезла парочка прыщиков.

С кухни раздался грохот кастрюль, значит, мама уже проснулась. Готовить  я не умела, времени не было научиться, не в счёт базовые блюда, но я и представить сейчас не могла, что в недалеком будущем мне захочется не только научиться готовить, но и ещё много чему, а всё ради кого…

Глава 2

– Вкусно пахнет,– папа зашел на кухню с закрытыми глазами, наслаждаясь ароматом.

Я тоже сидела уже, пускала слюнки по маминым сырникам с джемом. Когда мы все вместе садимся за стол, на душе становится уютно и спокойно: родители о чем-то как обычно по работе разговаривают, а я думаю о том, что надо бы ещё подкупить к школе. Вообще-то, такое мирное утро стало нередким явлением в последнее время. Родители часто ссорились до моей старшей школы, но сейчас они заключили временное перемирие, которое создает мне комфортную подготовку к поступлению. Обычно же утром кухня становилась полем боя для новой мировой войны: мама с черпаком летела на папу, потому что тот раньше времени к еде притрагивался. Кто знает, может это временное перемирие заставит их насовсем забыть о войнах? Что-то сомневаюсь…

Когда в квартире я осталась, наконец, одна, то позвонила подруге и договорилась о встрече. Постепенно пришлось приводить себя в порядок, так как пойти по магазинам мы должны были через час. Собрав волосы в высокий хвост и намазав бальзамом со вкусом ванили губы, я посмотрелась последний раз в зеркало.

Тонна косметики – не мой конёк, даже волосы ни разу не красила, хотя глубоко в душе мечтала быть платиновой блондинкой. Умной и блондинкой!

Подруга позвонила ровно через час, что было удивительно с её медлительностью и умением опаздывать.

Погода была просто замечательная, солнце светило и не сильно пекло, а ветер раздувал мой хвост и пряди, уже выпавшие из причёски. Я засмотрелась на небо, оно было таким ярким и светло-голубым, и это был мой любимый цвет. Для меня он означал мир и спокойствие, которое я так люблю. Подруга меня начала дергать за плечо.

– Это твой последний год, а значит, последний шанс хотя бы раз насладиться школьной романтикой, Кейт! Ты меня слушаешь вообще?!

– Да-да, это даже смешно слушать от тебя, Нюша, причём в который раз. Ты же знаешь, что никто не заинтересуется книжным червём, к тому же, меня романтика не интересует… Пока что, – Я посла ей милую улыбку в надежде, что тема будет закрыта.

Но какое там? Подруга униматься не собиралась.

– Я не понимаю, ты всю жизнь за учебой прятаться будешь? Да и зачем тебе идти в медицинский, если есть полно…

Я посмотрела грозно на подругу – и она осеклась. Ведь она знала, что это для меня больная тема, но частенько забывала. После этого мы долго молчали, пока не дошли до канцелярских ларьков на рынке.

О, боги! Это же самый настоящий рай: блокнотики, ручки,  ластики, стикеры. Но мне нужен был лишь ежедневник. В этом году меня ожидал плотный график, боюсь, в голове я его не удержу, каждый день мой будет расписан по минутам. Немного задумавшись над тяжёлым будущем, я почувствовала, что кто-то на меня смотрит. Но, резко обернувшись, я никого не увидела, и подумала, что мне просто показалось, хотя я с детства чувствую чужой взгляд. Считаете, что такой способности не существует? Дело ваше, но иначе странные бегающие по спине мурашки и внезапное учащённое сердцебиение объяснить я не могу.

Купив всё, что нам нужно, мы пошли с подругой дальше, но успели отойти совсем недалеко – у меня сильно заболело в области сердца. Увидев это, Нюша помогла мне: подхватила меня под локоть и забрала все сумки.

– Ээээ, Кейт, ты в порядке? Опять сердце? – получив от меня в ответ кивок,  подруга снова начала читать лекции. – Сколько раз я тебе говорила к врачу сходить! Ты себя доведешь когда-нибудь.

Ещё давно я заметила, что у меня часто болит в районе груди от перегрузок, но врачи, сколько бы раз я не ходила, говорит, что у меня все в порядке, поэтому ничего не оставалось, кроме как терпеть вот в таких моментах. Через пару минут все прошло, и я вновь глубоко вздохнула под неодобрительный взгляд подруги.

***

– Тебе нужно время над этим подумать?– взрослый мужской голос раздался в кабинете.

Этот человек сидел в кожаном кресле, как и полагалось занятому и важному бизнесмену.

– Отец, ты издеваешься? Эта новость мне как снег на голову летом, почему именно сейчас ты задумался о моей женитьбе, мне ещё восемнадцати нет?!– парень, что стоял напротив собеседника, был копией мужчины в детстве. Эта мысль и заставила улыбнуться того, чьи волосы начала трогать седина.

– Я выбрал тебе отличных кандидаток. А на то, что бы в будущем завязать хорошие отношения с женой, нужно время повстречаться, именно поэтому ты должен определиться уже сейчас. Посмотри досье всех, что я тебе выбрал. Глядишь, кто-то и приглянется.

Но его сын даже думать об этом не хотел, он вообще не понимал действий отца. Он так же не понимал, зачем в последний год его обучения понадобилось переводиться в другую школу, пусть даже и с профилем истории. Но он точно знал одно – его жизнь за него расписали по минутам. И такое ему очень не нравилось, и он категорически не собирался это принимать.

Схватив все папки, что сунул ему отец, он вышел из комнаты, что-то бурча про то, что обещает подумать. Но в душу ему закралось насчёт всего какое-то сомнение и странное предчувствие, ведь его отец никогда не делает что-то просто так, тогда зачем всё это?

Глава 3

Первые лучи солнца снова пробились в мою комнату, попали мне в глаза и разбудили. На часах ещё не было 6 утра,  а мне уже пришлось бодрствовать. Сегодня был лучший день в моей жизни, потому что сегодня я иду на последнее первое сентября в своей жизни! Да-да, 11 класс, встречай меня!

Улыбка не сходила с моих губ, и меня вовсе не волновало то, что скоро я вступлю во взрослую жизнь. Мне придётся сдать экзамены – и я буду студенткой лучшего медицинского университета страны!

Сердце от последнего забилось ещё сильнее, пусть в школе меня и называли умной, но мне кажется, что больший страх не поступить именно у таких людей, как я.

Я очень переживала, но родители все время меня поддерживали, они одобрили мой выбор и знали, почему мне так хочется поступить в медицинский. Ещё не пришло время рассказать историю про это, но оно точно наступит!

Я повернула голову в сторону шкафа, на нем висели мои вещи. Ничего особо выдающегося: белая блузка, чёрные ботинки на высоком каблуке и чёрная юбка. У меня уже давно чесались руки снять с головы бигуди.

Вкусно позавтракав в очередной раз, я принялась за дело, и уже через полчаса в зеркале отражалась вполне симпатичная девушка без двух месяцев семнадцати лет.

Попрощавшись с родителями и сделав пару фотографий на память, я выдвинулась в школу. По пути я решила зайти в кафе, что недавно открылось возле моего дома. Там продавали отличные напитки, а кофе с утра – то, что нужно, особенно перед школой.

В фойе школы меня встретили пару парней, именно те, которым я могла доверять на этой территории. Думаю, вас стоит с ними познакомить, потому что эти люди за долгое время действительно заслужили моего доверия в стенах школы.

Меня окружало общество всего лишь двоих ребят – Валеры и Максима. Иногда к нам присоединялась Алиса, девчонка, что сидит со мной на профильных предметах и всегда говорит то, что думает. И мне кажется, мы бы с ней были хорошими подругами, если бы уделяли друг другу больше времени.

Валера и Максим были полными противоположностями, но это не мешало им обоим собрать неплохую команду фавориток в школе.

Валера был высоким брюнетом немного худощавого телосложения с тёмными глазами и приятным голосом. Он всегда улыбался и мог поднять настроение, но постоянно куда-то и зачем-то спешил, из-за чего часто ошибался. Максим был совсем другим. Этот парень пусть и не был так высок, но он был обладателем крепкого тела из-за карате, к которому он питает страсть. Именно его непослушные светлые волосы и небесного цвета глаза сводят девушек с ума. Но мне он нравится совсем по другому поводу: его холодный ум и рассудительность даже в стрессовых ситуациях заставляют меня удивляться каждый раз. Он всегда успокаивает Валеру, а тот же в свою очередь поднимает нам настроение.

Вот и сейчас они стояли возле одного из окон нашего фойе третьего этажа, о чем-то разговаривали, и, судя по ехидной улыбке Макса, тот вновь подкалывал друга. Я же подбежала со скоростью ветра к ним обоим и обняла, что было силы. Ах да, забыла упомянуть одну маленькую, но нелюбимую деталь для всех обитателей школы, ещё одна из моих кличек – "ураган". Правда не сочетается с книжным червём? Ну, на то есть причины.

В школе я часто дурачусь с Валерой, и мы играем в догонялки, поэтому я быстро бегаю через лестничные пролеты и частенько кого-то сбиваю. На самом деле порой я тоже очень невнимательная и несобранная, но на такие случаи есть Максим. Поэтому, когда я бегу по коридору, все стараются прижаться к стеночке, дабы не попасть под раздачу. А когда я на что-то зла, это плохо заканчивается. И тронуть меня не смеют. Вот они – привилегии отличницы! Жаль, что на этом они и заканчиваются.

Увидев меня, они тепло улыбнулись. Мне было безумно приятно снова их встретить.

– Кого я вижу?! Кейт, а ты похорошела!– Валера показал знак "класс" после объятий.

– Он прав, ты действительно чем-то изменилась, – а это уже сама обходительность Макс голос подал.

Я сделала пару комплиментов им в ответ.

– Ну что, готова к встрече с учителем математики? – Максим и Валера засмеялись одновременно, причём так саркастически, что их захотелось убить.

Ненавижу это, ненавижу их чёрный юмор. Они прекрасно знают, что учителя математики я недолюбливаю, как и он меня, точнее она. Женщина сорока пяти лет невзлюбила меня с первого дня нашей встречи, она постоянно принижала меня на уроке без ведомой мне на то причины. А так как я с Максимом и Валерой в разных профилях класса, некому за меня заступиться, а я, как уже говорила, совсем неконфликтный человек. Мне уже как год пришлось терпеть все издевательства в свой адрес. Эта женщина любит помотать нервы, впрочем, скоро вы и сами все поймёте.

– Закрыли тему! Я не хочу об этом говорить хотя бы еще пару дней. Вам, правоведам, тягот физматовцев не понять! – закрыв глаза, с умным видом подняла палец вверх.

– Зачем ты пошла в профиль физмат, когда собираешься в медицинский? Ушла бы в лицей,– Максим этот вопрос не оставлял, хоть мы и дружили с класса седьмого, а уже с девятого мы не готовы были расстаться, и он это знал.

– Ага, и оставить вас, разгильдяев, одних?! Это был бы мой самый глупый поступок, вы же без меня пропадёте!– мы начали смеяться.

Вскоре классный руководитель открыла кабинет – и мы компанией двинулись в класс. Там было оказалось уютно после косметического ремонта: двери в школах поменяли,  и они стали массивными и деревянными, нежели фанерные, как было до этого. Если кому-то такой ударить по голове, мама не горюй, а если ещё учесть, что они открываются "от себя" и за ними ты никого не видишь, то запросто такое может случиться. Вопрос лишь времени. Представив такой случай в голове, я тихо засмеялась, чем заставила удивиться Валеру, а Максим просто покрутил пальцем у виска в ответ. Спустя пару минут мы уже сидели за партой, и всё это время еще подтягивались одноклассники, которые явно не спешили. Задние парты все больше заполнялись цветами, и с ними срочно надо было что-то делать. С грустью посмотрев на увядающие цветы, классная как будто поняла мои мысли.

– Кейт, пожалуйста, сходи и набери воды в эту вазу.

Вручив мне огромное ведро, которое, как считала классная, являлось той самой вазой, я направилась в путь на первый этаж.

Приблизившись к двери, я взялась за ручку, но она почему-то не поддалась, и тут мне пришла самая гениальная идея – пихнуть дверь сильнее, что я и сделала ежесекундно.

Дверь открылась с каким-то оглушительным грохотом, и, приоткрыв её до конца, я увидела парня, который валялся на полу, схватившись за свой нос, а его белую рубашку всё больше украшали алые капли крови…

Глава 4

С ужасом взирая на сотворённое, я чуть смогла хоть что-то произнести. И мои слова выскочили раньше, чем успела сообразить.

– Извини,– едва слышно прошептала я.

Парень долго не разлёживался и резко встал, запрокинув голову.

– Ты идиотка?! Людей перед собой не видишь?

Что-то после этого нагловатого тона всё чувство вины куда-то испарилось, разбудив гены холерика, которые достались мне от матери.

– Представь себе, я еще не научилась сквозь стены смотреть. И я извинилась!– в начале хотелось предложить ему помощь и отвести в медпункт, но видимо он и без меня справится, судя по тому, с какой яростью он на меня посмотрел.

– За-сунь се-бе эти из-ви-не-ния в зад,– буквально по слогам продиктовав тихим голосом, парень направился в мужской туалет, а я после выхода из ступора, направилась в женский.

Набрав ведро воды, вернулась в класс, поставила цветы на место и села за парту, до сих пор не понимая, что произошло. Хотя, наверно, в этом случае мне стоило думать "какой парень!" или "какие глаза!", но мой мозг всегда преобладал над сердцем, и в данной ситуации он негодовал.

Судя по тому, как вели себя одноклассники, никто не видел, что произошло пару минут назад. Я погрузилась в мысли: кто был этот парень, я ведь ни разу его не видела, и почему он шёл в наш класс?

Девушка, что должна была сидеть со мной, Лиза, села на другое место, Алисы не было, а Валера с Максимом сели вместе. И пока стул мой пустовал, меня это не заботило.

Я поставила на него свой рюкзак и принялась заполнять дневник. Всё равно мы пришли за час до начала церемонии, и заняться-то особо было нечем. Когда я полностью погрузилась в сие дело, то не заметила, как в классе стало тихо. Всё это я ощутила, когда надо мной кто-то навис и прозвучал довольно приятный низкий голос:

– Слезь с моего места,– от такого тона даже мурашки по коже пробежались.

Я подняла голову и увидела того самого незнакомца.

Рубашка на нем была волшебным образом другая, и я бы хотела узнать каким, но возмущение никто не отменял. За первой партой центрального ряда всегда сидела я, начиная с первого класса.

– Извини, что-то забыла прочесть табличку, где написано, что это твоё место…– сарказм включился очень не вовремя.

– На этом месте вечные зубрилы сидят, у них, как правило, зрение плохое, наверно, поэтому ты и не увидела табличку,– глаза парня стали веселее, и в них, кажется, заиграли искры азарта.– На этот раз мне придется простить.

– Оу, парень, а ты, кажется, по себе знаешь?– хоть незнакомец и не был похож на того самого зубрилу, мой мозг уже не мог остановиться.

Он хотел сказать больше колкостей, и я признаться, испугалась. Это было что-то неведомое для меня, ведь обычно я не применяла сарказм на незнакомцах. Кто он такой вообще?

– Почему ты не хочешь просто не мешаться, у меня настроение и так не очень,– парень прикрыл глаза, делая вид, что от чего-то устал, хотя то и было 8:40 на часах.

– Парень, ты тут не единственный. Что-то не устраивает, вон отсюда, дверь ты уже знаешь, где находится,– на последней фразе моя улыбка больше стала похожа на оскал.

– По твоей милости,– его глаза хитро сощурились, и мне показалось, что он смотрит не на меня, а мне в душу. Какой ужас....

Мне это очень не понравилось, возникло снова противное чувство, словно по мне сканером прошлись. Поэтому я первая прервала зрительную войну и продолжила заполнять дневник.

Какой странный парень, и ведь пристал ко мне! Было даже немного неловко за то, что произошло, и я все так же чувствовала себя виноватой, но кажется, что этот самовлюблёныш совсем манер не знал, а мой мозг неожиданно решил его им научить.

Пока я задумалась над всем этим, моя сумка со стула рядом полетела с грохотом на пол не без чужой помощи. Пихнув её ногой, а затем и стул так же, незнакомец сел рядом.

– Значит, будем соседями по парте,– парень повесил солнечные очки со лба себе на вырез рубашки.– Хотя больше предпочитаю одиночество.

– Уж извини, но я тоже!– пихнув стул новоиспеченного соседа со всей силы ногой, мне удалось его сдвинуть только на пару сантиметров. Да мать, стареешь. Раньше бы он за соседнюю парту уехал.

В конечном итоге мне ничего не оставалось, как встать и уйти. Даже просто сидеть рядом с человеком, который пинает чужие вещи, – за гранью понимания. Я и так еле сдерживала свои кулаки, которые ох как чесались. Знаете, что такое настоящий кошмар?

Это когда ты не можешь ударить человека, который тебя бесит, а всё потому, что ты отличник и от тебя такого точно не ожидают! Вот оно – настоящее испытание, а я еще что-то про учительницу математики говорила. Ха-ха, да она похоже еще ангел, по сравнению с этой чертягой!

В конечном итоге я решила остудить голову утренней прохладой сентября, стоя на площадке, где должна была быть церемония. Мир почему-то стал слишком ярок, что меня то же не обрадовало. Все такие весёлые и задорные. Противно! Мне даже показалось, что они просто украли моё хорошее настроение и присвоили себе.

***

– Ну, ты и взбесил нашу Кейт,– задумчиво протянул Максим, глядя как его подруга уходить чуть ли не снося всё на своем пути.

– Значит её Кейт зовут? Даже имя такое же глупое, как и она сама. Кто вообще додумался её так назвать?– выбрав своей целью именно Максима и Валеру, парень стоял рядом с ребятами и делал вид, что возмущался.

На самом деле для него это было немного даже забавно. Изучив все характеристики каждого учащегося своего класса в документах, предоставленные помощником отца, он думал, что его уже ничто не удивит. Именно поэтому он стоит рядом с двумя друзьями взрывной девчонки. Эти ребята ему показались самыми спокойным и подходящими собеседниками, а что самое важное для него, лучшим источником информации.

– Она у нас вообще-то отличница,– Валера встал на защиту друга.

– А, как будто меня это должно волновать…-парень протянул ему руку. -Кстати, я Филипп, приятно познакомиться.

Максим и Валера сделали то же самое в ответ, и после рукопожатий парень улыбнулся. В этот момент девушки в классе стали ещё громче перешёптываться.

Церемония прошла спокойно, в нашу компанию ввязался новенький. Видимо, чёрт с горы подружился с моими ребятами у меня за спиной. Нас попытались помирить Валера и Максим, доказывая мне, что новенький не такой уж и противный, но из этого ничего не вышло.

– Как тебя зовут?– Я попыталась мило улыбнуться, когда трое парней стояли рядом со мной, и я всё же приняла тот факт, что этот негодяй пришёлся по духу моим друзьям.

Но, видимо, это вышло не так мило и дружелюбно, как ожидалось, потому что моя улыбка вновь больше напоминала оскал.

– Филипп,– он сказал это так, словно одолжение сделал.

– Я Кейт, приятно познакомиться,– я протянула руку, но рукопожатия не последовало

– Не сказал бы того же, – он отвернулся, делая вид, словно что-то хочет сказать Максиму, а в это время Валера посмотрел на меня так, будто, если я не продолжу разговор, то он меня в фарш превратит и на сковородке поджарит. И куда только убежало моё миролюбие? Я шумно выдохнула и попробовала еще раз.

– Ты слишком грубый,– в моем голосе прозвучало сожаление?! Да именно так, наверное он мне даже чем-то понравился, от того и грустно стало, что мы не совсем нормально первый раз встретились.

– Приму за комплимент.

Клянусь, эти односложные ответы меня доконают!

– Это был не комплимент,– я угрюмо на него посмотрела, но чей-то локоть прилетел мне в бок.– А вот то, что глядя на тебя, у меня не катастрофически острое желание глаза выколоть себе – это комплимент,– я попыталась «исправиться» мгновенно, но Филипп так ничего и не ответил, он даже не посмотрел в мою сторону. Хм, неужели моя похвала его внеземной красоты ему не понравилась?

И пока шло торжество, я украдкой рассматривала парня, который явно приглянулся большинству девчонкам в нашем классе, и ведь он был действительно хорош собой!

Его каштановые волосы чуть больше средней длинны были взъерошены по всей голове, пусть это было и небрежно, но смотрелось очень притягательно. Острые скулы и чёткие черты лица дополнили немного грубости к его образу, но эта маленькая родинка над его губой в правом углу сводила с ума даже меня.

Его ровные белые зубы сошлись в красивую улыбку, когда он посмотрел на наших девушек. Тогда я и поняла, что женским вниманием он не обделен, и кажется, ему это нравилось. Ростом он был похож на Валеру, что-то около ста девяноста, но вот телослосложением он был лучше. Мышцы рук скрывала рубашка с длинными рукавами, но даже она не могла сильно скрыть, что фигурой он занимался, особенно руками.

Но накаченные бицепсы меня не сводили с ума, я привыкла к парням в хорошей форме на школьном баскетболе, которым я увлекаюсь вместе с Валерой. А вот одноклассницы не были на моём месте, поэтому продолжали обсуждать новенького и восхищаться им, как будто не замечали, какие отвратительные манеры у него были.

Я отвернулась, мне не хотелось больше смотреть, ни на новый идеал красоты нашей школы, ни на девчонок, которые противно хихикали и начинали вызывающе себя вести от одной его улыбки в их сторону. А вот из-за того, что ему понравилась наша компания, и если быть точным, то Валера и Максим, но никак ни я, о чем девушки не знали, нажила себе теперь уйму врагов. Так как чувствую, Филипп нас будет одарять своим присутствием постоянно.

Домой после похода в музей с классом я вернулась не в очень хорошем настроении, желание садиться и делать домашнюю по репетиторам тоже не было, хотелось все кромсать и крушить. Мне не терпелось рассказать обо всём Нюше или маме, но родительница пришла первой.

– Это ужасно!– Я уже на этот момент час жаловалась родителям, как мне не нравится Филипп. – Даже в музей шла одна из-за этого идиота. Он отобрал у меня последних друзей в школе. Вернётся и Алиса из санатория, я уверена, она тоже падёт к его ногам. Валера и Максим не понимают моей неприязни к нему. Ой, ну, подумаешь, дверью стукнула – и нос разбила, никто ещё не умирал от этого!– жестикулируя руками, я пыталась показать родителям, как сильно он мне не нравится, но они только молча улыбались, чем меня взбесили ещё больше.

***

Филипп бросил рюкзак в комнату и пошёл на кухню, где стояла его мама.

– Зачем ты опять готовишь? Мы можем позволить себе повара,– обнимая и целуя женщину в щечку, парень улыбнулся.

– Ты хочешь сказать, что тебе не нравится моя еда? – женщина в ответ нежно улыбнулась.

– Нет, мам, твоя еда самая вкусная на свете,– парень сел за стол в ожидании. Она была для него дорогим человеком, наравне с отцом. Эта женщина всегда вызывала теплоту в его сердце, успокаивала, когда на душе была буря, а её голос заставлял улыбаться. Елена – вот как звали его мать. Это женщина сорока двух лет, с одной стороны ничем не примечательная, единственное, что унаследовал от неё Филипп, была родинка над губой и светлые глаза, изумрудного цвета. Красота была от отца, но даже будучи красивыми, ни Филипп, ни его отец глупцами не были.

Глава семьи – Дмитрий, был внимателен даже к самым мелким деталям, логическими цепочками выстраивал гипотезы и редко ошибался. Поэтому благодаря своим умениям, он создал свою компанию и неплохо её развил. Но если мама для Филиппа была человеком, который мог успокоить, то отец был его опорой. Он с лёгкостью обращался к нему с любым вопросом и знал, что ему помогут. Его семья была для него лучшей, такую же он мечтал создать в будущем и не понимал отца, который недавно резко захотел найти ему супругу. Он мечтал всегда о такой же жене, как и его мама, пусть отец его и редко ошибался, но такой выбор он хотел предоставить своему сердцу.

– Филипп! О чем задумался?

– Да просто, в школе сегодня все не так гладко прошло, как я хотел, -парень даже в глаза матери смотреть не захотел.– Да и папа наш похоже на голову не здоров. Невест мне приписывает, представляешь?

Женщина рассмеялась, после чего решила подлить масла в огонь.

– А в классе? Уже все девчонки пали к твоим ногам?– парень в ответ, закатив глаза и скрестив руки на груди, откинулся на спинку стула

– Что ты такое говоришь? Отец когда придёт, мне кое-что надо обсудить с ним?

– Он звонил и сказал, что скоро будет, у вас что-то случилось? – Елена обеспокоено посмотрела на своего сына.

– Нет, мама, все хорошо, как и всегда…– парень натянуто улыбнулся и ушел в комнату…

Глава 5

Выходные… Почему эти два денька так быстро пробегают? Может, виной тому стала биология, которую я учила чуть ли не 24/7? Но было еще кое-что, о чём постоянно думал мой мозг… Филипп. Не помню, что бы я так часто думала о Максиме или Валере, оба эти парня были мне друзьями, а вот этот новенький… Каждый раз я давала себе пощёчину, чтобы не думать о нём, потому что, кажется, я его как друга воспринимать не собиралась, а тогда зачем мне сотню раз прокручивать в воспоминаниях то, как он склонился надо мной или как руку не пожал?

Но потянувшись и приведя себя в порядок перед выходом из дома, я поняла, что не хочу портить себе настроение и пообещала просто не обращать на него внимание.

Судьба же решила за меня иначе… Не знаю, кто сценарист нашей жизни, но у моего определенно очень хорошее чувство юмора, потому что уже на входе в школу мне пришлось столкнуться с предметом обожания наших девочек.

– Здорова, мелкая,– заслонив путь, Филипп пытался пройти первым, но ловкость баскетболиста здесь мне помогла.

Быстро проскочив под рукой, которой парень мне закрыл путь, и, пихнув его при этом в бок с такой силой, что парень отшатнулся и машинально положил от боли руку на место удара, я злобно посмотрела на него.

– С дороги, кабан!

К раздевалке нашего класса подошла спокойно, но вот что-то дальше пошло явно не так. Я почувствовала, как со спины меня кто-то пихает, и зажав в самый крайний угол, меня развернули и прижали к стене.

– Не мешайся под ногами, коротыш,– одна рука Филиппа была проложена рядом с моим ухом к стене раздевалки, а вот вторая зажимала локтевой частью горло. Лицо его было так близко, что стуки моего сердца от неожиданности отдавались в голове.

– Пока что мешаешься мне только ты, и почему ты не в деловом стиле?!

Или ты думаешь, что я испугаюсь твоего трюка? Если в школе меня считают книжным червём, то это не значит, что так оно и есть…-странный рык был вместо слов.

Только стало обидно, что уже из-за него одного мне влетит от завуча, что я как староста не могу призвать всех одноклассников ходить в школьной форме. А завуч тоже меня немного недолюбливает, хотя тут не только меня, скорее он не любит вообще всех людей на этой планете. И что вы собственно на этой должности тогда забыли?

Убрав руку, Филипп прислонился носом к моей шее. Его дыхание обожгло кожу и по спине пришёлся разряд не меньше двухсот вольт.

– А-а-а!!! Извращенец! – пнув его кулаком в солнечное сплетение, я убежала от этого ненормального. Как можно проучиться с человеком, который является непредсказуемым типом? Где этот извращенец до нашей школы учился и почему ушел? Сперва к стене зажмёт, а дальше что, насиловать начнёт?!

Но этот тип явно преследовал какую-то другую цель, нежели стать молодым папашей. И целый день он проходил с нашей компанией, из-за чего мне собственно и пришлось в добровольно принудительном порядке «наслаждаться» его обществом.

Ещё в этот замечательный, солнечный день я узнала шикарную новость: математика теперь у нас каждый день, и настроение у меня ненадолго упало.

Но узнав, что Филипп выбрал юридический профиль, я поняла, что всё в этой бренной жизни не так уж и плохо.

За партой я так и осталась сидеть с ним, но это только на общих уроках. Вопросы были к классному руководителю, ведь из-за роста ему полагалось сидеть на последних рядах. На профильных предметах моей соседкой по парте стала Алиса, и от этой мысли стала улыбаться, как чеширский кот.

– Чего радуешься? – тяжёлая рука легла на левое плечо и придвинула меня ближе к Филиппу. – Думаешь, я тебя не достану на общих уроках? Да ты молиться будешь, чтобы только поскорее год закончился,– его оскал и шепот напугали меня до мурашек.

Пришлось приложить немного усилий, что бы этого не выдать.

– Я уже могу начинать? – сделав лицо испуганной невинной овечки, поставила две руки ему на грудь, чтобы увеличить расстояние между нами.

Как я и думала: рука коснулась железной пластины. Опасаться этого парня явно стоило, но как я могла эту мысль вдолбить в пустые головушки Валеры и Максима, что прилипли к нему словно банные листы?

Однако, пока он был рядом с ними, я могла легально подслушивать истории из его детства. Врага надо знать в лицо, так сказать. И я всё время, слушая, ждала, как он расскажет какой-нибудь секрет, свою слабость или еще что-то такое, но…

Он был как с другой планеты. Как бы не было грустно это признавать, но нарушитель моего жизненного штиля был самым настоящим эталоном для юношей его возраста.

Он часто ездил по Европе, с детства изучал английский и французский, поэтому знает их уже практически в совершенстве.

Парень учился по программе обмена в средней школе, и он об этом так интересно рассказывал, что на время я даже забыла о странной вражде между нами.

Но его мимолётные и отнюдь не юношеские прожигающие взгляды в мою сторону пугали. Реально пугали! Не помню, что бы я кого-то боялась в своей жизни больше, чем маму, особенно после десятка пропущенных звонков.

Постепенно я даже не заметила, как этот парень стал тайным лидером класса. Я когда-то читала, что в обществе существует два лидера: тот, кого выбрали остальные, то есть официальный, и тот, кто всегда оставался в тени, действуя на общество тайными, обходными путями, не всегда заметными для остальных. Я, как староста, была лидером первого варианта, которого пришлось принять насильно. А вот харизматичность Филиппа, его, наверняка, врождённое умение убеждать и способность оказываться в нужное время в нужном месте сделали его тайным лидером, которого все обожали.

Две власти, но полные противоположности друг другу.

Все люди в наше классе поддались ему, и такое ощущение, что только я это заметила. Он пользовался порой ими, а они и не сопротивлялись. Только Валеру и Максима он не трогал, а меня доставал, чтобы добить. Он частенько где-нибудь прятал мои вещи, и мне приходилось за ними постоянно спускаться в раздевалку или рыскать по шкафам той же учительской, когда пропажа обнаруживалась после моего возвращения в класс во время перемены.

Через некоторое время он меня стал бесить неимоверно и если бы выбор встал между математикой 24/7 и еще год сидеть с Филиппом за одной партой, я бы выбрала первое, не задумываясь. Радовало то, что хотя бы Филипп своё обещание держит: я действительно уже молилась, чтобы он пересел или ушёл с этой школы. Хотя его смерть – тоже неплохой вариант.

Оставалось придумать способ заставить мне его пообещать, что больше со мной одним воздухом он дышать не будет, и может тогда он наконец-то свалит с этой школы, а еще лучше, планеты.

Для таких, как он, не то что бы Млечный Путь не подходит, им прямиком в Адовы Муки нужно!

А вот девочки в классе моих взглядов не разделяли, их увлеченность новеньким не прошла даже спустя недели после начала учебы. Он мог запросто их о чём-то попросить, и естественно, незамедлительно это получить. Не хотелось даже в мыслях представлять, насколько далеко он мог зайти с ними в своих желаниях. Конечно, проще иметь дело с влюблённой овечкой, чем с гордой и самовлюблённой ледышкой.

По пятницам у меня был баскетбол, и весь свой "пар" за неделю вымещала на нем. Валера не понимал, почему я так хорошо стала играть, а мне каждый раз хотелось голыми руками разорвать мяч, стоило только представить, что это смазливая физиономия новенького.

С приходом слабости и ломоты во всем теле уходили плохие мысли.

Вот только с утром понедельника начиналось всё сначала…

– Здравствуйте, Галина Ивановна,– кабинет математики уже вызывал у меня аллергию.

Я любила этот предмет, особенно геометрию, но вот учительницу… Впрочем, это было взаимно: женщина, как обычно, сделала вид, что меня не существует. Это был шестой урок, поэтому вторая половина класса разошлась домой, ведь в понедельник у них было всего пять уроков. Но по перешёптываниям за спиной я поняла, что не все «светила» юридического направления покинули вовремя школу. И самый любимый для девушек, и назойливый, словно прыщ на заднице, для меня, изволил посетить наше занятие.

И пока я хоронила все свои надежды на счастливое одиночество последним уроком, кабанья туша приземлилась на соседний стул, которой Филипп привычно отодвинул ногой.

Стоило ему сесть, в нос сразу же ударил запах дешёвых женских духов. Ясно, опять в туалете с девчонкой какой-то "зажимался".

– Ты чего домой не ушел?

– По тебе соскучился,– подперев рукой щеку, Филипп посмотрел на меня. Сколько злобы было в его взгляде и в то же время интереса, он меня изучал? Неужели я его чем-то могла заинтересовать и разозлить одновременно? Какой же он всё-таки странный. Такие как он просто обязаны носить руководство «как со мной общаться, если я животное».

– Твои шутки не уместны,– я тихо прошептала, так как прозвенел звонок и начался урок

– Кравцова, не разговаривать на уроке!– ну, что и ожидалось, любая провинность раздувается в слона.

Мы сели за парты, приветствуя учителя, и приступили к уроку. Нам продиктовали задачу, и я протянула руку, когда нашла ещё пару ходов её решения, после того, как учительница показала один из них нам. Посмотрев в мою сторону, женщина изогнула нарисованную бровь и, отвернувшись, спросила:

– Что, весь класс не знает, как решить эту задачу другим способом? – Я опустила руку, забыв на мгновение, что меня здесь игнорируют.

Просто делают вид, что меня здесь нет. Уши стало жечь от стыда, ведь всё это легко мог заметить мой новый сосед, что вдвойне унизительно.

А Филипп, который что-то старательно писал в тетрадке, судя по всему, пропущенную самостоятельную, перевёл удивлённый взгляд с меня на учителя математики.

– Тут подняли руку, по-моему, Кейт знает ещё один способ!– парень указал на меня большим пальцем и с вызовом продолжил глядеть в сторону учителя.

– Ой, я не заметила.

Филипп прыснул, когда женщина дала знать, чтобы я шла к доске. После того, как я закончила все объяснять классу, женщина сразу же стёрла за мной решение.

– Что ж, думаю здесь бы догадался даже второклассник. За такой ход решения я даже оценку поставить не могу, ведь вы, Кравцова, не глупая, и это понимаете?

Единственное, что я понимала, так это то, что меня прилюдно унизили. В крови плескалась обида на учителя и стыд за такое шоу перед Филиппом.

Слабо кивнув, я села на место, взяв в пальцы ручку.

Пришлось прикусить губу, чтобы не всхлипнуть как маленький ребёнок. Но пелена слез всё же застелила глаза, из-за чего оставшийся урок я только делала вид, что писала. Посмотреть на реакцию новенького я не могла, не до него было, да и не видела из-за слёз я ни черта.

Только вот взгляд Филиппа я всей кожей ощущала, что только и напоминало мне об унижении.

Когда прозвенел звонок, я быстро собралась, нужно было к репетитору, а перед ним ещё заскочить домой и пообедать. Но спустившись до второго этажа, тяжёлая рука легла мне на плечо. Только не сейчас! Тело и так было все напряжено, и я держалась из последних сил, чтобы не впасть в истерику от произошедшего, а тут еще он…

– Далеко собралась?

Филипп! Ну что ж ему не уходилось ещё уроком ранее?

– Домой, знаешь ли, у меня ещё репетитор, хотела успеть поесть,– сквозь зубы процедила я.

– Тон попроще. Я тебя провожу,– схватив наши куртки, и отдав мне мою, парень пошёл рядом, оставив свой байк, на котором ездил в школу, на парковке.

Пройдя пару метров в молчании, я стала медленно успокаиваться.

Осень уже была на дворе. Люблю дождливую пору, когда идёшь уже по жёлтым листьям, а над тобой небо серое, воздух прохладный ласкает лицо. Такая погода всегда может отрезвить мозг, стоит только захотеть этого и стянуть с головы шапку. Я закрыла глаза и начала глубоко вдыхать: сердце постепенно замедлило ритм, на душе становилось легче, а мысли чище.

– А я думал, книжных червей любят учителя…– Филипп хмыкнул, чем и прервал нашу идиллию тишины. Я уже и забыла, что он шёл рядом.

– Оказывается, что так не всегда. В школе даже у таких, как ты, есть проблемы…

– Что ты хочешь этим сказать? -Я уставшими глазами посмотрела на него.

Не было ни сил, ни желания его оскорблять и тем более огрызаться.

– Почему терпишь это? – вдруг сменил он тон и стал предельно серьёзным. Его взгляд был пронзительным, лицо напряжённое, словно это его унизили, и он был готов прямо сейчас ответить на это, причём физически…Кулаком. Иначе, как объяснить его сильно сцепленные зубы, игру жвалок, явно не от радости, и сильно сжатые кисти рук?

– А что мне остаётся делать? – голос предательски задрожал, и пелена слез снова подступила к глазам одновременно с комом в горле.

Филипп почему-то резко остановился и схватил меня за локоть…

Глава 6

Его прикосновение даже через куртку поразило меня, словно разряд током. Я вспомнила инцидент в раздевалке, который вызвал такие же ощущения, и сразу же отдёрнула руку. Вопрос был очевиден: почему моё тело так реагирует на него?

– Не пробовала завучу рассказать об этом?

Хмыкнув, я отвернулась. По щеке прокатилась слеза, и стало ужасно стыдно. Не хватало ещё, чтобы он видел, как я плачу.

– Ты про того завуча, что каждый день меня ругает из-за того, что вы не в деловом стиле ходите? И мне, как старосте, из-за вас достаётся постоянно. Если ты думаешь, что в моей жизни «зубрилы – старосты» всё так просто, то ошибаешься. Здесь меня никто не слушает и не слышит, никто не прислушался к тому, что я просила ходить в форме, к тому, что происходит на математике, никто ничего не слышит! А ещё ты появился… Привязался, достаёшь…Что тебе от меня нужно вообще?– мой голос под конец сорвался. Вытерев рукой слезу, я вновь повернулась к нему, но оступилась назад, из-за его взгляда…Только сейчас я заметила, какой у него он серьёзный. Словно передо мной стоял не одноклассник – ровесник, а взрослый мужчина.

– Иди домой, отдохни, – в его тоне были знакомые нотки власти и уверенности, что именно так я и сделаю.

Филипп развернулся и пошёл в обратную сторону, видимо, за байком, а я же впервые последовала его совету.

Придя домой, я посмотрела на часы и поняла, что времени на еду не оставалось. Хомяча бутерброд, я зашнуровывала второй рукой ботинки и мысленно старалась проклинать Филиппа. Ведь именно из-за его доставучих вопросов у меня не осталось времени на обед.

Но почему-то сделать этого не получалось. Я не могла усилить к нему свою ненависть, ведь что-то в его поступке было ободряющим. Он сказал всего пару предложений, но благодаря им я поняла, какая сама по себе жалкая. Слишком жалела себя в то время, как он, будучи моим ровесником, был более спокоен и решителен.

Уверена, он бы быстро такой вопрос решил, оказавшись в подобной ситуации. Но с другой стороны, вряд ли бы он позволил такое пренебрежительное отношение к себе. Себе цену Филипп точно знал, возможно, даже немного завышал. А может, это я просто слишком мало чего о нём знаю?

Выходя из дома, я помотала головой и ударила себя по щекам: «Нет, Кейт, так не пойдёт! Слишком ты много стала думать об этом парне!»

***

– Отец, не мог бы ты мне кое-чем помочь? Всего лишь достать необходимую информацию… – парень разговаривал по телефону, стоя на школьной парковке и опираясь на байк.

Он знал, что тот никогда не откажет в просьбе единственного сына, а вот возмущаться… Да, это родитель мог. Только Филиппа это волновало в последнюю очередь, ведь в памяти всё ещё стоял образ беззащитной Кейт.

Кто бы мог подумать, что та самая ледышка класса может быть настолько ранимой?

Стоя в ожидании получения сообщения, Филипп в очередной раз задумался, зачем ему всё это? Не первый раз он возвращается к этому вопросу, что в последнее время происходило чаще. Зачем задирает её, прячет её вещи, иногда принижает?

Вначале ему она не нравилась просто потому, что он считал её выскочкой. Но с каждым днём этот образ таял, вырисовывая в голове совершенно иную Кейт: не такую самоуверенную, прямолинейную. Теперь ему стало казаться, что это всё был панцирь, в котором она спряталась от ненависти к ней её одноклассников, но сегодня… Филипп узнал, что не только одноклассники её недолюбливают, но даже и учителя, а самое главное завуч, тот, кто это должен был всё решить и к кому она могла обратиться за помощью. Девушка терпит ненависть от малых до взрослых, но почему?

Тогда кто же на её стороне кроме Валеры, Филиппа и Алисы?

От мыслей Филиппа отвлекло уведомление, после чего парень разблокировал телефон и с довольным выражением лица посмотрел на экран, где высветилась необходимая информация от отца.

– Думаю, такая «форма» извинений перед снежком будет лучше всего…– произнёс он мысли вслух.

***

– Галина Ивановна, вы свободны?– Филимонов постучал в дверь класса и, не дождавшись ответа, зашёл в него.

Детей на второй смене у учителя не было, поэтому женщина спокойно заполняла школьный журнал.

– Конечно, Филипп, ты что-то хотел? Я не успела проверить твою работу пока что.

Женщина была не единственной, кто запомнила Филимонова с первого взгляда, пусть он и не был её учеником. Харизма этого парня, сопровождаемая зачастую лёгкой наглостью, заставляла прочно запоминать его образ.

Учительница вопросительно уставилась на молодого человека, что умудрился на её уроке отличится, обучаясь при этом в совершенно другом профиле.

– Я не по этому поводу. Сразу к делу: если я не ошибаюсь, ваш сын в одном из университетов столицы учится на переводчика?– отодвинув стул от первой парты перед женщиной ногой, он сел на него, смотря прямо в янтарные глаза Галины Ивановны.

– Да, а откуда тебе это известно?– она сняла свои узкие очки, слегка сдвинув брови к переносице.

– Не это сейчас вас должно волновать,– покачал парень головой, и широко улыбнулся,– будет жалко, если, как и многим выпускникам факультета на котором учится ваш сын, ему придётся идти работать за кассу в McDonald’s, вместо престижной работы… Не так ли?

– Это какие-то угрозы с твоей стороны? – взгляд учительницы стали ещё более недовольным, но помимо беспокойство за сына, она почувствовала и моральное давление со стороны юного ученика.

– Ни в коем случае, что вы… Я лишь хотел показать перспективы вашего сына на будущее, если отношение к одной из ваших учениц не изменится. И что-то мне подсказывает, что вы отлично знаете, о ком сейчас идёт речь.

Женщина молчала… Губы её слегка приоткрылись в удивлении, а пальцы выронили шариковую ручку, что покатилась по столу, а после упала на пол.

– Я надеюсь, ваш сын сможет устроиться на хорошую работу, учитывая тот факт, что распределением бюджетников занимается очень хороший знакомый моих родителей, – улыбка Филиппа стала наглее.

Прочистив горло, женщина ответила:

– Молодой человек, я думаю, мы друг друга поняли.

– Я на это надеюсь.

Встав из-за парты, парень вновь вернул стул на место, как и ручку, что оказалась на столе рядом со своей хозяйкой.

Через некоторое время двери кабинета математики снова закрылась…

Всю дорогу домой Филипп думал о Кейт и о том, что он не всё ещё для неё сделал. Какое-то странное чувство вины грызло его изнутри, заставляя впервые преклонить колено перед девушкой. Но вместо этого по возвращению домой Филипп открыл компьютер и сразу же зашёл в социальную сеть. Ему никогда не нравилось виртуальное общение, где было легко его провести, ведь он всегда основывался на мимике, голосе и множестве других вещей, которые через беседу в сети попросту видеть не мог. Однако оставалась ещё одна вещь, которая была ему под силу. И стоило написать нескольким необходимым людям, в комнату постучались.

– Сынок, там Дима тебя ждёт в кабинете, -мама парня аккуратно заглянула в комнату, не желая отвлекать того.

– Сейчас зайду.

Только когда вышла мама, Филимонов понял, что так и не переоделся в домашнюю одежду. Впервые он наблюдал за собой такую концентрацию на каком-то действии.

– Зачем ты снова их рассматриваешь?– Филипп подошёл к столу отца, стоило войти в кабинет, и он сразу же заметил, что теперь стало их на одну больше, Досье в жёлтой папке он ещё не видел. Взяв его и открыв, на него посмотрела с фото улыбающаяся девушка, лицо которой он хорошо знал.

– Что она тут делает?!-Филипп начала рассматривать данные.

– Да так… Просто решил узнать девушку, которая тебе нос разбила. Не каждый же день такое случается, – отец Филиппа засмеялся, представив себе эту ситуацию. – В ней нет ничего хорошего ровно так же, как и плохого. Я не могу сказать одобрил бы этот выбор или нет, с ней я хотел бы поговорить лично, если ты будешь склонен к этому варианту.

– Это не поможет, она та, чьи действия даже я предугадать не могу, -парень посмотрел вниз, словно о чем-то задумываясь, а потом словно до него дошло,– И никого я не выберу!

– Ну это как карта ляжет. Ты раньше ведь не для кого информацию меня не просил искать, а сегодня… Впрочем, это не так уж и важно. Как со школой, скоро же конец четверти? Надеюсь, ты не сойдёшь сума в силу своего возраста? Я не запрещаю тебе отношений, но держи голову на плечах,– скрестив руки на груди, мужчина пристально посмотрел на своего сына в котором видел свою копию.

– Я ничего к этой девушке не чувствую, отец, так что за это не беспокойся.

– По твоим действиям такого не скажешь…-и снова пристальный взгляд в сторону парня.

Филипп, развернувшись в сторону выхода, кинул напоследок:

– На самом деле я просто пытаюсь исправиться. Я впервые ошибся в человеке, и мне от этого неловко.

***

– Кеееееейт, ну как так? Как ты могла забыть про свой собственный день рождения?! Ты снова хочешь его праздновать в гордом одиночестве?

Нюша, что обожала все существующие на этом свете праздники, словно чувствовала себя ответственной за их празднование. Вот и сейчас, она снова захотела продырявить мне мозг. Но про то, что у меня скоро день рождения, я действительно забыла.

– И с каких пор ты сама себя называешь "гордым одиночеством"?!

На этот день я уже с семи лет грандиозных планов не строю, ведь всегда его праздновала с ней.

– Да я не в этом смысле, ты должна его отпраздновать с тем, кто тебе нравится. Спроси у Филиппа, чем он занят в среду после школы.

После таких её слов я чуть не выронила телефон. Глаза мои полезли на лоб от таких заявления, а сердце предательски быстро застучало. Возможно, всё это было из-за того странного с ним разговора и его косвенной поддержки.

Но что, если я себе всё это напридумывала, и в школе на следующий день получу от него только новую порцию издёвок?

– Эй, ты там чего зависла?

– Не зависнешь тут после таких заявлений от тебя! Что ты вообще такое несёшь? Какой Филипп?– пыталась я оправдать свое молчание.

Хорошо, что мы разговаривали по телефону, так бы она быстро раскусила причину странного румянца на моих щеках.

– Ага, то-то каждый раз слова "Филипп" и "этот козел бесит меня" у тебя просто так в разговоре проскальзывают как запятые?– я прямо представляла её выражение лица,– подруга, я тебя слишком хорошо знаю, ты бы просто так не злись на парня. Ладно,  делай что хочешь, но если что, так, невзначай, в парке в пятницу будет фестиваль по окончанию первой четверти, там будет много школ и весёлых ребят.

– Вот отлично, туда и пойдем!

Я поставила галочку в ежедневнике рядом с пунктом насчёт места празднования дня рождения.

– Нет, нет, извини, но я не смогу, меня тётя к себе пригласила в Москву, так что я уезжаю в Россию на все каникулы с четверга. Мне нужно поехать, ведь есть шанс, что я туда в скором времени перееду…прости…

Эта новость была как нож в сердце для меня!

Я высказала Нюше всё, что только о ней думала хорошее и не очень. Та внимательно выслушала, со многим согласилась, но до ссоры между нами, конечно же, не дошло. Она отлично знала, какой тяжёлый я человек, и всё равно продолжала терпеть.

Попрощавшись, мы отключились, и я села за уроки, а потом и вовсе спать легла, когда до школы всего пару часов оставалось.

В среду я проходила как в тумане, и, на удивление, математика прошла лучше некуда, мне даже показалось, что я в сон попала, когда заметила, что все в форме, а при встрече с завучем вместо презрительного взгляда увидела одобрительную улыбку.

Решив, что это какой-то глюк, ущипнула себя. Больно… Но все еще были в форме, а математичка даже смотрела в мою сторону, а иногда даже интересовалась, не знаю ли я новых способов решений.

На следующий день было то же самое, и только одно осталось неизменным – Филипп меня все так же бесил своим глупым поведением.

Пришлось с самого первого урока бежать в учительскую за вещами, которые там оказались, и было не трудно чьими стараниями…

– Ну, и зачем ты это делаешь?– не выдержав, на третий раз я решила закатить скандал с моим то терпением!

– Я говорил, что люблю одиночество и что ты села на моё место?– его брови полезли с самым надменным видом вверх.

Он сам напросился!

– А я говорила, что здесь не написано твоё имя?!

Огрызались мы до самого прихода учителя, высказывая друг другу всё, что думали.

– Как же ты меня бесишь! –Я просто полыхала от ярости.

– Ооо, как же это взаимно!

– Да что я тебе сделала такого?!– Валера и Максим хотели вмешаться, но мы одновременно с Филиппом их послали.

Хоть где-то мы были заодно.

– На свет родилась! Ты вообще себя в зеркале видела? Тебя ж за парня спокойно принять можно, – ну, он точно нарвался!

– А ты по своему женственному личику судишь?– блин, зачем я это сказала, оно же мне нравится…немного.

– Про грудь твою уже вообще молчу… там хотя бы «А» размер будет? Ты в курсе, что площе неё у тебя только собственный юмор?!

– А ты смотри, так часто пиво пить будешь, так грудь побольше моей станет, тебе уже не далеко от моего кстати.

– Ну хоть у кого-то из нас двоих она должна быть,– он ухмыльнулся.

– Это ты своей жене скажешь, полудурок!

– Сама дура! -он оскалился.

– Жертва пьяной акушерки! -все, что я ему успела кинуть, перед тем, как зашел учитель.

Но в ответ мне снова был оскал и лёгкий толчок локтем в бок.

Все сорок пять минут мои кулаки чесались, а в голове складывался план, как же насолить этому парню. Да что я ему вообще такого сделала?

Ай, чем больше я об этом думала, тем больше он меня раздражал. И чтобы успокоиться, я шумно выдохнула, после чего мирно стала ждать звонка. Оставался последний урок и опять общий, мне были необходимы силы, чтобы не съесть от злости своего же соседа по парте. Поэтому после окончания урока я пошла в буфет.

Очередь была как назло просто огромнейшая, да еще и передо мной стояли младшие классы, которые рассчитывались мелочью, не умея при том считать её. И буфетчица, перебирая монетки, взялась научить малышню математике, ой как вовремя.

Но отвоевав свою булочку с корицей и молочный коктейль, я поднялась на третий этаж, где меня ждал Валера. Он подпирал собой массивную дверь нашего класса, а заприметив меня, ударил в неё ногой.

– Тебе они тоже не нравятся?– улыбнулась ему, поглядывая на сомнительный предмет декора нашей школы.

Как я уже говорила, таким и убить легко, а некоторых (никаких намёков на Филиппа) так вообще желательно.

– Да…

Друг был задумчив…рассеян… Такое с ним происходит, когда он что-то скрывает. Точнее пытается, потому что у него это выходит всегда ужасно.

Я вплотную подошла к парню, не беспокоясь о том, что о нас подумают другие.

– Всё хорошо?

Но ответить он не успел – дверь открылась, и парень полетел прямо на меня. Пришлось машинально «словить» его, и вместо того, что бы положить руки на грудь и удержать его равновесие, я его окольцевала за пояс.

– Миленько смотритесь,– хмыкнул Филимонов, который только что вышел из класса.

Глядя на его ехидную улыбочку, мне сразу же захотелось что-нибудь в него пульнуть, но он не стоил моей булочки с корицей.

– Ну да, всякое милее твоей рожи будет,– машинально съязвила я.

– Оу, так принижаешь себя?– парень принял такую же стойку, как и мой друг, парами минутами ранее, и стал внимательно на меня смотреть.

Такой пристальный и изучающий взгляд немного выбивал из колеи, и я не нашлась, что ему ответить.

Из класса стали выходить какие-то слишком счастливые одноклассники, которых совершенно не волновало, что через пару минут вновь раздастся звонок на урок. И некоторые из них странно переводили взгляд с меня, что отлипла от собственного друга и стояла под пристальным взглядом врага номер 1 в мире, на собственно персону того несчастного.

Несчастен он был потому, что я не позволю над собой издеваться. Рано или поздно я придумаю способ мести этому паршивцу, и заставлю его уважать себя. Это лишь бы вопрос времени…

Оставалась одна проблема: не поддаться полностью симпатии, которая возникала при виде его самоуверенного лица.

Глава 7

«Всё тайное становится явным» – это моё любимое выражение.

Как бы долго что-то не скрывалось, рано или поздно оно вылезет наружу, причём, как правило, фонтаном. И чем дольше скрываешь, тем больше будет величина и мощность этого фонтана.

В моём случае преддверие собственного дня рождения описывает ещё одно выражение: «пришла беда – отворяй ворота».

Хотела бы в этот раз своей бедой назвать я Филимонова, да что-то не получается… Цепочка событий началась с него, но вот после… Он стал моей подушкой, в которую я уткнулась носом и сейчас старалась успокоить накатившую истерику. И да, мне не было стыдно, внутри меня медленно затухала ярость, а на её место приходило спокойствие и какая-то легкость, точное название которой я еще не могла дать. Впрочем, стоит начать с начала, чтобы узнать, почему сейчас Филипп обнимает в кладовой меня, а не очередную старшеклассницу…

На последнем уроке дисциплина в классе сошла на нет. Классная руководительница, что преподавала нам белорусскую литературу, никак не могла угомонить одноклассников, которые бурно что-то обсуждали. Я несколько раз оборачивалась, прислушивалась, но так и не смогла понять источник такого оживления. Но всё встало на свои места, стоило мне выйти из класса…

Я направилась в раздевалку с Максимом и Валерой, где столкнулась с некоторыми ребятами из параллели. Они рассматривали что-то в телефонах.

– Проход в «Dangerous Kiss» всем, представляешь? Туда пропуск 21+, а они в шестнадцать там побывают. Фортануло же…

Мне стало смешно, когда я услышала, что кто-то собрался из нашей школы в лучший ночной клуб пойти. Любой дурак знал, что там стоит охрана и фэйс контроль…

Моя подруга Нюша, что выглядит старше меня, как-то вынашивала идею туда зайти, но моего авантюризма на такой подвиг не хватило, а без меня она никуда не собиралась.

Ради любопытства, я стала крутиться возле этих ребят, чтобы дослушать, притворяясь, что долго вожусь с застёжкой.

– Завидую им. Да если бы не этот мажорик их новенький, ничего б такого не было,– подхватил второй парень, что и держал смартфон с каким-то фото.

Подглядеть у меня наглости не хватило.

– Интересно, чего это он так расщедрился для них?– вновь спросил первый, а меня неожиданно отвлёк Максим, что уворовал шапку.

А я даже не отреагировала на выходку друга, ведь поняла, про кого эта компания говорит.

– А ты что, не в курсе? – рассмеялся мой знакомый Денис, которого я не очень была рада видеть рядом с собой. – Кажется, решил перед старостой выслужиться. Он раздал одноразовые пропуска с условием, что…

– Кейт, что с тобой?!– подскочил ко мне недовольный Макс, возвращая шапку на голову.

Он был явно недоволен тем, что я не отреагировала на эту провокацию, а вот я была зла, что он не дал мне дослушать.

Денис встретился со мной глазами и моментально заставил всех заткнуться. А стоящие рядом Максим и Валера издали странное «оёёй…»

– О чём они говорят?– железным тоном спросила я у своих друзей, совершенно не узнавая собственный голос.

Но сейчас на это было плевать. Внутри меня что-то начало закипать, разливаясь по телу жгучей яростью и желанием кому-то шею скрутить, причём конкретному человеку.

– Кейт, слушай,– рука Максима легла на моё плечо, вот только его желание меня успокоить еще больше разозлило.

С ребятами ругаться я не хотела, поэтому рванула вверх по лестнице на третий этаж, где всё еще находился Филипп. Откуда я это знала?

Женская интуиция на многое способна, а вот если она еще подпитана яростью. Мама не горюй!

Открыв дверь в кабинет, я сразу же увидела его болтающего с девушкой из параллели. Она громко смеялась, и от этого зрелища меня тошнить начало.

– Все, вон из класса!– всё тем же приказным тоном произнесла, отчего девушка странно на меня посмотрели, а после сделала, что было велено. Впервые я почувствовала себя такой властной и сильной.

– Оу, чувак, сочувствую, – рука одного из уходящих парней похлопала по плечу Филипа, брови которого немного приподнялись.

Закрыв дверь за всеми, я сразу же подошла к этому мерзавцу, причём так близко, что он отступил на шаг.

– Объяснись,– потребовала я.

– Тебе не кажется, что не самая подходящая обстановка для признаний в любви? – всё еще попытался шутить парень.

Я ударила по столу, который мешал отступить парню еще дальше от меня, из-за чего его игривый настрой пропал.

– Обычно наоборот всё происходит,– устало произнёс Филипп, словно только что ему медвежью услугу оказали.

– Зачем ты это сделал? И не смей притворяться, что не знаешь, о чём я.

На мгновение веки Филиппа прикрыли его глаза – и он выдохнул, словно жутко устал. А когда открыл, то уже вновь не по-детски серьёзно посмотрел в мои глаза.

– А тебя что-то не устраивает? На твоем месте, я бы радовался, что нашелся такой человек, который встал на твою сторону, – теперь он сдвинулся с места и пошел прямо на меня. – Их, как я посмотрю, у тебя не так уж и много, верно? Неужели не нравится, что все в форме ходят и от завуча больше не влетает?!

Последнюю фразу парень выкрикнул, потеряв самообладание, и я пошатнулась. Сердце, я уверена, что от неожиданности и страха забилось чаще, а колени от чего-то начали подкашиваться.

– А… Тебе то до этого какое дело?

– Мне почём знать… – тихо прошептал парень, словно боялся, что его кто-то услышит, в том числе и я.

Но я услышала, и даже более. Я удивилась! Уставилась на него, как баран на новые ворота, а его огромная лапища в ответ легла на моё лицо. Не знаю, какую цель он преследовал, сделав это, но дышать мне было невозможно.

Я попыталась её убрать, но в ответ парень сам оттолкнул меня, а после как-то недовольно посмотрел в мою сторону.

– Ты такая неблагодарная, Кейт.

Я открыла рот, чтобы ответить, но слов так и не нашла. Смотрела на него, но так ничего и не сказала. А Филипп и не ждал от меня ответа: обойдя меня, он вышел из класса, и, наверняка, поехал домой.

Спустя пару минут до меня и правда дошло, что я неблагодарная. Вместо того, чтобы сказать простое «спасибо», влетела фурией в класс и стала на него кричать… Как так получилось, что виноватым для меня изначально был он, а совесть теперь грызёт меня?

Сев на парту, я достала телефон, чтобы настрочить смс в одно слово этому странному человеку. Но всё, на что у меня хватило сил, это просто посмотреть на горящий экран телефона и понять, что я даже не знаю его номера. Выяснить его проблемой не было, но я понимала, что не напишу ему это сообщение. Почему?

Возможно я слабачка…

Из класса я вышла, когда в него заглянула наша самая «любимая» уборщица, появляющаяся в школе раз в месяц, но уж если она сюда приходила, то на глаза попадаться ей не стоило, и уж тем более топтаться перед ней по только что вымытому полу. Ходит легенда, что одному посчастливилось испортить с ней отношения, так она ему тряпку грязную на голову надела. Проверять правдивость легенды мне, конечно же, не хотелось, учитывая везучесть этого дня, поэтому я по-тихому ушла, пока в меня что-нибудь не полетело.

Но неприятность меня поджидала в совершенно ином месте, а именно дома.

Там меня встретил грандиозный скандал родителей, которые решили выплеснуть всё то, что скопилось за время их, так называемого перемирия, которое подразумевало, что мешать они мне не должны в учёбе.

Такие громогласные ссоры в моей семье могли затягиваться, вот только в этот раз родители забыли даже про меня, потому что, приехав от репетитора, мама сказала, что папа ушел на некоторое время из дома.

Я всегда умела прятать эмоции, любила переносить свои страдания в одиночку, поэтому и в этот раз перед мамой я сделала вид, что мне нет дела до их ссор, и меня волнует только учеба. Но уйдя в свою комнату и заперевшись, по щекам начали течь слезы…

Почему-то стало обидно, что мой семнадцатый день рождения пройдет в родительской ссоре и угрызениях совести из-за Филиппа. Но пришлось признать, что во всём этом была моя вина: не соберись я учиться на врача, возможно бы родители всё так же периодически ругались тихо, а не копили всё в себе. Да и Филиппу можно было преподнести своё недовольство намного мягче, наплевав на нашу вражду. Но время не вернешь, прошлое не изменишь…

Собравшись немного с силами, я снова села за уроки…

Уроки..Уроки…Уроки…

Кажется, что это никогда не кончится. Прошло уже четыре часа с тех пор, как я вернулась со школы, а ничего так и не изменилось: я сижу за книгами, мама дуется на отца, а тот в свою очередь невесть где, что тоже сводит меня сума.

Под начало первого часа ночи мне все же удалось со всем расправиться, и я побрела в кровать, хотя уснуть так и не смогла. Так что даже последние пятнадцать минут, которые мне все же удалось поспать перед будильником, не спасли меня от огромных мешков под глазами. Наутро мне пришлось любоваться своим изможденным видом, а ведь это только два учебных месяца прошло.

Перед школой я даже не захотела идти в любимое кафе, так что на крыльце я появилась без своего извечно горячего стаканчика с чаем. Витая в собственных мыслях, я даже не заметила своего одноклассника.

– Игнорируешь или уши собственная злость заложила?-перед самым входом стоял Филипп.

Мельком взглянув на него, я опустила глаза. Не хотелось, чтобы он видел моё уставшее лицо. А еще, не было сил смотреть в его глаза, совесть всё еще мучала.

– Извини, не до тебя сейчас, пропусти, пожалуйста,– я прошептала ему это, глядя на нашу обувь.

Чувствовала на себя его взгляд, и понимала, что, скорее всего, он удивлён моей покладистости. Его ноги сделали пару шагов в сторону, и, шепнув ему «спасибо», я вошла в шумный коридор…

Уроки шли так медленно, что я задумывалась поспать. Глаза резало из-за недостатка сна и какого-то слишком яркого света, а после и вовсе начало немного подташнивать. Когда наступила середина учебного дня, на математике по закону подлости зазвонил телефон.

-Я могу выйти?– с украдкой посмотрела на учителя, уже удерживая палец над красной кнопкой сброса.

Но учительница одобрительно кивнула, и я смогла без проблем оказаться в коридоре.

«Мама» светилось на дисплее.

Отойдя всего на пару шагов от кабинета, мне пришлось взять трубку, но я так и знала, что этого делать вообще не стоило, потому что после многочисленных обвинений в адрес отца я услышала самое страшно:

– Будь готова, что мы с твоим отцом разведемся! -вот что прозвучало.– Только поступи для начала, и всё, я предупредила, чтобы это не было новостью для тебя после!

В тот момент говорила не она, а её характер холерика. В гневе, печали или злости она всегда портила настроение другим. И чем быстрее она эта делала, тем быстрее приходила в норму. Вот только о последствиях она редко думала…Что ж, в этом мы были с ней похожи.

– Делайте, что хотите, – прошептала я в трубку, давясь комом, что подкатил к горлу и затруднил дыхание.

Я выключила телефон, что бы больше никто не дозвонился. И как только экран погас, я подняла руку, чтобы швырнуть его о пол… Но хватило сил только на то, что бы его сжать до боли в руке.

Надеюсь, мама не услышала моего осипшего голоса от слез… Я меньше всего хотела, чтобы кто-то видел меня такой слабой.

Тяжело, когда в семье кто-то холерик. И именно им была моя мама. Ей стоило вымотать нервы всем, раздуть из мухи слона, а уже через пару минут она была совершенно счастлива, недоумевая, почему мы с отцом злые, как черти. Но она была членом моей семьи: не идеальной, а простой, самой обычной семьи. И тем ни менее мне не стоило жаловаться, ведь временами всё проходило, и я вновь чувствовала себя любимой, окружённой теплом и уютом. Возможно, родителям бы стоило просто помнить, что больше я не ребёнок в маленькой кроватке, а взрослая девушка, что всё слышит, понимает, а главное, переживает.

Я всхлипнула, чувствуя вновь подкатившую волну истерики и жалости к себе. С одной стороны я понимала, что всё было не так плохо и возможно, страсти скоро утихнут, но с другой…Мне было одиноко.

Я обняла себя за предплечья и немного потупилась вниз. Мне нужно было успокоиться, чтобы вернуться в класс.

Но вдруг меня кто-то схватил за руку и потащил за собой, и только когда пелена слёз спала, я увидела спину Филиппа. Мне было все равно, куда он меня тащил, почему-то сейчас мне стало интересно, почему я раньше не замечала у нас такую разницу в росте? Почему не видела, что он так силен? Может его не только за красивые глазки в школе любили девушки?

Но все это продолжалось не долго, меня затолкнули в каморку для учителей физкультуры и прижали спиной к стене, так что я рефлекторно обхватила Филиппа за пояс. А носом я даже до шеи ему не доставала…

– У тебя такая широкая грудь..-чуть шёпотом сказала я, на что он усмехнулся.

– Тебя действительно это сейчас интересует?– он положил руку мне на голову и начал гладить её, словно я маленький ребёнок.– Что у тебя произошло? Хотя нет, не так, не рассказывай, все равно ты этого не сделаешь, тебе просто нужно успокоиться.

И как расстроенному малышу, он стал шептать мне какие-то тёплые и приятные слова, о том, что всё будет хорошо, рано или поздно всё пройдёт. Его слова касались белых и чёрных полос жизни, он даже сравнил меня со второй в его ситуации, из-за чего я сквозь слёзы усмехнулась. Услышь я это раньше, то только бы разозлилась на человека, что он увидел меня в период слабости, но сейчас…

Филипп гладил меня по голове нежно, иногда зарываясь носом в мои волосы, без каких-либо намёков на что-то, а до ушей кроме его приятного шёпота доносились удары мужского сердца. Я прислонилась щекой к его груди, чтобы слушать его умеренный ритм, который действовал на меня, словно наркотик.

Я его обняла крепче и начала плакать, сама не зная, что на меня вдруг нашло. И он стоял рядом, всё так же прижимая к себе, в ожидании, когда моя истерика наконец-то пройдёт. Молча… Слова у него закончились. За Филиппа говорило его сердце, язык которого мне еще не довелось понять.

Глава 8

– Тебе легче?– мягко прошептал он мне на ухо, перебирая пряди моих волос сквозь пальцы.

Я уже и забыла, сколько проплакала вот так стоя в обнимку с Филиппом, поэтому слегка вздрогнула от его неожиданного вопроса.

Впервые в жизни меня не терзала совесть за прогулянный урок, хотя когда мне предлагала Алиса уйти с какой-нибудь контрольной, я всегда посылала её лесом. Боюсь, если она прознает про это происшествие, меня вообще убьет.

– Да, спасибо,– я отпрянула от парня и выдавила что-то похожее на улыбку. Он на меня посмотрел непонятным мне взглядом: то ли с удивлением, то ли с какой-то нежностью. Хотя это запросто могла быть жалость, отчего я сразу же постаралась привести себя в порядок.

Не хватало, что бы он меня считал слабой.

– Ты, оказывается, умеешь плакать?– с искренним удивлением спросил он.

– Все это могут, тут нет ничего удивительно, -я вытерла остатки слез с лица и серьёзно взглянула в его широко раскрытые от удивления глаза. Кажется, он не верил в происходящее так же, как и я.

– Ещё я хотела извиниться за вчера и… сказать спасибо,– последнее я произнесла не так уверенно. Произнести это самое обычное слово, к которому нас приучают с детства, мне далось очень трудно.

– Разозлилась вчера из-за того, что не люблю, когда мне помогают. Это была медвежья услуга, Филипп, но всё равно спасибо. Ты, видимо, хотел мне помочь, но теперь я только упала в глазах одноклассников. Они будут считать меня слабой и…

– Беспокоишься о репутации? – хмыкнул он, и, отстранившись, скрестил руки на груди.

– Нет!– сразу же яростно возразила, отчего парень покачал головой.

– Ты врешь сама себе, Кейт, рано или поздно это может привести к печальным последствиям.

– Мы не настолько близки, чтобы ты меня чему-то поучал,– я сжала кулаки, не хотела на него вновь сорваться.

Ну как так происходит: то он мне помогает, вызывая внутри к себе странное бешеное сердцебиение, то бесит до невозможности, а иногда делает это одновременно! Он посещал специальные курсы по поломке мозгов других людей?

– Ладно, не буду,– сдался он, но почему-то хищно улыбнулся. – Не переживай насчёт благодарности, я придумаю, как ты со мной можешь расквитаться.

Ох, не понравилось мне это…Очень не понравилось, но в ответ оставалось кивнуть.

– Хорошо, только…– я замялась, так как было неловко об этом говорить.– Ты можешь ни…

– Никто не узнает, не волнуйся,– его улыбка вновь стала мягкой, после чего он открыл дверь и вышел первым.

На душе стало тепло, но такие переменчивые взгляды с его стороны на мой счет меня пугали. Вступи я с таким хоть в какие-либо отношения – проблем не оберусь.

Мои мысли прервал звонок с урока. Как я и ожидала, Алиса, встретившая меня на крыльце школы с моими вещами, начала допрос, но короткий и по существу.

За что я её ценила, так это за её равнодушное отношение ко всему, так же как и к моей личной жизни.

– Ладно, не хочешь, не говори, пойдешь в пятницу на фестиваль?

Вскоре сзади пристроились Валера и Максим, они обеспокоено на меня посмотрели, но я лишь покачала головой.

– Нет, буду к репетитору готовиться, да и конец четверти, так что к контрольным тоже бы не мешало.

Эта дурочка со всей силы ударила меня по голове

– Ты совсем обалдела? Ты отдыхать собираешься?! Ладно в обычный день, но будет ведь твой день рождения!

– И что?! Ты мне сертификаты на сто баллов подаришь? Или они сами ко мне придут? – на что мне в ответ махнули рукой.

Но в разговор вмешался Валера:

– Кстати, вы про Филиппа в курсе, что он с урока ушел?! С истории как вышел в туалет, так и не вернулся, ему учительница такой разнос обещала устроить, ведь он пропустил проверочную.

В этот момент на меня резко посмотрела Алиса с каким-то странным прищуром, в котором играли смешинки. Возможно, она и догадалась, но вслух ничего не сказала.

Мы еще немного поговорили с ребятами, а после вдвоём с ней двинули до автобусной остановки.

– Круто тебе, живешь в центре города, с транспортом маяться не нужно…-она обиженно надула губки. Осенний холодный ветер развеял её русые локоны до пояса, а зеленые глаза резко снова уставились на меня.

– Кейт, ты ничего с Филиппом общего не имеешь?

– Я..я..да нет! Я его терпеть не могу, забыла?!– я всеми силами старалась показать, что так оно и было, до некоторого времени, но о последнем тактично умолчу.

– А то я и вижу, только ребята о нем заговорили, ты как струнка натянутая стала, -она скрестила руки на груди, что означало одно – до правды докопаться хочет она здесь и сейчас. Но мне на счастье подъехал её автобус и, попрощавшись с ней, я пошла домой.

Квартира встретила меня холодной пустотой и легким беспорядком. Воспользовавшись немного свободным временем, зашла в «вк» и решила поискать хоть что-нибудь о Филиппе. И мне это удалось слишком легко, ведь он был в друзьях у каждого из моего класса, кроме меня, разумеется.

Когда я нажала на его профиль, с экрана на меня посмотрел красивый парень, фото которого было сделано в фотостудии. Его волосы были растрепанны, на шее висел шарф, а на привлекательном теле домашний рождественский свитер. Покопавшись еще немного, нашла немного фотографий, но больше настроения что-то узнавать о нем не было. Всё-таки социальные сети для меня были не самым лучшим развлечением.

Мама так вечером и не пришла, так что, поделав уроки, оставалось одно – Нюша явно давно не слышала мой голос, я так полагаю.

Как всегда разговор пошел с упреков, но ей показалось романтичным то, что произошло между Филиппом и мной сегодня.

– Да я говорю тебе, ты ему нравишься, не хочешь ему в написать? -хорошо что подруга была на другом конце провода, я бы её сейчас убила после таких слов.

– Довериться ему – самоубийство, он может предать в любой момент,– я не могула даже представить, как мы будем смотреться вместе, – Да и не нравлюсь я ему совсем, кто его вообще поймёт? Семь пятниц на неделе! Не хочу больше о нём говорить, лучше скажи: ты в пятницу уезжаешь?

– В четверг вечером, так что повеселись на празднике без меня, -я слышала по голосу, что она чувствовала себя виноватой. – Кстати, ты всё-таки решила идти на осенний фестиваль, который пройдёт в парке?

– Неа, я вначале приду после уроков и поделаю домашние задания, потом пойду, поиграю в баскетбол, – стало немного грустно от того, что Нюша уедет, и мне не с кем будет провести собственный день рождения, даже родители поссорились! Но оторваться в спортивной игре для меня лучший способ убить скуку и все эти грустные эмоции, что накопились за всё время.

– Вечно ты со своим баскетболом возишься! Какая нормальная девочка свои семнадцать на баскетбольном поле праздновать будет?

«Бла-бла-бла» – всё, что я слышала дальше. Мы ещё немного поговорили, но так, как она уже поняла, что мне бессмысленно что-то говорить насчёт баскетбола, да и вообще про спорт, она выключила связь. Ну а я просто снова села за химию и биологию.

Под вечер родители, на удивление, пришли вместе и в хорошем настроении. Хотелось чем-нибудь кинуть в родительницу, что успела мне подпортить настроение, да рука не поднялась. Увидев их вновь счастливыми, я даже немного позавидовала. Отец давно смирился с таким характером матери и быстро её прощал, а вот я не могла…Как можно настолько любить человека? Интересно, я когда-нибудь найду такую вторую половинку, что так же смириться с моими тайными генами холерика? Этот вопрос я оставила для ночного обдумывания....

На следующее утро у меня появилось настроение: я немного покрутилась возле зеркала, сделала легкий макияж, что бы всё-таки как-то выделить значимость для себя этого дня, и пошла в школу. На полпути я завернула в свое любимое кафе и там взяла фруктовый чай с собой. Стаканчик оказалось слишком горячий, поэтому молодой бариста завернул мне его в салфетку, что-то на нём чирикнув ручкой.

Я поблагодарила за заботу и вышла навстречу школе и очередным неприятностям в ней. Горячий чай я любила, и, несмотря на то, что он обжигал губы, пила его, пока не подошла к крыльцу и не увидела знакомые лица. Только если двух парней я рада была встретить, то третьего глаза б мои не видели и не знали никогда! Ритуал у него встречать возле входа меня что ли?

На крыльце стояли Валера, Максим и какое-то человекоподобное существо. Друзья явно оценили мой посвежевший образ: они одобрительно кивнул и зашли в школу, а вот Филипп остался ждать меня. Мне кажется или он меня преследует?

– Не слишком ли ты много пьешь?! Куда оно вообще в тебя влезает?

– Желудок и мочевой пузырь имеют свойство растягиваться, полудурок,– съязвила я, и собралась практически мирно пройти мимо.

Но Филипп слишком близко подошёл ко мне, отобрал стаканчик вместе с салфеткой и отскочил молниеносно в другую сторону крыльца школы.

– Эй! Отдай сюда! – Я подбежала к этому недоумку, но он лишь протянул руку вверх, так, что бы я не смогла до неё достать. А потом и вовсе допил мой чай!

– Ну и как, вкусно? Приятно тебе подавиться, чучело огородное!-я его за эту выходку была готова хорошенько ударить.

Но парень мило улыбнулся и вернул мне стаканчик, отчего подозрительно начало быстро биться сердце.

– Где ты его берёшь? Мне понравилось, буду тоже покупать, – Филипп говорил так спокойно, будто ничего только что не произошло.

Все заходили в школу, шли мимо нас и смотрели на краснеющую от злости меня, после чего раздавались смешки и перешёптывания.

– Так без проблем, я тебе даже контакты оставлю. Думаю, баристе ты тоже приглянешься, красотка,– я сложила салфетку с номером и положила в карман брюк Филиппа.

Я показала язык парню и зашла в школу, но за спиной услышала:

– Фи…Лучше я буду тебя поджидать возле школы каждое утро и отбирать твой чай, -теперь он показал мне язык и пошел на опережение.

Как всегда, в проход, что был предназначен для одного человека, попытались влезть мы вдвоём. Но Филипп, который пытался войти одновременно  со мной, видимо, этого не понимал своим мозгом с одной и то прямой извилиной. Мы так и стояли, пихаясь возле прохода, мешая войти остальным.

– Да пропусти ты меня!– я его пихнула боком, но такому здоровяку хоть бы хны! -Ты и без того меня каждый день поджидаешь! Влюбился, так объяснись как нормальный парень.

Я хотела его засмущать, но вместо этого парень только рассмеялся.

– Не жди признания, пока мои глаза при мне, -на момент парень перестал пихаться, и я почти вошла, несмотря даже на злость, что заставляла остановиться и треснуть этого засранца. Ведь он явно намекал на то, что я некрасивая.

Но войти первой мне так и не удалось, потому что я встала как вкопанная от неожиданного прикосновения горячих губ к своей щеке и ощущения фруктового дыхания.

– Чуть не забыл, с Днем Рождения, снежная королева,-раздался тихий шёпот над ухом.

Пока я стояла в оцепенении и неожиданности, он резко проскочил в школу и на проходе вновь показал мне язык. В толпе учеников, что стояли сзади раздались вопли, а мне почему-то стало, и стыдно, и приятно одновременно. Спустя минуту после этого меня толпа сама «внесла» в школу, а я все так же была в ступоре. Он это сделал, что бы всё-таки пройти первым, или были другие на то причины? И только Алиса, которая все видела со стороны, подошла ко мне и ехидно произнесла: «Я его терпеть не могу, забыла?!»

– Заткнись,– прошептала устало и слегка ударила её в плечо.– Просто заткнись.

Одноклассница в ответ только рассмеялась.

Глава 9

День в школе прошел радужно и приятно. Я совсем уже забыла про недавнюю ссору родителей, немного на душе стало легче. Но почему-то я все больше задумывалась о Филиппе.

Этот парень всегда появлялся, когда мне было плохо или слишком хорошо, словно эдакий посланник с небес с извечным напоминанием о том, что я должна в своей жизни придерживаться золотой середины в настроении. Но не это было самым  необычным. Он действительно так никому и не рассказывал про то, как я плакала и психовала при нём – и это оказалось самым приятным.

На уроке английского я не заметила, как его рассматриваю: волосы, глаза, уши. Почему от этого всего у меня сильнее бьётся сердце? Я не могу дать ему волю возобладать над мозгом, или же все мои старания в учёбе пойдут крахом. Когда-то давно я дала себе такую вольность…Никогда, слышишь, Кейт, никогда больше ни в кого не влюбляйся! И на парня тебе стоит перестать смотреть, может и сердце тогда успокоится.

Но я поздно отвела взгляд от каштановых волос и маленькой родинки. Филипп обернулся и посмотрел мне прямо в глаза.

– Ты что, влюбилась? – неожиданно спросил он, на что я в панике покачала головой, а он усмехнулся. – Смотри, влюбишься, взаимностью ведь не отвечу. Моё сердце, знаешь ли, не так просто заполучить.

– Больно надо, -я фыркнула и отвернулась.

– Ага, ты это своим ушам скажи, а то они такого же цвета, как твои щеки были, после того как я тебя поцеловал, -по телу пробежался разряд, и мои уши зажгло еще сильнее. Да он издевается!

– Целуй других девушек, у меня парень есть, – выпалив это, я попросила пересесть на другую парту.

Во мне набралось столько злости, что я не сразу сообразила, что сказала. На меня удивленно уставилась группа одноклассников, видимо, эта лженовсть теперь всех обойдет. Но мне стало все равно, я потупилась в учебник и продумывала, как теперь выкрутиться перед Филиппом и утереть ему нос.

Когда прозвенел звонок, я собрала быстро вещи и в прямом смысле сбежала из класса. Хотелось бы сейчас и со школы вовсе сбежать, но, боюсь, с меня одного прогула хватит. Кто знает Филиппа, может он реально за мной следит?

На следующий урок я побрела не спеша, не хотелось с ним даже за одну парту садиться. Хотя нет, не так, сесть хотелось, но вот стыдно было…

Перед входом мне путь загородила чья-то туша и большая рука:

– Кто он?– я посмотрела в недоумении на Филиппа, изогнув бровь, -парень твой, мне нужно имя?

– Зачем тебе, тоже парня себе захотел?– так как еще учитель не пришел, класс затаил дыхание и смотрел на нашу «воркующую» парочку.

– Нет, хочу узнать имя бедолаги, или же убедиться, что ты не врешь…– он скрестил руки на груди, а я благодаря рефлексам от баскетбола, как мышка проскользнула в класс.

– Извини, не дождешься!– я прошла с равнодушным лицом и ровной спиной, села за парту и разложила вещи, а Филипп отшвырнул стул, поставил рюкзак, и вместо того, чтобы сесть рядом, пошёл к задним партам. Я скинула рукой сумку, на что он крикнул:

– На место поставила, быстро!

«Где же учитель?!»

– Извини, но он полностью тобой пропах, еще от запаха твоего пота забеременею.

Пока женская половина надувались как кобры от злости, парни в свою очередь медленно сползали под парты. Только Филипп собрался встать, как в класс вошла учительница.

– Достаем тетрадки, показываем домашнее задание…

Как и ожидалось, этот негодяй одаривать женскую половину класса своим вниманием тихо не мог на задних партах, за что постоянно на уроке были слышны фразы учителя «Филипп, успокойтесь, не смейтесь на уроке!», «Филимонов, вернитесь на свое место!», чего парень, конечно же, делать не стал.

Я с нетерпением ждала вечера, когда весь свой пар снова смогу выпустить на баскетболе, но и там судьба решила сыграть со мной злую шутку. Об этом я узнала на следующей перемене:

– Китти, разговор есть, -Валера взял меня за локоть и повел к раздевалкам.

– Это насчет игры? Только не говори, что ее не будет, это была единственная моя радость на сегодня,– на глазах, кажется, начали выступать слезы обиды.

– Нет, глупая, -он мило улыбнулся, и иногда от такой улыбки становилось так тепло…-Все будет, но боюсь что лучше бы и не было,– в этот момент я почувствовала на себе взгляд, а потом мне на плечо легла чья-то рука.

По запаху дорогого одеколона мне было не трудно догадаться чья.

– О чем так мило беседуем, голубки?– он лицемерно улыбнулся, на что Валера это сделал искренно, а вот мне захотелось дать в нос Филиппу, что я сразу же и сделала, да только он успел перехватить мой кулак.

– Да вот, хотел сказать ей, что на баскетбол лучше не приходить сегодня, придут ребята из спортивной школы, перед соревнованиями решили дружескую игру устроить. Но там ребята жестокостью славятся, в прошлом году выпускник так руку с ними сломал, причем хороший центровой, и не смог на соревнования выйти,– пока Валера это рассказывал, я вспомнила тех ребят. По коже пробежался разряд, но не от страха, нет, а от бешенного азарта, и я предвкушающе усмехнулась.

– Знаешь, я всегда хотела с ними сыграть,– на что Филипп прыснул.

– Мелкая, так ты в баскетбол в самом деле гоняешь?! Я думал, это глупые слухи…

В ответ я закатила глаза и пошла переодеваться. Когда вышла уже собранная, эти двое о чем-то разговаривали по душам, но вот только выражение лица Валеры мне не понравилось. Оно было таким напряженным для меня. За долгое время общения я изучила его мимику, жесты, и то, что он сейчас так беззаботно улыбается, говорит только о том, что Филипп спрашивает у него что-то слишком неприятное или личное для Валеры. Когда я собиралась подойти, он расслабился и дал знак идти с Максимом, на что я помахала ему в ответ и крикнула «до вечера!»

Пока мы шли, Максим рассказывал, как у них проходили уроки истории и обществоведения, а я в свою очередь похвасталась улучшением на математике. Рассказала про то, как Алису вызвали к доске, а она от растерянности квадратный корень из четырёх извлечь не могла.

Парень проводил меня до дома, где мы попрощались, и мне стало даже жаль, что он тоже не ходит на баскетбол. Максим никогда не разделял нашего ярого стремления играть, но я действительно любила эту игру, хоть и поняла это не сразу…

«Дзинь!» раздалось в двери и разбудило меня, заставив поднять голову с учебников. Кажется, на столе я стала чаще засыпать, чем в кровати. Родители, как всегда делали это на выходных, (и день рождения собственной дочери не сделал из этого исключения), уехали на дачу, и я поэтому я не сразу поняла, что это звонит какой-то нежданный гость.

– Кто там?– я посмотрела в глазок и увидела незнакомого мужчину.

– Доставка! Распишитесь, пожалуйста.

Я в недоумении открыла дверь и мне вручили огромный букетище.

– П..п..простите, а это точно мне?– на что курьер, улыбнувшись, показал бланк.

– Это же ваш адрес?– я посмотрела, а ведь действительно мой.

Одобрительно кивнув, я расписалась и приняла цветы на руки, которые не помещались даже в них.

– А не подскажите, от кого хотя бы?– я все ещё немного была в недоумении, но мне опять в ответ улыбнулись и ответили:

– Сказали, там будет написано.

Мужчина ушел, и я закрыла дверь. В растерянности я не сразу сообразила, что надо их в воду поставить. Сколько же здесь роз? 30?40? Кто на такое расщедрился? Ребята еще в школе мне подарки подарили, родители тоже утром, перед тем как собрали вещи в поездку…Покопавшись в огромном букете, я все же нашла нечто напоминающее записку, где была всего одна надпись

''От тайного поклонника, чья любовь тайна еще только для тебя >_<''

Глава 10

Под вечер совсем похолодало…

Несмотря на то, что был конец октября, по утрам и вечерам на листьях уже был иней. Пока шла к школе и мысленно готовилась к «дружескому» бою на баскетбольном поле, чуть не врезалась в фонарный столб. Я успела вовремя затормозить, но веселая компания, что проходила мимо, засмеялась на всю улицу, чем развеселила и меня.

– Иди, переодевайся, скоро будем играть,– Валера, в отличие от меня, отдавал себе отчет, что нам предстоял бой с серьёзными ребятами, которые могут навредить нам. Я похлопала его по напряженной спине еще холодными после улицы руками.

– Да не бойся, порвем их как тузик грелку,– но на мою улыбку он схватил меня за запястье и посмотрел довольно жёстко и колюче…Вау, а это что-то новенькое в его поведении.

– Прекрати, ты из-за своей беспечности не понимаешь, с кем играть будешь.

Я вырвала руки и ушла переодеваться, покрутив пальцем у виска, на что он только глаза закатил. Переодевшись, на самом выходе из раздевалки в проходе я врезалась в чью-то грудь, от которой сразу же повеяло запахом стирального порошка. Даже голову не надо было поднимать, что ы понять, кто это.

– Ты что тут забыл?– я посмотрела на Филиппа, который ехидно улыбнулся в ответ.

– На тебя, красавицу, полюбоваться пришел,– и прошел мимо меня.

Проводив его взглядом, я вдруг вспомнила, что он о чем-то разговаривал сегодня с Валерой, и жуть как захотелось спросить его, о чем именно. Но когда я подошла к другу, он, поджав губы, только покачал головой. Ага, секретики значит,  тогда спрошу у Филиппа. И как только тот сел на скамейку рядом с нами, я схватила его за шиворот футболки.

– О чем же ты беседовал с моим другом, что он мне не говорит?– честно, мне самой стало страшно от того, как я процедила это сквозь зубы.

Филипп был как обычно спокоен до такой степени, что это начало вымораживать. Он взял меня за запястье и стал его медленно сжимать, а моя рука от боли стала разжиматься.

– Тебя кто манерам учил, ненормальная? -он склонился надо мной, и мои щёки почувствовали его дыхание.

«Делимся на команды!»-было мои спасением.

Тренер вошел так вовремя, что хотелось прямо сейчас уже идти и играть. Как только я собралась «вынырнуть» из-под Филиппа, он меня еще сильнее пододвинул к себе, прижав мою спину к своей груди, и прошептал: «прежде чем с кем-то воевать, убедись, что ты сильнее, дура. Это и баскетбола касается…»

Команды были сформированы, и оказалось, что Филипп тоже поиграть пришел, но тренер его не знал, поэтому он был в запаске. Команды противников были и в правду страшные, и самую первую возглавлял именно тот, из-за которого пострадал игрок в прошлом году. В кончиках пальцев я почувствовала прилив адреналина, наверное, из-за этого в самом начале мне удалось перепрыгнуть противника на голову выше меня и передать мяч на наше поле. Игра началась!

Мой номер на футболке 11- он всегда приносил мне удачу и в этот раз, надеюсь, случится то же самое. Номер противника, что постоянно меня крыл – 1. Я всегда в баскетболе с самого начала игры не показывала своих настоящих умений, чтобы подождать, пока команда соперника вымотается и добить своими силами, но, видимо, он почувствовал это и выматывал меня сильнее остальных. К тому же, в нашей команде я была единственной девочкой и иногда на это скептически смотрели и всячески пытались доказать, что в мужской команде из-за жестокости мне не место. Вместо обычного блока мне чуть не прилетело локтем по виску, один раз я «случайно» упала. О том, что с поля хотят устранить именно меня, было не трудно догадаться, и это поняла не только я. Валера сразу начал ставить блок перед номером 1, но сам же от этого пострадал, и под конец первой части игры он получил травму от другого игрока той же команды.

– Ты как?! Встать можешь?!-я подлетела к распластавшемуся на площадке другу, а тот, стиснув зубы, старался не показать, как сильно ему больно. Я подала руку и он её принял, но помочь дойти до медпункта я не смогла, вместо меня это сделал один из запасных.

– Замена!– Филипп буквально прорычал это и подошел ко мне. – Значит, слушай сюда: никаких резких движений, если не хочешь того же, что сейчас с твоим дружком произошло, – он смотрел не на меня, а ровно на номер 1.

– Как иронично, Филипп, у тебя 2ой номер,– я пыталась хоть как-то разрядить обстановку, но, видимо, его это не волновало. Воспользовавшись тем перерывам, что у нас был, он продумывал ход действий, чем я не занималась, к сожалению, ненавидела это делать. Моим коньком были спонтанность и решительность… Хотя бы здесь, в баскетболе, потому что в жизни у меня всё было совершенно иначе.

– Это не значит, что я буду вторым. Этот парень меня чертовски разозлил.

Увидев теперь его хищный оскал, мне стало страшно. И, нет, не за жизнь того парня с номером 1, а почему-то за Филиппа, и я не заметила, как рука сама потянулась и схватила его за футболку, когда тот собирался подойти к тренеру.

– Чего тебе? -он посмотрел на меня с раздражением.

– Ты…ну…будь оста…-пока я собиралась сказать что-то важное, что не часто произносила вслух, он засмеялся. Так громко! И чем громче становился смех, тем обиднее было мне.

– Все будет в порядке…-он взъерошил волосы на моей голове и ушел, все так же смеясь.

Во втором раунде, который мы должны были выиграть по любому, так как прошлый выиграли, а третий играть не хотелось, я пыталась штурмовать в полную силу. Но я совсем не знала тактику Филиппа, а он не мог подстроиться под мою игру. Все закончилось лишь тем, что мы чуть не поубивали друг друга. Он был игроком одиночкой – тот игрок, что рассчитывает только на свои силы. Я же пыталась помочь ему, но мою помощь он не принимал, пасы не давал, из-за этого мы часто теряли мяч. Команда же остальная полностью подстроилась под его игру, ребята словно ему доверяли, как и он им, и только из-за меня получалось так, что мы играли не слаженно.

– Осторожно!!!-было последним, что я услышала – и затылок резко охватила боль. В глазах появились мушки, а потом и вовсе темнота. Только в ушах отдавались какие-то звуки…

Еще не успев открыть глаза, в нос ударил запах нашатыря, который я терпеть не могу. И сразу же начались рвотные позывы. А когда открыла глаза, то увидела, что надо мной висело сразу несколько физиономий: медсестра, Валера и тренер. Последний обеспокоенно посмотрел на меня, но я сразу же попыталась сказать, что чувствую себя практически нормально. Вышло не совсем…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.