Николай Щербатюк
Как всё тут устроено (я пока не всё понял)?

Глава 1: Что это за мир?

Почему всё такое большое?

Иногда я сижу на полу у окна и просто смотрю. На деревья, на небо, на дом напротив. Всё такое большое. Даже кошка – она кажется больше меня, когда я лежу. А особенно папа. У него такие большие руки, что он может взять меня и понести, как рюкзак. Я думаю: если бы всё было моего размера, было бы проще. Я бы доставал до всех полок, до кнопки лифта, до кранов на кухне.

Но, может, если бы всё было моего размера, то мир был бы скучный? Не было бы сюрпризов. Сейчас я иногда не знаю, что там наверху. И мне интересно. А если бы я был большой, я бы всё уже знал. И не было бы смешно, когда мама смеётся, что я не достаю до раковины. Я бы просто мыл руки – и всё. Без смеха.

Когда я иду рядом с деревом, я думаю: это дерево знает, что я маленький? Оно видело много таких, как я? Может, оно помнит даже папу, когда он был ребёнком. Может, дерево – это как дедушка, только зелёный и молчит. Если бы дерево могло говорить, я бы его спросил: «Почему ты такой большой?» А он бы, может, сказал: «А ты почему пока маленький?» И мы бы оба засмеялись.

Иногда мне кажется, что я как точка в книжке. Маленькая такая. Но в точке может быть целый мир. Я же думаю. У меня в голове много всего. Даже если я сам маленький, у меня внутри – целая планета. Просто никто её не видит. Кроме меня.

Мир большой, но может быть он тоже как я – просто растёт? Может, когда я вырасту, он станет меньше. Или я его пойму лучше. Пока я только гляжу вверх. А когда стану большим, может, буду глядеть внутрь.

Почему облака не падают?

Облака – это странно. Они плывут в небе, но в них ничего не видно. Только белое и серое. Иногда они как звери. Иногда – как гора. Я люблю смотреть на них, когда лежу на траве. Один раз я увидел в облаке слона, а потом оно стало вдруг чайником.

Но я не понимаю: почему они не падают? Вроде бы всё падает. Мяч падает, если его бросить. Я падаю, когда бегу и спотыкаюсь. Даже яблоки падают. А облака – нет. Они как будто умеют держаться. Или умеют летать? Но у них же нет крыльев!

Я спросил у мамы, она сказала, что облака – это как пар, только в небе. Но я не понял. Пар от чайника идёт вверх, а потом исчезает. А облака не исчезают – они там долго. Иногда целый день.

Может, облака знают, как не падать? Может, они научились быть лёгкими? Если я стану лёгким, я тоже не упаду? Я пробовал прыгнуть и остаться в воздухе. Не получилось. Папа сказал: «Ты ещё не птица». Но может, и не надо быть птицей. Надо просто стать как облако – пушистым и спокойным.

Иногда мне кажется, что облака – это мысли неба. Оно что-то думает, и вот – появляется облако. И пока оно думает, облако плывёт. А потом – бац! – и мысль прошла, облако исчезло. Тогда мне становится весело: может, я тоже могу быть облаком? Если я придумаю лёгкую мысль, она поплывёт? А если грустную – пойдёт дождь?

Я хочу потрогать облако. Я даже летал на самолёте с мамой и папой, но облака были за окном. Я кричал: «Я хочу потрогать!» Но стекло мешало. А может, если я потрогаю облако, оно исчезнет? Тогда лучше пусть оно там плывёт. И я просто буду на него смотреть.

Почему я не могу быть небом?

Я думаю, небо – это самое интересное, что есть. Оно всегда там. Даже когда ночь. Просто оно другое. С чёрными пятнами и звёздами. А днём оно синее, как вода в ванне, только без пузырей.

Я бы хотел быть небом. Тогда я был бы везде. Я бы видел всех людей, даже тех, кто на другой стороне мира. Я бы знал, как они живут. Может, я бы видел, кто грустит, и посылал туда солнышко. А если кто радуется, я бы прислал радугу. Или ещё облачко, чтобы они удивились.

Но я – не небо. Я просто я. Я стою на земле, в ботинках, и могу прыгнуть только немного. А небо высоко. Оно всегда смотрит сверху. Оно – как взрослый, только тише.

Я думал: может, я не могу быть небом, потому что небо – это не кто-то. Это просто место. Но вдруг это тоже кто-то? Просто он большой и не умеет говорить. А может, оно говорит, просто мы не слышим? Ветер – это его голос? А молния – это когда оно злится?

Если бы я был небом, я бы не давал дождю идти в день рождения. Я бы сделал, чтобы было солнце. И чтобы запахло мороженым. Но я пока не небо. Я просто мальчик. Но, может, у меня внутри есть кусочек неба. Иногда, когда я лежу и думаю, мне кажется – я и есть небо. Просто маленькое.

Я спрашивал у папы: «Почему небо не падает?» Он сказал: «Потому что оно не из чего-то, что может упасть». Но я не понял. Всё же из чего-то. Даже ничего – это всё равно что-то. В моей комнате, когда я выключаю свет – темнота. А она ведь где-то берётся. Значит, и небо откуда-то.

Я пробовал стать небом. Лёг на спину, раскинул руки и ноги, и смотрел в потолок. Молчу, ничего не делаю. И так долго лежал, что чуть не уснул. Почти получилось. Только мама зашла и сказала: «Ты что валяешься?» А я сказал: «Я – небо». Она посмеялась и ушла.

Если бы я был небом, я бы придумал, как сделать, чтобы все могли один день побыть в тишине. Не в наказание, а просто. Чтобы подумать. Я не знаю, зачем, но мне кажется – иногда это нужно.

Когда идёт дождь, мне грустно и весело сразу. Весело, потому что можно надеть сапоги и прыгать по лужам. Грустно, потому что как будто небо плачет. Оно, может, устало. Или кто-то его обидел. Но кто может обидеть небо?

Я спросил у бабушки: «Почему дождь идёт?» Она сказала: «Потому что вода испаряется и потом падает вниз». Но это будто объяснение из книжки. А если небо просто скучает? Оно же всё время там, и никто его не гладит, не разговаривает с ним. Только смотрят – и всё. Я бы тоже заплакал.

Иногда я думаю, что небо – это как я, только большое. Оно тоже что-то чувствует. И когда я сижу у окна, и мне хорошо – может, ему тоже хорошо.

Я видел однажды закат. Это когда солнце становится красным и садится. Я сидел с папой, он сказал: «Смотри, какое небо!» А я и так смотрел. Я сказал: «Папа, оно как апельсин». Он засмеялся. Потом сказал: «Ты хорошо видишь».

Иногда я не только вижу – я как будто чувствую, что небо меня тоже видит. Я не знаю, правда ли это, но приятно так думать. Я даже иногда шепчу что-то ему. Про то, что боюсь темноты. Или что хочу, чтобы мама не болела. Я думаю: если никто не слышит, может, небо услышит.

А ещё бывает, что я иду и вижу, как луч солнца попадает прямо мне на нос. И я думаю: это он специально. Он знает, что я здесь. Может, небо и солнце друзья, и они вместе делают так, чтобы мне стало чуть теплее.

В детском саду сказали, что Земля круглая. Я долго думал, как мы не падаем с неё. Я пробовал на мячике поставить солдатика – он упал. Но люди не падают. Я сказал воспитательнице, что, может, мы приклеены. Она сказала: «Гравитация». Но разве это не просто слово?

Я люблю думать, что Земля нас держит, как мама. Она не даёт упасть. Даже если мы её не видим – она всегда под ногами. Может, Земля – это тоже кто-то? Только она не говорит, а просто тихо помогает. Я говорю: «Спасибо», когда наступаю на землю. Просто на всякий случай.

Когда я рисую небо, я всегда делаю его синим. Хотя оно не всегда синее. Иногда серое, иногда розовое. Один раз оно было почти фиолетовое. Я сказал маме: «Смотри, небо заболело». А она ответила: «Оно просто устало». Мне понравилось это.

Я решил, что у неба тоже есть настроение. Оно может быть весёлым – тогда солнце. Может быть злым – тогда гроза. Может просто грустить, как я. Я не боюсь небо, даже когда гром. Я думаю: это оно кричит, чтобы его услышали. Тогда я шепчу: «Я тебя слышу». Может, ему становится лучше.

В один день я весь день смотрел на облако. Оно было одно и никуда не уходило. Я даже подумал, что оно ждёт меня. Я сказал ему: «Привет». Потом рассказал, что у меня потерялась машинка. И что я скучаю по коту, который ушёл. Я не знаю, понял ли он. Но мне стало легче.

Папа сказал, что облака просто идут, куда ветер дует. Но может, ветер – это то, что их уговаривает плыть. Или гладит, чтобы они не боялись. Я не знаю, откуда ветер. Но он бывает разный: тёплый – как одеяло, холодный – как лизнуть металл.

Я не хочу, чтобы облака падали. Пусть они будут там. Пусть просто плывут. Тогда у меня будет с кем поговорить, даже когда никого нет рядом.

Иногда я думаю, что я тоже плыву. Только не по небу, а по жизни. Я просто иду, куда-то бегу, чего-то хочу, иногда не знаю – чего. Как облако. Я не выбираю, куда идти, – просто иду, как будто кто-то внутри знает путь. Может, это и есть я настоящий?

Мама говорит, что надо быть собой. А я не всегда знаю, кто я. Сегодня я люблю динозавров, а завтра вдруг – космос. Сегодня я громкий, а завтра тихий. Я думаю: а может, быть собой – это просто быть разным, но по-настоящему?

Я бы хотел быть, как облако. Оно не старается быть красивым – просто есть. И всё. И все его любят.

Я однажды спросил у старшего брата: «Ты когда-нибудь чувствовал, что ты – просто точка в огромной тетради?» Он сказал: «Что за чепуха?» А я подумал: жалко, что он уже большой. Может, он забыл, как это – быть точкой.

Иногда я чувствую, что я – маленький, но важный. Как кнопка на пульте. Если её нет – телевизор не включится. Так и я. Может, я тоже – кнопка для чего-то большого. Я не знаю для чего, но когда я смеюсь – другим тепло. Может, в этом и есть мой смысл?

Я сказал это бабушке. Она улыбнулась и сказала: «Ты уже всё понял. Только не забудь это, когда вырастешь».

Я люблю смотреть в окно перед сном. Там иногда видно луну. Она как кусочек фонарика, который забыл выключиться. Я думаю: может, это глаз неба, который не спит. Он смотрит на нас и охраняет.

Если бы я был небом, я бы не спал. Я бы охранял всех, кто боится темноты. Я бы пел им молчаливые колыбельные. Без слов, просто – тихо. Чтобы они знали: всё хорошо.

Я иногда говорю луне «спокойной ночи». Мне хочется верить, что она слышит. И отвечает. Просто по-своему. Может, свет – это её «доброй ночи»?

У нас в садике был день, когда мы делали поделки. Я сделал небо. Вырезал из бумаги синее, приклеил облака и нарисовал солнце. Воспитательница сказала: «Какое красивое!» А я подумал: а оно ведь всегда красивое. Просто не все смотрят.

Когда я стану взрослым, я хочу не забыть смотреть вверх. Даже если буду занят. Даже если буду спешить. Потому что небо – это как мама, которая всегда ждёт, когда ты просто посмотришь ей в глаза.

Я хочу быть взрослым, который умеет видеть небо. Даже когда идёт дождь.

Мы с папой однажды пошли гулять рано утром. Ещё никого не было. Только мы, трава и туман. Папа сказал: «Смотри, мир ещё спит». А я подумал: может, это не мир спит, а он просто дышит? Тихо-тихо. Чтобы мы не испугались.

Я люблю утро. Оно как начало сказки. Всё ещё может случиться. Даже если потом будет обычный день, утро – оно волшебное. Как будто мир только что придумали.

Я спросил папу: «Кто придумал мир?» Он сказал: «Это большой вопрос». Я подумал: может, он придумал сам себя? Может, он тоже хотел быть. Как я – когда родился.

Теперь, когда я смотрю на всё вокруг – на небо, на облака, на папу, который пьёт чай – я думаю: это всё не просто так. Всё как будто говорит: «Ты не один». Даже камень. Даже тишина.

Я не знаю, почему всё большое, почему облака не падают, и почему я не могу быть небом. Но, может, мне не нужно всё знать. Может, просто быть и удивляться – это уже правильно.

Когда я стану большим, я, наверное, тоже буду забывать смотреть вверх. Но я постараюсь не забыть. Я запомню, что небо – это не просто воздух. Это как сердце всего. И я – его часть.

Глава 2: Я и другие

• Почему люди такие разные?

• Почему взрослые говорят «нет»?

• Как понять, что мне нужно?

Иногда я думаю: почему я – это я, а не кто-то другой? Вот, например, у Димки волосы чёрные и он кричит громко. А у меня светлые, и я люблю молчать. Но мы сидим за одним столом, и даже едим одинаковые котлеты. Он любит гонки, а я люблю динозавров. А родились почти в один день. Почему мы не одинаковые?

Я спросил у мамы: «А если бы я был другим, ты бы меня всё равно любила?» Она сказала: «Я люблю тебя любого, потому что ты – это ты». Но если бы я был другим, я был бы уже не я. А кого тогда бы она любила? Это странно.

Я думаю, что быть разными – это как раскрасить одну и ту же картинку разными цветами. Форма вроде одна, а каждый выбирает свой цвет. Вот Димка – это красный, он всегда шумный. Катя – зелёная, она любит лягушек и всё нюхает. А я, наверное, синий. Мне нравится вода и думать молча.

Иногда я хочу быть как кто-то. Когда кто-то быстрее меня бегает. Или когда у кого-то крутая игрушка. Я даже пробовал говорить, как Ваня, потому что у него смешной голос, и все смеются. Но мне не понравилось. Это было как будто костюм, который мне не подходит.

Мама говорит: «Ты – лучший в том, что ты настоящий». А что, если я не знаю, какой я настоящий? Я же каждый день разный. Вчера я плакал, сегодня смеюсь. Вчера боялся, сегодня храбрый. Я всё ещё я?

Наверное, я – как погода. Она меняется, но это всё равно небо. И я – меняюсь, но внутри всё равно есть кто-то, кто остаётся. Просто тихо наблюдает, как я играю, ем мороженое или грущу.

Однажды в садике я подрался с мальчиком, потому что он сказал, что мои рисунки глупые. Я обиделся. Потом плакал. А потом подумал: может, ему просто грустно, и он хотел сделать мне тоже больно. Не потому что он плохой, а потому что ему одиноко.

Я подошёл к нему и сказал: «Хочешь, я тебе дам фломастер?» Он сначала ничего не сказал, а потом кивнул. Мы вместе нарисовали динозавра. Не идеального, но нашего.

Я понял, что, может, люди разные, потому что каждый по-своему хочет, чтобы его заметили. Кто-то кричит, кто-то молчит, кто-то дразнится. Все просто очень хотят быть любимыми. Даже если делают это странно.

Взрослые часто говорят «нет». Я не знаю, почему. Даже когда я просто хочу ещё одну конфету или погулять подольше. Иногда они говорят «нет» не потому что нельзя, а просто потому что устали. Или у них в голове что-то другое.

Я спросил у папы: «Почему ты говоришь “нет”, когда я тебя зову играть?» Он сказал: «Потому что я работаю». А я подумал: а если бы работа была играть со мной – он бы согласился?

Я представляю: папа сидит в кабинете, а у него на столе не бумажки, а динозавры. И он звонит по телефону и говорит: «У нас срочная игра, начинаем немедленно». Было бы здорово.

Но потом я понял, что «нет» – это не всегда про то, что меня не любят. Иногда это как дорожный знак. Не чтобы обидеть, а чтобы не разбился. Я не всегда это понимаю, но стараюсь.

Иногда мама говорит «нет», а потом всё равно разрешает. Тогда я думаю: а может, сначала она проверяет, насколько мне это важно? Или она тоже сомневается. Ведь взрослые тоже не всё знают. Я думал раньше, что взрослые всё понимают. А теперь вижу – нет. Они тоже учатся. Только молча.

Иногда, когда мне говорят «нет», я сначала злюсь. Прямо вот тут, внутри, как будто маленький вулкан. Хочется топнуть ногой и сказать: «Почему нельзя? Ведь это просто!» Но потом я сижу и думаю: может, у них тоже есть свой «вулкан». Только они уже не топают ногами, а просто говорят «нет».

Я однажды сказал бабушке: «Ты говоришь “нет”, потому что ты не хочешь, чтобы я радовался?» Она удивилась и сказала: «Я говорю “нет”, потому что я тебя люблю и берегу». Это странно. Иногда любовь выглядит как «нельзя». Но, может, это как зонтик – он не даёт промокнуть, даже если тебе хочется под дождём побегать.

Мне нравится наблюдать за людьми. Иногда я просто сижу и смотрю, как кто-то говорит, как двигается, как улыбается. У всех лица разные. Даже у близнецов. Я спрашивал у воспитательницы: «А если два человека одинаково выглядят, это значит, что они одинаково думают?» Она сказала: «Нет. Мы все разные внутри, даже если снаружи похожи».

Я думаю, что внутри у всех как будто есть мир. У кого-то там много звёзд, у кого-то – река, у кого-то – дом с камином. Я хотел бы заглянуть в мир других. Но никто не даёт туда билеты. Только если ты подружишься – тогда немного приоткроется дверь.

Когда кто-то меня не понимает, я сначала думаю: «Он плохой». А потом думаю: «А вдруг я тоже его не понимаю?» Может, он просто по-другому слышит, по-другому чувствует. Я попробовал представить, как будто я – он. И это оказалось сложно. Потому что у него другие мысли, которые я не слышу.

А если бы я был волшебником, я бы сделал такие очки, через которые можно было бы видеть, что чувствует человек. И тогда все бы понимали друг друга лучше. Но, может, такие очки уже есть – просто они не на глаза, а на сердце надеваются.

Я однажды сказал маме: «Мне кажется, что я иногда не понимаю даже себя». Она засмеялась и сказала: «Это у всех так». Я удивился. Как это – не понимать себя? Я же внутри себя живу. А всё равно иногда не знаю, почему я грущу или вдруг сержусь.

Иногда я думаю, что внутри меня живёт сразу много «я». Один – весёлый, другой – боится, третий – ленится. И все они как будто спорят. А я – тот, кто их слушает. И должен выбрать, кого слушать. Это очень трудно. Особенно, когда конфета рядом.

Быть собой – это как собирать пазл. Каждый день по кусочку. Иногда кусочек не подходит, и ты думаешь: «Может, я не такой?» А потом оказывается – просто он был не с этой стороны. И тогда всё становится на место. Я думаю, я ещё долго буду собирать себя. И это нормально.

Я спросил у дедушки: «Когда ты понял, какой ты?» Он посмотрел в небо и сказал: «Наверное, я до сих пор не до конца понял». И я подумал: значит, можно быть взрослым и всё ещё искать себя. Это как путешествие. Только не по миру, а внутри себя.

Иногда я думаю: «А если бы я родился другим, в другой стране, с другими родителями, что бы я чувствовал?» Может быть, ел бы другие супы и не знал слово «пельмени». Может, любил бы верблюдов. Или боялся дождя. И это всё равно был бы я, просто другой.

Это странно – быть собой, когда ты мог бы быть кем-то другим. Я спросил у учительницы: «Почему я – это именно я?» Она сказала: «Потому что ты здесь». Но я ведь не выбирал, где быть. Меня просто… положили в этот мир. Как будто кто-то нажал кнопку – и вот я уже смеюсь и ем хлеб.

Я думаю, что все люди – как книжки. У кого-то тоненькая, у кого-то толстая, но в каждой есть что-то интересное. Только вот мы не всегда читаем друг друга. Иногда смотрим на обложку и решаем: «О, это не для меня». А если бы открыли – там мог бы быть волшебный рассказ. Или грустный. Или весёлый.

Когда я был у бабушки, она сказала: «Слушай людей, даже если они старые. Внутри у них всё ещё живёт ребёнок». А я тогда подумал: а внутри меня живёт кто? Может, маленький старичок, который всё думает? Или просто птичка, которая поёт и боится темноты.

Однажды я увидел, как мальчик плакал. Я не знал, почему. Просто стоял в углу и прятал лицо. Я подошёл и не стал ничего спрашивать. Просто сел рядом. Мы сидели молча. А потом он дал мне жёлтый карандаш. И это было как «спасибо», только без слов.

Иногда, чтобы понять кого-то, не надо говорить. Просто быть рядом. Как будто ты – деревце, под которым можно посидеть. Или тёплая вода. Или просто небо, которое не спрашивает, почему ты грустишь.

Я всё ещё не всегда понимаю, что мне нужно. Иногда я думаю, что хочу мороженое. А потом ем и понимаю, что хотел объятие. А иногда я думаю, что хочу тишины, а потом оказывается – я хотел поговорить. Это сложно, потому что желания иногда надевают костюмы и притворяются другими.

Я спросил у себя: «Как понять, что я хочу на самом деле?» И внутри было тихо. А потом я услышал, как сердце бьётся. И понял – пока оно стучит, я могу спрашивать, искать, ошибаться. И всё равно быть собой.

Когда мне страшно, я представляю, что я – светлячок. Маленький, но светящийся. И даже если кругом темно, я могу немного светить. И может, рядом кто-то тоже засветится. И тогда уже будет не так страшно. Может, мы все – такие светлячки, просто иногда забываем, что можем светить.

Я верю, что все люди – добрые внутри. Даже если они злятся или кричат. Просто у них иногда темно, и они забыли про свой свет. Если напомнить – они вспомнят. Надо только сначала вспомнить самому.

Иногда я ложусь спать и думаю: «А что, если завтра я проснусь совсем другим?» Но потом я чувствую своё дыхание, свои пальцы, и понимаю – нет, я всё ещё я. Только, может быть, с новыми мыслями.

Быть собой – это как идти по лесу с фонариком. Не всё видно сразу, но если идти – становится светлее. И я иду. Шагаю понемножку. Думаю, чувствую, ошибаюсь, снова думаю. И в этом – я.

Вот и всё. Я не всё понял, но я стараюсь. Я учусь видеть других и себя. Иногда я злюсь, иногда плачу, но всё равно люблю. Потому что без любви всё становится холодным и серым. А с любовью – даже ошибка может стать подарком.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.