Анна Эвлин
Луна кровавого солнца

Пролог

Кинжал прорезал затвердевшую кожу, оставляя за собой аккуратную ровную полосу, расцветшую проступившей кровью. Мужчина удовлетворенно оскалился, от чего его клыки слегка царапнули губу, и резко рванул клинок вниз, по всей длине костного образования, в которое проклятое палящее солнце превратило позвоночник существа, некогда бывшего человеком. Отточенными и привычными движениями вампир прорывал мышцы, связки и сосуды. Кровь хлестала из открытой раны, а он все кромсал и кромсал, обнажая белые кости. Пока бледные пальцы не смогли прорваться, скользнуть внутрь, сжать, а затем дернуть. Сильно, резко. В одно движение вампир вытащил наружу весь позвоночник дикого под треск рвущихся мышц и нервов. Сжал, разламывая. Так, что от костей осталась лишь мелкая крошка, просыпавшаяся на ботинки.

– Ну и грязь же ты развел, Кайл. – стоящая рядом женщина слегка поморщившись отряхнула попавшую на брюки кровь. – И сам весь запачкался.

Казалось бы запах крови должен быть приятен таким существам, как они, но не этот. Вампирша недовольно поморщилась от пробравшегося в нос ощущения тухлятины.

Ее напарник с чувством крайнего удовлетворения провел чистой рукой по коротким пепельным волосам, достал из кармана куртки платок и стер кровь с руки и шеи, отбросив его на валявшийся в ногах труп.

– Не я придумал все это. Кто же виноват, что эти твари только так умирают.

– А тебе и в радость лишний раз мышцы поразмять Кайл. – усмехнулась женщина.

Подойдя вплотную, она взяла платок и стерла капли крови на шее друга, до которых он не смог дотянуться. Кайл вновь тряхнул головой, пытаясь избавиться от следов костяной пыли, делавшей его и без того бледную, практически алебастровую кожу еще чуточку светлее. Впрочем, что он сам, что Байшу, будучи детьми Луны, невероятно сильно походили на тот истинный облик жуткого вампира из древних легенд людей, который им до сих пор предписывали. Красные глаза в сочетании с бледностью альбиноса и лунного цвета волосами невероятно красиво контрастировали с размазанной повсюду кровью. Хищники, твари, да и только. Хотя, такими представляли их всех, независимо от реального внешнего вида.

Байшу слегка склонила голову, внимательно следя за движениями капитана отряда.

– Ведь наслаждаешься, не отрицай.

Кайл усмехнулся, облизнул клыки, и подмигнул.

– И в мыслях не было. Работа такая, не хуже прочих.

Вампирша резко дернулась, огляделась, вслушиваясь. Откинула белоснежную косу, разворачиваясь к источнику шума.

– Кайл, слышу еще троих.

– Замечательно.

В такие моменты Кайл походил на безумного. И в этом был его особый шарм, привлекший Байшу еще во времена обучения. Впрочем, охотники все были слегка ненормальными, этого даже сам Его Темнейшество Кардинал Минхар не отрицал.

Сейчас глаза обоих вампиров сосредоточенно изучали местность в том направлении, откуда донесся шум. Едва уловимый, отстраненный, но для них звучащий как самый громкий крик. Они делали это тысячи раз, как и все прочие охотники, но неизменно сосредоточенно, внимательно, подмечая любые мельчайшие детали. Когда от быстроты реакции зависит твоя жизнь, терять бдительность себе дороже. Даже вампиры могут умереть, если им разорвут глотку когти этих чудовищ.

– Бай, клинок. – Кайл требовательно протянул руку, принимая назад свой меч.

Сама же Байшу избавившись от чужого оружия, достала из-за спины свое. Оба клинка отливали серебром, сверкая на полуденном солнце словно чистые звезды. Охотиться на диких ночью было несравненно проще каждому вампиру, но днем твари хотели есть и потому чаще попадались в ловушки. Особенно те, что мастерски расставлял Ивар, сейчас пропавший из поля зрения товарищей.

Кайл прокрутил клинок в руке. Лунная сталь, сокровище вампиров, единственный металл пригодный для уничтожения диких. Тех существ, от которых не осталось ничего и близко человеческого, кроме одного единственного инстинкта – убивать всех без разбора. И трое таких сейчас приближались к ним, выступив из-за сухих деревьев. Сгорбившиеся, использующие вытянутые тонкие руки вместо передних лап. Когти скользили по пыльной земле, оставляя неглубокие борозды. Лица перестали быть человеческими, вытянувшись наподобие волчьих морд. Пасти хищно скалились, слюна стекала прямо на землю пока твари рассредотачивались, пытаясь окружить вампиров, уже приготовившихся к нападению.

По земле из-за спин Байшу и Кайла к чудовищам пронеслись фиолетовые вспышки. Достигнув своих целей, они обратились искрящимися цепями, сковавшими лапы диких. Охотники незамедлительно бросились вперед под довольную усмешку оставшегося позади Ивара, чьи ладони переливались фиолетовыми искрами магии, усиливая и затягивая цепи, постепенно отрезая диким вытянутые конечности.

Первое правило охоты, которому учили каждого вампира, отобранного для служения Ордену Темной Инквизиции, предписывало обездвижить противника и лишить возможности напасть. Любым способом. И в этом Ивар был один из лучших. Его сила связывала диких безотказно, всегда. А он любил наслаждаться собственными успехами, каждый раз. И этот раз не стал исключением. Ивар взъерошил черные волосы, облизнул губу, довольно поправил свой неизменный воротничок пастора, который носил словно в насмешку над верованиями людей, и свободной от создания магии рукой вытащил сигарету.

Кайл тем временем уже вырывал позвоночник одного из чудовищ, вновь дробя его на мелкие песчинки. Байшу проделала тоже самое со вторым, воткнув в него свой клинок едва ли не по рукоять. К третьему подошел Ру, возвышавшийся над дикими подобно скале, какой этот огромный светловолосый двухметровый вампир и был. Каждую операцию охотников именно этот вампир – великан отвечал за защиту всей группы. Если сила экзорцизма Ивара подразумевала более широкий спектр действий, то единственное, что мог Ру – создавать щиты из всего, что только мог для этого использовать. Из воздуха, магии, любого попадавшегося под руку явления или объекта. И его щиты никто не мог разбить, настолько прочными те были. А еще Ру превосходно научился ими убивать.

Здоровяк буквально переломил дикого пополам, даже не удосужившись вырвать из него позвоночник, чем заработал недовольный взгляд Кайла, любившего делать все правильно. Пусть даже требуемый результат был достигнут и диким уже не грозило очнуться.

– Сжигать будем? – поинтересовался Ивар у Кайла.

Тот вновь осмотрел местность на наличие еще каких-нибудь прибившихся существ и утвердительно кивнул.

Когда вампиры стащили трупы в одну кучу, Ивар щелкнул пальцами, посылая в нее фиолетовые искры, тут же заалевшие, стоило им коснуться тел. Ру поставил вокруг импровизированного костра барьер, дабы огонь и смрад жженых трупов не долетали до товарищей. Самая неприятная часть их работы, благо не требующая длительного присутствия. Обычно, они уезжали, стоило телам сгореть хотя бы на треть. Кайл любил точно знать, что его группа сделала все необходимое, не оставив после себя мусора, может оттого они и были если не лучшими, то одними из таких.

Отворачиваясь и стараясь не вдыхать глубоко, Байшу повернулась лицом к солнцу и зажмурилась. Ругнулась, поморщившись от ярких солнечных лучей:

– Столько лет прошло, а все равно привыкнуть не могу.

Ивар протянул женщине очки, которые всегда носил в кармане. На всякий случай для нее.

– Я бы тоже с удовольствием выходил только по ночам. Мы все же Дети Ночи.

Благодарно улыбнувшись, вампирша прикрыла чувствительные глаза темными стеклами. Стало ощутимо легче. Из всех пятерых в их отряде именно ее реакция на солнце была самой сильной, но что товарищи, что врачи Ордена объясняли это особой чистотой вампирской крови, бежавшей в ее теле. Якобы обычное явление для наследницы вампирской аристократии. Но Ивар, будучи точно таким же наследником, как она, почему-то страдал от палящего солнца в разы меньше, поэтому, возможно, все дело было в силе Луны, коей он не обладал в отличие от подруги.

И все равно ни один вампир не жаловался. В отличие от людей, их раса адаптировалась и хотя бы могла не прятаться под землей.

В наушниках у каждого послышался треск, а затем чуть надтреснутый из-за приемников голос Марин, все время операции находившейся в припаркованном рядом фургоне, оповестил:

– Ребята, пора возвращаться. Пришло сообщения из Ордена. Нас срочно отзывают по личному распряжению Кардинала.

Все четверо вампиров настороженно переглянулись. Еще никогда за годы службы Ордену Темной Инквизиции их группу не отзывали с задания через день после отправки. Что-то произошло, и это что-то не предвещало ничего хорошего.

Глава 1

Третий отряд Охотников возвращался домой, в Орден Темной Инквизиции, по ощущениям, целую вечность. Слишком далеко успели на этот раз уехать. Окружавшие пейзажи как обычно не радовали, даже несмотря на то, что возвращаться вампиры пытались немного иной дорогой. Выжженные клочками земли, трухлявые деревья, следы от сожженых тел диких, развороченные и разрушенные дома. Все свидетельства произошедшей катастрофы, последствия которой все три народа расхлебывали до сих пор, соседствовали с явно выраженными попытками исправить ситуацию, предпринимаемыми не раз. Бессмертным вампирам прошедший срок казался не таким уж длинным, как людям или солярсам, но общие изменения бытия были ощутимы для всех. Когда солнце начало пылать, низвергая на землю волны огня и жара, ничто и никто не могли оставаться как прежде. Жившие до солнечных вспышек на поверхности чистые люди, к тому моменту изрядно поредевшие в своей численности из-за скосившей их неизведанной болезни, оставили после себя разрушенные дома, гниющие металлические конструкции, разбитые автомобили. Бросили все, вынужденные спасаться бегством. Они годами теряли разум, умирали, но большинство обращалось чудовищами, дикими. Часть людей, чудом сохранившие волю и разум, ушли под землю, в созданный ими город Удур. А были среди людей и те, кто преобразился, сумев выжить в новой реальности и не сойти с ума. Слишком малочисленные, чтобы не быть полностью уничтоженными дикими. Они остались на поверхности, назвали себя солярсами и возвели Карган, скрыв его за высокими стенами, пытаясь сохранить хоть что-то. Скрывавшиеся до того времени во мраке ночи вампиры со своими ярко-красными глазами, слишком заметной внешностью и болезненной зависимостью от крови, неожиданно получили иммунитет к солнцу, взойдя на пик своего существования, образовав на пепелище павшего порядка Новый Вавилон. Ровно так, как было оговорено в соглашении, достигнутом всеми тремя народами и завершившем кровавые времена, ныне именуемые не иначе как Время Первых чудовищ. Следы того периода истории мира все еще оставались повсюду. И самым видимым были дикие, чья популяция, несмотря на их постоянное истребление вампирами, росла год от года. За ночь, проведенную в дороге, отряд охотников был вынужден остановиться еще дважды, встретив чудовищ на пути.

До границы купола Нового Вавилона они добрались лишь под утро следующего дня. Марин заранее сообщила о прибытии, поэтому третий отряд уже ждали прямо у ворот города. После стандартной проверки личности каждого, их пропустили внутрь. Купол привычно переливался на солнце снаружи, существенно затемняя небо изнутри. И тем не менее рассвет яркими цветами разливался на горизонте, сопровождая фургон третьего отряда, которым управлял Ру, и три мотоцикла, принадлежащих Байшу, Ивару и Кайлу, до ангара Ордена. Из фургона Марин выскочила первой. Она довольно потянулась, потрясла рыжими короткими кудрями, а затем сразу же поймала проходящего мимо техника.

– У нас на третьей частоте помехи. И проверьте второй локатор, там затемнение в квадрате 8.

Техник, прекрасно осознавая с кем именно ему не повезло столкнуться с самого утра, торопливо закивал. Удивительно, как милейшая рыжая вампирша, на вид больше походившая на подростка, внушала страх всему персоналу ангара Ордена, если дело касалось ее оборудования для связи и слежения.

– Сама не посмотришь? – пробасил Ру, обнимая невесту, казавшуюся рядом с ним совсем маленькой.

Присутствие великана только закрепляло воздействие на всех, с кем общалась Марин. А она же ласково улыбнулась, повернулась к Ру и, подпрыгнув, чмокнула в щеку.

– Что же будет после их свадьбы… – осторожно и не слишком громко произнес Ивар.

Байшу беззлобно толкнула его локтем.

– Будто не привык за столько лет. Как жили, так и будем.

Ивар хотел было ответить, но промолчал, заметив приближавшуюся к отряду фигуру Александро, помощника Кардинала, нервно теребившего край папки в руках. Он так увлекся своим занятием, что в какой-то момент перестал замечать все вокруг, а потому едва не врезался в Ивара, подпрыгнув от испуга, стоило вампиру хлопнуть его по плечу.

– Ну здравствуй, братец. – оскалился в притворно радостной улыбке экзорцист, намеренно акцентируя обращение.

Александро насупился, проигнорировав слова Ивара, скинул его руку, деловито поправил очки и обратился к Кайлу.

– Его темнейшество Кардинал Минхар ждет вас. Незамедлительно. Прошу за мной.

– Зачем нас вызвали?

– Вам все объяснит его темнейшество сам.

Александро, стараясь не смотреть на Ивара, повернулся и повел их к лифтам, доставляющих посетителей прямо в кабинет Кардинала, находящийся под куполом главной башни Ордена.

– Братец? – шепнула Байшу, оттащив Ивара за спины друзей.

– А я не сказал? – экзорцист взял женщину под руку, привычно поглаживая ее пальцы. – Моя дорогая матушка вышла замуж за его отца, о чем радостно сообщила мне буквально за день до отправки на Охоту.

– Рагна вышла замуж и даже не устроила по этому поводу никакого приема? Да еще и за Максвела Корвальда?

– Сам удивился. Но теперь у меня есть новый отчим, сводный братец и чертова уйма вопросов к моей матери.

– Будто бы я в восторге. – прошипел Александро, остановившийся прямо рядом с ними и пропуская в лифт.

– А давайте вы все семейные проблемы решите позже. – предостерегающе рыкнул Кайл, от чего Байшу усмехнулась.

Капитан третьего отряда не любил бесполезной болтовни во время операций, а их отряд свою еще не закончил. Даже наоборот, вампир был как никогда собран. Подозрительность и настороженность Кайла иногда ужасали даже его товарищей, но они никогда даже не могли подумать попрекать его. Ведь благодаря капитану каждый из них все еще ходил по землям падшего и прогнившего мира.

Лифт быстро поднял всех вампиров до нужного этажа. За открывшимися дверями был просторный холл – приемная в довольно аскетичном стиле. Стены украшали полотна, изображавшие сцены великой истории народа вампиров. От момента появления первого Сына Луны и первой Дочери Ночи и до подписания Великого договора, ознаменовавшего окончание Эпохи первых чудовищ. Здесь же стоял рабочий стол Александро, прямо перед внутренними дверями кабинета кардинала, украшенными резным барельефом луны на ночном небе.

Александро остановил всех, приоткрыл дверь.

– Ваше темнейшество…

Вампир даже не успел закончить, как кардинал нетерпеливо махнул ему рукой, приказывая пропустить гостей. Когда все охотники вошли, глава темной инквизиции все еще не поднимал головы. Будь он человеком, ему бы можно было дать лет пятьдесят. Некогда темные волосы покрывала седина. И все равно Зальер Минхар внушал не просто уважение одним своим видом. Когда его темнейшество наконец оторвался от своих бумаг, поднял глаза на гостей, в них не было ни капли усталости, часто присущей лицам в возрасте. В них была сталь, бескомпромиссная сила и власть. Всем и каждому кардинал внушал настоящий страх. Все пятеро охотником моментально опустились на одно колено, приветствуя второго по положению вампира королевства и всего народа. Выше него был только король, неизменно подчеркивающий всем свое уважение к кардиналу.

– Перейду прямо к сути. – Зальер сцепил руки в замок, давая возможность охотникам подняться и приготовиться слушать. – Пятая патрульная группа у границ Каргана исчезла около двадцати дней назад. На расследование инцидента я отправил еще одну группу. Прибыв на место, они, как и положено, начали передавать информацию и вести расследование, пользуясь полной поддержкой солярсов. Но шесть дней назад связь установить не удалось и не удается до сих пор. Исчезли бесследно.

– Дикие? – рискнул предположить Кайл.

– Нет, слишком чисто, если судить по тому, что успели мне передать. И слишком разумно.

– Солярсы? – Кайл нахмурился от столь дикого предположения.

– Я бы тоже так подумал, тем более что по полученным данным их следы присутствуют, кровь в том числе. Вот только не сходится ни с оказываемой поддержкой расследования, ни с иными фактическими обстоятельствами. За два дня до исчезновения второго патруля со мной связался Рен Аберайт, нынешний глава солярсов, и сообщил, что точно таким образом была уничтожена и группа его людей, в совершенно противоположной части Карганской границы. Способ идентичен, только следы там принадлежат вампирам. Все это слишком сильно походит на то, будто кто-то очень хочет подставить всех нас и создать напряженную ситуацию. Но делает все крайне неумело, очевидно полагаясь на полное отсутствие хоть какой-то связи нашей стороны с солярсами. И если до момента исчезновения второго патруля я мог бы сомневаться, то сейчас уже более чем уверен в причастности третьей стороны.

Кардинал замолчал и чуть склонил голову, внимательно рассматривая Байшу, будто размышляя о следующем действии. Ей такая заминка совсем не понравилась. Наконец, Зальер вдохнул, и произнес:

– Несколько дней назад была совершена попытка покушения на лидера солярсов. И ровно через сутки – на нашего короля. Прямо здесь, в Новом Вавилоне.

Байшу дернулась, шокированная.

– Брат? Он…

– Все в порядке, жив, не пострадал. Но, надеюсь, мне не нужно напоминать правила Ордена?

– Я все помню, ваше темнейшество. – Байшу склонила голову, облегченно выдохнув.

Конечно, она помнила. Каждый поступающий в Орден вампир практически полностью лишался принадлежности к своей семье и родным, если они у него были. Но взамен обретал новую семью – свою группу. Они ведь даже жили все вместе, чтобы чувствовать и понимать друг друга без слов. Общение с родной семьей допускалось без ограничений, но осторожность и служба всегда были на первом месте. И если для Детей Ночи все эти правила были не столь существенны и болезннны, то для Детей Луны вроде Кайла и Байшу, носителей уникальных способностей, все было куда как строже. Кайлу в каком-то смысле повезло больше, он с рождения был сиротой, а иной семьи, кроме их отряда и еще одного важного для него человека, и не знал вовсе. Но Байшу ни разу не возмутилась и не роптала. Она сама, сознательно выбрала свой путь, пусть ее силы никогда не оставляли ей выбора.

– У вас будет несколько дней на сборы, разрешаю посетить родных. Всем вам. – дополнил кардинал, за что был вознагражден благодарным поклоном Байшу.

– Сборы, ваше темнейшество? – поинтересовался Кайл.

– Мы с главой солярсов достигли соглашения, что вы отправитесь в Карган для расследования ситуации. Предположительно на месяц.

– Секунду. – Кайл на мгновение забылся и забыв об этикете оперся о стол Кардинала. – Вы хотите чтобы мы отправились к солярсам, жили там и подчинялись им? Целый месяц?

– Подчиняться вы, капитан Криган, будете как и прежде лишь мне, интересам Темной Инквизиции и народа вампиров в целом. Ваша задача выяснить, какого черта там происходит. И совсем уж замечательно было бы прояснить взаимосвязь с покушением на нашего короля.

Кардинал задумчиво, но настойчиво постучал пальцами по столу, давая понять, что сейчас спустит Кайлу проявленное неуважение, но недвусмысленно выражая недовольство. Капитан поспешил отойти назад к своим товарищам. Охотники ждали продолжение, ведь их никто не отпускал.

– Через три месяца будет столетие дня, когда три народа подписали Великий договор. И как завещано нашими предками, ровно в этот день лидеры каждого из народов обязаны явиться для подписания нового и подтверждения своих клятв.

– И тут происходят два покушения. Слишком очевидное совпадение. – закончил мысль кардинала Кайл.

– Именно. Я очень не хочу давать кому-либо повод развязывать новую войну. Как бы там оно ни казалось, но для вампиров война ничем хорошим не кончится.

Он повернулся к Байшу:

– Вся информация о покушении на короля под строжайшей секретностью, даже в пределах дворца. Королева-мать распорядилась временно отпустить половину служащих, кроме самых доверенных лиц, и усилить охрану, а его величество по официальной версии вместе с супругой и наследником пребывают в уединении, дабы просить Ночь о защите нашего народа. Версия так себе, но действовать нужно было быстро, поэтому придумали что смогли. В Ордене о произошедшем помимо вас пятерых осведомлены лишь двое, я и Александро. Но вам нужно поговорить с королем и выяснить детали, пригодится.

Затем окинул взглядом всех присутствующих и добавил:

– Вы мои лучшие охотники. Никому другому я это дело не доверю. У вас пять дней на подготовку и сборы, как я уже сказал, в Каргане вы расчетно пробудете месяц. Если потребуется, останетесь и дольше. И еще. – кардинал вытащил из ящика стола папку и конверт с эмблемой ордена. – Официальная карта территорий солярсов, не самая свежая, но на первое время пойдет. Также официальные данные на основных управленцев, бывших и нынешних, кто договорился о вашем пребывании. Здесь, – он указал на конверт. – на расходы из бюджета Ордена.

Нырнув рукой в другой ящик достал еще одну папку с прикрепленным конвертом, на этот раз без опознавательных знаков. И она был гораздо толще предыдущей.

– А здесь информация и на расходы от меня лично, вне бюджета ордена и инквизиции.

Многозначительно кивнув Кайлу, сложил все вместе, протягивая ему.

– И последнее. Делайте все, что сочтете необходимым, но прошу все же не забывать об основных целях вашего нахождения там. Я бы очень не хотел потерять ваш отряд, равно как и объясняться с королем о нарушении договора и провале операции.

Дождавшись поклона охотников, кардинал жестом позволил покинуть его кабинет.

Александро был на своем месте, разбирая отчеты и почту. Ивар манерно оперся о стол новоявленного родственника.

–Братец, ты же наверняка в курсе, где моя матушка и твой отец?

Помощник кардинала тяжело вздохнул, поправил очки и наконец посмотрел на экзорциста, всем видом выражая, что меньше всего желал бы сейчас с ним общаться и отвлекаться от своей работы.

– Во дворце, где же еще.

Ивар довольно цокнул, и собирался уже уходить, последовав за друзьями, когда его нагнал голос сводного брата:

– Они хотели устроить ужин, когда ты вернешься.

– Что ж, я вернулся. – улыбаясь, сверкая клыками, театрально раскинул руки Ивар, заходя в лифт.

Они молчали пока не спустились на пятый этаж. Туда, где находились отдельные кабинеты каждого из отрядов. Пользовались ими не часто, гораздо проще было обсудить все в собственном доме, но для экстренных ситуаций вроде этой место вполне подходящее.

– Звучит это все как сумасшествие. – Кайл закрыл дверь и обернулся к своей группе, расположившейся в креслах вокруг стола, стоящего прямо в центре кабинета.

Сам же он опустился в кресло во главе, и вытряхнул на стол содержимое папки с эмблемой Ордена. Карты города, не самые подробные, какие могли бы быть, фотографии тел патрульных, отчеты о полученных образцах. Вторую папку Кайл пока не вскрывал, решив оставить ее изучение на потом.

– Похоже, мы едем на долго. – разочарованно пробормотал вампир, рассматривая фоографии.

Группа согласно закивала. Каждый мельком просматривал бумаги, пока капитан продолжал:

– У нас всего пять дней. Нужно максимально подготовиться. Мы с Бай поедем на байках, не хочу тащиться на автомобиле ордена, нам нужна маневренность на экстренный случай. Ру и Марин берут аппаратуру, поэтому на своем фургоне. Ивар, можешь выбрать что хочешь.

Капитан подтолкнул Марин конверт.

– Вы с Ру идете в снабжение Ордена и берете максимально все допустимое для нашей операции, подписанное Кардиналом разрешение тоже здесь. Бай, ты сейчас во дворец?

– Я с ней, заодно матушку проведаю. – вклинился Ивар.

– За сегодня успеете?

– Конечно.

– Тогда мы втроем завтра идем под землю, не помешало бы наведаться на рынок. Нам нужен дополнительный запас крови минимум на второй месяц, в идеале бы вообще на три, если успеем достать. По максимуму не хочу принимать ничего от солярсов, а того, что выдаст Орден будет явно мало. Кто знает, вдруг задержимся. Берем клинки из лучшей лунной стали, все что есть. И…

Он резко замолчал, оглянулся на дверь, будто даже здесь его мог услышать кто-то посторонний. Вампир подождал, и все же понизил голос почти до шепота, прежде чем закончить:

– Запас пуль берем тоже. Лучше уж перестрахуемся. А я, пожалуй, наведаюсь на Ринг, поспрашиваю еще. Заодно к Дорану загляну, может у него найдутся нужные нам связи и поставщики прямо в Карган через караван. Да и я сильно сомневаюсь, что никто ничего не знает о нападениях на патрули, уж люди слухи разносят быстро.

– А если люди все же причастны, как думает Канцлер? – пробасил Ру.

– Просто нужно знать, у кого спрашивать. И аккуратно.

– Мне нужны запчасти к аппаратуре. – Марин с несколько брезгливым выражением потрясла списком, который извлекла из конверта. – Здесь половина – прошлый век, слабое.

– Составь список, попробуем достать.

Кайл подождал еще вопросов, и, когда их не последовало, сложил все документы и фотографии обратно.

– Думаю, пока нам этого хватит. Детально план еще проработаем перед самым отъездом.

Ивар поднялся, протягивая руку и поднимая Байшу. Ру и Марин также начали собираться на выход.

– И еще кое-что. – окликнул всех капитан.

Он внимательно осмотрел каждого из присутствующих полыхающими яростью кровавыми глазами.

– Я лично перережу глотку каждому, кто попробует сдохнуть на вражеской территории.

Глава 2

Байшу любила ощущение свободы, которое дарила скорость. Поток встречного воздуха охватывал все ее тело, скользя по шлему, пока мотоцикл на запредельных скоростях нес вперед. Любимый и неизменный помощник не только на заданиях и охоте, но и в перемещениях по городу. Все еще тот самый первый, подаренный «неустановленным благодетелем» после официального вступления в третий отряд. Всем начинающим охотникам Инквизиция предоставляла оборудование и средства передвижения из имеющегося у нее имущества, но то могли быть не самые новые модели, повидавшие не одну охоту. Но утром перед отправлением на первое задание во дворе дома все пятеро вампиров третьего отряда обнаружили не только новенькие мотоциклы на каждого, но и огромный фургон, забитый аппаратурой. Всем этим охотники пользовались до сих пор. Даже через годы, ремонты и неоднократные встречи с когтями диких, вся техника пребывала в отличном состоянии, не в последнюю очередь благодаря Марин, носящейся со своими приборами как с маленькими детьми. Личность отправителя подарков официально установить не удалось, но всем было очевидно, что подобных средств кроме королевской семьи и, возможно, семьи Бьергин, не имел никто.

Байшу закрыла глаза, откинула голову слегка назад, покрепче вцепившись и прижавшись к Ивару. В такие моменты она всегда немного улетала из реальности происходящего, как и сейчас. Верно истолковав ее движения, вампир сильнее выкрутил газ, ускоряясь. У них обоих закипала кровь. И то, что Байшу намеренно дразнила вампира, проскользнув ладонью ему под куртку и начав пробираться по животу под рубашку, явно не способствовало его спокойствию. В конечном итоге, не доехав до дворца каких-то пару кварталов, Ивар резко свернул в темный закоулок между домами. Заглушив двигатель, он стянул свой шлем и повернулся к вампирше, уже сбросившей свой, чтобы в следующее мгновение притянуть ее к себе и целовать. Бешено, дерзко. Как у них это было всегда. Без обещаний, без попыток заглянуть в будущее, просто сейчас, в этот момент. Теперь уже руки Ивара скользили по ее телу, по талии, животу. Клыки царапнули нижнюю губу Байшу, которую он чуть оттянул вниз. Она выгнулась, прижимаясь ближе, пока Ивар опустился к ее шее, обозначая весь свой путь языком.

На дороге, с которой они свернули чуть ранее, раздался резкий гудок автомобиля, заставивший вернуться в реальность.

– Надо ехать. – пробормотала Байшу, тяжело дыша и не отодвигаясь от вампира.

– Тогда вести придется тебе. – усмехнулся Ивар.

Она рассмеялась, оставив еще один короткий поцелуй на его губах, и пересела вперед. Вампир придвинулся, накрывая собой, обнимая за талию. Байшу протяжно простонала от слишком явно манящего желания, лишь усиливающегося от напряженного тела, прижавшегося вплотную к ней.

– Надо было на двух мотоциклах ехать.

– Или закончить начатое.

– Тогда мы вообще не доедем.

Откинулась назад, повернув голову и погладила мужчину по щеке, обещая:

– Вечером.

– Убиваешь, Луна моя. – ухмыльнулся Ивар, надевая ей шлем.

Его Луна. Так ее называл лишь он. С самого первого дня, как в Байшу проснулась сила, слишком напугавшая маленькую девочку.

Это всегда и у каждого происходило резко, без предупреждения. Никто никогда не мог предугадать, в ком из вампиров проснутся силы Луны, в ком – силы Ночи, и когда. Знали только, что еще ни одного случая пробуждения не было после пятнадцати лет. Вот и маленькая Байшу вместе с Иваром просто гуляла по дворцу, направляясь в танцевальный зал на урок музыки. Она вырисовывала изученные па в воздухе руками, как вдруг с пальцев сорвались искры, оставив выжженное пятно на стене. Ивар тот час сдал руку Байшу, пытаясь успокоить, а затем отвернулся лишь на мгновение, проверяя, не было ли кого поблизости. А когда вновь вернул внимание к подруге, ее золотые волосы уже побелели до абсолютно белоснежных, недвусмысленно показывая, что именно произошло. Ивар тогда сказал, что она теперь сама похожа на маленькую луну, такая же яркая и красивая. И продолжал звать так даже тогда, когда Байшу перестала бояться самой себя. Байшу подумалось, что она скорее всего не стала бы такой, как сейчас без него. Но дальше размышлять не стала, потому что байк вновь вошел в поворот, и королевский дворец Нового Вавилона предстал перед ними во всем своем величии. Идеальное исполнение воссозданного образца памятника архитектуры далеких предков. Высокие черные вытянутые башни своими шпилями уходили прямо под купол так, что снизу казалось, будто они царапали его. Зубчатые стены окружали весь Дворцовый комплекс. Первые правители Нового Вавилона определенно имели неоднозначное чувство юмора. А иначе объяснить, почему они назвали город именно так и создали собственную инквизицию, насмехаясь над человеческой историей, да еще и королевский дворец выстроили так, чтобы он ужасал своей схожестью с домами вампиров из древних легенд. Могло показаться, что они застряли в прошлом, в древних временах еще до появления диких. В целом весь Новый Вавилон на первый взгляд производил такое впечатление, за счет готического стиля, малоэтажности и довольно большого спектра особняков. Однако камеры наблюдения тут и там, охрана со сканерами и проезжающие мимо автомобили возвращали в реальность.

Охрана пропустила их не сразу. Каждый входящий на территорию дворца подвергался тщательному осмотру и проверке. Но Байшу не помнила, чтобы ее и Ивара, которых здесь с пеленок знал каждый, раньше допрашивали бы о целях визита. Потребовалось даже связаться с Кардиналом Минхаром, подтвердившим, что он отправил двоих охотников на аудиенцию к королеве-матери. Лишь после этого вампирам открыли ворота, позволяя въехать в место, некогда бывшее для них домом.

Что Ивар, что Байшу бывали здесь неизменно раз в год, на день памяти павших во времена первых чудовищ, который принято было проводить с семьей. В такие дни несколько лет Кайл оставался совершенно один, а потому однажды Байшу отказалась приехать к родным без него. Возражать ей никто не стал. Кайл по-началу ощущал себя здесь чужим и лишним, пусть семьи друзей приняли его как родного. Быть одному для него всегда было проще, однако он был безмерно благодарен Байшу за проявленную заботу. Все трое казалось совсем недавно были во дворце, ведь очередное празднование было не далее как два месяца назад.

Оставив мотоцикл во дворе, Байшу и Ивар поднялись по широкой лестнице прямо в парадные двери. Охрана у дверей сдержанно кивнула, отворяя их. В коридорах дворца было тихо и безлюдно. Неудивительно, если всех выслали подальше.

– Моя принцесса!

К ним бежала полненькая светловолосая вампирша лет сорока на вид. Очевидно, об их прибытии уже доложили с главных ворот. Мадам Роз едва не поскальзывалась на мраморном полу, но она была так рада, что вовсе не обращала на это внимание. И все же Ивару пришлось подхватить ее под локоть, чтобы не дать упасть.

– Няня, здравствуй. – приветливо улыбнулась Байшу, обнимая ее.

– Ох, как же я рада! Я по вам очень скучала!

Няня расцеловала Байшу в обе щеки и повернулась ко второму гостю.

– Ивар, дорогой, здравствуй. – женщина потянулась к вампиру, также приветливо обнимая и целуя в обе щеки.

– Добрый день, мадам Роз. Вы все хорошеете с каждым годом.

– А ты все лучше льстишь. – беззлобно хлопнула она его по плечу.

– Совершенствуюсь, определенно. – он подхватил ее ладонь и оставил поцелуй на руке, коварно подмигнув.

Мадам Роз рассмеялась. Она была сначала няней нынешнего короля, через несколько лет стала няней Ивара, сына ближайшей подруги и советницы королевы-матери, а когда к трехлетию мальчика на свет появилась Байшу, то никто не раздумывал, чьим заботам поручить обоих. Мадам Роз была только рада. Она до беспамятства любила каждого из своих воспитанников, считая собственными детьми, коих у нее никогда не было. Точно также она сейчас относилась и к наследному принцу.

Благодаря ей Ивар и Байшу с самого детства были вместе, и продолжали быть, следуя друг за другом. Когда у Байшу неожиданно рано открылись способности Луны, у Ивара следом пробудился Экзорцизм. Когда Ивар отправился на обучение к охотникам, Байшу пошла за ним не достигнув еще минимального требуемого возраста и не пользуясь положенным любому члену королевской семьи освобождением от обязательств вступления в инквизицию. Никто их не смел разлучить, даже руководство Ордена. Группы охотников составлялись лишь на половину произвольно. В каждой из них должны были быть вампиры, сочетающие различающиеся данные и, по возможности, способности. При этом каждая группа должна была стать семьей. За год общего обучения за будущими охотниками наблюдали, оценивая, у кого с кем может выработаться наиболее сильная взаимосвязь. За тот год Ивар и Байшу единственные сумели найти общий язык с диким и нелюдимым Кайлом, размахивающим кулаками и нападающим за любое слово в его сторону. Марин наоборот была очень общительна, чем притягивала множество взглядов и внимания, а иногда казалась и вовсе назойливой болтушкой. Но она видела каждого насквозь, и из десятков прочих выбрала в подруги Байшу сама, как и представлявшегося всем злобным и страшным великана Ру, на деле добрейшего из их группы. Эта странная, на первый взгляд абсолютно не имеющая ничего общего компания сейчас внушала окружающим уважение, гордость, а иногда и страх, будучи одной из лучших и самых организованных групп. Действительно дной семьей. Мадам Роз не произносила вслух, но каждый раз смотря на двоих своих воспитанников, появлявшихся во дворце слишком редко, чрезвычайно гордилась и радовалась, что все в их жизни сложилось именно так.

Ивар прервал ее размышления, спросив:

– Вы же мне скажете, где моя дражайшая и невероятнейшая мать?

– В саду. С королевой Беатой.

– Чудесно. Пойдем с ними поздороваемся.

– Роз, – Байшу замерла на мгновение, а Ивар быстро сжал ее пальцы в знак поддержки. – Вы же знаете, что произошло с братом?

Няня быстро оглянулась и понизила голос:

– Я знаю не многое, в основном то, что мне рассказал юный принц Брион. И нам всем во дворце запретили вообще распространяться о случившемся. Но из того, что я поняла по рассказам принца, он с родителями гуляли ночью по внутреннему саду дворца, когда на них выскочили двое диких.

– Дикие во дворце? Бред какой-то. – рыкнул Ивар.

– Именно. Уж не знаю, выдумал принц все это, потому что испугался, или нет. Слишком невероятно, чтобы эти твари сами пробрались незамеченными прямо в центральную часть города, да еще и во дворец и в королевский сад, мимо охраны. Повезло, что король никуда без оружия не выходит и охрана подоспела вовремя. Но короля все же успели ранить, а наша королева до сих пор не может спокойно спать, пусть никому явно и не показывает. Юный принц был очень напуган, да еще и видел отца всего в крови и до сих пор с опаской выходил в сад.

– И что, никакого расследования, ничего?

– Внутренняя служба занимается, скорее всего. Но в основном все делают вид, что ничего не было. Однако, король с супругой никому не показываются. Официально объявлено, что вся чета в преддверии очеркового столетия подписания великого договора решили уединиться дабы просить Луну и Ночь о мире и на следующие столетия

– Спасибо, няня. Мы пойдем к матерям, наверняка они тоже с нами поделятся чем-то интересным.

– Будьте осторожны, мои дорогие. И заходите почаще. Я побегу к принцу.

Няня еще раз поцеловала каждого и быстро удалилась, оставив вампиров погруженными в свои мысли.

Рука Ивара скользнула по животу Байшу, притягивая ее к себе. Вторая обняла за плечи. Они простояли так еще несколько минут, молча, потому что ей это было нужно. Он об этом знал, как и всегда. Даже у охотников не идеально стальные нервы.

Своих матерей Байшу и Ивар действительно нашли в саду. Но если кто-либо мог считать, что ее величество королева-мать и ее главная советница были из тех дам, что могли праздно пить чай, наслаждаясь пением птиц, то любой предполагавший подобное совершенно не знал этих женщин и сразу же был бы поднят на смех. Байшу и Ивар застали материей оживленно спорящими о результатах последнего научного исследования потенциальных возможностей применения лунной стали для создания жидкой сыворотки усмирения диких. И когда охотники подошли достаточно близко, Рагна, отчаянно жестикулируя, пыталась пояснить Беате потенциальные выгоды от использования прирученных таким образом диких в хозяйстве, даже намекая на охрану границ Нового Вавилона. Мать Ивара, как и ее некогда пропавший без вести супруг Фрод, любила науку и исследования так, что готова была бросить все ради них. Больше своих изысканий оба родителя любили лишь Ивара. Но тот все равно не мог простить отца, отправившегося в экспедицию сопровождения очередного каравана в Карган, несмотря на все просьбы жены и сына. От того каравана вернулось лишь четверо из почти пятидесяти отправившихся в путь. Фрод Бьергин был в числе пропавших без вести. Другую часть сожрали дикие, а практически все отважившиеся на путешествие люди погибли от солнца. После этого попыток пройти по голой земле, пусть даже в сопровождении нескольких отрядов охотников, люди больше не предпринимали, решив гораздо более целесообразным потратить время и силы на сооружение некоего подобия наземного туннеля под куполом, подобным тому, что накрывал Новый Вавилон. Правда, от новых смертей он почти не уберегал, неизменно унося жизни отправлявшихся в путь. В том числе потому, что часть пути нужно было все еще преодолевать без защиты в виду особенностей ландшафта и полной утраты технологий, способных решить проблему. Рагна преданно и верно ждала возвращения мужа. А в этом годы совершенно спонтанно вышла замуж, ни слова не сказав сыну, чему он был очень не рад. Вампир не говорил никому, но все еще не оставлял надежд на возвращение отца. Да и мотивов настолько импульсивного поступка всегда рациональной матери понять не мог.

– Ивар, дорогой. – всплеснула она руками и быстро встав, обняла сына.

Экзорцист сдержанно ответил на объятия, от чего лицо его матери несколько посмурнело, а затем почтенно склонил голову, приветствуя королеву.

– Ваше величество, матушка. Рад видеть.

– Присаживайтесь. – Беата позвала слугу, требуя подать закуски.

Даже в свои годы королева была невероятно красива и статна, как и положено особе королевских кровей. Золотые волосы блестящим водопадом разливались по плечам, окутывая вытянутую шею, украшенную колье из сапфиров. Через несколько минут стол уже был уставлен различными вкусностями и бокалами с кровяным ликером. Чистым и выдержанным, из крови какой поставляли исключительно во дворец.

– Вас прислал кардинал? – поинтересовалась королева Беата, стоило всем лишним свидетелям скрыться.

Она никогда не ходила вокруг да около, прямо говоря, что думает, и делая именно то, что говорит. Беата правила народом вампиров вместе с мужем, сама после его смерти и теперь не устранялась далеко во время правления своего сына. Но к ее чести она никогда не поступала наперекор воли короля, поддерживая и помогая, но не перетягивая на себя.

Байшу кивнула, отвечая на вопрос.

– Мы отправимся в Карган, поэтому нам нужно знать, что произошло здесь. Как брат?

– Охотникам не стоит переживать о прошлых семейных связях. – с ноткой укоризны произнесла Беата, склонив голову.

– И все же она переживала. Сострадание всегда похвально, мама.

Раздавшийся из-за спины волевой голос заставил обернуться. Его величество король Байэр отточенными шагами пересекал двор, направляясь к гостям. Левая рука была перевязана и затянута гипсом, и несмотря на кажущееся идеальное самочувствие, король ощутимо хромал. Король слегка поморщился, стоило Байшу обнять его.

Байэр был старше Байшу на десять лет и потому всегда обожал и баловал свою маленькую сестренку. Он гораздо больше походил на мать, чем Байшу. Те же золотые волосы, аккуратно уложенные, тот же точеный профиль и слегка бронзовая кожа. Байшу, обретя силу, лишилась всего этого. Кожа ее сильно побледнела, волосы стали белоснежными, как и у каждого, кто обретал силу Луны. Но она все равно выросла в сногсшибательную женщину.

Слуги поднесли для него отдельное кресло, и когда король приблизился к столу, Ивар, как и положено по этикету, поднялся, приложил руку к груди и склонила голову:

– Ваше Величество.

– Перестань, мы слишком долго знакомы для такого официоза.

Его величество опустился в кресло осторожно, пытаясь не тревожить ногу. Устроившись удобно, он протянул целую руку в приветственном жесте экзорцисту и спросил:

– Я так понимаю, Зальер решил отправить ваш отряд в Карган. Почему вас?

– Врядли для этого были особые причины.

– У него они есть всегда.

– По словам кардинала, – вступила Байшу, – мы одни из лучших.

Байэр мягко улыбнулся, однако взгляд его оставался холодным и стальным.

– Значит вас интересует, что именно здесь у нас произошло.

– В общих чертах мы уже в курсе. – Ивар опустил подбородок на сцепленные руки. – Но что насчет диких?

Король сдержанно кивнул.

– Двое. Один успел загрызть моего охранника, прежде чем мы его убили. Второго смогли поймать, но, как видите без повреждений не обошлось. Правда, мне кажется, что держать эту тварь в подвале бессмысленно, но ее уже вдоль и поперек обследовали.

– Как они пробрались во дворец?

– Этого мы пока не выяснили. Но точно ясно одно-их сюда кто-то притащил специально. Сами понимаете, дикие нам не ответят, сознаваться в содеянном кто-либо тоже не горит желанием.

– Думаете, это вампиры?

– Без участия не обошлось точно, в Новый Вавилон людям попасть без покровительства слишком сложно, солярсам невозможно вовсе кроме как официально дипломатической миссии, да и, честно говоря, им это все нужно в самую последнюю очередь. Пока все, что мы смогли предположить -тварей практически наверняка доставили караваном, прибывшем как раз в то утро. И судя по всему их как-то усыпили. Перевозчика и всех известных нам находившихся в караване вампиров допросили, но они никакой дельной информации не дал. Допрашивать каждого человека мы не решились, чтобы не плодить лишний шум. Да и полномочий на это не имеем.

– Послушайте. – Беата чуть подалась вперед. – Вы охотники, не политики, и мы всегда старались разделять две составляющие жизни. Но, к сожалению, сейчас вопрос слишком значим для всего нашего народа. Мы все не хотим повторения Резни. А если Байэр не появится на встрече по обновлению договора, то ничего хорошего для нас не будет.

– Откуда у людей ресурсы на новую войну? Они ведь даже из-под земли вылезти не могут. – прорычал Ивар.

– Все три расы слишком зависят друг от друга. -вставил король.-Мы-от крови людей, люди-от пищи, которую поставляют солярсы со своих ферм и полей и лекарств, что производят в наших лабораториях, а солярсы-от материалов в шахтах и фабриках людей и от наших способностей убивать диких, обеспечивать охрану каравану и общим промежуточным территориям, чем в том числе поддерживать существование людей. И этот симбиоз лежит в основе договора что сейчас, что должен лежать в последствии. Но ни один мир не обеспечит идеальную гармонию. Что нас, что солярсов все меньше, людей все больше и они все недовольнее. И будем честны, солнце сейчас – едва ли не единственное, что по настоящему их сдерживает.

– У нас есть купол. – медленно протянул Ивар.

– У нас и для нас. Люди даже здесь не могут находится долго, но заполучить его отчаянно хотят. – Байэр дернул головой и поджал губы. – У вампиров слишком долгая память. Резню некоторые наблюдали воочию. А уж про времена, когда наш народ истребляли, как крыс. Когда мы все жили в тени, прятались и не могли показаться не только на солнце, но и ночью. А кто-то даже был им свидетелем, пусть столь старых осталось очень мало. Потому мы и назвали город Новым Вавилоном-местом, где наш народ обретет новую жизнь. И отдавать его людям, столетиями угнетавшим наше существование, я не собираюсь. Если за прошедшие годы они столь осмелели, что могут думать о выходе на свет и организации покушения на меня, мою семью, а еще и на главу солярсов, то надо бы показать, насколько они заблуждаются.

– И разрушить и без того хлипкий мир?

– Мир и без того рушится. Проблема в том, что мы не готовы к масштабной войне. Нас слишком мало, даже в сравнении с остатками людей. У них есть одно неоспоримое преимущество-возможность иметь множество детей, даже несмотря на отсутствие солнца. У нас же появление хотя бы одного – уже особый дар великой Ночи. Боюсь, у солярсов проблемы те же. Поэтому помимо прочего я бы очень хотел, чтобы вы присмотрелись как у них там и что солярсы действительно думают о возможной войне.

– Или предотвратить, или разогреть, если это будет нам гораздо выгоднее. – понимающе подытожил Ивар.

Король слегка улыбнулся, кивнул, а затем задумчиво склонил голову, оценивающе оглядывая экзорциста. Через минуту Байэр с усилием поднялся, придерживая раненную ногу:

– Ивар, отойдем, хочу обсудить кое-что.

Байшу смотрела вслед удаляющимся брату и другу. Даже ее обостренный слух не мог уловить о чем именно они вели разговор. Или Ивар просто не давал ей этого сделать, оградив своей магией.

– О чем вы хотели поговорить, ваше величество?

– Я хочу чтобы ты сейчас внимательно меня выслушал, и, надеюсь, понял правильно. – Байэр размял затекшую шею, напоследок обдумывая свои доводы и наконец произнес. – Если со мной что-то случится, Байшу станет наследницей престола.

– Она охотник. По нашим законам мы не принадлежим своим семьям и не можем являться прямыми наследниками ни имущества, ни титулов.

– По законам, которые может изменить только король, что я и намерен сделать в ближайшее время. Я очень долго размышлял в связи с последними событиями. Мой сын еще слишком мал и даже не достиг десяти лет. Я боюсь, у нас сейчас в целом нет иного выхода на случай моей скоропостижной смерти. И если случится, что ей придется занять трон, то я хочу, чтобы рядом с Бай был кто-то, кто во всем и всегда будет на ее стороне. Ты, Ивар.

– Я и без того всегда на ее стороне, как и весь наш отряд.

– Знаю. Но толку от этого ничтожно мало, если у тебя не будет власти. А власть ты сможешь получить только одним способом.

– Вы что, предлагаете…

– Да. Я предлагаю вам пожениться. Тем более, что твою чувства к ней и без того слишком очевидны.

– Она не захочет, а я не стану принуждать.

– Как и я. Тебя я тоже принуждать не собираюсь. Поэтому и решил сначала обсудить все именно с тобой. А Байшу совершенно точно воспримет все гораздо более спокойно, если с ней поговоришь ты. Но для начала я хотел бы знать твое мнение.

Ивар обернулся, смотря на Байшу. Единственную женщину, которую всегда любил, с самого детства. И которая, он надеялся, однажды все же сможет полюбить его. Надеялся, пока не понял, что Луна, давая огромные силы, лишает и возможности по настоящему и полностью чувствовать. Хотя Кайл и Бай были гораздо более эмоциональными, чем некоторые знакомые Ивару лунные, полностью отрешенные от мира. И все же он знал, что Байшу никогда не полюбит его так, как он любил ее. Просто потому что не сможет распознать самого чувства. Потому Ивар поклялся сам себе быть с ней так, как сможет. И устраниться сразу же, если только в жизни вампирши появится тот, кто сможет заставить ее чувствовать. Пусть исполнение этой клятвы практически наверняка означало смерть всего их отряда. И то, что сейчас предлагал ему король, было одновременно сродни величайшему благословению, но и сильнейшему проклятию. Несмотря на это, Ивар знал, что ответит, еще до того, как вопрос был ему задан.

– Я соглашусь.– произнес, окончательно разбивая свою душу. – Если она согласится.

– Конечно.

Король помолчал, а потом искренне добавил:

– Ивар, спасибо.

Экзорцист вздернул бровь, недоуменно глядя на своего правителя. А тот мягко улыбнулся.

– Я представляю, что именно означает для тебя согласие на все это. Мне даже жаль, что Бай просто не способна полностью осознать, что ты для нее в действительности значишь.

– Не говорите так, будто меня жалеете. Терпеть не могу быть жалким.

Король рассмеялся:

– Ты какой угодно, Ивар, но уж точно не жалкий.

По братски хлопнув вампира по плечу, продолжил:

– Пойдем, надо бы возвращаться.

Байшу заинтересованно смотрела на них, когда двое мужчин вернулись к столу. Ивар покачал головой, давая понять ей, что сейчас не место и не время для разговоров. Однако, он как-то странно притих, задумавшись и став не похожим на самого себя.

– Ваше величество. – наконец обратился к королю экзорцист. – Мы можем посмотреть на пойманного вами дикого?

Глава 3

Двое охотников и король в сопровождении главы его личной охраны Идриса спускались по нижнему этажу дворца в построенные под зданием туннели, где их должны были ждать захваченный дикий и глава исследовательских разработок всего Вавилона. Байшу иногда сбегала сюда от брата, играя с ним в прятки. Туннели пересекали всю площадь дворца, в конечном итоге оканчиваясь выходом в южной части Нового Вавилона прямо в главном здании темной инквизиции. Все, для того, чтобы королевская семья могла скорейшим образом эвакуироваться в случае необходимости. Все, чтобы Резня, произошедшая пятьдесят лет назад не повторилась вновь. Народу вампиров слишком тяжело далось убийство кучкой людей-фанатиков всей правящей тогда королевской семьи Майрон. После этого дед Байшу Бринон, провозглашенный новым королем, распорядился выстроить туннели. Король Байэр не смог придумать более надежного места для содержания отловленного дикого. Чудовище поместили в ложном ответвлении, приковав толстыми цепями по всем конечностям, посадив на уходящий в металлическую плиту ошейник и сковав вытянутую пасть подобием намордника. Само ответвлении огородили двойным слоем решеток, через которые Ивар сейчас смотрел на скалящееся чудовище.

– Как вы дотащили его сюда?

– С трудом. – король несколько неуклюже переступил с больной ноги и поморщился. – Пока убили первого, смогли отрезать этому конечности. Охрана додумалась притащить цепи, мы его сковали, обвязали в металлическую сетку. Пришлось вколоть неимоверное количество транквилизаторов и еще с десяток разных препаратов. Полный список, если нужен, запросите у доктора Алкрада. Он ж лично брал кровь, кожу и все, что только мог, на анализы и изучение.

– Конечности отросли. – заметила Байшу.

– На следующий же день. – Байэр обернулся к Ивару. – Так что ты хочешь проверить?

– Допускаю, что их погрузили в сон на время доставки до дворца. Либо с помощью лекарств, либо магии. Просто хочу посмотреть смогу ли найти хоть что-то.

Экзорцист опустился на колени перед решеткой, растирая ладони друг о друга. Он глубоко вдохнул, закрыл глаза, настраиваясь , и медленно выдохнул. Положил обе руки на плиты вплотную к решетки. Татуировки на руках заискрили фиолетовым цветом магии Ивара, направляясь прямо к дикому под ноги, закручиваясь и раскладываясь причудливым только одному экзорцисту понятным рисунком. Фиолетовое свечение все нарастало, опутывая дикого, заставляя его дергаться и бушевать. Символы с пола поползли по цепям на чудовище.

Все собравшиеся вампиры молчали, наблюдая. Байшу уже неоднократно видела, как Ивар использует экзорцизм, но каждый раз он делал это невероятно завораживающе красиво.

И вот все успокоилось, символы уползли с чудовища назад к Ивару, впитываясь в его ладони. Экзорцист медленно поднялся, сжимая и разжимая пальцы и неверяще мотая головой.

– Дикость какая-то.

– О чем ты? – спросил король.

– Сколько точно прошло дней с покушения?

– Четыре.

– Ивар. – Байшу положила ладонь на плечо друга. – Что именно ты почувствовал?

– Я почти уверен, что он был человеком еще каких-то пять дней назад.

Байэр нахмурился.

– Если допустить такое, то он должен был незамеченным выйти на поверхность, также незамеченным вернуться, проникнуть во дворец и обратиться уже здесь? Или обратиться на поверхности, чтобы его притащили сюда? И то, и другое звучит как полный бред. Кроме того, ему бы пришлось провести на поверхности не меньше нескольких дней для полного обращения.

– И тем не менее, мой король, наш экзорцист почти наверняка прав.

К вампирам из-за угла вышел мужчина в халате исследователя, держа в руках увесистую папку. Доктор Лукас Алкрад, все это время находящийся в тени и наблюдавший за действиями вампира, протянул Ивару результаты исследований и анализов, которые брал у чудовища, именуемого в бумагах как «Объект Д-2». В конце папки нашлись несколько листов и на «Объект Д-1», помеченного статусом «исследовано посмертно».

– Кровь этого чудовища слишком чистая в сравнении с обычными образцами. Первого тоже, но после смерти она слишком быстро приходит в негодность для хоть каких-то оптимальных измерений, поэтому смог выяснить не многое. Но в обоих образцах я обнаружил еще и примеси материала, который не встречал раньше.

– На что-то похоже? – Ивар вдумчиво перелистывал каждый лист.

Доктор Алкрад даже невольно улыбнулся такому зрелищу. Сейчас экзорцист слишком походил на своего пропавшего отца, верного лучшего друга Лукаса, чье место сейчас он занимал. Доктор прокашлялся, возвращая внимание собственного пытливого ума к возникшей загадке.

– Я бы предположил, что на обработанную лунную сталь.

Все присутствующие вампиры обратили на доктора шокированные взгляды. Лунная сталь не просто использовалась для убийства диких. Она была сокровищем вампиров, оберегавших ее месторождения от любого чужого не то что посягательства, от каждого лишнего взгляда. Фактически весь новый Вавилон был построен так, чтобы иметь быстрейший доступ к той части подземных владений Удура, что располагались как раз у нужных шахт. И пусть для разработки самих шахт, а особенно глубинных месторождений, привлекали людей, то вот обработку с использованием магии доверяли исключительно вампирам. Лунная сталь до прямого воздействия на нее силой Луны была просто металлом. Исключительно прочным, позволявшим делать невероятное оружие, но просто металлом. И только внедренная в него магия вампиров позволяла использовать сталь для охоты и убийства диких. Но вместе с тем обработанная она могла быть опасна и для самых вампиров. Раны от лунной стали не затягивались. На солярсов сталь оказывала почти такое же воздействие. Именно это и стало причиной запрета любого огнестрельного оружия всеми тремя расами. Именно поэтому огнестрельное оружие стоило баснословных средств на подпольном рынке Удура.

– Зачем накачивать ей дикого? – задал король вопрос, интересовавший всех присутствующих.

– Не имею соображений, ваше величество. Пока единственное, что могу предположить, что именно из-за этого неустановленного полностью вещества процесс полного обращения вышел ускоренным. Но не имея стартовых данных о том, каким именно был наш объект изначально, что-то достоверно мы определить вряд ли сможем.

– А еще у кого-то есть доступ к очищенной стали. – протянула Байшу. – Причем, скорее всего, именно в процессе ее обработки и до полной выплавки. Готовы металл в кровь живого человека замкнуть будет сложно. Значит, она должна быть жидкой.

– Достань мне информацию на тех, кто руководит процессами обработки и всех, кто занимался ей в день покушения и за два дня до. – отдал он распоряжение Идрису. – В жидком виде сталь хранится не долго, значит ее нужно было либо преобразовать в нечто новое, либо сразу же в первозданном виде вколоть нашему объекту. Второе весьма сомнительно, учитывая насколько она горячая.

– А первое слишком опасно. – закончил мысль короля Ивар. – Потому что, если кто-то получил доступ и научился делать совершенно не понятную для нас ерунду, обращающую людей в диких, то ничем это хорошим не кончится.

Все замолчали, укладывая в голове новую информацию. Чудовище в клетке фыркало, шипело и возилось, пытаясь высвободиться. Перед ней всего-то на расстоянии броска была столь влекущая еда. Но цепи мешали движениям, не давая броситься вперед, разодрать глотки, смакуя приторный вкус вампирской крови.

– И что, пусть сидит здесь дальше? Этот образец вам еще нужен? – обратилась Байшу к доктору и Ивару.

Вампиры отрицательно покачали головами. Все, что только было возможно узнать с помощью имеющихся у него исследовательских возможностей, Лукас уже выяснил. В любом случае он оставил себе образцов на будущее. Экзорцисту же живой дикий тоже больше был без надобности. Ему сейчас требовалось поговорить с кое-кем иного порядка.

Ивар махнул рукой по воздуху, сдвигая решетку. Тварь в металлическом ошейнике глухо зарычала, пытаясь подняться, но цепи не позволяли. Байшу бесцеремонно вытащила из ножен опешившего от такой наглости, но не посмевшего возразить Идриса его меч, в несколько шагов обошла чудовище, встала чуть сбоку и положила обе руки на пластину хребта. Жаль, что личное оружие у них отобрали на входе во дворец. Было бы проще. С чужим неудобно.

И все же вампирша воткнула клинок в спину чудовища, надавливая, разрывая плоть, связки. Тварь задергалась, заверещала так, что начало закладывать уши. Но Байшу уже добралась до позвоночника, выдергивая его рукой наружу. Дикий издал последний вопль, обмяк, развалившись безвольным телом, у которого Байшу следующими движениями все же отсекла голову. На всякий случай.

– Сожгите сами, хорошо? – как ни в чем ни бывало, вампирша возвратила меч капитану стражи, стряхнула с рук кровь и пошла наверх, намереваясь найти какую-нибудь чистую одежду.

Ивар ухмыльнулся смотря ей вслед и обратился к несколько озадаченному поведением сестры королю.

– Боюсь, вампиры решат, что вы их оставили на абсолютно сумасшедшую королеву.

– Они ее полюбят. – весело сощурился Байэр. – Нашему народу давно не хватало дозы контролируемого безумия.

Глава 4

Выпад вправо вышел вынужденным и каким-то неуклюжим, но отлично позволил Кайлу уклониться. Воздух удушающими волнами спирал легкие, густея с каждой секундой проведенной вампиром в этом забитом помещении, наполненном запахами пота, крови и ощутимо осевшего на языке буйства желания разного сорта. Жажды победить, желания обладать и даже сломить стоящих на пути к своеобразному величию подпольных развлечений Удура. Гул толпы вокруг нарастал так неистово громко, что закладывало уши. Но Кайл на ринге никогда и не полагался на слух. Здесь его обостренное вампирское чувство наоборот мешало, сводя с ума. Он ведь даже слышал, как мужчина в третьем ряду полез под юбку разносящей напитки девице, заставив ту зашипеть.

Кайл тряхнул головой, сосредотачиваясь. Ведь противник на ринге это не дикие, бездумно бродящие в поисках очередной жертвы, а наоборот, живые, осознанные люди. Однако, одно чудовище здесь все же сегодня присутствовало.

Он сам.

Металлический привкус крови в воздухе дурманил голову, заставляя желать испить ее. Вампиру пришлось глубоко втянуть воздух сквозь сжатые зубы, чтобы успокоиться. Не к лицу капитану третьего отряда терять голову столь глупым образом. Тем более в этой дыре. Но Кайл был слишком опытным охотником, чтобы поддаваться возникающим потребностям прежде, чем завершить дело. Сейчас он «охотился» на человека напротив.

Кайл всегда дрался отчаянно, бешено. Мелкий бесенок, никогда не знавший своих родителей, живущий в темных углах и подворотнях улиц. Даже в Новом Вавилоне были отбросы общества. И Кайл учился выживать там, среди точно таких же потерянных отбросов, находящихся на грани между вампирами и людьми. Но Луна оказалась к нему благосклонной, одарив своей силой. Пусть узнал он об этом убив троих приставших к нему в попытках поиздеваться охотников. Ему было десять. Вместо суда Кардинал отправил его учиться. К таким же мелким вампиренышам, еще не достигшим зрелости. И он научился, став сильнейшим среди действующих охотников, приходящим сюда, в трущобы Удура каждый раз, как требовалось выпустить пар. А заодно и получить ценнейший товар, какой только мог бы быть – информацию. За ней он пришел сюда и обязательно получит.

Но позже. Сначала можно и развлечься.

А толпа вокруг ликовала, все громче, все яростнее требуя продолжения.

Люди. Алчные, дерзкие, самонадеянные существа, мнящие себя хозяевами положения даже не обращая внимания на те обстоятельства, в которых существовали без малого сотню лет. Хотя по началу они и вели себя гораздо более смирно, особенно после Резни.

Шутка ли, если привычная жизнь полностью утрачивается в мгновение, а вампиры отказываются предоставлять защиту в отместку за безумства одного из людей. Тогда это стоило людям почти трети населения.

И тем не менее все еще находились те, кто отчаянно жаждали смерти вампиров. Или хотя бы победить одного на ринге. И те, кто готов был платить за зрелища подобного рода. Кайл же не давал им шанса ни на то, ни на другое. Деньги ему не были нужны, хотя будь он сейчас тем мальчиком, каким был раньше, то ни за что не поверил бы этим словам.

Людская злоба витала в воздухе, наполняя и заряжая драться дальше. Выбросив руку резко вперед, вампир кулаком прошелся прямо по правой стороне челюсти соперника, чья голова дернулась, как у игрушки. Но мужчина устоял и даже попытался провести ответный выпад, зацепив уплотненной частью на перчатке бровь вампира. Кайл усмехнулся. Собственная кровь потекла по глазу прямо на губы и подбородок. Достал же, тварь. Вампир медленно слизал языком капли, зацепив клыки. Ему однозначно сегодня нужна кровь, изголодался безумно. Кайл наблюдал, как человек на той стороне ринга еще раз дернул головой, приходя в себя. Противник расправил плечи, принимая удобную стойку и готовясь к новому удару. Крепкий на этот раз попался, но сопротивление только раззадоривало, разжигая интерес и делая победу слаще. Правда что-то настораживало Кайла. Его противник был излишне взвинчен. Недопустимо для профессионального бойца, а с другим Доран бы Кайла не поставил. Он как никто знал обо всех возможностях вампира, еще с их детства.

Горло драло. Нужно выпить крови, а значит пора заканчивать представление. Под потолком мерцали лампы, такие же, как и по всему Удуру. Жалкая попытка сымитировать солнечный свет. Но лучшее, что могло быть доступно в жизни под землей, в глубокой темноте. А вампиры любят темноту. Кайл сделал несколько шагов вперед, присел, обманывая. Затем развернулся, ударил в живот, в грудь. Еще, еще и еще. Пока его не начали оттаскивать от уже валявшегося в собственной крови человека. Еще живого.

Кайл зубами сдернул перчатки, уходя с ринга. Подальше от беснующейся толпы.

– Великолепен как всегда. – высокий темноволосый мужчина, все время боя аккуратно державший в руках куртку Кайла, ободряюще похлопал вампира по плечу, приобняв и наплевав на сразу же размазавшуюся по нему самому кровь. – Я не думал, что ты вернешься так быстро. Да еще и сразу на ринг.

– Я тоже на это не рассчитывал. – Кайл в ответ ударил своим кулаком по кулаку Дорана, поддерживая устоявшуюся у них традицию. – И все же рад быть здесь.

– Выпьешь?

– Конечно. Где потише. Надо поговорить.

Доран кивнул и скрылся на время, оставив распоряжения своим работникам. Он владел своим клубом уже восемь лет, получив его в наследство от некогда владевшего заведением мастера Хайра. И за все это время человек без родных, без связей, не имевший за плечами ничего, кроме собственной любознательности и невероятной смекалки, да точно такого же безродного друга вампира, превратил некогда заурядный бар на окраине Удура в самый посещаемый клуб, специализирующийся на ставках, подпольных боях и прочих, не всегда законных, развлечениях. Обетованный темный рай для всех желающих увязнуть во тьме. Настолько удручающе отвратительное место сборища всех пороков и сосредоточие интереса, удовольствий, исполнения желаний, на что власти Удура смиренно закрывали глаза за свой определенный процент. И заманчивое членство постоянных клиентов. А Вавилон не вмешивался, потому что не желал, но при этом при необходимости получал через Кайла свое.

Кайл с Дораном познакомились случайно. Вампиру тогда едва исполнилось восемь и он пробрался в поезд каравана, спустившегося в Удур. Привыкший жить один, дикий и совершенно неуправляемый вампиреныш отважился на приключение. Каждого, заходящего в поезд каравана, проверяли очень тщательно. И потому Кайлу пришлось спрятаться в отделении для транспортировки продуктов среди ящиков, поставляемых из Каргана. Удивление от первого взгляда на незнакомый вампиру город под землей быстро сменилось на интерес, когда такой же мелкий как он мальчик попробовал украсть несколько овощей из ящиков. И он был практически схвачен за руку там же на месте, но Кайл вовремя успел увести мальчика от охраны, напугав их одним своим видом. Человек представился ему Дораном. Двое совершенно разных и таких не похожих из-за своей принадлежности к разным расам, но такие одинаковые в одиночестве и жизни. И оба – добившиеся практически нереального для своего положения.

Кабинет Дорана можно было назвать аскетичным. Здесь не было ничего вычурного, ничего говорящего о достатке. Все исключительно ради эффективности, полезное для работы. И отдельный небольшой диван для Кайла. Вампир даже не вспомнил бы, когда здесь появилась мебель исключительно для него. Просто всегда было так. В доме Дорана была комната для него, здесь в кабинете – все, для удобства вампира. Даже свет приглушен специально, чтобы не травмировать глаза. Точно также в доме третьего отряда была комната для Дорана, а в кабинете Кайла – место, удобное для друга, подальше от любого воздействия солнца, если бы он однажды решил прийти к ним. Мужчина тем временем забросил куртку вампира на кресло, достал графин с темной алой кровью и подвинул вампиру заботливо наполненный бокал.

– Свежайшая. – улыбнулся Доран. – Взята час назад.

Кайл выпил залпом, удовлетворенно прикрыв глаза и развалился на диване. Облизнулся от удовольствия, чтобы не растерять ни капли. Свежая кровь вызывала чувства столь же яркие, пьянящие и неописуемые, какие вызывал хороший секс. Плохого было повсеместно предостаточно, как и крови, замороженной, превращенной в ликер для длительного хранения. Прокормить кровью целую расу вампиров та еще задача, с которой во многом справлялись с помощью научных изысков. Но свежая давала совсем иной заряд эмоций. Пить прямо из людей было запрещено, кроме случаев, когда вампир брал человека на свое попечение. И каждый знал как для людей это было опасно, ведь остановиться вампиру сложно. Однако, положение принадлежности вампиру давало неоспоримые преимущества, включая право проживания в Новом Вавилоне, а еще неустанный медицинский и исследовательский контроль врачей. Такой смертный был у Байшу, правда, она старалась их менять хотя бы раз в год. Вкус начинал приедаться, ведь кровь неумолимо портилась от солнца. Иногда она делилась им с друзьями, для членов одного отряда такое допускалось. Кайл не особо любил мужскую кровь, женская всегда приятнее, мягче. А еще он мог быть несдержан. И потому приходить сюда на ринг было проще, Доран всегда находил для вампира лучшее без вреда для людей, беря только необходимый минимум. Для единственного близкого, которого имел и которого считал братом, мужчина был готов на все.

Доран внимательно следил за вампиром, устроившись в кресле напротив и распивая вино. Дождался, пока Кайл удовлетворенно выдохнет, успокаивая унесшееся вскачь от наслаждения сердце, и спросил:

– Так что случилось?

– Это мой вопрос. – вампир чуть приоткрыл глаза. – Ничего странного, необычного здесь?

Доран непонимающе сощурился, чуть склонил голову.

– Ты обычно не говоришь загадками. Выходит, что-то произошло наверху, но сказать прямо ты не можешь.

Кайл допил кровь, отсалютовал пустым бокалом, подтверждая предположение, и протянул другу, тотчас наполнившему его кровью снова. Доран задумчиво забарабанил по столу пальцами.

– Насчет чего-то наверху я не слышал. Даже если что-то и происходит, то под землей об этом вряд ли бы стали распространяться. К тому же любой мошке известно, что ты мой друг. Но люди, что приходят ко мне на бои, на ставки или еще за чем, говорят, что в шахтах последнее время не спокойно. Много тех, кому там не нравится, с годами легче ведь не становится. К тому же все мы постоянно сдаем кровь, а это сил не добавляет.

– Я предлагал тебе…– укоризненно склонил голову Кайл.

– И как и раньше я отвечу, что не нужно, хоть я и благодарен, ты ведь знаешь. Но я не смогу там, на поверхности. Да и от солнца все равно не спрятаться. А здесь, – он раскинул руки, обозначая так свое влияние, – здесь я могу очень многое, в том числе помогать тебе. Не представляешь, сколько должников готовы откупиться информацией или кровью, которую ты, кстати, пьешь сейчас.

– Вкусная. За что она тебе должна?

– Брат проиграл. Не мне, я вытащил, но раз такое дело решил тебе понравится и оставил временно, под твои вкусы в самый раз. Могу и саму девицу привести, если хочешь.

– Позже.

– Так вот. – Доран оглянулся, хотя кто мог бы находиться в его личном кабинете кроме них двоих. И все равно мужчина понизил голос. – Ползут слухи о выходе на поверхность. Надолго. Я никогда не придавал особого значения, болтают и болтают, несбыточные мечты растущие из старых легенд о великой людской цивилизации на поверхности. Но теперь…

– Как? Способов ведь нет, насколько мне известно?

– Солярсы ведь как-то живут. Ты думаешь, за сотню лет никому не приходила в голову идея поэкспериментировать? Научились же ваши на магии создавать браслеты для живущих в Вавилоне и лекарствами воздействие солнца глушить хотя бы в части. В старых шахтах иногда пропадают люди, слышат вой и голоса. Я бы не удивился, что особо рьяные идеалисты держат там диких для экспериментов. Даже больше, где-то там по слухам есть прямой выход на поверхность, в обход каравана. Но, повторюсь, все это по большей части слухи. Сам я не проверял, нужды не было. Хотя попалось мне тут кое-что интересное.

Доран прошел к столу, достал из ящика коробку и перебросил Кайлу.

Вампир выудил из коробки бутылек с таблетками белого цвета, переливающимися почти как лунная сталь на солнце. Кайл покрутил бутылек, потряс, рассмотрел со всех сторон. Никаких опознавательных знаков, ничего примечательного, что хоть как-то помогло бы определить для чего нужны таблетки.

– Не знаю, что это за ерунда, никогда не видел. Один боец прямо на ринге упал в приступе, начав захлебываться в собственной крови. Позже осматривал его вещи, а он это притащил в сумке. Но если хочешь попробую разузнать больше.

– Не стоит. Не хочу чтобы ты рисковал.

Вампир задумался, сделал еще один протяжный глоток.

– Доран, мы уезжаем, всем отрядом. На долго.

– Далеко?

Кайл лишь кивнул. Он был не вправе говорить прямо, надеялся, что Доран сам поймет, сложив простые вводные. Об отправке на очередную охоту Кайл сообщал всегда прямо. Доран нервно размял пальцы, догадываясь, что все вопросы, осторожные увертки и недосказанность были не случайны. Кайл вообще мало что делал случайно.

– Не нравится мне все это. Пугаешь, друг мой.

– Если не появлюсь через два месяца, бумаги на официальное наследование у тебя есть. Пусть ты был против, но разрешение на проживание в Вавилоне с полными правами как моего единственного родственника я тебе тоже достал. Еще кое-какие распоряжения на непредвиденный случай оставил в Ордене.

– Сделай так, чтобы все это мне не пригодилось.

– Уж постараюсь. Но мне кажется, что не так все просто. И вряд ли станет лучше.

– Говоришь так, будто стоит собирать вещи и бежать.

– Я бы не исключал такого исхода. Я не готов ручаться, что ты не пострадаешь за связь со мной. Поэтому будь осторожен, хорошо?

Доран предельно серьезно воспринимал слова того, кого считал братом. Он уже начал в мыслях просчитывать все, что нужно сделать за обозначенные два месяца на случай экстренной ситуации. Оценив предварительно ситуацию, сдержанно кивнул.

– Буду, обязательно. Когда отбываете?

– Через четыре дня. -Кайл вытащил из кармана куртки сложенный лист со списком аппаратуры от Марин. – Сможешь достать?

Доран быстро просмотрел список и нахмурился:

– Если вам выезжать через четыре дня, значит у меня не больше трех. Часть могу достать хоть завтра, что-то даже у меня на складе найдется. Но с остальным…Попробую что-нибудь сделать, но влетит в крупные траты и не обещаю результат.

– Не проблема, скажи сколько.

Доран привычно отмахнулся. Он никогда не брал у Кайла или его отряда денег ни за одну из выполненных для них просьб. Правда пятеро вампиров все равно ухитрялись компенсировать. Если не финансово, то договорившись о личном послаблении для их друга. Когда Доран понял, что обязательную сдачу крови проходит в три раза реже, чем все остальные люди, он точно знал, кого нужно за это благодарить. Мужчина спрятал список.

– Заглянете завтра, сам я это все к вам наверх не потащу. – закусил губу на мгновение, прежде чем спросить.-Останешься?

Кайл усмехнулся, понимая, на что намекал друг, и все же подыграл, ответив:

– Если кровь еще есть.

Доран расхохотался, хлопнул Кайла по плечу, но поднялся, вышел в коридор, а через несколько минут вернулся с девушкой. Стройная, красивая брюнетка вызывающе улыбнулась вампиру, закусив губу, заигрывая. Но вампир все равно чувствовал страх, который она тщетно пыталась скрыть. Людям всегда было страшно, пусть интерес и побеждал. И все же все люди прекрасно понимали, что с подобных "свиданий" могли и не вернуться, ведь никто не в состоянии влиять на несдержанного и одурманенного кровью и желанием вампира. С Кайлом за двадцать три года его жизни лишь раз случалось помешательство, которое он был не в состоянии проконтролировать. Повторять ему отчаянно не хотелось. Взглядом Кайл зацепился за кровь на своих руках. Облизнулся, вставая и подходя к девушке, пристально вглядываясь в ее лицо. Самому Кайлу, как и Дорану, было плевать на вид сбитых рук, окровавленные ладони, которые вампир просто даже не задумался очистить.

– Страшно? – Кайл внимательно всматривался в юное лицо. Красивое, в его вкусе. Доран как всегда все идеально устроил.

Девушка вместо ответа широко распахнула глаза. Не от страха, от предвкушения. Страх смешанный с вожделением читался в ней. У каждого в Удуре были свои тайны и запретные желания. Кайл усмехнулся, принимая такой ответ, и вновь устроился на диване. Она пересекла комнату, опустилась к вампиру на колени, задрав юбку. Деланно несмело провела рукой по его голой груди и потянулась к губам, откинув волосы в сторону. Вампир не стал тянуть, давая девушке то, что она желала. То, чего сейчас желал он сам. Кровавые глаза опасливо и вместе с тем вызывающе сверкнули. Клыки цеплялись за мягкие губы, разрывая чувствительную кожу. Руки скользили по телу, снимая одежду слой за слоем. В какой-то момент девушка обернулась к двери. Туда, где владелец кабинета собирался ускользнуть, оставив их одних.

– Господин Доран. – позвала, наклонив голову, стоило мужчине положить ладонь на литую ручку. – Не присоединитесь?

Кайл облизнулся, предвкушая действительно приятную ночь.

Глава 5

Ночь в Новом Вавилоне расцветала светом огней, медленно вспыхивающих на улицах и зданиях. Вампиры в силу своей природы всегда любили ночь, пусть сейчас солнечный свет не был для них серьезным препятствием к нормальной жизни. Привычки, однако, искоренялись с трудом. Пусть век жизни вампиров во все времена был сопоставим с человеческим, но память народа была куда крепче. Жители Нового Вавилона высыпали на улицы, кто прогуляться, кто отправлялся работать. Гул от автомобилей стихал, заменяясь топотом ног и оживленными разговорами прогуливающихся по улицам вампиров.

Но в доме охотников третьего отряда было тихо. Только отсветы уличных фонарей пробивались в окна, разгоняя кажущуюся пустоту. Кайла не было, да и никто не ждал его возвращения. Он всегда уходил к Дорану, стоило им вернуться с очередной охоты. Ру и Марин предпочли остаться у своих родных, наверняка атаковавших их вопросами о будущей свадьбе прямо с порога. Слишком волнительное событие для каждого вампира, ведь для любого из них брак был непреложным обязательством. Все во имя сохранения расы. Благо пока им еще разрешали делать выбор самим.

Сейчас Байшу была в доме одна. Почти.

Она ступала голыми ногами по холодному полу, отчетливо слыша каждое свое движение. Шла медленно, выверенно. Ждала.

Проходя мимо комнаты Ивара, не показывавшегося с самого возвращения домой, вампирша ощутила нестерпимый пронизывающий холод, сковывающий ноги. Колючий и обжигающий, угрожающий порвать кожу. Так бывало в те редкие моменты, когда Ивар применял особо сильный экзорцизм, позволявший ему даже заглядывать за пелену смерти. Но он никогда не делал этого просто так, по личной прихоти, а значит сейчас Ивар был где-то там, не здесь.

Байшу даже забыла на мгновение, куда и зачем шла. Невольно отпрыгнула, когда очередное замогильное дуновение ласково и вместе с тем угрожающе коснулось щиколотки.

Раздался стук в дверь, уже повторный. Байшу нахмурилась, на секунду засомневавшись, не толкнуть ли ей дверь и не пойти к другу. Но все же решила не мешать, спустилась по лестнице и поспешила открыть, пропуская ночного гостя в дом. На пороге стоял мужчина, еще совсем молодой парень. Высокий, с вьющимися светлыми волосами, этот человек мог бы сойти за ангела, если бы таковые существовали в их мире.

– Моя госпожа. – Мин низко поклонился, от чего куртка чуть приоткрыла шею, заставив Байшу облизнуться.

Мин был ее человеком, дававшим Байшу пить свою кровь вот уже почти семь месяцев. И пока ей все еще нравился вкус. Как и любой человек, принадлежавший вампиру, Мин получил право жить в Новом Вавилоне. Всех таких людей обеспечивали жильем, едой, специальной усиленной защитой от солнца в виде браслета, пропитанного магией вампиров, как раз видневшегося на руке парня. А еще всех таких людей регулярно проверяли на воздействие солнца. И пусть его официально не находили, но Байшу, как и прочие, была уверена, что побочные эффекты есть. Они не проходили даже спустя сотню лет после первых чудовищ. Кровь у человека медленно менялась, пусть сейчас это происходило гораздо медленнее. И все равно вампиры не переносили хоть сколько-то загрязненной крови. Тех людей, что сохраняли безукоризненные показатели чистоты своей крови, называли «канонами» в противовес «ереси», тем, чья кровь была уже не пригодна для питания вампиров. Потому Байшу и меняла людей в среднем раз в год. Мин знал, что и его время в Вавилоне однажды закончится. Но сейчас она позвала, а он пришел, как и должен был.

Вампирша молча пропустила его в дом, а Мин быстро поднялся к ней в спальню. Может и хорошо, что Ивар заперся в своей спальне, Мин ему совершенно необъяснимым образом не нравился.

Все мысли оставили Байшу, стоило ей почувствовать на языке вкус человеческой крови. Осталось только ощущение блаженного забытья, разливающееся по горлу, проникающее в сердце, наполняющее силой и энергией каждую клеточку. Но помимо этого было и что-то иное. Оседающее на небе кисловатое ощущение, не свойственное чистой крови. Ощущение, моментально разрушившее очарование пиршества. Байшу резко отстранилась и выдохнула. Не должно быть такого. Скосила взгляд на парня, недоуменно хлопающего глазами.

– Госпожа? Что-то не так?

Вампирша вытерла большим пальцем губы, подумав о необходимости запросить у Инквизиции отчет о последней проверке крови Мина и помотала головой.

– Нет, ничего. Хватит на сегодня, я устала.

– Уверены? Вы обычно…

– Да, хватит.

Парень собрался и быстро ушел, как делал это всегда, стоило Байшу насытиться его кровью. Перед самым уходом он поежился от пристального провожающего взгляда вампирши, буквально прожигающего насквозь. Она не видела, как Мин разочарованно закусил губу, понимая, что тщательно выстроенный план, очевидно, провалился. И за такое спасибо ему никто не скажет.

Облизнув клыки, Байшу переоделась и упала на кровать.

«Становлюсь излишне мнительной. Или нет?»

В свете последних событий не удивительно. Ей предстояло очень многое обдумать. Но именно сейчас очень хотелось спать. А еще увидеть Ивара, который все не показывался. Вампирша закрыла глаза, погрузившись в сон, не продлившийся долго. По ощущениям она прикрыла глаза всего лишь несколько минут назад, но проснулась от удушающего ощущения и раскалывающейся головы. Такое иногда случалось, когда она голодала слишком долго. Но такое состояние совершенно не вязалось с фактом того, что Байшу пила кровь совсем недавно. Хотелось пить. Накинув тонкий шелковый халат, она спустилась вниз. В ярком лунном свете белые волосы сияли еще ярче, разливаясь водопадом по черному шелку. Тишина окутывала дом, пока она неспешно спускалась по лестнице на кухню.

– Не спится?

Тихий голос не напугал. Он обволакивал, ласкал, как сама ночь. Ивар курил на веранде, куда выходили высокие стеклянные двери с кухни. Он расположился в любимом кресле, закинув ноги на стол. Из одежды на вампире были только домашние брюки, а луна с неба очерчивала каждый узор выбитых на теле татуировок. Всклокоченные в беспорядке черные короткие волосы, проколотые в четырех местах уши, пирсинг в правой брови, забитые татуировками шея и руки как и раньше не вязались с тем образом «благочестивого служителя церкви», который вампир так любил изображать и которым постоянно всех шокировал. Но сейчас мужчина выглядел самим собой, по-домашнему, таким, каким его всегда знали друзья. И все же излишне настороженным и беспокойным, сверля взглядом темное ночное небо.

Байшу невольно выдохнула с облегчением. Она не могла бы вспомнить, когда Ивар сбегал и прятался так же, как сегодня. Но и требовать от него объяснений не хотела, потому вытащила из холодильника две банки с кровяным ликером и направилась к нему. Ночь пахла прохладой, только что прошедшим дождем, мокрой травой. Она хотела сесть в кресло рядом, когда Ивар перехватил вампиршу за руку и усадил к себе на колени. Затушив сигарету в стоящей на полу пепельнице, открыл банку, делая глоток, а затем по обыкновению притягивая Байшу к себе в коротком поцелуе.

– Что случилось? О чем ты говорил с братом, что потом весь день не показывался. – спросила она, отрываясь.

– На черта тебе этот смертный придурок? – перевел тему Ивар.

Байшу рассмеялась.

– Питаться-то мне нужно.

– Спишь с ним?

– Ревнуешь?

– А если да? – рука мужчины скользнула по ее животу, под халат, нащупала резинку белья.

– Врешь.– выдохнула вампирша.

Ивар рассмеялся прямо ей в шею, скользнув клыками по коже.

– Может я просто хочу быть единственным, кто касается твоего шикарного тела.

– С чего ты взял, что я позволю.

Еще один короткий смешок.

– Я попробую убедить. – еще один поцелуй, на сей раз в основание шеи. – Так все же, спишь или нет?

Байшу улыбнулась, зацепив носком стопы ногу Ивара и аккуратно погладив.

– Не сплю. Не в моем вкусе, не понравится.

– Со мной значит нравится.

Не вопрос, утверждение.

– С чего ты вообще об этом заговорил?

– Не поверишь. – Ивар заговорщически подмигнул вампирше, однако в голосе его звучала столь не привычная серьезность и даже усталость. – Ты спрашивала, о чем я разговаривал с королем. Он предложил мне подумать о браке. И недвусмысленно намекнул, что наилучшим вариантом было бы жениться на тебе.

От удивления Байшу закашлялась, слишком глубоко глотнув ликера.

– Ты же шутишь?

– Он уже успел прислать официальное предложение из дворца.

Ивар сделал несколько движений пальцами, материализуя на ладони конверт с символом королевского дома – луной на ночном небе в ореоле звезд. Вампирша вытащила из конверта письмо и вчиталась в строчки. Закончив, она выругалась и вернула бумаги, которые Ивар тот час растворил в воздухе.

– Почему ничего не сказал мне?

– Не хочет слишком давить, поэтому решил сначала поговорить со мной. Но не самый плохой вариант, если подумать. – произнес он, рассматривая Байшу и чуть склонив голову.

– Ну уж нет. Я замуж не собираюсь.

– Всем однажды придется. Особенно нам с тобой. Ру и Марин вон быстро сообразили.

– Ру и Марин другие, не как мы с тобой. Мы слишком любим свою независимость.

– А еще мы чертовы аристократы, моя Луна.

Байшу посильнее запахнула халат, поерзав удобнее устроилась у Ивара на коленях, прижавшись к нему.

– Но ты прав. Вариант не самый плохой, уж точно лучше любого договорного брака, какой нам могут устроить. Вот же ж угораздило родиться в королевской семье.

– Зато у нас шикарный дом. – рассмеялся Ивар, снова целуя Байшу в шею. – А всю эту историю надо будет обсудить на досуге.

– Вернемся с задания, тогда и обсудим. Или есть еще что-то?

– Бай… – голос Ивара тонул в окружающей темноте. – Я согласился. Поэтому решение за тобой.

– Почему?

– Ты прекрасно знаешь, почему.

– Ивар, мы договаривались, что наши так называемые отношения никогда не станут мешать нашей дружбе.

– И никогда не нарушали эту договоренность. И ни один из нас ничего и никогда не требовал у другого, и сейчас не требует. Но это же не значит, что мне запрещено любить тебя.

Его губы накрыли ее, а она подалась вперед, отвечая. Обвила руками шею, прильнув как кошка, но отстранилась, чтобы спросить:

– Ты поэтому не выходил?

– Я разговаривал с Ночью.

Байшу замерла, недовольно сощурившись и дожидаясь продолжения. Однако, его не последовало.

– Ты давно этого не делал.

– Я и сейчас бы не стал. Оно само.

– И?

– И все равно твой смертный меня бесит. – Ивар отстранился на мгновение, вновь переводя тему.

Байшу знала, что в таких случаях экзорциста лучше не доставать. Сам все расскажет, если захочет. И потому она ответила:

– Все равно что-то странное происходит с его кровью.

– О чем ты?

– Не знаю пока. Почувствовала нечто…Надо будет запросить отчет, проверить. Так что можешь найти другого.

– Вернемся – обсудим. – вернул вампир ее же слова. – Ты мне кое-что обещала, если помнишь.

Байшу звонко рассмеялась в ответ на манящую улыбку Ивара. Он поднял ее, усаживая на стол перед собой, распахнул халат, медленно и восторженно проводя руками по груди, животу, опускаясь на колени. Всегда так делал, любуясь и восторгаясь ей, самой желанной и единственной нужной ему женщиной на свете. Пусть между ними всегда были глубочайшая дружба и секс, не более. Или ей так казалось. Белоснежные волосы вампирши разметались по столу, когда она опустилась на него. Клыки Ивара царапали кожу, смешивая удовольствие с краткими вспышками боли. Ей нравилось, а он об этом знал. Точно также как ее продирало до дрожи каждый раз, как в моменты их близости вампир шептал на ухо «Моя Луна». Потому проговаривал все это специально, каждый раз заставляя судорожно выдыхать от его тона. Сейчас же он не мог произнести ни слова, потому что поддерживал мягкое тело под бедра, лаская языком между ног.

Лизнув последний раз, Ивар распрямился, стягивая вниз брюки. Нарочито медленно, давая ей рассмотреть каждую мышцу его тела. Байшу приподнялась, обвивая его руками и прижимаясь грудью, когда он вошел в нее. Подхватив под бедра, придвинул вплотную к себе, заставляя выгнуться и снова опуститься спиной на стол. Сцепил ее руки своими, до красноты сжимая запястья. Ивар двигался в ней резко, быстро, чтобы потом снижать темп. Каждое движение все медленнее, протяжнее, и вновь резко до раздирающего горло хрипа, чтобы заставить Байшу ерзать, безмолвно моля о большем. Ему нравилось в такие моменты чувствовать определенную власть над ней, всегда непокорной, сильной. Но оба были в жизнях друг друга слишком долго, чтобы понимать, что ни один не причинит другому настоящей боли, равно как и не позволит кому-то еще. Только поэтому Ивар вел себя так, а Байшу позволяла. Только так она забывала, кем была.

Его движения, поцелуи, укусы вызывали дрожь. Ее стоны растворялись в ночном воздухе.

Ветер обжигающим холодом цеплялся за кожу на груди Байшу, замораживал оставленные на ней следы языка Ивара.

Они дышали вместе.

Они умирали вместе.

Каждую секунду в руках друг друга.

Окончательно теряя контроль, Ивар поднял Байшу к себе, пробрался пальцами в волосы, двигаясь все резче. Они яростно целовали друг друга, пока вампирша не закричала. Пока Ночь не запела.

Ивар уперся лбом в плечо Байшу, восстанавливая дыхание, слишком долго не отпуская ее из рук.

Отстранился, вновь закурил, выдохнув в лицо Байшу дым между губ с очередным поцелуем, а затем передал ей сигарету. Она не двигалась, пока Ивар возвращал на место съехавший халат, вновь покрывал медленными размякшими поцелуями шею. Невольно засмеялась, когда он подхватил ее на руки, опускаясь в кресло.

Двое погрузились в молчание, наблюдая за тем, как под куполом собираются тучи. Как первые капли падают на землю, растворяя сигаретный дым, тонкой струйкой поднимавшийся ввысь.

Унося во мрак Ночи все произошедшее.

Байшу переплела их руки, улеглась на плечо вампира, пока он медленно гладил ее волосы.

Заговорила, нарушив блаженную тишину:

– Я не знаю, что такое любовь, Ивар. Луна дает силу, но забирает почти все чувства, сам знаешь. И я никогда не любила, никого. – Она повернулась к нему, ласково убрала черные налипшие на лоб волосы. – Но то, что в моей жизни значишь ты, наверное, максимально похоже на любовь. Поэтому давай вернемся живыми, и тогда я соглашусь. Я и так всегда считала, что проживу с тобой всю жизнь. Просто сделаю это официально.

– Даже если только ради этого я верну тебя живой. – прошептал экзорцист, еще сильнее притягивая ее к себе.

Байшу осторожно поцеловала вампира.

– Не сомневаюсь. Но сперва нам нужно еще спуститься в Удур.

– Завтра, моя Луна. На сегодня с нас приключений хватит.

Глава 6

Никто уже и не помнил в действительности, с чего именно все началось. Картину в общих чертах восстанавливали по оставшимся записям воспоминаний предков, докладам ученых и тексту Великого договора, известного наизусть абсолютно каждому живому существу. Все соглашались, что падение мира началось задолго до первых солнечных чудовищ. Но никто так и не определил с чего же именно.

Одни утверждали, что с болезни, которой по-началу никто не придавал значения. А она за несколько лет извела половину человечества, вынудив оставшихся в живых на постоянной основе принимать лекарства, хоть немного спасающие разум.

Другие парировали, что основополагающим событием стоило считать первую солнечную вспышку, вспыхнувшую на небе столь ярко и сильно, что кожа начинала плавиться. Вспышка была короткой, всего-то несколько минут, но последствия оказались длительными. Солнце, когда-то служившее источником жизни, начало убивать. Одного за другим.

А потом появились дикие. Бывшие люди, сходившие с ума от укоренившейся в генах болезни, сжигаемые солнцем до такой степени, что на глазах превращались в чудовищ. Они теряли облик, все больше походя на зверей. Желавших только убивать.

И тогда солнце обрушилось на землю нестерпимой жарой, огненным дождем, вызывавшем все больше и больше природных катастроф. Мир рушился, не оставив людям иного выхода, кроме как уйти под землю во имя спасения. Но некоторые отказались, неведомо каким чудом переживая изменившийся солнечный свет. Они откололись, создав новую расу. Не имеющую ничего общего с людьми, кроме внешнего вида. Солярсы.

Мужчина поморщился. Он уже в десятый, наверное, раз пробегал глазами по фрескам, выложенным на стенах в Соборе трех рас. Величественное сооружение, разделенное на две части, выстроенное вампирами и людьми дабы чтить великий договор. В ту часть, что предназначалась для вампиров на поверхности, люди старались не попадать, а вампиры так и вовсе не отличались верой во что-либо. А вот подземная часть получилась весьма удачным пристанищем для временных встреч.

Изображения истории этого мира будто с укором глядели на мужчину. С того самого дня, когда он впервые попал в Собор. Ему тогда было шесть. Он внимал каждому не высказанному слову, каждой зарождавшейся мысли. Он знал, что ему предначертано возродить величие людей.

Любой ценой.

И теперь он нес бремя возрождения своего народа на плечах как полноправный, единственный лидер Удура. Цель, подкрепляемую верой всех оставшихся людей, столетие заточенных в земных недрах. До боли ненавидел всех этих переродков, бросивших людей под землей. И вампиров, нагло пользующихся нежданным превосходством, шатающихся по его городу, как у себя дома. Терпел, потому что так было нужно.

Пока что.

Вместе с тем верил, что каждый человек ценен, важен и способен помочь в достижении общего идеала. Даже такой как Мин, отчитываемый сейчас прямо перед ним.

Второй удар пришелся Мину по уже порядком опухшей щеке. Первый повалил с ног. Аякс всегда бил четко и сильно. За одно это уже был ценен.

Парень же продолжал тихонько подвывать, всхлипывая и оправдываясь.

– Они должны были вернуться через две недели, не раньше. К тому моменту Восход уже должен был бы полностью раствориться. Мы ведь все рассчитали. Это все случайность…

– Из-за этой «случайности» теперь все, что мы планировали последние годы, может пойти к чертям. Вам ведь говорили не принимать, и тебе, и всем вампирским канонникам. – Аякс побагровел от злости. Он так сжал челюсти, что зубы противно скрипнули, вытираясь друг об друга. Неприятно.

– Да она и не поняла ничего.

– Ну конечно. Понадеемся на то, что вампиры глупые, конечно же.

Смешно. Нервный смех господина на секунду озадачил всех собравшихся. Он все еще молчал, не осуждая Мина, не пытаясь приструнить Аякса. Только медленно и величественно прохаживался от одной стены к другой, разглядывая фрески и пребывая в собственных мыслях. И этот скользкий смешок был первой выраженной эмоцией с того момента, как Мина притащили в комнату.

Не к добру.

Аякс нервно взъерошил волосы, стараясь не отвлекаться от проблемы в виде парня перед ним.

– Все, хватит. Тебе придется исчезнуть.

– Но как же…Завалить следующее тестирование?

– Тогда она точно поймет, что здесь что-то не чисто. И не только она, еще и вся остальная Инквизиция заинтересуется, а нам этого не нужно.

Аякс вздохнул, поднял взгляд к потолку и благоговейно прижал руку к сердцу:

– Всякому новому порядку придется растоптать старый. А для этого нужны жертвы. И стать одной из них – судьба, достойная уважения.

Он ведь действительно в это верил.

Мин не успел отреагировать, когда еще один удар прямо по затылку лишил его чувств. Аякс последовательно приложил пальцы правой руки к губам, к сердцу, затем ко лбу и произнес:

– Во славу чистого солнца.

Мужчина, оторвавшийся от созерцания фресок и наконец остановившийся прямо перед телом, тяжело и горестно вздохнул. Пряди рыжих волос упали на его плечо, когда он выжидательно и оценивающе склонил голову набок.

– Во славу чистого солнца. Но друг мой, ты слишком топорно работаешь.

– Господин Алукард…

– Не надо.

Не задумываясь, Алукард обошел распластавшее тело парня, легко наступая в местами разбрызганную от побоев кровь. Несколько раз цокнул языком и вновь покачал головой.

– Теперь что? Не потащим же мы его через половину Вавилона под землю…

– Простите, мой господин.

– Надо спрятать подальше. Сделаем вид, что он срочно уехал к родным в Удур.

– На это нужно разрешение его вампира.

– Его вампир отбывает в Карган. Питалась она вчера, значит за пару дней и не вспомнит. Злоупотреблять не в их породе. – недовольно поджал губы, осматривая пятна крови на каменном полу. – И приберись. Еще не хватало раскрыть себя из-за тупого придурка.

Сложил руки на груди, размышляя.

– Сколько еще человек из зверушек принимало?

– Семеро. Но их пока никто не подозревал.

– Пока. Если с одним возникла столь щекотливая ситуация, то и с другими может. Пусть в следующий раз каждый постарается добыть образцы крови своих вампиров. Не все сразу и по чуть-чуть. Мы должны проследить, есть ли хоть какой-то эффект. – Он исподлобья посмотрел на Аякса. – Надеюсь их всех не стоит учить, как соблазнить своего вампира и поиграть с ним в определенные игры?

– Нет, конечно.

– Чудно.

– Господин, – Аякс неуверенно переминался с ноги на ногу. – Будут распоряжения по их королю?

– Пока нет. Слишком рискованно сейчас что-либо затевать. Да и со вторым гораздо больше шансов. Хотя, этот третий отряд нам существенно осложняет ситуацию. Но пока придерживаемся плана. У нас еще полгода. А еще я бы с огромным удовольствием переговорил с тем человеком.

– Доран Дуэр?

– Да. Вызови его ко мне. Когда вампиры отбудут.

– Сюда?

Алукард смерил помощника оценивающим взглядом, явно выражавшем неодобрение и даже презрение к полному отсутствию элементарной сообразительности. Как вообще Аякс умудрился столько лет с ним продержаться? Наверное, потому, что не в пример сегодняшнему, обычно не задавал вопросов, а выполнял приказы подобно послушному псу. Им и был, в общем-то. И Алукарда это более чем устраивало. Он снисходительно улыбнулся, разъясняя помощнику очевидные любому младенцу истины:

– Конечно же нет. Официально, в магистрат. А пока придется терпеть кровососущих тварей, болтающихся по нашему городу. Как и всегда.

Глава 7

При всем своем ужасном виде и состоянии, в сравнении с Новым Вавилоном Удур впечатлял размерами. Почти вдвое больше города вампиров и все равно слишком тесный. Жизнь под землей привносила в обыденность свои особенности. Дома здесь были редкостью, столь необычайно роскошной, что позволить их себе могли единицы. Большая часть жилищ представляли собой природные широкие колонны, изрешеченные окнами и овитые лестницами. Переброшенные между такими колоннами мосты складывались в паутины над улицами и площадями, ведущими к одному – станции прибытия каравана. Для живущих в нем людей город был почти что тюрьмой с единственным выходом через поезд. Когда наконец-то пришло понимание, что находиться на солнце люди больше не в силах, лишь старые подземные катакомбы и древние руины стали для них спасением.

И клеткой.

За прошедшие десятилетия люди сделали невероятно многое для восстановления своей цивилизации. Правда, столь же многое оказалось утеряно безвозвратно. Как технологии, так и те, кто мог бы их воссоздать. Привычный мир исчез, отбросив человечество в своем прогрессе на несколько веков назад. В хаосе беспорядочных попыток выжить, приспособиться и начать практически с нуля было единственным доступным решением.

Сохранившие себя вампиры, существовавшие с людьми бок о бок веками, могли лишь частично компенсировать утраченное. Ведь люди не обладали магией, такой привычной и свойственной вампирам.

Именно на магии сейчас держалось все в Новом Вавилоне. И тем не менее именно последние подвергались истреблению.

И все же Удур был по-своему удивителен и прекрасен. Здесь не было дворцов, что теперь лежали руинами на поверхности. Не было привычных для вампиров автомобилей, мотоциклов и прочих машин, используемых для охоты. И в целом сложившийся быт и культура чем-то напоминали то, что было свойственным людям в столетиях до технического прогресса. Лошади, паровые машины, по большей части работающие на заводных механизмах. Электричество максимально заменено на огонь, разжигаемый в стеклянных колбах. Ученые вампиров через несколько десятков лет после подписания великого договора сумели создать для людей стекла, пропускавшие совсем небольшую часть солнечного света. Теперь они накрывали отдельные сектора потолка подземного города. Но открывать их было разрешено только для прогрева и освещения тех скудных культур, что могли быть выращены здесь, под землей. Все еще слишком боялись перспективы превращения в чудовищ. Поэтому в городе практически всегда царил полумрак. И ярким пятном в нем горели огни большого рынка.

Большой рынок Удура был действительно большим, занимая почти пятую часть общей площади города, сочетая в себе полнейшие противоположности. Сюда караван поставлял товары, сюда приходил каждый житель. Сюда свозили оружие, изготавливаемое в рудниках.

Равно как и контрабанду.

Товары, запрещенные и официально порицаемые властью и людей и вампиров. Все то, что так любили охотники, неизменно являвшиеся сюда за запрещенным к производству огнестрельным оружием. Диких было не убить пулями. Однако, именно пули из лунной стали как нельзя лучше сбивали чудовищ с толку и давали значительную фору охотникам. А еще они убивали солярсов. Производимые тайком, они стоили баснословных денег. Деньги, пожалуй, оставались единственным, чего не смогла уничтожить Эпоха Первых Чудовищ и последующие изменения мира. Для третьего отряда и в частности для Кайла Доран доставал все, что только можно было пожелать, а аристократические счета Байшу, Ивара и частные услуги, оказываемые Марин, все оплачивали. Сегодня не было исключением.

Уходя из дома друга утром, Кайл оставил ему список необходимого, пообещав вернуться к вечеру. Денег тоже оставил, дополнив запиской о принадлежности средств Инквизиции. Только так можно было быть уверенным, что Доран их возьмет.

Тем не менее Кайл планировал пройтись по рынку. Послушать болтовню и сплетни никогда не было лишним.

Ивар и Байшу ждали своего капитана недалеко от станции на обычном месте уже больше часа.

– Ну наконец-то. – обронил Ивар, выбрасывая окурок. Он присмотрелся к приближающемуся вампиру и ухмыльнулся. – Кто-то хорошо провел ночь, да?

Кайл на мгновение предостерегающе свел брови, на что экзорцист примирительно поднял руки. Впрочем, сделал он это как всегда манерно.

Рядом послышался пренебрежительный и даже презрительный смешок. Мужчина довольно преклонных лет, проходя мимо сплюнул вампирам под ноги и, скривившись, двинулся дальше. Ни великий договор, ни вся оказанная расой вампиров помощь не могли искоренить пренебрежения и ненависти людей. А еще и зависти, ведь вампирам не было более нужды прятаться.

Ивар на любые косые взгляды в их сторону привычно улыбался своей самой обезоруживающей улыбкой, идеально обнажающей его клыки. Именно это и сделал сейчас, даже добавил вежливый поклон головы. Кайл и Байшу же не показывали эмоций, просто продолжали стоять на месте, пока Кайл не двинулся вперед, в сторону Большого Рынка.

Троица вампиров привлекала слишком много внимания. Особенно двое из них. Люди предсказуемо кривились, отворачивались и прятали детей, заинтересованно выглядывавших из-за материнских юбок. Тут и там их провожали презрительные шепотки, на которые Кайл лишь фыркал.

– Почти сто лет прошло, а они до сих пор считают нас отбросами и врагами.

– Мы разве не делаем то же самое?

Байшу бросила короткий взгляд на очередную девчушку лет восьми, застенчиво помахавшую ей, и улыбнулась. Кончики клыков сверкнули, девчушка рассмеялась, а ее мать, обратив внимание на смех дочери, встрепенулась и поспешила увести ребенка подальше, игнорируя вялые попытки сопротивления.

– Мы-вампиры. Наша память гораздо дольше.

– Зато обиды люди помнят лучше.

– Разве? – вклинился Ивар. – Назвать город Новым Вавилоном, а всех охотников – Орденом Темной Инквизиции вполне себе злопамятно.

– У наших предков было весьма своеобразное чувство юмора. – дернула плечами Байшу, накидывая капюшон на голову.

Ей не нравилось, как на ее белые волосы смотрели здесь. С особым неприятием и вместе с тем с жарким вожделением. Дети Луны выделялись даже среди вампиров, а уж среди людей и подавно. Пусть Байшу была красивой женщиной, никогда не стеснявшейся свой внешности, здесь, под липкими взглядами, она чувствовала себя крайне неуютно. Ивар переплел их руки, успокаивающе погладил пальцем ладонь. Он всегда чувствовал, когда был особо нужен ей.

Их разговоры предсказуемо потонули в гомоне голосов стоило углубиться дальше на рынок. Здесь уже мало кто обращал внимание на вампиров. Да что уж, троица охотников здесь была не единственной. Кайл приветственно отсалютовал Луису, лидеру седьмой группы. Тот кивнул в ответ и сделал вид, что никого более не замечает. Привычно и показательно.

Вампиры бродили по рынку несколько часов, всем своим видом выражая крайнюю заинтересованность в товарах. Байшу действительно заприметила для себя пару кинжалов, которые тут же перекочевали к ней на пояс. Ивар между делом раздобыл где-то про запас несколько пачек своих любимых сигарет.

– …господин обещал.

– Ты так рисковать готов?

– А что, лучше сидеть под землей?

Кайл не подавал виду, но насторожился. С утроенной заинтересованностью принялся разглядывать заводные игрушки на ближайшем прилавке.

Судя по всему беседу вели где-то слева за его спиной. По вмешивающемуся резкому стуку посуды понял, что двое сидели за столиками в чайной. Что-то упало и разбилось, неприятно резанув по ушам.

Вампир напряг слух насколько было возможно, и все равно улавливал только обрывки разговора.

– …если получится…наш шанс…

– …не все…наружу выйти…

– Господин…

Бесило до невозможности. Проще было бы поймать и избить до полу смерти, чтобы получить информацию. Тайная слежка ну никак не подходила характеру и манерам Кайла. Протяжно выдохнул, успокаиваясь. Чуть отступил, перемещаясь между прилавками и людьми. Слышать стал чуть лучше.

– Восход вещь слишком сильная. Не знаю…

– Трусишь?

– Да просто…

Удар кружкой по столу. Стук вилки неприятно скользнувшей по тарелке. Кровь, пульсирующая в чужом теле.

– Мы были рождены для этого…

– … величие людей…

Они говорили еще о чем-то , но Кайл уже не мог расслышать. Мимо него протискивалась кучка невероятно громких подростков. Уши невыносимо болели, голова начинала гудеть от перенапряжения. Последнее, что вампир смог уловить была совсем не имеющая никакого смысла фраза.

– Во славу чистого солнца.

Вампир перестал слушать. Окунулся в спасительную тишину, каждый раз накатывающую после такого усиленного использования слуха. Он смотрел вниз, на ботинки снующих вокруг людей, пока услышанные обрывки непонятно чего укладывались в голове.

«Выйти наружу…величие людей…»

Кайла передернуло. Он сам не понял почему. Но подозрительные ощущение скребло изнутри. Не страх, нет.

Пока нет.

Настороженность хищника, угодившего в засаду. Готового прыгнуть, но опасающегося расставленных вокруг ловушек.

На секунду Кайл представил, что все люди вокруг действительно обратились против них. Слишком много потенциальных противников сразу. Он бы забрал с собой десяток, может второй. Да и на третий сил бы хватило. Только вот людей вокруг были сотни, тысячи. Как минимум половина из них была бы рада прямо здесь перерезать вампиру глотку.

Он уже ощущал себя так, в детстве. Что вампиры наверху, что люди под землей были ему чужими. Никто не знал, кем были его родители, оставившие младенца на пороге городского приюта. Вампиры слишком ценили своих детей. В приюте были в основном дети тех, кто по случайности судьбы умер слишком рано. Да и то временно, дожидались усыновления. Кайл точно также попал к Криганам. Пусть он был за многое им благодарен, но косые направленные на альбиноса взгляды и тихие шепотки за спиной не покидали его и дома. Он сбегал от всего этого и неделями бродил по улицам и подворотням Нового Вавилона, ввязываясь в драки и сомнительные затеи. Было время, когда Кайлу отчаянно хотелось разрушить все, что он только мог. В первую очередь и самого себя.

Когда однажды добрался до каравана, не раздумывая пробрался на него, спустился в Удур. Пытался исчезнуть, но встретил Дорана. Единственного, кто не смотрел на него как на чудовище. Единственного, кто был для всех таким же чужим. Первого, кого Кайл по-настоящему захотел защищать.

Вампир дернулся и развернулся, почувствовав руку на плече. Знакомую. Ивар. Еще одна деталь пазла, складывающегося в картину жизни Кайла. Возвращавшая в реальность, где он уже не был потерянным и одиноким.

Экзорцист нахмурился, видя чрезмерное напряжение своего капитана.

– Порядок?

Дождался сдержанного кивка, похлопал по плечу. Кайл размял шею. Давно с ним такого не было.

Почему сейчас?

Байшу проскользнула между несколькими людьми к своим друзьям. Они почти вышли с рынка, когда Байшу скинула капюшон, расправила волосы. А еще через несколько мгновений ее за рукав дернула девчушка лет семи. Волосы ее были почти такие же белые, как у вампирши, хотя девочка определенно была человеком. Наверное, увидела кого-то похожего на нее саму и удивилась. Глаза ее сияли восхищением.

– Вы красивая. Очень красивая.

Байшу благодарно улыбнулась, стараясь не показывать клыки. Не хотела пугать. А девочка продолжала:

– Когда мы выйдем наверх, я буду такой же красивой?

Байшу не сразу нашлась, что ответить.

– Выйдете наверх?

– Да. Папа так говорит.

– Но солнце ведь опасно.

– Папа говорит, что нужно лекарство выпить, тогда не страшно. Я уже давно пью, и мама с папой тоже. Оно не вкусное, но мама говорит потерпеть. Так что я обязательно выйду и стану такой же красивой. И никто больше не скажет, что я странная.

Девчушка снова улыбнулась и весело побежала прочь, оставив троицу вампиров с огромным количеством вопросов, ответы на которые им нравились все меньше.

Байшу хотела что-то сказать, но Кайл предостерегающе покачал головой. Они молчали, пока не закрыли за собой двери дома Дорана, самого верхнего этажа здания клуба. Третьего. Кабинет и помещения для работников были на втором, официальная часть клуба с гостиницей для редких гостей, баром, танцами и некоторыми наиболее пристойными играми составляла первый этаж. Бои же, ставки и прочие самые занимательные увеселения размещались в подвале. Сейчас в клубе было тихо, поэтому троица вампиров спешно поднимавшаяся по лестнице почти не привлекла внимания.

– Я ждал вас позже. – вместо приветствия крикнул Доран, выходя из дверей собственной кухни. Нахмурился, замечая растерянность на лицах друзей. – Крови?

– Не откажусь. – бросил Ивар и следом спросил, стоило им всем разместиться на диване в гостиной. – И что это было?

– То, что мы и так думали: люди собираются наверх. – Кайл сощурился, сжал кулаки до хруста.

– Вам что, прямо об этом заявили? – Доран присоединился к ним, поставив на стол графин с кровью и три бокала. Себе налил вина.

Кайл и Байшу пересказали все то, что услышали за сегодня на рынке. Внимательно выслушав, Доран задумался, очевидно ища в своей памяти что-то имеющее отношение к происходящему.

– Таблетки… – наконец произнес, глянув на Кайла.

– Что за таблетки? – подался вперед Ивар.

– Я показывал вчера Кайлу. Нашел некоторое время назад у одного бойца. Они странные, без каких-то обозначений. Ни ваши, ни наши таких не делают.

– Девочка говорила про лекарство. – подхватил мысль Кайл. – Вполне вероятно, что это именно оно и есть. Распространили на нескольких людей, разных. Проверить-то нужно, прежде чем давать всем.

– Можем того бойца поспрашивать. – предложил Ивар.

Доран покачал головой.

– Не вариант. Он умер у меня на ринге. Начинаю допускать, что как раз из-за этой неизвестной гадости.

– Тебе ничего такого не предлагали? – Кайл обеспокоено рассматривал друга.

– Даже если бы предложили, я не такой отчаянный идиот, чтобы соглашаться на сомнительные эксперименты.

– А что за Господин? Идеи есть?

– Пока ни одной.

– Тогда можем забрать те таблетки, что у тебя?

– Да. В кабинете. Заодно заберете то, что смог вам достать по списку.

Все четверо спустились на этаж ниже в кабинет по прямой лестнице, которой пользовался только Доран. Прямо у дверей внутри помещения стояли несколько коробок, на которые он указал вампирам.

– Здесь не все, но что успел за день. Еще часть, в основном большую аппаратуру для локаторов, вам довезут завтра в Вавилон. Вы на караване? – поинтересовался Доран, глянув на часы.

– На поезде Инквизиции.

– Тогда оставайтесь. Еще по бокальчику успеете. Как раз еще кровь доставят.

Доран открыл ящик стола, из которого накануне доставал коробку с загадочным пузырьком. Нахмурился, не обнаружив искомое на нужном месте. Придирчиво осмотрел кабинет. У Дорана всегда и во всем был порядок, каждая вещь лежала на своем месте. Всегда. Только коробки не было там, куда он клал ее вчера. Сам, лично. До того, как привести Кайлу девушку. Вампир же уловил настороженное беспокойство друга, начавшего осматривать еще и другие ящики. На всякий случай.

– Их нет. – смирившись, изрек Доран.

– Думаешь, забрали?

– Уверен.

Он злился. Кто-то влез в его кабинет, его дела. Нагло и беспардонно. И даже догадывался, кто именно. Кроме вчерашней девушки было некому. Обратился к Кайлу:

– Не волнуйся, разберусь. Если смогу, до отъезда вам пришлю. Если нет, попытаюсь выяснить что-нибудь сам.

– Ты же обещал не лезть.

– Это было до того, как кто-то запустил руки в мои дела. – добавил, чуть смягчившись.– Я осторожно. Да и вообще. Не думаешь же, что я не найду вариантов отослать что нужно, туда, где ты будешь?

Кайл улыбнулся, сверкнув клыками. Значит, Доран понял. И понял правильно. Капитан охотников не стал бы признаваться, но часть тяжелого груза внутри спала. Оказывается, ему нужно было хотя бы призрачное подтверждение, что даже там, в чужом городе Доран сможет достать их всех.

– Все равно нужно будет доложить кардиналу. – вставила Байшу. – Пусть даже пока на уровне подозрений.

– Значит доложим. – Кайл скрестил руки на груди. – С каждым часом вся эта история нравится мне все меньше.

Дернулся, насторожившись.

– Кто-то идет.

Через пару минут в дверь несмело постучали.

– Господин Доран, – послышался тихий голос работника.– Вам принесли письмо.

Доран отворил дверь, забирая конверт. Еще час назад он бы ручался за каждого из своих людей, зная, что все они обязаны ему жизнью. До того, как обнаружил пропажу с воем кабинете. Пока не докажет иного, каждый был под подозрением.

Доран осмотрел конверт, разорвал, и рассеялся, закончив читать. Повернулся к вампирам и объяснил:

– Как интересно! Кажется, я начинаю догадываться, что это за «господин» такой.

Кайл пробежался по тексту. Приглашение в магистрат на аудиенцию через четыре дня. К господину Алукарду Хелсу, правителю Удура.

Да, дела становились хуже некуда.

Глава 8

Ехали долго. Пять суток ушло на то, чтобы охотники смогли добраться до границы территорий Каргана. Успели бы быстрее, но на ночь останавливались. Безопасность никто не отменял. Да и не очень-то хотелось приближать момент встречи с солярсами. Пока трое спали в фургоне, двое вампиров несли караул. Им было не привыкать. За годы охоты часто случалось, что вся группа не спала неделями, выслеживая диких. Такие сложности жутко утомляли и истощали, но и навыки выживания прививали первоклассные.

К тому моменту, как на горизонте начала показываться гора, служившая Каргану основой и естественной защитой, каждому из вампиров нестерпимо хотелось помыться. Самое отвратительное в долгих операциях – отсутствие душа. Даже переодически попадающиеся на пути дикие были не так ужасны.

– Все всё помнят? – поинтересовался Кайл у своих друзей, прежде чем дать команду на финальный рывок.

Ответом капитану был удар кулачка Марин по металлической коробке портативного локатора. Вампиры невольно вздрогнули от силы удара. Локатор испуганно пискнул трижды, экран мигнул и погас, а через минуту включился вновь.

Марин выругалась.

– Аппаратура сбоит. Помехи.

– Здесь-то откуда?

– Вот и мне хотелось бы знать. Я все подкрутила, детальки обновила. Но чем ближе к городу, тем хуже. Если так продолжится, мы еще и ослепнем.

– Тут не далеко осталось. – Ивар прикрыл глаза рукой, прячась от восходящего солнца. – До цели дотянем, а там посмотрим на месте.

– Согласен. – бросил Кайл. – В любом случае не развернемся. Но бдительность придется удвоить.

Получив согласные кивки своего отряда, Капитан подождал, пока Ру и Марин скроются в фургоне, а Бай и Ивар натянут шлемы. Еще раз окинув быстрым оценивающим взглядом своих друзей, Кайл кивнул в направлении городских стен.

Карган начинал быстро приближаться. Уже можно было различить кромки высоких башен в окружавших город стенах, полукругом огибающих гору. У горы наверняка было название, но никто из вампиров его и не вспомнил бы. Светлый камень казался еще ярче на рассветном солнце. Если приглядеться, можно было заметить вырубленные в самой горе пещеры, проходы, соединяющие их лестницы и навесные наблюдательные пункты. Справа виднелся огороженный и отделенный от городских стен чем-то вроде моста кусок. Он уходил прямо в закрытую часть туннеля. Начало каравана. До Вавилона поездом можно было добраться за неделю.

До ворот города оставалось не более сотни метров, когда группа остановилась, не подъезжая близко к замеченной прямо перед воротами стае диких. Вступать сейчас в битву не было никакого желания. Даже отсюда вампирам было четко видно, как с высоких стен на них смотрели десятки солярсов, замерших в ожидании. Всем не терпелось насладиться шоу и увидеть, как вампиры будут разбираться с преградившими дорогу существами.

– Мы сейчас прямо как цирковые куклы. – разнесся в наушниках недовольный голос Марин.

– Устроим представление? – Байшу обратилась к Кайлу, мерно барабанящему по панели своего мотоцикла.

Никто из них не двигался с места, ожидая команды капитана. А дикие тем временем медленно подбирались ближе.

Кайл вдумчиво оценивал обстановку. Ему даже показалось, что диких притащили сюда специально, проверки ради посадив на пути вампиров. Только для чего? Мотивов он пока предположить не мог, а тратить силы и лишний раз демонстрировать себя было глупо.

Кайл, наконец, мотнул головой и бросил.

– Обойдутся. Ивар, обеспечь нам проход.

– Как скажешь.

Ивар хлопнул ладонями, сведя их словно в молитвенном жесте, и медленно развел. Вслед за его движениями прямо по земле прокатилась дорожка фиолетового огня, начала расширяться, образуя путь к городским воротам. Пламя очерчивало контуры невидимых стен, раздвигающих диких в стороны. Они ревели, кричали, но сила Ивара всего этого не замечала.

– Едем. – бросил Кайл, и группа поспешила направиться в туннель.

Ворота им отворили практически сразу же, так что вампиры беспрепятственно заехали в Карган, остановившись перед столпившимися солярсами. Казалось, сюда высыпал весь город. Не удивительно, ведь не каждый день к вам в гости прибывают представители совершенно чуждой расы. Но при этом, несмотря на огромный интерес, все держались настороженно. Почти у всех местных жителей кожа была либо в разы темнее привычной человеческой, либо покрыта темными пятнами. Солнечные ожоги, отпечатавшиеся изнутри. Солярсы были людьми, остановившимися за шаг до обращения в чудовищ. Теми, кто смог пережить последствия болезни. Теми, чья кожа могла переносить нестерпимый свет. Здесь были и мужчины, и женщины. И даже несколько детей. Очень и очень мало.

Вперед выступил мужчина, по виду лет тридцати с небольшим. Судя по тому, как его пропускали вперед, это был один из местных руководителей. А именно Барнс Бернталл, ответственный за экономику города, если досье кардинала не врало.

– Весьма по добрососедски, столько оружия на вас. – начал он, даже не поприветствовав гостей.

Кайл спрыгнул с мотоцикла, снял шлем. По толпе собравшихся пронесся вздох удивления от вида альбиноса. Вампир же сохранял совершенно безучастное выражение на лице, ничем не выдавая, насколько ему сейчас хотелось развернуться и убраться подальше. И все равно он понимал, что с этой секунды они пятеро одни, в чужом городе, полном тех, кого иначе как врагами не назвать. Максимум вынужденными временными союзниками.

– Где вы видели добрых вампиров? Да и соседи мы так себе.

Помня о необходимом этикете, Кайл сделал пару шагов навстречу, держа шлем в руках, но демонстративно игнорируя наконец протянутую в приветствии руку.

– Капитан Кайл Криган. – представился он. – Третий отряд охотников Ордена Темной Инквизиции по поручению Его темнейшества Кардинала Минхара прибыл.

Солярс натянуто улыбнулся.

– Мое имя Барнс Бернталл. Я уполномочен доставить вас… в гостиницу.

– Исключено.

Барнс нахмурился, озадаченный. Он явно не ожидал, что гости могут не согласиться с предложенными им условиями. Тем не менее, пытался сохранять самообладание в ситуации, которая уже несколько дней не давала спокойно спать. Спросил, выдавив подобие дружелюбной улыбки:

– Простите?

Кайл вытащил из нагрудного кармана куртки письмо, заверенное личной печатью Кардинала.

– Согласно договоренностям с Орденом Темной Инквизиции, нас надлежит разместить в отдельно стоящем доме, предусматривающем возможность припарковать фургон и мотоциклы, с шаговой доступностью до того места, где у вас находится городское управление. И ряд прочих условий касаемо уже самого содержания. Все договоренности с вашей стороны были подтверждены главой города.

– У нас нет таких помещений.

– Тогда мы уезжаем. – Кайл скучающе пожал плечами и предупредительно дернул рычаг мотоцикла.

Тот издал рокочущий звук заведенного двигателя. Лишь сейчас Барнс обратил внимание, что кроме говорившего с ним напрямую вампира, двое других на мотоциклах все еще оставались в шлемах и не выключали двигатели. Равно как и фургон оставался заведенным. Либо вампирам действительно было плевать на то, закончится ли у них ценное топливо, либо они так демонстрировали свои намерения убраться восвояси. По собранности капитана можно было понять, что и в бой вампиры готовы были вступить незамедлительно. Ни один из вариантов не был для солярсов приемлем. Барнс медленно выдохнул, пытаясь сдержать рвущийся на волю гнев.

– Кристин, – крикнул он кому-то за спиной.

Тотчас к собравшимся подскочила миниатюрная девушка, с заплетенными в косу каштановыми волосами. Увидев Кайла вблизи, она съежилась еще сильнее.

– Пусть готовят дом Гаррина. Все равно пустует.

– Но там же…

Она замолчала под предупредительным взглядом Барнса. Быстро кивнув, Кристин поспешила убежать.

– Будет дом. Там давно никто не жил, уж извините. – процедил Барнс. – Теперь все?

– По остальным пунктам вопросы есть или все выполнено?

Барнс пробежал глазами по письму, хотя прекрасно помнил каждое из условий, выдвинутых вампирами. Сам лично пытался отговорить Рена. Но, как бы ни хотелось, эти кровососы были им слишком нужны. Войну солярсы не переживут, а опасность нависала нешуточная. В том числе над самим Реном. Да и дом был, на самом деле, давно утвержден. Правда, не готов. Специально. Но не попытаться хоть что-то выгадать для себя Барнс не мог. Он привык искать выгоду и заключить сделки. Да к тому же, в гостинице было бы куда проще следить за новыми гостями.

– Вопросов нет, все готово.

Кайл сверкнул клыками, улыбнувшись, и обернулся к своим.

– Глуши.

Все двигатели замолкли разом. Мотоциклисты спрыгнули со своих железных коней, а из фургона вышли еще двое. Один был настолько огромен, что по сравнению с ним прочие казались букашками. Особенно, две девушки. Причем одна из них была мотоциклистом, чего Барнс по началу не понял из-за достаточно широкой куртки. Но сейчас мог разглядеть стройные ноги и тонкую талию.

Все четверо рядом с Кайлом. А тот начал представлять каждого по очереди:

– Ивар Бьергин. – кивнул на мужчину, первым стянувшего мотоциклетный шлем, остановившегося справа от самого Кайла.

Теперь всем были четко видны проколотые уши и бровь, а также выглядывающие из-за воротничка пастора татуировки. Ивар соблазнительно улыбнулся и подмигнул вновь показавшейся рядом с Барнсом Кристин, от чего она зарделась не хуже рассветного солнца и попыталась спрятаться.

Кайл тем временем продолжал, указывая на здоровяка и рыжую девушку рядом с ним:

– Ру Шидиан и Марин Лавинье. – И, наконец, – он повернулся к последнему члену их отряда. – Байшу Аробайн.

Вампирша аккуратно стянула мотоциклетный шлем, вызвав невольный вздох окружающих, когда ее белоснежные волосы упали на плечи. Кайл специально представлял ее последней, зная, какой эффект подруга могла производить. Та лишь слегка улыбнулась, сощурив глаза, в то время как Ивар по заранее согласованному плану, пользуясь общим замешательством, создал несколько магических меток, забросив их в солярсов. Байшу же нарочито медленно провела по волосам, откидывая их, слегка приоткрыв губы и с удовольствие выдохнув. Опустила ладонь на шею, разминая ее, и завершила свое представление расстегнув молнии мотоциклетной куртки, теперь открывавшей вид на ее обтянутую черной кофтой шикарную грудь.

– Нам нужно часа два, чтобы разобрать вещи, – прервал общее оцепенение Кайл. Желаемого эффекта он добился, Ивар свою задачу выполнил, а значит пора было заканчивать шоу. – После мы готовы встретиться с вашим руководителем.

– Завтра встретитесь. – попытался возразить Барнс.

– Через два часа.

Тон Кайла выражал абсолютное нетерпение к иному мнению. Как же он выводил Барнса из себя.

А Ивар тем временем изобразил свою самую сексуальную и обворожительную улыбку, адресовав ее Кристин.

– Ну что, красотка, покажешь нам, где дом?

Девушка несмело кивнула. Не дожидаясь еще каких-либо возражений от Барнса, вампиры вновь загрузились в фургон, завели мотоциклы и медленно покатили в указанную девушкой сторону.

Сам же Барнс покинул площадь, зайдя в ближайшее здание и неожиданно резво поднимаясь по лестнице.

– Ловко они тебя, Барнс. – усмехнулся смотрящий в окно третьего этажа на удаляющуюся группу вампиров мужчина.

Его черные короткие волосы слегка торчали в стороны. Все никак не находил времени подстричься. Едва загоревшая кожа накачанных рук выглядывала из-под закатанной до локтей синей рубашки.

– Иди ты, Рен. – недовольно буркнул Барнс, упав в кресло у стола. – Черт, какие тут кресла жуткие.

– Какие есть. Здесь не до комфорта, мы на стене, если ты забыл.

– Почему ты сам встречать их не вышел?

– Решил отсюда понаблюдать. Зато заметил, как один из них подкинул тебе метку, пока все вы откровенно пялились на девчонку. Хорошее представление разыграли, ничего не скажешь.

Барнс подскочил и засуетился, на что Рен усмехнулся, проворачиваясь к своему помощнику.

– Не паникуй ты так. Я убрал, как только ты в кабинет зашел. – он устроился в кресле, переплетя пальцы и задумчиво опустив на руки голову. – Правда, они это уже скорее всего заметили. Но пусть не думают, что с нами все так просто.

– Черти что. Вроде мы их пригласили, а они тут фокусы выкидывают.

– Сразу видно, что ты в политике не силен, друг мой. Вот в торговле и экономике тебе равных нет, это да.

– Именно поэтому глава у нас ты.

– Действительно. Значит, хотят встречи через два часа? Пусть Жан проводит их в мой центральный офис в магистрате. Посмотрим, о чем договоримся.

– Рен. – Барнс решился наконец задать мучавший его вопрос. – Ты уверен, что нам нужно это делать? Они нам не друзья, и вряд ли станут помогать, если все обернутся хуже некуда. А ты хочешь не просто оставить их здесь, а еще и пустить в Солиос.

Рен тяжело вздохнул.

– Боюсь, у меня особо нет выбора, друг мой. Да и у них тоже. Нам всем нужно принять новую реальность и научиться по-настоящему работать вместе. Иначе мы все погибнем.

*****

– Прямо вершина архитектуры и искусства. – рассмеялся Ивар, окидывая взглядом двухэтажный дом, которому суждено было стать им всем временным пристанищем.

Краска, бывшая когда-то коричневой, облупилась, обнажая местами кирпичную кладку. Окна второго этажа были заколочены. Просторный двор явно запущен, некогда бывшие здесь цветущие клумбы никто не поливал. Камень подъездной дорожки крошился под ногами.

– Главное, чтоб душ работал. – пробормотала Байшу, растирая шею. – Мне кажется, с меня уже грязь отваливаться скоро будет.

– Тут вполне неплохо, если все в порядок привести. – отозвалась Марин.

– Хочешь сделать ремонт? – поинтересовался Ру, обнимая невесту.

– Почему нет?

– Не за наш счет и только в свободное время. – отрезал Кайл. Скользнув взглядом по второму этажу, добавил. – Но доски эти все же снимем. А то придется жить как в заколоченном гробу.

Он обернулся к своей группе, перехватив в руках шлем.

– Так, Ру, загоняй фургон. Марин, пригляди за байками. Бай и Ивар, со мной, надо внутри осмотреться.

Пятеро как единый слаженный механизм начали работу. Такая синхронизация не раз спасала им жизни. Каждый знал свою роль и привык без возражений подчиняться капитану. В том числе именно поэтому все члены группы по правилам Ордена обязаны были жить в одном доме. Чтобы воспитывать доверие, чутье и ощущать себя семьей.

Вампиры достали клинки, прежде чем шедший впереди Кайл толкнул ногой дверь, подняв при этом тучу пыли.

Байшу слегка закашлялась.

– Кажется, одними досками мы не обойдемся.

Ивар щелкнул пальцами, призвав резкий поток ветра, пролетевший впереди них, максимально собирая скопившуюся грязь и выталкивая ее из дома. Пусть вампиры пытались двигаться бесшумно, но их шаги все равно отдавались гулом от пустых стен. Байшу осмотрела первый этаж, Кайл второй, Ивар подвал и все выходы, поставив на каждый защиту и ловушки. Когда они закончили, вернувшись к Ру и Марин, у входа во двор показалась Кристин.

– Извините, можно?

– Красавица, тебе всегда. – растянулся в улыбке Ивар, получив укоризненный взгляд Байшу.

Девушка опять покраснела, но вошла. Застенчиво мяла пальца, говорила тихо и сбивчиво. То ли стеснялась, то ли боялась.

– Мы принесли вещи. Постель, посуда, и прочее. Дом давно пустует, уборка нужна. Но другого подходящего у нас на было.

За ней во двор заглянули несколько девушек и молодые парни, несшие в том числе и предметы мебели.

Кайл выступил чуть вперед:

– Спасибо. Оставьте все во дворе, мы тут дальше сами.

– Но тяжело же…– начала было Кристин, но замолчала, во все глаза уставившись на Ивара, без труда подхватившего кресло, которое до этого несли трое.

– Мы справимся. – Кайл постарался улыбнуться как можно более приветливо, но настойчиво жестко. Давая понять, что гостям пора удалиться.

– Ауч! – раздалось справа. Один парень уронил себе на ногу стул, засмотревшись на Байшу.

– Да, пожалуй, пойдем. – заторопилась Кристин. – Если будет что-то нужно, обращайтесь.

– Обязательно. – подмигнув, заверил ее Ивар.

Когда все солярсы удалились, Кайл запер ворота, а Байшу несильно стукнула Ивара в плечо.

– Ну и чего ты удумал? Пристал к бедной девочке.

– Ревнуешь, Луна моя? – выдохнул вампир, обхватив ее за талию и притянув к себе. Он уже практически поцеловал ее, как услышал недовольный голос Кайла.

– Прекратите оба. Не здесь же. И вообще, приведите себя все в порядок.

Ивар все же оставил быстрый поцелуй на щеке Байшу, прежде чем отпустить. Капитан прошелся по двору, осматривая принесенное Солярсами. Мебель, какая-то мелкая техника для дома, еда. Даже постельные принадлежности.

– Проверить все. И давайте устраиваться, у нас осталось мало времени.

К тому моменту как за ними пришли, вампиры успели вычистить весь первый и часть второго этажа, затащить все в дом, разобрать продукты и по очереди принять быстрый душ. На удачу солярсов он оказался вполне рабочим. Правда постоянно скрипел и издавал странные звуки, будто сейчас взорвется. Байшу была уже готова перегрызть кому-нибудь глотку, если бы ее тотчас не пустили мыться, поэтому с работоспособностью коммуникаций решено было разбираться позже.

На заднем дворе был обнаружен навес, под которым были припаркованы мотоциклы. Фургон Ру запарковал так, чтобы перекрыть им черный ход, фактически приставив к двери дома дверь фургона. На случай экстренного бегства.

На втором этаже было только три спальни. Ру и Марин заняли одну, Ивар и Кайл вторую, Байшу разместилась отдельно. Хотя все прекрасно понимали, где же будет ночевать Ивар. Особенно, если учесть, что он пытался пролезть к девушке к душ, но был изгнан оттуда и удостоен лишь одним поцелуем.

Пришедший за вампирами высокий светловолосый мужчина даже поразился, как быстро те со всем разобрались. Он застыл на пороге, дав о себе знать громким стуком в дверь.

– Добрый день. Я Жан Улиман, заместитель главы. – представился, получив от Кайла приветственный кивок. – Глава ждет вас в городском магистрате.

– Выйдем через две минуты. – произнес Кайл и захлопнул входную дверь перед лицом солярса.

Группа действительно появилась ровно через две минуты. Полностью вооруженная.

– Мы не пустим вас в магистрат в оружием. – нахмурился Жан.

– А мы не войдем туда без него. Можем поговорить на пороге.

Жан ничего не ответил, решив, что Рен будет разбираться с этим сам.

Магистрат располагался на небольшой площади буквально через два двора от дома, в котором поселили вампиров. И пусть площадь была вымощена мозаикой и окружена причудливыми статуями, а с одного краю располагался фонтан, общий вид города и зданий был гораздо беднее и проще, чем в Новом Вавилоне. Карган походил скорее на Удур, только располагался не под землей. Байшу поморщилась и поправила предусмотрительно надетые очки. Купола, как в Вавилоне, тут не было, поэтому солнце жгло прямыми лучами, все же причиняя определенный дискомфорт. Группа в сопровождении Жана прошла в двери магистрата, но дальше их остановили.

– Я серьезно, заходите, но без оружия. – скрестил руки на груди Жан.

Кайл склонил голову, на несколько минут замолчал, изучая мужчину. Усмехнулся и жестом скомандовал своим сдать клинки. Вампиры подчинились, оставив, правда, все то, что не было явно видно. Жан сощурился, кажется, поняв это, но большего требовать не стал. В конце концов, Рен изначально разрешил пустить их и вооруженными.

Кабинет главы располагался на втором этаже, прямо над общим залом собраний, за светлыми резными дверьми.

Рен уже ждал. Подошел, протягивая руку Кайлу для приветствия.

– Добро пожаловать в Карган. Рен Аберайт, глава этого города.

– Здравствуйте. – пожал его руку Кайл. – Нас, думаю, представлять не надо. Вы еще у стены все слышали.

Рен улыбнулся уголками губ. Проницательность капитана вампиров даже порадовала. Солярс указал гостям на диван, задержал на Байшу взгляд дольше положенного. Она же склонила голову, уронив на лицо еще влажные волосы и прямо смотрела в ответ, чуть вздернув бровь.

– Заметили, значит, а виду не подали. – Рен расположился прямо напротив Кайла, возвращаясь в русло разговора.

– А зачем? Мы все равно бы встретились. Мы же здесь по вашему приглашению.

– Тогда зачем было подкидывать магические метки моему помощнику?

– Привычка. – оскалился Ивар, но вернул себе невозмутимое выражение лица, поймав взгляд капитана, который продолжал разговор.

– Ваш город для нас – вражеская территория. И не важно, по приглашению мы здесь или нет. Но раз нас сюда отправили, значит мы вам нужны, а у нас свои методы. Придется вам с ними мириться.

– Никому не доверять тоже ваш метод?

Кайл неопределенно пожал плечами, а вместо ответа задал встречный вопрос:

– А как вы вообще узнали про метки?

Рен улыбнулся.

– У меня свои методы.

Кайл хмыкнул. Никто и не ожидал, что будет легко. Ни одна из сторон не доверяла другой. Тем не менее, вариантов у них не оставалось.

– Что ж, – продолжил Рен. – В таком случае, добро пожаловать в Карган. Наш замечательный город, внутри которого вот уже несколько недель по ночам бродят дикие, пытаясь меня убить.

Глава 9

Доран барабанил пальцами по столу. Нервничал. За дни ожидания он потерял сон, перебрал в голове множество вариантов и идей, но так и не мог сложить полную картину.

Зачем он понадобился правителю Удура? Почему вдруг сейчас?

Элементарная логика подсказывала, что отношения Дорана с Кайлом были среди причин не на последнем месте. Уж точно Алукарда не интересовала чистота ведения бизнеса.

Вместе с тем каждое предположение казалось слишком простым. Если Доран верно разгадал намеки Кайла, что-то произошло наверху у вампиров. Нечто опасное и натянувшее отношение с людьми еще больше обычного. Отряд вампиров направили далеко и на долго, значит не на охоту. Значит, к солярсам.

Доран пытался собрать воедино резоны добровольного сотрудничества Инквизиции и солярсов за рамками обычных сделок по снабжению. Если он не ошибался, а он наверняка не ошибался, то все это было прямо связано еще и с таблетками, так «кстати» исчезнувшими из кабинета.

По всему выходило, что самая вероятная причина интереса Алукарда – связь с Кайлом, а значит и возможность Дорана достать информацию напрямую от вампиров.

Какую? Что, шпионы закончились? Ну бред же.

В итоге Доран злился, что не может толком подготовиться к неумолимо приближающейся аудиенции. Неподготовленным соваться в сомнительные сделки было себе дороже. Однако ж, вариантов не оставалось.

Доран никогда не отличался параноидальными наклонностями, но все же оставил помощнику распоряжения на случай, если со встречи не вернется.

Поднял взгляд на часы, перестав пытаться проделать в столе дырки. До назначенного времени аудиенции оставалось меньше часа.

Пора.

Доран решил добраться до магистрата пешком. Может надеялся, что небольшая прогулка сможет успокоить бушующие мысли. Правда, до места назначения добрался слишком быстро. Городской магистрат представлял собой двухэтажное серое здание, растянувшееся между каменных колонн. Над входом красовалась эмблема Удура: человек, державший над головой пласт земли, через который не могло пробиться солнце. Еще одно яркое напоминание об участи людей быть заточенными в подземной тюрьме. Доран был в магистрате всего дважды. Первый раз в четырнадцать, когда его официально признали достаточно взрослым для регулярной сдачи крови. Второй раз для удостоверения прав на оставленное ему наследство. Ни один из визитов не был приятным. Третий раз менять традицию не планировал.

Секретарь на входе предсказуемо поинтересовался именем и целью визита, удовлетворился полученным приглашением. Дорана провели в кабинет на втором этаже. Дальний слева по коридору. Все официальные действия проводились справа, там и освещения было в разы больше. Здесь же преследовало ощущение, что его ведут в тюрьму. Наверняка так и задумывалось.

Доран тихонько усмехнулся. Подавить решили? С ним не сработает.

В кабинете никого не было. Он прождал минут десять, прежде чем дверь открылась, и добродушно улыбающийся Алукард присоединился к своему гостю.

– Рад приветствовать вас, господин Дуэр.

Помня о приличиях, Доран чуть склонил голову и пожал протянутую руку.

– Взаимно, Глава. Или лучше – господин Хелс?

– Можно просто Алукард. Прошу, присаживайтесь.

Алукард указал на два гостевых кресла рядом с окном. Он улыбнулся еще более обворожительно, чем насторожил еще сильнее.

Доран опустился в кресло и решил больше не тянуть.

– Зачем же я вам потребовался?

– Думаю, вы и так понимаете. Хочу знать, на чьей вы стороне.

– Стороне?

– Вампиры, люди, солярсы. Большой выбор.

– Мне казалось, выбора здесь нет и сторон всего две: все мы и дикие.

– Лет тридцать назад так и было. Сейчас все гораздо сложнее. Но, думаю, вам и так это известно.

– Мне мало что может быть известно. Я ведь даже в Вавилон ни разу не отправлялся, что уж говорить об остальном мире, куда практически никто из нас выйти не может.

– У вас есть тот, кто добровольно все расскажет, если захотите.

Алукард не спрашивал, утверждал. Доран на мгновение закусил щеку изнутри. Все же разговор шел именно к этому. Ожидаемо. Совсем не безопасно.

– Кайл здесь при чем?

– Весьма интересно, как же так сложилось, что человек и вампир стали столь близкими…друзьями.

– У жизни много сюрпризов.

– Действительно, достаточно.

Дверь вновь открылась. В кабинет зашла девушка, неся поднос с напитками. Предположения подтверждались. Причем, Алукард точно покрутил девушку у Дорана перед носом специально, как игрушку. Девушка же не смотрела на него, быстро поставила напитки и спешно удалилась, так и не подняв взгляд. Какого-либо сожаления или замешательства в ней не чувствовалось. Дорану бы стоило хотя бы приличия ради удивиться, увидев знакомое лицо. Но он неприкрыто рассмеялся.

– Значит, в моем кабинете все же вы порылись.

– Меня лично там не было. Но да, приказ отдал я.

Даже и не отрицает, посмотрите-ка.

– Дайте угадаю. Брат ее специально проиграл, чтобы ко мне подсунуть? Знали, что я мимо не пройду?

– Почти угадали. Брата у нее и вовсе нет. А вы, Доран, на редкость мягкосердечны для того, кто занимается всем тем, чем занимаетесь вы. Допускаю, что дело в вашем прошлом.

– Мое прошлое не предмет обсуждений сегодня. – Доран стиснул подлокотник кресла. Вот уж что он точно не хотел обсуждать с этим человеком, так собственное детство. Решил не ходить вокруг да около, спросил:

– Что это за таблетки были?

– Это также не предмет обсуждений сегодня.

Значит, не расскажет всего, пока не сочтет момент подходящим. Или пока не прощупает до основания мотивы. Скорее всего, еще и доказательств преданности потребует.

Доран покрутил пальцами стакан, но пить все же не решился. Демонстративно отставил стакан, скрестил руки на груди.

– Тогда что конкретно вам нужно?

– Хочу знать, что именно предпримут вампиры, если, предположим, все три стороны не обновят договор.

Доран даже потерял дар речи на мгновение. Алукард был либо гением, либо полностью сумасшедшим. Договор не просто держал все три расы вместе, заставляя помогать друг другу. Он составлял основу существующего мира. Заложенная древняя магия вампиров требовала обновления каждые сто лет, для чего обязательно нужна была кровь лидеров вампиров, людей и солярсов. Не провести ритуал означало лишить людей права на защиту от диких. Но и вампиров – права на человеческую кровь, без которой им придется очень туго. Доран прекрасно понимал, что добровольно давать кровь без обязательств, как сейчас, согласится в лучшем случае десятая часть людей. Кровь солярсов вампиры пить не могли. Отсюда выходило, что Алукард однозначно был настроен таким простым и вместе с тем очень опасным образом разорвать существующие связи. А значит он должен иметь хоть какой-то козырь. Какой? Доран пока не понимал.

Первое оцепенение от шока потихоньку спадало. Решился высказаться:

– Полагаю, вампирам это не понравится.

– Наверняка. Поэтому я и хочу знать, что же там у них творится на самом деле.

– Я ни во что не вмешиваюсь, спокойно занимаюсь своими делами в клубе. Так что вам нужно именно от меня? Что я рассказать могу такого, чего никто другой не может? Ни за что не поверю, что в Вавилоне ваших людей нет.

– Конечно, есть. Только делиться с ними не собо хотят. Охотники Инквизиции знают многое. То, что не афишируют. То, что произносится шепотом в кулуарах. Еще они имеют прямой доступ к Кардиналу. В вашем же случае, еще и к королевской семье. Которая, к слову, временно удалилась чтобы, как они это назвали, «вознести молитвы Великой Ночи о благости и мире». Чушь полная. Уж я-то знаю. Еще я знаю, что ваш друг о вас очень беспокоится. Не в пример многим. Возможно, больше, чем следовало бы.

– Полный бред считать, что мне выдадут какие-то секреты только потому, что я об этом попрошу. Даже Кайл.

– Уверены?

Доран не ответил. Он понимал, о чем говорит Алукард. И даже признавал, что в выборе между самим Дораном и долгом перед всеми вампирами, Кайл мог выбрать вовсе не долг. Либо же Доран сильно переоценивал собственную значимость. Но он точно не хотел быть тем, кто заставит лучшего друга стать предателем.

– Слушайте, – наклонился вперед, уперев локти в колени. – Я не понимаю до конца, что именно вы тут задумали. Хотите вытащить людей наверх, на верную смерть? Пожалуйста, ваше право. Но я не хочу быть тем, кто…

– Вы подумайте вот о чем. – перебил его Алукард. – Однажды люди в любом случае выберутся на поверхность. Могу уверять, ждать не так уж долго. Тогда вампирам придется подвинуться. Нас гораздо больше.

– Воины из нас, правда, не особо.

– Не все силой решается.

– А вы даже не пытается хотя бы притвориться, что я все превратно гонял.

– Зачем? Мои идеи это не тайна. Да и нет в них ничего постыдного.

– Вы в открытую заявляете, что хотите отправить людей наверх.

– Конечно. Мы все этого хотим, разве нет?

– Но солнце…

– Да да да…Это всем известно. Но вопрос в ином: что выберете конкретно вы. Продолжать сидеть здесь или обрести свободу там, наверху.

– Перефразирую: предать всех, кто для меня имеет ценность, ради того, чтобы докладывать вам о делах вампиров. В которые меня никто особо и не торопится посвящать.

– Ваш друг вам не откажет. Может так случиться, что ваша помощь мне вполне себе поможет и вашим друзьям в будущем. Попросите, когда вернется.

Доран нахмурился. Значит, Алукард знал, что отряд Кайла отправился прочь из Вавилона. Знал ли куда и зачем, если сам Доран только догадывался? Скорее всего, да. Совсем не хорошо.

– Непрозрачно намекаете, что либо я помогаю вам, либо вы находите способ убить их?

– Способы существуют давно, их и искать не надо. Как впрочем и способы выйти наверх.

За последнее предложение Доран зацепился. Обдумает позже. Алукард же смерил Дорана придирчивым взглядом, наконец перестав улыбаться.

– Вы умный человек, Доран. Еще и неплохой стратег, если вспомнить все, что сделали для своего бизнеса. Так как по-вашему, на чьей же стороне выгоднее быть?

– Я могу подумать?

– Вы вольны делать, что вздумается. Только не забывайте о своей истинной природе.

– Помню, не переживайте. Но вы говорите так, будто уже были там, наверху. Без щита вампирской защиты и среди диких.

– Верно. Был. Интересно?

– Вообще-то да.

– Тогда я вам расскажу. В следующий раз, когда получу ответ.

Сочтя предмет разговора полностью исчерпанным, Алукард поднялся, учтиво поклонился прежде чем удалиться.

Доран же еще некоторое время оставался на месте, складывая в голове те крупицы информации, что сумел получить.

Всю дорогу до дома он размышлял о своих дальнейших шагах. Дорану очень хотелось выяснить, что же придумал Хелс для выхода на поверхность. В ушах все еще звучала фраза «не забывайте о вашей истинной природе».

Рука сама скользнула к шраму на ключице.

Да, он не будет забывать, кто он.

Он Доран Дэур – человек. А еще семья Кайла Кригана. Вампира, однажды убившего нескольких своих ради него, человека. И черта с два Доран будет сидеть сложа руки, пока какой-то неуравновешенный козел, мнящий себя избранным спасителем, будет пытаться причинить вред его семье и всему третьему отряду.

Вот только он обещал Кайлу выжить. А для этого действовать нужно по-умному.

Тем же вечером Доран отправил письмо, адресованное Кардиналу Инквизиции. Прошение о выдаче статуса принадлежности Кайлу. Бумаги друга пришлись весьма кстати.

Доран всегда был совершенно обычным человеком. Он только и умел, что грамотно оценивать ситуацию и реализовывать попадавшиеся под руку возможности.

Алукарду именно так и объяснил бы. Просто воспользовался связями и уже давно предложенным Кайлом вариантом. Упрекнуть, казалось бы, не за что. Тем более, что он бы и не соврал. Так ведь больше шансов пролезть в Вавилон, получать информацию. Каждого потенциального канонника осматривали, опрашивали, изучали под микроскопом в лабораториях Ордена. Дорану и вправду нужно было попасть в Инквизицию, но на аудиенцию к Кардиналу. Тайно. Та еще невыполнимая задача, которую придется решать в срочном порядке.

Теперь осталось разыграть грамотно предлагаемую Алукардом шахматную партию и как-нибудь дожить до возвращения Кайла. Желательно раздобыв то, что поможет другу. Что в свою очередь почти наверняка означало дать вампирам козыри против людей. Вот только Доран не мог до конца уверить себя, что готов на такие ухищрения. Но Кайлом точно жертвовать не готов.

Что ж, спокойный сон отменялся, кажется, еще на несколько ближайших недель.

Глава 10

– Твою ж…

Рен выругался, брезгливо дернув ногой. Измазал ботинки в какой-то жиже. Смесь из крови и прочих жидкостей, оставленных мертвым телом. Запах стоял примерзкий.

Солнце нещадно жгло. Даже сейчас, сквозь дождь. Он уже думал, что привык к постоянному жару внутри, на самой подкорке. Манящему зову, с которым каждый солярс боролся с момента рождения. Поддавшись, они становились тварями. Особенно дети, еще не понимающие, как справляться. У Рена детей не было, чему он был несказанно рад. Сворачивать собственному чаду голову, когда оно пытается тебя съесть – не слишком здравое развлечение. Со временем этот зов становился менее назойливым, но более горячим. Жар, сжигавший изнутри. Изо дня в день.

В нескольких шагах справа раздался рык, который можно было бы принять за выражение негодования. Если бы издавшая его тварь еще была человеком.

Они ведь тоже все чувствовали, так?

У Рена до сих пробегали мурашки от остатков внешнего сходства. Все равно, что смотреть в глаза самому себе, только сдавшемуся. Неизменно нагоняло страха внутрь. Страха сойти с ума, измениться. Перестать быть собой.

Хотя, все они и так сплошная ошибка.

Ошибка природы, которую нужно было уничтожать, чтобы эти ненасытные твари не сожрали всех оставшихся.

И людей, и вампиров, и солярсов конечно же. Пусть на красноглазых кровососов по большей части было плевать, они прекрасно справлялись и сами.

А люди…тут все было сложно. Для каждого из них.

Хотя, когда есть четкая цель, абсолютно любые вещи кажутся проще. Сейчас лежащие прямо перед ним тела могли разрушить абсолютно все, что Рен и его люди пытались выстроить годами. Казалось бы, в их мире привыкаешь убивать и встречаться со смертью постоянно, отчего становишься слегка циничным, но такого он никогда раньше не видел.

Пять солярсов, три вампира. И четыре человека.

Естественно, в одиночку с тремя обученными охотниками никто бы не справился. Но повторный рык давал понять, кто именно расправился со всеми. Двоих тварей удалось изловить, вампиры перед собственной смертью убили еще четверых, судя по смраду, витавшему в воздухе. Все равно погибли. Возможно, Рен не придавал бы случившемуся такое значение, если бы находился за стенами.

Увы, кровавое побоище располагалось было обнаружено почти в центре Каргана. Если вопросов о том, откуда же здесь взялись солярсы не было, то к вампирам они были. Рен праведно считал, что пятая патрульная группа отряда Инквизиции отбыла в Вавилон с караваном два дня назад, как ей и полагалось. Остались, отбились, задержались? Зачем? И где тогда они прятались два дня? А где еще двое оставшихся, было же пятеро?

– Рен…

Дернул головой, выскакивая из гнетущих мыслей, и понимая, что отреагировал лишь с третьего раза. Собственное имя казалось сейчас чуждым и этому месту, и всему происходящему. И злило.

– Рен. – Жан позвал его вновь. – Это вампиры так, правда же?

– Диких да. Но кто их самих даже не предположу.

Еще раз осмотрел тела. Не исчезли, а жаль.

– Жан, еще два вампира где-то должны быть. Было-то пятеро.

– Живые надеюсь.

– Я тоже.

Сомнительно, конечно.

Все же Рен пытался придумать хоть какое-то логическое обоснование, почему сейчас перед ним лежат и тела вампиров. Только вот придумать причины скитания диких внутри стен не мог. Слишком много вопросов тянуло за собой кровавое зрелище. И создавало слишком много проблем, причем не ему одному.

Рен не любил, когда его вынуждали действовать, но именно это происходило сейчас. Столько смертей на одной территории, в одно время не могли быть случайными, а оттого требовали реакции. Казалось бы единственной очевидной. Но будь Рен предсказуемым – не сидел бы на своем месте. Слишком много жертв он отдал за благополучие своего народа, за саму возможность жить.

Рен поморщился. Смрад впитывался в него, казалось, в самые кости.

Произнес, пытаясь сохранять самообладание. Еще не хватало сейчас взорваться.

– Не делай поспешных выводов, друг мой. Не все так просто.

– И что теперь?

– А теперь… – он еще раз окинул взглядом тела и скованных рядом цепями отловленных диких. – Всех к доктору.

– Но…

– Тела сжигать сейчас нельзя, нужно изучить. И этих тварей тоже, потому что кто-то явно нашел способ их протащить незамеченными внутрь стен, а значит и контролировать. И я хочу понять как. Поэтому придется вам этим заняться.

– А ты?

– А мне предстоит объясниться с Инквизицией.

Как же бесило. Мало ему что ли других проблем. А теперь что? Еще и с вампирами объясняться. Но люди-то откуда здесь вообще взялись? Рен бы знал, если бы кто-то прибыл с караваном, зарегистрировали бы обязательно.

Слишком много вопросов для одного дня.

Дождь только усиливался, крайне удачно вымывая все следы, которые Рен и его люди могли бы еще отыскать при дневном свете. Хотя что бы они нашли? Тот, кто умудрился расправиться с тремя вампирами не мог быть идиотом, бездумно оставившим после себя грязь.

Рен медленно двигался в направлении магистрата. Он вообще не представлял, как и что сообщить кардиналу.

«Как ваши дела, Ваше темнейшество? А у нас тут, кстати, кто-то прирезал ваших охотников. Кто не знаем, никого не нашли. Да, еще, трупов только три, там еще двое к вам не возвращались?»

Это даже в мыслях звучало бредово.

Здание магистрата уже показалось из-за поворота, когда Рен почувствовал что-то. Будто за ним наблюдали. Остановился, прислушиваясь к самому себе.

Услышал рык? Или показалось?

Сердце бешено застучало, призывая бежать. Рен привык слушать себя и собственные инстинкты. Моментально бросился вперед. Сзади различимо лапы били по лужам. За ним бежал дикий. Рен не рискнул оборачиваться, чтобы соотнести их количество. Знал, что в крайнем случае способ отбиться есть, но то самая крайняя мера.

Свернул в ближайший просвет между домами, чтобы выскочить с другой стороны улицы. Надеялся так сбить чудовище с толку. Только тогда смог обернуться, успел увидеть рванувшуюся между домами тень. Дикий остановился, проскочив поворот, в котором скрылся Рен. Чудовище, очевидно, не двигалось. Не дышало? Да вообще не издавало звуков.

Рен обошел дом с другой стороны, чтобы иметь пространство для маневра. Не обнаружил никого. Ни дикого, ни каких-либо следов.

За ним по самому центру Каргана гналась тварь, которая просто испарилась в воздухе?

Кажется, Рен начинал сходить с ума. Если так, то ему самому не долго осталось до обращения в точно такую же тварь. Хреново, очень.

Он не хотел думать, что случившееся – жестокая шутка воспаленного внутренним жаром мозга. Не хотел, но думал. Постоянно.

До того дня, когда на него напали.

Точно также, ночью. Повезло, что был не один. Диких тоже было двое. Они просто выплыли из-за поворота, до смерти перепугав всех находящихся в тот момент рядом солярсов. Что странно, тварей не интересовал никто, кроме самого Рена. Это тоже сыграло на руку. Пока Рен пытался скрыться, заплутать и запутать тварей, несущихся за ним по улицам, Жан с группой охраны смог остановить одного, поймав в ловушку. Со вторым пришлось возиться дольше. Дикий успел расцарапать Рену левую часть спины, прежде чем его получилось убить.

Солярсы обыскали весь Карган, каждый его угол, каждый подвал. Ничего. Снова.

Кто-то в городе прятал диких и делал это очень тщательно.

Глава 11

Доран бы ни за что не признался, что необходимость сесть в караван и подняться наверх, в Вавилон, пугала его едва ли не больше собственной смерти. Интересно ему было, безусловно. Доран даже не сомневался, что сам Кайл и весь отряд приняли бы его как гостя королевских кровей. Все равно каждый раз подобная мысль заставляла трястись. Да и Кайл не особо любил Вавилон.

Как-то Доран спросил его:

– Ты совсем не хочешь наверх?

– Нет.

– Почему?

– А ты почему не хочешь? – уклонился от ответа Кайл.

– Мне нельзя. Я же сразу превращусь в чудовище.

– Вот и меня все там считают чудовищем. А ты нет. Так что лучше здесь.

Больше Доран не спрашивал. Когда Кайл впервые вернулся уже будучи охотником, он сам предложил другу «сбежать» наверх. Доран никак не решался, а теперь сам не оставил себе выбора. Тяжело выдохнул. Сжал в кулаке карту, разжал. Спокойно. Он поедет ведь не на караване, а на поезде Инквизиции. Это быстрее и безопаснее. Самовнушение великая вещь, чего уж. Да и не просто так ведь.

Все детство он в одиночестве болтался по улицам Удура и отовсюду слышал, что людям на солнце опасно. Доран очень не хотел превратиться в чудовище, потому обходил станцию стороной. До того единственного дня, когда крайняя нужда заставила влезть в караван, где он встретил Кайла. Именно с того дня Доран привычно отсчитывал начало своей «жизни». Все то, что было раньше, он не слишком любил вспоминать.

Тогда дни чаще всего были похожи друг на друга. Но бывали особые, когда внутри все выворачивалось, заплетаясь узлом. Когда губы едва заметно подрагивали в надежде ухватить спасительную каплю собственной слюны. Голодные дни.

Доран не ел третьи сутки. Совсем. Не только он, конечно. Весь Удур жил на последних имеющихся запасах уже несколько месяцев. Все потому, что там, на поверхности, что-то случилось с караваном. Последнее, что было, Доран отдал одному из мальчишек. У того уже губы синели от голода. Живот снова скрутило. Он уже почти перестал обращать на это внимание. Рыскал по рынку, пытаясь найти хотя бы крошки. Здесь было куда как менее людно, чем обычно, но все равно все суетились. Доран не особо обращал на них внимание, пока не услышал нечто весьма его интересующее:

– Слышали? Слышали?

– Караван! Должен прийти через пять дней!

– Это точно?

– Я в магистрате слышал.

Участники беседы воодушевились, как и сам Доран. Рассмеялся, благодаря удачу, что повела его ноги сегодня на рынок.

Такие дни бывали, да. Но впервые настолько тяжелые.

Доран выдержит, потерпит. Теперь у него есть для этого смысл.

Он начал делать то, что умел лучше всего. Думать.

С каравана все переправят прямо на рынок. Все люди голодны, значит еду с рынка растащат моментально. Денег у него нет, так что либо надеяться на подачки, либо воровать. В иной ситуации мог бы понадеяться на первый вариант, или попроситься опять подработать посыльным у мастера Хайра, тот очень тепло к нему относился. Сейчас ждать было нельзя.

Единственный возможный вариант – пролезть прямо в караван и стащить еды до выгрузки. Один он много не унесет, но хоть сколько-то. На него и ребят пока хватит. Оставалось придумать, как это провернуть.

Несколько следующих дней Доран крутился около станции, высматривая любые углы и тайные укрытия. Он почти наизусть выучил расположение каждого камня, сцеплений рельсов. Знал, где именно должны располагаться входы. Выяснил все, что только мог, о конструкции и строении поезда.

Спрятался на платформе заранее, когда Удур полностью погрузился в темноту, означавшую наступление ночи наверху. Хоть под землей почти всегда царил полумрак. Примостился в дыру между камней в стене, едва влез. Когда поезд прибыл, даже засомневался на несколько мгновений. Все же было страшно. Подождал после остановки, выпрыгнул из укрытия, нашел люк и забрался в поезд.

Вокруг все было заполнено ящиками с едой. Глаза разбегались, но нужно было действовать быстро. Распихал что смог по карманам, заполнил специально прихваченный мешок. Услышал стук и шорох.

За ящиком кто-то прятался. Доран застыл, облизал вмиг пересохшие губы. Осторожно заглянул за ящик и увидел мальчика. Весь белый, глаза красные. Вампир? Похож и нет одновременно. Доран вампиров только издалека видел, но они такими белыми не были. Странный мальчик. Молчит и не шевелится, но смотрит угрожающе.

Доран испугался, но только крепче прижал к себе еду. Не отдаст. Он же не только для себя. Не успел опомниться, как мальчик подпрыгнул, схватил его под руку и потянул в сторону. Быстро открыл неприметную дверцу, втолкнул туда Дорана и залез сам. Со стороны дверей завозились. Сейчас их поймают, точно. Они успели спрятаться, а через несколько мгновений стали отчетливо слышны шаги охотников. Доран старался не дышать, чтобы не услышали. Подождал, пока вампиры ушли, и жестом предлагал выбираться. Мальчик покачал головой, показал на ухо. Кажется, слушал. Пришлось сидеть в укрытии еще несколько минут, пока вампир не кивнул, открывая дверцу и помогая Дорану выбраться.

– Я Кайл. – сказал, пока Доран поудобнее перехватывал мешок.

– Доран. Что ж, Кайл, мне пора.

Он заспешил к люку, открыл его, но остановился. Вампир следовал за ним

– Тебе не нужно остаться и возвращаться наверх?

Кайл покачал головой.

– Лучше покажи, что у вас тут внизу интересного. Я всегда успею на следующий поезд. – схватил из ближайшего ящика еду. – И помогу тебе унести еще.

Кайл не уехал ни на следующем поезде, ни на любом другом за следующие два года.

Ему нравилось, что наконец-то появился тот, кто был похож на него самого. Настоящий друг. Доран даже не возражал бы, если бы Кайл остался в Удуре навсегда. Они вдвоем вполне неплохо обосновались при клубе мастера Хайра, выполняя поручения, а Кайл иногда даже мог припугнуть особо раззадорившегося гуляку. Всего-то стоило показать клыки.

Только встречаемые иногда на улицах вампиры портили настроение доносившимися в спину альбиносу оскорблениями. Кайл старался не обращать внимания.

До того дня, как трое охотников, изрядно выпив, решили пошутить и поиздеваться. Затолкали их с Дораном в проулок за клубом.

Когда один из вампиров ударил Дорана ногой, глаза Кайла вопреки обыкновению побелели. Он оскалился, зарычал, и растворился в воздухе. Так показалось, настолько быстро он двигался. Один из охотников тут же повалился на землю, не успев среагировать. Кровь толчками вырывалась из его разодранной шеи. Подбородок Кайла окрасился алым, еще более ярким на его белой коже. Второй охотник вытащил клинок. Не успел. Кайл оторвал его руку, пробил дыру в груди одним резким движением. Третьего не заметил. Тот вцепился Кайлу в горло, потянул назад.

Захрипел. Доран воткнул в вампира валявшийся на земле клинок. Кайлу хватило этого, чтобы развернуться. Шея с правой стороны кровоточила. Доран снова не смог отследить движений друга, а тот уже сжимал в кулаке вырванное из охотника сердце.

– Вы что тут творите! Еще и у моего клуба!

Мастер Хайр выругался. А Доран только начал осознавать случившееся.

Кайл все стоял, отрешенный. Сияющий лунным светом изнутри. Красные зрачки стали белыми. Он безучастно рассматривал лежавшие у ног тела.

– Лунная магия… – как-то даже благоговейно произнес Хайр.

Дернул Дорана, приводя в чувство.

– Тащи друга в клуб. Не знаю как, но чтоб через две минуты вас здесь не было. Я останусь и сообщу в Инквизицию. – быстро оглядел Дорана, цокнул. – Отмойся, вещи свои сожги. Чтобы дальше не было, ты никого из них не убивал. Все твой друг.

– Нет! Они же…

– Ему ничего не будет. Делай, как говорю, остальное потом объясню.

Доран подошел к Кайлу, тронул его за руку. Вампир несколько раз моргнул, внимательно посмотрел на друга. Кивнул и без возражений последовал за ним.

Следующие два дня они не покидали клуб, который Хайр временно полностью закрыл для посещения, наплевав на недовольство завсегдатаев заведения.

Пока к ним не явился сам кардинал инквизиции.

– Значит, ты убил моих охотников?

Спросил сразу же, с порога, не здороваясь. Кайл не отвечал долго, но в итоге кивнул.

Отрицать смысла не было. Зальер приподнял бровь, бросил взгляд на замершего рядом Дорана.

– Сам?

Кайл недобро зашипел, на что кардинал только усмехнулся. Дал знак сопровождавшим вампирам оставить их одних. Когда все удалились, Зальер устроился в кресле, сцепив руки перед собой.

– А теперь слушайте внимательно. Хайр рассказал мне, что произошло, и, если честно, я в замешательстве. С одной стороны, за намеренное убийство вампиров-охотников вас обоих казнить следует. Да, я знаю, что вы вдвоем это сделали. Как ни отмывай, кровью знатно несет. – остановил жестом Кайла, начавшего рычать, и уже готовившегося нападать. Повернулся к Дорану. – Я сделаю вид, что тебя там и близко не было. Из-за моего огромного уважения к Хайру, который, уж не знаю почему, за тебя поручился, и потому что я ему должен. Почему-то он решил потратить на тебя редчайшую возможность, которой мог очень выгодно воспользоваться для себя лично. Думаю, ты должен это ценить.

Удовлетворенно хмыкнул, когда Доран кивнул. Снова посмотрел на Кайла, все еще настороженного, даже злого.

– С тобой вроде бы и проще, а вроде и нет. Даже вампирам не позволено убивать других вампиров. Но вот она оказия: ты – Дитя Луны. Такие среди нас редкость, большая. Поэтому, как бы это ни было может неправильно по отношению к погибшим и даже в какой-то степени незаконно, тебя я тоже склонен пощадить. На своих условиях.

Доран изначально догадывался, что без подвоха не обойдется. Он уже собирался начать спорить, затребовать отпустить друга и обвинить во всем его. Сам же Кайл успокоился, сел и обратился к кардиналу:

– Какие условия?

– Прямо сейчас я забираю тебя в Орден. Будешь учиться, как это обязаны делать все охотники. И сам станешь охотником. Думаю, ты прекрасно понимаешь, что это для тебя будет значить.

– Каждый охотник принадлежит только Новому Вавилону. Живет и умирает во имя вампиров, Инквизиции и Нового Вавилона. Криганы так говорили.

– Именно. Придется идти, куда я скажу. Делать так, как я скажу. А еще разделить жизнь со своим отрядом.

На несколько минут повисло тягостное молчание. Кардинал первым его нарушил, произнес, уже более мягко и доверительно.

– Твой друг будет жить. Отучишься положенный срок в пять лет и сможешь наведываться в гости, этого точно никто не запрещает. На самом деле, это не настолько уж плохой вариант. Дети Луны все равно все обязаны служить Инквизиции. – подумал и добавил. – Да, тебе будет сложно. И без того видно, какой ты необщительный и даже дикий, почти как чудовища. Криганы…с ними я решу вопрос отдельно.

– Выбора в общем-то и нет.

– Верно. Никакого.

– Ладно. Пойду. Охотник так охотник. Вампиры все одинаковы.

– О нет, далеко не все. – Зальер посмотрел на поникшего Дорана и на уставившегося в пол Кайла. – Друзья – это важно, в нашем мире особенно. Это хорошо, что вы оба пытаетесь друг друга защитить. Можете потратить эти пять лет в сожалениях, а можете с пользой. Так, чтобы больше не пришлось ничем жертвовать для защиты друг друга.

Поднялся, направляясь к выходу, обернулся и обратился к Дорану.

– Выходим через пятнадцать минут. Можешь проводить друга до поезда.

Следующие пять лет Доран даже близко не подходил к станции. Все эти годы он держал в памяти слова кардинала. Делал все, чтобы заработать себе положение и статус. Каждый день благодарил мастера Хайра за свою жизнь, а в последние годы и помогал во всех делах на радость учителю.

Ровно через пять лет Доран, уже во всю управлявший клубом вместо тяжело больного Хайра, впервые пришел на станцию. Ждал караван и нервничал.

С чего бы? Кайл ведь сам сообщил, что приедет. А вдруг что сорвется? Доран мерил шагами платформу, пока не услышал сигнал поезда.

Доран никогда не улыбался так радостно, как в тот момент, когда увидел выходящего из поезда Кайла. Вампир изменился. Доран знал это по всем письмам, что они отправляли друг другу. Сейчас же явственно видел в глазах Кайла. Пугало, но в то же время очень интересовало. Теперь перед Дораном был не просто его лучший друг. Самый настоящий охотник, да еще и капитан собственного отряда. Но улыбался Кайл все также знакомо.

– Ну ничего себе! Капитан, оказывается, умеет улыбаться.

Из-за спины вампира показался другой, темноволосый и растрепанный, закинувший татуированную руку капитану на плечо. Усмехнулся, прошел прямо к Дорану.

– Значит, вот ты какой, Доран Дуэр, которого наш капитан называет лучшим другом. Я Ивар. – вампир протянул руку и улыбнулся растерявшемуся Дорану, заметившему рядом с Кайлом еще четверых вампиров. На вид таких же неординарных, как и сам Кайл. – Добро пожаловать в семью третьего отряда.

Раздался сигнал прибытия поезда Инквизиции на станцию. Дорана выдернуло из воспоминаний в реальность. Что ж, как бы ни хотелось остаться, но он уже все решил. И очень надеялся, что его прошение сработает именно так, как нужно.

Глава 12

– Что значит «по городу бродят дикие»? – Ивар с вопросом опередил Кайла.

– Именно то, что я сказал. Где-то в моем городе прячутся чудовища. Вернее, кто-то очень хорошо их прячет. Моих людей уже несколько раз пытались поймать, меня самого-дважды. Всегда ночью. Успевают исчезнуть

Рен как-то вымученно улыбнулся, склонив голову на бок. Он рассматривал расположившихся напротив вампиров. Настороженных, внимательных. Они просто сидели, внешне вальяжно, но выглядели полностью готовыми в любую секунду вступить в бой.

– Что, даже не поднимите меня на смех? – улыбка Рена стала еще шире.

– Мы здесь не за этим. – Кайл на мгновение сжал кулаки. – Вам резона нет выдумывать такое. Договариваться с Инквизицией на основе непроверенных глупостей и подавно. Раз мы здесь, да еще и по просьбам о помощи,то причины должны быть существенны.

– Ваши предшественники считали иначе. Даже приятно, что на сей раз вампиры попались здравомыслящие.

– Как они исчезли? – Кайл пропустил мимо ушей укол самолюбию всей расы. Сначала работа. Отношение солярсов, и этого конкретного, к вампирам в целом мало интересовали капитана.

– Про ваших точных сведений нет. Мы были уверены, что они отправились с караваном. Он ушел целый, вернулся тоже. Как раз со второй группой ваших. Мы расспросили всех, но никто не видел и не знает ничего подозрительного. Примерно в то же время исчезли мои люди, после первого происшествия мы усилили охрану. Досматривали всех, обыскали весь город. Ни единого следа. Ваши уже хотели докладывать о невозможности расследования…

– Не успели и тоже пропали?

– На сей раз мы не нашли ни одного тела. До сих пор.

– Я хочу осмотреть места, где вы нашли тела, и где на вас напали. На карте сможете отметить?

– Сделаем. Завтра утром предоставлю. Думаю, смогу сам к вам присоединиться.

– Посмотрим. – тон Кайла был не самым радушным. – И сами тела тоже. Вы их сохранили, как я понял.

– Более или менее. Оказывается, мертвые все разлагаются одинаково. А под нашим солнцем поддерживать тела в первозданном виде и вовсе невозможно. Так что пришлось экспериментировать.

– Что вы сделали?

– Разделали по частям как уж смогли и закрыли в кладовых в горе. Там прохладно.

Байшу переглянулась с Иваром. Тот казался таким же обескураженным, как и все в отряде. Заметив напряжение вампиров, Рен усмехнулся:

– Вы же не думали, что мы их всех будем хоронить с церемониальными почестями?

– Так, ладно. Быстрее разберемся, быстрее вернемся в Вавилон. – Кайл поднялся, давая вампирам понять, что беседа закончена и пора бы уже заняться делом.

– Да ну что вы, мы гостям только рады, оставайтесь сколько хотите.

– Мы не слишко любим ходить в гости.

Рен с Кайлом притворно радушно пожали друг другу руки, на что Байшу даже закатила глаза.

Стоило вампирам выйти из магистрата, как Ивар закурил.

– В итоге ничего не ясно, как и раньше. Откуда поиски начнем?

– Прогуляемся пока, посмотрим на город, может людей поспрашиваем. Марин, что там со сканерами? Заработало?

– Вернусь в дом, посмотрю. Когда уходили, все было также.

– А что у них здесь с системами внутренними?

– По отчетам – примитив полный. Ни камер, ни сколько-нибудь действенных датчиков.

– Принято. Возвращайся, попробуй нам наладить адекватную связь с Вавилоном. Если выйдет, то местное все сама проверь, у тебя-то данные понадежнее общих отчетов будут. Ру, поставишь щиты на дом?

– Сделаем.

– Все, встретимся в доме. Мы втроем пройдемся.

Вампиры разделились. Байшу, Ивар и Кайл прогуливались по улицам, рассматривая все вокруг и параллельно пытаясь найти кого-то порасспрашивать.

Карган представлял из себя довольно странное зрелище. Он практически весь был сложен из камня, что можно было счесть явным следствием близкого расположения к горе. Вполне ожидаемо часть строений выглядела как наспех сложенные в пустыне дома, местами покосившиеся и на вид мало приспособленные для жизни. Вместе с тем в городе тут и там довольно крупными очагами разрастались деревья, травы, даже цветы. На подъезде к городу вампиры их почти не замечали, что вполне объяснялось жгучим солнцем. Наверное, до катастрофы в этих местах было несказанно красиво.

Ко всему прочему, солярсов на улицах практически не было. Боялись? Не похоже. Будь так – не вылезали бы толпой встречать. Специально прятались? Это уже больше походило на истину. Те же, кто попадался на пути, либо не могли поделиться вообще ничем стоящим, либо едва не с криками праведного ужаса сбегали.

Троица вампиров слонялась по городу уже битый час. Не выдержав, Кайл объявил перерыв.

– Я, конечно, ожидал чего-то подобного. – капитан опустился прямо на каменные плиты, спрятавшись в тень ближайшего дерева.

– А мне не понятно. – Байшу легла рядом. – Сами позвали, сами бегают.

– Позвал нас глава, а бегают простые жители. Половина из них в принципе вампиров никогда не видели, патрульные от каравана редко отходят. Здесь же не Удур.

– Кстати о караване. Пойдем посмотрим? – предложил Ивар.

Они уже почти дошли до нужного места, когда удача наконец улыбнулась.

На встречу с огромной корзиной полной еды шла Кристин. Заметив вампиров ойкнула, выронила корзину и замерла. Ивар деликатно помог собрать все раскатившееся на пути содержимое, но корзину хозяйке, вновь зардевшейся от взгляда вампира, не вернул. Он неизменно действовал так на всех женщин. Сейчас как нельзя кстати.

– Какое удачное совпадение. Красавица, не поможешь нам?

– С чем?

– Город ваш покажешь?

– А это, да, могу. Что вы хотите посмотреть?

– Караван. – отчеканил Кайл.

– Нууу… тут рядом, но сам караван… не знаю…

– Хорошо, – вклинился Кайл, опасаясь, что Кристин и вовсе окончательно перепугается и сбежит. – Проводи куда можно поближе к каравану. Сам не надо.

– Хорошо, тут рядом. Тоннель там.

Вампиры последовали за девушкой. Ивар все также нес корзину и через несколько шагов решил спросить:

– Красавица, а расскажешь нам про диких, охотящихся в городе по ночам?

Кристин стала перебирать пальцами.

– Да я не особо знаю. Я же господину Барнсу помогаю, а его тогда не было.

– Не было?

– Ну да, он был в Со… – запнулась, замолчала. Глаза расширились, давая вампирам понять, что девушка едва не проговорилась. – Он делами города занимался.

– Это правильно, городу помогать нужно обязательно. Но, может, кто-то что-то рассказывал?

Как раз в этот момент они дошли до стены, что позволяло различить скребущие звуки. А еще рычание, изредка доносившееся извне. Какие-то дикие сновали прямо у стен. Кристин остановилась на мгновение, повернулась к стене и произнесла:

– Говорят, что они из воздуха появляются. Я знаю про мертвых, видела тела, когда их увозили. Но ничего не нашли, ни диких, ни их следов. Они ведь шумные и вечно оставляют грязь. Вот господин Рен приказал всем не выходить по ночам. И вас позвал.

Пошла дальше, туда, где стена поворачивала, создавая небольшой карман и тоннель. Там же располагались огромные черные ворота, чем-то напоминающие главные, через которые в Карган проезжали вампиры.

– Отсюда начинается караван? – спросил Ивар, указывая на тянущиеся от тоннеля рельсы.

– Нет. Он не заходит прямо в город. Это для тележек с продовольствием. А караван там, за воротами.

Кайл удивленно вздернул бровь.

– Вы отправляете грузы из-за стен?

Кристин замялась. Внутреннее чутье подсказывало, что здесь что-то не правильно. Она перебирала пальцами юбку.

– Ну…да…всегда так. Там станция, ее строили отдельно от города. И там же дома для патрулей и прочих приезжих.

Больше Кристин ничего не сказала, да и выглядела так, будто сейчас разревется.

– Давай мы дальше сами, хорошо? – чуть склонил голову Ивар, возвращая девушке корзину.

– Ноо… вы же хотели…

– Ничего, мы сами прогуляемся. Все хорошо.

– Лладно…Если что…

– Да да, позовем. Обязательно.

Когда Кристин достаточно отошла, Кайл заметил:

– С одной стороны, ничего странного. Построили и построили, оставили дополнительную такую дополнительную защиту. Только вот того сектора, что уходит в караван, нет ни на одной карте. Ни на официальной, ни той, что нам выдал Кардинал. Хотя вроде бы здесь и прятать нечего.

– Тебе не кажется это глупостью? – нахмурилась Байшу. – В мире, кишащем дикими, устраивать караван, проход к нему, да еще и жилье для патрульных прямо там, где эти самые дикие могут без труда напасть. Зачем?

– Чтобы не пускать никого постороннего в город. Это единственное здравое объяснение. – пожал плечами Кайл.

– А еще ни одного поля или производства.

Вампиры обернулся к Ивару, а тот продолжал:

– Суть тройственного взаимодействия рас. Солярсы научились производить адаптированную еду под солнцем, ее же они доставляют в Удур караваном. Но где они ее производят? Мы с вами обошли фактически весь город кроме этой вот части, что отдана под станцию. Когда мы ехали, она не выглядела достаточно большой, чтобы вместить площади, способные прокормить целых два народа. Солярсы сами не солнцем же питаются.

– Кладовые в горах. Может и все это тоже там?

– Без солнца? Сильно сомневаюсь, но проверим.

– Думаешь, они здесь скрывают что-то опасное?

– Что нечто скрывают – готов поручиться своей жизнью. А вот насколько опасное и для кого – нам нужно будет выяснить.

Подумав, Кайл добавил:

– Опять же, даже если скрывают, как это вообще вяжется с причинами нашего приезда?

– Никак. – Байшу посмотрела вокруг. – Допустим, наши видели или нашли что-то, чего не следовало. Отдельный вопрос как, если их наверняка и в город не пускали.

– Нас пустили.

– Кристин же сказала, дома для патрульных на станции. А мы не вправе возражать городским устоям местных. Даже допустим, что наши свободно гуляли и сами солярсы их и убили, что достаточно сомнительно. Правильно говоришь, нас бы тогда не звали.

– Значит, остается единственное относительно логичное: нападение диких. Но тогда тела нашли бы где-то около каравана, а не в самом городе.

– Что за ерунда с дикими в городе?

Нахмурилась и добавила:

– Вам не кажется, что все происходящее в целом выглядит крайне… – она всплеснула руками, пытаясь подобрать правильное слово.

– Подозрительно? Это уж точно. – предположил Ивар.

– И в то же время как-то наигранно.

– Не сказал бы. Просто мы многого не понимаем, потому картина не складывается. Хотя специально устроенной ловушки я бы все равно не исключал. – Кайл размял шею. – Давайте к себе, может, у Марин дела лучше будут.

Уже зайдя в дом, трое вампиров застали Марин, колотящую по какой-то коробке, опутанной проводами. Вокруг валялись детали, датчики. А я рядом сидел Ру, держащий в руках нечто вроде портативного локатора.

– Да чтоб тебя дикие подрали! – гневно воскликнула Марин. Взъерошила волосы, издала горестный стон и, сгорбившись, закрыла голову руками.

– Мар… – Байшу попробовала дотронуться до подруги, но та резко выпрямилась, хлопнула в ладоши и принялась остервенелыми движениями барабанить по приставленной к коробке клавиатуре.

– Вы что думали… – она говорила себе под нос, обращаясь к кому-то невидимому. – Поймаю, еще как поймаю.

Отряд ждал. Когда Марин так психовала, ее лучше было не трогать. Она сейчас соревновалась с самой собой, решая только ей же известную задачу. Взгляд становился жестким, сосредоточенным. Вампирша закусила губу, надулась. Постучала по клавишам еще несколько раз и удовлетворенно захихикала.

Посмотрела на друзей, поморгала, будто не понимая их замешательства, и улыбнулась как обычно.

– Все нормально. Заработало. – улыбнулась Ру, жестами разрешая поставить локатор в угол комнаты.

– Что заработало? – решил спросить Кайл.

– Здесь очень сильный экран. Я бы рискнула сказать, что сильнее даже купола над Вавилоном. Потому и внутренние системы такие убогие, все сбивает. Мою аппаратуру тоже, но я вроде смогла подключить анализатор и наушники для связи. Посмотрим пару дней, как будет работать. Все жуть как медленно.

– Экран? – удивился Ру. – Откуда тут такое?

– Хороший вопрос. Причем, судя по сигналам, он стоит над горой. Там как стена, не пробьюсь. Ни техникой, ни магией. – Марин снова посмотрела на жениха. – На твою защитную магию очень похоже, но основа другая, чуждая.

– Рен сказал, что у них там кладовые. – заметила Байшу.

– Кладовые не будут защищать магией. – ответил Ивар. – Тем более такой сильной. Но почему техники прошлых отрядов не заметили?

– Здесь кроме патрульных каравана никто и не бывает. Да и то, как мы выяснили, их особо не пускают в город.

Марин добавила:

– У патрульных нет таких техников, без надобности. Прошлые охотники могли и заметить, но доложить не успели, иначе бы кардинал нас проинформировал. Да и у них в группе был Глай, а он придурок полный, да будет Ночь к нему ласкова.

– Наши не могли поставить? – Ивар перекатывал между пальцами фиолетовый огонек, раздумывая.

– Исключено. – Марин потянулась, разминая пальцы. – Магия не родная, своя бы пропустила. Да и мы бы знали. Так что остается вопрос – зачем?

– Я бы задал куда более интересный вопрос. – Кайл недовольно скрестил руки на груди. – Откуда у солярсов вообще магия, которой у них отродясь не было?

Глава 13

Станция в Новом Вавилоне сильно отличалась от такой же в Удуре.

Крытое сооружение, полностью затемненное как и сами поезда с помощью вампирской магии. Сканеры и датчики повсюду. Слева отдельный отсек, кажется, исследовательский. Доран знал, что ему нужно попасть туда до того, как выйти со станции в сам город. Порадовался, что был на поезде единственным пассажиром и не придется толкаться в очереди. Сомнительно, что они вообще здесь были. Однако, его сразу же перехватили, стоило сойти с поезда. Подошедший вампир поправил очки, приветственно протянул руку.

– Александро Корвальд, личный помощник Его темнейшества Кардинала Инквизиции. Мне поручено вас встретить и доставить в Орден.

– Какая честь, однако. Или вы всех людей так встречаете?

– Тех, кого кардинал просит отвезти прямо к нему.

Вампир надел на запястье Дорану специальный отражающий браслет, покрутил, кивнул самому себе. Доран с сомнением разглядывал тонкую металлическую полоску.

– Это точно работает?

– Обычно да.

– Обычно?

Александро воззрился на него как на безнадежного сумасшедшего. Естественно, никто и никогда не давал гарантий. Да солнце вообще могло взорваться или обрушиться на них всех как уже было однажды. Стоило ли тогда напрасно беспокоиться, что… А кстати, что? Если браслет не сработает, то от солнца Доран умрет, он знал. Но как именно умрет? Почему-то только сейчас этот вопрос пришел в голову.

Чертовы вампиры, им то все равно.

Еще раз внимательно осмотрел браслет, будто бы мог хоть что-то заметить. Нет, ничего. Ни намека на изменения.

– Дальше куда?

– В Инквизицию. На город сможете из автомобиля полюбоваться.

Кайл рассказывал, что у него был автомобиль. Рассказывал, какое невероятное ощущение дарит такая поездка, хоть мотоцикл ему нравился больше. Доран и не думал, что когда-то ему предстоит на чем-то подобном прокатиться. Под землей вампирских машин не было, воздуха и без того не хватало. Да, нельзя было отрицать, – в Вавилоне Доран мог дышать глубже, спокойнее. А ведь еще даже со станции в город не вышел. С непривычки голова начинала кружиться.

– Есть чем полюбоваться?

– Вполне. Прошу за мной.

Вслед за вампиром пошел к выходу со станции. У дверей задержался в замешательстве. Чего скрывать, страшно. Александро терпеливо ждал, пока Доран наконец пересечет порог.

Никогда Доран не представлял Вавилон таким. Рассказы Кайла и всех прочих вампиров на деле не передавали и десятой доли реальной картины. Вавилон жил, Вавилон пел. В самом прямом смысле. Играла музыка, легкая, ненавязчивая, кажется, откуда-то из динамиков. Здесь было светло как в комнате, заставленной самыми дорогими лампами от пола до потолка. Только потолком был специальный купол, магически закаленный вампирской магией чуть приглушать свет солнца. Не привыкшим к такому глазам Дорана было все же неприятно.

Дома в основном были двух или трехэтажными, немного походили на дома и здания вроде магистрата в Удуре. И все же отличались в разы, выглядели роскошнее. Каждый дом имел если не огромный сад, то маленький зеленый дворик. Где-то Доран даже заметил фонтаны, впервые видел их вживую.

С детским неподдельным восхищением он разглядывал все вокруг, рассматривая мир, неожиданно заигравший новыми красками. Искренне задавался вопросом, почему же Кайл так не любил свой город. Хотя вампир наверняка лучше знал.

Александро ждал у черного автомобиля, двери которого украшала эмблема Ордена.

– Никогда на автомобиле не ездил. – Доран все же произнес это вслух.

– Еще привыкнуть успеете, если прошение одобрят.

Доран растерянно кивнул. Привыкнуть? Да, наверняка к такому быстро привыкаешь, как ко всему хорошему. Только вот потом неизбежно приходится отказываться и возвращаться назад, под землю, уже насовсем. Солнце никуда не исчезло, как и опасность. Отчасти поэтому он не понимал, почему многие так жаждали получить статус. Видел Доран одного такого, вынужденного навсегда покинуть Вавилон из-за выявленной в крови нестабильности. Не выдержал, через семь месяцев под землей перерезал себе глотку. Отчасти поэтому Доран понимал стремление Алукарда вытащить людей на поверхность. Благородно, нельзя отрицать. Вот сейчас, стоя перед открытой дверью автомобиля, Доран впервые засомневался в верности своего выбора. Только пути отступать уже не было. Сел в салон, окончательно убеждая себя, что его «семья» в любом случае не должна пострадать.

В автомобиль он все же сел. Прохладно, свежо, а еще невероятно мягко. Интересные ощущения.

Ехали не слишком долго, но за это время Доран не отрывался от видов за окном. Особо заинтересовала его огромная мощенная светлым камнем площадь, в центре которой возвышалась статуя, изображавшая вампира под луной, держащего меч и пронзающего им распятое на земле чудовище, слишком похожее на человека. Вокруг располагались темные таблички, пестрящие именами.

– Аллея Памяти Ночи. В често представителей нашего народа, павших во времена Первых чудовищ. – прокомментировал Александро.

– У нас такого нет. Собор трех раз, но это другое.

– Дикие выродились из людей. Боюсь, ваших предков в то время гораздо больше интересовала возможность выжить, чем пересчитывать всех погибших. Нас же всегда было меньше, и мы ничего не забываем.

– Думаете, люди не помнят?

– Помнят. Выводов не делают.

Доран не ответил. Помощник кардинала говорил не то чтобы не очевидные вещи, но все же настораживал.

Автомобиль завернул в широкие кованые ворота, остановился для проверки охраной, после двинулся к неожиданно высокому зданию. Проехал вниз, в гараж, полный других автомобилей, фургонов, мотоциклов, другой всевозможной техники.

«Значит, вот она ваша Инквизиция.» подумал Доран. Вышел из автомобиля, пошел за Александро.

– Нам к лифту.

– К чему?

– Что-то вроде поезда между этажами дома.

– Лестницы уже не модно?

– Лифтом быстрее.

Уже подходя к дверям кабинета главного лица всей Инквизиции, Доран почувствовал нечто вроде предвкушения, аккуратно смешанного с волнением и ноткой страха. Не любил он непредсказуемых ситуаций, а с этим вампиром иначе не бывало.

Кардинал ждал, сидя за столом. Встал, чтобы приветствовать гостя, и усмехнулся:

– Выглядите так, будто стали свидетелем явления Ночи.

– Честно говоря, не в полной мере понимаю, что это должно значить. Но путь до вашего кабинета был, мягко говоря, занимательным.

– Надеюсь, того стоил. Как и причины, побудившие вас в целом появится в Вавилоне. Рад вас видеть, господин Дуэр. Вы изменились за прошедшие годы.

– Зато вы – ни капли.

Зальер улыбнулся, пригласил гостя пройти к столу в кресло для посетителей, сам занял свое место и продолжил:

– Вот уж вас я точно не ожидал увидеть в списках требований о подтверждении статуса.

– Почему же?

– Знали, что капитан Криган запросил разрешение чуть ли не сразу, как узнал о такой возможности, прямо перед выпуском?

– До того, как первый раз вернулся в Удур?

– Именно. Знали, что все прошения одобряются лично мной в обязательном порядке? Я этого ожидал, так что одобрение он получил в рекордные сроки. Но вы до сих по своей стороны не подавали никаких прошений. Сколько лет посчитайте прошло? И вот я получаю запрос, который уже и не думал увидеть. Именно в тот момент, когда третий отряд отбыл.

Зальер сощурился, рассматривая Дорана:

– Догадываюсь, что вы если не знаете всего, то как минимум имеете определенные допущения о назначении текущей операции ваших друзей.

– Кайл ничего не говорил, если вы об этом. Но я действительно догадываюсь.

– Тогда мне вдвойне интересно, почему запросили разрешение именно сейчас.

– Я, если честно, надеялся, что вам станет интересно.

– Специально подали прошение, чтобы ко мне попасть?

Доран кивнул. Кардинал заинтересованно подался вперед:

– И в чем же причина?

– У меня состоялся весьма занимательный разговор с господином Алукардом Хелсом.

Кардинал переменился в лице. Расправил плечи, сразу же показавшись внушительнее прежнего, задумчиво постучал по столу.

– Рассказывайте.

За следующие несколько минут кардинал не то что слова не произнес, казалось, и вовсе не шевелился. Закончив, Доран рискнул спросить:

– Вам тоже кажется, что все это спектакль какой-то?

– Причем специально срежиссированный и сыгранный именно для вас. Глупо думать, что вы решите предать Кайла. Или все же…?

– Не несите ерунды.

Кардинал рассмеялся, довольно кивнув.

– Вот и я о том же. Сдается мне во всей Инквизиции нет того, кто легко поверил бы в подобное развитие событий. Значит, и господин Хелс не мог бы поверить, он далеко не дурак. Дураки на его месте не держатся. Правда, я никак не пойму целей представления.

– Думаете, он предполагал, что я приду к вам и расскажу?

– Наверняка. Возможно, ему уже и сообщили о вашем визите.

– Держите у себя шпионов?

– А у кого их нет?

– Тогда что дальше?

– Не знаю. Ход мыслей этого человека понять сложно, и мне такое совсем не нравится.

Задумался, раскручивая разные варианты. Оценивающе посмотрел на Дорана, сощурился и кивнул собственным мыслям.

– Хорошо. Сделаем вот что: пройдете обследования, получите статус. Обследования процесс долгий, придется задержаться на пару-тройку дней. Если нужно, затянем до недели-двух. Надеюсь, не проблема?

– Нет, я так и предполагал, необходимые распоряжения своим людям оставил. – осторожно добавил. – Кайл говорил, что у них в доме есть для меня комната.

– Обычно все находятся прямо в центре, но, думаю, мои охотники были бы однозначно не против. Сейчас сдадите кровь, пройдете несколько осмотров, а потом вас отвезут. За эти дни я постараюсь по своим каналам что-нибудь выяснить, попробуем перед вашим отъездом назад сообразить какой-нибудь план действий.

– У меня в любом случае будет просьба.

– Какого рода?

– Придумайте что-нибудь для быстрой связи. А то каждый раз мотаться сюда, да и в отсутствие Кайла, как то неудобно.

– Это можно. Найдете под землей толкового техника?

– Есть парочка.

– Думали установить связь и с Карганом?

– Хотя бы попробую.

– Тогда пока движемся в этом направлении.

Кардинал вновь улыбнулся, но на сей раз мягче.

– Знаете, чему я особо рад? И вы, и Кайл тогда верно истолковали мои слова. Вот он результат, передо мной. Похвально.

– Сложно было истолковать не верно. – Доран задумался, потом продолжил. – Кайл и весь его отряд – единственная семья, которая у меня когда-либо была. Еще и Хайр. Да, я прекрасно понимаю, что при желании этим можно попытаться воспользоваться. Однако ж, надеюсь, что в состоянии его оградить.

– Я понимаю. И действительно благодарен, что вы так относитесь к моим охотникам. Их жизнь, увы, не из простых, как бы ни казалось. Так что верные друзья очень нужны.

Зальер нажал на кнопку аппарата связи на столе. В кабинет вошли Александро и еще один вампир в белом исследовательском халате. Кардинал снова протянул Дорану руку, прощаясь.

– Найт проводит вас в лаборатории. Дальше прошу слушать его, как руководителя всеми вашими исследованиями.

– Постараюсь. Надеюсь, вы не планируете сделать из меня подопытного, затыканного иглами.

– Обычно в таком нужды не возникает.

– Любите вы вампиры слово «обычно». – едва слышно проворчал Доран.

Когда за ним закрылась дверь, кардинал остался с помощником. Тот ждал распоряжений, не торопил и не дергал. Зальер скрестил руки и остановился у окна, смотря с высоты своего кабинета на Новый Вавилон. Город, который он клялся защищать. Думал.

– Александро, – позвал кардинал тихо. – я бы очень хотел встретиться с твоим отцом.

Глава 14

– Нужно объехать.

Четверо вампиров повернулись к Ру, не до конца понимая, что именно он имел в виду. Великан размял шею. Он нервничал, предлагая свои идеи, хоть каждый из отряда всегда воспринимал его всерьез.

– Если щит над горой, а мы не можем его сломать и пролезть, нужно попробовать объехать гору и посмотреть, сколько места он занимает.

– Попытаться пролезть с тыла? – подхватил мысль Кайл.

Ру согласно закивал, а Кайл задумался.

– Гора большая, сегодня уже не поедем, в ночь не стоит. Готовьтесь все на завтрашнее утро.

– Как объясним? – поинтересовалась Байшу.

– Мы не обязаны ничего объяснять, но если что – едем осматривать окрестности на предмет поиска следов нападений на отряды.

Кайл взглянул на часы, оценивая, сколько времени они уже потратили за этот день на расследование и могут ли они успеть еще хоть что-то. Он понимал – они устали, все. Дорога была тяжелой, но отдыха пока не предвиделось.

– Сейчас отдых, а позже выйдем еще раз. Если все то, что сказал Рен – правда, то ночами здесь происходят очень странные вещи.

Восстановив силы насколько такое в целом было возможно за несколько часов, вампиры выдвинулись к магистрату. Солнце почти полностью скрылось, оставив после себя краткие яркие всполохи вдоль горизонта. Приближение ночи само было для вампиров благостью, дававшей большее ощущение внутренней свободы, чем мог любой сон. И без того казавшийся пустым город к ночи и вовсе опустел. Вымер.

Рен с Жаном как раз покидали магистрат, когда встретились с вампирами.

– Думал, сегодня больше не увидимся. – глава солярсов насторожился.

– Мы тоже так думали. – по тону Кайла невозможно было прочесть, недоволен ли он сложившимися обстоятельствами.

– Удалось вам что-то узнать?

– Кое – что. Вопросов, правда, еще очень много осталось.

– Например?

– Например, вы обещали нам тела.

– Я помню. Привезти еще не успели.

– Так далеко ехать? – Ивар растянулся в привычной улыбке.

Рен нахмурился и едва заметно придержал за руку Жана, уже подобравшегося для битвы. Ивар умел ненавязчиво выводить всех из равновесия.

– Скорее в целом затруднительно.

– Оставим пока. – вставил Кайл. – Надеюсь, сможем осмотреть как можно скорее. У меня все равно есть несколько вопросов.

– Я все равно собирался уходить. Пройдемся и спросите, что хотите.

Рен запер двери магистрата. Удивительно, что глава города делал это сам.

– Что у вас с охраной? – тем временем спрашивал Кайл.

– В каком смысле? – вмешался Жан. Напрягся, понимая, что разговор зашел о зоне его ответственности.

– Пока мы бродили днем – не встретили практически никого. От силы пара дозорных на стене, и тех почти не видно. У вас за стенами дикие бродят, да и внутри тоже, как вы утверждаете. Такое чувство, что никто этим не обеспокоен.

– Стража, если вы о ней, город внутри не патрулирует. Только всех пугать лишний раз. Наблюдать за дикими по ту сторону проще не со стены сверху, а прямо из нее. Эта стена выстроена сама как огромный закрытый тоннель, чтобы можно было свободно перемещаться внутри. Но моим подчиненным будет приятно услышать, что они столь хороши, раз даже опытные охотники их не заметили.

Рен с долей укоризны обернулся на Жана, но ответить ничего не успел. Они все успели отойти от магистрата на несколько десятков метров, до смежной улицы, когда глухой рык заставил насторожиться. Вампиры тотчас обернулись на звук, сопровождавшийся новым. Режущий слух скрежет когтей по камню, еще один рык. Из-за дома показался дикий. Клинки Кайла и Байшу тотчас взлетели в сторону твари. Привычка сначала разобраться с угрозой, а затем с причинами дала о себе знать. Ивар и Ру предусмотрительно обернулись. Вторая тварь приближалась со спины. Марин, оказавшись в центре импровизированного круга, достала небольшой компьютер, который всегда носила с собой. Пыталась просканировать местность и разузнать, есть ли поблизости еще твари. Вампиры терпеливо ждали, пока твари двигались все ближе. Благо медленно, не рискуя бросаться вперед.

– Других не вижу. – фраза, определявшая стратегию дальнейших действий, сразу же озвученную Кайлом:

– Ру, меняйся с Байшу. – секундные движения, и вот уже великан стоял бок о бок с капитаном.

– Щит. – Кайл кивнул на солярсов и Марин, а Ру тут же исполнил.

– Ивар, следи.

– Есть.

– Бай, – Кайл поудобнее перехватил клинок. – вперед.

Двое охотников едва различимыми силуэтами синхронно прыгнули к противникам. Те, почуяв угрозу, побежали навстречу, рыча и скаля пасти. Байшу раскрутила клинок, срезая потянувшуюся к ней когда-то человеческую руку и тут же уходя в сторону. Перепрыгнула через накренившееся тело, обрубила вторую конечность. Завывания твари разбились ударом о камни. Кровь из проломленной морды струйками потекла к ногам. Дикий засучил задними конечностями, пытаясь оттолкнуться, но Байшу уже ломала клинком пластины на спине, удар за ударом. Только измененное мутацией тело поддавалось с трудом. Кайл делал со вторым диким тоже самое. В отличие от Байшу первым делом он срезал твари часть шеи. Дальше привычно действовал голыми руками, резкими движениями отдирая пластины с хребта. Вампиры измазались в крови, добивая тварей и настороженно вслушиваясь. Ивар подошел к Кайлу, осматривая тело твари. Выглядел дикий странно, бледнее встречавшихся ранее, крупнее и гораздо менее человечно. На кончиках пальцев экзорциста заплясали искры, привлекая внимание солярсов. Ивар повел ладонью по телу, начиная с головы и вниз, к пояснице. Нахмурился.

– Эти на вас напали?

– Очевидно. – ответил подошедший ближе Рен. – Хотя они все одинаковые в темноте, а в морды я не всматривался. – Обернулся к подчиненному. – Жан, собери своих, тела нужно убрать.

Все это время молчавший Жан точно также тихо исчез. Ивар все продолжал осматривать тела, теперь уже обратив внимание на тварь, убитую Байшу.

– Этот – другой.

– Что не так? – насторожился Кайл.

– Дикие – люди. Изменившиеся, мутировавшие, но люди. Ощущаются, как люди. А этот не человек. – Ивар бросил быстрый взгляд на Рена. – Я бы решил, что солярс.

Рен старался не подавать виду, что слова вампира хоть как-то его обеспокоили. Не слишком успешно. Поджал губы, сильнее выпрямил спину, выдавая попытку собираться. Сжал кулаки.

– Возможно, вы и правы. Если так, то все еще хуже, чем я мог думать.

– Почему? – Кайл подобрался к главе города вплотную.

– Ни одного обратившегося солярса не должно быть в живых.

– Вы что, и раньше таких видели?

– И убили каждого, сами. Я так думал. Но, выходит, либо их кто-то прячет, либо происходит еще какая-то чертовщина.

Жан вернулся с десятком солярсов, тащивших за собой тележку. Опасливо оглядывались, пытаясь как можно быстрее отвести глаза от вампиров, покрытых кровью. Пока Ру помогал грузить тела диких в тележку, Кайл отозвал остальную группу.

– Меняем план на завтра. Ру и Марин поедут на фургоне посмотрят на эту гору с внешней стороны, Ивар – с внутренней. По городу пройдешься, поизучаешь. Я побеседую с этим Жаном и всей городской охраной. Бай – побудешь немного личным телохранителем Рена.

Ивар вздернул бровь.

– Уверен?

– Считаешь, ошибаюсь?

– Считаю, опасно одной.

– Двое много. – качнула головой Байшу. – Одна я и без того подозрительно. Разделимся, может быстрее закончим.

– Я тебе передатчик для экстренной связи сделаю. -оживилась Марин.

Ивар неохотно кивнул. Он прекрасно понимал, что лежит в основе решения Кайла приставить Байшу в качестве подобия личной охраны к Рену. И дело было уж точно не в необходимости защитить лидера солярсов, хотя его смерть вполне могла стать несмываемым пятном на репутации отряда и Инквизиции в целом. Все же в первую очередь Кайл надеялся получить сведения. Все же беспокойство внутри не желало униматься, но он не стал оспаривать решений капитана. Сам же Кайл вернулся к Рену, поставить в известность.

– Байшу будет вашим телохранителем, пока мы в городе.

– У меня есть охрана.

– Как мы выяснили только что – недостаточная. Мне же абсолютно не улыбается стать капитаном отряда, допустившего смерть лидера солярсов прямо перед обновлением договора.

Рен склонил голову, осматривая Башу. По губам скользнула быстрая ухмылка.

– Вам скучно будет сидеть со мной весь день, пока я работаю.

– Не самая сложная часть работы.

– Я все же хотел бы осмотреть тела завтра. Все. – вернул к себе внимание Кайл.

– Завтра доставим. А сейчас я бы очень хотел попасть домой.

– Мы проводим.

До дома Рена шли молча, сопровождая телегу впереди. Примерно через полчаса неспешного хода, почти дойдя до горы, Рен остановился, отправив Жана и остальных солярсов вперед. Показал на неприметный, но аккуратный двухэтажный дом.

– Мне сюда, а вам, думаю, тоже не мешает отдохнуть. Длинный день.

– А они куда? – показал Ивар на удалявшихся солярсов.

– К доктору, изучит, даст отчет.

– Что за доктор?

– Давайте не сегодня. Хорошей вам ночи.

Рен скрылся в дверях дома, давая однозначно понять, что любые разговоры на сегодня закончены.

– Не знаю как вы, а я отмываться. – Кайл поднес ладонь к лицу и поморщился. – Кровь тварей пахнет отвратительно.

Байшу чуть задержала Ивара, странно молчаливого и задумчивого, подхватила вампира под руку.

– Все в порядке?

– Нет. Многовато непонятных событий за один день.

– Разберемся.

Ивар рассеянно сжал ладонь вампирши, поднес к губам.

– Будь осторожна одна, ладно? Предчувствие не хорошее.

– Всегда.

Вампирша подтянулась повыше, поцеловала Ивара в щеку. Тот повернул голову, ловя ее губы. Целовал долго, размеренно, растягивая удовольствие. Обнял, прижимая как можно ближе. И не отпускал, пока не оставил утром у магистрата.

Рен уже находился в своем кабинете, разбирал бумаги за столом. Байшу впервые видела, чтобы глава солярсов носил очки. Не поднимая головы, произнес вместо приветствия:

– Нам нужно караван отправлять через две недели, работы тьма. Поэтому уж простите, но развлекать мне вас нечем. Почитать можете, если хотите.

– Я разберусь, не переживайте.

Байшу положила меч на столик около дивана для гостей, начала рассматривать тома на полках. Спиной чувствовала, как Рен наблюдал за ее движениями, пока не выбрала наиболее интересную книгу. История эпохи первых чудовищ и мирного договора. Села на диван, подогнув под себя ноги, начала читать. Не заметила, сколько времени прошло, когда Рен спросил:

– Вы ели?

Байшу удивленно подняла брови.

– Вы о вашей еде или о крови?

– Обо всем. Пообедаете со мной?

– Я же теперь телохранитель. Можно и не спрашивать.

– Не хотелось бы быть невежливым. Вы все же моя гостья.

Выглянул за дверь, отдал несколько распоряжений. Сел в кресло напротив Байшу, положил очки на оставленную ей рядом книгу.

– На самом деле, не уверен, что есть хоть какой-то смысл охранять меня днем. Нападали дикие всегда ночью, я уже говорил.

– Потребуется, и ночью буду.

– Ваши друзья, боюсь, не оценят.

– Можем поселить вас к нам. Под присмотром, в доме полном вампиров вас точно не достанут.

– Нет уж, спасибо. Мне приятнее спать в своей кровати.

В дверь постучали. Рен вышел и сразу же вернулся с небольшой тележкой. Поставил перед вампиршей тарелку, от которой шел пар и приятный запах тушеных овощей с мясом. Налил из графина в стаканы сок, разложил приборы. Байшу же рассматривала составляющее рагу: картофель, морковь, даже свекла.

– Где вы все это выращиваете?

Рен усмехнулся.

– Дайте угадаю – ваша небольшая разведка по Каргану не увенчалась успехом?

– Почему же? Стало отчетливо ясно, что очень многое вы старательно прячете.

– У всех есть секреты, госпожа Аробайн. Неужто вы считаете, что я просто так их все раскрою?

– Вовсе нет, господин Аберайт. Но я умею ждать. Вампиры – народ терпеливый.

– Не всегда. – качнул головой Рен, отправляя в рот кусочек рагу и кивая на книгу, которую Байшу положила на стол.

– Почему ваш народ обосновался здесь? – в ответ спросила Байшу.

– Подальше от людей, которые с самого начала эры первых чудовищ не могли принять, что кому-то нет необходимости прятаться под землей. Горы тоже не последний фактор, от диких нужно было как-то прятаться, а первых солярсов было едва ли больше, чем сейчас. Каких-то иных природных укреплений, пещер или еще хоть чего-то, что облегчило бы всем жизнь, ближе к Удуру не нашлось. Да и перый лидер солярсов был весьма неординарным человеком, так что все причины известны были лишь ему. А почему вы, вампиры, не ушли куда подальше?

– Королева Брина очень любила свой дворец.

– Всего-то?

Байшу пожала плечами.

– Мы привыкли прятаться на виду. Сотни лет так существовали. Королевский дворец всегда был фамильным поместьем, поэтому когда был подписан договор, королева Брина отдала приказ восстановить его и всем вампирам обосноваться поблизости. Так и зародился Вавилон.

– Почему Вавилон и инквизиция?

– Уж точно не как дань уважения истории. Скорее наоборот, чтобы людей позлить.

Заметив, что Байшу так и не притронулась к еде, Рен покачал головой.

– Я не собираюсь вас травить. Не овощным рагу, в самом деле.

– Почему вы обратились к нам за помощью?

– Вы знали, что Карган построен благодаря вампирам?

– Впервые слышу.

– Об этом не распространяются. Не в историях людей, да и не в ваших. Еще до того, как был заключен договор, часть вампиров отправилась с солярсами сюда. Сама подумайте, что могла в те времена сделать мелкая кучка бывших людей, еще толком не осознающих своего места в мире, не имеющих дома и распрощавшихся с половиной своих родных? Люди так и вовсе хотели истребить нас, чтобы не множить диких. Вампиры возвели эти стены. Подозреваю, чтобы спрятать. Только через несколько лет на нашей земле, удобренной нашей же кровью, взошли первые плоды. Люди приутихли, но так и не извинились. Для них мы всегда были и останемся выродками. Полезными, да, но все же выродками. Удивительно, но отношения с вампирами у нас всегда были не в пример лучше. Даже поговаривают, что ваша королева Брина и наш первый лидер были друзьями, если не больше.

– Наш первый кардинал был ее мужем.

– Муж не значит возлюбленный. Да и времена тогда были тяжелые. Кому-то было нужно пожертвовать собой, чтобы восстановить жизнь народов. Видимо, только им и хватило на то смелости.

– Вы что же, решили воздать дань уважения отношениям наших предков?

– Решил, что ничего не происходит в мире случайно. Я уже успел натворить дел, хотя бы свой народ буду защищать правильно. Из меня был бы отвратительный лидер, если бы я не мог признавать ошибки и просить помощи, когда это правда нужно.

Они промолчали, пока Байшу пристально изучала Рена.

– Что? – наконец, спросил он.

– Говорите также, как мой брат.

– Значит, он тоже хороший лидер. И давайте уже наконец на «ты», Байшу.

– Хороший. – Байшу заинтересованно подалась вперед. – Так каких дел ты, Рен, успел натворить?

– Поверил тем, кому не следовало.

– И все?

– Мало?

– Хотелось бы подробностей.

Улыбнулся, наклоняясь чуть ближе.

– Ты красивая, знаешь?

– Знаю. Флирт не поможет уйти от темы.

– Знаю. Не мог не попытаться.

В двери постучали, и в кабинет зашел Барнс. Изумился весьма интригующей картине вампирши и солярса, застывших в нескольких сантиметрах друг от друга.

– Да, Барнс? Ты что-то хотел? – Рен даже не повернулся, все еще пристально рассматривая Байшу.

– Я могу позже зайти.

– Не стоит. – ответила вампирша, точно также не отрывая взгляда от лидера солярсов. – Тела привезли?

– Как вы?

– Чувствую. Гнилью от вас пахнет. – вытащила из кармана куртки наушник, вставила в ухо, постучала. – Кайл? Где ты?

В наушнике затрещало, и капитан ответил.

– В городе, с Жаном. Нужен?

– Тела привезли.

– Буду в течение часа. Ивара заберу.

Байшу убрала наушник, и наконец подцепила вилкой кусочек уже немного остывшего рагу.

– Значит, подождём час.

Рен рассмеялся, расплылся в довольной улыбке и повторил действия Байшу.

– Иди, Барнс. А мы закончим обед.

Глава 15

– Нужно объехать.

Четверо вампиров повернулись к Ру, не до конца понимая, что именно он имел в виду. Великан размял шею. Он нервничал, предлагая свои идеи, хоть каждый из отряда всегда воспринимал его всерьез.

– Если щит над горой, а мы не можем его сломать и пролезть, нужно попробовать объехать гору и посмотреть, сколько места он занимает.

– Попытаться пролезть с тыла? – подхватил мысль Кайл.

Ру согласно закивал, а Кайл задумался.

– Гора большая, сегодня уже не поедем, в ночь не стоит. Готовьтесь все на завтрашнее утро.

– Как объясним? – поинтересовалась Байшу.

– Мы не обязаны ничего объяснять, но если что – едем осматривать окрестности на предмет поиска следов нападений на отряды.

Кайл взглянул на часы, оценивая, сколько времени они уже потратили за этот день на расследование и могут ли они успеть еще хоть что-то. Он понимал – они устали, все. Дорога была тяжелой, но отдыха пока не предвиделось.

– Сейчас отдых, а позже выйдем еще раз. Если все то, что сказал Рен – правда, то ночами здесь происходят очень странные вещи.

Восстановив силы насколько такое в целом было возможно за несколько часов, вампиры выдвинулись к магистрату. Солнце почти полностью скрылось, оставив после себя краткие яркие всполохи вдоль горизонта. Приближение ночи само было для вампиров благостью, дававшей большее ощущение внутренней свободы, чем мог любой сон. И без того казавшийся пустым город к ночи и вовсе опустел. Вымер.

Рен с Жаном как раз покидали магистрат, когда встретились с вампирами.

– Думал, сегодня больше не увидимся. – глава солярсов насторожился.

– Мы тоже так думали. – по тону Кайла невозможно было прочесть, недоволен ли он сложившимися обстоятельствами.

– Удалось вам что-то узнать?

– Кое – что. Вопросов, правда, еще очень много осталось.

– Например?

– Например, вы обещали нам тела.

– Я помню. Привезти еще не успели.

– Так далеко ехать? – Ивар растянулся в привычной улыбке.

Рен нахмурился и едва заметно придержал за руку Жана, уже подобравшегося для битвы. Ивар умел ненавязчиво выводить всех из равновесия.

– Скорее в целом затруднительно.

– Оставим пока. – вставил Кайл. – Надеюсь, сможем осмотреть как можно скорее. У меня все равно есть несколько вопросов.

– Я все равно собирался уходить. Пройдемся и спросите, что хотите.

Рен запер двери магистрата. Удивительно, что глава города делал это сам.

– Что у вас с охраной? – тем временем спрашивал Кайл.

– В каком смысле? – вмешался Жан. Напрягся, понимая, что разговор зашел о зоне его ответственности.

– Пока мы бродили днем – не встретили практически никого. От силы пара дозорных на стене, и тех почти не видно. У вас за стенами дикие бродят, да и внутри тоже, как вы утверждаете. Такое чувство, что никто этим не обеспокоен.

– Стража, если вы о ней, город внутри не патрулирует. Только всех пугать лишний раз. Наблюдать за дикими по ту сторону проще не со стены сверху, а прямо из нее. Эта стена выстроена сама как огромный закрытый тоннель, чтобы можно было свободно перемещаться внутри. Но моим подчиненным будет приятно услышать, что они столь хороши, раз даже опытные охотники их не заметили.

Рен с долей укоризны обернулся на Жана, но ответить ничего не успел. Они все успели отойти от магистрата на несколько десятков метров, до смежной улицы, когда глухой рык заставил насторожиться. Вампиры тотчас обернулись на звук, сопровождавшийся новым. Режущий слух скрежет когтей по камню, еще один рык. Из-за дома показался дикий. Клинки Кайла и Байшу тотчас взлетели в сторону твари. Привычка сначала разобраться с угрозой, а затем с причинами дала о себе знать. Ивар и Ру предусмотрительно обернулись. Вторая тварь приближалась со спины. Марин, оказавшись в центре импровизированного круга, достала небольшой компьютер, который всегда носила с собой. Пыталась просканировать местность и разузнать, есть ли поблизости еще твари. Вампиры терпеливо ждали, пока твари двигались все ближе. Благо медленно, не рискуя бросаться вперед.

– Других не вижу. – фраза, определявшая стратегию дальнейших действий, сразу же озвученную Кайлом:

– Ру, меняйся с Байшу. – секундные движения, и вот уже великан стоял бок о бок с капитаном.

– Щит. – Кайл кивнул на солярсов и Марин, а Ру тут же исполнил.

– Ивар, следи.

– Есть.

– Бай, – Кайл поудобнее перехватил клинок. – вперед.

Двое охотников едва различимыми силуэтами синхронно прыгнули к противникам. Те, почуяв угрозу, побежали навстречу, рыча и скаля пасти. Байшу раскрутила клинок, срезая потянувшуюся к ней когда-то человеческую руку и тут же уходя в сторону. Перепрыгнула через накренившееся тело, обрубила вторую конечность. Завывания твари разбились ударом о камни. Кровь из проломленной морды струйками потекла к ногам. Дикий засучил задними конечностями, пытаясь оттолкнуться, но Байшу уже ломала клинком пластины на спине, удар за ударом. Только измененное мутацией тело поддавалось с трудом. Кайл делал со вторым диким тоже самое. В отличие от Байшу первым делом он срезал твари часть шеи. Дальше привычно действовал голыми руками, резкими движениями отдирая пластины с хребта. Вампиры измазались в крови, добивая тварей и настороженно вслушиваясь. Ивар подошел к Кайлу, осматривая тело твари. Выглядел дикий странно, бледнее встречавшихся ранее, крупнее и гораздо менее человечно. На кончиках пальцев экзорциста заплясали искры, привлекая внимание солярсов. Ивар повел ладонью по телу, начиная с головы и вниз, к пояснице. Нахмурился.

– Эти на вас напали?

– Очевидно. – ответил подошедший ближе Рен. – Хотя они все одинаковые в темноте, а в морды я не всматривался. – Обернулся к подчиненному. – Жан, собери своих, тела нужно убрать.

Все это время молчавший Жан точно также тихо исчез. Ивар все продолжал осматривать тела, теперь уже обратив внимание на тварь, убитую Байшу.

– Этот – другой.

– Что не так? – насторожился Кайл.

– Дикие – люди. Изменившиеся, мутировавшие, но люди. Ощущаются, как люди. А этот не человек. – Ивар бросил быстрый взгляд на Рена. – Я бы решил, что солярс.

Рен старался не подавать виду, что слова вампира хоть как-то его обеспокоили. Не слишком успешно. Поджал губы, сильнее выпрямил спину, выдавая попытку собираться. Сжал кулаки.

– Возможно, вы и правы. Если так, то все еще хуже, чем я мог думать.

– Почему? – Кайл подобрался к главе города вплотную.

– Ни одного обратившегося солярса не должно быть в живых.

– Вы что, и раньше таких видели?

– И убили каждого, сами. Я так думал. Но, выходит, либо их кто-то прячет, либо происходит еще какая-то чертовщина.

Жан вернулся с десятком солярсов, тащивших за собой тележку. Опасливо оглядывались, пытаясь как можно быстрее отвести глаза от вампиров, покрытых кровью. Пока Ру помогал грузить тела диких в тележку, Кайл отозвал остальную группу.

– Меняем план на завтра. Ру и Марин поедут на фургоне посмотрят на эту гору с внешней стороны, Ивар – с внутренней. По городу пройдешься, поизучаешь. Я побеседую с этим Жаном и всей городской охраной. Бай – побудешь немного личным телохранителем Рена.

Ивар вздернул бровь.

– Уверен?

– Считаешь, ошибаюсь?

– Считаю, опасно одной.

– Двое много. – качнула головой Байшу. – Одна я и без того подозрительно. Разделимся, может быстрее закончим.

– Я тебе передатчик для экстренной связи сделаю. -оживилась Марин.

Ивар неохотно кивнул. Он прекрасно понимал, что лежит в основе решения Кайла приставить Байшу в качестве подобия личной охраны к Рену. И дело было уж точно не в необходимости защитить лидера солярсов, хотя его смерть вполне могла стать несмываемым пятном на репутации отряда и Инквизиции в целом. Все же в первую очередь Кайл надеялся получить сведения. Все же беспокойство внутри не желало униматься, но он не стал оспаривать решений капитана. Сам же Кайл вернулся к Рену, поставить в известность.

– Байшу будет вашим телохранителем, пока мы в городе.

– У меня есть охрана.

– Как мы выяснили только что – недостаточная. Мне же абсолютно не улыбается стать капитаном отряда, допустившего смерть лидера солярсов прямо перед обновлением договора.

Рен склонил голову, осматривая Башу. По губам скользнула быстрая ухмылка.

– Вам скучно будет сидеть со мной весь день, пока я работаю.

– Не самая сложная часть работы.

– Я все же хотел бы осмотреть тела завтра. Все. – вернул к себе внимание Кайл.

– Завтра доставим. А сейчас я бы очень хотел попасть домой.

– Мы проводим.

До дома Рена шли молча, сопровождая телегу впереди. Примерно через полчаса неспешного хода, почти дойдя до горы, Рен остановился, отправив Жана и остальных солярсов вперед. Показал на неприметный, но аккуратный двухэтажный дом.

– Мне сюда, а вам, думаю, тоже не мешает отдохнуть. Длинный день.

– А они куда? – показал Ивар на удалявшихся солярсов.

– К доктору, изучит, даст отчет.

– Что за доктор?

– Давайте не сегодня. Хорошей вам ночи.

Рен скрылся в дверях дома, давая однозначно понять, что любые разговоры на сегодня закончены.

– Не знаю как вы, а я отмываться. – Кайл поднес ладонь к лицу и поморщился. – Кровь тварей пахнет отвратительно.

Байшу чуть задержала Ивара, странно молчаливого и задумчивого, подхватила вампира под руку.

– Все в порядке?

– Нет. Многовато непонятных событий за один день.

– Разберемся.

Ивар рассеянно сжал ладонь вампирши, поднес к губам.

– Будь осторожна одна, ладно? Предчувствие не хорошее.

– Всегда.

Вампирша подтянулась повыше, поцеловала Ивара в щеку. Тот повернул голову, ловя ее губы. Целовал долго, размеренно, растягивая удовольствие. Обнял, прижимая как можно ближе. И не отпускал, пока не оставил утром у магистрата.

Рен уже находился в своем кабинете, разбирал бумаги за столом. Байшу впервые видела, чтобы глава солярсов носил очки. Не поднимая головы, произнес вместо приветствия:

– Нам нужно караван отправлять через две недели, работы тьма. Поэтому уж простите, но развлекать мне вас нечем. Почитать можете, если хотите.

– Я разберусь, не переживайте.

Байшу положила меч на столик около дивана для гостей, начала рассматривать тома на полках. Спиной чувствовала, как Рен наблюдал за ее движениями, пока не выбрала наиболее интересную книгу. История эпохи первых чудовищ и мирного договора. Села на диван, подогнув под себя ноги, начала читать. Не заметила, сколько времени прошло, когда Рен спросил:

– Вы ели?

Байшу удивленно подняла брови.

– Вы о вашей еде или о крови?

– Обо всем. Пообедаете со мной?

– Я же теперь телохранитель. Можно и не спрашивать.

– Не хотелось бы быть невежливым. Вы все же моя гостья.

Выглянул за дверь, отдал несколько распоряжений. Сел в кресло напротив Байшу, положил очки на оставленную ей рядом книгу.

– На самом деле, не уверен, что есть хоть какой-то смысл охранять меня днем. Нападали дикие всегда ночью, я уже говорил.

– Потребуется, и ночью буду.

– Ваши друзья, боюсь, не оценят.

– Можем поселить вас к нам. Под присмотром, в доме полном вампиров вас точно не достанут.

– Нет уж, спасибо. Мне приятнее спать в своей кровати.

В дверь постучали. Рен вышел и сразу же вернулся с небольшой тележкой. Поставил перед вампиршей тарелку, от которой шел пар и приятный запах тушеных овощей с мясом. Налил из графина в стаканы сок, разложил приборы. Байшу же рассматривала составляющее рагу: картофель, морковь, даже свекла.

– Где вы все это выращиваете?

Рен усмехнулся.

– Дайте угадаю – ваша небольшая разведка по Каргану не увенчалась успехом?

– Почему же? Стало отчетливо ясно, что очень многое вы старательно прячете.

– У всех есть секреты, госпожа Аробайн. Неужто вы считаете, что я просто так их все раскрою?

– Вовсе нет, господин Аберайт. Но я умею ждать. Вампиры – народ терпеливый.

– Не всегда. – качнул головой Рен, отправляя в рот кусочек рагу и кивая на книгу, которую Байшу положила на стол.

– Почему ваш народ обосновался здесь? – в ответ спросила Байшу.

– Подальше от людей, которые с самого начала эры первых чудовищ не могли принять, что кому-то нет необходимости прятаться под землей. Горы тоже не последний фактор, от диких нужно было как-то прятаться, а первых солярсов было едва ли больше, чем сейчас. Каких-то иных природных укреплений, пещер или еще хоть чего-то, что облегчило бы всем жизнь, ближе к Удуру не нашлось. Да и перый лидер солярсов был весьма неординарным человеком, так что все причины известны были лишь ему. А почему вы, вампиры, не ушли куда подальше?

– Королева Брина очень любила свой дворец.

– Всего-то?

Байшу пожала плечами.

– Мы привыкли прятаться на виду. Сотни лет так существовали. Королевский дворец всегда был фамильным поместьем, поэтому когда был подписан договор, королева Брина отдала приказ восстановить его и всем вампирам обосноваться поблизости. Так и зародился Вавилон.

– Почему Вавилон и инквизиция?

– Уж точно не как дань уважения истории. Скорее наоборот, чтобы людей позлить.

Заметив, что Байшу так и не притронулась к еде, Рен покачал головой.

– Я не собираюсь вас травить. Не овощным рагу, в самом деле.

– Почему вы обратились к нам за помощью?

– Вы знали, что Карган построен благодаря вампирам?

– Впервые слышу.

– Об этом не распространяются. Не в историях людей, да и не в ваших. Еще до того, как был заключен договор, часть вампиров отправилась с солярсами сюда. Сама подумайте, что могла в те времена сделать мелкая кучка бывших людей, еще толком не осознающих своего места в мире, не имеющих дома и распрощавшихся с половиной своих родных? Люди так и вовсе хотели истребить нас, чтобы не множить диких. Вампиры возвели эти стены. Подозреваю, чтобы спрятать. Только через несколько лет на нашей земле, удобренной нашей же кровью, взошли первые плоды. Люди приутихли, но так и не извинились. Для них мы всегда были и останемся выродками. Полезными, да, но все же выродками. Удивительно, но отношения с вампирами у нас всегда были не в пример лучше. Даже поговаривают, что ваша королева Брина и наш первый лидер были друзьями, если не больше.

– Наш первый кардинал был ее мужем.

– Муж не значит возлюбленный. Да и времена тогда были тяжелые. Кому-то было нужно пожертвовать собой, чтобы восстановить жизнь народов. Видимо, только им и хватило на то смелости.

– Вы что же, решили воздать дань уважения отношениям наших предков?

– Решил, что ничего не происходит в мире случайно. Я уже успел натворить дел, хотя бы свой народ буду защищать правильно. Из меня был бы отвратительный лидер, если бы я не мог признавать ошибки и просить помощи, когда это правда нужно.

Они промолчали, пока Байшу пристально изучала Рена.

– Что? – наконец, спросил он.

– Говорите также, как мой брат.

– Значит, он тоже хороший лидер. И давайте уже наконец на «ты», Байшу.

– Хороший. – Байшу заинтересованно подалась вперед. – Так каких дел ты, Рен, успел натворить?

– Поверил тем, кому не следовало.

– И все?

– Мало?

– Хотелось бы подробностей.

Улыбнулся, наклоняясь чуть ближе.

– Ты красивая, знаешь?

– Знаю. Флирт не поможет уйти от темы.

– Знаю. Не мог не попытаться.

В двери постучали, и в кабинет зашел Барнс. Изумился весьма интригующей картине вампирши и солярса, застывших в нескольких сантиметрах друг от друга.

– Да, Барнс? Ты что-то хотел? – Рен даже не повернулся, все еще пристально рассматривая Байшу.

– Я могу позже зайти.

– Не стоит. – ответила вампирша, точно также не отрывая взгляда от лидера солярсов. – Тела привезли?

– Как вы?

– Чувствую. Гнилью от вас пахнет. – вытащила из кармана куртки наушник, вставила в ухо, постучала. – Кайл? Где ты?

В наушнике затрещало, и капитан ответил.

– В городе, с Жаном. Нужен?

– Тела привезли.

– Буду в течение часа. Ивара заберу.

Байшу убрала наушник, и наконец подцепила вилкой кусочек уже немного остывшего рагу.

– Значит, подождём час.

Рен рассмеялся, расплылся в довольной улыбке и повторил действия Байшу.

– Иди, Барнс. А мы закончим обед.

Глава 16

Тишина. Вот то единственное, что сейчас существовало в доме третьего отряда. Доран стоял в коридоре, в который только частично проникал свет из окон. Свет фонарей, освещающих ночь. Процедуры в инквизиции заняли слишком много времени и вытянули огромное количество сил.

Доран не смел двинуться. Он не ощущал себя здесь чужим, но окружающая обстановка совершенно не вязалась с ним, с человеком. Казалось, будто незваный гость вторгался на чужую территорию. Из прихожей вверх уходила лестница, приглашая исследовать комнаты, но Доран прошел мимо, поворачивая в гостиную.

Три дивана расставленные почти полным квадратом друг напротив друга с видом на внутренний двор. Дальше слева сразу начиналась кухня, в которой тихо жужжал холодильник. Единственный признак хоть како-то жизни. Дорану даже грустно стало, что он впервые появился здесь вот так, один. Так и представлял картину совсем иной ситуации. Ивар бы курил у двери в сад и шутил, а Кайл слушал с привычной полуулыбкой. Байшу отвечала бы экзорцисту излюбленными колкостями, Марин тут же ковыряла что-то в своих устройствах, а великан Ру с присущей ему заботой следил бы за всеми.

Семья. Его друзья.

Доран прошел дальше, открыл дверь. Кабинет. Стеллажи книг, расставленные по всем углам коробки с аппаратурой, прямоугольный стол и шесть стульев. Подальше от окон в нише – кресло, точная копия любимого кресла Дорана. Хмыкнул, вышел и поднялся на второй этаж, поочередно открыл двери спален. По каждой сразу можно было узнать хозяина. В конце коридора обнаружил еще одну, вероятно, гостевую. Но толстые темные шторы, скрывающие окна, дополнительный полог над огромной кроватью намекали, что эту спальню приготовили для него. Доран ухмыльнулся, но все же закрыл дверь. Вернулся в соседнюю спальню, Кайла. Здесь было гораздо светлее, но присущий вампиру аскетизм никуда не делся. Никаких украшений, постель исключительно черная. На тумбе около кровати стояла рамка с фотографией, единственной во всей спальне. Третий отряд в полном составе и Доран. Они сделали ее в Удуре в день первого приезда вампиров после обучения. В руке Кайла можно было заметить кинжал, который тогда подарил ему Доран. Вампир обещал носить его с собой на каждую охоту. Очевидно, обещание держал, потому как Доран подарка нигде в пределах видимости не обнаружил.

Желудок заурчал, напоминая, что Доран ничего не ел аж со вчерашнего дня. Вот только он не был уверен, что в доме вампиров найдется хоть что-то пригодное для людей. Однако ж приятно удивился, отыскав в подвале дома ящик с овощами и камеру с мясом. Поднимаясь из подвала, завернул в гараж. Восторженно ахнул от вида стоящего там автомобиля, двух блестящих мотоциклов и нескольких шлемов с совершенно неоднозначными рисунками. Задерживаться не стал, решив вернуться позже, как только успокоит беснующийся уже от голода желудок.

Стоило ему забросить мясо на раскаленную сковороду, как дом оглушил короткий звонок, сопровождавшийся настойчивым стуком в дверь. Доран пытался сообразить, что и как ему ответить нежданному посетителю, почти обнаружившему человека одного в доме вампиров. Облегченно выдохнул, увидев за дверью кардинала Минхара.

– Хорошо устроились? – поинтересовался глава Инквизиции, проходя в дом.

– Немного похозяйничал, как видите. – Доран поспешил назад к плите. – Что вы здесь делаете?

– Решил проверить, все ли в порядке.

– Кардинал Инквизиции лично проверяет как устроился каждый из потенциальных кандидатов?

– Вы не «каждый», сами знаете.

Доран выключил плиту.

– Мяса хотите?

– Откажусь, благодарю.

– А я голодный, уж извините.

Зальер молча прошел к холодильнику, выудил из него банку с кровяным ликером. Открыв, устроился за столом напротив Дорана.

– Знали, кто такие канонники?

– Кто?

– Так мы называем людей, от которых питаются вампиры.

– Это что ж, меня тоже должны будут так называть? Отвратительное название.

– Согласен.

– У Байшу такой есть, Кайл рассказывал.

– Был. Исчез. И еще трое таких же следом.

– Я думал, вы за ними следите.

– Очевидно, не достаточно. К собственному стыду, узнал я об их исчезновении только когда начал сегодня проводить проверку после вашего визита.

– Их всего четверо было? Я думал больше.

– Больше. Всех остальных мы задержали, отправив на внеплановые исследования.

– Дайте угадаю, эти ваши исследования что-то там нашли?

– Пока лишь подозрения. Но кое-что интересное все же есть. В вашей крови.

Доран недоуменно свел брови.

– С моей-то кровью что не так? Только не говорите, что я уже почти умер, из-за того что пришел. Да и вообще, я регулярно кровь сдаю, как все в Удуре, ничего там не было.

– Знаю. Я достал все прошлые ваши исследования, прежде чем прийти сюда. Раньше действительно ничего не было, сейчас – есть. Те же маркеры, что мы нашли у ряда канонников. Вы точно не принимали никаких лекарств, таблеток или что еще там было?

– Ни разу. Вы что, считаете, что меня втихую чем-то накачали?

– На полномасштабную проверку всех, включая вампиров, пивших напрямую людскую кровь, уйдет много времени. До тех пор прошу вас оставаться здесь. Потому что я не исключаю, что всех людей Удура уже какое-то время сознательно травят.

– Тогда мне тем более нужно назад.

Зальер заинтересованно склонил голову, дожидаясь продолжения.

– Если всем нам как-то дают таблетки или что там еще, – Доран сцепил пальцы, отчасти не веря в то, что сам же говорит. – то единственный действенный способ узнать хоть что-то наверняка – спросить самого Алукарда.

– Спросить?

– Именно. Тайком пытаться выяснить – смысла нет. Он и так наверняка знает, что я к вам пришел. И даже не удивился бы, что кто-то доложил о чем мы вообще разговаривали. Да вы и сами так говорили.

– Вы же понимаете, что вернуться сюда вам после такого скорее всего не дадут? Я даже не могу гарантировать, что вы вообще в живых останетесь.

Доран мрачно улыбнулся, перевел взгляд за спину кардинала на диваны в гостиной. Снова мысленно представил картину всех его друзей вместе.

– Все я понимаю. Мне есть ради чего рискнуть.

Невесело усмехнулся.

– Вот зачем он все это устроил.

Кардинал задумался, постучал пальцами по столу.

– Вынудил отправиться сюда, чтобы мы проверили вашу кровь и обнаружили отраву?

– Похоже на то. Знал, что уж мои результаты точно изучит сам кардинал.

– А кардинал со всем, что выяснит, обязан отчитаться королю.

– И если подтвердится догадка о том, что людей, а за ними и вампиров через людскую кровь, травят чем-то специально, то ваш король наверняка не будет сидеть сложа руки.

– Развязывать войну не в наших интересах.

– Я думал, что и Алукард бы не стал. Кажется, сильно ошибся.

– Я говорил, что можно все устроить, чтобы вы побыли здесь подольше. Останетесь на три недели минимум, за это время попытаемся выяснить что сможем от каноников. После посмотрим, но без информации и подготовки к врагу соваться недопустимо. Капитан Криган не простит мне такого риска вашей жизнью.

– Врагу?

– Если все происходящее действительно обстоит так, как мы с вами предполагаем, то да, Алукард Хелс – враг народа вампиров. Не согласны?

Доран задумался. Снова оглядел дом и двор за огромными окнами в пол.

– Хотите настроить против себя вообще всех людей, объявив врагом того, кем они восхищаются по-настоящему? Кого слушают? Знаете, я максимально далек от всего того, что можно считать политикой. Но я – человек, всю жизнь проживший в Удуре. Я помню, как люди голодали, слишком часто. Как такие же дети, каким был и я, умирали просто на улицах. Как ни странно, но за все время, что Алукард руководит Удуром, люди стали жить гораздо лучше. Я ни в коем случае не оправдываю то, что он пытается сделать, если это действительно так. Но война рас на самом деле не нужна никому.

– Боюсь, мы с вами вдвоем не в силах ее остановить.

Доран встал, прошелся по кухне, заглядывая в каждый шкаф. Кардинал внимательно следил за ним, но после четвертого шкафа нетерпеливо спросил:

– Вы что ищете?

– Должно же в этом доме быть вино. Обсуждать грядущую войну и государственные перевороты на трезвую голову занятие отвратительное.

– Тогда найдите и три бокала.

– Три?

Снова раздался звонок, сообщивший о прибытие гостей. Доран на мгновение закатил глаза, прежде чем открыть:

– Кайл мне точно припомнит, что из его дома устроили проходной двор.

– Не припомнит. – произнесла вампирша, обогнув Дорана и проходя прямо на встречу к кардиналу.

– Рад вам видеть, господа Бьергин.

– Вы – мать Ивара? – изумился Доран.

– И доверенное лицо королевской семьи. – пояснил Кардинал.

– Зальер, объясните. Что вы имели в виду, вызвав меня сюда со словами «ваш нынешний муж – государственный изменник»?

– Именно это и значит, госпожа Бьергин. Я почти наверняка уверен, что Максвел Корвальд способствовал покушению на нашего короля и активно поддерживает революционные идеи Алукарда Хелса.

Доран от удивления закашлялся. Обратил внимание на мать Ивара, не выражающую никакого беспокойства. Мелькнула нечаянная догадка, которую он тут же озвучил:

– Вы знали?

– Догадывалась. – сложила руки на груди, склонила голову. – Неужто вы, Зальер, думали, что я просто так вышла замуж за этого придурка?

Кардинал как-то неопределенно хмыкнул.

– Господин Дуэр, – обратился к Дорану. – Думаю, вино где-то в подвале. Я, пожалуй, с вами испробую. Нам всем нужно очень многое обсудить.

Глава 16.1

– Объясните мне вот что. – Рагна сцепила руки перед собой, отодвинув наполовину полный бокал вина. – Как ВЫ пришли к выводам о причастности Максвела?

Она специально сделала акцент на втором слове, приподняв бровь. Словно не веря, что кому-то помимо нее хватило ума и сообразительности сопоставить детали. Доран помалкивал, потому что в тот момент как раз относил себя к числу лиц абсолютно несообразительных. Следил за разворачивающейся перед ним молчаливой борьбой взглядов двух вампиров.

– Сопоставил факты. – не меняя выражения лица, произнес кардинал. – Корвальд ответственен за снаряжение и сопровождение каравана. Исчезновение отряда сопровождения в Каргане – просто самое заметное из всех. И до того некоторые вампиры тоже исчезали, единично. Да и о том, что в Карган я отправил именно третий отряд, знал только мой помощник. И практически сразу Алукард вызвал к себе его. – Кардинал качнул головой в сторону Дорана. – Слишком много казалось бы не связанных совпадений, чтобы просто списывать на случайность. Но у меня тот же встречный вопрос, госпожа Бьергин.

– Вы ведь знаете, что вампиры пропадают уже несколько лет. Не столь массово, как сейчас, но больше, чем можно было бы списать на случайные потери или жертвы диких. И еще. – она постучала ногтями по столу, затем резко отдернула руку и сцепила ладони. – Я получила письмо, еще около трех лет назад. Из Каргана. С предупреждением беречь себя, ведь Солярсы объединились с людьми, чтобы найти способ ввести людей на поверхность.

– Интересно, почему я об этом не знал.

– Пришлось постараться, чтобы скрыть факт его существования.

– Кто автор?

– Не назвался. Но у меня есть определенные догадки. Позвольте, пока оставлю их при себе.

– То есть в подлинности можно не сомневаться?

– Увы.

Она сделала большой глоток, растерла шею и продолжила.

– Тогда мы с ее величеством начали искать следы. Любые, вообще все, что только могло казаться подозрительным. Даже за вами пришлось некоторое время следить, Ваше Темнейшество. Тогда же Максвел встречался по каким-то делам с пятнадцатым отрядом. А затем часть их данных пропала, как и они сами.

Кардинал прищурился, пытаясь вспомнить подробности давних событий.

– Ни один охотник бесследно не пропадает. Значит, признаны умершими. Если я правильно помню, они погибли, а нам тогда доставили только части.

– Мы тоже так сперва думали. Только по настоянию ее величества провели тайно сравнение. Там уже ничего не было от наших вампиров. То были люди. А остатки их крови слишком походили на кровь диких. Мы несколько лет следили, сопоставляли. Схема всегда одна: сначала пропадали медицинские данные, затем вампир. К моменту возвращения вампира в виде останков возвращались и записи. И почти везде так или иначе косвенно мелькал Максвел. Как вы выразились – слишком много совпадений, чтобы считать их случайными.

– И вы решили, что в качестве жены сможете подобраться ближе?

Рагна облизнула губу, вздохнула.

– Что-то вроде. Но даже так пока ничего явного не могу найти. Он будто тщательно что-то ищет, но я не могу понять систему. Не могу понять, что ему нужно.

– Я догадываюсь, что. Вернее, кто. – прошипел Кардинал. Вгляделся в лицо Рагны. – Не поверю, что ваш покойный супруг не рассказывал вам.

Доран молчал, но внимательно наблюдал за вампирами. Видел, как Рагна сначала недоуменно нахмурилась, как брови ее поползли вверх, а глаза расширились от осознания. Как рот чуть приоткрылся, чтобы что-то произнести, но тут же губы сжались. Следом она сжала кулак, сглотнула.

– Вы поэтому имнно их отправили?

– Перестраховался. Оказалось не лишним. Хотя как посмотреть, если Солярсы заодно с людьми…

– Выходит, люди все равно узнали, раз начали действовать более целенаправленно и более дерзко. Только как? Ничего нигде ведь нет, ни единого упоминания.

– У меня нет ответа на этот вопрос.

Рагна спешно поднялась.

– Я должна поговорить с королевой. И как-то объяснить ей, почему столько лет все утаивала.

– Это не ваша тайна, госпожа Бьергин.

– Но мы все же ее храним.

Она только сейчас, казалось, заметила, что в комнате все еще находился Доран. Улыбнулась ему, грустно и даже обреченно.

– Берегите себя, Доран.

Рагна Бьергин ушла, растворившись в ночи также неожиданно, как появилась на пороге дома третьего отряда.

– Я не то чтобы очень хорошо разбираюсь во внутренних делах вашего вампирского двора, – осторожно начал Доран, когда тишина стала слишком давить на виски, – но, кажется, все хуже, чем предполагалось.

– Гораздо. – только и ограничился кардинал.

Доран хмыкнул, протянул собеседнику конверт.

– Что это? – озадаченно поинтересовался кардинал.

– Скоро отправится караван, и вы обещали передать с ним посылку для Кайла. Положите и письмо, уж прошу.

– Прощаетесь с ним?

– Мне придется вернуться в Удур, мы ведь говорили. Пусть через некоторое время, но все же.

– Повторюсь – вы же понимаете, что скорее всего умрете, если уедете?

Доран улыбнулся. Конечно, он понимал, не мог не понимать. Но точно знал, что и отсидеться не сможет.

– Да вы преисполнены веры в лучшее, Ваше Темнейшество.

– Знайте, господин Дуэр. Были б вы вампиром, я бы с радостью принял вас на службу.

– Какой из меня охотник. Я организатор зрелищ, торговец, но не тот, кто сможет защищать мир от чудовищ.

– Не стоит себя недооценивать. Мои вампиры вас уже признали, и, поверьте, не только из-за ваших дружеских отношений с капитаном Криганом.

Кардинал протянул Дорану руку, которую тот тут же пожал.

– Занимательные вещи говорите, Ваше темнейшество. Польщен, но это никак не меняет того, что вернуться мне придется. Мой дом под землей.

– Разве?

– Простите?

– Официально вы теперь – человек одного из моих вампиров. От солнца вас сейчас спасают браслеты, да наш купол. Вы деловой человек, так что уверен, что бизнес свой оставили в надежных руках и он не пропадет. Имеете полное право остаться, хоть на совсем. И я бы советовал именно так и поступить.

Доран подозрительно сощурился.

– Ваше темнейшество, вы знаете что-то, чего не знаю я?

– Всего лишь некоторые догадки, способные объяснить повышенный интерес к вам со стороны господина Хелса. Я более чем уверен, что вы – приманка, чтобы заполучить Кайла. Ваш друг так-то – не просто отличный охотник.

Доран ждал, но кардинал не спешил продолжать. Доран же прищурился, прикусил щеку изнутри, пытаясь сложить все, что услышал чуть раньше.

– Ваше Темнейшество, позвольте-ка сделаю несколько предположений.

Кардинал сощурился, но благосклонно кивнул, призывая говорить. Тогда Доран усмехнулся, отхлебнул из бокала. В момент его лицо приобрело крайне серьезный вид.

– Из того, что я услышал, выходит, что вы и мать Ивара храните секрет, о котором не знают даже в королевской семье. При том, что госпожа Бьергин, как вы сами отметили, доверенное лицо королевской семьи. Значит секрет существенный, скорее даже опасный. Да к тому же давний, раз о нем было известно отцу Ивара, а насколько я помню он пропал уже больше десяти лет как. Если все это сопоставить с реакцией госпожи Бьергин, а еще и с вашими словами обо мне как при манке, то вывод напрашивается один – секрет однозначно связан с Кайлом. И, похоже, Алукарду о нем известно. Или он как минимум догадывается. Вы же нечто подобное предполагали, потому в Карган выслали именно их отряд. А теперь хотите и меня спрятать в Вавилоне.

– Еще спрашиваете, почему я бы взял вас на службу?

– Не подтвердите и не опровергните?

– Скажу лишь, что вы не так уж далеки от истины.

– Подробностей по существу не будет?

– Их даже сам Кайл не знает. И я надеюсь, что все так и останется. Так лучше.

– Если я – приманка, то зачем наводить меня на мысль отправиться сюда? Туда, где по всей логике, я должен бы сидеть в безопасности и прятаться?

– А вот этого я пока не могу понять. Еще одна причина оставить вас тут.

Доран кивнул сам себе, протянул руку.

– Верните письмо. Нужно кое-что переписать. Отдам завтра.

– Мы как раз подготовим посылку в Карган.– улыбнулся кардинал, возвращая конверт.

– Значит, просто сидим и ждем каких-нибудь явных действий? – Доран поднял бокал.

– Почему же просто. Нам нужно придумать, как сохранить вам жизнь. – Кардинал ударил своим бокалом в ответ.

Глава 17

Кайл нажал на наушник, отключая связь. Поправил ножны на спине и обернулся к Жану.

– Давайте продолжим, у нас еще есть около часа.

– Мы были здесь. – махнув рукой, Жан очертил пространство между домами. – Дикие вышли оттуда.

– Все как в прошлые разы?

– Почти. Прошлые разы были ближе к стенам, а здесь практически центр.

– Но при этом вы быстро нашли своих подчиненных, которые, как я понимаю как раз были где-то в районе стены.

– Каждый солярс наизусть знает все проулки города. Здесь можно сократить.

Жан повел Кайла в сторону между домами. Миновав за несколько минут около трех улиц, они вышли к стене и небольшой двери прямо в ней. Кайл осмотрелся, понимая, что сейчас он находился на том же месте, где еще вчера днем проходил со своим отрядом. Сам никогда бы так не прошел, хоть и изучал предоставленную Инквизицией карту часами. Карган походил на один большой лабиринт, в котором можно было заплутать за мгновение. Жан открыл дверь, вошел внутрь стены. Наверх справа уходила винтовая лестница, заканчивавшаяся мостом в обе стороны стены. Слева Кайл обнаружил небольшую кладовую с разнообразным инвентарем: тележки, крюки, лопаты, веревки. Послышались шаги, и по мосту прошлись двое солярсов. Кивнув Жану, проследовали дальше.

– Интересная система. – заметил Кайл.

– Главное – рабочая. По всей стене есть небольшие окна. Лишний раз стараемся не открывать, но при необходимости можно. Дикие по счастью летать не умеют.

Кайл прыжками поднялся по лестнице на мост, оставив Жана внизу. Прошелся вперед до створки, закрывавшей окошко, распахнул и посмотрел наружу. На первый взгляд ничего не происходило, просто природа, дорога, редкая зелень вокруг. Только дикие, снующие вокруг портили картину. Кайл насчитал шестерых, и все они будто проходили у Каргана мимоходом.

– А на стену выход есть? – крикнул Кайл Жану, захлопнув ставни и спрыгивая вниз.

– Дальше. Не думаю, что нам это сейчас важно.

– Не важно, но хотелось бы посмотреть. Позже. Предлагаю вернуться и еще поискать зацепки там же, на месте нападения.

– Сомневаюсь, что мы хоть что-то найдем.

– Все равно попробовать стоит.

Когда вернулись на место, Кайл достал наушник, надавил на нужную кнопку.

– Ивар?

– Здесь, капитан. – раздалось после небольшого треска.

– Можешь быстро добраться до места вчерашнего нападения?

– Скоро буду.

– А где ваш товарищ? – настороженно поинтересовался Жан, стоило Кайлу отключить связь.

– У него своя задача. – только и ответил капитан, принявшись с удвоенной придирчивостью рассматривать каждый сантиметр места вчерашней битвы.

*****

Ивар с самого утра тенью на мотоцикле скользил по городу, подбираясь все ближе к горе. И вот уже около часа почти неподвижно стоял, притаившись за домом так, чтобы отчетливо видеть обнаруженное сооружение – врата, ведущие в гору. Байк оставил за пару кварталов отсюда, когда наткнулся на пару вооруженных солярсов, намекнувших на острую необходимость свалить подальше. Теперь вампир искренне надеясь, что никому не придет в голову позариться на собственность Инквизиции. Сюда добирался на чистых инстинктах, ориентируясь на ощущения чуждой силы. Врата почти походили на те, что отряд обнаружил вчера. Те, что вели к каравану. Только эти врата в горе хоть и пытались припрятать, но охраняли так, словно здесь был королевский дворец. От них разило магией. Такой, что у Ивара начинала кружиться голова. Не удивительно, что у Марин аппаратура сбоила.

Все это время Ивар наблюдал, как туда сюда проходили солярсы. Заметил в их числе Кристин и Барнса, которые следили как другие солярсы выталкивали огромные короба из ворот. Очевидно, поставка для каравана. Вампир сильнее вжался в тень, чтобы не попасться. Пару раз уже подумывал пролезть внутрь этой горы или забросить метку. Впрочем, метку он все же создал. Прикрепил на короб, до которого смог дотянуться из своего укрытия. Пролезть же в гору, скорее всего, не смог бы, слишком явно ощущал щит, возведенный вокруг горы. Если экзорцист что-то и понимал в магии, то этот щит, вероятнее всего, пропускал только солярсов как расу. Проверить бы, только как?

Ивар облизнул губы. Пораскинул, что за все его «сумасшествия» отчитываться Кайлу, и вышел из своего укрытия. Засвистел, размеренно, но нарочито громко, привлекая внимание солярсов. Выражение лица Барнса, заметившего вампира, приобрело такой занимательный и растерянный вид, что Ивару только сильнее захотелось разыграть свой спектакль.

– Ох ты, не ожидал вас встретить! – Ивар радушно заулыбался, приветственно раскинув руки. – А я тут прогуливаюсь, наслаждаюсь красотами вашего города.

Подошел к Барнсу и облокотился на плечо солярса.

– А вы чем тут заняты?

– Не ваше дело. – фыркнул Барнс, сбросив руку вампира.

Ивар манерно надул губы, изображая ярое расстройство.

– Эх вы, Барнс. Я, может, помочь чем мог бы. – стрельнул глазами в сторону ящика. – А то тяжести тут таскаете, надорветесь еще. Возраст все-таки.

– Справимся, не впервой.

– А там что? – Ивар аж подпрыгнул от нетерпения, размашистыми шагами двинувшись прямо к воротам.

– Стой! – Барнс едва успел перехватить вампира за мгновение до того, как по воротам прошло что-то вроде разряда тока.

– Ой ой! Вот так да! Чуть не умер! Какая интересная у вас здесь система. Что это?

– Совсем больной? – едва не рычал Барнс. – Еще немного и…

Замолчал, проследив за молниеносным изменением выражения лица и манеры держаться Ивара. Вампир снисходительно улыбнулся, склонил голову.

– Зато я выяснил, что хотел.

Насвистывая, Ивар пошел прочь. Стоило вампиру выйти из поля зрения солярсов, как наушник заработал, донося голос капитана. По счастью, мотоцикл экзорцист нашел там, где оставил. До Кайла с Жаном добрался быстро. Капитан как раз заинтересованно рассматривал стену дома и решетку в подвал.

– Нашел что-то? – заглянул Кайлу через плечо Ивар.

– Пока что единственное здравое объяснение – твари откуда-то пролезли. Я нашел две решетки в домах по разные стороны и канализационный люк. Посмотри, может что почувствуешь.

– А наш солнечный друг не против? – понизив голос до шепота, Ивар кивнул на наблюдавшего за вампирами Жана.

– Нет.

Пожав плечами, Ивар присел рядом с капитаном,закрыл глаза. По его ладони заскользили фиолетовые искры, соединяясь в круг и подсвечивая татуировки. Искры сорвались с пальцев, проскользнули между решетками, исчезли в темноте. Жан пытался рассмотреть хоть что-нибудь, но ничего не видел. Для Кайла тоже, казалось, не происходило ничего. Сам же Ивар скользил вслед за своими искрами по каждому камню, трещине, заползая в дыры и пространства, растворяясь в подвале дома. Мысленно он объял собственной магией весь дом, проверив все. Искал ощущения, схожие с теми, что вчера испытал у тела дикого. Не находил и следа.

Мотнул головой, подтверждая предположения Кайла о безуспешности их действий. Было б все так просто, не нужны были бы здесь охотники. Капитан кивнул:

– Давай все же остальное проверим.

Со вторым домом ситуация не изменилась. Кайл уже собирался выдвигаться в магистрат к Байшу, как Ивар, проверявший уже последний люк, дернулся, выпрямился, открыл глаза. Пошагал вперед за чем-то, что мог чувствовать лишь он один. Кайла с Жаном не отставали. Солярс хотел было задать вопрос, но Кайл предостерегающе покачал головой.

Первый дом, второй, третий. Ивар сосредоточенно шел все дальше, все глубже заворачивая в сторону городских стен. Вел себя почти как собака, идущая по следу. Пока не уперся в ворота. Те самые, что вели к каравану.

– Ха, мы здесь уже были. – Ивар ударил ладонью по железным ставням.

Кайл нахмурился, поджал губу и обратился к Жану.

– Не откроете?

– Думаете, там дикие сидят? Это ж поезд каравана.

– Вот именно. – вставил Ивар. – Караван выезжает за пределы города, а значит и двери открываются. В открытые двери может войти кто угодно.

Жан больше ничего не говорил. Подошел к воротам, достал ключ и отворил небольшую дверь в одной из створок, пропуская вампиров. Те даже удивились, что обошлось без лишних споров.

Станция каравана представляла собой закрытый со всех сторон стеной полигон, на котором обычно размещался поезд. Напротив вампиров были ворота, точно такие как те, что вели в город. Вдоль стены на креплениях стояли ящики, сейчас пустые. Их должны были заполнить продуктами на поставку, которые будут загружены в караван. Прибытия поезда по графику ожидали через неделю.

– Все, – мотнул головой Ивар. – Больше не чувствую.

– Значит, их все же протащили в город отсюда.

– Как? – Жан пытался разобраться, что ощущали здесь вампиры. Осматривался вокруг, но ничего явного не находил.

– Сомневаюсь, что они пролезли просто в двери. – сложил руки на груди Кайл. – Отряды сопровождения перебили бы сразу же, стоило кого-нибудь заметить. Остается только вариант, что тварей протащили поездом.

– Его должны досматривать при отправке из Вавилона. Мы тоже осматриваем от и до по прибытии. И проверяем каждого. Едет караван из Вавилона без остановок около недели. Как вообще возможно упрятать в поезде голодных и диких тварей?

– Спрятаться там есть где, уж поверьте. Но вот про то, что дикие должны быть голодны – замечание верное. Значит, либо они должны быть снабжены едой.

– Либо спят. – закончил мысль за друга Ивар.

Экзорцист уже понял, к чему именно клонит капитан. В голове формировалась простая цепочка: диких усыпили на нужный период времени. Либо воспользовались магией, либо накачали точно рассчитанной дозой снотворного и так погрузили в караван. В любом случае сделал это кто-то из вампиров, люди бы не стали рисковать попасться при досмотре. Могли, конечно, но Ивар в это не верил. В любом случае кто-то на вампирской стороне точно помогал, иначе быть не могло.

Переглянувшись, оба вампира обратили внимание на притихшего Жана. С каждой секундой размышлений солярс мрачнел все сильнее. Потому что как и вампиры прекрасно понимал: если в Вавилоне кто-то помог диких с поездом отправить, то в Каргане кто-то их получил и спрятал.

То, о чем все только думали, но не произносили вслух, становилось все более очевидным. Среди трех народов расползался заговор, призванный полностью свергнуть существующий порядок.

И пока что никто не знал, как этому помешать.

*****

– Малыш, можешь поднять?

Зардевшийся Ру без усилий поднял Марин на вытянутых руках, помогая ей зацепить датчик на крышу фургона. Еще утром они вдвоем выехали за территорию Каргана, сославшись на необходимость проверки места нападения. Его они, конечно, проверили, предсказуемо не обнаружив ничего особо интересного. Разве что частичные колебания импульсов силы настораживали. Да близость к каравану и рельсам, уходящим вдаль, в Вавилон.

Но их задача на сегодня состояла в другом. Объехать Карган по полному кругу, сколько бы времени это не заняло, и найти все возможные уязвимые, необъяснимые, странные точки. Ру неспешно вел фургон, предусмотрительно поставив на него щит, пока Марин, вооружившись импровизированной картой и показаниями своих приборов, отмечала все, что вызывало у нее хоть каплю сомнения.

Стоило им подъехать ближе к горе, как датчики предсказуемо начали барахлить. Пришлось выбираться из фургона и ставить другой, более мощный. Марин что-то крутила, соединяла, иногда ругалась. Ру настороженно следил за тварью, остановившейся от них в каких-то пятнадцати метрах, но ближе не решавшуюся подойти. Почему-то вампиру думалось, что дикий боялся вовсе не их.

– Бестолку. – прошипела Марин, спрыгивая прямо в руки Ру. – Ничего не работает.

– Щит?

– Да. Мощная зараза.

– Просто поедем дальше?

– У нас не особо много вариантов. Попробуем хотя бы границы обозначить.

На то, чтобы вернуться к главным воротам, у Ру и Марин ушло почти семь часов. Что было очень странно, поскольку сам Карган и прилегающая гора на вид не занимали столь обширных площадей. Но щит с той стороны горы мог бы соперничать в крепости со стеной вокруг города. Вампиры просто не могли проехать, раз за разом упираясь в невидимое препятствие. Марин старательно фиксировала каждый метр, каждый особо сложный поворот. За время своего небольшого путешествия пришлось объезжать и диких, группами расхаживающих вдоль той же границы. Возвращались вампиры изрядно вымотанными. А им еще предстояло отчитаться перед капитаном, да выяснить, удалось ли узнать хоть что-то товарищам.

*****

– Поправьте меня, – Байшу растягивала слова, выдавая некую растерянность, – но, кажется, только убитых вампиров должно быть шестеро. А здесь, – она неопределенно махнула в сторону разложенных на столе частей тела, – в лучшем случае наберется на троих. А еще солярсы должны быть.

– Не все тела нашли и не все вышло сохранить. Своих мы сожгли, уж извините. – пожал плечами Рен, как бы извиняясь. – Я предупреждал, что здесь мало приятного.

– К виду нам не привыкать. – отрезал Кайл. – Но все равно – мерзость.

– Будем собирать, как конструктор? – Ивар, прищурившись, осматривал видимые места повреждений.

Наконец, экзорцист зацепился взглядом за рваный отпечаток зубов на том, что когда-то было ногой. Пошевелил пальцами, пропуская по холодной конечности искры. Недовольно скривился через мгновение. Толку от его манипуляций было не особо много.

– По ощущениям все тоже самое, что в городе. – наконец заключил Ивар, поворачиваясь в Кайлу. – Могу попробовать их вызвать. С частями тел будет сложнее, но попытаемся хоть.

– А смысл? – качнула головой Байшу. – Разодрали, и так видно. Где – знаем. Посмотреть, как дикие выглядели? Не резонно, а ты сил потратишь немерено.

– Но ты же за мной поухаживаешь, пока восстанавливаться буду? – экзорцист довольно улыбнулся и подмигнул ей, краем глаза отметив чуть дернувшегося Рена.

– И не подумаю. – Байшу беззлобно ткнула Ивара в плечо.

– Прекратите оба. – холодно осадил друзей Кайл. Растер задумчиво переносицу и продолжил. – Согласен с Бай, тратить на вызов силы смысла особо нет. И без того убедились, в чем хотели. – помедлив, добавил, уже обратившись к Рену. – Я бы предпочел тела сжечь, лучше всего ночью. А пока что обсудим то, что мы выяснили вместе с Жаном.

Рен обернулся к своему помощнику, все это время молчавшему. Глубокая задумчивость Жана настораживала. Пообещав себе разобраться с этим, Рен ответил:

– В городе сжигать не разрешу, уж извините. Давайте организуем за городом, попрошу Барнса соорудить какой-нибудь постамент или еще что.

– Нам подойдет, – кивнул Кайл, – остальное мы сами.

– Тогда рассказывайте, что такого вы выяснили, что на моем помощнике лица нет.

Кайл кратко пересказал все. К концу рассказа ярость Рена была практически ощутима. Он с такой силой сжимал кулаки, что, казалось, разорвет кожу на ладонях от напряжения.

– Я догадывался, что кто-то мог меня предать. Но до последнего надеялся на обратное.

– Что будете делать? – поинтересовался Кайл.

– Пока – ничего. Первостепенно сейчас отправить караван. А после будет время со всем разбираться.

– Вы же понимаете, что за это время вполне могут снова попытаться вас убить?

Рен кивнул на Байшу.

– А разве не для этого мне охрану определили? – закусил губу, продолжил. – Караван придет через неделю. Если допустим, что диких действительно привезли так, то я бы я не исключал и новую партию.

– Сомнительно. – заключил Ивар. – Более чем уверен, что тем, кому хватает возможностей проворачивать все это, хватает и информации. А значит и о нашем нахождении в Каргане известно. Глупо отправлять диких прямо под нос отряду охотников.

– И все же. Я встречаю и отправляю каждый поезд, в Каргане об этом известно всем. Лучшего момента меня убить придумать трудно. Будем надеяться, у них не получится. Но это не мешает попробовать устроить ловушку. К тому же мы сможем изучить весь поезд. Разберем по винтику, если нужно будет.

– Значит, у нас неделя, чтобы подготовиться к возможной битве, а заодно попробовать выяснить еще что-нибудь. – заключил Кайл.

– Не очень-то много, но лучше, чем ничего. – хмыкнул Ивар. – Осталось проследить, чтобы наша приманка за это время никуда не делась.

– Уж постарайтесь. – усмехнулся Рен, не отрывая взгляда от Байшу, сильнее сжавшей клинок в руке.

Глава 18

По поручению Рена солярсы на скорую руку возвели дощатый помост практически у главных ворот. Рен и Жан попросили разрешения на присутствие, хотя вампиры и не думали запрещать. Любопытным вполне было видно и с городской стены. Вампиры как могли ровно уложили тела, которые все же постарались собрать. Каждый из отряда отдал в дар погибшим немного своей крови. Ивар щелкнулся пальцами, поджигая помост. Все пятеро вампиров преклонили колени в дань уважения смерти своих товарищей. Ночь приняла своих детей, сверкнув звездами на небе. Раскрыла прохладным ветром ласковые объятия для павших. Отгоревала обрушившимся дождем, размывая пепел. На месте помоста осталось выжженное пятно, на которое и вампиры, и солярсы смотрели с долей восторженной грусти.

Рен смотрел на все еще поднимавшиеся струйки пара. Обратился то ли к самому себе, то ли к стоящей рядом Байшу.

– Странно осознавать, что все мы вот так запросто можем в любой момент погибнуть, тебе не кажется?

Вампирша неопределенно пожала плечами.

– Мы так и живем. Охотники всегда должны быть готовы к смерти.

– Не только вы.

– Я провожу. – тихо проговорила Байшу.

– Жан проводит. – возразил было Рен.

– Не мешай мне делать мою работу.

Рен усмехнулся, показал рукой в сторону дома, приглашая вампиршу идти. Она коротко махнула друзьям, а Ивар едва заметно свел брови от недовольства.

– Красивая церемония. – произнес Рен, когда они с Байшу отошли на достаточное расстояние.

– Лучшее, что мы могли придумать в текущих обстоятельствах. Детей Ночи нужно провожать достойно. Смерть все же последнее, что у нас есть.

– Или единственное.

Рен произнес это едва слышно, но Байшу насторожилась. Хотела спросить, промолчала. Дальше они шли молча. На пороге собственного дома Рен развернулся к вампирше, осторожно, но стремительно поднес ее пальцы к губам и точно также за мгновение опустил.

– Спокойной ночи, Байшу.

Не дожидаясь ответного пожелания, запер двери. Байшу постояла у двери еще минуту, а затем вернулась домой.

Так началась отведенная до прибытия каравана неделя, каждую минуту которой было решено потратить на приготовления.

Кайл, Ивар и Байшу внимательно выслушали доклад Ру и Марин, вдоль и поперек изучили получившуюся карту. По всему выходило, что щит не просто полностью накрывал гору, но и участок за ней размером примерно с половину Каргана. Природа создавшей заслон магии оставалась неизвестной. Эту часть загадок солярсов решено было отложить, пока не разберутся с куда более насущной. Отряд мало верил, что с караваном прибудет хоть одна тварь, но рисковать не решились.

Ивар постоянно крутился вокруг станции каравана, расставляя ловушки. И с каждым днем мрачнел все сильнее, что настораживало его друзей. То ли дело было в магии, что забирала его силы, то ли в том, что он практически перестал видеть Байшу. Еще никогда за все их совместно проведенные годы Ивар не чувствовал того, что слишком походило на ревность. Чувство, на которое он не имел ни малейших прав. Ведь сам ей обещал. Оттого топил себя в работе, на совесть запечатав каждый шаг на станции так, что без ведома вампира не могла проскочить даже мелкая мушка.

Кайл намертво прилип к Жану, проводя на стенах и внутри них все дни. Искал любые переходы, коридоры, изучал стены и внутренние переходы вокруг станции.

Байшу каждое утро встречала Рена у дверей его дома, весь день ходила хвостом и в конце дня провожала. Проверяла дом и уходила только после того, как глава солярсов запирал за ней дверь на все замки. Подчиненных Рена такой надзор порядком выводил их себя. Сам же Рен, казалось, только веселился. За пару дней они с Байшу достигли некоего компромисса, и вампирша понемногу вникала в суть управления Карганом, оставаясь практически незаметной и не особо отвлекая главу от работы. Только ловила задумчивые и заинтересованные взгляды Рена, но старалась не придавать им значения. А еще неизменно читала все, что попадалось об истории солярсов и времен первых чудовищ, находя значительное количество отличий от известной ей версии истории.

Когда наступил срок, караван вампиры дожидались в полной готовности, будто собирались на войну.

Марин развесила по станции датчики, работающие на магии Ивара. Стоило ему подумать, как ударная волна тока в случае опасности должна была если не сжечь, то обездвижить каждого. Над воротами с каждой из сторон натянули сети, снабженные острыми кольями. По низу пустили точно такие же цепи с шипами да с фитилями. Каждый из вампиров и встречавших с ними караван солярсов помимо прочего был вооружен. По настоянию Кайла даже Рен взял несколько кинжалов, надежно закрепленных теперь у него на поясе.

Когда за поездом закрыли внешние ворота, первыми из него выскочили вампиры группы патрульного сопровождения. К удивлению третьего отряда следом из каравана показался седьмой отряд. Возглавлявший их Луис потянулся, взъерошил рыжие волосы и отсалютовал Кайлу. Отдал несколько распоряжений всем прочим, и подошел к товарищам.

– Не ждали вас здесь. – честно признался Кайл.

– Нас вызвали в последний момент. Кардинал вдруг настоял на повышенном контроле безопасности. – протянул Рену руку. – Луис Лавинье. Капитан седьмого отряда Ордена Инквизиции и временный руководитель сопровождения каравана.

Заглянул за спины Рену и Кайлу, подмигнул Марин.

– Давно не виделись, сестренка.

– Проблем по дороге не возникло? – поинтересовался Рен.

– Нет, все в порядке. Отправились и прибыли по графику. Людей, вампиров на поезде нет, только грузы в этот раз.

– Тогда можем начинать проверку.

Рен махнул Жану и его подчиненным. В сопровождении Марин, Ивара и вампиров седьмого отряда солярсы зашли в караван. Рен, Кайл, Байшу и Луис последовали за ними. Каждый ящик проверяли сначала внешне, затем их осматривал Ивар. После его команды вскрывали, ждали пару минут. Ивар вновь проверял все магией, теперь уже внутри. Рен неспешно обходил доставленные грузы: ткани, кожу, камни, металлы. Даже оружие обнаружилось в некоторых ящиках. У одной не слишком большой в сравнении с прочими коробки он остановился, а после подозвал Кайла.

– Это, похоже, вам.

Вампир посмотрел на коробку с оттиском эмблемы Ордена Инквизиции. Но даже не это вызвало у него удивление. Аккуратно под эмблемой было выведено имя получателя – Кайла. Размашистым почерком Дорана. Кайл все же надеялся, что Доран просто достал где-то пустой старый ящик, а не отправлял его сам из Вавилона. Обещал же не лезть и не рисковать. А если Доран сам, добровольно и вопреки всем своим принципам, отправился в Вавилон, то что-то пошло не так. Кайл мотнул головой. Вскрыл ящик под наблюдением Рена и Ивара. Экзорцист ободряюще сжал локоть друга, посуровевшего еще более обычного.

Поверх различных деталей, приборов лежало письмо, точно также подписанное Дораном. Его Кайл не мешкая сунул в карман.

– Все осмотрели? – поинтересовался у Рена и Жана.

– Грузы да.

Кайл повернулся к Ивару и Луису. Те также подтвердили, что полностью закончили.

– Тогда выгружаем, уносим и закрываем станцию. После осмотрим поезд.

Если Луис и удивился происходящему, то виду благоразумно не подал. Только приказал всем прибывшим с ним вампирам полностью следовать приказам Кайла. Вампиры не ослабляли контроль за происходящим ни на секунду. Ни когда солярсы выносили ящики, ни когда Жан выгнал всех и запер ворота станции. Ру для верности поставил на них свой щит.

– Что вы ищете? – наконец спросил Луис.

– Диких.

– В караване?

– Надеюсь, их там нет. – произнес Кайл и кивнул Ивару.

Тот опустился на одно колено, развел руки. Весь поезд по земле очертили сиреневые искры, тяжелыми каплями собиравшиеся вверх в единую паутину. Когда она полностью накрыла караван, Ивар поднялся, тяжело дыша. Быстрым движением облизал каплю крови, выступившую на губе.

– Никого не чувствую.

– Нам же лучше. – буркнул капитан, а затем дополнил громче, обращаясь ко всем вампирам. – Нам нужно проверить весь поезд изнутри, каждую вентиляционную шахту, каждый угол и служебные помещения. Ищите диких, любые их следы или следы того, что они могли бы в этом караване быть. Все, что только ни покажется хоть на каплю подозрительным. Марин, Ру – как договаривались, на вас машинное отделение и системы снабжения кислородом. Остальные со мной внутрь. Байшу, Ивар – остаетесь здесь, следите, вдруг что.

Вампиры скрылись в поезде, оставив на станции Байшу и Ивара, да двоих солярсов. Жан расхаживал туда сюда, то ли пытаясь занять себя чем-то, то ли следя за обстановкой. Рен просто ждал. Байшу замерла, словно натянутая струна. Чуть свободнее выдохнула, когда к ней подошел экзорцист.

– Сомневаюсь, что там что-то найдется. – Ивар, казалось, был разочарован.

– Мы на это особо и не рассчитывали. – Байшу скрестила руки на груди, бегло осматривая вампира. Нахмурилась, вблизи заметив, насколько глубокие тени залегли у него под глазами. – Ты столько сил потратил.

– Все в порядке. – отмахнулся он, пытаясь как и раньше непринужденно улыбнуться.

– Ивар… – Байшу укоризненно склонила голову.

Ивар собирался ответить, но передернул плечами, по которым скользнуло такое знакомое и вместе с тем жуткое ощущение. Нахмурился, огляделся по сторонам, пытаясь найти причину. Прикрыл глаза, пытаясь найти источник беспокойства и прочувствовать его магией. Пошатнулся, как от удара, схватил Байшу за запястье, используя как якорь. Что не укрылось от внимания солярсов, тут же оказавшихся рядом. Ивар резко выдохнул, приходя в себя.

– Чувствуешь?

– Что именно? – насторожилась Байшу.

– Внимание! – послышался в наушниках напряженный голос Марин. – К нам гости.

Нечеловеческий утробный то ли крик, то ли рык раздался со стороны внешних ворот. Сработала подготовленная вампирами ловушка.

– Мы же закрыли ворота. – Байшу сверкнула клыками, доставая клинок.

– Видно, кто-то открыл. – подал голос Рен.

Находящиеся на станции пока что не видели ничего за поездом. Выглянувший из вагона Кайл осмотрелся, перелез на окно, а оттуда на крышу. Луис последовал за ним.

Внешние ворота станции были приоткрыты. Совсем чуть чуть, но вполне достаточно, чтобы в них одновременно могли протискиваться десять тварей. Они корчились в свалившейся на них сети и в путах магии Ивара. Но она не могла полностью сдержать тех, кто лез следом, пробираясь по головам первых, уже едва живых тварей. Диких, пытавшихся пролезть на станцию было не меньше сотни.

Не этот было самое страшное. Среди тварей, постепенно пробиравшихся внутрь, несколько выделялись. Шедшие на двух ногах, плавно, без бездумных попыток прорваться нахрапом. Они выждали, прежде чем по груде тел забраться выше. Слишком разумные в сравнении с прочими. И слишком хорошо обученные. Иных в Ордене Инквизиции не было.

Кайл сжал кулаки.

– А это, очевидно, те, чьи тела солярсы не нашли.

– Спаси нас, великая Ночь. – прошептал Луис, узнавая в необычных тварях вампиров, с кем когда-то вместе учился.

Глава 19

Дикие ревели, горя в фиолетовом пламени. Плоть отваливалась от костей, обугливаясь по краям. Чудовища драли друг друга, пытаясь выбраться из пут магии экзорциста. От напряжения сосуды в горящих телах разрывались, белки глаз лопались. Некоторые твари падали, не имея сил стоять. Тут же затаптывались особями более резвыми и упорными.

Но они не умирали. Походили на шевелившуюся кучу оторванных конечностей, и все равно пытались сбежать. И ревели все громче.

Отчаянный предсмертный зов не лучший звук для чувствительных вампирских ушей.

Приходилось добивать, четко и безошибочно. Кровь неприятно пропитывала ботинки, клинки не прекращали резать. Все, лишь бы быстрее погрузиться в спасительную тишину.

Под звон стали Ночь с благодарностью принимала смерти тварей в дар от своих детей.

Твари успели задрать трех вампиров из сопровождения каравана. Луис с Кайлом отряхивали с себя ошметки плоти, пытаясь вытянуть из кучи тварей переродившихся вампиров. Даже сейчас Кайл задавался целью сохранить их. Одного такого Ивар сумел обездвижить своей магией. Текущая из правого уха кровь явно показывала, чего ему это стоило. Ру сразу же оглушил тварь и переключился на остальных. Великан теснил их в в сторону капитана.

Дикие, казалось, не заканчивались.

Рен с Жаном под присмотром Байшу и еще нескольких вампиров из отряда Луиса пытались прорваться к стене, чтобы закрыть ворота. Слишком медленно у них получалось. Не в последнюю очередь благодаря Кайлу. Вампир пришел в ярость и начал раздирать тварей голыми руками. Некоторым даже вгрызся в глотки. Пришлось сплевывать горькую кровь.

Байшу краем глаза следила за ним. Готовилась броситься на помощь, но останавливала саму себя. Ее задание, объект охраны все еще был рядом. Закусила губу, начала резать тварей с удвоенной яростью. Чужая кровь текла по рукам, попадала на лицо. А Байшу все кружила, танцуя своими клинками. Забывая обо всем. Глупо, непозволительно. Она поздно почувствовала чудовище, уже тянувшее свою лапу к ее открытой спине. Но вдруг оно взвизгнуло, а вампиршу сзади опалило жаром. От пламени, окружившем ее, как стена. Кайл с той стороны остановился. Накрывавшее его безумие схватки спало, заменившись удивлением. Он проследил за направлением огня, исходящего от ладони Рена. Глава солярсов только мотнул головой, давая понять, что сейчас не время для выяснений. Байшу обернулась. Прямо за ней лежало обугленное чудовище. Слишком маленькое в сравнении с обычными. Ребенок. То, что когда-то им было. Тварь все еще корчилась. Байшу не раздумывая отрубила ей голову, но сама глаза закрыла. Обернулась на Рена, с горечью смотрящего на то, что осталось от ребенка. Отвернулся, повел рукой. Огонь сшиб еще нескольких тварей, а вампиры отправили их в объятия Ночи, расчистив путь. Рен и Жан вместе провернули рычаг, запустивший створки ворот. Они двигались медленно из-за тел диких, мешавших закрытию. Через несколько минут ворота закрылись, оставив внутри станции нескольких тварей. Вампирам потребовалось еще несколько минут, чтобы избавиться от них окончательно.

Ивар упал на колени прямо на землю, пытаясь отдышаться. Его магия сдерживала путами двоих бывших вампиров, пока Кайл и Луис связывали их цепями, которые Марин вытащила из машинного отделения каравана.

– Это что за твари? – шипел Луис.

Движения его были четкими, но рваными. Руки по локоть покрывала кровь, но вампир не обращал на нее внимание.

– Когда-то были вампирами. Что они сейчас – не знаю. – отозвался Кайл, понизив голос до шепота. – Даже не уверен, что хочу знать.

– Мы обязаны об этом сообщить.

– Да. Значит, будем выяснять.

Он еще раз обернул цепью стянутые конечности твари, которые уже перестали напоминать руки. Осмотрелся вокруг. Тела валялись кусками почти по всей станции, пятна крови растекались все шире и больше. Все это нужно было убрать, сжечь. Вампиры, прибывшие с Луисом на караване, привычно стаскивали все тела в кучу. Посмотрел в сторону, на друзей.

Бай прижимала рану на разодранной когтями тварей спине Ру, пока Ивар разрезал собственную ладонь и шептал. Пролил на раны друга своей крови, заставляя их затягиваться быстрее. Байшу чуть повела головой, услышав приближающиеся шаги за спиной. Развернулась, повернув меч. Клинок почти врезался в горло Рена, заставив его отступить на шаг. Солярс уперся спиной в стену. Спереди наседали вампиры. Бежать некуда. Рен обреченно выдохнул. Больше от ответов у него уйти не получится.

Кайл отряхнул руки, приблизился к Рену, ничего не говоря Байшу.

– Помнится, тела погибших вампиров вы расчленили и спрятали? А он мало того, что целенький, так еще и дикий? Это как вообще возможно?

– Мы нашли не всех, я говорил.

– Как вампиры могут стать дикими? – Кайл повторил, еще тише, вкрадчиво, зло.

– А еще это. – добавила Байшу, качнув головой в сторону обугленного и обезглавленного маленького тела.

Рен вздохнул, закрыл глаза. Осторожно попытался отвести лезвие клинка Байшу в сторону, но только порезал пальцы. Стиснул кулак, разжал. Произнес твердо.

– Я покажу.

– Что?

– То, что должно многое объяснить всем вам. То, что у нас в горе, в которую вы так упорно пытались пролезть.

– Это он про ту гору? – удивился Луис.

– Да. – кратко бросила Марин.

– Тогда надо идти. – Луис махнул вампирам своего отряда. – Закончите тут со всем, хорошо? Я прогуляюсь и тоже посмотрю, что тут происходит.

– Тварей надо сжечь. – Ивар поднялся, но закашлялся, стер выступившую из носа кровь.

Байшу убрала клинок от шеи Рена, оставив на ней тонкий порез. Подошла к другу, протянула запястье. Ивар отрицательно повел головой, но сдался под настойчивым взглядом Бай. Укусил, сделал два глотка и отпустил, оставив едва заметный след. Благодарно поцеловал запястье вампирши, развернулся лицом к груде тел и щелкнул пальцами. Фиолетовое пламя взвилось столбом, мгновенно обвалилось и начало тлеть костром. Оставшиеся на станции вампиры продолжил стаскивать тела, зная, что пламя будет гореть, пока не сожжет последний след присутствия диких. Кайл со своим отрядом, двумя солярсами и присоединившимся к ним Луисом взял одну из стоящих на станции тележек, с помощью друзей загрузил туда обмотанных цепями диких-вампиров. Оставлять их без присмотра капитан не собирался. Рен начал возражать, что тащить неизвестно что по городу – идея сомнительная, но Кайл и не думал слушать. Он и без того из последних сил сдерживал злость.

Так вся собравшаяся группа двинулась по Каргану вслед за Жаном и Реном прямо к горе. Остановились они у ворот. У тех, что несколько дней назад нашел Ивар. Экзорцист даже похлопал самому себе. Рен отыскал какие-то едва заметные рычажки, нажал. Раздался хлопок, стук. Ворота открылись, и давление чужеродной магии спало, позволив вампирам чувствовать себя гораздо свободнее. Кайл молча повернулся к Марин, уже лихорадочно что-то набирающей в своем портативном приборе.

– Пройти можно, – подтвердила она. – Щит здесь сняли.

– Решил, что я вас всех здесь убью одним махом? – съязвил Рен.

– Мне на сегодня сюрпризов хватит. – Кайл пригласил главу города следовать с ним.

Они все шли вперед по широкому освещенному лампами тоннелю, пока не уперлись в еще одни ворота. Рен открыл их, пропуская вампиров. Представляя им неожиданное зрелище.

– Твою мать… – изрек Ивар, емко обрисовав общие ощущения.

Глава солярсов горделиво улыбнулся.

– Добро пожаловать в Солиос.

Глава 20

Перед вампирами простирался город. Неотличимый от Каргана, кроме того факта, что Солиос был в разы более людным. Живым.

Настоящий город под горой, внутри горы. Никому было не понять, как и куда он тянулся. Можно было догадаться, что за гору он также выходил, что объясняло щит с той стороны, через который не могли пробиться Марин и Ру.

Тайна, тщательно охраняемая целым народом.

За такие тайны обычно убивают. Вампиры это понимали. Оправившись от первого шока, все они почти синхронно обнажили оружие, встав так, чтобы иметь полный обзор для защиты от внезапного нападения.

Рен покачал головой.

– Найди дока, – попросил Жана. – Мы будем в центре.

Переключил внимание на вампиров и заговорил более вкрадчиво, пытаясь убедить их.

– Я вас сюда притащил не для того, чтобы убивать сразу же. Уберите оружие, пожалуйста, жителей пугаете. – показал рукой в сторону одного из ближайших зданий. – Там у нас что-то вроде исследовательского центра. Я хотел познакомить вас с нашим доктором, Жан его приведет. И поговорим.

Вампиры молчали и ждали указаний от Кайла. Даже Луис, быстро смекнувший, что сейчас точно не время и не место доказывать кому-то, что он тоже капитан и может принимать решения. Кайл колебался с минуту, клинок опустил, но не убрал. Остальные последовали его примеру. Решив, что большего не добьется, Рен кивнул и пошел вперед.

Каменное серое здание походило на прочие, и вместе с тем разительно отличалось. Присмотревшись, можно было заметить начертанные на дверях знаки. Ивар сразу же обратил на них внимание. Он знал каждый.

– Откуда у вас здесь письмена экзорцистов?

– Это исследовательский центр. В том числе для исследования магии, как вашей, так и нашей. Пришлось придумывать, как от нее защититься. Сам должен видеть, что они именно для защиты.

– Которой у вас в принципе по всем известным данным нет.

– Мы сознательно ее не афишируем. Да к тому же и не настолько она частое явление. Но чтобы не разнести ненароком весь Солиос нужно было что-то придумать для защиты.

– И вы создали над горой щит из вашей магии, чтобы в нее не проникла наша. А здесь поставили все наоборот. Чтобы магия вампиров сдерживала вашу.

Рен кивнул. Кайл еще раз осмотрелся вокруг.

– Как вы вообще все это провернули? Построили и спрятали целый город.

– Сотня лет достаточно большой срок. Быть отверженными значит искать способы выжить. Или вы, вампиры, действительно верите, что люди не имеют такого же?

– Шутите? – наконец вставил Луис, до того поражено молчавший.

Рен только улыбнулся и вошел внутрь здания.

Внутри исследовательский центр Солиоса выглядел иначе, чем снаружи. По левой стороне шли остекленные отсеки, в которых солярсы что-то жгли, смешивали, разрезали. Одним словом изучали. Ивар поджал губы, вспомнив, как когда-то приходил в лаборатории Инквизиции к отцу. Поразительно похоже все здесь было устроено. Рен же вел их в другую сторону, к массивным дверям, точно также изрезанным множеством защитных символов. Кабинет за дверью был поразительно похож на кабинет главы города в магистрате Каргана.

На стене висели две огромные карты, составляющие единое полотно. Одна изображала Карган, вторая – очевидно, Солиос. Карта разительно отличалась от той, которой владела Инквизиция. Рен подошел к ней, провел пальцем по центру, очертил круг с Солиосом в центре, а потом ткнул в здание, помеченное крестом.

– Мы здесь. – повел дальше вверх. – Здесь – хранилища для всех производимых продуктов, станции переработки, производства и все прочее. – Показал на левую часть города, – Здесь в основном дома, потому что большая часть солярсов живет здесь, в Солиосе. Вот тут, – показал на четкие квадраты почти у самого края карты, – поля, скот, вход в шахты и карьеры.

– Это за горой? – поинтересовался Кайл.

– Да.

– Марин и Ру там были и ничего не видели.

– Потому что мы закрыли все щитом, точно таким, как над вашим Вавилоном. – Рен скрестил руки на груди. – Солиос начали строить еще лет так пятьдесят назад, если не больше. Когда начали проявляться первые признаки магии. Тогда было решено спрятать ее и изучить, как можно подробнее. Но нас и без того не особо жалуют ни вампиры, ни люди. А тут еще и такое. Ваш щит стоит неизменным со времен создания Вавилона. Не спрашивайте, как именно солярсы тогда разобрались в его устройстве и повторили, я этого не знаю.

– Удивительно, что за столько лет никто не заметил. – голос Луиса сквозил сомнениями.

– Иногда выгоднее не замечать очевидного. Так и было, пока три расы взаимодействовали, как было установлено договором.

– Почему вы решили тогда нарушить договор.

– Еще мой предшественник на посту главы обращался к вашему королю и кардиналу с просьбами о помощи. Когда в очередной раз это не сработало, он больше не просил. А потом на место главы пришел я, примерно в то же время появился Алукард. Так мы и пришли к некоему пониманию. Объективно, существующий ныне порядок не только людей не устраивает. С той лишь разницей, что нам в общем-то все равно, прибывают ли люди под землей или на ней. У меня заботы иного плана, а договоренности с Алукардом их сполна обеспечивали. Пока он не решил меня убить.

– Так и в чем был его план?

– Разрушить Вавилон изнутри и дать тем самым людям закрепленное за ними право на отказ от договора. В первую очередь убить вашего короля.

– Не сработало.

– Как посмотреть. Вас же отправили сюда.

– В этом тоже была часть плана?

– Алукард – человек весьма интересный. И умный. Думаете, идея послать именно ваш отряд к нам была просто случайным совпадением? Грамотно разыгранный маневр. Вовремя и к месту сказанная кем-то мысль, подхваченная, кем нужно.

– Для чего?

– Очевидно же. – Рен кивнул в сторону Байшу. – Король убит, наследная принцесса в руках врагов. Что еще нужно, чтобы такой закостенелый и приверженный традициям народ как вампиры начал паниковать?

– Я – не наследная принцесса. – Байшу зло сжала кулак.

– А кто же тогда? – Рен смотрел на нее с ироничной улыбкой и вызовом в глазах. – Вампиры чтят традиции, но они далеко не идиоты. Сомневаюсь, что хоть кто-то допустит к власти малолетнего ребенка, твоего племянника. Если малолетний принц станет королем, то вампиры начнут грызться за то, кто будет на него влиять. Кроме вас двоих никаких кандидатов на трон нет, а ты – здесь. Да, королева Беата может еще попробовать сохранить власть за собой. Но уверен, что и на этот случай у Алукарда припасен план. – Рен грустно улыбнулся. – Вы слишком любите вашу прекрасную жизнь. С кровью в достатке, под куполом и без забот. Лиши вас короля накануне обновления договора – и все посыпется. Сразу же найдется тот, кто встанет во главе. Кто обновит все договоренности и пойдет на уступки, лишь бы сохранить хоть что-то из столь привычного вам порядка.

– Дай-ка угадаю, – цокнул Ивар, раздраженный от тихой бессильной ярости. – У него есть кто-то в Вавилоне, кто готов все провернуть и выступить в роли спасителя нашего народа в столь тяжелые времена.

– И дать людям возможность выйти на поверхность не слишком большая цена за трон всех вампиров.

– Кто?

– Не знаю. – Рен примирительно поднял ладони. – Действительно не знаю.

– А вам что с этого? – с вызовом спросила Байшу.

– Вампиры и люди для экспериментов и исследований. В любом количестве.

– Каких экспериментов?

Рен тяжело вздохнул, повернулся к окну.

– Вы наверняка все обратили внимание, но не заметили за прочим. Подумайте, ничего не настораживает, что здесь, что в Каргане? Когда просто идешь по улицам?

– Город как город. – беззлобно фыркнул Ивар.

Байшу же нахмурилась и задумалась. За те дни, что вместе с Реном она по делам выходила в город, за все прочитанные ей в его кабинете книги, ее действительно не покидало скребущее чувство чего-то не до конца нормального в жизни солярсов. И дело было не в магии, которая неожиданно обнаружилась у них. Совсем в ином.

– Город, в котором нет детей. – тихо предположила вампирша.

Рен грустно улыбнулся ей и кивнул.

– Практически нет. У нас слишком низкая рождаемость, примерно в три раза ниже чем у тех же людей. Почти такая же, как у вас, вампиров, и все же меньше. Но даже это не главная проблема. Вы знаете, сколько ребенок солярсов живет после рождения?

Рен растрепал волосы, стал ходить туда сюда. Покопался в бумагах на столе, ища какие-то цифры, которые совсем ничего не доказывали, но для него значили многое.

– В среднем живыми рождается только около семидесяти шести процентов наших детей. Из них почти половина обращается в диких в течение первых трех лет жизни. Родители сами вынуждены убивать их. Мы пробовали когда-то выпускать их туда, за стены. – повернулся в Байшу. – Вот откуда тот дикий – ребенок. Хотя бы так, чтобы не убивать. Но таких маленьких, не способных постоять за себя, дикие почти всегда жрут сами. Это еще хуже. Кого-то родители соглашаются передать сюда, на эксперименты. Из оставшихся в живых в первый год еще около десяти процентов не дотягивают до десяти лет.

Рен поднял голову. В его глазах читалась боль, сильная, неприкрытая.

– Мы умираем. Нет, не так. Мы вымираем с каждым днем, без остановки. Только последние семь лет у нас получилось хотя бы остановить катастрофическую ситуацию, не в последнюю очередь благодаря нашему доктору. Но этого все еще мало.

– Значит, смерть прошлых отрядов была не случайной? – Кайл наконец убрал оружие и сложил руки на груди. – Вы их использовали в своих изысканиях?

– Отчасти. Мы не предполагали, что дикие с ними расправятся раньше, чем мы успеем все грамотно организовать.

– А потом люди решили убить вас и вы обиделись.

Рен нахмурился.

– Я правлю народом, существующим только потому, что в природе что-то сломалось. И вот они мы: ни вампиры, ни люди, ни дикие. Мы выживали вопреки самой сути нашего существования. Мы создали свой дом на костях собственных детей, буквально. Так что да, можете считать, что я очень сильно обижен. И нет, меня не достанет какой-то поехавший на идее господства человеческой расы придурок. Потому что что бы я ни делал, я всегда делаю это во имя своего народа.

– Чем тогда вы отличаетесь от Алукарда?

– Например, тем, что сейчас убивать вас не в моих интересах? Не достаточно?

Кайл не успел ответить. Насторожился, услышав приближающиеся к кабинету шаги за спиной. Тяжелые.

– Вы сказали Доктор? Мы к нему пришли?

– Да.

Дверь распахнулась, и звуки в комнате для всех исчезли.

– Быть не может… – прошептал Луис.

Ивар все не отпускал из своего внимания карты на стене, запоминая, и недовольно зашипел, когда Байшу чрезвычайно сильно сжала его руку, привлекая внимание.

– Ивар… – Байшу казалась напуганной, что вовсе было на нее не похоже.

– Что ты… – проговорил, поворачиваясь.

Слова застряли в горле. Тело одеревенело. Вампир смотрел перед собой, но не видел ничего. Ничего, кроме белого исследовательского халата, очков, которые не раз примерял на себя, и приколотой к рубашке броши с фамильным гербом Бьергинов.

– Здравствуй, сын.

Глава 21

Нельзя было этого делать. Ему ведь всего тринадцать, еще толком и силой-то не владел. Разговор с Ночью требовал не просто огромных магических умений, но и внутреннего настроя. Все равно решился.

Ночь. Отец и Мать, Жизнь и Смерть каждого вампира. Средоточие всех тайн и знаний, требующее очень высокую плату за шанс к ним прикоснуться. Говорить с Ночью могли только экзорцисты, кои встречались почти также редко, как Дети Луны. Помимо своего наставника в Ордене, Ивар знал еще четверых. Всего пятеро на всю Инквизицию Ни один из них никогда не рассказывал, чем именно платил за свои способности.

Что ж, Ивар намеревался узнать сам.

Закрыл глаза, зашептал. Кажется, ошибся трижды. Но сами слова не столь важны, как желание узнать.

Стало холодно. Будто острые куски льда вогнали под кожу. Темно, но ведь Ночь на свет не явится. Затрясло так, что застучали зубы. Он пробовал открыть глаза, но не мог. Даже так отчетливо видел, как руки покрылись ледяной коркой. Как вокруг него обрастала темнота. Где-то там вдалеке показался неясный огонек, расплывчатый образ. Ночь отвечала на немой вопрос.

Караван. Отец, заходящий внутрь поезда с огромной сумкой. Кажется, чем-то расстроен. Больше разглядеть Ивар не сумел, видение понеслось дальше. Сознание врезалось прямо в тела, разбросанные по пути следования каравана. Пятна крови, еще не впитавшиеся в землю.

Он искал одно единственное лицо, знакомое тело. Хоть что-то.

Не находил. Нигде.

Отца не было.

Форд Бьергин бесследно пропал.

Ночь ушла, оставив трясущегося уже не от холода Ивара на коленях. Правую сторону тела нестерпимо жгло. По предплечью змеился шрам, которого никогда там не было. Четкий, яркий, будто только начавшая заживать рана. Значит, такова его цена? Ивар усмехнулся. Он ведь ожидал худшего. Подумает позже. Сейчас нужно было торопиться и поймать отца.

Фрода он нашел в кабинете, сосредоточенного только на сборах. Тот лихорадочно закидывал в сумку какие-то дневники и записи. Ивар постучал по косяку двери, но реакции не последовало.

– Отец.

– Ивар, не сейчас. Мне нужно собираться. Караван…

– Ты не вернешься.

– Что?

Не расслышал? Или сделал вид? Все равно не переставал собираться. Ивар нахмурился, произнес тверже и увереннее:

– Если поедешь с этим караваном, то не вернешься.

Отец наконец остановился, но так и не обернулся.

– Ивар, я понимаю, что ты беспокоишься, но…

– Я говорил с Ночью.

Фрод дернулся, посмотрел на сына, в замешательстве открыв рот. Испугался. Принялся лихорадочно искать какие-либо изменения в сыне, но ничего не заметил.

– Что? Зачем? Как?

– Не важно как. Я видел то, что видел. Тебе ведь не обязательно ехать, ты можешь и остаться.

– Ты мог что-то не понять. Ты еще никогда этого не делал, мог ошибиться…

– Ночь не ошибается. Никогда.

Отец снял очки, устало потер переносицу.

– Это не причина.

– Не причина? Я прошу тебя остаться, этого мало?

– Да. Не достаточно.

– Тогда что будет достаточно? – послышалось за спиной.

Оба вампира не заметили, когда подошла Рагна. Она слышала все, что сказал ее сын. Выйдя к ним, Рагна Бьергин оставалась внешне невозмутимой, хотя внутри нее все кричало. Впервые в жизни Фрод не поделился своими планами, не сказал заранее о намерении отправиться в Карган с караваном.

– Я не буду напоминать, что Ивар нарушил правила Ордена, чтобы просмотреть твою судьбу. Твои жена и сын просят тебя остаться. Этого правда не достаточно?

Фрод горестно вздохнул. Быстро обнял Рагну, поцеловал в висок.

– Прости.

Ивар отшатнулся, оттолкнул протянутую руку, когда отец попробовал обнять и его. Фрод не стал ничего говорить и ушел. Как и всегда, выбрав эфемерное нечто вместо собственного сына. Когда за ним захлопнулась дверь дома Бьергинов, Ивар упал в обморок. Успел подумать, что, видимо,

шрам на руке был не единственной платой.

В беспамятстве ему не оставалось ничего иного, кроме как раз за разом прокручивать в голове радушно представленное Ночью видение. Снова и снова. Неизменно ярко и красочно. Ивар все искал, надеялся. И каждый раз ломался, оставаясь ни с чем.

Хотелось кричать, спросить «почему?». Почему отец не послушал ни его, ни мать. Что же так настойчиво манило, что можно было забыть о своей семье?

Ивар пытался представить, как Байшу отчаянно просит остаться. Как он уходит, отмахнувшись.

Не смог. Он бы ее не бросил.

Когда наконец пришел в себя, то даже не успел спросить, как долго был без сознания. Сидящая рядом мать обняла его. Ивару не требовались ее слова. Он уже и так знал, что именно произошло. Он знал, что этот момент на долгие годы отпечатается внутри, день ото дня множа внутреннюю злость. И силу Ивара вместе с ней.

Надрывающийся и срывающийся голос Рагны. Трясущиеся руки, впивающиеся в его плечи. Слезы, холодные и неприятно затекающие под рубашку.

– Отец пропал. Караван тоже.

Что-то внутри взорвалось и моментально обрушилось. Кажется, сердце. Опора, державшая Ивара все эти годы, дала трещину. Вокруг все перестало существовать. Он даже не ощущал Байшу. А ведь ее кожа всегда отдавала приятным теплом, ласковым, мучительным. Родным. Сейчас не было ничего.

Только ломающий изнутри голос, который вампир так мечтал услышать. А сейчас молил Ночь, чтобы горькое наваждение исчезло.

Реальность пропадать не собиралась.

Как и отец, стоящий напротив.

Живой.

Фрод Бьергин собственной персоной. Так привычно поправил очки и сложил руки в карманы исследовательского халата.

Спокойный, сдержанный.

Счастливый? Это с чего еще вдруг?

Ивар сглотнул, закусил губу, до крови вспорол ее клыком. Шумно втянул воздух, медленно выдохнул. Улыбнулся привычно обворожительно. Сделал несколько шагов. Подошел к отцу вплотную.

Ударил. Кулаком по лицу. Стекло треснувших очков впилось в костяшки. Не заметил. Отцу расцарапало левое веко и бровь. Приятно.

Фрод отшатнулся, явно не ожидая такого приветствия. Ивар никогда не поднял бы на него руку раньше.

Кайл тут же оказался рядом, схватил друга. Оттащил. Он бы ударил снова. Не заговорил, зашипел, вкладывая в слова все презрение и боль, так долго жившие внутри:

– Я думал, что ты мертв. Мать думала, что ты мертв. Вся Инквизиция присутствовала на твоих похоронах. Мы отдавали почести великому гению Вавилона и плакали из-за такой глупой утраты. Я постоянно слушал, что должен соответствовать, не должен рушить твою память своим поведением. Что должен был остановить тебя! Злился, психовал, но терпел и улыбался. Потому что искренне пытался верить, что мой отец погиб не зря. А ты все эти годы тупо торчал здесь и прятался?

Голос окончательно сорвался на крик. Кайл и Луис не отпускали, но Ивар продолжал вырываться:

– Пусти! Убью!

На ладонях экзорциста начали загораться фиолетовые огоньки. Байшу даже потянулась к клинкам. Она никогда не видела Ивара таким злым и неуравновешенным. Его сила бунтовала вместе с ним.

Фрод вытер лицо, с шипением выдернул осколок из брови. Примирительно поднял руки, пытаясь подойти:

– Ивар, сын. Я понимаю…

– Ни черта ты не понимаешь!

Воздух взорвался, накалившись от магии экзорциста. Фиолетовый огонь по полу пополз к Фроду, схватил за лодыжки, запутываясь. Намереваясь закончить то, что не сделали дикие.

Убить.

Сжечь.

Чтобы ложь стала правдой.

Ночь не ошибается.

Ночь будет благодарна.

Байшу схватила Ивара за руку. Экзорцист несколько раз моргнул, приходя в себя. Сосредоточился на ее коже, родной. Магия начала тлеть, пока не исчезла совсем. Только тогда Кайл и Луис отпустили друга, но далеко отходить не решились.

Ивар отстранил от себя Байшу, показывая, что все в порядке. Нервозно взъерошил волосы, дернул воротник. Воздуха не хватало. На отца не хотел смотреть. И все же обратился к нему:

– Как ты мог…

– Так было нужно.

– Кому нужно? Тебе?

– Я должен был …

– Я просил тебя. Я умолял тебя! Мать умоляла! На коленях! А ты что? Знал, и все равно поехал! Наплевав на нас.

– Ивар! Ты мой единственный сын, любимый сын. Ты вообще не должен был тогда говорить с Ночью.

– Но я это сделал.

– Предсказания бывают ошибочны.

– Ни одно предсказание Ночи не бывает ошибочным! Уж тебе ли не знать! Да плевать! Ты мог вернуться, мог дать о себе знать! Хоть что-то. Но ты даже не пытался!

– Есть вещи важнее…

– Да, как и всегда впрочем.

Ивар размашисто отбил потянувшуюся к нему руку отца. Только сейчас заметил ожог на ладони. Собственная магия никогда не восставала против него.

Бред. Потом.

Вытащил пачку сигарет. Никто не останавливал его. Затяжка, вторая. Чтобы дым прожог внутренности, чтобы скребущая боль в горле и легких затмила ноющую в сердце.

Нашел глазами Байшу. Зацепился за свою Луну, всегда его успокаивающую. Не просто так ведь он придумал ей прозвище.

Все смотрели, все. Как на похоронах тогда. С нескрываемым сочувствием, от которого хотелось плеваться ядом. Кроме нее, что тогда, что сейчас. Байшу никогда не сочувствовала, не умела. Поддерживала только силой. И Ивар был за это благодарен. Тогда он злился, что все присутствовавшие ничего не сделали. Не спасли отца. Стервятники, упивавшиеся его горем.

Теперь же Фрод был жив, но Ивар злился не меньше. Ведь никто даже и не подумал сообщить ему. Будто так и надо.

Отец просто пожертвовал им. Опять.

Затянулся снова. Отбросил сигарету, затоптал. Выдохнул остатки дыма и только тогда снова посмотрел на отца.

– Ты мертв.

Больше он ничего отцу не сказал. Повернулся к друзьям, ждавшим его.

– Прости, капитан, – обратился к Кайлу. – Не сдержался.

– Можем уйти.

Ивар знал, что они бы действительно ушли с ним. Отложив задание, все проблемы, заговоры. Потому что такой они были семьей. Потому что защитили бы и поддержали, всегда. Сейчас только сам Ивар решал, как им поступить. Он знал это и потому принял единственное верное решение. Байшу взяла его за руку, нежно и ободряюще. Экзорцист быстро поднял к лицу ее ладонь, поцеловал и опустил, не разнимая объятий.

– Нет. Мы не закончили.

Кайл кивнул, принимая ответ друга.

Фрод откашлялся, поправил халат и машинально пригладил волосы.

– Жан сказал, что на станцию напали необычные дикие.

– Мы отловили двоих бывших вампиров. – ответил Луис, все еще шокированный всем происходящим. Он уже успел мысленно проклясть кардинала, в последний момент отправившего его сюда. Мог бы сейчас отдыхать в объятиях какой-нибудь красотки, но нет, ухватился за шанс проведать сестру и радостно согласился сопровождать караван.

Фрод повернулся к нему, только сейчас заметив.

– Ты сын Габриэлы Лавинье, верно? Как она? Мы с твоей матерью хорошо общались.

– Здравствует, слава Ночи. Дружит с вашей женой, насколько мне известно. Или правильнее бывшей женой? – Луис чуть вздернул бровь, посмотрел на Ивара.

– Это вообще имеет отношение к делу? – вклинился Кайл.

Специально встал между Иваром, вновь начавшим закипать, и Фродом, все пытавшимся поймать взгляд сына. Рядом с ним точно также встал Рен, чем не мало удивил вампира.

– Так, давайте мы все успокоимся. Семейные драмы могут подождать хотя бы чуть-чуть.

– Никогда не встречал диких – вампиров. Не думал, что это вообще возможно, если честно. Слишком разное генетическое строение.

– В смысле?

Фрод облизнул губу, поправил очки, подбирая слова попроще.

– Если коротко, то люди становятся дикими, потому что под воздействием солнца часть генов в общей структуре ломается и начинает меняться. Солярсы – бывшие люди, сумевшие пройти через этот процесс и преобразоваться. Дикие не сумели. Но у вампиров все изначально пошло иным путем. Поэтому, чтобы вампир стал диким, должно быть что-то из вне, что смогло бы настолько повлиять на заложенную природой структуру вампиров, чтобы приблизить ее к людям и сломать.

– Таблетки. – предположил Кайл.

– Какие таблетки? – Фрод подался вперед, заинтересовавшись.

– Один момент. – прервал Ивар. – А они не созданы ли тобой? У людей-то откуда такие возможности?

– Точно нет. У нас своих проблем хватает. Я не лез так глубоко в специфику нахождения людей под солнцем.

– «У нас»?! – усмехнулся Ивар, не удержавшись.

– Так что за таблетки? Они у вас с собой?

– Нет. – Кайл задумался на мгновение. – В Удуре мы нашли лекарства, которые, как думаем, влияют на людей. Они должны помогать преодолеть влияние солнца, но не уверен, что без побочных эффектов. Поэтому, вполне возможно, что на вампиров они тоже могут влиять. Кто и как их произвел точно не известно, но их выкрали из дома моего друга. А после он получил письмо с приглашением к Алукарду Хелсу.

– А дальше? – поинтересовался Рен.

– А дальше мы уехали сюда. И я не имею представлений о том, как прошел его визит.

Кайл запнулся, приложил руку к груди. Только сейчас вампир осознал, что так до сих пор и не открыл письмо Дорана. Просто так Доран не стал бы писать. Пальцы подрагивали от волнения и страха, когда он осторожно вскрывал конверт и разворачивал сложенный в несколько раз лист.

«Я тебя знаю, решишь еще, что письмо подделали. Так что сразу – через год после нашего знакомства я едва не умер от лихорадки, но чудесным образом очнулся на пятый день без единого признака болезни. Я знаю, что ты тогда вернулся в Вавилон и украл лекарства из дома Криганов. Знаю, что твой опекун тебя поймал, но отпустил. Надеюсь, хватит, для подтверждения подлинности? Откуда знаю – расскажу уже как вернешься.

В общем, тогда ты сделал глупость, а сейчас – я. Прости, но пришлось влезть и отправиться в Вавилон. Твои бумаги пригодились кстати, спасибо. Так что мне вроде как выдали официальный статус, и я теперь ваша собственность, капитан Криган. Шучу, не злись. Пришлось так поступить. После вашего отъезда Алукард Хелс вроде как пытался завербовать меня в шпионы. Честно говоря, я так и не понял, в чем был смысл, но решил на аудиенцию к Кардиналу напроситься. Вообще, я не за этим пишу.

В коробке, к которой приложено письмо, есть радио-передатчики для связи со мной и с Кардиналом. Я в них малость поковырялся, но Марин точно разберется. Работают не то, чтоб очень хорошо, но лучше, чем никак. Включите, как получите. Там же портативный транслятор, присоединяется к передатчикам. Кардинал по нему должен передать вам данные исследования крови всех канонников. Как оказалось, их всех напичкали гадостью, травящей вампиров. К тому моменту, как результаты будут, вы уже должны получить в Каргане посылку, а я уже буду в Удуре. Не знаю, когда смогу выйти на связь, да и смогу ли вообще.

Еще кое-что. Кардинал и мадам Бьергин (скажу тебе – женщина она жесткая) считают, что у Алукарда есть доверенный помощник в Вавилоне. Мы это и так подозревали, но по всему самой вероятной кандидатурой выходит Максвел Корвальд. Мадам Бьергин просила передать Ивару, что замуж вышла специально, пусть знает. Не до конца понял, зачем ей это было нужно, но вот так.

Королевская семья в порядке, по прежнему “возносит молитвы Ночи во имя мира между расами”. Королева Беата просила передать Байшу, чтобы та держала Луну под контролем, чтобы это ни значило.

В общем, возвращайся быстрее. А то кто будет помогать перевозить мои вещи в ваш дом?

Ах да. Ты почему никогда не рассказывал, что автомобили такие интересные?!»

Кайл сжал письмо в кулаке. Внутри разрасталось ощущение сворачивающейся узлом паники, заставлявшей сердце биться быстрее, а горло пересохнуть. Он не верил, что Доран будет в полной безопасности в Удуре. Никогда не был из-за него, вампира. Но сейчас, чем сильнее Кайл погружался во все переплетения происходящего, тем сильнее убеждался, что всеми ими управляли. Не мог только понять, почему именно его отряд, его семья оказались втянуты в происходящее безумие? Случайность? Возможно, только Кайл не особо верил в случайности.

– Все в порядке? – Байшу сжала плечо капитана.

Кайл рассеянно качнул головой. Пересказал написанное.

– Корвальд? – удивился Луис. – Почему?

– Врядли моя мать пришла бы к таким выводам случайно. – ответил Ивар.

– Вообще-то, в этом есть смысл.

Вампиры обернулись на Фрода, задумчиво постукивающего по оправе очков. Доктор неопределенно махнул рукой, вроде как прося подождать. Быстро выскочил из кабинета, а вернулся уже в компании девушки лет двадцати в таком же исследовательском халате, как у Фрода. Она несла в руках папки и постоянно сдувала с глаз излишне длинную челку каштановых волос.

– Райя, это мой сын, Ивар. – почему-то из всех присутствующих Фрод решил представить именно его.

Девушка осмотрела его с головы до ног, изрекла нечто вроде «О», служившего то ли горестным вздохом, то ли обозначением, что теперь ей все предельно ясно в отношении вампира.

Ивара она этим откровенно взбесила.

– Я надеюсь она не твоя любовница, ради которой ты решил сбежать от матери, или что-то вроде этого. Не заставляй меня терять остатки уважения к тебе.

Его речь так и сквозила неприкрытой злобой, презрением. И болью.

– Она моя сестра, идиот. – взвился Рен.

– Очень ей сочувствую.

Райя рассмеялась.

– Ладно, пожалуй, ты и ничего.

Фрод тем временем раскидал на столе папки, ища в них что-то.

– Вы знали, что Алукард будучи ребенком, провел на поверхности несколько дней? И не просто провел, прожил. Его тогда ни дикие не съели, ни солнце не сожгло. Мы исследовали его вдоль и поперек. Еще когда я ехал сюда, я взял результаты старых анализов с собой. Хотел проверить одну совершенно безумную теорию. Какое-то время назад Алукард Хелс высылал нам образцы крови. Среди прочих он прислал свой, новый. Я сравнил и теперь более чем уверен в своих изначальных предположениях. По всему выходит, что Алукард Хелс – полукровка.

– Отношения вампиров и людей и тем более рождение детей под запретом едва ли не со времен первых чудовищ.

– Потому что полукровки практически все обращались в диких, верно. Или не выживали вовсе. Значит, у нас есть еще один очень интересный случай, когда полукровка не просто жив, так еще и здравствует.

– Вы хотите сказать, – попытался подытожить Кайл, – что отцом Алукарда Хелса, вероятно, может оказаться Максвел Корвальд?

– Именно.

– Секунду, – вклинилась в разговор Байшу. – Что за «еще один случай»?

Фрод сглотнул и нервно дернул халат.

– Это не имеет…

– Отец! – рыкнул Ивар.

Фрод тяжело вздохнул, понимая, что от ответа перед отрядом излишне заинтересованных вампиров, да еще и добавившихся к ним солярсов, уйти не сможет.

– Очень давно одни мои хорошие знакомые попросили придумать что-то, чтобы результаты тестов не выдавали в вампире ни малейшего признака чужой крови. Скрыть, что ребенок был рожден от вампира женщиной из солярсов.

– Что? – Рен едва не подпрыгнул от удивления. – И я только сейчас узнаю о том, что такое возможно?

– Единичный случай, повторений которому я, как ни пытался, не нашел. Поверь, я пробовал хоть отчасти это повторить, но нет.

– Где тот ребенок? – спросил Кайл.

Фрод склонил голову.

– Стоит передо мной и возглавляет отряд охотников, в котором служит мой сын.

Глава 22

– Да ты совсем из ума выжил… – начал закипать Ивар, но Кайл чуть дернул его, заставив замолчать.

Капитан закрыл глаза, запрокинул голову, размял шею. Снова посмотрел на Фрода. Его лицо не выражало ничего, что для всех вампиров третьего отряда означало только одно – Кайл был в бешенстве. Холодном, поглощающем. Не оставляющем после себя ни единого живого существа.

– Рассказывайте.

Тон вампира не обещал ничего хорошего тому, кто решил бы противоречить или увиливать. Фрод покорно кивнул, не желая накалять ситуацию, и начал рассказ.

– Криганы – твоя семья по отцу, дед и бабушка. Твой отец, Клаус, тоже был охотником. Когда он впервые отправился в сопровождении каравана в Карган, то встретил здесь девушку, влюбился, через какое-то время хотел забрать с собой в Вавилон. Естественно, тайно. Но в него не вышло. Уж не знаю как именно и где они жили, но Клаус продолжал служить Ордену, а она в конце концов родила тебя. Сама умерла через несколько дней. Я допускаю, что тело солярса просто не выдержало. Клаус принес тебя в дом родителей. Те, естественно, были против. Ему пришлось оставить тебя в детском доме Вавилона, чтобы отправиться на задание по поручению Ордена. Но и он сам погиб. Криганы – вампиры излишне консервативные, но единственного сына они любили. Правда, принять не могли слишком долго. Ты на него на самом деле очень похож, поэтому возможно, им было в разы тяжелее. Как бы то ни было, они пришли ко мне, как к ответственному за все программы исследований, и попросили помощи. Тебе решили правду не рассказывать. Я корректировал результаты всех твоих анализов крови едва ли не с рождения, если было нужно. Потом Криганы официально тебя усыновили и стало чуть проще, они теперь могли контролировать все оценки и медицинские осмотры. Когда Зальер принял тебя в Орден, пришлось все донести и ему. Он сказал продолжать. Но чем дольше ты жил как вампир, тем меньше в тебе оставалось следов солярса. Полагаю, твой альбинизм и невероятные по вампирским меркам силы – все, что к настоящему моменту осталось из, скажем так, наследия твоей матери.

– За все годы я ни разу не видел у них в доме хоть что-то об их сыне.

Фрод бегло взглянул на Ивара, всем своим видом игнорировавшего отца.

– Когда твой единственный сын погибает, разодранный тварями, оставив после себя только малыша-полукровку – это тяжело. Я думаю, они сначала очень злились. Не только на Клауса, но и на тебя, и на Инквизицию в целом. А потом решили прятать правду до последнего.

– Бред какой. – фыркнул Ивар. – Лучше оставить собственного внука все детство провести в одиночестве и возненавидеть всех вокруг, чем признать открыто его существование?

– Ивар, это уже не важно. – в тоне Кайла не было злости. Только усталость и немного благодарности другу за поддержку. – Они сделали, что сделали. Сами выбрали. Вот и я в итоге свою семью тоже выбрал сам.

Кайл прошелся по комнате туда-сюда. Резко остановился. Скрестил руки, вернул свое внимание к Фроду, спросил:

– Вы знаете, кто была моя мать?

– Нет, увы. Когда остался здесь, пытался выяснить. Но ничего не нашел.

– Почему тогда вы вообще уверены, что она была именно из солярсов?

– Нет никаких причин в этом сомневаться. Так говорил Клаус, да и Криганы виделись с ней пару раз.

– Я могу попробовать поискать в архивах города. – осторожно предложил до того молчавший и внимательно слушавший их Рен. – Но не могу обещать хоть какие-то результаты.

Кайл молча кивнул. Сел в ближайшее кресло, упер локти в колени. Рискнул озвучить пришедшую ему в голову мысль.

– Может быть такое, что Корвальд обо всем знает?

– Сомневаюсь. – Фрод насторожился. – Надеюсь, что не знает.

– Мы все еще не уверены даже, что подозрения на его счет правдивы. – заметила Байшу. – Корвальды – семья едва ли не столь же древняя, как королевская или род Бьергинов. Его сын – личный помощник кардинала. Я не понимаю с какой целью он мог бы пойти на все это и помогать Алукарду.

– Самому стать королем – не достаточная причина?

По лицам остальных вампиров было ясно, что каждому из них такая мысль приходила в голову, но каждый упорно пытался ее отогнать и не озвучивать. Измена и переворот все еще виделись чем-то невообразимым, немыслимым и слишком дерзким.

Но Кайла все это интересовало в последнюю очередь. Он неотрывно смотрел на пол под ногами, перебирая большими пальцами. Пытался сложить в голове пазл, но никак не мог собрать все ниточки. Оставался один вопрос, выжигавший в сознании дыру, заставлявший сердце трещать от зарождавшегося страха. Кайл сглотнул и все же озвучил терзавшие его опасения:

– Зачем Доран во все это влез?

Добавил в ответ на внимательно наблюдающих за ним друзей.

– Если допустить, что Алукард в курсе, что я – полукровка, то скорее всего я ему для чего-то нужен. А добраться до меня через Дорана проще всего. – Кайл посмотрел на своих товарищей. – Вы за себя постоять сможете, он – нет.

– Он не настолько беспомощен. – попыталась поддержать друга Байшу.

– Конечно же нет. И тем не менее Доран – просто человек. И один.

– Он ведь тебе написал, что Кардинал в курсе всего. Да и мать Ивара, а значит и моя. Ни одна из наших семей не бросает друзей в беде, никогда.

Кайл благодарно кивнул. Нахмурился, глянул на Рена исподлобья. Оскалился хищно, как делал, собираясь на охоту.

– Нам бы вас всех убить на месте за смерти наших товарищей и все то, что сейчас творится.

– Рискни. – чуть склонил голову Рен.

– Я не безрассудный идиот. Но Кардиналу точно доложить буду обязан. А в сложившихся обстоятельствах, – Кайл повел рукой, неопределенно описывая всю ситуацию, – это точно ни к чему хорошему не приведет.

Шипение в районе груди заставило Кайла замереть. Он вытащил наушник, попытался вставить в ухо, но сморщился и отдернул руку. Невнятный шум по-живому резал чувствительный слух. Марин вызывала капитана, но тот не мог ответить.

– У вас здесь поле, которое все блокирует. – сообразила Байшу, обращаясь к Рену.

– Нужно выйти за периметр. Только так.

– Значит, вы идете с нами. – прорычал Кайл, указывая Рену на выход.

Вампир не собирался оставлять главу солярсов без присмотра. Рен же сложил руки на груди.

– Вы все еще на моей территории.

– А клыки все еще при мне. – оскалился Кайл. – И я точно быстрее. На выход.

Когда все вампиры в компании Рена отошли от горы на приличное расстояние, Кайл вытащил наушник, переключил связь так, чтобы Марин услышали все присутствующие. В наушниках звучал раздраженный голос Марин, безостановочно ругающейся на неподдающиеся магнитные волны, магические щиты и солярсов в целом. Кайл прокашлялся, давая о себе знать. Поток ругательств тут же прекратился.

– Значит так. В ящике от Ордена я нашла трансляторы на дальние расстояния. Подкрутила, они еще не полностью работают. Но сигнал я получила. – она замолчала, будто собираясь с силами. Громко выдохнула, произнесла. – Тут прислали приглашение на встречу.

Кайл нахмурился, обратился к не менее озадаченным друзьям и Рену.

– Для договора еще рано. И разве не в Вавилоне все планировалось?

– Еще месяца полтора точно. – кивнул Рен. – Договоренность с вашим королем была такая.

– Что конкретно там написано?

– Цель не указана, отправитель тоже. Через три недели, координаты прилагаются. Но… – Марин замялась. – Кайл, тут печать Дорана.

Больше она ничего не могла бы сказать, потому как Кайл раздавил наушник в кулаке.

– Алукард. – прошипел вампир, стиснув клыки. – Если бы это был Доран – написал бы в письме. Смысл идти таким сложным путем?

Рен сжал кулаки, задумался. Кивнул сам себе и обратился к вампирам.

– Есть одна мысль. Но она никому из вас не понравится. – набрал побольше воздуха, окончательно решаясь на безумную авантюру, и добавил. – Отвезите меня в Вавилон. Сейчас. Мне нужно поговорить с вашим королем и кардиналом.

– Надо было мне откреститься от этого задания. – буркнул себе под нос Луис, впервые за день вызвав искренние одобрительные улыбки на лицах вампиров.

– Слишком велики шансы, что Алукард этого не упустит и попытается снова вас убить.

– Безусловно.– кивнул Рен. – Более того, я уверен, что ему и о получении приглашения донесут, и о том, что мы все срочно куда-то отправились. Я в какой-то степени даже на это надеюсь. Хватит уже по углам прятаться.

– Как мы поймем, кто именно среди ваших шпионит для Алукарда? Среди моего отряда шпионов нет.

– Никак. Просто сделаем так, чтобы о нашем плане узнали все. Если в моем городе и есть кто-то, кому я на сто процентов готов доверить свою жизнь, то это Райя, Жан и, как ни странно – доктор Бьергин. И все.

– Моему отцу доверять не советовал бы. – фыркнул Ивар.

– Ты злишься. Но как бы ни было, его исследовательский интерес слишком сильный. Сильнее любых привязанностей. А лучше образцов, чем целый страждущий спасения народ, не найти.

– Сдается мне, – чуть склонил голову Кайл, внимательно изучая Рена, – что Алукард думает также. Только экспериментирует более дерзко.

– Хотите выступить приманкой? – подала голос до того молчаливая Байшу.

Рен улыбнулся вампирше.

– Моя охрана ведь будет рядом, правда?

– Даже хорошая охрана не способна предотвратить все опасности. Особенно, если лезть им на встречу.

– Меня и так трижды едва не убили в собственном городе. Пора уже разобраться со всем этим. Умирать никому не хочется, но сидеть и ждать, пока Алукард сам явится, я не стану.

Кайл скрестил руки и произнес, подытожив:

– Три дня на сборы нам хватит. Поедем практически без остановок, так что в Вавилоне мы должны быть еще дней через пять. До срока обозначенного в приглашении останется полторы недели. Там и решим, что дальше делать.

– Значит ближайшие дни придется много поработать. – размял шею Рен, поворачиваясь к Байшу. – Спокойные посиделки закончились. Мне нужно подготовить народ к тому, что я могу и не вернуться.

Глава 23

Что-то разбилось. Доран распахнул глаза. Сел на кровати, насторожился. Двери он точно запер, каждый день проверял тщательно. Доран до сих пор не был уверен, что его могло бы ждать по возвращению в Удур. Предполагал, что медленная смерть. Допускал, на ничтожный процент, но допускал, что ошибался. И все же старался быть бдительным. Ведь знал же, что у Алукарда точно были шпионы в Вавилоне. Оттого слышать в ночи чье-то постороннее присутствие в доме третьего отряда для было особо пугающе.

Доран выбрался из кровати. Спал он все же в комнате Кайла, надеясь, что друг простит ему временное вторжение в личное пространство. По счастью, Кайл имел привычку держать в спальне оружие. Доран не то чтобы весьма искусно мог обращаться с мечами, хотя вампиры старательно его учили, когда подворачивалась возможность. И все равно для собственного спокойствия он взял один из клинков, прежде чем выглянуть за дверь. Чужие шаги в доме стали отчетливее – кто-то начал подниматься по лестнице. Доран прикрыл дверь, предполагая, что незваный гость будет искать его в гостевой спальне. Не ошибся. Шаги удалялись в сторону последней на этаже комнаты. Несколько мгновений ничего не происходило, а затем послышались бессвязные ругательства. Нежданный гость торопливо возвращался назад. Доран замешкался на секунду, подумав, что стоило бы наверное отпустить его прочь. Но когда чужак проходил мимо него, Доран резко толкнул дверь, ударив его в спину и сбив с ног. Наверное, вампиры предусматривали нечто подобное, потому как все двери в их доме открывались от себя. Доран приставил меч к шее неизвестного, одной ногой прижал его кисть к полу, второй – уперся прямо по середине спины, заставив того замереть.

– Ты кто и что здесь делаешь?

Ответом ему был короткий смешок. «Гость» попытался пошевелиться, но все его попытки быстро сошли на нет, когда лезвие вошло в кожу чуть сильнее.

– Я должен тебя забрать.

– Куда это?

Еще один короткий смешок.

– Домой.

Он резко дернулся, пытаясь сбросить Дорана. Захрипел и повалился назад. Доран переступил с ноги на ногу, отпуская клинок. Перед ним на полу лежал человек. Заколотый мечом прямо в шею. Убитый Дораном. Собственноручно.

Доран прикрыл рот рукой. Его тошнило, хотя он неоднократно видел мертвых и тела. Сам не убивал, раньше. Осторожно наклонился, вытаскивая меч с хлюпающим звуком. Повернул тело, чтобы получше рассмотреть лицо. Парень, на вид совершенно обычный, даже симпатичный. И слишком молодой. Только неестественно вздувшиеся вены прямо на лице и серые пятна, покрывавшие шею говорили, что что-то с ним не то.

Больше Доран ничего рассмотреть не успел. Успел подумать, что слишком глупо попался и что удар по голове был слишком сильным. А затем сразу начал оседать на пол, заваливаясь прямо на лежащего перед ним мертвеца, окончательно теряя сознание.

Тело убитого Дораном парня, а также само исчезновение Дорана было обнаружено Кардиналом Минхаром на следующий день.

– Как он смог пройти в дом? – с порогу задала вопрос Рагна, появившаяся сразу же, как получила послание кардинала.

Не дождавшись ответа, предположила:

– Это канонник Байшу. Вероятно, у него был ключ.

Кардинал повернул голову мертвого, внимательнее вглядываясь в пятна на его шее.

– Шутите? Чтобы повернутый на безопасности отряд вампиров оставил ключи от дома какому-то человеку? Их даже у Дорана не было.

Рагна неоднозначно хмыкнула. Правда была на стороне Кардинала, но никаких иных логичных объяснений чужому вторжению не находилось.

– Будем искать?

– Хотя бы попытаемся. Но я более чем уверен, что он где-то в Удуре. А еще уверен, что мы его не найдем.

– Что тогда будем делать?

– Тело нужно исследовать, но тайно. Боюсь пора обратиться к королю.

*****

Доран тяжело приходил в себя. Что в первый раз, очнувшись в комнате больше напоминавшей ему камеру, что каждый день после. Сколько он уже здесь? Дни все складывались в один, нескончаемый. Алукард хотел вывести его из себя? В том, что все происходящее – затея именно Алукарда, Доран не сомневался. Но глава Удура не появлялся у него ни разу. Да и никто иной тоже. Только подавали еду трижды в день.

Но в этот раз, в этот день Дорану было тяжелее и хуже, чем в любой из дней ранее. Он едва сумел открыть глаза, налившиеся тяжестью. И первым, что попалось на глаза, были носки туфель Алукарда.

– Наконец решили поздороваться? – Доран рассмеялся, садясь и прислоняясь спиной к стене.

– Пришло нужное время.

– Для чего?

Алукард снисходительно улыбнулся.

– У вас место в первом ряду, господин Дуэр. Даже своя особая роль. Просто наберитесь еще терпения. Но, если хотите, немного вам расскажу. Спрашивайте.

– Зачем вам я?

– Вы – средство, чтобы получить то, что мне действительно нужно. Вашего друга, Кайла. Редчайший образец, который мне необходим.

– Почему?

– Благодаря помощи одного моего знакомого, я выяснил кое-что очень интересное о природе существования вашего друга.

Алукард переплел пальцы и вновь улыбнулся. Дорана от его вида начинало подташнивать. Глава людей тем временем продолжал:

– Как поймать дикого, но чрезвычайно осторожного зверя? Самый верный вариант – выманить. А кто подойдет на роль приманки лучше, чем единственный по-настоящему дорогой человек? Лучше, чем вы?

– Бред какой. Почему сейчас?

– Символично. – Алукард крайне разочарованно вздохнул, даже слишком. – Знал бы раньше, все было бы иначе. Но уж как вышло.

– Как долго вы все это планировали?

– Всего лишь половину жизни. Правда, конкретно вас в изначальном плане не было. Кто же знал, что поблизости окажется такое сокровище. А планы имеют свойство меняться, господин Дуэр, если того требуют обстоятельства.

Кажется, Алукард сказал еще что-то, но Доран не слышал. Голову пронзила боль, перетекающая волной вниз по позвоночнику. Словно его скрутили в жгут, а затем еще и ударили десяток раз об землю.

– Что ты сделал со мной? – голос Дорана дрожал.

– Дал тебе лекарство. Почти такое, какое давал им всем. Оно подействует не сразу, придется потереть. Но боль пройдет, когда ваш друг явится за вами. Вампирская магия иногда может создавать интересные вещи. Вот и посмотрим, господин Дуэр. Либо вы адаптируетесь и все будет хорошо, либо станете чудовищем, которое Кайлу Кригану придется тут же убить.

– Если обращусь в дикого – точно убьет.

– А вот я бы не был уверен. Он попытается вас спасти. И я дам ему такой шанс. Естественно, не просто так.

– Обменяете мою жизнь на его?

– О нет. Он мне нужен живым. По крайней мере пока. Я ведь должен выяснить, как создать таких же.

– Каких? – в горле вставал ком, мешавший внятно говорить.

– Полукровок.

Дорану показалось, что он начал бредить от боли. Что все это, все происходящее – больные галлюцинации. Может Алукарда и вовсе здесь не было. Ведь не мог же настоящий глава людей настолько серьезно нести абсолютную чушь. Доран потряс головой, но тут же пожалел. Виски пекло нестерпимым жаром, кололо иглами. Единственное, на что еще хватило ему сил – задать вопрос:

– Зачем?

– Вампиры, что столетиями закрывают глаза на все, лишь бы получать нашу кровь, и при этом считающие себя вершиной творения. И солярсы, мнящие себя спасителями только потому, что имеют чуть больше возможностей жить на поверхности. Среди всех только твари – настоящие. Но, увы, слишком мешаются под ногами. Я – человек. И лучше всех понимаю людей. Их надежды, их стремления, пороки и желания. И я могу изменить их. Всех их. Этот мир нужно переписать. И ничто не поможет в этом лучше, чем очистить его полностью. А сделать это я смогу только заполучив вашего друга.

Доран тяжело дышал, но боль начала отпускать. На смену ей приходила злость. На Алукарда за весь тот бред, в который он истинно верил. На себя, за то что оказался такой легкой мишенью. На вампиров, у которых в городе спокойно шатаются шпионы. На весь мир, который породил такое чудовище, как Алукард. На собственную беспомощность. Ведь он только и мог сейчас, что слушать, как сумасшедший псих предвкушает убийство его лучшего друга.

– Использовать его? – зашипел Доран.– Превратив в кого? В новых диких? Как тех вампиров?

– Дав им шанс измениться. Всем. И людям, и вампирам, и солярсам. Новый единый народ.

– Без капли здравого сознания, привязанностей и вообще хоть какой-то морали? Пожирающий друг друга как еду? Но вы сам при этом останетесь собой?

– Увы. Когда-то я думал, что это благость. Теперь вижу, что проклятие. Но я не просто так был избран этим миром. Мне придется пожертвовать благостным будущим во имя изменений.

– Да вы больной сумасшедший.

Алукард снисходительно улыбнулся.

– Вы слишком привыкли жить во тьме, Доран. Но не волнуйтесь, я выведу вас к свету. Всех нас. Осталось еще немного подождать.

Алукард поднялся, собираясь уйти и оставить Дорана. Но обернулся у выхода, снова улыбнулся.

– Ваш друг прибудет дня через три. Да не один. Советую приготовиться к приему гостей.