Марина Дамич
Измена. Найди меня, Медведь!

Дорогие читатели!

Приветствую вас в третьей книге цикла "Теперь ты моя". Все истории можно читать самостоятельно. Буду рада подпискам и теплым отзывам! Благодарю вас за выбор моих книг!

Глава 1. Коза и медведь

1.1

– Эй, коза! Смотри, куда едешь!

Именно с этих прекрасных слов началось мое умопомрачительное знакомство с моим женихом. Что? Первые свидания? Встречи? Конфеты и подарки?

Ничего подобного. Секс на заднем сиденье его “Тахо”? Это мы запросто и с первого раза.

Как так получилось?

Я подрезала его на светофоре на своей старушке-тройке “БМВ”. Ну, как подрезала? Ехала по левому ряду, и, показав поворотник, свернула на правый. Это он на своей тачке-громиле меня не заметил!

Сигналил мне так, что я от испуга резко остановилась. Он, наверное этого не ожидал от меня, но тормозил так, что влетел на соседнюю полосу. Вышел, загородив все движение.

Крепко вцепившись в руль, я медленно поворачиваю голову и вижу огромное мужское тело. Ирма, ты попала!

Огромные ручищи открывают мою дверь – ну потому что не работает блокировка замков в “БМВ” 2003 года – она ненамного младше меня, между прочим! Хотя, мне кажется, меня бы и блокировка не спасла.

Ну и выдает мне порцию про козу, и про то, что права понакупают, а ездить не умеют. Если коротко по курсу психологии – я опасна для общества, потому что проявляю девиантно-деструктивное поведение на проезжей части общего пользования.

И нет, это не дословно.

– Вот блядь, кто вам права выдает и машины разрешает водить? – орет этот медведь мне в ухо.

Я дама тоже нервная. Не выдерживаю, отстегиваюсь и выхожу из машины, толкая этого верзилу к его “Тахо”. Ну, как толкаю. Врезаюсь в эту каменную глыбу, которую с места столкнуть в принципе невозможно.

Но я говорю себе – Ирма, ты сильная. Баба-огонь! На кроссфит ходишь по пятницам. Ты сможешь!

– Иди-ка ты на хер! Нечего мне тут сигналить! – кричу ему в его бородатую физиономию. – Ниче бы с твоей тачкой не случилось бы!

Кричу? Пищу уткнувшись в его массивную грудь. Черная рубашка на нем натянута до скрипа, а в расстегнутом вороте виднелась тестостероновая растительность. Ну вот рост у меня небольшой, метр шестьдесят четыре от силы. А сегодня в сандялях-гладиаторах на плоской подошве и никакой конкуренции этому медведю составить не могу.

– Да похер на тачку. Я бы тебя потом как собирал? По запчастям? А родителям твоим чтобы сказал? Дебилка!

Он что, за меня беспокоится?

Нервно сглатываю и очень неуместно чувствую исходящий жар от этого мужика. Это все аномальное лето в Красноярске. Вокруг горит тайга, дым повсюду, асфальт плавится. И я вместе с ним.

Нам сигналят другие участники дорожного движения. Но мне прям интересно, кто первее из нас сдастся? Я скрещиваю руки на груди. Готова идти до конца и вызовом смотрю в его холодно-горячие – разве такое возможно? – зеленые глаза.

– Сам дебил!

Он старше меня. Очень старше. И больше. Я реально играю с огнем, ругаясь с ним в открытую. Но как говаривала моя мама, пока еще была жива: “Никакого у тебя инстинкта самосохранения, Ирма!”.

Он усмехается, поворачивается ко мне спиной, идет к своей тачке, садится за руль и уезжает. Да как он посмел?!

Я стою с открытым ртом, понять не могу! Я же собралась тут воевать, а он?!

– Какого хрена, а?! – ругаюсь, рву ручку двери машины на себя, а она… заблокирована! Да твою ж налево!

1.2

Самое отвратительное, что телефон тоже в машине остался.

Я просто стою посреди полосы, вот точно как дебилка. И даже аварийку включить не могу. Пытаюсь остановить кого-то помочь, хотя б эвакуатор вызвать. Но мне все сигналят.

Но вот рядом на обочину паркуется низко опущенная тонированная “Лада”, забитая парнями после расцвета пубертата. Реально предлагают помочь и отвезти, куда надо.

– Вызовите эвакуатор, – прошу я.

– Зачем эвакуатор тебе, красавица, мы тебя сами куда хочешь эвакуируем, – высовывается водитель, открыв дверь. Они начинают выходить из машины один за другим и я понимаю, что все – вот она трасса. Вот она я одна. Машин почему-то становится меньше.

А все потому, что мне приспичило съездить на природу – в городе смог от дыма и я задыхаюсь.

Съездила на природу, как говорится. Сейчас меня еще раз туда вывезут. Вжимаюсь в свою несчастную машину-предательницу и думаю, долго они будут со мной резвиться, или быстро помучают и отпустят. Идиотка! Нашла о чем думать.

– Да, поехали, чего ты, – выходит второй “мачо”. – Мы не кусаемся.

– Зато я кусаюсь, – слышу я рычание позади себя. Вот теперь мне по-настоящему страшно. Я даже не заметила, что еще кто-то остановился позади меня. И я узнаю этот рык. Этот голос. Это вот из-за него, из-за этого медведя у меня теперь проблемы! Чего это он вернулся?

– Ты его знаешь? – спрашивает один из парней, но как-то остальные все садятся обратно в машину. Не хотят связываться со здоровенным дядькой на “Тахо”.

– Мой муж! – заявляю я. – Сам приехал. Нашел ведь меня как-то, да? Привет, милый!

Разворачиваюсь и бодро шагаю к Медведю, а сердце грохочет. То ли от страха, то ли от расплавленной заинтересованности в зеленых глазах мужчины. Встаю на носочки и легонько целую в губы, как будто действительно мужа встретила.

Удивительно, какая у него мягкая борода. И пахнет от него нереально. Специями, тайгой, костром и ладаном. От его близости мне становится очень-очень жарко. Я чувствую острый укол желания. И не понимаю, как можно реагировать так на мужика, которого вот второй раз в жизни вижу, но в первый раз он вел себя как полный мудак.

Отстраняюсь и пытаюсь сделать шаг, но он обхватывает меня своей ручищей и тесно прижимает к себе.

– Что это ты творишь, коза? – тихо спрашивает меня, а сам ухмыляется. – Понравился?

– Нет!

– Разве, милая жена?

Мое тело впечатывается в его. Меня охватывает дрожь, ноги не держат. Я почти вишу на этом мужике.

– Все, мы поняли, – разрывает магию момента пацан из “Лады”.

Я тут же опускаю руки – я почему-то держалась за крепкую шею Медведя. Мне так стыдно – сил нет. Не знаю, что на меня нашло. Но меньше всего я хотела проблем. А сейчас их получаю с лихвой.

Он тоже отпускает меня, но ухмылочка с его лица не сходит.

– На. Вызови эвакуатор, – он достает телефон из кармана плотно сидящих на ним джинсов. Он весь такой массивный. Мускулистый. Огромный. И я взволнована и заинтригована одновременно.

Я называю место откуда забрать машину и куда ее привезти. Диспетчер сказала ждать в течение трех часов.

Три часа! С ума сойти! Но выхода нет.

– Садись ко мне в машину! – командует источник моих проблем.

– Я не могу! У меня документы и телефон в машине. И ключи! И вообще, это ты во всем виноват! Надо вот тебе было выяснять отношения на дороге!

– Извини, получаю удовольствие, когда жизнь присылает бумеранг, – смеется Медведь, но снова подходит ко мне. – Садись, а то сам отнесу тебя.

– Ты не посмеешь!

И вот зря я это сказала!

Он хватает меня и закидывает на плечо – без каких-либо на то усилий. Бросает на заднее сиденье своей роскошной здоровой тачки и блокирует двери, чтобы я не вышла. Потом открывает багажник и достает оттуда треугольник для обозначения остановки и поломки. Ах вот же ж блюститель правил! Мужичелло проклятый!

Со мной как с мешком картошки, а зато вот о других водителях беспокоится.

Возвращается после установки треугольника, садится за руль. Я переползаю на переднее пассажирское сиденье, потому что сзади его донимать не получается.

Он трогается с места.

– Куда ты меня везешь? – нервничаю. Правда.

– Домой тебя везу, – бормочет мужчина. Я смотрю на него и дальше плавлюсь. И жара здесь не при чем! Кондиционер работает на всю катушку.

– А говоришь не понравился. Глаз с меня не сводишь, – Медведь расслабляется и вытягивает руку поверх руля. – Не бойся, ты меня не особо интересуешь. Мелкая и костлявая. Тебе восемнадцать то давно исполнилось?

– Там телефон остался, кошелек, ключи от дома, документы. Все в машине, – игнорируя его пошлые намеки, пытаюсь его вразумить.

– Ну, вот и подождешь, когда привезут.

– А если машину вскроют? – переживаю я.

– Не вскроют, – отрезает Медведь. – Ты не ответила на вопрос.

– Извини, я не слышала. Ты обычно орешь, нет, ревешь как зверь. Я уже оглохла.

– Блядь! Вот что ты за наказание?! С тобой по-нормальному, а ты все равно строишь из себя суку! – взрывается он, и снова орет. Вот теперь узнаю. А то солидным стал, цивильным, весь из себя джентльмен. Я его вмиг раскусила.

– А может, я и есть сука! – кричу в ответ.

Впереди какой-то съезд в небольшой лесок, где обычно с дороги останавливаются отдохнуть. И Медведь сворачивает и, когда деревья нас скрывают с дороги, резко останавливается.

– Так и скажи, что хочешь меня! – внезапно смеется он надо мной, запрокинув голову.

– Иди ты в жопу! – посылаю его, но совсем не чувствую опасности. Напротив. Адреналин. И предвкушение чего-то большего. Потому что как бы я не сопротивлялась, Медведь прав.

– А можно не туда? Я не любитель. Но если тебе нравится… – продолжает издеваться, но кладет руку на затылок и притягивает к своему лицу. А затем впивается в мои губы обжигающем и хмельном поцелуе. Его язык таранит мой рот так, что мне остается лишь капитулировать. Как там пацаны говорили? Эвакуироваться…

1.3 Коза и медведь

Я и сама не хуже него – тяну на себя его, держась за рубашку. Пуговицы отлетают от моего захвата. А мне хочется большего. Вот бы дотронуться до этого живого камня под хлопковой тканью, мои непоседливые пальцы касаются его шеи и опускаются ниже к его горячущей тестостероновой широкой груди, на которой темные волосы подчеркивают его мужественность. Ладони изучают его пламенную кожу, я ощущаю подушечками пальцев, как сильно бьется его сердце. Точь-в-точь как мое. Царапаю его плечи, психую, что нам мешает подлокотник между кресел. Отвечаю на его поцелуй, нет, натиск, ему под стать. Потому что бесит меня! И хочу его до отвала башки! И нет, я не такая и со мной такого никогда не случалось, но думать я не в состоянии.

– Девочка, я же тебя сейчас закину назад и трахну, – прервав терзание наших губ, предупредил меня Медведь. – Остановимся, может?

– Может, хватит уже, а? – прикусываю его шею и, кажется, сношу все барьеры у этого мужика. И у себя заодно.

– Тебе только на ступе с метлой ездить, – снова рычит на меня и выходит из машины. Я в недоумении. Тишина меня поглощает и я медленно начинаю соображать и включать свой мозг, который явно поплыл при виде этого тестостерона ходячего. Но вот проблема – он уже не даст мне передумать и давать заднюю. Да и я не хочу. Я же Ирма, что мне какой-то мужик? Получу удовольствие и забуду. А я очень-очень жажду получить удовольствие. И судя по запаху наших разгоряченных тел, мне предстоит кое-что невероятное.

Он открывает дверь с моей стороны и вытаскивает меня из машины. Обхватывает меня всю, я даже не касаюсь ногами земли. Зажата между ним и черным раскаленным металлом “Тахо”. И вот металл далеко не такой горячий. В стальных тисках – по-другому и не скажешь.

Медведь тяжело дышит в мой полураскрывшийся рот. А я все жду, когда он вонзится. И в рот мой. И в меня. Стон вырывается из моей груди, потому что это пытка! Обхватываю его массивные бедра ногами. Пусть он тоже мучается! И охреневает от моей гибкости. Я многое умею.

Его ручищи пролезают мне под сарафан и сжимают до тянущей боли ягодицы. Я вдавливаюсь в его пах, понимая, какой он огромный и какой, наверное, это невероятный кайф заполучить этого Медведя!

Пока я на нем вишу, он открывает заднюю дверь. Он, правда, пытается, меня затолкать, но я беспардонно получаю доступ его ошеломительным губам, невероятным. Вот откуда было мне знать, что такие мужики могут так круто целоваться? Нет, не так. Наши губы и языки сексом занимаются, а тем временем, я отползаю назад, ударяясь обо что-то локтем. Черт, эта машина слишком огромная, иди пойми, как тут все устроено. Впрочем, под стать своему хозяину.

– Ты всегда такая? – в перерывах, хватая воздух между поцелуями, смеется Медведь.

– А ты у нас любитель поговорить, а не делать? – злюсь на него, одновременно сжимаю его короткие волосы на затылке. Он снова что-то хмыкает про себя, но задирает мое летнее платьице в цветочек в кантри-стиле до самой груди. С трусами происходит какой-то коллапс – я не знаю, как я без них оказываюсь. Я их точно не снимаю, но Медведь с ними успешно расправляется. И вообще не понимаю, как мы с ним вдвоем размещаемся. но вот мои ноги разведены, а он срывает ремень и резким движением расстегивает ширинку своих слишком плотно облегающих джинсов. Я облизываюсь, предвкушая увидеть его огромный член, и да… картина даже превосходит мои ожидания. Я обхватываю его, чтобы проверить, настоящий ли он, но Медведь отнимает мои руки от себя и, закидывая мои ноги себе за спину и впиваясь в мои бедра пальцами, медленно входит в меня.

Он растягивает меня. Я совершенно точно не готова к такому. И вообще, я же довольно изящная и миниатюрная, а он… как он поместится? Но…

– О-о-о-о, – выдыхаю я, цепляясь в его шею. Наши взгляды встречаются, упрямо прожигая друг друга. Зелень его глаз обволакивает меня, приглашает окунуться в его страсть, прыгнуть с головой в его мир.

– Блядь, какая ты тесная! – стонет мой Медведь, не с первого раза войдя в меня до упора.

А меня словно разрывает, но не от боли, а от того, что он одним собой заполняет меня, с достатком, с излишком, цепляет собой все мои нервные окончания и сносит все мои прежние представления о сексе к чертям.

И вот когда он глубоко-глубоко, я не выдерживаю. Сжимаюсь вся. Дрожу, цепляясь губами, зубами, ногтями за этого мужчину. И только бы он всегда был вот здесь. Внутри. Но он двигается, ускоряется, а я ухожу в полную отключку. Я кричу до хрипоты, потому что оргазм невероятный, не такой, нет… я не стесняюсь своего тела, и могу и сама довести себя, но то, что делает Медведь… изнутри, мои клапаны срываются где-то в глубине, взрываются динамитом, и острый ток, наслаждение до боли, разносится в животе, в груди, растекается по внутренним поверхностям бедер, разгоняясь до кончиков пальцев ног. Искры из глаз или слезы – все одно. Я просто не понимаю, как такое возможно, да и нет мозгов у меня, нет. Только чувства.

Он тоже рычит, сгибая меня, сминая, как гнущийся прутик так, как ему удобно, но я чувствую себя не только убитой и подчиненной им, но и властительницей, сумевшей также повести за собой. Когда последняя волна оргазма подхватывает меня, Медведь резко выходит из меня и горячее семя растекается у меня по животу и ниже, обжигает, оставляет на мне свое клеймо, что я – вот она, гордая злюка, все равно повержена под его несгибаемой и непреодолимой мужской силой.

Я словно трезвею. До меня доходит, внезапно, что я сейчас натворила. Я даже не знаю, как его зовут. Я вижу его впервые в жизни и он… он ужасный, кричащий на меня тиран, и я все равно под него прогнулась. Потекла, как последняя сучка, никогда в своей жизни не видевшая мужика.

– Пиздец, – очень точно комментирует произошедшее Медведь.

Я отворачиваюсь, не хочу, чтобы он заглянул в мои глаза и увидел то, что ему не нужно видеть. Хочу встать, но он не дает. Слышу возню, но упорно не смотрю на него. Он вытирает меня. Его прикосновения очень мягкие, граничащие с нежностью, и это добивает меня!

– Закончил? – кое-как сажусь на сиденье. Бедра неистово тянет – после веса Медведя и и широкого положения.

– Я даже не начинал еще, – очень понимающе и пошло усмехается Медведь.

Меня спасает его телефон, решивший резко ему позвонить.

И пока он отвлекается, я бегу из машины, обратно к своему “БМВ”. Мне везет, потому что к моему появлению, подъезжает эвакуатор. Настоящий, который машины возит, а не секс-эвакуатор, протаранивший меня сейчас даже на минимальной скорости.

– Мне говорили, вы будете через три часа, – с сомнением спрашиваю у водителя эвакуатора..

– Да вам повезло, дамочка. Я рядом был, до меня диспетчер последнему дозвонился. Вас куда везти?

Я оборачиваюсь. Ищу глазами черный “Тахо” и своего Медведя. Но понимаю, что наша встреча была случайной, и мы никогда не встретимся вновь. И не надо! Потому что я точно не такая! А с ним я, как падшая, последняя шлюха… но ведь до чего же было хорошо!

И, наверное, садясь на сиденье в кабине эвакуатора, я загадываю желание, чтобы он меня все-таки нашел.

Глава 2. Андрей

– Я подъехал за вашей машиной. Забирать? Или кто-то подойдет?

Я пока ответил на звонок и сообразил, что от меня хочет звонивший, моя Коза сбежала от меня. Эвакуатор за красным немецким ведром Козы приехал.

Смотрю в окно и вижу только, как у нее пятки сверкают, и короткий сарафанчик от бега колышется

Вот это девчонка! Ураган! И я не понимаю, кто кого отжарил только что. И так хорошо мне ни с одной женщиной не было. Вот прожил тридцать пять своих лет, а кайфанул я так впервые. Так горячо, огненно… взврывоопасно. Как тачку не спалили? Не понимаю.

Хочу ее. Моей должна быть. Хрена с два я допущу, чтобы это была разовая акция. После такого точно нет. Но она по-любому побежала к своей ржавой развалюхе. Мне придется делать круг до следующего разворота, чтобы вернуться к ее тачке.

Еду за ней и думаю – что я творю! Мало того, что сексом с незнакомкой у себя на заднем сиденье занялся, так еще и эта незнакомка определенно невменяемая! Орала так, что все медведи в округе слышали. Но как же не орать, когда нас нафиг бурей смело? Чувствовал, как ей хорошо, как умирает от удовольствия подо мной, и меня тоже выключило.

– Не, Андрюх, нельзя эту девочку отпускать, – успокаиваю себя и подбадриваю. Девочка, правда. Изящная вся, гибкая, как танцовщица, а, может, она и есть? Младше меня. Очень младше. Лет на десять, а то и больше. И вкусная охренеть какая! Целовать ее – сплошное удовольствие. С ней даже ругаться – удовольствие. Такая вся… как маленький костерок. Упрямый и невозможный.

Но мне ее упрямство до одного места. Схвачу, посажу в машину и отвезу в свою берлогу. Еще больше офигеваю от своей решительности.

Пока делаю разворот, вижу, как эвакуатор везет красный драндулет Козы.

Понимаю, что как-то это по-дебильному – следить за эвакуатором. Найду я Козочку свою и без лишних телодвижений. Звоню в службу эвакуаторов – она все же звонила с моего телефона.

– Служба эвакуации. Диспетчер Зоя.

– Зоюшка, милая. Здравствуй, – пою в телефон. – Ваша служба здорово помогла моей жене. Но, дуреха, забыла телефон и ключи от квартиры в машине. Она наверняка в автосервис сейчас, а я не могу дозвониться до нее – телефона-то у нее нет. Где искать ее…

– Мы не даем адреса наших клиентов, – отрезает неприступная Зоя.

– Да знаю я. Но пойми, недавно только права получила. Ключи в машине оставила и мы вот вызвали эвакуатор с моего телефона, а дозвониться я до своей крошки теперь не могу. Меня по работе вызвали, а где теперь мою жену искать – знаете только вы.

– А что за машина?

Называю марку и номер – это я запомнил сразу, как только чуть не вмазался в нее. Уже тогда понял, что надо узнать эту Козу получше.

– Да, есть такая. И правда, с вашего номера звонили.

– Вот видите, – радуюсь. – Знаете адрес?

Диспетчер называет мне адрес. Вспоминаю автомастерскую там. Да, сейчас сдерут с нее три шкуры, чтобы тачку разблокировать. А она еще и… без трусов! Зверею! Жму на газ, чтобы успеть до того, как беда произойдет.

Через полчаса на месте. Захожу в автосервис. Козочки не вижу нигде. Только ее “БМВ” с раскрытым капотом.

– Хозяйка где? – спрашиваю у механика.

– Домой поехала. Мы разомкнули ей дверь, но денег у нее с собой не было столько. Да и аккумулятор ей нужно менять. Поехала домой за карточкой.

– Знаешь, где живет?

– А тебе зачем? – бычится на меня механик.

– Дверь мне поцарапала! Еле выцепил, где ее тачка! – делаю вид, что ругаюсь. Мужик понимающе кивает и говорит, что в договоре на обслуживание она указала адрес. Я счастлив невероятно. Целый квест прошел.

Правда, адресом со мной не сразу делятся. Я даю несколько красных купюр механику, и еще по карте оплачиваю ремонт этого ведра с гвоздями по карте. Уму непостижимо! Но этой девочке хотелось помочь. И так явно не шиковала, раз на развалюхе ездила. А для меня это копейки!

После того, как узнаю адрес, еду не к Козе.

Вначале домой, чтобы в порядок себя привести после вспышки страсти с девчонкой. Да и машину поменять хочу. “Тахо” хорош, но рабочая моя лошадка. По городу предпочитаю ездить на машине поменьше.

Через полтора часа я уже возле дома Тамары. Женщина, с которой встречался изредка последние полтора года. Непритязательная. Красивая очень. Деньгам была рада, но я чувствовал, что нравлюсь ей не только из-за своих финансов.

– Андрей! Что-то случилось? Ты обычно предупреждаешь… – открывает мне дверь взволнованная Тамара с грудью добротного четвертого размера. Русые волосы искусно обесцвечены. Глазками голубыми хлопает, губки надувает. Ага, хоть и не готова была ко встрече со мной, похоть в ней вспыхивает тут же.

Да, это была наша договоренность, что если я хочу на ночь у нее остаться, то обязательно предупреждаю. И встречает она меня обычно в шикарном белье на теле и с роскошным ужином на столе. А сейчас просто в домашней одежде. Уютная. Милая. Но не для меня.

– Тамар, мне поговорить с тобой нужно, – сходу объявляю. Времени мало. Коза опять ускачет куда-нибудь.

– Д-да? – Тамара оседает на пуфик в коридоре.

– Мы расстаемся. Извини.

– Что? Но почему?

– Тамара, давай без этого всего сейчас. Нам было хорошо друг с другом. Но надо двигаться дальше.

Вижу слезы в ее глазах. Блять! Мы же договаривались! Просто секс! Без каких-либо обязательств. Ну, иногда меня сопровождала на какие-нибудь мероприятия. Все! Роль любовницы и спутницы Тамара исполняла прекрасно. Но все когда-нибудь заканчивается.

– Андрей! Неужели я тебе надоела?

– С тобой все хорошо, Томочка. И ты обязательно встретишь классного мужика, готового на семью. Не трать на меня свое время. И я тебе на карточку перевел кое-что. Надеюсь, ты не в обиде.

– Я не прощаюсь, Андрей, – мягко отвечает мне, встает и целует в щеку. – Если заскучаешь или новая твоя пассия не будет соответствовать ожиданиями, ты знаешь мой адрес и телефон. Всегда буду рада тебе.

И как она догадалась?

Я мужик такой – измены, гуляния, разные женщины в постелях – это вообще не про меня. И с Тамарой мне было удобно.

А тут Коза эта… снесла мне крышу. И я теперь не хочу никого. Только ее.

В автомастерской я узнал не только адрес, но и имя – Стрельникова Ирма Валерьевна. Имя то какое! Под стать Козе, нет… раз Стрельникова, то Стрекоза!

После Тамары подъезжаю в такой себе по благополучности райончик. Даже домофон в подъезде не работает. Алкаш какой-то сидит на первом этаже. Рай! Это же не безопасно! Как Ирма домой ходит? А сейчас она еще и без трусов! Они у меня благополучно где-то в двери “Тахо” остались.

Нахожу ее квартиру под номером сто восемьдесят шесть на седьмом этаже типовой девятиэтажки. Дверь хлипкая, из тонкой жестянки. Такую консервным ножом разрезать легко.

– Кто там? – оу, ну хотя бы спрашивает. Хотя, толк то какой?

– Андрей, – представляюсь. Ну, знакомство у нас шикарное – ничего не сказать.

– Что тебе нужно? – охает Ирма. Не ожидала, красотка, меня встретить. А я слышу ее голос и внутри все воспламеняется. В паху все напрягается. Да какого хрена! Один раз девочку эту попробовал – и все, ни о чем больше думать не могу, только как она такая хорошенькая ерзала подо мной, требуя большего.

– Про трусики твои здесь будем говорить или впустишь?

Колеблется.

Но, к моему огромному удивлению, открывает дверь и приглашает зайти.

– Тихо, только. Баба Люда спит, – она указывает головой на закрытую дверь.

– Твоя бабушка? – интересно до жути. Все хочу знать о ней!

– Нет, соседка. Она мне комнату свою сдает. На пенсию сейчас не прожить. Так чего тебе?

Стоит передо мной в коротеньком халатике на запах. Нежно розовый с какими-то цветочками. И этот цвет Ирме вообще не идет. Непохожа она на мягкую нежную фиалку. Такая в обиду себя не дает.

– Не хочешь узнать, как я тебя нашел? – уточняю, удивляясь ее спокойствию. Стою в коридоре как идиот.

– А ты, наверное, с удовольствием это расскажешь за чашкой чая?

– Нет. Даю тебе время одеться и буду ждать внизу. Продолжим наше общение у меня дома.

– Ты нормальный? Я даже имени твоего не знаю! – ругается, но вспоминает, что Баба Люда спит. Осекается и оглядывается.

– Медведев Андрей Игнатьевич, – представляюсь сходу. – Что еще тебе нужно знать?

Она усмехается, но тут же принимает серьезный вид.

– Ничего. Я не хочу тебя знать! – отходит от меня, нервничает.

– Да? Что-то на заднем сиденье у меня в машине мне показалось иначе, – ловлю ее за талию и притягиваю к себе. Она охает. Близость наших тел дурманит меня. Ловлю стояк мгновенный. Просто смотрю в ее бирюзовые – да-да, невероятные, глаза, и тону. Вот прям так в халате готов схватить ее и утащить.

– Медведь неотесанный! – шипит на меня, но держится за мою шею.

– Стрекоза драная! – вторю ей. Хочу ее целовать и упоительно трахать весь оставшийся вечер. Знаю, что если сорвусь, Баба Люда станет свидетелем сцены похлеще чем на порнхабе. – Терять тебе нечего. Переезжаешь ко мне.

И тут я с себя до конца шалею. Ни разу никогда в моем доме не было женщин. Ни с кем не жил, никого не водил к себе. А тут вот встретил на дороге безумную, и сразу же тащу в свою берлогу. Так и называю свой дом, потому что там тихо, спокойно и меня никто не беспокоит. Ирму там поселить – идея катастрофическая. Но хочу. Да!

– А? Что еще сделать?

– Ничего. Деньгами не обижу. Трахаться тебе нравится. Подружимся.

Моргает несколько раз. А чего стесняться? С деньгами у нее явный напряг. Даже квартиру снять не может. На ржавом ведре ездит. И ноги раздвинула передо мной слишком охотно. Хоть и устроила концерт со своим побегом – чтобы я ее поискал, как охотник добычу. Знаю я эту бабскую натуру.

– Иди ка ты нахер, Медведь Игнатьевич! – и со всей дури бьет ладонью мне по лицу.

Во мне все что могло – все упало. Всмысле?

Стою, злюсь, пыхчу. Сейчас сожру ее! Свяжу ее и все равно перевезу к себе!

– Бабки свои себе в жопу засунь!

Опять она про жопу. Что ж за рот у нее такой поганый. Злится на меня. Лицо румяное, волосы ее волнистые каштановые топорщатся в разные стороны. Мои ладони помнят их мягкость и норов.

Мой гнев улетучивается. Смеюсь, отпуская Ирму.

Не нужны этой девочке бабки. Гордячка! По-настоящему злится. Уф… Еще больше хочу ее, сил никаких нет!

Но я накосячил. Знатно. Привык я, что женщины раздеваются передо мной стоит только пальчиком поманить и хрустящие купюрки подкинуть. А Ирма не из этих.

Как теперь ее доверие вернуть – уму непостижимо. Придется поднапрячься.

Хочу ли этого? Не знаю. Но Ирма моя выталкивает меня за свою консервную дверь, а я стою, смотрю на лестничный пролет и думаю, что эта Стрекоза определенно скрасит мою серую жизнь. Осталось ее поймать!

Глава 3. Кто такая Ирма?

3.1

Воскресенье проходит у меня в страшном напряжении. Я хочу вернуться за своей машиной в автосервис, но очень удивляюсь, обнаружив ее на стоянке возле дома. А я уже деньги перевела с накопительного счета на карту…

Я живу скромно. Оплачиваю коммуналку Бабе Люде и ухаживаю за ней. Бедняжка осталась в Красноярске одна. Дети и внуки уехали в Питер, но исправно высылают ей деньги, которых ей едва хватает на еду и я, что говорить, сама все закупаю для нас обеих. Но пирожки Бабы Люды с капустой – это нечто! А борщ! Ух. Она и меня научила готовить.

Она вообще заменила мне бабушку, которой у меня никогда не было. А родители… Мама умерла в прошлом году, но наши отношения не были похожи на теплые, какие должны быть между мамой и дочкой.

Мой отец жив до сих пор. И это удивительно, учитывая, как много он пьет. Жизнь несправедлива, да.

Всю жизнь он пил и избивал маму, а потом и меня. Я много раз просила маму уйти от него. Но она считала, что это все послано нам за грехи и мы должны терпеть.

Став постарше, я без конца убегала из дома, практически прописавшись у моей подруги Ани Черничкиной. Я неистово завидовала ей и мечтала о такой же семье, как у нее, о таких же любящих родителях. И дядя Коля и тетя Валя действительно меня полюбили и не запрещали общаться со своей дочерью, несмотря на то, что я из неблагополучной семьи и часто устраивала нам с Анькой приключения. А потом моим родителям выставили судебную претензию за неуплату ЖКХ и нам пришлось продать нашу трехкомнатную квартиру, доставшуюся от родителей моей мамы и переехать в двушку в хрущевке в самом злачном районе Красноярска.

Остаток денег с продажи квартиры ушли на выпивку и наркотики для отца.

Мама работала медсестрой в больнице, отец – не работал, наверное, никогда. И мне нужно было закончить школу. Мамины ночные дежурства оборачивались для меня кошмаром, я связалась с плохой компанией, пока однажды я не попалась на глаза моему детскому тренеру по гимнастике – я занималась спортом, когда отец пил намного меньше.

Спасибо Алевтине Георгиевне – она помогла мне закончить школу и поступить в университет на факультет физической культуры и спорта. Когда у мамы были ночные дежурства, я часто оставалась у одинокой Алевтины Георгиевны. После поступления в местный педагогический университет, я переехала в общежитие и потом, как только мне стукнуло восемнадцать, я устроилась на работу в розничный магазин одежды продавцом-консультантом.

Я почти не спала. Никогда не позволяла себе лишнего. У меня были отношения несколько раз, но я не чувствовала себя комфортно, защищено. А хотелось именно этого. Чтобы обняли, пригрели и сказали – все будет хорошо.

Мне вообще страшно было жить с мужчинами – я все время боялась, что их перемкнет, что они запьют и превратятся в моего отца…

После первого курса я проявила себя на работе и мне предложили заниматься оформлением витрин и торговых залов. Владелец нескольких магазинов нашего самого популярного торгового центра увидел во мне задаток к визуальному мерчендайзингу – да-да, это так называется и… теперь я наслаждаюсь своей работой вот уже шесть лет. Я смогла и университет закончить, правда Алевтина Георгиевна очень расстроилась, что я не пошла по ее стопам – тренером по гимнастике, ведь, по ее мнению, у меня задатки.

Спортом я занималась и занимаюсь всегда. Любой вид – кроме хоккея и бокса – я на все готова.

Я купила себе старенький “БМВ”, чтобы приезжать на работу к пяти утра – пока торговый центр не работает для покупателей, и творить магию в магазинах.

Иногда меня просят помочь покупателям, потому что я прекрасно разбираюсь в стилистике и моде.

Бабу Люду нашла по наводке той же Алевтины Георгиевны – чтобы я не тратила деньги на съемное жилье и помогала старушке. А потом Алевтину Георгиевну сбил пьяный водитель на остановке… и я до сих пор виню себя за то, что не успела сказать ей спасибо. Что редко навещала… Мне не хватает ее.

Мне много кого не хватает – мамы, Алевтины Георгиевны, и Ани, которая уехала в Москву сразу после окончания школы. Ощущение, будто все меня бросили. Но, как говорила моя мама, Стрельниковы не заслуживают любви, не способны быть счастливыми. Жизнь и правда швыряет меня из стороны в сторону…

С отцом я не общаюсь. Мама умерла от тяжелого заболевания, а отец даже скорую ей не вызвал. Ненавижу его. Всем сердцем ненавижу.

И я работаю много. Иногда беру подработки. Одеваюсь на распродажах и в московских онлайн секонд хендах. Экономлю на всем. Собираю деньги, чтобы я сделать первый взнос за ипотеку. До безумия хочу свою квартиру. Просторную, светлую, где… будет бегать маленькая девочка, с кудряшками, как к у меня, а я буду ее любить так сильно, как никогда никого не любила.

Но ребенка я хочу от любимого мужчины, мужа. От того, в ком буду уверена.

Поэтому если и случается у меня секс, то предохраняюсь тщательно – презерватив обязательно.

Моя мать всегда говорила мне, если я принесу в подоле ребенка, также, как она меня когда-то, забеременев в восемнадцать лет, то я обреку себя на такую же жизнь с алкашом и наркоманом.

Я не могу ни с кем построить отношения. В каждом из мужчин я вижу того, от кого я бегала еще с начальной школы. Моего отца.

И тут появляется он, Медведь Игнатьевич или… просто Андрей. Удивительно, как это имя ему подходит. Он не выходит у меня из головы. А наш секс… кажется, у меня не было настоящего секса до этого момента. Мы не предохранялись, и это изматывает меня. Я так и слышу крики матери в своей голове, когда она узнала, что я гуляю с мальчиками.

Но…

Андрей далеко не мальчик. Он старше меня. И привык брать от жизни все сразу. Я подвернулась ему под руку, понравилась, и он не тратит ни мгновения.

Самоуверенный, наглый… и с ним я мгновенно теряю не только свои трусы, но и достоинство.

Когда он предлагает мне деньги, чтобы я с ним спала, я ответила на его предложение пощечиной, но хотелось еще и с лестницы спустить, да разве этого Медведя можно сдвинуть с места? Чудом вытолкала его за дверь!

Еще долго сидела после его ухода в коридоре, пытаясь унять разбитое сердце.

Он нашел меня. Нашел! А двигала им только похоть…

3.2 Кто такая Ирма?

Звоню в гневе в автомастерскую, что мою машину без моего ведома привезли. Но мне в ответ говорят, что мой муж лично заплатил за то, чтобы машину подогнали к моему дому.

Муж? Медведь этот!

Я в очень большой растерянности. Андрей все никак не выходит из головы. Не красавец, нет. Брутал, крепкий, ревущий, огромный во всех местах… я пытаюсь себя обмануть, что эта спонтанность мне не понравилась. Но нет. С Андреем это по-особенному остро и жарко. И я правда теперь думаю, что до встречи с ним, у меня никогда не было настоящего секса.

Сшибают ли меня с ног мысли о моем Медведе?

Безусловно. Я никак не могу сконцентрироваться на чем-либо.

В понедельник на работу приезжаю позже, чем нужно. Опаздываю!

И это ужасно. Я превращаюсь в озабоченную девицу.

Всю ночь снится Андрюша во всех возможных позах. Я даже почти оргазм словила! Просто. От. Сна.

Баба Люда меня будит среди ночи и спрашивает, чего это я мычу во сне – может, заболела?

А мне стыдно-то как! Жуть!

Нет, ну вот если подумать! У меня перед глазами образ Медведя, который делает мне гм… приятное. А тут Баба Люда возвращает меня своей побудкой в наш бренный мир и хрущевку с обоями в цветочек.

Мне кажется, будить холодной водой и то человечнее.

Злая, раздраженная, неудовлетворенная, еду на работу. Ругаюсь с охранником, потому что мой пропуск не работает.

С утра готовлю отчеты по продажам и прочим показателям эффективности своей работы. Задерживаюсь в основном флагманском магазине, потому что здесь у меня даже небольшой уголок в офисе есть, могу спокойно посидеть за своим ноутбуком и проанализировать данные. Надо бы до открытия торгового центра бежать в другой магазин и поправить витрину с манекенами, потому что в выходные ребята продали с них вещи, но не успеваю с отчетами. К одиннадцати директор магазина просит меня остаться, потому что все консультанты заболели и не вышли, а ему тоже нужно отправлять отчеты. Да что ж такое!

Я соглашаюсь помочь, тем более – понедельник, утро, покупателей обычно немного в это время.

Это магазин мужской одежды. Здесь есть все – от дорогих и деловых костюмов до спортивной тренировочной экипировки. Очень популярное место в городе. Но не по понедельникам.

С мужчинами мне нравится работать. Они, обычно, четко знают, чего хотят, либо если не знают, то доверяют мнению со стороны. Кроме моментов, когда они приходят с женами. И тогда я вынуждена работать с женщинами, потому что они определяют – покупать или нет. В такие моменты главное, чтобы жены не видели в тебе соперницу, иначе все – слетела продажа.

Я как раз нарываюсь на такую парочку сегодня.

Честно, у меня и так настроение ни к черту. А тут…

В общем доходяга какой-то сорокалетний, в рот которого заглядывает женщина с пересушенными пергидрольными волосами. Я думала, что такое окрашивание уже не делают, но ошибалась.

Я не похожа на консультанта. На мне голубые рваные джинсы, удобные легкие и очень дорогие кроссовки – я себе руку чуть не отгрызла, когда их покупала, но влюбилась в них безоговорочно. Грудь сильно облегает голубой топ, но все прелести прикрыты рубашкой, аккуратно завязанной и завернутой на поясе. Пикантная ложбинка на груди все равно видна, хоть и чуть-чуть.

И я не виновата что мудак, вернее, муж этой нервной блондинки, постоянно заглядывает мне в вырез.

Когда женщина начинает психовать, я усмехаюсь. Она видела меня и своего драгоценного? Вот нахрена мне такой товарищ “роскошный” нужен?

Вот что-что, а парни у меня всегда красивые были.

Даже Андрей… не глянцевый, да, но шикарный мужик. Не похож на модника, но одежда на нем во время нашей единственной встречи была не из масс-маркета. Но и это неважно совсем. Куда важнее то, как он несет себя миру. Самоуверенный, строгий, понятный и определенный. Представляю, сколько у него женщин… штабелями, наверное, укладываются. Особенно, если хоть раз увидели его “друга” в штанах.

Да что ж со мной такое!

Стою и думаю о мужике, с которым вряд ли когда-то еще раз увижусь. И о его члене. Нормально, нет?

А на меня уже откровенно орет бабища эта.

– Ирма! – гремит за спиной уже знакомый голос. Я вздрагиваю и медленно оборачиваюсь. Андрей. Не может быть. Улыбаюсь, неосознанно, не могу контролировать это. Потому что рада видеть его. Правда! И вот даже хочу с ним поругаться. И не только это. Просто… просто… я за один день заскучала по нему!

– Андрюша? – воркую я, потому что еще хочется утереть нос неврастеничной блондинке с ее невнятным мужем – мол, смотрите, какие мужики мне нравятся и на кого я в принципе смотрю с вожделением.

У Медведя приподнимаются брови от удивления и моего ласкового тона.

И до чего же шикарный мужик!!

Ликую и ору внутри себя от восторга. Там, в голове, Ирма танцует зажигательное победное танго.

На Андрее дорогой костюм. Очень дорогой и сшитый на заказ – потому что его массивное тело ткань облегает идеально. Без лишних складок и несуразностей. Когда такая мощная комплекция, официальный костюм легко превратит силуэт в прямоугольник. У Андрея с силуэтом все в порядке. Сексуальный настолько, что у меня слюнки текут. Контраст его аккуратной бороды и брутальности с официальным темно-синим костюмом меня выносят нафиг. Вот если пальчиком сейчас меня поманит, повисну на нем и не отлипну.

– Что ты здесь делаешь? – спрашивает меня, когда я к нему подхожу на своих пластилиновых ногах.

– Работаю, – резко отвечаю. Ведь я же по-прежнему строю из себя супер недоступную и “нетакую”, хотя прекрасно понимаю, что этому мужчине вообще глубоко плевать, кто я и что я. И такая я или не такая.

– Пойдем, пообедаем? – он же чувствует, да? Видит, что от одного его вида меня расплавило к чертям.

А его запах… этот тонкий и чувственный парфюм с розовым перцем, с тягучим ароматом кожи и табака – люксовый официальный запах, не тот, что был на нем в субботу. От того, что Медведь с легкостью превращается в Андрея, и ему соответствует любая его ипостась, я едва не теряю связь с реальностью.

– Девушка! Я же просила принести серую рубашку! – орет мне из примерочной истеричка.

– Ее нет вашего размера. Давайте я вам принесу голубую? – вежливо отвечаю, оставив Андрея наедине со стендом мужского белья возле кассы! Блин! А я даже не знаю, как он выглядит без одежды. Но что-то подсказывает мне…

– Знаете, мне надоело! Вы директор магазина? – выскакивает блондинка из примерочной и грозно снизу вверх смотрит на Андрея.

– Я… – теряется от напора мой Медведь. Я закатываю глаза, представляя, какой сейчас начнется кошмар.

– Ваша консультантша не знает ассортимента! Спорит со мной постоянно! А как она одета! Сиськами тут и жопой своей светит! Это магазин мужской одежды, а не блядушник!

– Я не…

– Ходит, мужу моему, вместо того чтобы работать, глазки строит! Вы должны предпринять меры!

Андрей непроницаем и соглашается с дамочкой:

– Конечно, предприму.

– Нужно ее наказать! – ловит азарт истеричка, радуясь, что нашла поддержку.

– Обязательно накажу, – он зыркает в мою сторону. Наши взгляды пересекаются. Теплая нет… острая хвойная зелень пронизывает меня, прожигает насквозь. И если я до этого плавилась, то сейчас горячей лавой теку по полу магазина. Как же он меня накажет?

3.3 Кто такая Ирма?

В это время выходит то самое недоразумение из примерочной. Несчастный мужик что-то лепечет, чтобы успокоить свою благоверную и с опаской смотрит на Андрея.

– И дорого у вас! Я бы может и купила что-то, но с ума сошли трусы за пять тысяч продавать? Я такие на рынке…

Я почти не вникаю в то, что она говорит. Просто слежу за эмоциями Андрея. И это тот самый мужлан, который орал на меня на дороге? Это он спокойно терпит? Или, может, просто потому что на нем приличный костюмчик?

– И форму поменяйте, чтобы сиськами не сверкали у вас продавщицы! Я понимаю, вы так продажи поднимаете, но тут много женатых! У вас же приличное место… как вас там?

– Андрей Игнатьевич, – представляется он с удовольствием.

– Андрей Игнатьевич… скидку сделаете нам за стресс?

– Не могу, – отрезает Медведь.

– Вы обязаны!

– Да я бы с радостью, но я не могу. Я не сотрудник магазина, – наконец-то он позволяет себе улыбнуться. Снисходительно. Азартно.

Лава?

Я супер квазар с температурой, разрывающей космос.

Блондинка что-то квакает напоследок, швыряет в меня вещами и ретируется со своим робко блеющим мужем.

Я кладу вещи на кассу, чтобы аккуратно их развесить.

– Я должен предпринять меры, я обещал. Чтобы ты другим глазки не строила, – слышу хриплый шепот у уха. Я и так еле держусь. С ума схожу! НЕ-ВЫ-НО-СИ-МО!

– Послушай… – начинаю я, а руки дрожат. Он перехватывает мои ладони и тянет к себе.

– Когда у тебя обед? – заботливо спрашивает. И от его мягкости вместо напористости остатки моего сопротивления рушатся. Крошатся в ничто. Не хочу ему сопротивляться! Но и на подачки вроде секса за деньги не согласна!

Хочу его, целиком. Очень-очень!

Но где он и где я? Никогда не посмотрит на меня серьезно!

– Я не привязана к графику. Я вообще не консультант. Меня попросили помочь.

– Тогда пойдем сейчас?

Разве я могу отказать?

Предупреждаю директора в офисе, что ухожу. Отключаю ноутбук, забираю свой керамический стаканчик для кофе, складываю все в сумку-шопер и иду к ждущему меня мужчине.

Андрей молча забирает у меня сумку и держит меня за руку. Наши пальцы переплетаются. Вернее… моя ладонь теряется в его большой, мозолистой.

– Как ты меня нашел? – спрашиваю у него, когда мы идем по галерее в сторону выхода из торгового центра. Я думала, что он поведет меня в какой-нибудь “Иль Патио”, но у него явно другие планы.

– Не находил. Я здесь по работе. Мимо шел. Увидел тебя, – спокойно отвечает. – Я, кстати, бываю в этом магазине, но тебя ни разу не видел. Иначе бы скупил полмагазина.

– Я не штатный сотрудник, – поясняю. – Я занимаюсь внешним видом магазинов и витринами.

– Дизайнер? – пытается понять мой Медведь.

– Мерчендайзер, – выговариваю я.

– Ты меня успокоила, – внезапно притягивает меня к себе и целует в висок. – Не хочу, чтобы другие пялились на тебя.

Пф! Тоже мне собственник нашелся. Но отчего-то не не реагирую гневно. Напротив, мне нравится его легкая ревность.

– А если бы была консультантом?

– Пил бы успокоительные, – хмыкает он. Радует, что не бросается фразами вроде – “я бы заставил тебя уволиться”, или “нашел бы тебе другую работу”. Я знаю девочек, кому реально парни и мужья запрещают работать, максимум позволяют в женских магазинах.

– Где ты хочешь пообедать?

– Есть тут ресторанчик неподалеку хороший, с кухней нормальной.

– Итальянская не нравится, значит?

– Есть могу, но люблю простоту во всем. В еде тем более.

– Думаешь, я простая?

– Нет, Ирма, ты очень сложная там, где можно подойти ко всему проще. Например в вопросе наших отношений.

Я пытаюсь выдернуть свою ладонь из его, но он не отпускает. Так и спускаемся в лифте до подземной парковки. Прожигаем друг друга взглядами, а рядом стоят люди. И вот почему-то я уверена, что не будь никого рядом… Хотя нет, торговый центр не то место. А вот его “Тахо”…

Но к моему неожиданному для самой себя разочарованию, он открывает с кнопки внедорожник “БМВ” габаритами поменьше.

Но при желании…

– Я не буду спать с тобой за деньги! – выдаю ему порцию гнева, как только оба садимся в машину.

– А не за деньги будешь? – тут же подхватывает он, веселясь. Его улыбка это нечто! Я ничего не могу толком ответить. – Просто потому, что нравлюсь, может?

– Не нравишься, – отпираюсь и откровенно вру.

Медведь рычит матерное ругательство, наклоняется ко мне через подлокотник, держа ладонью затылок, чтобы не дернулась никуда. Он впивается в мои губы в уничтожающем любое сопротивление поцелуе. Его язык вламывается в мой рот, тут же захватывая в плен мой, а когда я расслабляюсь, нежно водит, гладит, ласкает, мягко причмокивая.

Мне кажется, у меня не только белье промокает, но и джинсы. Какой же он горячий и упоительно вкусный!

– Не лги мне, Ирма. Никогда больше! – требует от меня Медведь, резко отстраняясь от меня.

Я сжимаю ноги, борясь с нахлынувшим желанием, нет, жаждой! Жаждой как можно быстрее трахнуть этого мужика!

Он быстро оценивает мое состояние и замечает все, что со мной происходит.

– Ко мне домой или в отель? – предоставляет мне выбор. Я задыхаюсь. Неосознанно цепляюсь за его руку.

– Что ближе и где есть еда? – мямлю, боясь ехать к нему домой, если честно. Ведь это все несерьезно? И сколько женщин уже побывало в его постели? Я же привыкну к нему, захочу остаться, а мне места не найдется.

– Отель, значит, – равнодушно соглашается Андрей. Но я вижу, как у него подрагивают руки, когда он заводит машину и выезжает с парковки.

Глава 4. Свободные отношения

4.1

Несмотря на обеденные пробки, мы уже минут через пятнадцать-двадцать на месте. Мы почти не говорим. Андрей привозит меня в исторический отель в центре города возле Центрального парка. Чуть ли не пять звезд, которых, конечно, в Красноярске нет ни в одной гостинице.

Возле ресепшена я оглядываюсь вокруг. Роскошь, но сдержанная, не кричащая. Интересные дизайнерские решения – сочетания исторического декора с современной мебелью. В таких локациях люди фотосессии устраивают и семейный отдых.

А мы приехали с Андреем сюда с конкретной целью.

– Андрей Игнатьевич? – спрашивает администратор гостиницы, очень миловидная девушка с третьим размером груди, которого у меня никогда не было благодаря гимнастике – я обречена на вечное плоскогрудие и плоскожопие. Еще бы жирок нарастал на бедрах для мягкости – вообще отлично было. Но я сухая, мышечная, твердая. И непонятно, почему Медведь зациклился на мне. – Здравствуйте.

– Здравствуй, Лена. Будь добра ваш люкс.

– Сколько ночей?

– Пока одну, а там как пойдет, – усмехается Андрей.

А мне провалиться сквозь землю хочется. Я ничем не отличаюсь от проститутки. Вернее, вряд ли такой шикарный мужик, как Андрей, спит с проститутками. Скорее с женщинами, которым нужны от него деньги… что там… считай – проститутки.

И Леночка эта привыкшая уже к появлению Медведева… Закатывает глаза, когда смотрит на меня, но с радостью демонстрирует содержимое лифчика Андрею.

Да ну их! Пусть сами удовлетворяют друг друга! К черту все!

Делаю шаг в сторону, но Медведь тут же ловит меня за талию и целует в висок, шепча:

– Куда это ты собралась, Стрекоза?

Его тягучая аура, невероятный запах, тепло тела и губ сводят с ума. Соприкасаясь со мной, он отключает мою способность связно мыслить. Я знаю, это неправильно. Так нельзя себя вести. Но я ничего, совершенно ничего не могу поделать с собой.

Люкс имеет отдельный выход из этого исторического здания, занимаемого отелем.

– Закажем еды, сколько угодно, – подмигивает он, открывая дверь магнитным ключом. Пропускает меня внутрь. Я дергаюсь, когда дверь за нами захлопывается.

– Я перехотела, – даю заднюю. Кажется, хватит. Наигралась в крутую Ирму.

– Хм-м, – Медведь усмехается и снимает с себя пиджак.

Мы в небольшой гостиной-прихожей. Возле диванчика стоит специальная вешалка для пиджака и… брюк. И как же меня бесит, что Андрей так легко ориентируется в этом номере. Цвет стен – мой любимый. Я мечтаю о таких в своей будущей квартире – морской волны, сложный цвет – смешение изумрудного и синего. В моем воображении я бы добавила экзотику и тропические рисунки и обязательно мебель горчичного цвета. Но здесь все более сдержанно. Бежевый тоже хорошо сочетается. Маленький диванчик манит присесть, но я остаюсь на ногах возле двери. Пора сваливать.

– Извини. Я сейчас вызову такси, – предупреждаю его и достаю из шопера свой телефон.

Я ожидаю, что Андрей выхватит телефон или начнет орать. Но он реагирует абсолютно спокойно:

– Ладно.

Не поднимаю на него глаза, хотя украдкой уже успела оценить, как охренительно выглядит в одной рубашке, облегающей его широкие плечи. Андрей куда-то отходит, исчезая из моего поля зрения.

Выбираю адрес торгового центра в приложении “Яндекса” и хочу нажать на кнопку вызова такси, но Андрей подкрадывается сзади. Сильные ручищи прижимают меня спиной к своему разгоряченному телу.

Пожар!

Телефон вместе с шопером падают на пол, стоит Андрею лизнуть мочку моего уха. Я выгибаюсь, пытаясь ягодицами ощутить твердость его плоти. Он одной рукой обхватывает мою грудь, с мягкой силой сжимая поочередно мои маленькие полушария сквозь ткань рубашки, топа и бюстгальтера. Другой рукой он расстегивает мои джинсы и проникает под них и трусики, пальцами лаская мой взмокший клитор.

И я больше не думаю о побеге. Не пытаюсь вырваться. Лишь подставляю шею для его горячих поцелуев. Мягкая борода щекочет кожу вслед за губами.

Я – все.

Ирмы больше нет.

Есть только комок нервов и агония желания, разогреваемая моим Медведем.

– Вот так девочка, – шепчет мне, когда я начинаю дрожать в его руках от подступающей развязки. – Какая же ты…

С шумом втягивает воздух, а я от его слов и голоса мгновенно прихожу к развязке. У меня темнеет в глазах, искры от взрыва проносятся по всему телу заставляя меня обмякнуть в его руках.

– Охуенная, – все же продолжает свою фразу Медведь.

Я не понимаю, что во мне такого. Ведь это мне сейчас нереально везет. Ведь это меня поймал этот бог секса в свои сети и я, наплевав на свою совесть и мораль, кайфую.

Он вытаскивает руку из моих джинсов и трусиков, подносит к своему лицу и вдыхает запах моего оргазма.

– Блядь! Сейчас съем тебя!

Поворачивает, как безвольную куклу, и, наклонившись, целует меня. Так, как только он это делает. Взрывоопасно. Подчиняя меня своей воле. В моем рту не хватает места, он заполняет его своим языком. Зарывшись пальцами в волосы у меня на макушке, оттягивает голову назад, заставляя раскрыть губы еще шире, но даже так не могу сделать вдох, пока он не позволяет, ненадолго отстраняясь.

Мои губы горят от его бороды и зубов, а язык тянется и требует, чтобы это не прекращалось. Я же говорила да? Медведь не целуется. Он трахает мой рот своим. И я, получив только что разрядку, снова растекаюсь лужицей. Вдыхаю его запах, мечтая, чтобы он въелся мне под кожу. Я хочу пахнуть ним, принадлежать ему, как нечто неделимое.

Он подхватывает меня под ягодицы и поднимает так, что наши глаза оказываются на одном уровне. Я обвиваю его талию ногами. Чуть сбавив напор своего языка и поцелуя, он несет меня в соседнюю комнату, где нас ждет широкая свежезастеленная мягкая кровать. Андрей роняет меня на нее, а сам устраивается сверху между моих ног, вдавливаясь в меня, демонстрируя через нашу одежду, как сильно хочет меня.

Наши взгляды встречаются. Я глажу ладонью его мужественное суровое лицо.

– Какой же ты красивый… – признаюсь, а он улыбается так, что у меня сердце из груди сейчас выпрыгнет. Его брови в удивлении приподнимаются. А я прижата его мощным огромным телом к матрасу. Нет у меня никаких шансов противостоять ему. Да я и не хочу.

– Стрекоза моя, – шутливо то ли ворчит, то ли стонет Андрей. Он медленно и неспешно раздевает меня. Развязывает рубашку, следом за ней на пол отправляется топ. Я остаюсь в простом бежевом бюстгальтере без бретелей – бюстье. Я могу позволить себе подобное с моим размером груди. Но стоит какому-то участку кожи оголиться, как Андрей тут же пробует его губами и языком. Я зацелована. Вся. Цепляюсь пальцами и короткими ногтями в его плечи и шею.

– Вкусненькая какая, – усмехается он, когда ловким движением пальцев, отработанным за годы опыта, расстегивает и снимает с меня бюстгальтер. Его губы опускаются на левый торчащий сосок. Кончиком языка ласкает, облизывая по кругу. Я тяну простынь от нереального удовольствия и вскрикиваю, когда он легонько прикусывает и тянет на себя. А потом переходит к правой груди, проворачивая со мной все ровно тоже самое. Его зубы пробуждают во мне молнию, вспышкой устремив наслаждение куда-то между ног.

Уже сама трусь об него, ерзаю по кровати.

– Хочешь меня или перехотела? – издевается надо мной Андрей, перед тем как снова уничтожить мой рот своим эротичным и очень глубоким поцелуем.

Зачем он спрашивает, если я не могу ответить?

Он продолжает пытку с раздеванием. С легкостью стягивает с меня джинсы и промокшие насквозь трусы в тон бюстгальтеру. Андрей сжимает мои упругие ягодицы и подтаскивает меня к своему лицу.

– Мне надо, чтобы ты была очень влажной, девочка, – хрипит он, закидывая мои ноги себе на плечи. Целует мой лобок, к счастью, идеально гладкий, потому что я всегда слежу за собой. И его, кажется, это еще больше возбуждает. – Я большой и хочу трахать тебя глубоко. До самого упора.

4.2

Я кричу от его слов, смешавшихся с его языком на моей киске. Он то нежно, то с напором теребит мой клитор, посасывая, постанывая – о, да, он явно получает особое удовольствие подчиняя меня себе таким образом. Он ненадолго освобождает мой клитор, чтобы проникнуть в текущее от желания лоно, покачивая языком внутри, взрывая меня, разделяя на до и после. Прежняя Ирма в шоке от уничтожения любых возможных границ с этим мужчиной.

Я уже непросто ерзаю, я двигаюсь с силой, пытаясь вырваться, но его сильные руки удерживают меня на месте. Одна его ладонь легко накрывает мой живот, придавливая меня.

Впитав все соки моего лона, он возвращается к клитору. Медведю достаточно один раз, а затем другой потеребить его, чтобы я взорвалась.

Я кричу, трясясь и дрожа от нахлынувшего экстаза. Сжимаюсь, пытаясь вырваться из его рук. Он же не прекращает лизать источник всего моего удовольствия и оргазма. Я плачу, умоляю – сама не зная о чем, пока, наконец, не затихаю.

Андрей встает с меня, оставив в полном одиночестве на огромной кровати.

Я тихонько всхлипываю, ощущая хрипоту в горле после своих криков. Горю от стыда и смущения – новые для меня чувства, пробудившиеся во мне после очень взрослой ласки Андрея.

Сажусь на кровати, подложив подушку под спину. Подтягиваю ноги к груди. Сердце колотится как сумасшедшее. Губы пересохли, но я знаю, жду, что Андрей меня поцелует и я снова увлажнюсь во всех местах.

– Без одежды ты еще красивее. Будешь по дому ходить без одежды…

Не понимаю, по какому дому? Но мозг у меня пока лежит где-то на прикроватной тумбочке.

Потому что Андрей неторопливо расстегивает рубашку.

Я в восхищении наблюдаю, как медленно открывается полоска смуглой загорелой кожи, покрытой мужественной порослью волос. Он и правда похож на медведя. Огромный, горячий.

Он бережно вешает рубашку, а затем и брюки на спинку кресла. Я сглатываю, не в силах оторваться от его тела. Его налитые мышцы не имеют острых контуров. Мощная грудь и разворот плеч. Плоский, но твердый, как скала, живот. Такая фигура обычно у настоящих силачей. У тех, кто не за красотой тела следит, а за силовыми показателями и выносливостью. Боже, да у меня нога меньше, чем его рука!

Серебряная цепочка с крестом ярко выделяется на его темной от солнца коже. Ноги чуть светлее торса – видимо он очень много работал или отдыхал, раздетый по пояс.

– До сих пор не нравлюсь? – следит за моей реакцией Медведь. Я перед ним, как раскрытая книга. Его зеленые глаза наполнены страстью и огнем, обещанием, что без очередной парочки оргазмов я отсюда не уйду. Он снимает с себя стесняющие его возбуждение черные боксеры известного бренда.

У этого мужчины есть все – деньги, власть, харизма, и большой член в штанах. Ему ничего не надо никому доказывать. Такой будет действовать напролом, как таран, не заботясь об окружающих. Пусть они под него подстраиваются! И со мной мог бы также, но он играет, наслаждаясь, как я подчиняюсь и ломаю все собственные устои и стены.

И ведь правда – я ничего о нем не знаю. Ладно, хотя бы познакомились в прошлый раз. После первого секса.

– Хочешь меня попробовать? – спрашивает он, подходя ко мне.

Я не могу оторваться от созерцания его члена, воспоминаний о том, каково это ощущать его внутри себя. Медведь растягивается возле меня на кровати, и я чувствую, как матрас прогибается под его тяжелым телом.

– Хочу, – говорю правду и спускаюсь ниже, к его ногам, удобно устроившись на его бедрах.

Конечно, этот экземпляр не поместится у меня во рту. Я вдыхаю его терпкий и чувственный запах, возбуждаясь сама, стоит мне лизнуть налитую головку. Андрей дергается, издав легкий стон. Воспринимаю как поощрение и прохожусь не только по головке, но и по всему члену, облизывая и обсасывая его, как леденец, от самого основания до вершинки. Рука Медведя опускается мне на голову, но он не направляет меня, но сжимает волосы, с шумом вдыхая и матерясь. Ему просто хорошо и он хочет это со мной разделить.

– Возьми его в рот, – просит он. И я пробую это сделать, хотя и сложно, потому что и объем и длина – невероятные. С трудом могу понять, как моя маленькая киска смогла его вместить в прошлый раз без особой подготовки.

Солоноватый вкус заполняет мой рот, упираясь в самое горло. Я то заглатываю, то отпускаю, поощряемая стонами Медведя. Делала ли я когда-то такое с мужиками? Ни разу. Мне всегда было противно и неприятно и я умело соскакивала с подобных тем и вариантов секса.

И, конечно, он понимает – видит же меня насквозь, что опыта в моих действиях маловато.

– Пососи, – хрипит он. Я смотрю на его лицо, полное томления и удовольствия. Думая о том, что мужчины слишком беспечны, доверяя самое ценное женщинам с зубами, однако делаю то, что просит Андрей. Вожу рукой вверх и вниз по его члену.

– Вот так, девочка, – глухо стонет он. Я подхватываю и понимаю принцип, ощущая, как его член наливается и все больше увеличивается в размерах. Так то была не полная эрекция? Охренеть…

Теперь стону я, с силой сжимая ноги. Теку от его возбуждения, от его вкуса. От этого мужика. Не могу больше. Пора завязывать с леденцами, трахаться хочу. Зачем приехала сюда, в самом деле?

Отрываюсь от него и приподнимаюсь. Не спрашивая его разрешения, пытаюсь его оседлать. Андрей усмехается, но помогает мне, направляя свой член в меня. Я медленно сажусь, ощущая, как растягивается лоно. В этот раз мы оба увлажнены и проникновение происходит гораздо легче, чем в прошлый раз. И гораздо… в тысячу раз приятнее. Меня кроет. Темнеет в глазах от наслаждения. Я чувствую, как он погружается в меня, сантиметр за сантиметром. Несколько раз качаюсь на нем, чтобы ощутить его всего внутри. Но он с силой стискивает мои бедра и двигается подо мной, в этот раз войдя до упора.

Я вскрикиваю. Я думала, что это все, но чуть не вырубаюсь от полного погружения. Откидываюсь назад, но мощные руки, в которых я таю, как снежинка, обхватывают меня, не позволяя упасть.

– Блять, Ирма! – ругается на меня Медведь, рыча от ощущений.

Приподнимается и обнимает, ловя мои губы в туманящем разум поцелуе. Он заполняет меня собой везде, окружает собой. И начинает двигаться, одновременно помогая мне приподниматься и опускаться. Он насаживает меня – иначе и не могу это назвать, на свой член, ускоряясь. А я в состоянии только кричать и иногда впиваться зубами и ногтями в его руки и плечи.

Я кончаю очень быстро. И это уже не тот оргазм, до которого Медведь меня уже доводил. Эта волна приходит откуда-то изнутри, где головка члена Андрея достигает самого верхнего, граничащего с болью, моего предела. Я вся подстраиваюсь под него. Меня словно вылепили для этого мужика и его размера.

Дрожа в его руках и плача от развязки, я роняю голову ему на плечо, пока он продолжает двигаться, а потом затихает, четко определив, что последняя волна оргазма ушла, опустошив меня.

– Это только начало, Стрекоза моя.

– Мне нужно еще работать, – мямлю ему в плечо. Остатки разума все же просыпаются.

– Скажешь, что приболела, – и шлепает меня по попе. От того что он такой большой внутри, легкий удар ладони Медведя создает во мне легкую вибрацию. Я дергаюсь от вспыхнувшего желания. Снова! У меня внутри все горит. Я сжимаю внутренние мышцы и слышу ругательство Андрея. Он вообще не сдерживает ни свои слова, ни эмоции.

Легко переворачивается вместе со мной.

– Будешь наказана сполна, девочка, – хмыкает он довольно. – За то, что сбежала в первый раз. Да и дамочке, той блондинке милой, в магазине обещал.

– Андрей, – шепчу его имя ему в губы. – У нас свободные отношения.

– Хм-м, – снова подвергает мои слова сомнениям.

И начинает двигаться во мне. Вначале медленно, мучительно, уничтожая меня и мою защиту. А потом, когда я обхватываю ногами его бедра, притискиваясь ближе, Андрей ускоряется, выжигая меня. Когда он полностью во мне, я каждый раз вздрагиваю, а потом и вовсе непрерывно вою. Я слышу характерный звук шлепков, усиливающийся от напора бедер Андрея. Но мы смотрим друг другу в глаза, как два хищника, никак не желающие ослаблять позиции.

Но ведь я уже давно в его власти. И он это знает, просто позволяет мне думать, что я еще могу на что-то повлиять.

А я не могу думать. Я снова кончаю, дрожа и выгибаясь под ним. Я едва не теряю сознание. Мне не хватает кислорода. Жар между ног воспламеняется, поднимаясь к груди и голове. Я трясусь, дергаюсь без какой-либо остановки.

– Да, вот так… – без всякой осторожности врезается в меня вопреки моим крикам. Мне очень нужна передышка, и в то же время не хочу, чтобы это заканчивалось. Мы оба взмокли, наш пот смешивается, стоны пересекаются. Нас наверняка слышно всем, но плевать!

Андрей в этот раз не выходит из меня. Я чувствую, как он набухает еще больше и взрывается внутри меня горячим потоком. Я ощущаю каждую его каплю и снова, снова ловлю оргазм, соединяясь с ним в этом сумасшествии. Он с болью тянет мои волосы, впивается с криком в мои губы и испивает всю меня, без остатка, пока я, наконец, не вырубаюсь.

Глава 5. Андрей

– Ирма, пойдем со мной в душ? – перекатываюсь на бок, чтобы не задавить случайно свою Стрекозу. Я целую ее, куда придется – в шею, припухшие губы, щеки. С ума схожу от этой девочки. Никогда такого не было. Просто мозг отрубается нахрен с ней. Даже кончил в нее. Не смог выйти. Не захотел. Потому что моя и все тут. Пусть рожает мне детей. А я буду ее самозабвенно трахать каждый день своей жизни. Если жив останусь.

Но Ирма – девчонка своевольная и вполне могла быть на таблетках, потому что сама ни разу про резинки не сказала.

– М-м-м, – стонет она, обмякнув в моих руках. Вырубилась. Все-таки есть на нее управа. Улыбаюсь от восторга. Но сам ведь тоже едва держусь, чтобы не уснуть.

Пахнет вкусно, до безумия просто. Что-то горько-цитрусовое с перцем. Ей очень идет ее парфюм. Вся такая. Острая, яркая, горячая.

Когда увидел ее в торговом центре, сам себе не поверил, а от счастья чуть сердце не замкнуло.

Ирма моя. А на нее орала какая-то баба. Так и хотелось ее пинком под зад выгнать, чтобы оставила мою девочку в покое. Вместе со своим доходягой.

В тот момент я понял, что тараном Стрекозу не взять. Наверняка еще и душа романтичная. Цветы там, конфеты ей подавай. Бриллианты. Решение пообедать вместе пришло спонтанно, и я обрадовался, что она согласилась. Мы хотя бы могли поговорить.

Но надо же было, чтобы нас в машине перемкнуло.

И это вот ее – “за деньги спать с тобой не буду” повлекло за собой снос моей башки. Она еще и соврала мне, что я ей не нравлюсь.

Ухмыляюсь, довольный собой.

Сейчас Стрекоза сладко сопит мне в ухо, обессиленная от всего того, что ей во мне “не нравится”.

Вообще я очень хотел отвезти ее в свой дом. Но он далеко. Гостиница ближе. И Ирма сама сделала выбор. Осторожничает. Ничего. Сейчас я приведу себя в порядок, разбужу ее, мы, наконец, пообедаем, а потом поедем за ее вещами. Мне все равно что она там себе напридумывала. Жить мы теперь будем вместе.

Такое чудо я от себя не отпущу.

Секс – феерический, потрясающий, ну и сколько там я могу придумывать этих эпитетов? Она вкусная вся. Для меня создана. Отец меня все время спрашивает, когда я женюсь, а я отмахиваюсь, что не родилась еще та Машенька, которая окрутит такого Медведя.

Родилась, оказывается.

И дело не только в сексе. Неподкупаемая. Несгибаемая. Упрямая. Яркая. Неравнодушная. И я вижу, что за своим панцирем она прячет тонну нежности.

Ведь это ее “Андрюша?” было искренним, настоящим. Скучала, зараза, по мне. Я видел. А я как скучал! Не знаю, что блять за колдовство с нами происходит, и за что так вселенная решила с нами поиграть, резко столкнув на дороге, но я безмерно рад. Рад настолько, что от ее “Андрюша” у меня пол из-под ног чуть не уплыл.

Ни одна женщина больше, чем “Андрей” себе не позволяла.

А Ирме можно… нужно все позволять…

Мой друган внизу начинает восставать, требуя еще разочек попробовать Ирму.

Не, надо в душ. Девчонка и так вырубилась. Я то спортом занимаюсь, выносливый, на кроссфит хожу по четвергам и понедельникам. Сегодня, правда, свой кроссфит случился.

Судя по фигуре Ирмы и охренительному крепкому ореху вместо задницы, Ирма тоже из спортзала не вылазила. Но мяса маловато. Худая, гнущаяся во все стороны, как тростиночка. Но не ломающаяся. Ни душой, ни телом.

Сжимаю напоследок попку Ирмы, целую ее в висок и встаю с кровати. Она без одеяла на смятых простынях смотрится роскошно.

Бля, еще секунду буду пялиться, раздвину ее ножки и…

Накрываю ее одеялом от греха подальше. Пусть поспит. Еще успеет с моим темпераментом свыкнуться. А с ней он усиливается в сто крат.

Смываю с себя пот и следы наших с Ирмой утех. Приказываю своему члену угомониться – бесполезно. По ходу, рядом с этой женщиной, бесконечный стояк мне обеспечен.

Вытираюсь, накидываю на себя гостиничный халат моего XXL-размера, подготовленный специально для меня персоналом гостиницы. Я частенько здесь остаюсь, когда много дел в городе и не охота возвращаться домой в пригород.

Я не смог убедить себя оставить Ирму в покое.

Фантазия бушует, тестостерон хлещет через край. От боевой готовности своего другана мне уже больно.

Сейчас возьму ее вначале в кровати, а потом до блеска отмою и спинку потру. И не только спинку.

– Стрекоза, ты весь обед проспишь, – шучу я, возвращаясь в номер.

Смотрю на кровать – а моей Ирмы нет.

Одежды ее – тоже!

Улетела Стрекоза.

Сбежала блять! Снова!

Глава 6. Андрей

Третий день хожу злой, как черт.

Да, сам с неохотой себе признаюсь в этом, но все из-за этой ненормальной девчонки – Стрекозы.

Жил себе, не тужил, горя и бед не знал. Была у меня спокойная женщина, Тамара. И обогреет, и облюбит.

Нет, приключения мне понадобились! Увидел непокорную гордячку, свободолюбивую красотку, и перемкнуло! Хочу, и все тут!

И странное дело, все ж с ней вроде начиналось хорошо. Потрахались мы бесподобно. Я, правда, уже понадеялся, что Ирма – моя.

“А хрен тебе, Медведь Игнатьевич”, – проносится у меня в голове издевательская интонация Стрекозы.

Гнаться я за ней не стал. Разыскивать, возвращать – тоже. Я зрелый мужик. Мне тридцать пять, и что, женщин у меня не было до этого, в самом деле? Не хочет строить со мной отношения – не надо. Я никогда никому не навязывался. С фига ли в этот раз попытался – сам от себя в шоке.

Но настроение, однако, у меня испорчено, и никак поправляться не хочет. Моя секретарша приносит мне кофе в офис, а я вместо благодарности ворчу, что слишком горький, что не такой, как нужно. И вообще…

– Скройся с моих глаз, – требую я, слыша, как вибрирует телефон у меня на рабочем столе. Дисплей загорается, показывая имя звонящего – Тимур Саттаров, мой тренер по кроссфиту. Сегодня тренировки не было, но он мог поменять время, и я был бы рад все бросить, и как следует выплеснуть всю свою злость.

– Слушаю, – отвечаю, откидываясь на своем кожаном крутящемся кресле. Работы – вагон. Но я никак не могу сосредоточиться. Пытаюсь, но стоит прикрыть глаза, и снова вижу свою Стрекозу, невероятно красивую в своем платье в цветочек. Да что ж за напасть такая с этой Ирмой!

– Андрюха, какие планы на вечер? – бодро спрашивает Тимур. Слышу шум спортзала на фоне его голоса.

– Ведро мороженого и слюнявый бабский сериал, – бубню я, думая, как выйти из своего состояния. Страдаю же, бля, да! Ирму хочу. Очень. Но гордость и самооценка мне не позволят снова пойти к ней на поклон. Хватит!

– А? Какое мороженое, Андрюх! У тебя и так дисциплины в питании не хватает. Просушился бы, и сразу – Мистер Олимпия!

– Нахрен. Живу один раз. Еще я себе в еде не отказывал, – отмахиваюсь. Да, у меня хорошие показатели, учитывая мой образ жизни, работу и питание, но… не хочу страдать ради мифических кубиков на животе. Тем более и так не толстый, мощный, да… и Ирма вроде в восторге… была… наверное. Блять! Да сколько можно?!

– Ладно, мороженое не беда, если присоединишься к моей команде.

– Не понял?

– Сегодня соревнования по кроссфиту.

– А, ну ты же знаешь, что я не фанат вашей групповухи. Мне индивидуальные занятия больше по душе.

– Да знаю, я. В команде были Тошик с Региной, а они, оказывается, уехали два дня назад на Сейшелы.

Счастливые люди. Сейшелы. А не Красноярский смог, который не только в легких оседает, но и его реально с кожи смывать каждый вечер приходится. Интересно, Ирме понравилось бы… Андрей! Прекращай!

– А че уехали-то? В курсе же были соревнований.

– Подозреваю, что Регинка беременна. Вот Тошик и не позволил ей на соревы пойти, заодно и придумал классную причину – путешествие, – Тимур явно расстроен. Он полгода готовился к краевым соревнованиям. Его команда вышла в финал, сегодня решающие дисциплины. Один шаг до кубка какого-то именитого фитнес-гуру, поддержки губернатора и хрен знает, в чем там смысл вообще. Никогда не интересовался.

Я очень рад за Регину и Анатолия Дергачевых. Им давно пора детей рожать, а они все спорт, да бизнес в приоритет ставили. А теперь…

А что если Ирма не предохранялась? Забеременеет ведь и будет дуться, что я даже не попытался вернуть ее.

– Андрюха? Ну что?

– Ну других мужиков ты легко найдешь…

– Да не, ты чего. Твою становую никто не переплюнет. А вместо Регинки взял по рекомендации девчонку из другого фитнес-зала. Я как-то раз соревновался с ней. Не женщина – терминатор. Так что давай, жду тебя сегодня. Не подведи.

Хер знает, зачем я туда еду. Экипировка у меня всегда с собой в машине, на случай вот таких внезапных казусов. Толпу людей, соревнования, хвастовство друг перед другом – я такое не люблю. Еще и с какой-то бабой-терминатором в команде выступать. Представляю перекаченную женщину, с бицухой как у меня и суровым лицом… Ладно, это лучше, чем думать бесконечно об Ирме.

Но ведь до чего ж хороша, а?!

Уже в фитнес-клубе спешно переодеваюсь, влезаю в рашгард и шорты. Выхожу из раздевалки под тяжелые взгляды возможных противиников.

– Андрюха! Мы тут! – слышу окрик Тимура. Поворачиваюсь. И даже делаю пару шагов в сторону Тимура и его команды, пока не замечаю ЕЁ!

Ирма! Стоит, блять, как ни в чем не бывало, в облегающих леггинсах лимонного цвета, которые не просто задницу ее подчеркивают, но и демонстрируют все возможности ее гибкого стройного тела.

Мне хочется ее прикрыть собой. Надеть на нее что-нибудь, даже, вот, свою футболку. Плоский, идеальный живот оголен, руки и спина тоже. Только грудь наивно прикрыта топом такого же цвета, что и леггинсы. Волосы в хвост не убраны. Трясет шевелюрой, покачивая волосами.

И тут она тоже замечает меня.

Смотрит мне в глаза, не боится. Пунцовая, но держится.

– Андрей, со Славиком и Наткой ты знаком. А это Ирма, твоя партнерша по кроссфит играм.

Бля, если бы он только знал, как точно он описал все то, что между нами происходит.

Глава 7. Андрей

– Преследуешь меня? – спрашивает Стрекоза, когда мы отходим к точке старта. Я должен выполнять силовые, а она кардиокруги.

– Да сдалась ты мне, – бросаю злобно. Бесит меня. В своем лимонном костюмчике ходит аппетитной попкой вертит. Мужики слюной изошлись, глядя на нее. А ей хоть бы что!

– Да пошел ты, – отвечает мне равноценно Ирма. Да что блин со мной не так? Почему эта чертова баба так действует на меня? И почему она все время от меня убегает?

Надо отдать должное Ирме. Она каким-то образом отключает колебания и неистово пашет в зале. Мужики покрепче, кто-то из них в спецназе служит, я точно знаю, и то за ней не поспевают. Благодаря ее напористости наша команда выходит в лидеры. Но впереди еще много заданий.

Я замечаю ее рассеянные взгляды. Периодически кусает губы, краснеет, отворачивается.

– У тебя прекрасная техника, – выдает мне комплимент, когда я заканчиваю становую и передаю штангу ей, сняв предварительно лишние блины.

– Ты о моей становой говоришь или о технике иного рода? – моя правая бровь приподнимается, я не могу сдержать улыбки. А она краснеет как помидор… нет, как сочная помидорка, которую я бы сейчас с удовольствием пожмякал вместо долбаных состязаний никому не нужных.

Я разворачиваюсь к ней спиной, но вдруг слышу:

– Хороша, сучка.

Хочу посмотреть в глаза этому бессмертному идиоту, поворачиваюсь ровно в тот момент, когда она наклоняется к штанге, а он шлепает ее по ягодицам.

– Блять, я сейчас тебя сучкой сделаю! – мой ор отражается от стен и зеркал в зале. Голоса стихают и все смотрят на меня. Только музыка одиноко бряцает на фоне.

Ирма неосознанно ищет защиты у меня. Перепрыгивает через штангу и падает в мои объятия.

– Да ладно тебе, Андрюха, ты че заладил. По ней же видно, зачем она в зал пришла, да еще и на соревнования по кроссфиту. Мужик ей нужен…

– Андрюша… – тихонько пытается остановить меня Ирма, но я отодвигаю ее в сторону и иду к Макару Агафонову, человеку, который вечно ставит мне палки в колеса в моем бизнесе, а теперь еще и мою женщину посмел тронуть. Задушу, бля!

– Хорош, Андрюх! Это же Ирма Стрельникова, неужели повелся на нее? – он ржет. Очень противно. Я не соображаю. Сразу бью кулаком по роже – куда придется.

Макар тоже крепкий мужик, но я играю на неожиданности.

Слышу тренерский свисток.

Тимур бежит через зал, пока толпа мужиков пытается разнять нас с Агафоновым.

– Ты допрыгался, Медведев! Пиздец тебе! – рвется с кулаками Макар, но трое держат его. – Сдохнешь блять от бюрократии!

Я молчу, не ведусь на провокации. Потому что он – должностное лицо. Любая угроза может навредить мне, моему бизнесу и Ирме. Я еще не знаю, пойдет ли он на меня заяву катать. Но мне срать.

– Что происходит? – беспокоится Тимур. Его глаза расширены от ужаса – нашу команду могут снять с соревнований.

Вот сейчас тоже важно сыграть на опережении.

– Девочка выполняла упражнения с силовыми, и этот дебил ей по заднице ударил. Животное похотливое, – чуть не сплевываю я. – А если бы она спину себе сорвала и на скорой увезли, кто бы отвечал? Кем себя возомнил, чудило, чтобы трогать чужих женщин?

– Ирма, он тебя тронул? – зачем-то переспросил Тимур. Я вижу, что она теряется в толпе мужиков. Тяну ей руку – ну же, давай, со мной безопасно.

И она верит. Я только сейчас понимаю, что не дышал, пока она не схватилась за мою ладонь.

– Оу, так вы вместе? – удивляется Тимур. Я киваю и целую свою девочку в висок. Она льнет к моему боку. Отклоняет голову и смотрит на меня.

Я не знаю, что со мной происходит. В ее роскошных глазах – звезды. Я их точно вижу. Я бы прям счас утащил бы ее отсюда, вот даже вон в ту раздевалку для персонала, и отлюбил бы по-всякому, чтобы точно теперь не сбежала, Стрекоза.

Но внимание переключается на Макара-мудака.

– Ты че творишь? – спрашивает мужик из его команды. На нем футболка, как у Тимура – с надписью “тренер”.

Но Агафонов выдирается из хватки и орет:

– Да пошли вы все! Медведев, научи свою бабу одеваться прилично! Сама жопой вертит, а потом я крайний.

Меня выносит с этого.

– Андрюша, пожалуйста, не делай этого. Будет хуже, – просит Ирма. Вряд ли эта женщина в принципе когда-либо что-то просит, а тут… За меня переживает? Дурная! Я же в асфальт этого мудака закатаю.

Глава 8. Андрей

Агафонов уходит, а я делаю мысленную пометку, что встречусь с ним после соревнований. А то нас снимут, и Тимур со мной до конца жизни разговаривать не будет.

После короткого совещания и споров, выясняется, что команду Агафонова дисквалифицируют из-за него.

Мы с ребятами и Ирмой словно второе дыхание открываем в себе. Начинаем пахать на соревнованиях, как не в себя. Входим в какой-то азарт. И девочка моя, с яркой улыбкой каждый раз дает мне пять – ведь вместе мы создаем прекрасный дуэт. Хочу ее, сил нет. И тестостерон, в мозг ударивший, очень круто помогает мне на силовых. Блять, с этой женщиной никаких БАДов не нужно!

Правда, вторая часть нашей команды – Славик и Натка едва не подыхают, и из-за них мы бы отстали, но мы со Стрекозой вытягиваем нас на первое место.

Когда упражнения закончены, судьи и тренера уходят на совещание, мы с Ирмой просто валимся на пол.

– Я теперь понял, как тебя трахать нужно, чтобы ты никуда не свалила больше, – хмыкаю я и получаю кулаком по плечу. Ржу, хотя пресс мой на смех реагирует адской болью.

Лежим, как две звезды, на полипропиленовом покрытии зала. Натка со Славиком тоже где-то валяются на скамьях и тренажерах.

– Придурок, – ворчит Стрекоза.

– Кто обзывается, сам так называется, – вспоминаю я присказку из детского садика.

Ирма подозрительно хрюкает и заливается смехом. Какая же она красивая! Даже вот такая. С прической ведьмы – оказывается ее волосы после рандеву превращаются в кудрявое гнездо. Потная вся – топик ее промок, маленькие струйки стекают по груди. Леггинсы наверняка прилипли к ней, что хрен отдерешь – моя компрессионка тоже. Приедем домой, будем ножницами разрезать. Хрена с два я пойду здесь в душ, иначе маскарад с переодеванием затянется часа на два. А я еще и в костюме и рубашке.

– Зря ты Агафонова ударил, – вдруг омрачается Ирма. Перекатывается на бок и гладит мою взмокшую бороду. – Он же чиновник, и отец у него важная шишка в краевой администрации.

– Переживаешь за меня, Стрекоза? – довольно урчу, ловлю ее запястье и целую. Блять, привык к этой женщине, до невозможности! Ну как?

– Пф! – фыркает и отворачивается. Делает вид что все равно, но потом вдруг резко прижимается ко мне. – Спасибо тебе, что заступился.

– Я еще не начал заступаться, Ирма. Вот найду этот кусок дерьма и…

– Народ, подъем! В холле фитнес-зала сейчас награждать будут, – врывается в нашу идиллию Тимур, хлопая громко в ладоши. Чтоб его, тренера этого. Но бля, как я благодарен ему, что позвал меня!

Мы с Ирмой встаем, как бравые солдаты после сражения, кряхтим и ворчим. Завтра на работу не пойду. Нахрен! Буду бревном валяться в кровати. С Ирмой.

Да, за бабами я не бегаю. И не позволяю им с собой так обращаться. Но я вижу, что она голову теряет со мной, и до одури этого боится. Не может доверять. И я бы послал бы все к чертям, и забил бы, отвлекшись на другую женщину, более удобную и сговорчивую.

Но Ирма прожигает во мне все до основания. И вижу я, что не просто все у этой Стрекозы в голове. Я буду жалеть, если не поймаю эту девчонку и не примотаю к себе. Представить с другим мужиком не могу. Увидел этого Агофонова рядом с ней, и фляга засвистела.

Мы доходим до места награждения, становимся вчетвером между других двух команд и слушаем как ведущий пафосно толкает речь. Помощник губернатора тут. А еще песни и пляски. Вот нашли время, а?! Все спортсмены стоят с кривыми каменными улыбками, потому что бля – вот сейчас бы пожрать, помыться, снова пожрать и рухнуть в кровать до утра. А они тут развлекалово устроили.

– Ребята, нам нужна интересная фотка с помощником губернатора, как нам кубок вручают, – бодро заявляет Тимур. Вот только потому что Ирма с нами, терплю.

– Стрекоза, иди сюда, – присаживаясь, указываю ей на свое плечо.

– Ирма, давай быстрее, – подгоняет ее Тимур. Она растерянно присаживается и вскрикивает, когда я встаю. Но я держу крепко свой самый главный приз в этом соревновании.

Хлопушки, фольга, цветная бумага, крики и аплодисменты – нас радостно поздравляют. Славка держит кубок, а Тимур демонстрирует свою бицуху. Наташа ржет, обжимаясь с помощником губернатора. Так нас и сфоткали. А потом я еще не один раз увижу это фото в городских пабликах. И каждый раз с меня не будет сходить улыбка.

После награждения, я Ирму не опускаю на пол, а обхватываю более удобно для себя.

– Медведь Игнатьевич, а ну поставь меня! – приказывает Стрекоза.

– А вот хрен тебе! Мой приз! Я выиграл! – бубню ей в грудь.

– Андрей, это не смешно…

– Похоже, что я шучу?

– Отпусти, мне надо помыться и переодеться. Вещи в раздевалке забрать! И я…

– Ладно. Десять секунд тебе на то, чтобы забрать все из шкафчика! – ставлю ее на пол возле женской раздевалки. – Десять секунд, Ирма! И только попробуй от меня сбежать!

– Но…

– Не доводи до греха, женщина! – грозно рычу на нее. Она покорно ускользает за дверь. Я еще быстрее бегу в мужскую раздевалку, просто бросаю все в сумку, как попало, и возвращаюсь к точке сбора.

Ирма ждет, глазками хлопает.

– Вот так прям по улице? – с сомнением спрашивает меня, оглядывая себя и свой “наряд”.

– В моей машине ты и голой можешь быть, – пытаюсь ее успокоить, хватаю ее за руку и веду за собой.

– Андрей!

– Ирма! – делаю все чтобы не заржать. Мы все в бумаге, конфетти и блестках. Потные, потрепанные. Но сердце в груди стучит быстрее от эйфории.

Уже когда садимся в машину, она снова начинает врубать свои сомнения.

– Отвезешь меня домой?

– Да, Ирма. Я отвезу тебя домой. Будешь жить со мной.

– Да ты спятил! – охает она.

– Хорошо. Я спятил, – завожу мотор и разворачиваюсь к ней корпусом. – Мы можем еще недели две потратить на вот эту игру в Стрекозу и Медведя, кто кого доведет до инфаркта. Ты будешь все время убегать, а я тебя догонять. Потом меня это все равно достанет и я пошлю тебя нах, потому что не бегаю я ни за кем, Ирма. И ты мне такая красивая не сдалась.

– Тогда зачем…

– Потому что я не хочу на две недели, Ирма! Я блять из-за тебя сон потерял! И хочу чтобы мы нормально узнавали друг друга. И если этому будет сопутствовать наш охеренный секс, то я очень даже за!

– Невыносимый! – орет на меня почему-то. – У тебя чуткости, как у медведя. В малинник зайдешь, растопчешь все!

– И ты с этого прешься, заметь. Тебе эти сюсюканья не нужны, тоску наводят. Сама любишь, когда прямо и по делу. И когда появился в твоей жизни такой мужик, ты бежишь. Боишься, что понравится жить со мной?

Сжимает губы. Издает возглас психички и отворачивается к окну, скрестив руки на груди. Я расплываюсь в широкой улыбке. В точку!

Выезжаю с подземки, довольный тем, что везу домой свой заслуженный, доставшийся потом и кровью, ценный приз. Попалась Стрекоза!

Глава 9. В берлоге у Медведя

Нет, ну каков, а?!

Невыносимый, невозможный… невероятный… гиперсексуальный, зараза!

Я что-то бубню ему про то, что мне надо домой вещи забрать, хотя бы.

– Завтра заберем, – отрезает он, даже не поворачиваясь в мою сторону. На дорогу смотрит.

– Я не могу бросить Бабу Люду! Она же одна не сможет. Ей пригляд нужен, – все же пытаюсь достучаться до его голоса разума, если у него таковой имеется.

– Сиделку наймем.

Так просто и легко!

– Это дорого! – возмущаюсь я. Он по-недоброму скашивает на меня взгляд, вдруг хмыкает и отворачивается обратно.

Ясно. Для Медведя Игнатьевича это пустяк. Да кто он такой вообще? Едем долго. Почти через весь Красноярск, в сторону пригорода вверх по гористой местности. Пробок почти нет – что удивительно.

– Чем ты занимаешься, раз позволяешь себе деньгами раскидываться? – все же спрашиваю его.

– Ага, уже примеряешь на себя роль хранительницы домашнего очага? – смеется он надо мной. А мне хочется стукнуть его, а потом… поцеловать. И вообще!

– А вдруг мне твой очаг не понравится? Может, берлога какая? – парирую я. И я ловлю особое удовольствие спорить с ним, препираться, ругаться. Я же не истеричка и вполне себе милая, что со мной происходит, когда разговариваю с Андреем?

– Сейчас уже скоро приедем. Посмотришь. Если не понравится – так уж и быть, не буду заставлять тебя страдать в моей берлоге, – отвечает серьезно.

Но на вопрос о том, как он зарабатывает себе на жизнь не отвечает.

Мы выезжаем в лесной массив в пригороде. Здесь что-то вроде коттеджного поселка. Но не такой, как обычно – одинаковые домики на прямой улице. Нет. Здесь все куда более элитнее и круче.

Чтобы попасть внутрь нужно проехать пункт охраны, которая открывает шлагбаум только для согласованных хозяевами автомобилей. И только потом ты попадаешь в лесную сказку с чистым горным воздухом, высокими соснами и кедрами, скрывающими тебя от назойливого солнца.

Я, открыв рот, таращусь по сторонам на это лесное великолепие, чугунные фонарные столбы, идеально ровный асфальт со свежей нанесенной разметкой – как-будто она здесь нужна! Рука человека с ее четкой и понятной структурой – дорога, кустики, рассаженные по линейке, изгороди разной формы смешивается с природной стихией – лесом, птицами, и, наверняка, зверями.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.