Пётр Карякин
Беспокойный отец

Генка только что позавтракал и, примостившись на лавке возле окна, листал книжку с картинками, прислушиваясь к разговору родителей.

Мать, убирая со стола, говорила отцу:

– Выдумываешь ты всё разные пустяки, председатель-то правильно говорит. Соглашайся и иди сторожем в правление. Ночь просидишь да печи протопишь, и работа вся. А дров я тебе носить буду или вон Генка, – глянула мать в сторону сына.

Генка шумно втянул носом воздух и непонятно было, соглашается он с матерью или нет.

Отец только сердито хмыкнул и, толкнувшись обеими руками об пол, отъехал от печи, где он стоял, а вернее – сидел. Дело в том, что у Генкиного отца не было ног. Раньше, Генка смутно припоминал это, отец был очень высокий, а вот теперь, через год после войны, его привезли совсем низенького, он был ниже Генкиного плеча. Чтобы передвигаться, отец смастерил тележку на четырёх колёсиках и, сидя на ней, отталкивался деревяшками.

Остановившись у порога, отец оглянулся.

– Ты, Дарья, ничего не понимаешь, – махнул рукой и выкатился в сенки, хлопнув дверью.

Мать тяжело вздохнула, насухо вытерла клеёнку, по которой рассыпались узоры из голубых васильков и листьев, накинула старенькую шаль и, взяв в кухне ведро, пошла в хлев.

Генке жаль было отца, который, несмотря на совсем здоровые руки, не мог работать, как отцы у других ребят. Но и мать он жалел. Одной ей приходилось трудно. Отцу, конечно, платили пенсию, но пенсия была небольшая. Ему предлагали различные сидячие работы в колхозе. Шорником, сапожником, хотели послать на курсы счетоводов, но отец всё не соглашался. Генка слышал даже, как один из членов правления, Замятин, сказал на собрании про отца: «То ему не нравится, другое не подходит, он сам не знает, что ему надо. Нечего с ним канителиться, вот и всё!»

Генкин отец тогда сильно обиделся и даже хотел побить Замятина, но его уговорили. И вот сегодня утром он сказал матери: – Мне нужна такая работа, на которой бы я мог людей видеть.

Было за полдень, но мать не собирала обедать. За это время Генка вычистил в сараюшке у кур и уток, дочитал книжку, сбегал по просьбе матери в магазин и теперь ему очень хотелось есть. Но отец ещё не возвратился, а в доме у них был порядок: по воскресеньям садиться за стол только тогда, когда вся семья в сборе.

Вернулся отец в третьем часу. Молча умылся и также молча хлебал щи. Мать ничего не спрашивала, только изредка поглядывала ему в лицо, сидя за столом напротив. Генка заметил, что отец, должно быть, устал, но чем-то доволен. Глаза у него были весёлые, ел он как-то торопливо, точно хотел скорее разделаться с обедом.

Наконец, отодвинув тарелку, он улыбнулся, отёр широченной ладонью рот и сказал, обращаясь к матери, видимо, продолжая утренний разговор.

– Не бывать тому, чтобы Андрей Козлов, гвардейский разведчик, занимался стариковским делом – хомуты чинил или печки топил! У меня и на фронте была подвижная специальность и здесь я должен двигаться. На сидячем деле с тоски сдохну, как ястреб в клетке. – Он помолчал минуту и продолжал. – Сегодня с председателем был в районе у начальника почты.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.