Муслима Азамова
Терпение и Стойкость

Глава 1

Терпение и Стойкость

Пролог.

Султанат ГУЛАРО – Земля Цветущего Солнца

Гуларо – это небольшой и прекрасный султанат, основанный с древних времён среди гор и усыпанных водой долин. Каждый, кто хоть раз побывал в этой земле, описывает её как сказочный сад. С приходом весны Гуларо словно невеста, сияющая в цветах. Поэтому эта страна получила имя «ГУЛАРО», что означает «земля, полная цветов».

С восточной стороны возвышаются могучие Изумрудные горы. Их вечные заснеженные вершины защищают Гуларо от холодных ветров. На юге простирается песчаная, золотисто-охристая пустыня Сангзар – здесь растут красивые цветы, умеющие выживать даже без воды.

С запада через Гуларо протекает река Шаввон. Её кристально чистые и голубые воды омывают берега, усыпанные яркими цветами. По реке проходит торговый путь, соединяющий Гуларо с другими султанатами.

А на севере раскинулся Золотолистный лес, сверкающий под солнцем в течение трёх времён года. Осенью, как и гласит его имя, он светится словно золотые листья. По легендам, в этом лесу когда-то жили волшебные существа.

Климат Гуларо умеренный: весна и осень длятся долго, лето нежаркое, а зима мягкая.

Глава 2

Глава 1. Подарок реки

На берегу царила тишина. Лёгкий вечерний ветерок тихо шевелил листву деревьев в лесу, и казалось, будто сама природа погружалась в волшебный сон.

В тот день главный лекарь султаната Гуларо – мудрый Хумоюн – вернулся в родное село Нурбулок, чтобы навестить свою семью. Рано утром он вышел собирать целебные травы. Он особенно любил искать их на рассвете, когда они покрыты росой – ведь именно тогда их сила становилась особенно сильной.

Время пролетело незаметно. Солнце уже клонилось к закату, и небо заливалось золотыми лучами. Возвращаясь по берегу, он вдруг заметил, как по реке что-то плывёт. Сначала он не придал этому значения, но, сделав ещё несколько шагов и приблизившись к воде, замер – это было нечто необычное.

По течению плыл корзина. Хумоюн, не раздумывая, бросился в воду и осторожно вытащил её. Корзина была аккуратно укутана в красную ткань. Изнутри доносилось тихое дыхание спящего младенца.

С замиранием сердца Хумоюн открыл корзину – и его охватило изумление. Это был необычный младенец. Его кожа была белоснежной, как снег, волосы, длинные ресницы и даже брови – всё было ослепительно белым. Но самое удивительное – губы были ярко-алые, словно лепестки розы, а глаза… на мгновение они открылись, и Хумоюн опустился на колени от потрясения – эти глаза сияли, как рубины, как молнии!

На шее ребёнка висел таинственный золотой амулет в форме звезды. Одна его сторона была сломана, но от него всё ещё исходил слабый свет. Через несколько минут амулет медленно исчез – будто его и не было вовсе…

Хумоюн глубоко вздохнул и закрыл глаза. Это был не обычный ребёнок. Возможно, сама судьба послала его… Он прижал девочку к груди, в сердце его вспыхнула необъяснимая нежность. Затем он медленно направился к своему дому.

С той ночи река Гуларо преподнесла миру свой таинственный дар. И никто ещё не знал, что эта прекрасная, белоснежная девочка станет началом событий, способных изменить судьбу всего султаната…

Глава 3

Глава 2. Девочка, жаждущая материнской любви

Хумоюн принес младенца домой и показал его своей жене Сайёре. Женщина с испугом и изумлением прижала руки к груди:

– Что… что это такое?..

Эти слова больно ранили Хумоюна. Он уже успел привязаться к девочке всем сердцем, и не мог понять, почему его добрая супруга вдруг стала такой холодной. Спокойным голосом он ответил:

– Но ведь это тоже человек. У неё есть глаза, руки, ноги, уши, нос, губы – всё, как у нас. Разве можно смотреть на неё как на чужое, странное существо, только потому, что она немного отличается от нас внешне?

Сайёра промолчала. Почувствовав обиду мужа, она не стала возражать. Хумоюн с радостью продолжил:

– Любимая, наша девочка, наверное, голодна. Пожалуйста, накорми её своим молоком…

Сайёра нехотя согласилась, но так и не смогла полюбить ребёнка всем сердцем. В то время как своих детей она ласкала, обнимала и радовалась их смеху, эта белоснежная девочка всегда оставалась в стороне, в тени.

Когда Хумоюн был дома, Сайёра старалась быть внимательной к девочке, но стоило ему уйти на работу, как всё менялось. Она держала ребёнка на расстоянии, обращалась с ней холодно и строго.

Своих детей Сайёра баловала и играла с ними, а чужая – эта нежная, белая девочка – только молча смотрела на них из угла, полная тоски. Она не решалась приблизиться, зная, что её снова оттолкнут. Хотя ей было всего пять лет, она уже прекрасно понимала – мать её не любит.

Однажды Хумоюну приснился сон. Во сне происходило что-то странное, но, проснувшись, он ничего не смог вспомнить – кроме одного слова: "Нозлигул". С того дня он начал звать девочку этим именем.

Шли годы. Из-за постоянной холодности матери Нозлигул почти перестала с ней разговаривать. Несмотря на то, что она глубоко в сердце всё равно любила Сайёру, она не могла понять: почему её родная мать не любит её?

Иногда в её душе всплывали мучительные мысли:

"Может, моя инаковость её пугает? Может, при взгляде на меня в её сердце поднимается тьма? А может…"

Не Зная ответа на эти вопросы, она просто оправдывает действия своей матери, глубине души,она всегда чувствовала что чужая

Глава 4

Глава 3. Зов леса

Однажды ранним утром Назлигуль проснулась раньше обычного. За окном только начинался рассвет, всё вокруг было окутано лёгкой утренней дымкой. Во дворце её отец, султан, был занят делами – во дворе его ждали советники.

Назлигуль тихо накинула на себя лёгкую накидку и, не разбудив никого, вышла за пределы дворца. Её путь лежал в лес – туда, где она обычно собирала целебные травы. Воздух был свежий, напоённый ароматом росы и хвои. Она шла всё глубже и глубже, не замечая, как забрела в самую чащу.

И вдруг – издалека раздался протяжный, едва слышный вой. Это был не угрожающий вой взрослого зверя, а жалобный, почти детский голос – волчонок звал на помощь.

Назлигуль насторожилась, но любопытство взяло верх. Осторожно ступая, она пошла на звук и вскоре заметила крохотного белого волчонка. Его глаза были алыми, и в них читалась боль. Одна из его лап попала в охотничий капкан, и он тщетно пытался освободиться.

Назлигуль приблизилась, но волчонок зарычал, не подпуская её ближе. Однако она не отступила – в её глазах была решимость и сочувствие. Стиснув зубы, она сделала шаг вперёд и попыталась открыть капкан рукой. В тот же миг волчонок укусил её. Боль была ощутимой, но не сильной – он ещё слишком мал, чтобы по-настоящему ранить.

Несмотря на укус, Назлигуль не отдёрнула руку. Вместо этого она мягко погладила волчонка по голове. Из её раны начали капать капли крови, и вдруг волчонок замер. Его глаза расширились. Он понюхал кровь, затем тихо вырвал клыки из её руки и начал облизывать рану.

Когда она снова дотронулась до капкана, из её ладони внезапно вырвались белые искры. Девушка в испуге отшатнулась, не понимая, что произошло. Но волчонок, напротив, подошёл к ней, прижался мордочкой к её руке, начал ласкаться, будто благодаря её за спасение.

И снова – белые искры, и волчонок в ту же секунду исцелился, будто никакой раны и не было. Назлигуль смотрела на это с широко раскрытыми глазами, потрясённая и испуганная. А потом – случилось ещё более невероятное.

Волчонок заговорил.

– Я так долго тебя искал… Я так долго тебя ждал… Наконец-то я нашёл тебя. Теперь мы вместе. Теперь ты не одна. И я не один, – радостно произнёс он и стал кружиться вокруг неё, весело виляя хвостом.

Назлигуль стояла в ступоре, не веря своим ушам.

– Ты… ты умеешь говорить по-человечески?.. – выдохнула она.

– Да могу,. Но только ты теперь можешь меня видеть. А если захочу – и другие увидят, – ответил волчонок. – Меня зовут Белая Искра. Мы с тобой связаны навеки.

Он прыгнул вглубь леса, исчезая среди деревьев. Назлигуль осталась сидеть на земле, всё ещё не веря в произошедшее. Когда наконец пришла в себя, тихо поднялась и пошла домой.

Вернувшись, она долго стояла у окна. Закрывая занавеску, вдруг снова увидела – прямо за стеклом стоял тот самый волчонок. Его алые глаза светились, а вокруг него мерцали белые искры. Он смотрел на неё с выражением: «Я рядом. Я с тобой. Ты больше не одна».

И в сердце Назлигуль впервые возникло странное чувство – чувство привязанности, тепла, будто у неё появился настоящий друг. Она ещё не знала, кто он такой и откуда взялся. Но она уже знала: теперь она не одинока. Время покажет, кем станет этот загадочный волчонок – но с этого утра всё изменится навсегда.

Глава 5

Глава 4. Бессилии

Прошло четыре года. За это время Назлигуль стала настоящим лекарем. Она овладела искусством лечения, раскрыла и отточила свои магические способности, научилась обращаться с травами и настоями, и даже у местного ремесленника Асйи переняла множество умений. Её дар рос в тишине, под покровом тайны, и Белая Искра всегда была рядом, направляя её.

Однажды вечером, когда солнце уже опустилось за горизонт, Белая Искра появился у неё в комнате и произнёс:

– Назлигуль, ты должна научиться не только лечить, но и защищаться. Фехтование, стрельба из лука – это не просто оружие. Это способ не потерять себя, когда меня не будет рядом.

Девушка удивилась:

– Зачем мне это, Искра? Я ведь не воин…

Но всё же пошла к своему старшему брату и, смутившись, попросила:

– Научи меня хотя бы основам самообороны.

Он рассмеялся:

– Зачем девушке уметь сражаться? Но раз ты просишь, сестрёнка, я тебя люблю – буду учить.

Так начались её тренировки. Со временем она овладела и боевыми искусствами, и медициной, и магией. Она лечила втайне, никому не рассказывая о своей силе. Её прикосновение, соединённое с Белой Искрой, могло исцелять даже безнадёжных.

-–

Однажды вечером, возвращаясь домой с травами, Назлигуль застыла, увидев, как чужие воины увозят соседского мальчика во дворец. Родители мальчика рыдали в бессилии. Назлигуль стояла в тени, не в силах пошевелиться. Слёзы подступили к глазам. Едва дошла домой и войдя в свою комнату глубоко вздохнула.

– Белая Искра… – прошептала она. – Пожалуйста, приди… Ты мне так нужен. Я не справляюсь одна…

В ту же секунду он появился – тёплый, сияющий, как всегда. Он подошёл, коснулся её носа, глаз, нежно лизнул щёку и сказал:

– Не плачь. Это не твоя вина. Это порядок этой страны.

Назлигуль стиснула зубы:

– Это уже второй раз… Второй раз я стою в бессилии, не в силах ничего изменить…

Она упала на колени и обняла Искру за шею, горько зарыдав.

-–

Несколько лет назад у Назлигуль была близкая подруга – Шукрона. С самого детства они были неразлучны. Только Шукруана знала её настоящую сущность – никто, кроме семьи, не видел лицо Назлигуль. Но Шукрона хранила её тайну как свою собственную.

И вот однажды у Шукраны проснулись магические силы – не такие, как у Назлигуль, но всё же необычные. Девушки обнялись от радости, но уже вечером к дому Шукраны пришли люди… и увели её.

В ту же ночь семья Назлигуль собралась в доме. Все молчали. Она сидела тихо, неподвижно, и старший брат спросил:

– Почему ты такая тихая?

– Я скучаю по Шукране… Почему её увели? Я даже не попрощалась…

Отец опустил голову, не произнеся ни слова. Тогда брат сказал:

– В нашей стране есть камень. Очень страшный камень. Он стирает память. Стирает всё – чувства, желания, мечты. Из человека делают марионетку – живую оболочку, которая подчиняется только приказам. Он больше не чувствует. Никогда не вернётся домой. Даже если ты увидишь Шукрану – она тебя не узнает…

Отец тяжело вздохнул:

– Дети… Даже у стен есть уши. Пожалуйста, будьте осторожны.

-–

Прошла неделя. И вот – в дом вернули тело Шукраны. Холодное. Безжизненное. Началась трагедия. Мать слегла от горя. Отец потерял аппетит. Весь аул погрузился в скорбь – ведь умерла девочка, которую все знали с детства…

Каждый раз, вспоминая это, Назлигуль покрывалась дрожью. Тогда она тоже не смогла ничего сделать. Снова – бессилие.

Ночью, когда тишина поглотила дом, в дверь постучали. Дверь открыл Старший её брат. Гость вручил письмо.

Старший брат прочёл его и передал сестре:

– Это от отца. Он зовёт тебя во дворец. Пишет: «Дорогая моя дочь, любимая моя доченька пожалуйста, немедленно явись. Только никому не показывай лицо. Мне нужна твоя помощь».

Строчки дрожали от напряжения – в них чувствовалась тревога.

Albatta, mana sizning so‘rovingiz bo‘yicha rus tilidagi tarjima:

Глава 6

Глава 5.Тень Яда

Шахзаде Шахриёр во всем был силен, умен и мудр. Он создал свою славу на поле битвы, а в государстве завоевал несравненную власть. Его противники и союзники пытались сравниться с ним, но никто не мог достичь того уровня разума и храбрости, что был у него. Он провел большую часть своей жизни в дворцах и на полях сражений, преодолевая все конфликты и достигая того, что ему было нужно.

Однако однажды шахзаде столкнется с самым серьезным испытанием в своей жизни. Это испытание проверит его не только на силу, но и на внутреннюю стойкость.

Однажды он отправился на охоту. Для него охота была не просто развлечением, а возможностью побыть в гармонии с природой, почувствовать мир и покой. В тот день, преследуя диких зверей, он встретил величественного льва, и когда он сблизился с ним, зверь напал. Лев своими огромными лапами жестоко ранил Шахриора и сбил с ног. Но шахзаде, не теряя храбрости, вскочил и вновь вступил в бой. В конце концов, он победил зверя, но ранения были тяжелыми.

После схватки, его раны начали болеть все сильнее, но он не позволял себе поддаться слабости, несмотря на свою усталость. Он продолжал идти вперед, даже в том состоянии, в котором оказался. На помощь ему пришел охотник, который заботился о его лечении, но в какой-то момент Шахриор почувствовал, что его жизнь находится под угрозой.

Когда его раны стали болеть сильнее, они призвали известного целителя – Хумоёна. Хумоён был умелым врачом, с опытом и знаниями, но состояние Шахриора было слишком тяжелым. Он пытался лечить его, но, увидев его ухудшающееся состояние, опустил голову и с сожалением признался:

– Шахзаде, я не могу исцелить вас. Это не обычная болезнь.

Эти слова потрясли Шахриора, но он не позволил себе погрузиться в отчаяние.

– Если вы не можете помочь, значит, кто-то другой сможет, – сказал он, сдерживая эмоции.

Хумоён, посмотрев на него с уважением, но со страхом сказал:

– Есть одна возможность, – продолжил он, – моя дочь, она обладает большими знаниями о ядах и может помочь. Если вы позволите, я отправлю за ней, чтобы она пришла сюда и помогла вам.

Шахриор некоторое время молчал, размышляя. В его душе смешались разные чувства – страх, надежда, сомнение. Наконец, он принял решение.

Шахзаде почувствовал, как плечи Хумоюна опустились, и на его лице появилась неизбежная тень. Он смотрел на Хумоёна, и его глаза говорили о многом: воспоминания, надежды и разочарования. Но больше всего он думал о том, что нужно было искать помощь.

Шахзаде в последний раз испытал свою силу и волю. Он решился отправить Хумоёна за помощью, чтобы найти спасение. Это было трудно, но это был, возможно, самый важный выбор в его жизни. Теперь он стоял на перепутье между жизнью и смертью…

Глава 7

-–

Глава 6. Столкновения судьбы

В ту пору, когда ночь опустила свой тёмный занавес на землю, Нозлигуль, получив разрешение отца, верхом отправилась по старинной, тишиной окутанной дороге в сторону дворца. Звёзды, словно в нарядных одеждах, мерцали на небесах, а волшебная ночь словно поглощала каждый звук копыт её скакуна. С тех пор как её сводная сестра Рухсор ушла во дворец, чтобы служить помощницей нянюшки, прошёл целый год. Они связывались лишь через письма. В них Рухсор описывала дворцовую жизнь и свои впечатления о принце. Каждое слово Нозлигуль хранила в сердце, словно сокровище.

Старший брат проводил её до окраины дворца. Когда она спустилась с коня, он с гордостью и тревогой посмотрел на неё, поцеловал в лоб и пожелал ей мира. Затем повернул своего коня и скрылся в темноте.

Там, у подножия сада, её уже ждала Рухсор. Сестры бросились друг другу в объятия, слёзы радости и тоски заиграли в их глазах. Затем две служанки, посланные из дворца, повели их по специальной дорожке к дворцу, где жил Шахрияр.

Сады вокруг дворца в ночном воздухе казались ещё более волшебными: аромат базилика, жасмина и сладких цветов наполнял пространство, словно перед ними открывалась дверь в сказку. Соловьи пели среди листвы, а каменные дорожки сияли в лунном свете.

Когда они приблизились к внутренней части дворцового сада, Рухсор шла чуть впереди. Внезапно к ним подбежал юноша – это был Бегзод, – и случайно столкнулся с ней. Рухсор пошатнулась, и её лёгкий платок едва не соскользнул с её лица.Она успела его поймать, но в тот короткий миг Бегзод успел увидеть её лицо. Её взгляд, её удивительная красота – всё это оставило глубокий след в его сердце.

Нозлигуль поддержала Рухсор, не дав ей упасть. А Бегзод, охваченный внезапным волнением, не мог подобрать слов. Он с трудом извинился, но взгляд его всё ещё был прикован к девушке. Затем он резко отступил и покинул сад, однако в его сердце впервые проросли ростки настоящей, трепетной любви.

Нозлигуль и Рухсор переглянулись и тихо улыбнулись. Лицо Нозлигуль по-прежнему скрывалось под чёрным покрывалом – она всё ещё хранила свою тайну.

На другой стороне сада их уже ждал отец— лекар Хумоюн. Увидев девушек, он тепло поприветствовал их и, не произнеся ни слова, повёл их навстречу принцу Шахрияру…

Глава 8

Глава 7. Мгновение пересечении взглядов

Когда девушки вошли в роскошный кушк, перед ними открылся завораживающий вид: стены были украшены тончайшими узорами, воздух напоён ароматами благовоний и целебных трав. Мягкий свет луны и дрожащие отблески свечей делали атмосферу сказочной. Старший табиб Хумоюн велел старший, Рухсор, остаться внизу, а младшую— Нозлигуль – повёл на второй этаж.

Они вошли в комнату, завешанную тонкими, почти невесомыми шторами, которые едва колыхались от лёгкого ветерка. Близ ложа, где лежал без сознания Шахзода Шахриёр, Нозлигуль остановилась. За прозрачной тканью она увидела его бледное лицо, освещённое мерцанием свечей. И в ту же секунду её сердце сжалось – впервые она почувствовала что-то необъяснимое.

Хумоюн с болью в голосе сказал:

– Осталось совсем мало времени, доченька. Я сделал всё, что было в моих силах… Теперь наша последняя надежда – на тебя и на Всевышнего.

– Не тревожьтесь, отец, – мягко улыбнулась Нозлигуль. – Я постараюсь изо всех сил.

Она проводила отца до лестницы и, как только тот ушёл, подошла к Шахриёру. Проверила его пульс. В этот момент в комнате вспыхнул серебристый свет – появился Оқ Учқун. Девушка вздрогнула, озираясь по сторонам.

– Если кто-нибудь тебя заметит, что тогда? Здесь же могут быть те, кто чувствует магию…

– Не бойся, – прошептал Оқ Учқун, – никто не заметил моего прихода. Я пришёл, чтобы сказать тебе: твои настои и отвары не помогут. Чтобы спасти его, тебе придётся использовать всю свою магическую силу.

– А если кто-то почувствует? – прошептала она тревожно.

– Я усыпил всех в доме. Никто не узнает. Лечи его, – ответил верный волчонок.

Нозлигуль сняла паранджу. Её лицо ослепительно покраснела, а глаза, налитые тревогой и силой, сверкали как никогда. Она опустила ладонь на грудь Шахриёра – из её пальцев вспыхнули белые искры. Сосредоточившись, она направила всю силу в юношу.

Шахриёр открыл глаза, посмотрел на неё с изумлением и слабостью, но не успел вымолвить ни слова – вновь потерял сознание. Почувствовав, как силы покидают её, Нозлигуль быстро вновь надела паранджу. Оқ Учқун подоспел, помог ей мягко лечь на ковёр и исчез.

В это время обитатели дома, которых Оқ Учқун усыпил, начали приходить в себя. Хумоюн, обеспокоенный, поднялся наверх и, увидев свою дочь без сознания, в ужасе воскликнул:

– Доченька моя! – и бросился к ней.

Этот крик разбудил и Шахриёра. Он приподнялся, глядя на происходящее. Увидев, как табиб обнимает бледную девушку, лежащую у его ложа, он встал, несмотря на недавнюю слабость.

– Что происходит?.. Я ведь только что не мог даже пальцем пошевелить… – прошептал он с изумлением.

– Это моя дочь, Нозлигуль, – со слезами объяснил Хумоюн. – Я оставил её с вами наверху, а сам ушёл… Вернулся и нашёл её без сознания.

Шахриёр аккуратно поднял Нозлигуль на руки и отнёс её к своему ложу. Осторожно уложив, он сказал:

– Лечи её… – и, не оглядываясь, вышел из комнаты.

Глава 9

Глава 8. Искры любви в молчании

Назлигуль очнулась не сразу. Всё казалось ей будто во сне – как будто она проваливалась в бездну и медленно всплывала. Когда её веки приоткрылись, она почувствовала: рядом кто-то есть.

Тепло. Чьё-то тепло.

– Доченька…

Она едва повела взглядом. Отец сидел рядом, держал её руку. Его лицо было усталым, в глазах – слёзы облегчения. Рядом стояла её сестра, бледная и испуганная.

– Ты очнулась, Назлигуль? – прошептала она с трепетом.

Назлигуль слабо кивнула. Она по-прежнему не сняла вуаль. Даже в момент слабости – не позволила себе открыться. И сейчас – тоже не собиралась.

Отец бережно провёл рукой по её волосам.

– Слава Всевышнему, мы тебя не потеряли… Мы так испугались.

Назлигуль молчала. Она смотрела в потолок, где отражался мягкий солнечный свет. Он играл, как вода, и казался далеким.

Через некоторое время в дверь постучали. Вошёл Бегзод. Он кивнул отцу и сестре, а затем – взглянув в глаза Назлигуль – сказал:

– Следуйте за мной. По приказу принца.

Они шли по тропинке в саду. По обе стороны шелестели ивы, в воздухе витал аромат жасмина. Бегзод остановился у маленького павильона, спрятанного среди зелени.

– Здесь отдыхает только сам принц. Здесь вы будете в безопасности, – сказал он, и оставил её одну.

Комната была тихой и прохладной. Назлигуль вошла и увидела Шахрияра, стоящего у окна. Он не обернулся, но заговорил:

– Снимешь ли ты вуаль?

– Нет, принц, простите. Я не могу. Это – моя честь, моя традиция.

Он повернулся и посмотрел ей в глаза.

– Я знаю, кто ты на самом деле. Но за то, что ты спасла мою жизнь, я в вечном долгу. Поэтому сохраню твою тайну. Проси всё, что пожелаешь.

Назлигуль поклонилась и прошептала:

– Моё желание – это ваше здоровье. И благодарю вас за обещание хранить мою тайну. Я лишь попрошу: мой отец и сестра не знают, что у меня есть магическая сила. Не раскрывайте им этого. А ещё… я хотела бы взять немного лечебных трав из сада, если позволите.

Принц кивнул.

– Бери всё, что тебе нужно. С сегодняшнего дня я больше не буду задавать тебе вопросов. Но знай – я никогда тебя не забуду.

Назлигуль склонила голову. Когда она покидала павильон, он долго смотрел ей вслед.

-–

Назлигуль собирала травы в саду, когда вновь перед ней возникла Белая Искра.

– Будь осторожна, Назлигуль. Зло вновь пробудилось…

Она насторожилась.

Прошло несколько дней. Во время одного из ужинов в главном зале, Назлигуль, лекарь Хумоюн и её сестра сидели внизу. В это время наверх, к Шахрияру, слуги поднимали блюда.

Но Назлигуль вдруг уловила странный, резкий запах от одного из подносов. Белая Искра молнией пронеслась перед её глазами, предупреждая.

Она бросилась вверх по лестнице, громко закричав:

– В еде сильный яд! Не ешьте это!

Придворный дегустатор возмутился и стал ругать её. Отец Хумоюн пытался извиниться за неё, но тот продолжал настаивать, что "простолюдинка нарушает этикет".

Назлигуль понимала, что никто ей не поверит. Тогда она резко схватила одну из чаш, подняла вуаль и… выпила несколько глотков.

Все в ужасе замерли. Тот же дегустатор побледнел. Он начал кричать, обвиняя Назлигуль в том, что она "осквернила еду принца".

Но тут она начала кашлять. Изо рта пошла кровь. Слуги закричали. Хумоюн и её сестра унесли её в соседнюю комнату.

Шахрияр выбежал из библиотеки вместе с Бегзодом.

– Что случилось?!

Слуга испуганно доложил:

– Та девушка… она выпила вашу еду и начала кашлять кровью…

Шахрияр бросился к двери. Она была закрыта. Он стучал, пока не открыла сестра Назлигуль – её лицо было в крови.

– С ней всё в порядке?

– Она… просто попробовала еду. Потом – кровь…

Шахрияр толкнул дверь. Внутри лежала Назлигуль, лицпокрыто вуалью. Голова покоилась на коленях отца. Рядом стояли травы, чаша с отваром. Лекарь Хумоюн склонился над ней, прижимая ей к губам какой-то настой.

– Назлигуль… – прошептал Шахрияр. Впервые он назвал её по имени. Не как врачевательницу. Не как незнакомку. А как ту, что стала ему близка.

Отец поднял взгляд:

– Мы успели… Но яд был редкий. Если бы она не приняла противоядие сама – мы бы её потеряли…

Шахрияр сел рядом. Смотрел на её лицо, всё ещё закрытое вуалью. Он вспомнил её сияние в ту ночь. Её просьбу молчать.

– Ты снова спасла меня, – прошептал он. – Почему?

Назлигуль слабо открыла глаза. Улыбнулась.

– Я почувствовала запах. Простите, что поступила так…

– Ты спасла мне жизнь… и снова рисковала собой. Кто ты, на самом деле?

Ты точно не просто дочь лекаря

Она посмотрела ему прямо в глаза,молча. Чёрные как ночь, глаза Шахрияра свернули в слабо полумраке комнаты.

–Всё, что я хотела – спасти вас-еле слышно сказала она-это всё

Он сжал свою руку кулак.

–Тогда отныне и навсегда я буду тебя защищать.

Снаружи дворца был поднят тревожный шум-Шахрияр дал приказ перекрыт все ворота и запереть замок.

–Пока не выясним, кто пытался убить меня вновь-никто не покинет этот дворец. И найти человека проверяюшего еду на яд,немедленно исполнять мой приказ.

Глава 10

Глава 9. Маска верности

После того как шум был подавлен, всех слуг во дворце арестовали. Когда человек, проверяющий еду, был приведён к султану, он упал в ноги и попросил пощадить Шахрияра. Но это только разозлило султана. Он приказал спрятать яд в такое место, где никто и никогда не сможет его найти. Так и было сделано.

Позже султан Қобул надел маску доброго и заботливого брата и отправился к своему младшему брату Шахрияру. Когда он вошёл в покои, там уже находились лекарь Хумоюн и несколько молодых девушек с закрытыми лицами. Қобул с подозрением осмотрел девушек с головы до ног. Хумоюн и девушки поклонились. Шахрияр также вышел навстречу брату.

Увидев, что брат полностью поправился, Қобул начал подозревать неладное. Они остались наедине в отдельной комнате. Қобул спросил, как тот выздоровел. Шахрияр ответил: "Благодаря врачу Хумоюну."

– «А как ты узнал, что тебя снова хотели отравить?» – спросил султан.

– «Он почувствовал запах яда», – ответил Шахрияр.

Султан не поверил, но виду не подал.

– «На кого ты подозреваешь?» – спросил он.

– «Я никого не обвиняю, но прошу разрешения обыскать покои всех слуг», – сказал Шахрияр.

Тут Қобул вспомнил слова того самого слуги: «Если Шахрияр попросит обыск, разрешите. Я спрятал яд в очень надёжном месте.» Подумав, он кивнул:

– «Хорошо, братец, делай, как знаешь.»

Начались обыски. Дворец замер в тишине. Наконец раздались крики:

– «Найдено! Найдено!»

Яд был найден в покоях Мирзабека – того самого, кто отвечал за проверку пищи Шахрияра. Мирзабек упал на колени, умоляя:

– «Это ложь! Клевета!»

Но его никто не слушал. Султан Қобул сам отдал приказ казнить его.

– «Ты посягнул на мою семью – пощады не будет!»

Мирзабека повесили на глазах у всех.

– «Пусть видят, что бывает с теми, кто ест наш хлеб и плюёт в душу!» – сказал султан и ушёл, скрывая за внешним спокойствием бушующее пламя ярости.

– «Не спеши радоваться, Шахрияр… Придёт день, и я уничтожу тебя,» – прошептал он себе под нос.

Тем временем Шахрияр вспоминал события минувшей ночи…

-–

Ночью, несмотря на поздний час, в дверь его покоев постучали. В этот момент он беседовал с Бегзодом. Открыв дверь, Бегзод с удивлением увидел Рухсор и Нозлигуль. Обе стояли с опущенными глазами.

– «Всё в порядке?» – спросил он.

Рухсор ответила:

– «Мы знаем, кто хотел отравить вас, и как можно это доказать.»

Шахрияр и Бегзод удивились, но пригласили девушек войти. Нозлигуль, вся покраснев от стыда, извинилась:

– «Простите нас, принц, что потревожили вас ночью… Но у нас не было выбора.»

Шахрияр внимательно посмотрел на неё:

– «Раз вы пришли, рискуя собой, значит, есть причина. Говорите.»

Нозлигуль кивнула:

– «Яд спрятан в особом месте на кухне, и увидеть его может только человек, обладающий магией.»

Бегзод в изумлении спросил:

– «Откуда вы это знаете?»

Шахрияр жестом остановил его:

– «Какая помощь вам от нас нужна?»

Рухсор сказала:

– «Да, это опасно… Но мы можем вам помочь. Есть особый порошок. Если посыпать им поверхность, он оседает на всё, кроме заколдованных предметов. Так мы и нашли яд.»

По приказу Шахрияра, Бегзод провёл девушек по тайному ходу в главную кухню. Он ждал снаружи, пока они нашли и вынесли спрятанный яд. Потом, незаметно, они подбросили его в покои Мирзабека. Вернувшись, Бегзод не выдержал:

– «Откуда вы знали, где искать?»

Рухсор поспешно ответила:

– «Случайно услышала…»

Вернувшись к Шахрияру, они рассказали ему всё. Тот слушал в молчании, а затем тихо проговорил:

– «Интересно, какую игру они затеют в следующий раз…» – и усмехнулся уголками губ.

Глава 11

10 ГЛАВА: Когда молчит сердца

Смерть Мерзобека наступила быстро. Палач не дрожал рукой, верёвка не поддалась. Народ ликовал, требуя справедливости – и получил её. Но никто не знал, как глубок был разлом внутри самого дворца. Никто не знал, что за фасадом холодного правосудия скрывался настоящий пожар.

Султан Кобил, возвратившись в свои покои после казни, медленно снял плащ. Его лицо было спокойно, но в глазах бушевал ураган. Он опрокинул кувшин с вином, швырнул в стену чернильницу и со злобным рёвом перевернул стол. Шёлковые занавеси упали, как срезанные мечом. Его гнев не был связан с Мерзобеком. Он был направлен на собственного брата.

– Он опозорил меня перед всем двором… – прошипел он, сжав кулаки. – Но…

И вдруг он улыбнулся. Где-то в глубине дворца, среди обломков мебели, его губы тронула редкая тень торжества.

– Он сам привёл к алтарю свою гибель… – прошептал он. – Союз с Хомирзой… Умно, брат, очень умно. Но ты не знаешь, какой долгой будет эта сделка. Ты задохнёшься под её весом…

-–

Через два дня во дворец принесли письмо. Один из приближённых вошёл в покои Шахрияра, низко поклонившись:

– Шахзаде, послание от Султана Хомирзы. Они прислали своего посла и объявили намерение выдать принцессу Зархубу за вас… для укрепления перемирия. Наш султан дал согласие…

Удар. Молчание. Сердце Шахрияра замерло. Он хотел что-то сказать, возразить… но не смог. Слова застряли в горле. Он лишь медленно кивнул:

– Это… великая честь. Если это укрепит мир между нашими народами, я приму этот союз с благодарностью.

Ночью он не мог заснуть. Он вышел в сад. Ветер играл листьями, луна отражалась в воде фонтана. Шахрияр закрыл глаза.

> «Она существует… Я знаю. Я чувствовал её дыхание, когда лежал при смерти. Её ладони были теплее солнца…»

Он не знал её имени. Не знал, где искать. Он даже не был уверен, что она реальна.

> «Это был всего лишь сон…» – прошептал он, но сердце его не верило.

-–

Назлигуль стояла в тени, наблюдая за фонтаном. Её сердце било тревогу. Она не знала, о чём думал Шахрияр. Не знала, кому он шепчет слова, полные боли.

> «Он женится… Я не могу остановить это. Я никто. Тень, случайность…»

Она не знала, что в его сердце жил призрачный образ. Она не знала, что этот образ – она сама. Всё, что она чувствовала – это боль. Она пыталась спрятать её, но внутри всё горело.

> «Он, должно быть, счастлив…» – думала она. – «Это разумный союз. Ему не до чувств…»

-–

День прибытия принцессы настал.

Ворота дворца распахнулись с гулом. По коврам, расшитым золотом, зазвучали шаги. Все замерли. Из-за полупрозрачной завесы вышла фигура – стройная, величественная, как дыхание природы. Это была Зархуба – принцесса Хомирзы.

Её зелёное платье шелестело, словно листья в весеннем лесу. Зелёные глаза сверкали не просто жизнью – в них была боль, тайна и сила.

Слуги замерли. Воцарилась тишина. Шахрияр смотрел на неё и на миг почувствовал дрожь. В её взгляде было что-то знакомое… как в его снах. Но он не узнал. Он не связал её с тем, что терзало его душу по ночам.

Из-за колонны вышла Назлигуль. Половина её лица была в тени. Она смотрела то на Шахрияра, то на Зархубу. Их взгляды пересеклись на мгновение. Что-то дрогнуло внутри. Но она отвернулась.

> «Кому бы ни были адресованы эти слова… Это не мне», – подумала она.

И ушла. Молча. Словно призрак в саду чужих надежд.

Несколько дней назад, когда объявили о предстоящей свадьбе, Назлигуль будто окаменела. Потеряла аппетит, силы, вкус к жизни. Лишь Оқ Учқун понимал её боль.

Она осознала – она влюбилась. Глубоко и безнадёжно. Но не смела сказать. Не смела даже надеяться.

> «Он никогда не узнает…»

А Шахрияр… он продолжал видеть сны. Видеть те же глаза. Те же руки. И не знал, что каждый раз во сне он держал за руку ту, что всегда была рядом…

Глава 12

Принц в тени

Зохид – третий принц. Он был обаятелен, его слова – приятны, но в глубине его сердца пустили корни тёмные намерения. Его брат, султан Кобил, не питал к нему ненависти, но и не уделял ему столько внимания, сколько Шахрияру – все похвалы и признание в итоге всё равно доставались Шахрияру.

Это терзало сердце Зохида. Особенно то, что рядом с Шахрияром всегда находился верный и мудрый Бегзод, и это вызывало у него ещё большую зависть.

– Все смотрят на него… все ему верят… даже ты, Бегзод, – шептал он в темноте, глядя на своё отражение в зеркале. – Но я не останусь в тени… Я тоже достоин трона…

Зохид, используя могущественного визиря дворца, сфабриковал ложное обвинение против Бегзода. Несмотря на то, что Бегзод был преданным, смелым и верным другом, сильный враг смог искусно навязать ему зловещий заговор.

По обвинению, Бегзод подозревался в продаже секретной информации Газнави чужеземным послам. Это преступление каралось только одним наказанием – казнью.

Однако султан не приказал исполнять приговор немедленно, ведь впереди было важное событие – свадебная церемония, предназначенная для Шахрияра. Он велел подождать.

Но этого времени Шахрияру было достаточно. План по освобождению Бегзода из тюрьмы был созрел. Шахрияр мог довериться только одному человеку – своему верному лекарю Хумоюну.

– Пожалуйста, мне нужна ваша помощь, – тихо сказал Шахрияр. – Я должен попасть в темницу и увидеть его своими глазами. Просто скажите, что выполняете приказ принца. Мы сделаем это ночью, тайно.

Хумоюн был готов. Но незадолго до начала плана, когда он переодевался у себя в комнате, готовясь к пути, дверь внезапно открылась.

– Отец, вы куда-то собираетесь? – с тревогой спросила Рухсор.

Хумоюн посмотрел дочерям в глаза.

– Я выполняю приказ нашего принца, дочери мои. Больше ничего сказать не могу.

Девушки переглянулись и промолчали. Когда ночь опустилась, Шахрияр, одетый как обычный солдат, вместе с Хумоюном направился в темницу. Они прошли тайными коридорами и, незаметно для стражи, проникли внутрь. Один за другим Шахрияр нейтрализовал охранников, дошёл до камеры Бегзода и освободил друга. Они покинули дворец, не вызвав подозрений.

Тем временем Хумоюн с трудом вернулся в свою комнату. Его дочери, увидев, как побледнело его лицо, встревожились.

– Что с вами, отец? – спросили они по очереди.

Хумоюн глубоко вздохнул, приложил руку к груди и рассказал им, что произошло. Рухсор, услышав это, застыла на месте.

Она уже падала в обморок, когда услышала, что Бегзода посадили в темницу… теперь же её сердце вновь не выдерживало.

Хумоюн посмотрел ей в лицо и спросил:

– Дочь моя, почему ты так переживаешь? Ты вся побелела.

Рухсор не смогла ответить, лишь посмотрела умоляюще на Нозлигуль. Та глубоко вздохнула и сказала:

– Отец… Мы скрывали это, но теперь я вынуждена сказать. Рухсор влюблена в Бегзода. Поэтому она не выдержала, когда услышала, что его арестовали.

– Что?! С каких пор? Откуда она его знает?

Рухсор, вся покраснев, опустила глаза:

– Помните, у нас в деревне была засуха. Тогда Бегзод от имени принца раздавал продовольствие. Именно тогда я впервые увидела его… и сердце моё не знало покоя. Я пришла во дворец работать помощницей кормилицы… именно из-за него.

Она разрыдалась. Хумоюн задумался. Нозлигуль тихо сказала:

– Отец, пожалуйста, благословите их. Рухсор искренне его любит.

– Нозлигуль, дочь моя, ты говоришь от сердца, но откуда нам знать, любит ли он её в ответ?

– Я знаю, отец. Я поняла это по его глазам, по его словам. Он тоже любит Рухсор. Пожалуйста, дайте своё разрешение.

Хумоюн промолчал. Потом тихо сказал:

– Я даю разрешение и своё благословение. Но они, наверное, уже пересекли лес и направляются к границе Замзарии, мои дочери.

– Вашего разрешения достаточно, отец. Дальше не беспокойтесь, – уверенно сказала Нозлигуль.

Девушки попрощались с отцом и поспешно побежали в сторону дворцового сада. На его краю Нозлигуль прошептала:

– Оқ Учқун…

Затем, улыбнувшись, повернулась к Рухсор:

– Только не кричи от страха, иначе не доберёмся до твоего возлюбленного.

В тот же миг из густой тьмы появился белоснежный волк – Оқ Учқун. Его большие красные глаза сияли, тело было окружено белыми искрами. Рухсор от удивления упала и закрыла лицо руками. Нозлигуль села рядом, погладила её волосы и прошептала:

– Не бойся, это наш друг. Он моментально доставит нас к Бегзоду и Шахрияру.

Рухсор была потрясена, но сердце подсказывало ей довериться. Она села на волка. Оқ Учқун заискрил и помчался со скоростью молнии. Нозлигуль и Рухсор крепко держались. Вскоре они добрались до всадников. Лошади испугались и заржали. Бегзод и Шахрияр с удивлением переглянулись.

Оқ Учқун остановился в стороне. Нозлигуль первой спрыгнула и, улыбнувшись, сказала Бегзоду:

– Не поможешь Рухсор?

Бегзод подбежал и протянул руку Рухсор:

– Дай мне руку, Рухсор. Я помогу тебе.

Услышав его голос, Рухсор открыла глаза и заплакала от радости и тоски. Она бросилась к нему в объятия. Они упали. Сквозь слёзы Рухсор сказала:

– Я люблю тебя уже много лет. Без тебя жизнь – тьма для меня.

Бегзод услышал её слова сердцем. Потом тоже улыбнулся и сказал:

– Я тоже влюбился в тебя с первого взгляда. Только не хватало смелости сказать это. Ты смелее меня, Рухсор…

Они поднялись.

– Рухсор… – сказал он, вновь обняв её. Их сердца бились в унисон, любовь сияла в темноте как звезда.

Шахрияр молча наблюдал за ними. Затем посмотрел на Нозлигуль и с мягкой улыбкой кивнул:

– Сегодняшняя ночь… изменила многие судьбы.

Нозлигуль не отводила взгляда и тихо ответила:

– Иногда самый яркий свет рождается в тени.

Шахрияр улыбнулся. Он почувствовал глубокую благодарность, но за этим чувством скрывалось нечто ещё. Он долго смотрел на Нозлигуль. Эта девушка, возможно, тоже скрывала свою истинную сущность, таинственная, но с сияющим сердцем.

– Ну что ж, – сказал Бегзод, – пойдём. Нам предстоит путь к судьбе.

Шахрияр посмотрел на Оқ Учқун с уважением:

– Что за волк это?

– Я и сама не знаю, принц, – тихо ответила Нозлигуль.

– У меня просьба: может ли он отвезти их в Замзарию?

Нозлигуль посмотрела на Оқ Учқун. В её сердце прозвучал безмолвный вопрос. Волк слегка кивнул.

– Он согласен, – с улыбкой сказала Нозлигуль.

Рухсор с удивлением спросила:

– Мы опять на волке?

Все рассмеялись. Влюблённые сердца сели на Оқ Учқун и отправились к своему счастью. В этот раз Рухсор не боялась – рядом был её возлюбленный.

Позади остались Шахрияр на своём коне и Нозлигуль – на лошади Бегзода. Молча они возвращались во дворец. Но в каждом сердце теперь сиял новый свет. Все понимали – после этой ночи ничего уже не будет как прежде.

А принц в тени – Зохид – не отказался от своих намерений.

Он остался позади. Скрытый в тенях, горящий завистью и ненавистью…

Глава 13

Открытие одного секрета

Нозлигуль и Шахрияр вернулись во дворец на рассвете. Не проронив ни слова, они разошлись по своим покоям. В комнате Нозлигуль её ждал отец Хумоюн, не сомкнув глаз всю ночь. Увидев дочь, он вскочил и крепко обнял её.

Нозлигуль сняла паранджу, и с лёгкой улыбкой взглянула на отца. Затем тихо начала рассказывать о случившемся.

– Я ведь говорила вам не волноваться, – прошептала она. – Отец, теперь вы можете быть спокойны. Рухсор пошла своей дорогой к счастью.

Эти слова принесли отцу облегчение. Уже несколько дней он видел, как дочь бледна и задумчива, но не знал причины.

– Теперь моё сердце спокойно. Ты, должно быть, устала. Отдыхай, моя девочка, – сказал он, закрывая за собой дверь.

Нозлигуль осталась одна. Впервые за четыре года она ложилась спать без Белый искры. С тех пор как он появился в её жизни, он никогда не оставлял её одну. Вспоминая все дни, проведённые с ним, она, не переодеваясь, уснула прямо в той одежде, в которой была.

Лучи солнца ласково разбудили её, а в нос ударил незнакомый, но приятный аромат. Её глаза распахнулись от удивления. Вскочив с постели, она застыла от изумления – перед ней стояла незнакомка с зелёными глазами.

Та просто смотрела на неё. Осознав, что уже поздно что-либо скрывать, Нозлигуль занервничала. Она хотела прикрыть лицо паранджой, но было уже поздно. Применить магию – боялась. Слишком много тайн могло раскрыться.

– Не бойся. Я никому не расскажу твою тайну. В обмен – окажи мне услугу. Если сделаешь это, я сохраню твою тайну навеки, – сказала незнакомка.

Нозлигуль, всё ещё держа паранджу в руке, подошла к ней:

– Чего вы хотите от меня?

– Будь мне верной. Здесь, во дворце, ты станешь моими глазами и ушами. Всё, что делает Шахрияр, рассказывай мне, – произнесла та с лисьей улыбкой.

– Я не могу. Я никогда не предам Шахзаде. Даже если прикажете наказать – не сделаю. Потерпите немного, после свадьбы вы сможете узнать всё о нём от него самого, Зархуба бегим.

Зархуба как будто ожидала этих слов. Она бросила на стол мешочек, полный золота:

– Если мало – скажи. Я щедра. Хочешь – дам и драгоценности. Лишь бы ты была верна.

– Верность не покупается ни золотом, ни камнями. Я повторяю: даже под страхом наказания я не стану шпионить за Шахзаде.

От этих слов гнев Зархубы вспыхнул. Она выхватила кинжал и приставила его к горлу Нозлигуль. Та попыталась схватить собственный кинжал с пояса, но Зархуба преградила путь вторым оружием. Всё произошло стремительно.

– Даже теперь не передумаешь? – прошипела она.

Но тут же почувствовала холод стали в животе. Сначала она с удивлением взглянула на кинжал, затем на Нозлигуль. Казавшаяся хищно-спокойной лисицей женщина вдруг потеряла контроль. Её кинжал выпал из руки.

Прежде чем Нозлигуль успела окончательно обезоружить соперницу, по щеке её ударила пощёчина. На белоснежной коже остался яркий след. Девушка схватилась за лицо, в глазах – боль и изумление. Зархуба ударила снова – ещё сильнее. И продолжила избивать её.

Нозлигуль схватила её за запястье, стараясь остановить:

– Хватит! Немедленно!

– Ты, дочь простого лекаря! Как осмелилась поднять руку на меня – Зархубу, принцессу Хомирзы?!

Она замахнулась левой рукой, но Нозлигуль её остановила. Глаза девушки расширились:

– Вы… вы… – прошептала она, взглянув на её живот.

Зархуба оттолкнула её и начала дёргать за волосы. Нозлигуль не знала, что делать. В этот момент снаружи раздался властный голос:

– Что здесь происходит?! Без моего разрешения никто не имеет права переступать порог этого дворца!

Это был Шахрияр. Он был уставший до изнеможения после спасения Бегзода, боя с охранниками и безостановочной скачки до рассвета. Но голос его звучал твёрдо.

Нозлигуль испытала одновременно и радость, и страх. Зархуба смотрела на неё с налитыми кровью глазами, как будто хотела излить на неё всю свою многолетнюю ярость. Нозлигуль крепко схватила её за руки и посмотрела в её зелёные глаза:

– Успокойтесь. Вы можете причинить ЕМУ вред. Я молчала только ради НЕГО.

Зархуба замерла. В её взгляде на мгновение мелькнуло спокойствие. За дверью пытались открыть замок – но он был заперт с помощью магии.

Нозлигуль отпустила руки Зархубы и подошла к зеркалу. Щёки её были покрыты следами ударов, волосы растрёпаны, одежда порвана. Она посмотрела на Зархубу, стоявшую молча в центре комнаты. Затем положила руку на лицо, закрыла глаза на мгновение, глубоко вдохнула и сказала:

– Я надеялась, что мы будем хранить тайны друг друга, Зархуба бегим. А теперь откройте дверь. Там может быть мой отец. Его здоровье может пострадать от волнения. А Шахзаде – он разгневан. Прежде чем всё это превратится в большую беду, откройте дверь. Скажите, что хотели поговорить со мной наедине. И пусть всё, что случилось здесь, останется в тайне. Я тоже сохраню вашу.

– Как я могу тебе верить? – тихо спросила она, глядя в одну точку.

– Я дочь того, кто отвечает за здоровье Шахзаде. А вы скоро станете частью его семьи. Значит, я отвечаю и за ваше здоровье. Этого достаточно?

Зархуба опустила голову. Надела маску и открыла дверь. Нозлигуль уже надела паранджу. В комнату ворвались встревоженные Шахрияр и Хумоюн. Он приказал слугам выйти. Остались четверо.

Шахрияр строго обратился к Зархубе:

– Как вы осмелились без разрешения войти во дворец, тем более – запереть моих людей в комнатах и разговаривать с ними?

Его руки были сжаты в кулаки, голос – холоден и угрожающе спокоен. Зархуба же стояла, словно ничего не произошло.

– Шахзаде, прошу прощения. Я не хотела нарушить порядок. Простите меня.

Шахрияр молчал. Он перевёл взгляд с Нозлигуль на Зархубу и сказал:

– С этого дня без моего разрешения вы не имеете права входить в этот дворец. Тем более – запирать моих людей и разговаривать с ними наедине. Если ослушаетесь – после свадьбы вход во дворец будет вам навсегда закрыт. Пусть это не повторится.

Зархуба нехотя кивнула. Шахрияр повернулся к Нозлигуль:

– Ты в порядке?

– Всё хорошо, Шахзаде. Зархуба бегим хотела поговорить со мной наедине…

Сказала она мягким голосом, одновременно сжав руку отца – словно говоря: не волнуйтесь, отец. Затем обратилась к Шахрияру:

– Мы с Зархуба бегим не успели закончить разговор. Если позволите, мы бы хотели продолжить.

Шахрияр сдержанно согласился и вместе с Хумоюном вышел из комнаты.

Когда они остались наедине, Зархуба повернулась к Нозлигуль:

– Ответь мне на один вопрос… Почему человек из племени Зарроний находится здесь?.. Что он делает во дворце?

Глава 14

Когда открылся сундук тайн

Солнце, возвещая о наступлении полудня, сквозь занавески осыпало ковёр золотыми лучами. Пока в других покоях дворца начиналась суета, слуги торопливо двигались по делам, эта комната оставалась окутанной загадочной тишиной. Та тишина впиталась не только в стены – она проникла в каждое дыхание, в каждый удар сердца. Это была тяжесть, предвестник нераскрытой тайны.

Слова Зархубы словно окаменили Нозлигуль. «Племя Зарронийцев» – это имя не оставляло в её памяти никакого следа. Оно звучало чуждо, незнакомо, но странной тяжестью оседало в её сердце. Медленно сняв паранджу, она предложила Зархубе сесть. Затем опустилась рядом, внимательно и серьёзно посмотрела на неё.

– Племя Зарронийцев, говорите?.. Я – дочь лекаря Хумоюна. Я не из каких-то Зарронийцев, – произнесла она наконец, в голосе её удивление перевешивало уверенность.

Зархуба не отводила взгляда, серьёзно сказала:

– Ты не знаешь, кто такие Зарронийцы?

Этот вопрос словно иглой уколол сердце Нозлигуль. Растерянность, тревога и лёгкая улыбка исчезли из её глаз. Зархуба замолчала – но это было не молчание покоя, а молчание внутреннего узла.

Нозлигуль встала. Подошла к окну, посмотрела наружу. Солнечные лучи не могли согреть её тревожное сердце. Внутреннее беспокойство, казалось, поглощало даже свет, оставляя вокруг серость.

– Я никогда не слышала этого имени… Если это правда… кто же я? – прошептала она с вздохом.

Зархуба положила руку на живот. Её взгляд, будто искавший свет во тьме, устремился на Нозлигуль, и тихо спросила:

– Я спрашивала тебя, как ты узнала состояние моего ребёнка, просто коснувшись моего запястья. Это была не просто медицина. Этот ребёнок сам ответил тебе, Нозлигуль.

Нозлигуль вздрогнула. Плотно сжав губы, она закрыла глаза.

– Это… уроки отца. Он с детства обучал меня врачеванию. Это был мой путь сердцем. Я не приносила боль, напротив… я лечила, – проговорила она дрожащим голосом.

Зархуба склонила голову, но в её голосе звучала твёрдость:

– Ты из рода Зарронийцев. Эта сила – она лечит, но если пойдёт по неверному пути – может нести гибель.

Нозлигуль испуганно посмотрела на неё.

– Что вы говорите?.. Я никогда никому не причинила вреда!

Зархуба закрыла глаза. Затем глубоко вздохнув, продолжила:

– Мой ребёнок был здоров. Но с тех пор, как я приехала в Гуларо, я ощущаю над ним угрозу. Это не пустые тревоги. Именно поэтому я пришла сюда. Я слышала, как ты вылечила шахзаду. Даже самый искусный лекарь дворца, даже твой отец – главный целитель Гуларо – оказался бессилен. Я хотела проверить тебя. И если бы ты оправдала моё доверие, я была готова вознаградить тебя за хранение моей тайны. Но всё изменилось. Моё состояние изменилось, с тех пор как я здесь: раздражительность, боли, постоянная тревога… Теперь я знаю – это не случайность. Как только я увидела тебя – моё сердце сказало: "Найди эту девушку!" Я наблюдала за тобой, когда ты спала – почувствовала силу в твоём сердце. Тогда я поняла – ты из рода Зарронийцев.

Она сделала паузу и ещё тише добавила:

– Только… твои глаза озадачили меня. Зарронийцы – с белыми волосами, кожей и даже глазами. Они живут скрытно. Но твои глаза… они алые, словно рубины. Точно такие же, как у царской семьи Замзарии. Мой отец, султан Хомирзы, говорил мне: красные глаза – это отличительная черта их династии. Я видела их. И ты… ты носишь эти же глаза.

Нозлигуль прижала ладонь к сердцу, глубоко вдохнула. Слова проникли в каждую её клеточку. Они замолчали. Разговор прервался, но в сердцах бушевали вопросы. Их тишину нарушил стук в дверь.

– Простите, госпожа… – раздался голос слуги снаружи. – Наследный принц Замзарии Нодиршох прибыл в Гуларо. Султан Кобил вызывает вас к себе, госпожа Зархуба.

Зархуба и Нозлигуль взглянули друг на друга. Их только начавшийся загадочный разговор был словно древний сундук, только что открытый. Ключ найден. Но что ещё скрыто внутри – пока оставалось неизвестным.

Зархуба поднялась. Нозлигуль встала и поклонилась. Когда Зархуба вышла, девушка ещё долго не могла сдвинуться с места. В сердце впервые возникли вопросы – кто она, откуда?

Чтобы найти ответы, она направилась к отцу. Но Хумоюна там не было. Тогда она пошла в сторону сада. Слова Зархубы крутились в её разуме, словно буря бушевали в груди. Погрузившись в свои мысли, она неожиданно столкнулась с кем-то. Вздрогнув, она опустила голову:

– Простите… я вам помешала, – сказала она дрожащим голосом.

Человек ответил мягким, спокойным тоном:

– Всё в порядке, сестричка. Ты не пострадала?

– Нет, спасибо. Простите ещё раз… – не поднимая взгляда, Нозлигуль продолжила путь.

Но сердце её как будто замерло. Тот человек повернул к дворцу. Нозлигуль тоже обернулась… и увидела.

У него были глаза, алые как рубины – точно такие же, как у неё.

Нозлигуль затрепетала. Слова Зархубы прозвучали в её ушах. Его взгляд – мягкий, спокойный, но пугающий до глубины души. Её дыхание участилось. Ноги, словно сами по себе, двинулись вперёд, но шаг её был странным – будто сердце двигало ею в забытьи. Перед глазами всё потемнело. Вокруг не было никого. Лишь одна старая хижина… Она вспомнила – именно здесь когда-то беседовала с Шахрияром.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.