Павел Булгаков
Эллинийцы

Космическая станция «Maxima»

Тусклая красная лампочка с равной периодичностью мигала над толстыми стальными дверями стыковочного модуля станции. Из-за того, что это было единственным источником освещения в длинном коридоре, его дальний конец был полностью погружён во мрак, а ярко-жёлтые костюмы химической защиты казались кирпичного цвета. Лиц стоящих рядом с люком было не разобрать, ведь они скрывались за затемнёнными стёклами шлемов, по которым при каждой вспышке проскальзывали красноватые блики.

Вот наконец двери разъехались в разные стороны и наружу выехали четыре металлических цилиндра, которые были настолько идеально отполированы, что в их зеркальных стенках отражались все движения трёх человек, стоящих рядом. Тот из них, что держал в руках угольно-чёрный кейс с буквой «А» на крышке, положил его на пол и открыл. Внутри оказались четыре выемки как раз под размер цилиндров. Второй в это время медленно достал один из цилиндров и, согнув колени, опустился к кейсу, с максимальной осторожностью поместив груз в ячейку.

Лишь после того, как над цилиндром загорелась красная лампочка, он поднялся и принялся доставать следующий цилиндр. Несмотря на все его старания, лёгкая дрожь рук привела к тому, что отполированный металл скользнул по резине перчаток. Человек попытался остановить цилиндр, но тот всё таки полетел на пол. Двое из присутствующих замерли на месте, боясь даже дышать, как вдруг длинные пальцы остановили цилиндр всего в нескольких сантиметрах от пола.

– На то, чтобы добыть эти образцы и доставить их сюда, было потрачено почти сто миллионов долларов, – медленно и настолько холодно, что мурашки могли побежать по спине, произнёс тот, что до этого наблюдал за всем чуть со стороны, после чего встал с корточек, на которые сел, чтобы поймать цилиндр, и стал едва ли не на голову выше двух других. – Вы же не хотите, чтобы мистер Элон приказал выкинуть вас в открытый космос без скафандров? А я это сделаю, если понадобится, вы меня знаете…

– Так точно, мистер Корвус, – быстро проговорили двое других и, приняв цилиндр, поместили его в кейс.

Несмотря на то, что шлемы не позволяли видеть лица, создавалось устойчивое впечатление, что Корвус сверлил остальных взглядом до того момента, пока последний цилиндр не был погружен в кейс целым и невредимым, после чего он самолично закрыл крышку и, крепко сжав ручку, пошёл прочь от люка. Быстро переглянувшись, остальные последовали за ним. В самом конце коридора находился лифт, двери которого открылись, как только Корвус приложил пропуск к светящемуся экрану в стене.

Наружу из кабинки тут же ударил яркий свет от двух ламп на потолке, отчего двое позади прикрыли шлемы руками, но Корвус, не теряя времени зря, вошёл внутрь и нажал нужную кнопку. Остальным ничего не оставалось, кроме как последовать за ним, чтобы он не уехал без них. Только после того, как все трое оказались в лифте, его двери закрылись и он плавно пополз вниз.

Вскоре лифт выехал из стыковочного блока «Б» и сквозь стеклянные стены стало возможно рассмотреть практически всю станцию, которая напоминала гигантский торговый центр, состоящий из двадцати этажей, половина из которых скрывалась либо над основным блоком, либо наоборот под ним. На остальных же этажах расположились многочисленные каюты, в которых предполагалось в скором времени разместить первых космических туристов и персонал. Кроме того там были бутики модной одежды, кафе, кинотеатры, сады и иные места для того, чтобы времяпрепровождение гостей в космосе было максимально насыщенным и интересным. Всё это располагалось вокруг гигантского медиа-столба с многочисленными экранами и голограммами, образуя что-то вроде воронки.

Но вот первый этаж промелькнул за стеклом и дальше потянулись технические помещения, нацеленные на поддержание в этом космическом отеле комфортных условий для жизни. На самых нижних ярусах находились системы добычи пресной воды из астероидов, система подачи кислорода и ещё некоторые системы жизнеобеспечения, но, не доезжая до них, лифт замер на месте, и его двери открылись.

Там, куда попали все трое, расположились основные лаборатории для космических исследований. Длинный коридор тянулся в обе стороны, ограждённый стеклянными стенами, за которыми виднелись причудливые механизмы, оборудование и схемы. Там же суетились десятки людей в белых халатах, проводящие какие-то эксперименты и записывающие что-то в планшетах. Периодически некоторые из учёных перебегали из одного кабинета в другой.

Но когда Корвус уверенным шагом пошёл вдоль по коридору, все они замерли и перевели на него взгляды, а те, кто был в коридоре, быстро прижались к стенам, освобождая дорогу. В отличии от остальных лабораторий в конце коридора виднелась вовсе не стеклянная, а металлическая дверь, на которой «красовался» знак биологической опасности. Стены лаборатории также были выполнены из металла, поэтому о том, что за ними происходило знали лишь несколько человек на станции, одним из которых был Корвус.

Подойдя непосредственно ко входу в лабораторию, он вдруг остановился, и остальные едва не врезались в него сзади, но он, не обращая внимания на это, обернулся к ним.

– Я иду один, – распорядился он стальным голосом. – Вы можете быть свободны на сегодня.

Оба быстро кивнули и поспешили обратно к лифту, а Корвус, осмотревшись по сторонам, развернулся ко входу и ввёл на экране некий код. За этим открылись двери, и мужчина быстро скрылся за ними, так что разглядеть там хоть что-то никто бы не смог. Внутри оказался просторный кабинет, который в целом напоминал остальные лаборатории, но был в разы больше и лучше оборудован.

Вдоль белых стен тянулись столы со всем, что может пригодиться для исследований, а противоположную от входа стену заменял огромный иллюминатор, в котором сейчас виднелась Земля и солнечный шар, медленно плывущий в кромешной темноте космоса. К иллюминатору был приставлен массивный письменный стол, на котором, несмотря на большое количество бумаг царил полный порядок, из которого выбивалась лишь стоящая на зарядке видео камера Canon, кажущаяся на подобной станции пережитком прошлого.

Сидящий до этого за столом человек, услышав шаги Корвуса поднял голову и развернулся в белом кресле. Это оказался видный мужчина средних лет с гладко выбритым лицом и острыми чертами, чёрные волосы которого были зачёсаны назад, да настолько аккуратно, что ни один волосок не выбивался из общего ряда. Одет мужчина был в белую рубашку, расстёгнутую на пару верхних пуговиц, бежевый жилет и накинутый на плечи белый халат.

– Корвус, рад тебя видеть, – поздоровался мужчина.

– Взаимно, доктор Говард, – ответил тот и поставил кейс на ближайший стол. – Зонд доставил все необходимые образцы.

– Чудно, – радостно, но при этом не повышая тона, сказал Говард. – Давай же посмотрим, что там интересного.

Даже не придерживаясь за подлокотники, он разогнул колени и встал с кресла, после чего быстро подошёл к кейсу, а Корвус в это время снял шлем, так что чёрные, промокшие от пота волосы, коротко подстриженные в зоне левого виска и удлинённые с правой стороны, упали на лицо, закрыв тёмно-зелёные глаза, и ему пришлось рукой отодвинуть пряди в сторону. В целом Корвус был лет на тридцать моложе Говарда, да и черты лица его были куда грубее.

Доктор тем временем открыл кейс и достал один из цилиндров. Осторожно повернув крышку, он снял металлический корпус, под которым скрывалась стеклянная капсула с внутренней подсветкой, по стенкам которой медленно стекала странная жижа, похожая на чёрную плесень. Поднеся капсулу к лицу, Говард пристально посмотрел на жижу, а та, словно почуяв это, собралась в небольшой комок на ближайшей к нему стороне.

– Занимательно, – неспешно проговорил доктор, рассматривая вещество в капсуле.

– Что это такое? – Поинтересовался Корвус, также смотря на жижу ,но с небольшого расстояния.

– Это, мой друг, новая форма жизни, – ответил Говард, отвлёкшись от рассматривания, и нажал на встроенном в столешницу экране рядом с собой несколько кнопок, так что из стола неподалёку вылезли четыре подставки под капсулы.

– Откуда она взялась в космосе? – Спросил Корвус, заинтересованно наблюдая за тем, как доктор помещает капсулу в крепление.

– Я считаю, что эта форма жизни существовала и развивалась на какой-то отдалённой планете, но там что-то произошло и она была разбросана по всей вселенной отдельными кусками вместе с астероидами, как тот, который посетил наш зонд, – ответил доктор, доставая второй цилиндр.

– И эта жизнь не погибла за время в открытом космосе?

– Видишь ли, если мы говорим о простейших, таких как бактерии например, то некоторые из них способны жить без воздуха или света, им это всё просто не нужно, – рассказывал Говард, закрепив вторую капсулу на подставке. – Но в случае с многоклеточными всё гораздо сложнее. Простого анабиоза тут не хватит, хотя бы потому, что в космосе повышенный радиационный фон и крайне низкие температуры, но у некоторых растений, вроде папоротников, имеются споры, что помогает им переживать неблагоприятные условия, и я не исключаю возможности, что то, что мы можем наблюдать сейчас – это споры некого инопланетного растения, которые за время пребывания в космосе преобразились и просто ждут благоприятных условий, чтобы начать размножаться и расти.

– И какие же условия для них благоприятны? – Спросил Корвус, смотря на четыре стоящие в ряд цилиндра, внутри которых находились образцы инопланетной жизни.

– Это нам только предстоит выяснить, – пожал плечами Говард. – Но чтобы не произошло никаких инцидентов, мы держим их в герметичных капсулах, условия в которых максимально приближены к условиям в открытом космосе.

Неожиданно экран ноутбука, стоящего на столе, на несколько секунд погас, после чего на нём появилось изображение в виде нарисованного жука скарабея. Корвус и Говард вопросительно переглянулись и уставились на ноутбук, когда изображение вдруг резко сменилось помехами, а всё электричество в помещении и, о чём можно было судить по крикам из коридора, на всём этаже исчезло. Без ярких ламп на потолке единственным источником света осталось солнце, лучи которого проникали в лабораторию сквозь иллюминатор, но и оно постепенно скрывалось за Землёй.

– Корвус, ты понял, что только что произошло? – Спросил Говард, повернув голову в сторону собеседника, так что часть его лица оказалась полностью скрыта в тени, а вторая была ярко подсвечена солнечными лучами по контуру.

Сам Корвус был неплохо освещён, но предпочёл надеть шлем и включить встроенный в него фонарик, после чего лишь пожал плечами.

– Может быть перебои с освещением? – Предположил он. – Я пойду проверю пробки.

С этими словами он опустил тяжёлый рубильник, отвечавший за механическое открытие двери, и, выйдя в коридор, направился к лифту, но тот тоже отказывался работать, поэтому Корвус стал подниматься на пару уровней выше по лестнице, на которой царила кромешная тьма. Зажав кнопку в основании шлема, он попытался связаться с другими людьми из своего отряда, но вместо ответа раз за разом слышал лишь помехи.

***

Сразу с уходом Корвуса Говард напряжённо осмотрел помещение, но остановил взгляд именно на спорах. После подключения к системе капсулы питались непосредственно от общей сети, из-за чего вместе с перебоем в освещении полностью погасла и их внутренняя подсветка, а солнечного света на них с каждой секундой падало всё меньше. И чем ближе подступала тьма, тем активнее становилась жижа, из-за чего Говард отключил камеру от зарядки и нажал на запись.

Теперь споры не просто безжизненно стекали по стенкам, а активно передвигались в наиболее затемнённые участки, одновременно с этим увеличиваясь в размерах. Это крайне напрягало доктора, ведь он понятия не имел, к чему это может привести, и опасливо ожидал момента, когда солнце окончательно скроется за Землёй.

Вот вокруг планеты полыхнул яркий контур, и сразу за этим последние лучи скользнули по потолку лаборатории. Учёные бегали по коридору с фонариками, стараясь понять, что произошло, но Говард боялся даже дышать. И не зря. С заходом солнца, когда помещение погрузилось в кромешный мрак, споры набрали силу.

Собравшись на стенке одной из капсул во внушительных размеров каплю, они за доли секунды совершили рывок. Снаружи могло показаться, что ничего критического не произошло, но то, как задрожало стекло при ударе, повергло доктора в ужас. Ещё один удар и по стенке прошла длинная трещина, хотя стекло всё ещё держалось. А вот третий удар стал сокрушительным. В образовавшуюся дыру выскользнула склизкая масса, тут же перекинувшаяся на соседний цилиндр.

Обернув его, как удав, слизь стала быстро сжиматься, из-за чего вскоре капсула разломилась напополам и споры слились в единый комок, втрое превосходящий в размерах то, что изначально находилось в цилиндрах, а Говард лишь выжидающе наблюдал за происходящим, не зная, что предпринять, так как с подобным он ещё не сталкивался.

Тем временем жижа переползла к оставшимся двум капсулам и, натянувшись между ними, резко удлинилась, пробив их насквозь. Находящиеся внутри сгустки быстро вросли в общую массу, и она сократилась, оставив в цилиндрах идеально ровные отверстия, как от пули. Огромная спора, из-под которой начали вырываться клубы чёрного дыма, плавно покачивалась на столе, будто наблюдая за доктором, хотя у неё даже не было намёка на глаза. Несмотря на пока ещё неясную, но вполне ощутимую опасность, Говард не стал пытаться спрятаться или, тем более, паниковать, а просто медленно стал отступать к дверям.

Только он это сделал, как слизь прижалась к столу и выпрямилась, как пружина, оставив после себя повреждения, похожие на следы от кислоты, прыгнув прямо на доктора, но тот вовремя отскочил в сторону и жижа разбилась о стену на несколько омерзительных комков, которые постепенно срослись вместе, когда Говард уже швырнул в их сторону своё кресло. Тем не менее, споры не разделились, как прежде, а схватили кресло и, поглотив его, будто увеличились в размерах ещё сильнее. Как раз в это время из коридора на шум прибежали несколько учёных и замерли на месте, шокировано глядя на сгусток слизи у стены.

– Закройте её, закройте эту чёртову дверь! – Крикнул на них доктор, но они всё ещё колебались, смотря то на него, то на споры.

– Доктор, но как же вы? – Неуверенно спросил один из учёных.

– Я сказал, закройте её.

Сжав зубы процедил Говард настолько грозно ,что никто даже не решил переспрашивать и, выйдя в коридор, закрыли двери лаборатории за собой, а доктор повернулся к слизи, готовясь к очередному её прыжку. Стоило только комку оторваться от земли, как Говард отступил в сторону, но споры, словно запомнив это с прошлого раза, разделились на две части, одна из которых метнулась за спину доктора и толкнула его прямо в бурлящее жерло большего куска.

Тот не успел ничего осознать, как противная слизь, похожая на плесень, сомкнулась вокруг него и тем самым стала просто огромных размеров. Вытянув длинные отростки в разные стороны, жижа начала сметать всё, что было на столах, в единую кучу. Различные приборы и приспособления с грохотом волоклись по гладкой белой поверхности, погребая бумаги и остальные мелочи в общей массе, либо сметая их на пол, как и видео камеру, которая завалилась в щель между стеной и столом.

За пару минут всё со столов оказалось покрыто толстым слоем слизи, которая быстро растворяла металл и прожигала бумагу, так что вскоре спора занимала почти половину комнаты. Словно поняв, что здесь ей больше нечего поглотить, она всей своей массой навалилась на дверь и та натужно заскрипела. Во все стороны начал расползаться едкий дым. Металл гнулся под огромным весом, грозясь в любой момент разломиться на куски. Люди в коридоре в ужасе смотрели на вмятины в двери, которые изнутри проделывало нечто страшное.

С трудом приподнявшись, слизь вновь обрушилась на двери, но на этот раз они не выдержали и вылетели наружу, а жижа полилась в коридор, заполняя его. Многие в панике побежали прочь, но споры быстро настигали их и пожирали, становясь с каждой жертвой всё больше. Те, кто были ближе всего к лестнице, быстро стали подниматься наверх, но часть слизи рванула за ними в дверной проём, отчего стены пошли трещинами, и, словно волна цунами, стала смывать пролёт за пролётом вместе с теми, кто там был.

***

Корвус озадачено рассматривал рубильники, которые находились в стандартном положении, но электричества всё равно не было, когда до его слуха вдруг донеслись крики и грохот с нижних уровней. Отойдя от распределительного устройства, он выглянул в лестничный пролёт и замер в ужасе. Всего на несколько уровней ниже гигантский комок противной слизи поглотил несколько учёных, которые пытались от него убежать, и рванул вверх.

Не долго раздумывая, Корвус побежал прочь. Где-то внизу скрипел и гремел металл, причём с каждой минутой эти звуки казались всё ближе. Сколько Корвус уже пробежал уровней, он и сам не знал, но его это и не заботило, так как стыковочные блоки находился на предпоследнем уровне, а значит пропустить их было бы практически невозможно. Но споры погребали под собой лестницу, становясь от этого только больше.

До необходимого уровня оставалось не более двух пролётов, когда жижа поглотила перекрытия, поддерживающие лестницу и та, треснув, начала проваливаться. Нога Корвуса ушла вниз вместе с отколовшейся ступенькой, но он успел поднять её, прежде чем скользкая жижа сомкнётся на лодыжке, и в несколько прыжков достиг необходимой двери, за которой находился стыковочный блок «Б».

Быстро войдя в блок, Корвус лишь с силой толкнул дверь за собой, стараясь как можно скорее успеть к эвакуационным капсулам, а почти сразу за этим споры снесли дверь с петель, так что она, с шумом ударившись пару раз о стены рухнула где-то позади, и слизь ворвалась в коридор. Ближайшая эвакуационная капсула оказалась всего в паре метров от входа, но времени у Корвуса почти не оставалось.

Вот механические двери наконец разъехались в стороны и он, забравшись в крохотную кабину, со всей силы ударил по кнопке экстренного запуска. Стальной люк перекрыл выход из капсулы за секунду до того, как в него снаружи ударил поток жижи и капсула отсоединилась от станции. Всё произошло настолько резко, что Корвуса, который не успел пристегнуть ремни, швырнуло к противоположной стенке и он со всей силы ударился головой.

Очнулся он неожиданно для себя на широком пляже. Тёплая вода мягко обволакивала ноги и с тихим шелестом отходила обратно. Мягкий песок слегка покалывал босые ступни. Лёгкий морской бриз развевал волосы. Приятные лучи солнца проникали между ветвей пальм, склонившихся над пляжем, словно навес, и пригревали уставшую и зудящую от полученных травм кожу. Вместо неудобного и плотного костюма химической защиты на нём оказались белые шорты и футболка, хотя он сам не помнил, как и когда успел переодеться.

На всём пляже нельзя было увидеть ни одного признака жизни. Даже крики чаек не разносились над океаном. Утомлённый всеми последними событиями Корвус обессилено сел на песок и закрыл глаза, подперев руками голову. Словно само время замедлилось в этом месте. Каждым вдохом он ощущал слабый морской запах, наполнявший лёгкие приятной свежестью, а большие пальцы медленно водили по шершавой, но приятной на ощупь коже щёк, от которой так и исходило тепло.

Он даже не представлял, что произошло после удара головой. Возможно, он уже умер, возможно, лишь потерял сознание. В любом случае он мог никуда не торопиться. Погрузившись в собственные размышления под мерный шум океана, Корвус почти заснул и не заметил, как к нему кто-то приблизился и сел рядом.

– Чудесное место, – довольно произнёс Говард.

Несмотря на то, что подобная встреча была подобна чуду, Корвус был слишком сильно измождён, чтобы удивляться, поэтому просто приоткрыл один глаз и тихо хмыкнул в знак согласия. Следующие минут пять сидели молча, задумчиво глядя на ровную голубую гладь океана.

– Док, мы мертвы? – Совершенно спокойно спросил Корвус.

– Я да, насчёт тебя не знаю, – не менее спокойно ответил Говард.

– То есть мы не в раю? – Уточнил Корвус.

– Сильно вряд ли, – произнёс доктор.

– Жаль, – только и выдохнул Корвус, после чего опять погрузился в сонное состояние.

Когда он вновь приоткрыл глаза, Говард так и сидел рядом, щурясь от солнца ,которое начинало медленно клониться к закату.

– Почему вы даже не пытались спастись? – Поинтересовался Корвус. – У вас же было достаточно времени.

– Чью жизнь я бы тогда спас? – Задал встречный вопрос доктор. – Свою? Дружище, моя жизнь не так и значительна. Гораздо важнее данные, которые мне удалось получить. Они помогут спасти сотни жизней.

– О чём вы говорите? – Переспросил Корвус.

– Ты всё поймёшь, когда будет нужно, – загадочно проговорил Говард. – А теперь тебе надо просыпаться.

Корвус опять хотел что-то спросить, но солнце слишком сильно слепило прямо в лицо, отчего ему пришлось прикрыть глаза рукой и зажмуриться, а когда он вновь открыл их, то понял, что это свет фонарика.

– Он очнулся, – констатировал мужской голос, обладателя которого невозможно было рассмотреть сквозь яркую завесу. – Жить будет.

Головной офис «Alone Holdings». Санкт-петербург

– Всё, сигнал потерян, – недовольно сказала молодая девушка с голубыми глазами, чуть вздёрнутым носиком и голубым каре, одетая в голубую рубашку оверсайз и джинсовые шорты.

– Опять? – Удивился мужчина лет пятидесяти с каштановыми волосами и карими глазами, попивающий до этого кофе из кружки с надписью «№1».

Встав с голубого дивана, Макс подошёл к столу, за которым сидела Мако и, опёршись одной рукой на спинку голубого компьютерного кресла, наклонился к монитору ноутбука, но там были лишь помехи.

– Снова, – ответила девушка и откинулась на спинку, скрестив руки на груди. – Проблемы определённо на той стороне, а значит что-то глушит сигнал на станции.

– Что это может быть? – Уточнил мужчина, сделав глоток из кружки.

– Всё что угодно, – пожала плечами Мако. – Станция напичкана всевозможной умной техникой. Если систему реально взломали, даже микроволновка может стать источником помех.

– Это нехорошо, – произнёс, нахмурив брови Макс. – Но как кому-то удалось взломать станцию?

– Скорее всего кто-то вошёл в систему с земли и внедрил в неё вирус, – предположила девушка.

– А мы не можем также войти и всё исправить? – Поинтересовался мужчина.

– Я пыталась, – начала Мако. – Система блокирует мои попытки.

– Что в таком случае предлагаешь?

– Нам необходимо внедрить антивирус непосредственно в системный блок, – объясняла девушка. – Проще говоря нам нужно вставить флэшку с необходимой программой в один из серверов, но, как ты видишь, дроны для этого не годятся, необходимо посылать людей.

– С ума сошла? – Воскликнул Макс. – Ты помнишь, что говорил Корвус: споры пожирают всё подряд. Посылать туда людей – это безумие. Почему бы не послать твоих непрограммируемых ботов? Они же и создавались для экстренных случаев.

– Вот топ причин, почему они не подойдут конкретно в данной ситуации, – ответила Мако, загибая пальцы. – Во-первых, они будут следовать заранее заложенному направлению, а значит не смогут в случае чего спрятаться или сменить направление, что в разы повышает шанс их повреждения или уничтожения спорами, во-вторых, даже если им каким-то чудом удастся выполнить миссию, понадобится в любом случае перезагрузить систему, а сделать это можно лишь вручную.

– Чёрт, – вздохнул мужчина и, покачав головой, направился к выходу. – Я позвоню отряду «Альфа».

– И Корвуса навести, – сказала неожиданно Мако, отчего Макс замер в дверях.

– Думаешь, что он согласится вернуться туда? – Неуверенно произнёс мужчина.

– Ты умеешь договариваться с людьми, – многозначительно ответила девушка и выглянула из-за монитора. – Вот и будь душкой, договорись с ним.

Ничего не ответив, Макс глубоко вздохнул и вышел из кабинета.

Военный полигон «Alone W». Монголия

Солнце только-только поднялось над песчаными холмами на востоке, но в степи уже царила жара. Где-то в редких клочках сухой травы заводили свой стрекот цикады, а жаркий ветер поднимал над землёй мелкую пыль и уносил её вдаль. Закрыв нос и рот бардовым платком, молодой светловолосый мужчина молча смотрел на восходящее солнце сквозь стёкла солнцезащитных очков авиаторов. Как раз в это время раздался звонок, и он достал из кармана чёрных джинсов кнопочный телефон с длинной антенной.

– Мистер Элон, добрый день, – поздоровался мужчина и, опустив взгляд в землю, стал медленно оборачиваться.

– Алекс, мне срочно нужна ваша помощь, – ответил голос Макса из трубки. – Дело крайне важное, так что сворачивайтесь и в полном составе дуйте сюда.

Как раз в это время раздался жуткий взрыв, но Алекс даже не шелохнулся.

– Что у вас там произошло? – В ужасе спросил Макс.

– Всё под контролем, сэр, – только и ответив Алекс, посмотрев на группу из четырёх человек, которые стояли возле дымящейся базуки, направленной прямо на горящий и искорёженный самолёт. – Будем через сутки.

С этими словами он отключил связь и положил телефон обратно в карман.

– Алекс, ты это видел? – Прокричал крупный парень с коротким ёжиком на голове, сложив руки рупором.

– Датчики фиксируют прорыв стали с силой в пять раз превышающую все наши ожидания, – добавил молодой афроамериканец в очках, смотря в экран обёрнутого вокруг запястья планшета.

– Отличная работа, друзья, – похлопал Алекс и неспешно направился к ним, оставляя на песке глубокие следы от походных сапог. – Грузите всё в машину и поехали отсюда, мистер Элон хочет нас видеть.

Без лишних вопросов самый крупный из них взял базуку и, положив её в кейс с буквой «А» на крышке, поместил в багажник пустынного багги светло-бежевого цвета, а сам сел в кузов большого грузовика. Вслед за ним туда же сел и афроамериканец, а передние места занял симпатичный молодой парень и женщина с длинными тёмными волосами.

Алекс залез в багги и ударил по газам, подняв с земли столб пыли и песка, а за ним поехал и грузовик, так что вскоре на полигоне вновь установилась полная тишина, нарушаемая лишь треском цикад, который после долгого нарастания резко обрывался и вновь начинал разноситься раз за разом.

Кабо Крус. Куба

Лопасти коричневого конвертоплана с цифрой «1» на борту разрезали раскалённый воздух. От мощных порывов ветра по водной глади пошли сильные волны. Несколько рыбаков, сидевших в это время на деревянном причале с удивлением подняли взгляд на конвертоплан и прикрыли лицо руками от сильного ветра. Плавно опустившись вниз, тот сел на неровную земляную дорогу и почти сразу двери открылись изнутри.

Наружу вышел Макс Элон, одетый в солнцезащитные очки, белую рубашку с дорогим коричневым галстуком, брюки и кожаные туфли, которые почти сразу стали матовыми от поднятой с земли лопастями пыли. Поправив рукой растрёпанные сильными порывами ветра волосы, он осмотрелся по сторонам и, заметив рыбаков, учтиво кивнул.

– Buenas tardes, – поздоровался он и направился к одноэтажному бару неподалёку.

Построен бар был из старых досок, в которых кое-где зияли дыры, а крышу составляли проржавевшие куски металла. Дверей тем более не было, поэтому Макс, аккуратно оттолкнув туфлей курицу, стоящую прямо посередине прохода, зашёл внутрь. Несмотря на лёгкий сквозняк, возникающий в помещении из-за отсутствия окон и дверей, и вентиляторы под потолком, в баре царила жара, так что Элон чуть ослабил галстук и направился к барной стойке.

В этот жаркий час в баре было не так много посетителей, так как практически все жители прятались от жары по домам. Лишь несколько человек расположились за столами, что-то тихо обсуждая, а на высоком барном стуле сидел тот, за кем Макс сюда и приехал. Пройдя через всё помещение, Элон сел по правую руку от него и положил на столешницу десяти долларовую банкноту.

– Whisky, – сказал он и медленно повернулся влево. – Ну здравствуй, Корвус.

Вместо ответа тот сперва лишь достал из-за пазухи чёрной косухи коробок спичек и, прикрыв свободной рукой от сквозняка сигарету, зажатую в зубах, поджёг её. Максу тем временем бармен принёс бокал виски со льдом и он, сделав небольшой глоток, продолжил молча ждать ответа. Только спрятав полупустой коробок во внутренний карман, Корвус, не доставая сигарету изо рта, выпустил дым и поднял на собеседника вострый взгляд глаз, выглядывающих из-под ещё более отросшей за последние пару месяцев чёлки.

– Мистер Элон, – произнёс он, буравя взглядом Макса. – Как добрались?

– Признаюсь, не без труда, – усмехнулся тот. – Ты забрался в такую… даль, что пришлось приложить немало усилий, чтобы тебя найти.

– В этом и была задумка, – тяжело выдохнул Корвус.

– О, я это прекрасно понимаю, – ответил радостно Элон. – Но ты же знаешь: если мне нужно найти кого-то, я найду кого-то.

– И зачем же нужен вам этот кто-то? – Спросил Корвус, прекрасно понимая, что Макс прилетел к нему не просто так.

– Отличный вопрос, – воскликнул Элон, делая ещё один глоток виски. – Мне нужно, чтобы ты вернулся на станцию!

– Ни за что, – отрезал Корвус.

– Никогда не говори никогда, – сказал Макс без доли сомнения, но потом слегка задумался. – Хотя ты этого и так не говорил… Не суть.

– Ну и что же, по-вашему, может меня заставить вернуться в этот ад? – Скептически поинтересовался Корвус, хотя уверенный тон Элона всё сильнее заставлял его переживать.

– Ты же знаешь, если бы у меня не было достаточно веского основания, я бы не тратил своё время, – ответил тот и, сделав глоток, продолжил. – После смерти доктора Говарда в нашем архиве осталось большое количество его наработок. Разумеется, всё совершенно засекречено, но, если ты окажешь корпорации небольшую услугу, мы предоставим тебе полный доступ.

Корвус не просто боялся возвращаться на станцию, несмотря на то ,что многое прошёл за свою жизнь, он был в ужасе, но разработки доктора Говарда, скопившиеся за двадцать с лишним лет работы были не просто крайне важными, они были бесценными. Однако вся документация составляла лишь набор разрозненных, на первый взгляд никак не связанных друг с другом исследований, из-за чего весь научный отдел корпорации Элона не мог разобраться в них, а ключ к их тайне знал только Корвус.

– Я в деле, – наконец ответил он, хотя определённые сомнения всё ещё терзали его.

– Вот и чудно, – воскликнул Макс и, допив виски, громко стукнул пустым бокалом по столешнице. – Собирай вещи и вылетаем.

– Не будем терять времени, – отклонил Корвус и быстрым шагом пошёл на выход.

– Что ж, так даже лучше, – сказал Макс сам себе и поспешил за ним.

Уже подходя к конвертоплану, Корвус вытащил практически скуренную сигарету изо рта и швырнул её на землю, а только затем залез внутрь. За ним на борт взошёл и Макс, после чего дверь плавно закрылась и конвертоплан начал набирать высоту под заинтересованные взгляды рыбаков, которые так и сидели на причале.

Головной офис «Alone Holdings». Санкт-Петербург

Мако задумчиво смотрела на ночной финский залив сквозь панорамные окна одного из верхних этажей небоскрёба, однако из-за ярких ламп, освещавших зал собраний, видела отражения себя и длинного стола, за которым уже сидели пять человек. Вот наконец стеклянная дверь зала открылась и внутрь вошли Макс и Корвус, только-только приземлившиеся на крыше здания. Макс лишь слегка кивнул отряду «Альфа» и, подойдя к Мако, чмокнул её в щёку, а Корвус, заняв место с краю стола, принялся внимательно изучать присутствующих.

С Мако он был давно знаком, а вот остальных видел лишь пару раз, да и то мельком. В первом от большой интерактивной доски ряду сидел тот самый светловолосый мужчина с голубыми глазами, которого звали Алекс. На этот раз одет он был в простую белую футболку и коричневые штаны из плотной ткани. За ним расположилась женщина с тёмными волосами и острыми скулами, одетая в спортивный топ и шорты. Напротив неё сидел крайне красивый парень с пышной копной светло-русых волос, пепельно серыми глазами и аристократическими чертами лица. Ближе всего к Корвусу сидели афроамериканец и громила.

– На три часа позже ожидаемого, – отметила Мако, даже не посмотрев в сторону Макса.

– Главное, что мы прилетели, – ответил тот и опёрся на стол. – Приветствую, господа и дамы. У меня к вам крайне важное задание.

Обернувшись, Мако нажала пару кнопок на обёрнутом вокруг руки планшете, свет в комнате стал менее ярким, а на доске появилось изображение станции, даже внешне похожей на гигантский торговый центр в космосе.

– Всем вам известно про станцию «Maxima», – начал Макс, отойдя чуть в сторону, чтобы не закрывать экран. – Она была создана, чтобы стать первым космическим курортом класса люкс, однако также на ней должны были проходить научные исследования. К несчастью, один из экспериментов обернулся трагедией и практически все, находившиеся на станции на тот момент, погибли.

Он многозначительно посмотрел на Корвуса. Тот не мог избавиться от жутких воспоминаний, однако внешне сохранял полное спокойствие.

– Вы отряд «Альфа», – продолжил Макс после небольшой паузы. – Ваша задача проникнуть на станцию, добраться до серверов, загрузить в систему антивирус и перезагрузить её.

– А в чём подвох? – Удивился подобной простоте миссии Алекс.

– В том, что станция, вероятнее всего кишит жуткой живой слизью, которая пожирает всё на своём пути, – ответил за Макса Корвус, так что все из отряда «Альфа» обернулись к нему.

– Можно спросить, а это кто вообще? – Спросила с помесью недовольства и озадаченности женщина во втором ряду.

– Это Корвус, – представила его Мако. – Раньше руководил отрядом «Омега».

– «Омега»? – Переспросил громила. – Не знал, что у нас есть такой отряд.

– В этом и была его суть, – произнёс Корвус.

– Да, отряду поручались самые сложные миссии, которые любой ценой должны были оставаться в секрете, – пояснила Мако, опустив задумчивый взгляд в пол, будто что-то вспоминая. – Однако во время одной из первых миссий произошёл несчастный случай и почти все члены погибли, поэтому отряд просуществовал недолго.

– А ещё я выжил во время инцидента на станции, – добавил Корвус. – Так что, если мы все хотим вернуться обратно живыми, то лучше нам действовать сообща. Макс, не представишь мне команду?

– Разумеется, – согласился тот. – Это Алекс – командир отряда. Далее у нас идут Лара и Принц, а там Николай и Тото.

– Приятно познакомиться, – немного неуверенно произнёс Тото.

– Взаимно, – в своей привычной холодной манере ответил Корвус.

– Отлично, тогда перейдём к деталям миссии, – проговорила Мако и вывела на экран изображение футуристического бластера, похожего скорее на водный пистолет. – Мы не знаем точных данных спор, как эту жижу прозвали Корвус и доктор Говард, поэтому, чтобы вы не погибли в первые пятнадцать минут, прийдётся действовать наверняка. Мой отдел разработал специальные бластеры, которые стреляют крайне токсичным веществом. Мы называем его «Грачёв».

– Но если, как вы говорите, нам практически ничего не известно о спорах, как вы можете быть уверены, что это вещество сработает? – Уточнил Алекс.

– Нам известно то, что споры – это органика, – пояснил Корвус. – Основой любой органики выступает углерод, а значит, если разрушить углеродную связь, организм погибнет. Верно я говорю?

– Абсолютно, – подтвердила Мако.

– Но почему, если эти споры такие опасные, не послать на станцию дронов вместо людей? – Спросил Николай.

– Глупый вопрос, – неторопливо проговорил Корвус. – Вероятнее всего это было первое, что сделала Мако. Лучше спросить, что с ними случилось?

– Ты прав, – подтвердила девушка. – Мы два раза пытались отправить на станцию отряд дронов, но всякий раз теряли с ними связь сразу же после стыковки. Вероятнее всего вирус, про который ты говорил, воздействует на приборы, и они создают сильнейшие помехи. По этой же причине мы не сможем поддерживать с вами связь до тех пор, пока вы не вернётесь на землю. Ещё вопросы?

На этот раз никто ничего не сказал.

– Чудно, – наконец сказал Макс. – Вылет через десять часов, так что приготовьтесь.

Все из отряда «Альфа» направились к выходу из зала, и только после этого Корвус поднялся со своего места.

– Тебя проводить в апартаменты? – Спросил у него Макс. – Или найдёшь дорогу сам?

– Разберусь как-нибудь, – ответил тот и вышел.

Элоны молча проводили его взглядом, и только после того, как дверь за ним закрылась, Мако подошла к Максу, положив руку ему на плечо.

– Как думаешь, они справятся? – Спросил слегка испуганно мужчина.

– Ну, с Корвусом у них есть небольшие шансы выжить, – усмехнулась девушка.

***

Следующим утром Корвус проснулся уже на песчаном берегу океана. Как и в пришлый раз вокруг царила практически полная тишина. Слегка приподнявшись на локтях, он повернулся в сторону. Чуть поодаль, расплываясь в сонном взгляде, стоял доктор Говард, снимая что-то на свою камеру. Подождав, пока взгляд сфокусируется в одной точке, Корвус сел, запустив пальцы в песок, так что мелкие песчинки приятно обволакивали руки.

– Что вы снимаете, доктор? – Громко спросил он.

– О, Корвус, проснулся, – радостно воскликнул Говард и, отключив камеру, направился в его сторону. – Я решил, что сегодня океан особенно прекрасен, вот и решил его снять на память.

Доктор неспешно подошёл ближе и сел на песок. Корвус лишь усмехнулся и покачал головой.

– На вашей камере хранятся гигабайты экспериментов и исследований, неужели вам не жалко тратить память на запись океана? – Поинтересовался он с иронией, но практически сразу улыбка сползла с его лица и он поднял вопросительный взгляд на Говарда. – Так вот, что вы имели в виду, когда говорили о сотнях жизней? Вы задержались, чтобы включить камеру, а значит она снимала до тех пор, пока не закончился заряд. Но это значит, что она может помочь лучше понять сущность спор, а значит и уничтожить их.

– Именно, мой юный друг, – кивнул доктор.

Корвус отвёл взгляд в сторону и уставился в песок, что-то активно обдумывая.

– Только где искать вашу камеру? – Спросил он не столько у Говарда, сколько у самого себя.

– Зачем искать, она со мной, – усмехнулся доктор, повертев в руках камеру.

– Точно! – Щёлкнул пальцами Корвус и резко обернулся к Говарду. – Вы говорили, что всегда держите её под рукой во время экспериментов, а значит, когда я доставил вам споры, она должна была быть в кабинете. Только вот как туда пробраться, если практически все нижние этажи и лестницы заполнены спорами?

– А вот это отличный вопрос, – согласился доктор. – Боюсь, в этом я тебе помочь не смогу.

– В любом случае спасибо, – поблагодарил его Корвус и осмотрелся по сторонам. – Теперь мне необходимо проснуться.

Словно по заказу, он практически сразу открыл глаза и тяжело задышал, пялясь в потолок апартаментов. Быстро натянув висящие на стуле рядом с кроватью штаны, он схватил из шкафа первую попавшуюся рубашку и, застёгивая её на ходу, выбежал в коридор. Здание это было ему достаточно хорошо знакомо, поэтому он отлично знал дорогу от своих апартаментов в блок управления.

Поднявшись на пару этажей выше, он вбежал в огромный зал, наполненный компьютерами, на которых отслеживалось всё и сразу. Большие часы на стене показывали начало пятого, из-за чего вполне логично выглядело практически полное отсутствие людей в зале. Всего несколько работников сидели на своих местах, очевидно готовясь к предстоящему полёту. К одному из них и направился широкими шагами Корвус.

– Где Мако? – Спросил он, опёршись руками на стол.

– В Коричневом зале, – ответил, не отвлекаясь работник.

– Благодарю, – кивнул Корвус и поднял взгляд на панорамное коричневое окно, закрывающее от остального зала выступающий сверху балкон.

Поднявшись по лестнице наверх, он вошёл внутрь. Там в столь ранний час была лишь Мако, слушающая музыку в наушниках Marshal бирюзового цвета и одновременно с этим смотрящая в экран ноутбука. Заметив краем глаза Корвуса, она закрыла ноутбук и, отложив его в сторону, сдвинула наушники с одного уха.

– Ты сегодня вообще спала? – Спросил Корвус, присаживаясь на край стола напротив неё.

– Конечно, – ответила девушка. – Три часа. А тебе чего не спится в такой час? Выспался бы хоть перед полётом.

– Позже, сейчас мне надо кое-что тебе сказать, – отмахнулся тот.

– Я вся во внимании, – произнесла Мако, хотя её голос был весьма безэмоционален, из-за чего нельзя было толком понять, действительно ей это интересно, или она наоборот недовольна тем ,что её отвлекли.

– Что бы с нами не случилось на станции, необходимо, чтобы камера доктора Говарда была спасена, – быстро проговорил Корвус.

– Что в ней такого? – Уточнила девушка, нахмурившись, так что стало понятно, что она действительно серьёзно относится к его словам.

– На ней хранятся записи исследований доктора, – пояснил тот. – Именно они служат ключом для понимания всех его работ из нашего архива. Это во-первых, а во-вторых, на камеру ему удалось записать процесс роста спор. Я считаю, что, если с нами что-то случится, именно эта запись поможет окончательно уничтожить их.

– Я тебя услышала, – внимательно выслушав его, сказала Мако и пристально посмотрела ему в глаза. – Только постарайся, чтобы с вами ничего не случилось.

– Сделаю всё возможное, – слегка улыбнулся он, хотя ему было абсолютно не весело.

Тут в зал вошёл Макс в длинном леопардовом халате и с чашкой кофе в руках. По всему его виду можно было сделать вывод, что он только что проснулся. Щурясь от яркого света ламп, он моргал поочерёдно то одним глазом, то другим, но когда зрение чуть привыкло, он приветливо посмотрел на Корвуса и криво улыбнулся.

– Доброе утро, – поздоровался он и направился к креслу за столом, на котором сидел Корвус, попутно потрепав Мако по голове. – Чего это вам не спится?

– Ну кто-то же должен работать, – ответила немного раздражённо девушка. – И не делай так больше, это нарушает моё личное пространство.

– Ей двадцать с хвостиком, а ведёт себя, как подросток, – усмехнулся Макс с исключительной добротой в голосе и сделал большой глоток кофе. – А ты чего подскочил в такую рань? Поспал бы нормально перед полётом.

– Я ему это же сказала, – согласилась Мако, снова открывая ноутбук.

– Да просто я так давно не был на заданиях, волнуюсь немного, – слегка неловко объяснил Корвус.

– Ну да, конечно, – тихо прокомментировала девушка, так что Макс её даже не услышал.

– Ты не волнуйся, опыт, его не пропьёшь, уж ты мне поверь, – попытался его приободрить Макс.

– Он в этом профессионал со стажем, – также тихо добавила Мако, отчего Корвус слегка прыснул, и продолжила уже достаточно громко, чтобы Макс слышал. – Уже пять. Вылет через четыре часа. Мне необходимо сделать кое-какие приготовления на космодроме, так что я наверное уже поеду. Корвус, тебя подбросить?

– Не откажусь, – согласился тот.

– Макс, а ты подъедешь позже со всей командой, верно? – Уточнила девушка, подняв взгляд на запрокинувшего голову назад, чтобы весь кофе вылился из кружки, мужчину.

– Да, пожалуй, – ответил тот, опустив голову, и задумчиво уставился на дно.

– Отлично, – закатила глаза Мако и, закрыв ноутбук, встала с дивана. – Пошли.

Вместе с Корвусом они вышли из зала и направились к ближайшему лифту, на котором спустились на подземную парковку. Среди автомобилей сотрудников достаточно явно выделялись машина Мако и кортеж Макса, состоящий из тёмно-коричневого Rolls-Royce Phantom с надписью «MAX» на боку и «№1» на капоте и четырёх Hummer H2 такого же цвета. Подойдя к Lamborghini Centenario в голубом и синем цвете, девушка щёлкнула ключами и двери суперкара открылись. Забравшись внутрь, Мако завела мотор, а Корвус тем временем занял пассажирское место. Стоило девушке слегка нажать на педаль газа, как машина сорвалась с места и, блеснув фарами по подземной парковке, выехала на дорогу, где в этот час только появлялись первые машины, а значит всё ещё можно было быстро выехать за город.

– Скажи, мне следует ещё что-то учитывать во время нахождения на станции? – Осведомился Корвус, пока машина стремительно неслась по широкой дороге, проложенной через сосновый бор, так что свет поднимающегося где-то за деревьями солнца, окрашивающего далёкий небосвод в бледно-голубые тона, практически не доходил до земли, и там всё ещё царила полутьма.

– На самом деле следует, – ответила Мако, не отвлекаясь от дороги. – Вирус, про который ты говорил, нами абсолютно не изучен. Мы думали, что он лишь отрубает электричество, но, как показала практика, он способен заставить приборы создавать помехи. Кто знает, что он ещё может сделать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.