Анатолий Климешов
Эхо потерянного времени

За пределами правил

Раздался гудок, и Виктор, выключив дисплей, направился к выходу. Когда он подходил к двери, из забоя вышли его напарники.

– Ну что, не передумал? Сегодня вечером с нами? Пропустить по стаканчику?

– А почему бы и нет? Мне здесь ещё долго жить, так что пора узнать, что здесь есть интересного, кроме работы.

– Это правильно. После вечерней раздачи пищи, когда объявят отбой, я зайду за тобой. Поверь, ты увидишь совсем другой мир.

Виктор сидел в своей камере и задумчиво смотрел на стену, по которой медленно стекала капля воды.

– Ну что, готов? – раздался голос за спиной.

Виктор резко вскочил и повернулся.

– Это ты сказал? – расслабленно спросил Виктор.

– Да, а ты кого-то другого ждал?

– Нет, просто задумался.

– Готов?

– Да, готов, пойдём, – ответил он, взяв куртку, лежавшую на камне.

Дорога шла по знакомому маршруту: место раздачи и приём пищи, вход в выработку. Перед входом в выработку Дер остановился у большого каменного выступа и постучал рукой по камню. Со стороны могло показаться, что он просто стучит рукой по каменной стене, но в тот же миг, на казавшейся до этого гладкой стене, появилась трещина, а затем небольшой пролом, который, провалившись внутрь, открыл проход. В проломе появился мускулистый парень.

– Что надо? А этот с вами?

Дер что-то тихо шепнул тому, кто открыл проход, и они вошли.

– Добро пожаловать в мир небольшой свободы. Мы пришли вовремя, посетителей ещё не так много. Можно занять хорошее место. Пойдём, мне нравится одно местечко, откуда открывается отличный вид.

Помещение постепенно заполнялось. Некоторые лица Виктор уже видел раньше, а некоторых видел впервые.

– Ты посиди немного, а я скоро вернусь.

Виктор сидел и смотрел, как помещение постепенно оживало: кто-то смеялся, кто-то спорил, но всё было так, будто все, кто сюда пришел, были не заключенными, а обычными свободными людьми, живущими обычной жизнью. Наверное, это действительно много стоит, и все, кто здесь, ценят такую возможность и берегут её.

– Но как такое возможно в тюрьме, где строгий режим? Что ещё возможно, о чём я не знаю, и как это узнать или что сделать, чтобы узнать?

Размышления прервал Дер. Он вернулся, держа в руке извивающийся шнур и светящийся шар.

– Положи свою руку на эту пластину.

– Что это такое и зачем это нужно?

Неожиданно подошедший Винк, вальяжно плюхнувшийся на диван, произнес:

– Это анализатор вкусовых рецепторов, разработка местных умельцев. Он определяет не еду, а то, что можно выпить.

Виктор приложил руку, что-то загудело, а потом резко кольнуло в ладонь.

– Что за черт? Ты что, не предупредил, что оно проткнет руку? – с ладони стекала тонкая струйка алой крови.

– Если бы я тебе сказал, ты бы напрягся и после того, как аппарат завибрировал, попытался бы отдернуть руку. А так всё прошло как надо. На, держи, это поможет остановить кровь на твоём изнеженном теле. И да, не думай ничего плохого. Точность очень важна, иначе может произойти ошибка в определении твоего генома. Из-за этого можно съесть или выпить что-то, что не подходит твоему организму. А сейчас мы узнаем, чем можно хорошенько поджечь твой организм.

– Поджечь? В каком смысле поджечь?

– Сейчас сам всё поймёшь.

Дер взял прибор и, обходя посетителей, скрылся.

– Винк, скажи, а разве режим не запрещает собираться после отбоя?

– Режим запрещает, но Бур закрывает на это глаза. Он сам прекрасно понимает, что если не дать парням расслабиться и выпустить пар, то всё это может вылиться в более масштабные проблемы. Это как снежный ком: постепенно накапливается внутри каждого. Копится, копится, каждый день понемногу, и капля за каплей внутреннее содержимое наполняется злобой. Усталость, раздражение, и чтобы всё это вырвалось наружу, нужен лишь маленький толчок. Маленькая капля, и сосуд лопается, обрушивая на окружающих всё, что копилось долгие дни. Кто знает, кто в этот момент может оказаться рядом? Близкий и родной человек или просто незнакомец. А может, кто-то, переполненный злобой и агрессией. И тогда лопаются два сосуда. Хуже, если это происходит с реакцией толпы. И вот уже не помнишь, из-за чего всё началось. А может, рядом окажется умелый манипулятор. Он подливает масла там, где слабо горит, кричит там, где начинает затухать. Выскажет нужную мысль, и вот он уже не сторонний наблюдатель, а дирижёр, который направляет толпу для достижения своих личных целей.

– А разве здесь не может лопнуть пузырь и случиться всё, о чём ты говорил?

– Может, и может случиться в любой момент, но это контролирует Бур. Он управляет процессом. И его управление поддерживает мир и относительное спокойствие. Он разрешает ставки, драки и некоторые запрещённые вещи. А как известно, запретный плод сладок. Он многое сделал для того, чтобы всё это стало возможным, и все здесь понимают, что если превысить предел доступного и разрешённого, то можно лишиться всего этого разом. Его уберут, поставят другого, и кто знает, как тогда всё сложится. А сейчас, имея хотя бы малую часть того, что мы потеряли, попав сюда, лично я не стану рисковать и нарушать введённые им правила. И да, ты сам скоро в этом убедишься. Срок только начинается, и тебе предстоит ещё не один цикл.

Дер вернулся с подносом. На подносе стояли три бокала.

– Твой прозрачный напиток – слабый по местным меркам, но для тебя в самый раз.

Виктор взял бокал, понюхал. Запаха почти не было, а по цвету это была вода.

– Ну что, зажжём? – сказал Дер и, взмахнув бокалом, опрокинул в себя ярко-зелёную дымящуюся жидкость.

– Зажжём, – сказал Винк и залпом выпил бокал тёмной жидкости.

Виктор держал бокал, наблюдая за происходящим.

– Ну а ты чего ждёшь?

«Да, давайте, за вас», – произнёс Виктор, сделав лёгкий глоток. При первом контакте жидкости с его гортанью он ощутил, как горячая волна пронзила его, заполнив организм теплом, вытесняя дыхание.

– Это же спирт! – вырвалось у Виктора, когда он воздухом охладил рот.

– У нас это называется 1709 – номер вашего рецепта, – добавил Винк.

– Почему не допиваешь?

– Если я выпью всё сразу, загорюсь неимоверно быстро. Мой вид предпочитает медленно смаковать такие напитки, закусывая или разбавляя водой. Завтра работа, а я не хочу, чтобы с утра мне не смог поднять ни один самый громкий гудок.

– А кто сказал, что нужно доводить себя до пепла? Посидим, пообщаемся, потом выпьешь стабилизатор.

– Стабилизатор? – переспросил Виктор, но в его сердце уже нарастало беспокойство, подталкивающее к уходу.

– Объясни проще, – вмешался в разговор Дер. – В общем, это такая жидкость, которая гасит огонь от напитка внутри, расщепляет ферменты и выводит из организма продукты распада. Всего за пять минут после того, как ты выпьешь, она устраняет всё так, что ни следа не останется. Удобная вещь: можно напиться до отвала, а потом, как будто ничего и не было. Не переживай, здесь за этим внимательно следят на входе. Если сам не выпьешь, парни зальют тебе в рот.

Виктор, окружённый новыми знакомыми, чувствовал, как с каждым глотком его внутреннее спокойствие уходит прочь. Он всё чаще оглядывался, инстинктивно ища знакомые лица, но что-то угрожающее внутри подсказывало ему, что это место не так безопасно, как хотелось бы. Во взгляде Винка он видел насторожённость.

– Я пойду, – сказал Виктор, вставая. – Спасибо, что составил мне компанию.

– Ты что, сдуваешься? – рассмеялся Винк, но в его голосе проскользнула угроза. – Ну, как хочешь. Только не заблудись там.

Стиснув зубы, Виктор направился к выходу, игнорируя язвительные комментарии. Его беспокойство нарастало, и дорога, ведущая к камере, казалась куда более привлекательной, чем вся эта обстановка. Сделав несколько шагов, он остановился и посмотрел назад. Пролом за спиной закрылся, оставив внутри шум и веселье, Виктор решительно направился в сторону камеры. Настроение было на нуле, и хотелось, как можно скорее лечь спать. Его путь лежал через коллектор, который был ему уже хорошо знаком. Но сейчас ему хотелось найти нечто большее, чем просто место, где можно сгореть, – он хотел открыть для себя что-то новое. Он знал, что где-то в этих пустых коридорах скрываются секреты, которые он мог бы использовать. Если не сегодня, то в будущем.

Туннели были тёмными и скользкими, их стены блестели от влаги. Виктор шёл осторожно, прислушиваясь к эху своих шагов в пустоте. Проход был узким, и с каждым шагом он двигался всё медленнее. Время от времени он останавливался, прислушиваясь. Вдали слышался приглушённый гул, возможно, от какой-то работы. Это добавляло атмосфере уединения и изоляции, которая казалась всё более захватывающей.

Внезапно Виктор заметил кое-что странное. На одной из стен появилось что-то похожее на скрытую нишу. Он подошёл ближе, и его взгляд упал на металлический крюк, вбитый в стену. Крюк был странно выдвинут, словно специально оставлен для того, чтобы его заметил тот, кто знает, где искать. Виктор поднял руку и осторожно потянул за него.

К его удивлению, вся стена слегка поддалась и сдвинулась в сторону, открывая узкий проход. В этот момент он понял, что нашёл то, что искал, – потайной коллектор. Его сердце забилось, и он, не теряя времени, протиснулся в узкое отверстие.

Проход внутри был ещё более жутким и тёмным. Стены были покрыты густым слоем плесени, а воздух был пропитан запахом сырости. Виктор шёл медленно, стараясь не упасть на скользкой поверхности. Это место явно давно не посещали, но в то же время он чувствовал, что здесь скрывается нечто важное.

Он шёл вперёд, оглядываясь по сторонам. Вдруг его взгляд упал на маленькую металлическую дверцу, которая, казалось, не имела никакой связи с основным коллектором. Виктор подошёл ближе и заметил, что дверца была слегка приоткрыта. Он осторожно толкнул её.

Скрипнула ржавая петля, и перед ним открылась небольшая комната, заполнённая старыми аппаратами и трубами. Всё здесь было запущено, но странное чувство, что он оказался в каком-то древнем и забытом месте, не покидало его. В углу стоял шкаф с металлическими дверцами, и когда Виктор подошёл ближе, его взгляд сразу привлекли странные сигнальные огни на одном из приборов. Этот аппарат явно не был из тех, что можно использовать в обычных условиях.

«Что всё это значит?» – подумал Виктор, протягивая руку к панели управления. Он взялся за неё, и прибор неожиданно загудел, активировав несколько датчиков. На столе под многолетней скопившейся пылью что-то лежало, Виктор смахнул пыль и взял в руки предмет – карту или ключ? На столе в углу был небольшой прямоугольник, похожий на считыватель карт, Виктор решил приложить карту. И вдруг, словно по щелчку, из темноты начали проявляться другие детали: скрытые механизмы, которые, казалось, не имели смысла в обычной обстановке, начали работать. Система, которая, возможно, когда-то служила для других целей, теперь напоминала ему о том, что в этом месте скрываются важные ответы.

«Что здесь произошло?» – Виктор не мог избавиться от ощущения, что он только что наткнулся на нечто огромное, чего не мог понять. Открылся проём, а впереди был туннель – или бывший коллектор, покрытый чем-то липким и вонючим. Виктор взял ключ и положил в карман, набравшись смелости, он шагнул в неизвестность. Продвигаться по нему было тем ещё приключением. Пару раз Виктор не выдерживал и падал, из-за чего жижа попадала под одежду, вызывая неприятное лёгкое жжение. Пройдя ещё метров тридцать, Виктор упёрся в решётку.

– Да, и стоило ли ради этого тратить столько времени, чтобы дойти до тупика? – пробормотал он, ещё раз попытавшись толкнуть решётку, но она не поддавалась. Что ж, отрицательный опыт – тоже опыт. Нужно возвращаться, – подумал Виктор и, сделав несколько шагов, снова поскользнулся. Пытаясь удержать равновесие, он не справился и, выставив руку вперёд, рухнул на свод трубы. Тело снова охватило жжение, и он в ярости ударил кулаком по трубе, пытаясь встать. Но зелёная и скользкая жижа, словно насмехаясь над ним, не давала этого сделать. Он снова закачался и рухнул что есть силы, ударившись плечом о свод трубы. Вот и сходил, посмотрел, что тут и как… Главное – не раскисать и собраться. Нужно встать, не спеша, и продолжить движение. Лучше всего – на четвереньках. С третьей попытки он всё-таки сумел приподняться, встав на четвереньки, и медленными шагами направился обратно. Ноги налились усталостью, так что мышцы начало сводить судорогой. «Всё, привал», – подумал Виктор и, увидев торчащий крюк, схватился за него. Попытался подтянуться. В тот момент, когда он почти смог встать и выпрямиться, крюк поддался и выскочил из ниши, в которой торчал. Виктор покачнулся, потерял равновесие и снова рухнул на землю.

– Да сколько можно?! – закричал он. – Почему сегодня всё через одно место? Что меня сюда занесло?

Опираясь руками, Виктор повернулся и, не вставая, прижался спиной к трубе. В этот момент что-то зажужжало, и вода в трубе начала медленно убывать, оставляя на стенках зелёные наросты липких водорослей. Жужжание усилилось, а затем труба начала вибрировать.

– Что это ещё такое? – выдохнул Виктор и от неожиданности, даже не успев ничего подумать и крикнуть, провалился в образовавшийся проём.

Жужжание усилилось, а затем труба начала вибрировать.

– Что это ещё такое? – выдохнул Виктор и от неожиданности, даже не успев ничего подумать и крикнуть, провалился в образовавшийся проём.

Пока он падал, в голове проносились мысли, и одна из них не давала ему покоя. Почему он вообще должен о ком-то думать, переживать, что если он умрёт, то кто-то будет плакать, скорбеть или что-то ещё. Он задавал себе этот вопрос, но ответа так и не находил.

«А что, если я живу не ради кого-то? Что, если мой уход не вызовет у них горя и слёз? Почему я должен переживать за чужие чувства?» – прокручивал в голове эти вопросы Виктор. – «Они всё равно переживут, но… мне-то это не важно. Я живу не для того, чтобы потом кто-то плакал из-за меня. А если бы я исчез, кто-то бы скорбел, да, но это их дело, не моё. Я же не должен думать о том, каким я буду для других, когда меня не станет».

А вот если бы это случилось – если бы Виктора не стало, – что бы было? Он живёт в окружении людей, и вдруг его не стало. И тут же начинается… все начинают плакать, всхлипывать, рассказывать, какой он был хороший, какой важный. И что? Плакать можно сколько угодно, но это не изменит того, что я ушёл, и не принесёт мне облегчения. Они будут плакать, но я не смогу их утешить, и на этом всё. Всё уйдёт в пустоту.

Но ведь это их переживания, а не мои. Их боль… ну и что с того? Почему я должен переживать о том, что они будут чувствовать? Это всё равно не поможет. В этих эмоциях нет смысла. Я… я не могу заставить их не страдать, но и не должен тратить свои силы на чужую боль.

Падение прекратилось, вибрации стихли, и он оказался перед дверью. Толкнул – не открылась. Толкнул снова – безрезультатно. Страх ледяными пальцами сжал сердце, волнение разлилось по венам обжигающим кипятком. Что делать? Как выбраться? Что это всё значит? Неужели липкая грязь, замкнутое пространство и беспомощность – вот его удел до тех пор, пока голод не сломит его или безумие не поглотит разум? Нет, нельзя поддаваться панике! Нужно действовать, искать выход.

Если это дверь, значит, она должна открываться. Искать! Что именно? Неважно! Искать, думать, не сдаваться!

Виктор ощупал каждый выступ, каждый проём, но тщетно. Ничего, что могло бы помочь открыть эту проклятую дверь. Отчаяние уже готово было сомкнуть свои смертоносные объятия, когда он машинально смахнул рукой очередной слой ила, и вдруг ноготь зацепился за что-то острое и с хрустом сломался.

– Блин! Да как так-то! – проревел Виктор, вкладывая в этот крик всю свою злость и бессилие, и с яростью ударил кулаком по двери.

Немного успокоившись, придя в себя, он решил рассмотреть, обо что сломал ноготь. Небольшая продолговатая щель терялась в глубине двери. Так, возможно, это то, что он искал? Что дальше? Чем поддеть или посветить? Стоп! У него же в кармане есть ключ! Может, попробовать его?

Виктор приложил ключ, и дверь с тихим скрипом отворилась. Но то, что он увидел за ней, превзошло все его самые ожидания.

На полу лежал Дер, придавленный каменной глыбой.

– Что ты тут делаешь? – изумлённо спросил Виктор.

– О, какие люди! Тебя, замарашку, тоже рад видеть. Вопрос, конечно, зеркальный, но сейчас не до светских бесед. Впрочем, на твой вопрос отвечу: отдыхаю. – Дер попытался усмехнуться, но в глазах читалась боль. – Как же я рад тебя видеть! Может, перестанешь хлопать глазами и поможешь мне выбраться?

– Да, сейчас, – кивнул Виктор. – Потерпи.

– Терплю, как видишь, уже целые сутки. Думаю, ещё немного выдержу.

– Сутки? А кто же со мной утром здоровался?

– Обо всём этом после. Сначала вытащи меня отсюда.

Виктор принялся разбирать завал.

– Говори, если что, ладно? Вдруг задену…

– В общем, сигнализирую: шевели поршнями быстрее! – с нетерпением ответил Дер.

Виктор орудовал руками, перетаскивая камни. Некоторые поддавались легко, другие требовали невероятных усилий. Наконец, последний камень был отброшен в сторону. Виктор, вытирая пот со лба, присел рядом с освобождённым Дером.

– Ну, как ты?

– Сейчас уже лучше, когда каменный пресс сняли. Как-то… свободнее дышится.

– Я не об этом. Может, ещё что-то нужно?

– Вроде бы всё нормально, – сказал Дер и попытался резко подняться, но тут же вскрикнул, согнулся и рухнул обратно на пол. – Нога! Нога!

– Вот об этом я и спрашивал, – вздохнул Виктор. – Лежи, не двигайся. Сейчас посмотрю.

Осмотрев ногу, Виктор не увидел явных повреждений, но осторожно ощупал её, внимательно глядя в лицо пострадавшего.

– Что чувствуешь?

– Чувствую, как ты мою ногу тискаешь! И ещё… боль! Прекрати!

– Я спрашиваю, где боль сильнее?

В следующий момент Дер издал мучительный вопль.

– Вот здесь! Похоже, перелом или трещина. Лежи смирно, я мигом.

Виктор огляделся и, сорвавшись с места, кинулся к двери.

– Стой! Ты куда?

– Я быстро! Потерпи!

Виктор вернулся с двумя крепкими прутьями в руках.

– Это что?

– Сейчас попробую шину наложить, чтобы не так больно было. Зафиксирую ногу.

– Шина при переломе? – скептически приподнял бровь Дер.

– Да, она зафиксирует ногу, боли будет меньше.

– Обнадеживающе, – с кислой усмешкой протянул Дер. – Или, может, не будем ставить опыты? Вон, открой тот ящик. Там есть что-то медицинское… и нечто, напоминающее твою шину, только немного более продвинутое.

Виктор открыл ящик и достал биошину, которую так настойчиво попросил Дер.

– И что мне с этим чудом техники делать?

– Да всё то же самое, что ты собирался делать с этими варварскими прутьями: прикладывай.

Виктор приложил шину к ноге Дера. Устройство ожило, окутав конечность ровным пульсирующим биополем. Затем поле замерцало, вспыхнуло зловещим багровым светом и погасло, оставив лишь мигающее табло, испещрённое незнакомыми символами.

– Ну что там? – с тревогой спросил Дер.

– Ну, как бы это сказать… что-то пошло не так. Высветилась какая-то надпись, вероятно, ошибка, но символы эти я вижу впервые. Так что, боюсь, придется терпеть, буду фиксировать по старинке.

– Как это – по старинке?

– Ну, привяжу с двух сторон, покрепче, чтобы зафиксировать ногу, чтобы она не шевелилась и не причиняла боль при движении. Или почти не причиняла, или как получится.

– Что-то ты говоришь с какой-то неуверенностью.

– До этих гуманоидов твоей расы мне перевязывать ещё не приходилось, поэтому результат может быть непредсказуемым.

– Погоди, покажи мне, что там за надпись. Может, я смогу прочитать, а то я как-то боюсь твоей старинки.

– Вот, смотри.

– Фух, да тут написано: «Уберите все металлические предметы из зоны действия поля». Черт, у меня там, в маленьком кармашке, нож, а чуть ниже, в потайном, кастет. Вытащи их, и давай попробуем снова.

– Ну давай, – Виктор прощупал штаны и, как указал Дер, обнаружил нож и кастет. – «Странно, как я их не нащупал раньше? Ну да ладно, потом при случае спрошу», – подумал Виктор. – Ну что, готов?

– Да, давай пробуй.

Шина снова ожила, и ногу окутало мягкое, исцеляющее сияние.

– О, спасибо, сразу полегчало, – с облегчением сказал Дер, опираясь на руки и приподнимаясь. – А случайно у тебя нет чего-нибудь такого, чтобы вылечить перелом?

– Может быть, и есть. Посмотри, тут ещё что-то есть в чемодане. Я сам его недавно нашел и пока не разобрался до конца, что там внутри. Может, все же ты… я в ваших предметах, технологиях, тем более медицинских, не очень разбираюсь.

– Ну давай. – Дер взял чемодан и начал перебирать содержимое. – Ого! Вот это находка! Я думал, такого уже и не встречу.

– С чем связана такая радость?

– Да это же заживитель! Такие военные использовали в галактической битве! Я такой только в домах памяти видел, и то – использованные капсулы, а тут – запечатанная!

– А ты не думаешь, что у нее срок годности мог закончиться?

– Да ты что! Они же вечные, так нам всегда говорили. Их создавали еще в эпоху первого жреца!

– Ну смотри сам, если уверен – применяй. Но я бы был осторожнее, если столько лет пролежало.

– А сейчас и узнаем. – Дер разломил капсулу и нажал на кнопку. Из неё выпал маленький шприц с мутной жидкостью. – Дружище, можно тебя попросить вколоть мне это в ногу, в место, где ты нажимал? А то, если честно, я сам себе не смогу.

– Ну давай, ты только сжми зубы посильнее и смотри в другую сторону.

Дер сжал зубы и отвернулся.

– Ты только скажи, как будешь колоть, чтобы я мог подготовиться, хорошо?

– Договорились.

– Ну что ты там возишься?

– Погоди немного, расслабься, сейчас подготовлю место и скажу, как буду колоть.

Дер немного выдохнул и, видимо, расслабился. Мышцы на скулах разгладились, руки стали менее напряжёнными.

– Да чтобы тебя метеоритом разорвало! Я же просил предупредить! Ааа, как больно! Сволочь, что же ты так неаккуратно… Ты что сделал?! Жжёт! О, боги, как же жжёт! Выдёргивай! Хватит! Точно пропало! Надо было тебя слушать! Сделай хоть что-то, жжёт ужасно, жжёт! Нога… Я её не чувствую! О, нет! Немеет и остальная часть тела! Ты сколько ввёл?!

– Всё, что было, – ответил Виктор.

– Зачем?! Там же дозатор, там надо совсем чуть-чуть! А что теперь делать? Я не чувствую своего тела! Руки мои! Руки тоже немеют! Да за что… – и Дер, тяжело вздохнув, обмяк и потерял сознание.

Виктор попытался привести его в чувство, но ничего не выходило.

– Вот тебе и ответы на вопросы, как он здесь очутился, и кто за него в забое работает. Вместо ответа – тело. И что с ним теперь делать? Бросить тут и присыпать камнями, пусть себе лежит спокойно. Никто про это не узнает, наверное. А может, и узнают – Дер же как-то сюда попал, значит, могут знать и другие.

В это время тело Дера дёрнулось. Виктор обернулся – наверное, посмертные конвульсии, – подумал он и положил руку на ладонь Дера.

– Прости, что не отговорил колоть этот препарат.

Рука снова дернулась, и пальцы слегка пошевелились. Виктор встал, сложил руки Дера на груди, затем провёл ладонью по лицу, чтобы закрыть глаза. Дотронувшись до лба, он почувствовал тепло, исходящее от лица, и легкую испарину. Тело снова дёрнулось, Виктор расстегнул рубашку и приложил голову к груди. Сердце стучало, как сбившийся двигатель. Тело дернулось еще сильнее и забилось в конвульсиях.

– Да ты, батенька, жив! И что мне с тобой делать? – Виктор был в полном смятении. Тело дергалось, как при эпилептическом припадке. Он вытащил из кармана платок, быстро скрутил его в тугую трубочку и засунул в рот Деру.

«Ну так ты хотя бы себе язык не откусишь», – сказал он, пытаясь сохранить хоть какое-то подобие спокойствия.

Тело дергалось еще пару мучительных минут. Затем конвульсии прекратились, и произошло нечто, что Виктор никак не мог осмыслить. Лицо Дера начало молодеть. Морщины вокруг глаз и на лбу разгладились, обвисшая кожа подтянулась, и Дер резко вздохнул, открывая глаза.

– Ты как? – ошарашенно спросил Виктор.

– Что это было? Я думал, что сгорю изнутри. Я чувствовал, как каждая клетка моего организма отчаянно боролась, боль накатывала обжигающими волнами, а потом вдруг резко прошла, сменившись волной умиротворения и спокойствия. Стало так хорошо, так спокойно, как будто все болезни и тревоги исчезли. И я снова тот молодой парень, каким был много лет назад.

– Ну, возможно, так и есть. Твое лицо точно стало моложе, причём значительно. А кстати, как твоя нога?

– Что, нога? Ну, кажется, ничего не болит.

– Попробуй встать.

Дер легко облокотился рукой на пол, оттолкнулся и ловко встал на ноги.

– Ну, все в порядке, ничего не болит. Могу хоть станцевать, хоть попрыгать!

– Давай попробуем без шины. Виктор аккуратно снял шину и спросил: «Ну что?»

– Ну, повторюсь: могу хоть станцевать, хоть попрыгать!

– Ну, танцевать будем позже, а сейчас нужно уходить, а то нас хватится начальство. И так много времени здесь провели.

– Не знаю, как тебя, а меня точно скоро хватится и начнут искать. И я думаю, что ни тебе, ни мне это не нужно. А теперь выводи меня отсюда.

– Да, конечно, пошли. – Дер подошёл к стене и достал такой же ключ, какой был у Виктора, приложил к рамке. Стена распахнулась, и они оказались в забое, там, где ежедневно добывали породу.

– Спасибо за помощь.

– Не за что.

– О том, что видел – молчок.

– Хорошо, но завтра предлагаю встретиться здесь и поговорить, есть пара вопросов.

– Не возражаю, давай завтра здесь.

– И да, ты лицо чем-нибудь испачкай, а то выглядишь слишком молодо. Пусть все попривыкнут, а потом и не заметят, что изменилось.

– Хорошо, спасибо за совет.

Виктор проводил взглядом Дера, пока тот не скрылся за поворотом. На всякий случай, выждав немного, он приложил ключ к замку, проверяя, сможет ли тот его открыть. Убедившись, что дверь поддается его ключу, Виктор направился к своей выработке. «Пожалуй, останусь сегодня здесь, – подумал он. – Можно и без завтрака перебиться. А если кто и хватится, скажу, что работал сверхурочно, план подтягивал. Тогда и вопросов про мой чумазый вид будет меньше."

Подойдя к месту, он увидел Жвока, который по-прежнему лежал там, где его оставили.

– Жвок, ко мне!

Жвок встрепенулся, дернул ушами и, радостно виляя хвостом, подбежал к Виктору.

– Ну что, малыш, никто нас не беспокоил?

По поведению Жвока было ясно, что никого не было. Да и кто бы решился подойти ближе? Кричать и звать Виктора никто бы не стал, боясь разбудить Жвока и навлечь на себя беду.

– Спасибо тебе за службу, можешь отдохнуть, побегай, разомни косточки. Нагуляешься – возвращайся.

Жвок встал на задние лапы, лизнул Виктора в лицо и, оттолкнувшись, рванул в туннель.

Виктор включил механизм и погрузился в работу. День пролетел незаметно и без происшествий. Вечером, завершив все необходимые процедуры, он направился к выходу.

Там он встретил всю свою бригаду, среди которой был и Дер. Оба сделали вид, что ничего не произошло.

– Витя, Дер, может, зажжём сегодня? «А то никто меня не хочет поддержать», – спросил Винк.

– Нет, я сегодня ужинать и отдыхать. Как-нибудь в другой раз.

– Мне тоже что-то не хочется, давай в другой раз.

– Ну что за день, все какие-то грустные, вы это переставайте хандрить, а то срок закончится, и вспомнить нечего будет.

– Угу, – почти в унисон ответили Дер и Виктор и, выйдя из забоя, направились в очередь за ужином.

После ужина Виктор вернулся в камеру и проспал до самого утра.

Утром, как обычно, Виктор позавтракал и, сухо поздоровавшись с коллегами, отправился к своему рабочему месту. На входе уже лежал Жвок.

– Ах ты, бродяга, уже здесь! А я думал, ты ещё спишь.

Жвок вскочил и радостно замахал хвостом.

– Кушать хочешь? Ну пойдем, я сегодня специально для тебя принёс еды.

Достав из-за пазухи свёрток, он выложил его в тарелку и скомандовал:

– Ну, чего ждешь? Вперед, кушать!

Жвок рванул к тарелке и жадно принялся есть.

– Да не торопись ты, успеешь, никто за тобой не гонится.

Жвок успокоился и стал есть не спеша, и вместо чавканья теперь слышалось довольное похрюкивание.

Виктору не терпелось узнать, как Дер оказался в той комнате, и кто теперь за него работает, но текущие дела не позволяли быстро покинуть рабочее место.

Сначала зашёл Винк, у которого что-то случилось с податчиком породы, и он никак не мог самостоятельно разобраться. Виктора это немного напрягало, так и вырывалось сказать: «А как вы тут до меня столько лет работали? И ведь как-то справлялись! А теперь как что – так сразу: Виктор, пойди посмотри». Но, сдержавшись, Виктор решил лучше сходить посмотреть, чем весь день слушать нытьё и просьбы. Поломка оказалась на удивление простой: под подающим механизмом застрял кусок породы и не давал провернуть ленту.

– Приподними с этого края, а я попробую вытащить.

– Так достаточно?

– Достаточно, больше не нужно, а то и сам механизм оторвёшь.

В образовавшуюся щель Виктор засунул крюк и, поддев им породу, извлек её.

– Запусти.

Винк запустил. Что-то хрустнуло.

– Подай назад, стоп, а теперь вперед.

Механизм заработал без хруста.

– Ну, все, можешь дальше трудиться на благо тюремного начальства.

– Ну, спасибо.

Виктор вернулся к себе. Жвок лежал у пульта, а рядом стояла идеально вылизанная им тарелка, поблескивающая в свете лампы.

– Ну что, дружище, отдохнул? Пора и поработать. Охранять вход.

Жвок встал и не спеша перешёл ко входу, где лениво снова улёгся спать, только в этот раз уши торчали торчком, настороженно улавливая каждый звук.

Исповедь пленника подземелья

На следующее утро, едва забрезжил тусклый свет фонарей над шахтными галереями, а тяжелое дыхание механизмов снова заполнило подземелье металлическими ритмами, Виктор перевел оборудование в автономный режим, включив вибросито, создав тем самым дополнительный шум, чтобы скрыть свое отсутствие. Дождавшись пока заключённые скроются среди мрачных глубин и оставят просторные проходы пустыми.

Обернувшись к верному товарищу, Виктор тихо произнес:

– Жвок ко мне.

На встречу выскочил пес, прыгнув на Виктора стал его лизать и мотать своими хвостами.

– Фу, сказал Виктор.

Жвок присел и навострил уши.

– Охранять и не кого не пропускать.

Жвок, радостно шевельнув хвостом, снова лизнул руку мягким и тёплым языком. Затем улёгся у самого входа, напряжённо вытянув длинные уши вперёд, внимательно прислушиваясь ко всему происходящему вокруг, он был готов защитить хозяина от любой опасности.

Убедившись, что поблизости нет посторонних глаз, Виктор уверенно направился в заброшенную штольню. Достал ключ и осторожно вставил его в потаенный проем. Старые, покрытые мхом камни глухо скрипнули, уступая нажиму механизма, открывая узкий лаз, ведущий внутрь.

Пройдя несколько коридоров Виктор пришел на оговорённое место.

Там его уже ожидал Дер, прижавшись спиной к холодной скале, его неясный силуэт, почти слился с густым полумраком пещеры.

Заметив Виктора, Дер резко обернулся и произнес.

«– Уже начал думать, что потеряю терпение и пойду искать тебя», – сказал он слегка раздражённым голосом, стараясь выглядеть непринуждённо, хотя напряжение ясно читалось в каждой черте лица.

Виктор коротко усмехнулся

Уже начал переживать. А не привел ли ты хвост.

– Если ты не будешь болтать, зачем мне кому-то рассказывать об этом? Давай не будем плодить не доверие, а лучше сядем и поговорим на чистоту.

Предлагаю сначала подкрепиться горяченьким напитком. Садись, нам предстоит серьёзная беседа…

И действительно, предстоящий разговор обещал стать долгим и откровенным.

– Спасибо ещё раз за помощь вчера вечером. Мне кажется, теперь я обязан тебе жизнью.

– Не за что и может будем без сантиментов и обменом любезностями. Не хочу обсуждать кто кому и что должен. Пусть время все расставит на свои места. По делам нашим мы и поймем кто кому и что должен. Хорошо, согласен. Ну тогда спрашивай.

Давай начнём с главного вопроса: расскажи только честно, каким образом тебе удаётся находиться сразу в нескольких местах одновременно?

Дер сделал глоток чая и произнес.

– Знаешь… Однажды, исследуя одну старую выработку, я натолкнулся на истлевшие кости какого-то старого старателя. Ясно было одно – этот человек жил здесь задолго до того, как территория стала тюрьмой. Судя по всему, его настиг обвал, похоронив навсегда. Обнаружив его останки, я заметил рядом нечто интересное – старинный ключ. В тот миг моя интуиция подсказала мне очевидное: первое не кому об этом не говорить, а второе раз есть ключ, значит, должны существовать и помещения, которым можно открыть этим ключом. А так как мне торопиться было не куда я предпринялся искать куда бы пристроить этот ключ и что с его помощью можно открыть, поначалу это было как хобби что бы, наверное, не сойти с ума от постоянной и монотонной жизни заключённого. Продолжительное время я продолжал поиски, каждый раз мягко и не навязчиво просил начальство направить меня именно сюда, в место моей находки, в надежде что может быть чисто случайно мне удастся обнаружить следы помещения или еще чего-то что может открыть этот ключ. Были моменты когда я хотел выкинуть этот ключ и забыть обо всем этом раз и на всегда, но как это обычно и бывает, однажды мне повезло: я оказался возле пустующего свода, в глубинах которого обнаружилась древняя дверца, закрытая столетиями пыли. Никому ни словом не обмолвившись, я приступил к осторожному исследованию…

Осмотрев и перепробовав различные варианты, я смог открыть дверь, помещение которое я нашел было рабочей камерой старателя. О знал бы ты как я обрадовался этой находке, я хотел кричать и прыгать от радости. Но страх быть пойманным сдерживал меня. Я понимал, что если охрана узнает об этой комнате, то вход для меня в нее буде закрыт раз и навсегда, да и не понятно то бы стало со мной за мои поиски и находки. Но суть не в этом, а в том, что мне там удалось обнаружить. То, что я нашел перевернуло мою жизнь на до и после, найденное мной было чем-то особенным я нашел устройство под названием «Аксиом».

И что же в нем такого особенного, что ты про него говоришь с таким восторгом.

Попав бы оно к тебе, ты говорил бы не с меньшим восторгом ведь это устройство позволяет создавать механических близнецов, практически идентичных человеку. В общем мне невероятно повезло: прибор был исправен и готов к работе.

Впервые надев специальный обруч на голову, я смог подключился к механическому альтер-эго. И ты только представь ты находишься в комнате и вдруг ты уже где-то в другом месте ты видишь то что видит механическая машина, ты чувствуешь все к чему она прикасается, в общем ты можешь им управлять. Проблема была только в том что я не знал где находится этот робот, кроме этого возникали проблемы: иногда возникали задержки передачи сигнала, редкие сбои и потеря связи. День за днем по немного я удаленно подключался к свое новое альтер-эго и обследовал каждый поворот каждую расщелину, помечая все это и рисуя подробный план.

Извини что перебиваю, а насколько хватает заряда?

– От пары часов до целых суток, в зависимости от сложности задач и дальности нахождения. Энергообеспечение идёт за счёт моего биополя, хотя порой приходится прибегать и к дополнительным источникам питания вроде древних шахтных аккумуляторов.

Интересно, продолжай.

Так, о чём я, а да в общем я стал исследовать все что попадалось мне на пути

Постепенно я стал видеть знакомые шахты и не привлекая внимания я привел его сюда.

Изучив его более подробно, я понял, что он может быть не только проводником, но он может и заменять меня создавая механически голографический образ, не отличимый от оригинала, а еще он может работать автономно, по заранее прописанному алгоритму. Поняв это, я стал его использовать по максимуму, он стал моим механическим двойником, он работал, а я отдыхал, а иногда он работал, а я неделями пропадал, изучая здешний мир.

Виктор нахмурился и в голове пронеслась мысль «Механический двойник? Похоже на фантастику, но ведь я и сам видел странные вещи…» Его взгляд скользнул вдоль коридора: «Что, если сейчас передо мной вовсе не живой Дер?»

– А почему ты не вызвал своего двойника, когда попал под завал?

– Всё произошло неожиданно быстро. Чтобы попасть в помещение нужен ключ, а ключ у меня один. Да и камни как ты понимаешь упали без предупреждения, падая я на время потерял сознание, и видимо во время падения обруч и соскочил с головы. Даже если бы я успел вызвать двойника, пройти сквозь стену не открыв дверь ему было бы нереально.

– Звучит это всё конечно, как в старом наигранном кино вот скажи., Почему я должен верить твоему рассказу? Кто даст гарантию, что твоя программа не обратится против меня?

Дер слегка улыбнулся уголком губ:

– Поверь, будь мои намерения плохими, я давно воспользовался бы возможностью. Уже долгое время пользуюсь устройством, серьезных проблем ещё не случалось. Техника, конечно, вещь ненадёжная, но преимущества её огромны. Попробуешь и убедишься сам.

Доказывать я не чего не буду, хотел бы навредить, давно бы это сделал, а так я тут перед тобой чист и откровенен. Для меня твои заслуги бесценны, ты спас мою жизнь, а значит, я обязан вернуть долг.

– Ладно ты меня прости, привычка всем не доверять, как говорится доверяй, но проверяй. А о каком преимуществе речь? – недоверчиво уточнил Виктор, внимательно наблюдая за собеседником.

– Всё предельно просто. Если тебе будет нужен способ незаметно изучать шахту изнутри, поскольку физически выйти отсюда возможности не представлялось. Ты сможешь создать себе помощника-двойника, отправляя его куда тебе нужно или оставляя его за себя. Пойми благодаря этому устройству я открыл немало потайных ходов, невидимых охранниками, и детально изучил систему защиты. Так что оно действительно помогло открыть глаза на многие вещи которые тут происходят.

Виктор сидел неподвижно, глубоко задумавшись: «Можно ли довериться тому, кто пользуется столь опасными технологиями?» Внутри кипели противоречивые мысли, ощущение опасности нарастало.

– Значит, ты применял это устройство для разведки подземелий и шпионажа за происходящим вне тюремной локации?

– Да, совершенно верно. Запертый в тюрьме, я осознавал: если не найду как отсюда выбраться, скоро здесь с ума окончательно. А механический помощник стал моим инструментом выживания. Он помогал находить укромные места, обходить посты охраны. И знаешь, благодаря ему я многое понял…

Голос Дера звучал твёрдо и уверенно, отражая внутреннюю уверенность и решимость.

– И что же ты узнал? – нервно поинтересовался Виктор, постепенно понимая масштаб открытия.

– Существуют уровни куда глубже тех, на которых мы находимся сейчас. То, что там происходит, лучше другим не знать, да и вообще говоря об этом мне становиться не по себе – проговорил Дер, отведя взгляд в сторону, словно его собственные слова вселяли в него мистический страх. – Мне довелось увидеть… людей, которых здесь не должно быть. Их деятельность вызывает ужас и отвращение. Но сколько я за ними не наблюдал я не смог понять, что они делают, но при этом я убежден на все сто процентов, что это каким-то все происходит не без одобрения жрецов, а может это и есть сами жрецы. Ближе я не подходил, чувство страха и самосохранения не позволило мне этого сделать.

Сердце Виктора забилось учащённее, едва он услышал про то что жрецы находятся рядом.

Последний проводник

– Опять эти жрецы! Куда ни пойдешь, что ни сделаешь – обязательно натолкнешься на этих проклятых ЖРЕЦОВ!

– Тихо, тише, не кричи, – осторожно остановил его собеседник. – Если не примем их как данность, найдутся другие. Кто-нибудь займёт их место. К тому же мы с тобой сейчас далеко не в положении, позволяющем противиться. Лучше подумай, как совместными усилиями выбраться отсюда. Надеюсь, ты не собираешься коротать всю оставшуюся жизнь в этом месте?

– Конечно, не собираюсь, – согласился второй, подавляя внутренний гнев. – Ты абсолютно прав: криков дело не поправит. Готов пойти на любые меры, лишь бы скорее убраться отсюда.

– Отлично, – одобрил первый. – Тогда с чего начнем?

– Предполагал, что идею предложат именно ты, ведь ты у нас здесь эксперт-исследователь. Но давайте рассмотрим ситуацию совместно. Поделись, какую информацию знаешь и какими сведениями располагаешь. Ведь то, что ты упомянул о жрецах, может обернуться опасностью, а встреча с ними чревата неприятностями.

– Согласен, обсудим всё детально, – серьезно произнес Дер. – До нашей встречи я разработал подробный план действий. Реализация требует свежих идей и полного взаимного доверия. Лишь сплотившись, мы сможем вырваться отсюда.

Виктор едва заметно кивнул, пряча тревогу. Безоговорочно доверять Деру было непросто, особенно теперь, когда существовал его механический двойник, сеющий сомнения. Тем не менее альтернатива отсутствовала: либо сотрудничество, либо пожизненное заточение в мрачной шахте.

– Хорошо, – твёрдо ответил он, стараясь звучать уверенно. – Рассказывай свой план.

Ощутимо вздохнув, будто освободившись от груза, Дер направился к небольшому камешку и достал аккуратно свернутый лист бумаги. Раскрыв его, протянул Виктору карту.

– Вот схема шахты, которую составил за долгие годы поисков. Здесь отмечено наше нынешнее положение. Красными метками выделены закрытые проходы, о существовании которых официальные данные умалчивают. Эти туннели содержат секретные переходы, вентиляционные каналы и заброшенные районы. Главное помнить: некоторые маршруты патрулируются жрецами и охраной, их позиции отмечены красным кружком. Нужно избегать встреч с ними любой ценой.

Виктор внимательно изучал карту, фиксируя важные точки. Теперь, имея схему, шансы на спасение казались ощутимыми.

– Полагаю, карта изучена достаточно подробно. Предлагаю перейти к следующему этапу обсуждения. У тебя есть конкретные мысли по выходу отсюда?

Едва заметная улыбка тронула губы Дера.

– План прост донельзя. Собираюсь пробраться тайным ходом мимо охранников и опуститься этажом ниже. Там находится древний участок выработки, ведущий непосредственно в ангар с устаревшими суднами на базе технологий Аксиомы. Нам двоим вполне хватит сил незамеченными проникнуть на борт и сбежать, оставив позади этот кошмар.

– Пусть даже найдём корабль и удачно доберёмся до него, каким образом обеспечить моё исчезновение? – спросил Виктор, критически разглядывая собеседника. – Устройство на твоей стороне даст возможность замаскироваться, однако мой побег сразу станет очевиден охране. Мои перемещения отслеживаются круглосуточно, поэтому долгое отсутствие наверняка быстро обнаружится. Немедленно начнётся проверка и погоня, и тогда наш хитрый план рухнет окончательно. Охрана непременно усилит контроль всех ключевых точек.

– Согласен, ситуация непростая, – признал Дер, отворачиваясь. – Правда, у меня возникла кое-какая идея… Правда, пока непонятно, насколько эффективно она сработает. Проблема вот в чём: существует ещё один неисправный экземпляр Аксиомы, найденный мною повреждённым и частично разрушенным. Я постарался восстановить его, основываясь на знания и имеющиеся инструменты, но получилось нестабильно. После восстановления устройство начало функционировать, правда его поведение стало совершенно непредсказуемым.

– Что значит непредсказуемым? – встревожился Виктор, пристально глядя на друга. – Оно создаёт очередных ненадежных клонов?

Дер замялся, уклончиво взглядывая в сторону.

– Видишь ли, оно действует довольно хаотично. Иногда появляются зрительные иллюзии, возникают провалы в памяти, теряется пространственная ориентация. Зато есть интересная особенность: отключенное состояние вызывает изменение внешности устройства, имитирующее прежнюю версию хозяина. Возможно, таким образом удастся обмануть стражников, правда ненадолго.

– Получается, рассчитывать приходится лишь на везение?

– Другого выхода нет. Рискнём вместе или будем навеки заключёнными здесь.

– Мысль, конечно, сомнительная, но рискнуть можно. Прежде всего, стоит подготовиться основательно. Потренируемся заранее, рассчитывая каждый шаг до секунды. Оценим возможные опасности, учтём непредвиденные обстоятельства и постараемся вовлечь посторонних свидетелей в качестве невольных участников нашего плана. Более детально объясни, как работает это устройство? Что означают термины «биополе», «оболочки»?

– Постараюсь объяснить проще. Вообрази своё тело физической оболочкой, а твою душу – информационным кодом, управляющим ею. При уничтожении физической оболочки душа покидает тело и переносится в хранилище данных. Дальнейшая участь зависит от количества накопленной информации: одних отправляют в долговременное хранение, другим предоставляют новое физическое воплощение. Подобно механизмам, многим объектам необходима информация для эксплуатации, ранее существовали корабли, управляемые информационной системой, теперь эта технология утрачена. Данная система позволяет контролировать удалённые объекты через биополе, надев устройство типа Аксиома, становишься оператором связи с объектом. Необходимо проверить, сможешь ли воспринимать устройство Аксиома своим сознанием.

– Интересует понятие «операторы». Почему утверждаешь, что технология утрачена, если мы сами можем управлять устройством Аксиома и теоретически способны подключиться к любому другому устройству, включая суда? Кораблей вокруг хватает: музеи, свалки, разнообразные склады – везде полно судов. Большинство, правда, демонтировано на металлолом или растащено на части. Среди сохранившихся моделей есть несколько старых экземпляров в ангаре. Вопрос не в наличии самих судов, а в возможности безопасного подключения. Многие пробовали подключиться, но мозги большинства буквально плавились, и сознания навсегда оставались в виртуальном пространстве. Первые попытки привлекли внимание жрецов, считавших подобные способности прямой угрозой собственной власти. Началась систематическая ликвидация потенциальных операторов, ибо обладателей подобного потенциала отличала уникальная структура сознания, делающая их особенными среди обычных жителей планеты. Такие индивидуумы оказались настоящими избранными, имеющими кровную связь с богами-просветителями древности. Именно потому древние механизмы представляли собой своеобразные аналоги устройств типа Аксиома, управление которыми доступно лишь людям особой структуры сознания, способным расширить границы обыденного восприятия реальности. Чтобы развить такую способность, требуется прохождение специального ритуального обучения, организованного опытным наставником-проводником, иначе путь остаётся закрыт.

– Так где же сейчас находятся эти проводники? Почему они перестали учить новым поколениям? Даже тайно?

– Ах, будь этот вопрос задан тремя столетиями ранее, я назвал бы сотни известных учителей-проводников, рассеянных по разным уголкам Вселенной. Однако жрецы объявили их врагами порядка и устроили тотальное преследование. Сейчас осталась лишь смутная память о единственном выжившем наставнике, избежавшим расправы, но его след пропал. Народ хранит воспоминания о нём лишь как символ борьбы или страх перед ним. Истинное имя – Яг.

– Назови снова имя!

– Яг или Ягу, точные формы неопределимы. Об этом персонаже ходят разные слухи, часто распускаемые самим орденом жрецов для запугивания масс. Утверждают, что его корабль оборудован особыми моторами, похожими на птичьи когти, открывающимися таинственным заклинанием. Внутри пассажиры подвергаются жестоким пыткам, затем сжигаются в специальном устройстве, превращающем их тела в топливо для судна. Лицо Якобы настолько ужасающе, что даже мимолётный взгляд вызывает ускоренную потерю молодости и седины.

Тем не менее большинство сомневается в достоверности рассказов, принимая их за обычную развлекательную байку.

– Любопытно, похоже на нашу земную историю, только у нас персонаж зовётся Бабой-Ягой. Старая женщина, обитающая в дремучих лесах, в избушке на курьих ножках. Вход в её жилище открывается волшебным словом. Считается, что Баба-Яга является связующим звеном между миром живых и мёртвых. Мне кажется, в иных обстоятельствах стоило бы постараться её отыскать.

– Интересно, полагаешь, речь идет о женщине?

– Именно о ней.

– Верно, именно о женщине. Сам заметил, как настойчиво жрецы стирали любую память о проводниках. Может, настоящий герой истории была вовсе не мужчина, а женщина, выдававшая себя за представителя сильного пола? Направленные поиски мужчины оказались бесполезны, но стоит задуматься, не направить ли усилия на поиски женщины, способной вернуть утраченные знания?

– Признаться честно, твоя гипотеза весьма интересна… Действительно, форма самого персонажа несущественна: важен факт, что вести поиски реального героя бессмысленно. Даже если истинный проводник всё ещё живёт, она сумела великолепно спрятаться, и вероятность вновь обрести контакт ничтожна.

– Всё же подозреваю, что путь к восстановлению контакта с проводником возможен. Достаточно выявить соответствующий артефакт – такой, как легендарный корабль. Учитывая природу проводника, соединяющего миры, вероятно, ключ к решению проблемы лежит совсем в иной плоскости. Вспомним старинную сказку о Бабе-Яге, обитавшей в лесной избушке на курьих ножках. Войти туда позволял особый пароль: «Повернись, избушка, ко мне передом, а к лесу задом».

– Найдя корабль, описанный подобным образом, мы могли бы приступить к поиску утраченного равновесия, привлечь союзников и нанести удар по властолюбивым жрецам. Однако вселенная необъятна, и поиск одного корабля занял бы большую часть наших жизней…

– Тут я, пожалуй, смогу помочь. Знаю, кто владеет необходимой информацией.

– Кто же это?

– Очень старый и опытный учитель.

– Но ведь увидеться с ним придётся лично, верно?

– Совершенно верно. Находится он там, откуда меня забрала стража. Однако возвращаться придётся особым способом, чтобы не угодить повторно в руки правосудия. Следует представиться значимой фигурой, чей статус внушает доверие окружающим.

– Интересная задумка. Звездной пыли у нас предостаточно. Стоит лишь решить проблему транспортировки, изменить облик и установить новую идентичность. Если потребуется, можно купить целую планету или звездную систему!

– Стоп-стоп… зачем нам покупать целые системы? Их содержание потребует невероятных расходов.

– Успокойся. Честно говоря, никаких галактик и населённых миров мне не нужно. Хочу лишь переродиться, превратившись в другого человека.

– Прекрасная цель. Вперёд, самые трудные испытания ждут нас впереди.

– Легко сказать! Мы заперты в тюремной колонии, срок заключения превысил ожидаемую продолжительность жизни. Нет подходящего корабля, остаются лишь мечты.

– Появилась мысль.

– Выкладывай своё предложение.

Сквозь покров

– Я думаю, что нам нужно умереть.

– В каком смысле – умереть? Ты совсем сдвинулся?

– Да ты послушай, не перебивай.

Мы можем организовать всё так, что по документам мы будем считаться погибшими. А если мы погибли, то и искать нас никто не станет. Факт, факт.

– Допустим, все поверят, что мы погибли, но как нам выбраться отсюда без корабля?

– Значит, придется украсть корабль.

– Хорошо, допустим, мы умерли, корабль украли, даже взлетели… Но что дальше? До первого патрульного поста нас вся галактика будет разыскивать: угнанный корабль, пилоты без документов…

– Документы оформить несложно. Здесь бывает один начальник, любит заходить к нам поиграть. У него порядочная задолженность, и если мы поможем ему разобраться с долгами, он поможет с бумагами. Официально оформит нашу гибель так, что никаких вопросов не возникнет. Скажем, придавило породой или организм не выдержал условий труда. Главное – придумать убедительную историю, чтобы все ей поверили.

– Ну хорошо, допустим, это сработает. Но как мы полетим без документов? Нас остановит первый же патруль: «Кто такие?» – «Документы!» А документов-то и нет.

– Тогда нужно попросить начальника оформить бумаги на перевозку заключённого в другой сектор с сопровождением. Пусть это будет перевод на послабление режима или что-то подобное. Будет что предъявить при проверке. Можешь посидеть в клетке или висеть в трансе – не суть важно. А по дороге мы залетим на планету Фальш, где тебе изготовят новые документы на любого выбранного тобой человека, с историей, базами данных – с чем угодно. Никто не определит, что ты – это ты.

– Попробовать стоит. А какой подвох может быть?

– Этот гад сделает документы, отдаст, на всё согласится, но возможности сесть на борт не предоставит. Начнёт перестраховываться и выдаст приказ охотникам уничтожить нас. Поэтому, чтобы успеть покинуть это место, у нас будет максимум два-три дня. Потом будет поздно, останутся одни воспоминания.

– Два дня – тоже неплохо. Остаётся решить, как улететь и на чём.

– Воспользуемся аксиомами. Сделаем документы и ждём гостей. Как только они придут, устроим несчастный случай: якобы породой придавило. Положим заряд побольше, чтобы взрыв услышали все и засыпало нас основательно, как того старателя, которого я нашёл. Чтобы потом годами не искали. Дальше действуем по моему плану. Украдём катер и постараемся отвлечь внимание, чтобы незаметно выскользнуть из сектора.

– План, конечно, сомнительный, я бы даже сказал – дерьмовый, но других вариантов у нас нет. Пока подумаем, всё взвесим, а потом решим окончательно. Прежде чем приступать к этому плану, нужно найти способ попасть на корабль.

Дни тянулись монотонно, даже удручающе; редкие вылазки в жалкий мирок свободы ненадолго разжигали угасающую надежду. Никто из заключённых и предположить не мог, что уже почти год двое смельчаков, прячась под личинами смирившихся, день за днём ищут лазейку, шанс вырваться из этой каменной тюрьмы.

За год упорных поисков ими была проделана титаническая работа. Найдены десятки инструментов, заброшенные тайники, несколько повреждённых капсул – осколки прежней надежды, ни одна из которых не подходила для полёта к звёздам. Казалось, удача отвернулась от них, скрыв своё благосклонное лицо. Новое утро наступило, как и все предыдущие – тусклое и безысходное.

Виктор и Дер, понурив головы, отправились на завтрак, а затем проследовали в забой. Обменявшись дежурными, равнодушными приветствиями с остальными, они разошлись по своим рабочим местам. Закончив обычные, давно знакомые процедуры, Виктор, убедившись, что рядом никого нет, подозвал своего верного спутника.

– Охраняй вход, Жвок, – приказал он, вложив в голос всю серьезность ситуации.

Собака, словно понимая каждое слово, легла в проходе, вытянув передние лапы и положив на них морду. Лишь лёгкое подёргивание чутких ушей выдавало её крайнюю настороженность. Заключённые и охранники старались держаться подальше от Жвока, чувствуя в нём первобытную мощь и преданность хозяину. Виктор, будучи уверен в своей безопасности, подошёл к выступу и открыл потайной люк.

– А ты уже здесь, – произнес Виктор, увидев Дера, чей силуэт маячил в полумраке.

– Сегодня я оставил вместо себя Аксиома и распылил немного отработанной породы, приправленной отходами жизнедеятельности Жвока.

– То есть, ты разбросал дерьмо? – уточнил Виктор, морщась.

– Грубо говоря, да. Распылил немного отходов. Сейчас там такой шум и вонь, что моё отсутствие точно никто не заметит.

– Поскольку ты пришёл заранее, предложи, покажи, на чём мы полетим.

– Я думал вот на этой капсуле, – Дер показал на искореженную оболочку, полную трещин. – Но как заставить её заработать, нам предстоит хорошенько поразмыслить. Я не инженер космических кораблей, я всего лишь бродяга.

– А я, выходит, всю жизнь только корабли и конструировал, – усмехнулся Виктор. – Впрочем, ладно, посмотрим, жива ли ещё эта посудина, а там будем решать, как вернуть её к жизни.

Дер сел в кресло, пропитанное пылью и разочарованием, и начал лихорадочно копаться в проводах и сенсорах, нажимая кнопки и периодически ругаясь.

– Бесполезно! Эта штука настроена на материнский сигнал, а без него это просто куча металлолома, памятник несбыточным мечтам.

– Проверим следующую. Времени терять нельзя.

Однако следующая попытка оказалась столь же безуспешной, как и предыдущая.

– Всё тщетно, к чёрту всё это железо! Зачем мы фантазируем, что сможем сбежать из этой ямы? Мне всё сильнее кажется, что все эти обломки находили и до нас, и если бы кто-то сумел их реанимировать, его бы здесь уже не было. Вся техника завязана на материнской программе, а без неё это не корабль, а кладбище надежд! – в отчаянии Дер схватил коробку, валявшуюся на приборной панели, и изо всех сил швырнул её на пол.

Виктор подобрал коробку и тяжело вздохнул, присаживаясь на крыло капсулы, ощущая кожей холодный металл. Погрузившись в задумчивость, он начал рассеянно бросать засохшие кусочки еды, тихонько бормоча себе под нос. Кусочки падали на пол и собирались в одной точке, словно проваливаясь в никуда. Виктор кинул ещё один кусочек, затем ещё один, и так несколько раз подряд, затем взял коробку и бросил её туда же.

– Что ты делаешь? – раздражённо спросил Дер.

– Смотри, там какое-то серое пятно, и в этом пятне предметы исчезают, растворяются, как наши мечты.

– Пойдём посмотрим, только осторожно, чтобы сами не исчезнуть в этой дыре. А это что? – Дер указал вперёд.

– Не знаю, пойдём разберёмся. Любопытство – движущая сила прогресса и источник множества неприятностей.

Подойдя ближе, Дер споткнулся и упал, поднимая облако пыли, словно потревожил старого дракона.

– Проклятие! – выругался он, отплёвываясь и ощущая песок между зубов. – Нечаянно наткнулся на что-то! Освети, посмотрим, что там.

Осмотрев место падения, они обнаружили огромный кусок ткани, покрытый плотным слоем пыли.

– Интересно, – пробормотал Виктор, почувствовав, как в душе вновь зародилась слабая надежда.

– Стой-ка, погоди, – Дер заметил старое ржавое ведро, брошенное неподалёку. – Направь свет в центр! – скомандовал он и, замахнувшись, бросил ведро в указанное место. Металлический звон раздался, словно ведро столкнулось с чем-то твёрдым и мгновенно исчезло, словно поглощённое темнотой.

– Это маскировочное покрытие! – воскликнул Дер. – Раньше военные использовали такие, чтобы прятать свои объекты от противника. Надо обойти края и найти кнопку отключения. Надеюсь, механизм ещё функционирует.

Виктор пошёл налево, Дер направо, ощущая на коже липкость пыли и запах запустения.

– А как выглядит эта кнопка? – поинтересовался Виктор, стараясь дышать глубже в этом гробовом воздухе.

– На концах покрытия маленькая коробочка с тремя кнопками и одним колёсиком. Всё предельно просто: включил-выключил, а при включении колёсиком выбираешь площадь маскировки. Договоримся: кто найдёт первым, кричит другому, прежде чем нажать, чтобы случайно не лишиться конечностей.

Виктор продвигался осторожно, приподнимая ткань, чтобы не поднять клубы пыли, накопившейся за долгие годы забвения. Наконец, нащупав нечто похожее на искомую коробку, он громко объявил:

– Нашёл!

Дер поспешил к нему и, включив фонарь, внимательно рассмотрел находку, пытаясь рассмотреть контуры устройства сквозь слой пыли.

– Похоже, оно самое. Нажимай, и пусть нам сопутствует удача.

Виктор нажал первую кнопку, но ничего не произошло. Тишина ответила молчанием.

– Не работает. Поломано.

– Жми вторую! Нельзя отступать!

Виктор попытался нажать ещё одну кнопку, затем обе одновременно. Результат оставался нулевым.

– Да какого чёрта! – вскипел Дер и, потеряв терпение, ударил фонарём по коробке, вложив в удар всю ярость и бессилие.

Устройство заискрило и затрещало, словно сопротивляясь. Дер инстинктивно отбросил его, ощутив жжение пальцев. Покрытие дрогнуло волнами света, вибрируя и поднимая облака пыли, словно освобождённый дух. Волна прокатилась обратно, втягивая ткань внутрь, оставляя лишь небольшую коробочку посреди помещения, заполненного густым туманом пыли.

Виктор и Дер кашляли и чихали, пытаясь очистить лёгкие от проникшей внутрь пыли. Дер чувствовал себя привычно, а вот Виктор задыхался, глаза слезились, горло саднило, словно его душил невидимый враг. Стараясь уйти от самого худшего, он отошёл в менее загазованное место и присел, восстанавливая дыхание.

– Ты как? – обеспокоенно спросил Дер.

– Просто ужасно! Думал, задохнусь.

– Держи, – Дер протянул ему фляжку, из которой только что отпил сам. Виктор принял её, удивлённо осознавая, что потерял свою собственную. Сделав пару глотков и омыв лицо водой, он сказал:

– Давай немного обождем, пока пыль осядет, иначе я потеряю сознание.

– Конечно, подожди столько, сколько потребуется.

Через некоторое время пыль постепенно улеглась, открывая тёмное отверстие, откуда ранее проваливались куски пищи.

– А это ещё что? – шепотом спросил Дер, испытывая благоговейный трепет.

– Узнаем прямо сейчас. Идём. Судьба ждёт нас внизу.

Подойдя к отверстию, Виктор направил луч света вниз, пытаясь различить хоть что-то в абсолютной темноте.

– Очень глубоко… Зато вижу ступеньки.

– Может, рискнём спуститься и выяснить, что там? Или предпочтёшь оставаться здесь, ожидая неизбежного финала?

– Спускайся первым, – предложил Дер, чувствуя, как страх сковал его тело. – А я буду страховать сзади.

Виктор прикрепил фонарь к поясу так, чтобы луч скользил по поверхности, и осторожно ступил на шаткие ступени, ощущая, как под ногами скрипит сгнивший металл. Добравшись до нижней ступени, он снял фонарь и направил луч света вниз, пытаясь увидеть дно. Оказалось, что до пола оставалось около полуметра. Убедившись, что впереди нет ловушек, Виктор присел и прыгнул, приземлившись жёстко и неуклюже. Потеряв равновесие, он упал на бок, выпустив фонарь из рук. Тот с глухим звуком разбился, погрузив помещение в кромешную тьму.

– Чёрт возьми! – возмущённо воскликнул Виктор, и звук его голоса отразился эхом по всему пространству.

– Что случилось? – донёсся сверху встревоженный голос Дера. – Ты цел?

– Приземлился неудачно и разбил фонарь. Совершенно темно. Видишь что-нибудь?

– Похоже, внизу настоящий лабиринт. Звук отражается, как в пещере… А у тебя там что? – прозвучал сверху голос Дера.

– Абсолютно ничего не видно! Чёрнее ночи! Даже глаз выколи!

Внезапно тьму прорезал резкий свет, словно вспышка молнии озарила пространство.

– Эй, ты чего замер? Иди сюда быстрее! Или собираешься вечно торчать в темноте?

– Да будь ты неладен! Почему молчал, как истукан? Звал-звал, а ты… А тут вдруг свет появился, ну я и подумал, что пора присоединиться. Между прочим, это сработали датчики движения. Как думаешь, что скрывается в этой тьме?

– Думаю… вон то, – Виктор указал рукой на гигантский объект, возвышающийся подобно горе.

– Господи! А я чуть не пропустил такую махину! Забавно, смотрел в дыру и не замечал горы.

– Видимо, это наш единственный шанс, – сказал Виктор, пристально глядя на исполинское судно, покрытое слоями пыли и ржавчины, словно древний артефакт, переживший столетия.

– Если это не просто груда металлолома, нам предстоит тщательно проверить каждую систему, – добавил Дер, мысленно оценивая потенциальные риски.

Они начали обход корабля, рассматривая его со всех сторон, словно хищники, выслеживающие добычу. Место казалось необитаемым, словно никто не знал о существовании этого укрытия, словно само время стерло следы присутствия. Это вселяло надежду, но одновременно пугало неизвестностью: а вдруг системы корабля оказались настолько сложными, что они не смогут запустить его без специальных знаний? Что, если их усилия окажутся напрасными?

Виктор занялся осмотром ящиков с инструментами, обнаруженных в углу, надеясь найти хотя бы малейшую зацепку, крошечную искру надежды.

– Тебе не кажется, что мы затеяли безумную авантюру? – осторожно спросил Дер, не отрывая взгляда от корабля.

– Мы здесь не для того, чтобы сидеть сложа руки, – решительно заявил Виктор, в глазах которого вспыхнул огонь решительности. – Если не попытаемся, то навеки сгнием здесь, в этой проклятой дыре. Помни, другого шанса изменить свою судьбу у нас не будет.

Дер глубоко вздохнул, собравшись с силами.

– Хорошо, я согласен, – выдохнул он. – Будем надеяться, что на этот раз удача окажется на нашей стороне. Иначе нас ждёт лишь вечное прозябание в пучине отчаяния.

Виктор продолжал изучать корабль, проникая взглядом в его самые сокровенные уголки. В голове созревал дерзкий план, отчаянный и рискованный, но единственно возможный путь к свободе. Корабль казался устаревшим, словно реликт ушедших эпох, но в одном из отсеков находился старый интерфейс, ведущий к центральному управлению системой. Единственный шанс вдохнуть жизнь в этого железного гиганта. Однако для запуска требовался особый код, ускользающий, как утренняя дымка, словно потерянный ключ от райских врат.

– Нужен код, – подтвердил Дер, уловив его мысли. – Где-то здесь спрятан ключ, в самом чреве этой машины.

Они вернулись к маскировочным покрытиям, нашли запылённую камуфляжную ткань и приступили к подбору известных паролей, словно золотари, промывающие тонны пустой породы в поисках золотой крупицы. Дер напрягал память, вспоминая фрагменты кодовых фраз из прошлого опыта. А вдруг удастся подобрать нужную комбинацию, и судьба улыбнётся им?

Виктор обследовал соседний отсек, где обнаружил толстые провода, ведущие к двигателям, словно артерии, питающие сердце корабля.

– Если повезёт, это наша путеводная нить, – прошептал Дер, охваченный волнением. – Но действовать нужно с хирургической точностью. Одна ошибка – и мы навсегда останемся здесь, похороненные под обломками собственных иллюзий.

– Кажется, кое-что всплывает в памяти… Из прошлых времён… Должно подойти, – бормотал Дер, словно произнося магическое заклинание.

Несколько попыток закончились провалом, и надежда стала угасать. Но неожиданно экран вспыхнул зелёным светом – система признала введённый пароль, даря им последнюю попытку.

– Получилось! – торжествующе выкрикнул Дер, сжимая руку в кулаке победы. – Теперь нужно проверить системы, пока не иссякли запасы энергии, – продолжил он, спешно воспользовавшись обретённой возможностью.

Они перешли к запуску двигателей, осознавая, что каждая минута на счету. Впереди ожидала самая сложная задача – собрать достаточное количество информации и технологий, чтобы избежать преследования жрецов и охотников, чтобы их смелый побег не завершился трагичной развязкой. Корабль содрогнулся, издав тяжёлый рык, словно древний зверь, пробуждающийся от долгого сна.

Виктор и Дер переглянулись, полные решимости, понимая, что второго шанса у них не будет. Каждая деталь имела решающее значение.

Корабль испустил глубокий гул, словно готовясь к новому рождению. Виктор наблюдал за мигающими индикаторами на пульте управления, проверяя состояние внешних защитных систем и жизнеобеспечения. Корабль выглядел изношенным временем, но с каждым мгновением в нём возрождалась новая жизнь.

– Нужно подключить двигатели, но сначала – топливо, – напомнил Дер, отправляясь в хвостовой отсек, где находились топливные ёмкости. Виктор остался контролировать восстановление остальных систем.

Каждый элемент имел критически важное значение. Прошлое оставлялось позади, будущее становилось неопределённым, и возврата уже не было. Виктор отметил, что ближайшие навигационные точки начинают исчезать, уступая место загадочным разноцветным спиралям.

– Что это? – обратился он к Дер, когда тот вернулся.

– Радиомаяк пытается отправить сигнал. Его нужно немедленно отключить, иначе нас обнаружат.

– Как это сделать?

– Беги в дальний конец отсека, там находится аварийный рубильник. Опусти его!

– Принято! – Виктор стремительно отправился к указанному месту. – Готово!

– Молодец!

Система ожила, заполнив помещение яркими огнями, а гул двигателей становился невыносимо громким. Наступил решающий момент.

Дер восторженно закричал:

– Жив! Мы нашли его!

Возвращаясь, Виктор заметил, что радость Дера смешивалась с сомнениями.

– Топливо почти исчерпано. Хватит лишь на один прыжок.

– Тогда возвращаемся к первоначальному плану. Сначала умираем, потом летаем, а дальше – будь что будет. Мы так долго этого хотели.

– Согласен.

Побег

Час бегства настал внезапно, подобно грому среди ясного неба. Судьба повисла на острие ножа, каждая секунда ощущалась острой болью, будто хищник готов наброситься на жертву.

– Действовать – быстро, как молния! Стоит нам тронуться, взвоют сирены, и нас мгновенно обнаружат, – хриплый голос Виктора прорезал тишину, словно лезвие бритвы.

– Сначала уберёмся отсюда, а разбираться будем позже, – прорычал Дер, усаживаясь в кресло, словно на электрический стул.

Виктор повторял каждое движение друга. Форсаж запущен, пальцы судорожно сжимают штурвал, и корабль, как бешеный зверь, рвётся вперёд. Лёгкий удар в спину, оглушительный шум двигателей – мгновение спустя они оказались в бескрайней чёрной пустоте космоса. Мрак поглощал крошечную скорлупку корабля, стремительно удалявшуюся от холодной смерти планетарного одиночества.

Вскоре судно исчезло в тёмной глубине вселенной.

– Мы справились, – облегчённо вздохнул Дер, откинувшись на спинку кресла, стараясь подавить дрожь в руках.

– Нет, это всего лишь начало. Покинуть планету – половина дела. Теперь предстоит выжить, подготовиться к неизбежной погоне, – сурово заметил Виктор, неотрывно глядя на экраны, сверкавшие тусклым светом, словно глаза древнего чудовища.

Перед ними лежал трудный и опасный путь к долгожданной свободе, дорога, полная препятствий и угроз. Первый отчаянный рывок совершён, но судьба ещё далеко не написана.

Корабль постепенно ускорялся, а тяжёлая тишина кабины угнетала сознание, сдавливая уши, словно глубоководная вода. Виктор украдкой взглянул на приборную панель: уровень топлива снижался с угрожающей скоростью, словно капли пота, стекающие по лбу смертельно больного человека.

– Мы бежим… – тихо прошептал Дер, лицо которого исказилось тревогой, словно зеркальная поверхность, покрытая сетью трещин.

– Бегство само по себе не гарантирует безопасность, – спокойно отозвался Виктор, продолжая следить за экраном, словно окаменев от напряжения. Его рука нервно перебирала бумаги с расчётами, словно колода карт Таро.

– Необходимо установить точные координаты для гиперпрыжка. Ошибка приведёт нас либо в нейтральную зону, либо, что гораздо страшнее, прямо в руки врагов, – напряжённым голосом проговорил Виктор, понимая, насколько высока ставка.

Нервно кивнув, Дер открыл навигационную карту, словно раскрыв последнюю надежду избежать гибели в бурях космического шторма.

– Путь ведёт за границы известного сектора, – объявил Дер, внимательно изучая показания приборов, – самое важное – не попасть в чужие сети.

Внезапно на экране замелькали тревожные сигналы, привлекая внимание обоих мужчин.

– Видишь? Этот загадочный светящийся объект явно неспроста появился на наших радарах, – встревоженно отметил Виктор, всматриваясь в незнакомые символы.

– Похоже на ловушку, приманку, – процедил Дер между зубов, наблюдая за странным свечением.

– Именно так, однако проверить природу сигнала невозможно. Осталось полагаться на интуицию, рисковать придётся серьёзно. Игнорировать опасность и совершать прыжок без точного расчёта равнозначно самоубийству, – задумчиво произнёс Виктор, едва сдерживая раздражение.

Решительно включив систему безопасности, Виктор начал проверять коммуникационные каналы.

– Дер, активируй всю защиту, проверяй связь. Нам необходима информация. Готовимся к худшему сценарию, – уверенно распорядился он, чувствуя холодную уверенность, родившуюся внутри него вместе с осознанием опасности.

Резким движением Дер подключил программы аварийного курса, словно пытался перехитрить саму смерть.

– Думаю, сигнал не случайность. Возможно, это предупреждение или угроза, – предположил он, возвращаясь к панели управления.

Виктор нахмурился, испытывая чувство глубокого беспокойства, которое не покидало его с момента старта.

Их путешествие только началось, и каждый неверный шаг мог стать последним. Решение следовало принять незамедлительно, ставкой была жизнь. Пути назад больше не существовало, будущее казалось туманным и неопределённым.

– К свободному пространству! Держись крепче, приготовься к возможной схватке, – коротко приказал Виктор, аккуратно вводя необходимые координаты, полагаясь исключительно на собственное чутье.

Все приборы разом ожили, издав резкий звук, наполнивший кабину гулом тревоги.

Судно резко изменилось направление, и обоим мужчинам оставалось лишь надеяться на лучшее, словно преступники накануне казни.

Резкий рывок, ослепительная вспышка света – и корабль ринулся в гиперпространство, оставив прошлое далеко позади.

Однако их приключения на этом не закончились. Вышедши из прыжка, замедлив ход, они получили неожиданное сообщение:

– Приветствует вас пограничная служба. Подготовьтесь пройти процедуру досмотра.

Перспектива столкнуться с военным патрулём грозила катастрофой.

– Но у нас есть шанс, ведь их методы столь предсказуемы и однообразны, – заявил Дер, пряча улыбку разочарования.

– И каким образом ты собираешься выйти сухим из воды? Наши фальшивые документы указывают на перевозку заключённого, а корабль нигде официально не зарегистрирован. Согласно запросу службы, нам необходимы подлинные разрешительные бумаги, – сухо уточнил Виктор.

– Большое количество ценного груза решает многие проблемы. Предлагаешь угостить стражей порядком взятки?

– Предположим, иного выхода нет, – осторожно согласился Виктор, прекрасно понимая последствия возможного отказа.

Но сначала стоило провести проверку, убедившись в отсутствии иных вариантов.

Дер поднялся, подошёл к пульту, вытащил спрятанный нож и вскрыл панель управления, обнажив запутанное переплетение проводов, напоминающее паучьи нити.

– Собираюсь попробовать одну штуку… смотри, нашёл датчик шифрования входящих и исходящих сигналов. Он стандартный и остаётся неизменным уже долгие годы. Воткнул провод туда, вынул оттуда, слегка повернул регулятор – готово!

Теперь они могли свободно общаться на специальном зашифрованном канале связи.

– Свободный порт, говорит борт семь-восемь-шесть, запрашиваю чистое место для посадки.

– Семь-восемь-шесть, вас приветствует Свободный порт. Сообщите предполагаемое время пребывания.

– Время вечно, оно неумолимо движется вперед, невозможно определить точный срок, – уклончиво ответил Дер.

– Добро пожаловать, семёрка восемь шесть, двигайтесь по указанным координатам.

Цифры появились на дисплее, и Виктор, готовый нажать кнопку подтверждения, остановился под внимательным взглядом товарища.

– Потерпи чуть-чуть, приятель, прояви терпение, – мягко попросил Дер, вновь взяв микрофон.

– Приняли координаты, двигаемся согласно курсу.

Затем Дер переключил управление на автопилот и направил корабль обратно к планете.

– Семь-восемь-шесть, представьтесь и поясните цель визита.

– Простите… связь… прервана… Произошла авария, – симулировал Дер поломку.

– Примите контроль на себя, – услышал он приказ оператора порта.

Следуя инструкциям, Дер активировал новую программу.

Корабль метнулся вперёд, оставив за собой облако пыли и обломков.

В иллюминаторе появилась знакомая сцена: возле места их остановки стоял совершенно аналогичный корабль, плавным манёвром покинул район и двинулся прочь от планеты.

– Что это вообще было? – изумлённо воскликнул Виктор.

– Чудеса виртуальной реальности от жителей Свободного мира. Когда запрашиваешь посадку в Свободном порту, сталкиваешься с необходимостью назвать особый код-пароль. Более того, твоя личность должна соответствовать указанному имени и иметь биометрические совпадения. Всё прошло успешно, и нам прислали замену. Новый корабль занял наше место, скопировав все параметры нашего судна. Таким образом, настоящий корабль избежал подозрений, а мы благополучно совершили посадку, – пояснил Дер, сохраняя спокойствие и сосредоточенность.

– Фантастика какая-то! Я даже не знаю, что и думать…

– Ещё удивишься. Главное – поменьше болтать. Здесь народ хитрый, умеют раскусить любого мошенника раньше, чем тот поймёт, что случилось.

Спустя некоторое время судно достигло площадки стоянки и, выпустив стойки шасси, мягко опустилось на платформу. Через мгновение густой дым окружил корпус корабля, создав впечатление пожара.

– Зачем это сделано? – недоумевал Виктор.

– Чтобы законно обосновать нашу высадку. Тут используют разные способы маскировки реального состояния корабля. Одним из них является создание видимости аварии. Затем корабль тушат и отправляют на починку в закрытые ангары, – объяснил Дер, действуя уверенно и целенаправленно.

После перемещения судна в ангар Дер провёл ряд манипуляций с приборами, открытыми люком выпустили трапом, и мужчины спустились на площадку.

Навстречу вышли двое гуманоидов небольшого роста, внешне напоминающие земных бобров.

– Пусть ваш полёт будет безопасным, – вежливо поприветствовал их старший.

– Желаю свободной жизни, – ответил Дер официальным приветствием.

– Какие планы относительно вашего визита? Сколько времени проведёте и нужен ли какой-нибудь сервис вашему кораблю? – поинтересовался встречающий.

– Определённых сроков не имеем, минимум две недели потребуется. Корабль нуждается в ремонте, желательно максимальная модернизация и высокое качество работ. Документы тоже понадобятся, естественно, новые, – добавил Дер.

– Чьё имя указывать в документах? – равнодушно осведомился представитель администрации.

– Назову позднее, а пока выполните всё, что просил.

– Способ оплаты какой предложите?

– За выполненные услуги расплатимся породой, предварительно оставляем корабль в качестве залога, – предложил Дер.

– Согласовано, уведомлю вас сразу, как работа завершится, – пообещал служащий, довольный быстрым решением вопроса.

Оставив администратора, друзья отправились вглубь просторного футуристического города, сияющего яркими красками и разнообразием рекламы, призывавшей посетителей окунуться в увлекательную атмосферу приключений и развлечений. Улицы кишели людьми всех форм и размеров, высоко над головой пролетали транспортные средства различных конструкций.

– Неплохо бы осмотреться внимательнее, братец, тут столько интересного, – восхищённо произнёс Виктор, впервые оказавшись в подобном месте.

– Погуляем обязательно, но сперва сделаем дело, – строго предупредил Дер, энергично шагая в противоположную сторону от центра.

Виктор послушно пошёл вслед за товарищем, ожидая увидеть нечто необычное и захватывающее дух.

Новый мир

– Ну что, пришел в себя от свободы? Пойдем, нас ждут свершения, достойные войти в легенды.

– Да, признаюсь, я словно запылился в бездействии. Конечно, пойдем, мне не терпится вдохнуть полной грудью воздух приключений.

– Отлично, но прежде нам необходимо посетить одно место и кое-что прихватить.

Дэр уверенно пошел прочь от мерцающего города. Виктор, доверяя чутью друга, последовал за ним без лишних вопросов. Унылые серые улочки, словно выцветшие от времени, дышали запустением. Редкие прохожие, заметив незнакомцев, замирали и перешептывались, провожая их взглядами, полными тревоги и любопытства.

– Послушайте внимательно, вы зайдете в этот кабак, займете лучший стол и закажете все, что указано в этом списке, – сказал Дэр, протягивая помятый листок. – Не удивляйтесь ничему, ведите себя непринужденно. Если попытаются угрожать – осадите спокойно, не поддавайтесь на провокации.

– Стой, объясни, что ты задумал, и где будешь ты?

– Пожалуйста, не перебивайте. Мне необходимо передать вам все инструкции, – взволнованно ответил Дэр. – Просто поверьте, что так нужно. Другого пути к задуманному нет. Умоляю, доверьтесь мне и сделайте все, как я говорю.

– Хорошо, говори, я сделаю все, что в моих силах.

– Спасибо тебе, друг, – произнес Дэр, положив ладонь на плечо Виктора. Видно было, как тяжело даются ему эти слова, а поддержка Виктора, его готовность повиноваться без лишних вопросов, принесли облегчение и укрепили чуть дрожавший голос.

Виктор вошел в кабак, и тут же перед ним появился сине-зеленый гуманоид среднего роста, с гребнем острых шипов над лбом.

– Приветствую вас в "Вольном Порту", – прохрипел он. – Я ваш распорядитель. Один вы или вас ожидают гости?

– Пока один, но скоро присоединятся друзья.

– Сколько именно?

– Не более пяти.

– В таком случае могу предложить вам место у окна с прекрасным видом на город или, возможно, вас интересует терраса? Что предпочтительнее?

– Я желаю занять Стол Размышлений в Изумрудном Зале.

Распорядитель вытянул шею от удивления, а его шипы затряслись. Казалось, слова Виктора повергли его в смятение.

– Простите, не расслышал. Вы все-таки выбрали столик у окна или террасу? – запинаясь, пролопотал он.

– Свободные люди вольны в своем выборе, и мое решение неизменно. Проведите меня к Столу Размышлений в Изумрудном Зале. Или вы, быть может, намереваетесь оспаривать право свободного человека выбирать, при условии, что место свободно и существует в реальности? Тогда предлагаю дуэль, где вы докажете мне, что свободный человек не властен в своем выборе.

– Что вы, что вы! – распорядитель всплеснул руками. – Прошу прощения за минутное замешательство. Никакой дуэли не понадобится. Зал действительно существует, и он свободен. Правда, он давно никем не использовался, и состояние его оставляет желать лучшего. Что уж говорить о репутации… Мы старались забыть о нем после…

Ох, что я несу!

Прошу, пройдите сюда. Садитесь на главное место, уверяю вас, оно самое лучшее в нашем заведении. А я пока распоряжусь подготовить Стол Размышлений. Может быть, желаете что-нибудь заказать?

– Нет. Жду запрашиваемое место. Постарайтесь не задерживаться, приготовьте все как можно быстрее. Скоро ко мне присоединятся, и я хочу, чтобы все было идеально.

– Разумеется, сделаем в кратчайшие сроки, – отозвался распорядитель, отступая назад и призывая работников заведения.

Виктор устроился на диване и принялся разглядывать обстановку зала. Его размышление прервал тихий голос.

– Вам не нужна приятная компания? – мурлыкнула стройная девушка, усаживаясь напротив. – Быть может, господин хочет исполнить свои самые сокровенные желания?

Она плавно придвинулась ближе, протянув руки, будто стремясь прикоснуться к душе Виктора.

– Благодарю, но я сам себе хозяин желаний и не нуждаюсь в посторонней помощи. Ваше внимание приятно, однако прошу оставить меня в покое до тех пор, пока я сам не захочу вашей компании, – резко оборвал Виктор, взяв девушку за руку и поднявшись вместе с ней.

– Ладно, ну и ладно, – обиженно буркнула девушка и ушла.

Виктор снова сел и попытался сосредоточиться, незаметно наблюдая за девушкой, скрывшейся за колонной. Боковым зрением он заметил, как подошел распорядитель и начал оживленно беседовать с ней, активно жестикулируя.

Распорядитель выслушал девушку, сплюнул на пол и, сердито развернувшись, ушел.

Через полчаса распорядитель вернулся к Виктору.

– Ваш стол готов. Позвольте проводить вас.

– Конечно.

Тогда прошу следовать за мной.

Виктор проследовал за распорядителем на пятый этаж. Этот этаж казался давно забытым, величественный некогда зал пришел в запустение. Пыль покрывала полы, паутина украшала углы, создавая ощущение покинутости.

– Мы пришли. Прошу, – тихо произнес распорядитель.

Виктор вошел в огромный зал, озаренный мягким изумрудным сиянием светильников из зеленого стекла. В центре высился массивный стол, окруженный девятью тяжелыми резными стульями, один из которых выделялся инкрустированными сверкающими изумрудами. Виктор занял главный стул. Он отметил, что столешница и ножки были вырезаны из единого куска драгоценного камня, что потребовало огромного труда и искусства.

– Желаете продолжить свое пребывание в этом зале? – осторожно осведомился распорядитель.

– Да, желаю. Пожалуйста, принесите все, что указано в этом списке.

Распорядитель бегло взглянул на список и ответил:

– Половина вашего заказа будет готова через полчаса, а остальная часть потребует дополнительной подготовки.

– Сколько времени вам потребуется?

– Не меньше двух часов.

– Начинайте собирать все необходимое.

– Подавать частями или все сразу?

– Все сразу.

– Могу я уйти или есть что-то еще?

– Больше ничего не нужно. Можете идти.

Распорядитель покинул помещение, а Виктор углубился в раздумья.

Между тем Дэр оставался снаружи, внимательно наблюдая за ситуацией. Вскоре после входа Виктора в бар на площади приземлился шаттл. Распорядитель поспешил к нему и, преклонив колени, шепотом передал какое-то сообщение сквозь небольшую щелочку окна. После разговора распорядитель почтительно приложил голову к земле, встал и смиренно протянул руки вперед. Шаттл взлетел, оставляя мерцающий след позади.

Убедившись, что все идет согласно плану, Дэр продолжил путь по улицам. Спустя несколько кварталов он добрался до небольшого леса. Оглядевшись вокруг, он заметил в глубине одинокую лампу фонарного столба и отправился туда. Приложив руку к маленькому углублению рядом с лампой, он слегка надавил на кнопку, открывая потайной ящик. Внутри оказались очки, маленькая линза в металлической оправе и старая металлическая лопатка. Надев очки и внимательно изучив поверхность столба, Дэр нашел крошечный паз. Осторожно очистив его от пыли, он установил туда найденную линзу. Через специальные очки он увидел тонкий луч света, видимый только обладателю линз. Следуя этому лучу, Дэр углубился в лес, двигаясь в сторону точки, куда свет падал на землю. Найдя нужное место, он раздвинул листья и стал копать. Вскоре лопата натолкнулась на металлический объект. Отбросив грязь, Дэр аккуратно раскопал находку и извлек старинный сундук. Очистив его от остатков почвы, он провел пальцами по поверхности, обнаружив ряд небольших кнопок. Нажимая на них в определенной последовательности, он активировал замок, и крышка открылась. Взглянув внутрь, Дэр прошептал:

– Спасибо тебе, старый друг, ты не подвел меня.

Закрыв крышку и выдвинув удобную ручку, он схватил чемодан и побежал обратно. По дороге он случайно споткнулся и упал. Поднявшись и отряхнувшись, он обратил внимание на причину своего падения – человеческую кость. Чуть дальше под слоем листьев и песка виднелись фрагменты тела, которое оказалось практически разобранным животными. Несмотря на отсутствие лица, сквозь специальные очки Дэр уловил едва различимую ауру остаточного магического свечения, исходящее от перстня на костях руки.

– Ты остался верен мне до последнего мгновения своей жизни, мой друг, и даже после смерти сохранил верность. Спасибо тебе. Позже я вернусь и похороню тебя должным образом, но сейчас вынужден спешить ради спасения моего нового товарища.

Собравшись с силами, Дэр бросился бежать, мысленно повторяя одну фразу: «Главное – успеть».

Добравшись до своего наблюдательного пункта неподалеку от бара, он отдышался и выглянул из укрытия. Перед входом нервно ходил распорядитель.

– Кажется, успел, – подумал Дэр, открывая чемодан и начав вытаскивать его содержимое.

Изумрудный зал

Виктор неспешно прохаживался по изумрудному залу, глазами, словно голодный зверь, впиваясь в каждую деталь. Безупречность интерьера обжигала взгляд: швы и стыки узоров на стенах казались сотканы из самой ткани пространства. Казалось, зал вылизан до хрустальной чистоты, но неуловимый флёр запустения шептал о том, что здесь давно не ступала живая душа. На одном из резных элементов зиял чудовищный скол, словно рана, нанесенная клинком гигантского божества. Виктор коснулся шершавой пасти повреждения, пытаясь вызвать в памяти образ той сокрушительной силы, что его оставила. Удар был такой мощи, что подчинялся лишь существу, наделенному немыслимой физической силой.

– Простите за беспокойство, сэр, – прозвучал у двери голос распорядителя, вторгшись в звенящую тишину, словно осколок стекла. – Все, о чем вы просили, готово. Разрешите начинать подавать?

– Да, приступайте, – бросил Виктор, не удосужившись обернуться.

Распорядитель хлопнул в ладоши, и в зал юркнула стайка причудливых существ низкого роста, с лицами, смутно напоминающими кошачьи морды. "Люди-кошки?" – мелькнуло в голове у Виктора, пока он следил за их грациозными и бесшумными движениями, словно за танцем теней.

– Все готово, сэр. Желаю вам приятного отдыха, – доложил распорядитель, отвесив униженный поклон.

Подойдя к столу, Виктор окинул его холодным взглядом и нахмурился, словно ощутил оскорбление:

– Где фужеры, о которых я просил? Здесь выставлена жалкая подмена.

– С фужерами возникли… небольшие затруднения. Мы осмелились предложить вам… замену, – промямлил распорядитель, съеживаясь под взглядом Виктора.

Ярость вспыхнула в Викторе мгновенно, словно спичка, брошенная в сухой порох. Схватив распорядителя за ворот, он прошипел, словно гадюка, готовящаяся к броску:

– Затруднения? Замену? Тебя совершенно не интересует мое мнение, ничтожный червь? Я могу стереть тебя в пыль прямо здесь и сейчас, урод безродный! Ты не смел задавать вопросов при заказе, я лишь великодушно согласился на возможную задержку. А теперь ты смеешь заикаться о затруднениях? Как ты посмел украсть у меня мое драгоценное время!

– Прошу прощения, сэр, я немедленно все исправлю. Я лишь подумал… – начал было лепетать распорядитель, дрожа всем телом, как осиновый лист на ветру.

– Тебе не дано думать. Просто исполняй мои приказы. Фужеры должны быть на этом столе немедленно, – прервал его Виктор, с силой оттолкнув распорядителя.

Тот не удержался на ногах и, потеряв равновесие, рухнул на пол, ударившись головой о острый край стола. Алая ниточка крови медленно поползла по лакированной поверхности, словно зловещий узор.

Распорядитель провел ладонью по ушибленному месту и, поднимаясь, сжал кулак, словно хороня в нем свою боль и обиду. Слегка наклонившись, он произнес дрожащим голосом, в котором едва слышались нотки ненависти:

– Мы сейчас же все исправим, господин.

– Жду. И не испытывайте мое терпение более, – отрезал Виктор, словно вынося смертный приговор.

Через несколько томительных минут в зал, словно испуганные мыши, вбежали люди-кошки, таща за собой массивные деревянные короба, обитые темной кожей. Следом вошел распорядитель, потупив взор, словно провинившийся пес.

– Господин, все, что вы просили, доставлено. Но, ввиду нашего низкого происхождения, мы не имеем права прикасаться к этим фужерам. Можете даже лишить меня жизни, но ни я, ни мои люди не прикоснемся к ним. Все, что мы можем сделать, это открыть короба и подержать, пока вы сами их извлечете и поставите на стол.

– Хорошо, пусть будет так. Открывайте.

В то же мгновение, практически синхронно, короба были распахнуты, словно врата в сокровищницу. Виктор подошел и начал осторожно, с благоговением, один за другим, доставать фужеры и расставлять их на столе, словно расставляя фигуры на шахматной доске. Закончив, распорядитель робко спросил:

– Господин желает еще что-нибудь, или мы можем идти?

– Идите.

Когда за последним человеком-кошкой бесшумно закрылась дверь, Виктор с облегчением вздохнул. Ему было тяжело играть роль надменного тирана, а когда распорядитель разбил голову, он едва удержался, чтобы не броситься ему на помощь. Но все должно было произойти именно так, как и инструктировал его Дер. Виктор расставил фужеры по своим местам, и когда последний занял свое предопределенное положение, свет вдруг преломился в гранях, и луч ослепительного света ударил точно в центр стола, отразившись вверх, словно указывая на что-то невидимое. Зал наполнился слабым, почти неслышным звучанием, словно далекий звон колоколов. Стол слегка завибрировал, и в том месте, где преломлялся луч, образовался небольшой проем, в котором появилась кнопка, словно таинственный символ. Виктор опустился на центральный стул и нажал на нее. Но ничего не произошло. Он нажал еще раз, но и вторая попытка оказалась тщетной. Дальнейших инструкций не было. Виктор остался сидеть в ожидании, словно пленник в собственном замке.

Прошло почти полчаса, наполненные тягучим молчанием. Веки Виктора начали предательски слипаться, и чтобы не потерять бдительность, он погрузился в транс, отделив сознание от бренного тела. Пока его физическая оболочка отдыхала, разум продолжал бдительно следить за окружающей обстановкой. В состоянии транса комната предстала в совершенно ином обличье. На стенах мерцали призрачные символы, поначалу бессмысленные, но вскоре Виктор осознал, что это – созвездия, словно россыпь бриллиантов на бархате ночи. Стол оказался своего рода картой, звездным атласом, и фужеры, расставленные на нем, гармонично дополняли звездное небо, словно недостающие звезды в созвездиях. К кнопке в центре сходилось множество лучей разной интенсивности, словно энергетические каналы, но сама она оставалась тусклой и безжизненной, словно способной лишь поглощать свет, но не излучать его. Виктор еще раз взглянул на кнопку, надеясь увидеть хоть малейшее изменение, но все оставалось прежним. Тогда он сосредоточился на карте звезд, позволяя своему разуму скользить между созвездиями. Множество созвездий соединялись в галактики, словно реки, впадающие в океан, какие-то галактики поглощались более крупными, образуя новые, непостижимые миры. Бесчисленное множество звезд, каждая из которых – потенциальный дом для жизни. Если предположить, что на каждой из них существует своя цивилизация, то становилось жутко от осознания масштабов окружающего многообразия. Ведь в каждом мире своя философия, свои устои и правила, словно разные языки, на которых говорят вселенные. Если даже в рамках одной планеты люди не могут прийти к взаимопониманию, то как можно объединить всех воедино? И чем должна руководствоваться идея всеобщей консолидации, чтобы все разом захотели следовать этой доктрине?

Углубившись в созерцание звезд, Виктор не сразу заметил, что свечение, исходящее к центру стола, усиливается, словно кто-то постепенно прибавляет яркость. Лишь когда одна из блеклых линий вспыхнула ярким цветом, он начал замечать происходящие изменения. На полу, напротив расставленных фужеров, начали закручиваться спиралевидные отблески света, словно крошечные смерчи. Лишь один фужер оставался блеклым, лишенным сияния, словно проклятый. Энергия нарастала, закручивая свет в волны, образуя завихрения, которые постепенно росли, становясь все больше и больше, словно вихрь, готовый поглотить все вокруг. Постепенно столб света и энергии заполнил все пространство выше человеческого роста, словно маяк, пронзающий тьму. Виктор вернулся в свое тело, но в комнате по-прежнему было пусто, лишь звенящая тишина да ощущение надвигающегося чуда. Сосредоточившись и сконцентрировав все свои силы, словно натягивая тетиву лука, он стал ждать, готовый к любому повороту событий. Энергия уплотнялась, и постепенно свет стал не таким ярким, а сфера – мутнеть и приобретать более плотные формы, словно туман, сгущающийся перед рассветом. Когда последний луч света погас, на месте сферы материализовались жрецы, словно фигуры из древней легенды. Виктору уже однажды довелось видеть одного такого, когда он пытался вернуться домой, был схвачен и отправлен в тюрьму, словно пешка в чужой игре. Но тогда он был один, а сейчас их было шестеро, и каждый держал в руках шест, размером почти с него самого, словно символ их власти и могущества.

– Кто нас собрал? – спросил жрец, стоявший напротив стула, его голос звучал, как раскат грома.

– Не знаю. Сам бы хотел знать. Собрания не было уже многие лета, – ответил Виктор, стараясь не выдать своего волнения.

– А это кто за стулом? – спросил другой жрец, указывая на Виктора своим жестом.

– По виду – простой смертный, – ответил первый жрец, презрительно скривив губы.

– Ты хочешь сказать, что нас вызвал этот червь? – с ненавистью прорычал третий жрец, сжимая свой шест в руке.

Виктор почувствовал, как внимание всех присутствующих сосредоточилось на нем, словно на приговоренном к смерти. Он собрался с духом, понимая, что от его слов зависит его дальнейшая судьба. Здесь он был не просто случайным человеком, а частью чего-то большего, чем мог себе представить, словно винтик в огромном механизме. Но он понимал, что пока жрецы стоят перед ним, ему нельзя показывать страх, иначе они почувствуют его слабость и разорвут на части.

– Я не знаю, кто вас вызвал, – ответил Виктор, стараясь звучать спокойно и уверенно, – Но я, безусловно, не тот, кто вас боится.

Жрецы переглянулись, и в их взглядах промелькнула тень сомнения, словно они столкнулись с чем-то, не укладывающимся в их картину мира. Одного из них явно удивил ответ Виктора, и он даже на шаг отступил от стола, словно ожидая чего-то непредсказуемого.

– Странно… – прошептал тот жрец, что стоял в центре, словно говоря сам с собой. – Не ожидали такого ответа от простого смертного.

Один из жрецов в уголке комнаты, старый и почтенный, задумчиво коснулся своего шестопалого уха и произнес:

– Мы здесь не для того, чтобы слушать твою гордость, смертный. Мы здесь для того, чтобы разобраться, зачем мы здесь и кто нас действительно вызвал.

Виктор почувствовал, как энергия в комнате начала меняться, сгустившись в тугую, напряженную атмосферу, словно перед грозой. Он знал, что это был момент истины, момент, когда его действия могли либо спасти его, либо привести к гибели, словно он стоял на краю пропасти.

– Я не могу вам ответить на этот вопрос, – сказал Виктор, не теряя уверенности, – Но я точно знаю, что вы здесь по какой-то причине, и эта причина, возможно, имеет связь с тем, что произошло в этом зале.

Жрецы молчали, и этот момент тянулся, как вечность, словно время остановилось. Виктор почувствовал, как его сердце бьется быстрее, но он не мог позволить себе паниковать, иначе все будет кончено. В этот момент старый жрец вдруг произнес:

– Этот зал не был открыт много лет… Зал Раздумий, о котором ты говоришь. Он был забыт, словно старая легенда. Но этот свет… этот свет может быть ключом к разгадке.

Виктор слегка наклонил голову, его взгляд зацепился за кнопку, все еще тускло сияющую в центре стола, словно маяк в ночи. Он понял, что не просто так оказался в этом месте, что-то большее привело его сюда, словно судьба вела его за руку. Он был частью этого испытания, словно главный герой древней драмы.

– Вы правы, – сказал он, – Я не знаю, как это произошло, но этот зал связан с чем-то важным. И если вы хотите знать, кто нас сюда привел, может, именно этот свет даст вам ответ.

Жрецы вновь переглянулись, словно обмениваясь невидимыми сигналами. Тот, что стоял в центре, сделал шаг вперед и, подняв руку, жестом показал остальным замолчать, словно дирижер, готовящийся начать симфонию. Он внимательно вглядывался в Виктора, пытаясь прочесть его мысли.

– Хорошо. Мы откроем этот свет, – произнес он с каким-то странным интересом в голосе, – Но если ты лжешь, смертный, ты за это заплатишь, словно за грехи свои.

С этими словами все шесть жрецов, словно ведомые незримой рукой, оставили свои шесты и синхронно двинулись к столу. Их движения напоминали древний ритуал, исполняемый марионетками, чьи нити дергал невидимый кукловод. Каждый коснулся ускользающего луча, ведущего к кнопке, словно пытаясь поймать ускользающую искру божественного огня. И в тот миг, когда их руки сомкнулись на свете, комната задрожала, словно живое существо, пробуждающееся от вековой спячки. Стены вспыхнули ослепительным сиянием, словно звезды сошли с небес, а воздух наполнился потусторонними вибрациями – эхом забытых заклинаний, пульсирующих в ткани мироздания.

Виктор почувствовал, как пол уходит из-под ног, словно начинается сокрушительное землетрясение. Он ощущал, что происходящее – не просто пробуждение древней магии, а распахнутая дверь в иные измерения. Это было пробуждение целой эпохи, целого порядка, словно титан, спавший тысячелетия, разгибал свои могучие плечи. И он, Виктор, стал той искрой, что разожгла этот немыслимый костер.

– Это… не совсем то, что я ожидал, – прошептал один из жрецов, его лицо исказилось от потрясения, словно он узрел нечто за гранью человеческого понимания.

– Кажется, мы здесь не одни, – пробормотал другой, его взгляд метался по залу, словно выискивая призраков в сгущающейся тьме.

И в этот миг кнопка на столе вспыхнула пульсирующим зеленым светом, словно портал в неизведанное, разверзающийся прямо перед ними. В воздухе возникли разломы, словно трещины в самой ткани реальности, и из них начали исторгаться невообразимые существа – не то древние боги, не то забытые обитатели этого зала, сотканные из звездной пыли и теней.

Но прежде чем Виктор успел осознать происходящее, из пространственного разлома шагнул тот самый человек, которого он видел в своих видениях, в момент, когда переступал порог бара. Тот, кто казался не просто смертным, а воплощением силы, способной повелевать временем и пространством.

Он вышел из клубящейся тьмы и устремил взгляд на Виктора.

– Готов ли ты постичь свою истинную сущность? – вопросил он, и голос его, словно раскат грома, прокатился по залу, дробясь об углы тенями эха.

Виктор ощущал, как сама судьба застыла в ожидании, предвкушая выбор, который станет его крестом или знаменем.

В этот миг, словно воплощение ночного кошмара, в комнату ворвался воин в черных доспехах, излучающий неземной, ослепительный свет. Высокий, как древний дуб, могучий, как горный хребет, он вошел, не произнеся ни слова, лишь пламя решимости горело в его глазах. Он замер в центре, приковывая к себе взгляды, словно магнит притягивает железо.

Жрецы, ведомые невидимым дирижером, зашептали в унисон: – Это ты… Нуллун.

Человек в доспехах, нареченный Нуллуном, молчал, прожигая Виктора взглядом, полным суровой правды. Затем его взгляд скользнул к фигуре, возникшей из тени. Плечи воина напряглись, и воздух вокруг него наэлектризовался, словно перед грозой.

– Да, это я. Но Нуллуна больше нет. Я – Дер, и я намерен исправить содеянное.

Загадочный человек, доселе скрывавшийся в тени, усмехнулся, словно услышал старую шутку:

– О, Нуллун… Ты предсказуем, как восход солнца. Неужели ты всерьез полагаешь, что способен меня остановить?

Не дав ему договорить, Дер молниеносно вскинул руку, и из его ладони вырвался сгусток ослепительной энергии. Свет, закручиваясь в тугую спираль, словно живой, обрушился на того, кто пытался дирижировать этим хаосом. Это была не просто мощь – это была ярость, решимость, древняя магия, готовая вырваться на свободу, сметая все на своем пути.

– Я больше не позволю тебе осквернять мир своей темной волей, – произнес Дер голосом, в котором звенел мороз и сталь. Его слова эхом разнеслись по залу, и сама реальность, казалось, сжалась под бременем его присутствия.

Тот, кто вышел из тени, даже не успел уклониться. Он попытался отскочить, но было поздно. Энергия Дера настигла его, обрушив сокрушительный удар, и темная сущность противника взмыла в воздух, распадаясь на частицы, словно дым, растворяясь в лучах света.

Жрецы в ужасе отшатнулись, потрясенные неожиданным поворотом событий. В их глазах плескалось смятение, а кто-то застыл в оцепенении, словно превратился в статую.

Виктор наблюдал за происходящим, раздираемый сомнениями. Кому верить? Нуллуну? Деру? Тому, кого он только что уничтожил? Он чувствовал, что все это – лишь часть чего-то большего, чего-то непостижимого, и теперь ему предстоит сделать выбор, который определит его дальнейшую судьбу.

Дер повернулся к Виктору и окинул его холодным, проницательным взглядом, словно оценивая каждое движение, каждую мысль. В его глазах читалась не только сила, но и глубокая, вселенская усталость, словно он вел бесконечную войну, не знающую конца.

– Вы, древние жрецы, мнящие себя властителями культа, всегда вмешиваетесь в судьбы простых смертных. Но спросили ли вы их, хотят ли они подчиняться вашей темной воле? – произнес он сдержанно, но в каждом слове звучала сталь. – Поймите же, последствия ваших деяний будут поистине ужасающими. Вы полагаете, что это лишь борьба за власть? О нет. Это нечто большее, чем вы можете себе представить.

Жрецы стояли в полном молчании, их взгляды, полные страха и ненависти, были прикованы к Деру и его могучей ауре. Некоторые начали отступать, чувствуя исходящую от него силу, способную перевернуть мир.

– Виктор, ты нужен им. Они не просто бросили тебя в эту темницу. Я хотел рассказать тебе все раньше, но тогда я бы не смог добиться встречи с ними. Я не стану навязывать тебе свою правду. Ты сам решишь, как поступить. Но помни: ты – участник игры, где ставки непомерно высоки, чтобы оставаться сторонним наблюдателем.

Его слова звучали как пророчество, словно тени грядущего уже начали сгущаться, закрывая пути, и Виктору предстояло пройти через испытания, требующие не только силы, но и мудрости.

Тот, кто был уничтожен светом, исчез, оставив после себя лишь пустоту, но Дер знал – он вернется. Просто так его не остановить. Жрецы одновременно ударили посохами о пол, готовясь к битве. В воздухе повисло напряжение, предвещающее бурю.

Сердце Виктора забилось быстрее. Он понимал, что теперь, когда Дер заговорил, он не может просто уйти. Его выбор будет иметь огромное значение. Но о каком выборе шла речь?

– Что стоишь? Действуй! Нам нужно уничтожить их, пока сюда не явились их приспешники!

Виктор выпрямился, его мысли метались, словно стая испуганных птиц. Он не мог допустить, чтобы все рухнуло. Времени на раздумья не оставалось, и внутренний голос вопил: действуй сейчас, пока есть шанс!

– Дер… – произнес он, пытаясь собрать остатки уверенности. – Ты говоришь, что я должен выбрать, но это не просто выбор. Это выбор между жизнью и смертью, между светом и тьмой. Ты видишь, что происходит? Эти жрецы… эти существа…

– Решай, что ты хочешь, но знай: они не просто игроки в этой игре. Они – ее вершители. Если мы не уничтожим их сейчас, они уничтожат нас!

Дер молча наблюдал, его глаза оставались холодными, но в них промелькнуло что-то неуловимое – признание.

– Ты прав, – произнес он тихо, но решительно. – У нас нет времени на сомнения. Если мы не разрушим этот культ, эти темные силы, они не просто вернутся. Они поглотят этот мир.

Жрецы замерли, их взгляды были напряжены. Они продолжали шептать заклинания, пытаясь вернуть себе контроль, но силы, исходящие от Дера и Виктора, лишали их этой возможности. Стены содрогались, а воздух наполнился электрическим напряжением.

Виктор чувствовал, как его собственная энергия сливается с этим местом. Он знал, что действовать нужно решительно. Он взглянул на кнопку, ее свет пульсировал, словно маяк в этом зале, и понимал, что ее активация – единственный выход.

Он шагнул вперед и протянул руку к кнопке. Но в этот момент один из жрецов слабо улыбнулся и произнес:

– Ты не понимаешь… Если ты нажмешь на эту кнопку, ты откроешь врата, которые приведут к катастрофе. Это не просто ключ к разгадке – это дверь в неизведанное, и ты можешь не вернуться оттуда. Ты станешь частью этой тьмы.

Виктор не знал, какая сила скрывается за этой кнопкой, но он знал одно: он не мог стоять в стороне. Все, что он пережил в этой комнате, все напряжение и предательство – не могло быть случайностью. Он был частью чего-то большего, и его место здесь – не случайно.

Он посмотрел на Дера, его решимость граничила с безумием.

– Мы должны идти до конца, – сказал Виктор, повернувшись к нему. – Иначе все будет потеряно.

Дер кивнул, и его рука тоже потянулась к кнопке.

В тот же миг свет взорвался, и перед ними открылись врата…

Шаг в прошлое

Свет был тем же, что и в тот миг, когда судьба привела его к старику. Виктор глубоко вдохнул и шагнул в портал. Взрыв света озарил всё вокруг, пространство искривилось, словно повинуясь неведомой силе. Виктор ощутил, как почва уходит из-под ног, а воздух становится густым и вязким, словно туманная дымка. Закрыв глаза, он открыл их в совершенно ином мире.

Перед ними раскинулся зачарованный лес. Вековые деревья, чьи корни-исполины сплетались, словно живые существа, образовывали невидимые лабиринты ветвей. Листья искрились, покрытые тончайшим слоем серебра, а воздух был напоен дивным ароматом цветов, неведомых в его мире. Казалось, каждый шаг здесь способен изменить саму ткань реальности.

– Где мы? О чём ты думал, когда ступил сюда?

– Я думал о начале своего пути, – ответил Виктор, оглядываясь и сжимая кулаки. Он нутром чувствовал, что здесь нет случайных троп, что каждое дерево, каждый шорох – часть этого зачарованного и смертельно опасного места. Он уже бывал здесь, но словно в далёком сне. Напряжение повисло в воздухе, словно древние силы внимательно следили за каждым их движением.

– Мы должны найти выход, – произнёс он, зная, что лес не отпустит их так просто. Лишь немногим было дано управлять им.

Дер кивнул, но взгляд его оставался холодным и настороженным.

– Лес не примет нас просто так, – ответил он. – Здесь всё зависит от нашей готовности к тому, что нас ждёт. Он откликается на наши мысли и желания. Каждый шаг может стать ловушкой, а каждый взгляд – проклятием.

Внезапно из лесной чащи донёсся странный звук, похожий на шелест тысяч крыльев. Из-под переплетённых корней огромного дерева возникло нечто, похожее на полупрозрачную фигуру с множеством глаз. Оно приближалось, словно оценивая их.

– Что это? – спросил Виктор, но Дер уже приготовился к нападению.

– Это страж леса. Он наблюдает за всеми, кто ступает на его землю, – объяснил Дер, положив руку на рукоять меча. – Мы должны быть готовы к любым испытаниям.

Страж остановился в нескольких метрах от них, не двигаясь, но его многочисленные глаза пристально изучали Виктора и Дера.

– Вас не звали сюда, кто вы? – произнёс страж голосом, мягким, но вместе с тем полным угрозы. – Вы нарушили законы леса. Теперь вы должны пройти испытание, иначе станете его частью.

Виктор почувствовал, как по спине пробежал холодок. В этом месте каждый выбор имеет свою цену. Он посмотрел на Дера.

– Что нам нужно сделать? «Ты же у нас, как оказалось, великий маг», – спросил он.

Дер стоял неподвижно, не сводя глаз со стража.

– Мы должны ответить на вопросы, – тихо сказал он. – Иначе лес нас не отпустит.

Страж поднял одну из своих многочисленных рук и указал на Виктора.

– Ты, смертный, будешь первым. Ответь: что важнее – сила или мудрость? Ты можешь выбрать лишь одно, и твой выбор определит твой дальнейший путь.

Сердце Виктора бешено заколотилось. Он стоял перед неизведанным, перед решением, которое могло изменить его судьбу. На кону была не только его жизнь, но и судьба всего, что ему дорого.

Он глубоко вздохнул и посмотрел в глаза стражу.

– Мудрость, – ответил он. – Сила без мудрости – это разрушение. Мудрость – это ключ к пониманию того, как использовать силу во благо.

Страж кивнул, его глаза сверкнули, и он отступил в тень деревьев, исчезая. Лес тихо вздохнул, и воздух стал менее напряжённым.

«– Ты выбрал мудрость», – произнёс Дер, бросив взгляд на Виктора. – Но помни, лес не прощает необдуманных решений. Твой выбор будет преследовать тебя до конца пути.

И вот, как только страж исчез, лес вновь наполнился таинственным шёпотом. Виктор знал, что они лишь в начале пути, и испытания, которые их ждут, будут куда сложнее первого вопроса.

После исчезновения стража леса туман начал рассеиваться, являя перед ними лес в истинном обличье. Виктор чувствовал, как всё вокруг становится более ясным и осязаемым, хотя напряжение по-прежнему давило на плечи.

«– Мы продвигаемся вглубь», – сказал Дер, его взгляд оставался напряжённым, но теперь в нём читалась решимость. – Лес будет испытывать нас на каждом шагу. Он будет расставлять ловушки, играть на наших слабостях, создавать иллюзии, заставлять нас сомневаться в себе.

Виктор кивнул, ощущая холодок вдоль позвоночника. Он пытался сосредоточиться, несмотря на странные ощущения и нереальность происходящего. Шаги его становились увереннее, а взгляд – внимательнее.

– Ты говорил, что я нужен в их игре, – продолжил Виктор, не отрывая взгляда от тёмных и загадочных деревьев. – Но что ты имел в виду, когда сказал, что мне предстоит выбор? Я не могу просто идти с вами, не понимая, кто я на самом деле.

Дер обернулся, и в его глазах промелькнуло нечто большее, чем просто холод. Казалось, он скрывает слишком многое.

– Это часть твоего пути, Виктор. Ты не просто человек, ты носитель силы, о которой жрецы мечтали всю свою жизнь. Ты связан с этим миром больше, чем они могут себе представить. Ты – ключ. Но ты должен сам осознать, что ты не просто странник. Ты – катализатор всего, что происходило до этого.

Сердце Виктора забилось быстрее. Он не понимал смысла этих слов, но чувствовал, что в них есть доля правды.

– Жрецы… – произнёс он. – Они ведь что-то знают. Почему они так удивились, когда увидели тебя, Дер? Почему они боялись тебя?

Дер остановился, его лицо стало непроницаемым, словно каменная маска. Он посмотрел в сторону, где сквозь листву пробивался тусклый свет.

«– Я был одним из них», – произнёс он наконец. – Когда-то давно. Мои силы были настолько велики, что они начали меня бояться. Я предсказал их падение, и они попытались уничтожить меня, чтобы не потерять власть. Но я выжил. И теперь я здесь, чтобы закончить начатое.

Виктор бросил взгляд на Дера, пытаясь осмыслить его слова. Связь Дера со жрецами была очевидна, но теперь она приобретала личный характер.

– Ты был одним из них? – спросил Виктор. – И они всё это время думали, что ты мёртв?

Дер кивнул, его глаза погрузились во тьму, словно он заново переживал те события.

– Моё исчезновение, смерть, заточение – всё это было лишь иллюзией, частью плана, чтобы они забыли обо мне. Я вернулся, чтобы уничтожить их власть, разорвать этот круг. Но теперь… теперь появился ты. И это меняет всё.

Виктор попытался осознать происходящее. Ставки в этой игре были непомерно высоки. И Дер теперь был чем-то большим, чем просто союзником. Он стал частью его судьбы. Как и судьба этих жрецов зависела от того, кто он есть.

Внезапно лес перед ними затрясся, и с деревьев посыпались сухие ветви, словно что-то гигантское двигалось в их направлении.

– Они пришли, – прошептал Дер. – Нам не успеть уйти. Нужно готовиться.

Из тени вырвались гигантские полупрозрачные существа, напоминающие древних лесных богов. Их тела состояли из переплетённых ветвей и корней, а глаза горели зловещим красным светом.

– Они не будут ждать, – сказал Дер, его голос стал решительным. – Мы должны прорваться сквозь них.

Виктор почувствовал, как сила нарастает в его теле. Его связь с лесом, с древним миром, проявлялась теперь не только в мыслях. Он был частью всего этого.

– Я готов, – произнёс Виктор, готовясь к бою.

Дер посмотрел на него со сложным выражением, но, не сказав ни слова, бросился в атаку. Они должны были пройти через этих стражей, чтобы узнать, что их ждёт дальше. И Виктор знал, что его выбор определит не только его судьбу, но и судьбу всего мира.

Лес зашевелился, словно ожил, и стражи из ветвей и корней начали наступление. Виктор чувствовал магию этого места, насыщающую воздух энергией и невообразимой мощью. Это было не просто место, а живой организм, откликающийся на каждое движение, на каждое слово.

Дер, не теряя времени, вцепился в один из древних стволов, и из его ладоней вырвался яркий свет, струящийся по телу огненной энергией. Он шёл вперёд, словно не замечая гигантских существ, поднимающихся из земли. Его движения были быстрыми и точными, словно он знал, как разрушить их.

Виктор почувствовал, как энергия леса проникает в его тело, заполняя его до краёв. Он поднял руки, пытаясь ощутить её. Его ладони затрепетали от силы, исходящей от земли и деревьев. Он выпустил поток энергии и направил его на одного из стражей.

Страж пошатнулся от удара, но не исчез. Он лишь изогнулся и вернулся на место, став ещё более могущественным.

– Виктор, не просто стреляй! Наполни это место своей энергией, используй его силу! – крикнул Дер, сражаясь с другим стражем.

Виктор сосредоточился. Он чувствовал, как вся природа откликается на его желания, словно каждый лист, каждая ветка уже знали о его намерениях. Он направил поток энергии в землю, и деревья начали издавать громкий треск, словно сами корни работали вместе с ним. Лес откликнулся. Стражи стали отступать, а некоторые из них начали разрушаться, распадаясь на части.

Дер повернулся к Виктору, его лицо было спокойным и уверенным, словно он почувствовал, что Виктор наконец осознал свою силу.

– Ты справляешься, – сказал Дер, продолжая уничтожать лесных стражей одного за другим. – Теперь твоя сила – это не только твой выбор. Это сила этого мира, сила, которая давно ждала своего хозяина.

Виктор кивнул. Он не просто сражался, он чувствовал, как сила леса сливается с ним. В каждом движении, в каждом порыве мысли он ощущал, как меняется реальность, как сама природа подчиняется его воле.

Но ещё до того, как они смогли сломить сопротивление последних стражей, произошло нечто дивное. На горизонте вспыхнул свет, неведомый доселе. Он был не просто ярким, а лучезарным, согревающим душу, словно рожденным в самом сердце заповедного леса. Завороженные стражи прекратили свои яростные атаки и начали нехотя отступать, будто невидимая сила сдержала их натиск.

– Это не просто лес, – прошептал Дер, чувствуя, как изменяется сама ткань мироздания вокруг. – Это древняя сила. Она пробуждается.

И словно в ответ на его слова, из-за пелены света, там, где секунду назад была лишь пустота, проступили фигуры. Это были не лесные стражи, а древние существа, сотканные из магии и ускользающие от взгляда. Их тела казались почти неосязаемыми, размытыми, но их присутствие ощущалось на уровне подсознания, проникая в самую душу.

Они не произносили ни слова, но каждый их взгляд, каждая игра теней у их ног говорили о многом. Виктор понял: это не просто защитники леса. Это были старшие стражи, существа, стоящие на границе миров, хранители первозданной магии.

Дер затаил дыхание, его взгляд стал серьезным и сосредоточенным.

– Эти силы способны перевернуть ход истории, Виктор. Мы должны быть предельно осторожны. Они никому не подчиняются, и их решения неподвластны простым смертным.

Виктор осознал, что теперь их борьба ведется не только с лесными духами. Они столкнулись с самой сутью этого мира, с силами, которые могли как даровать им победу, так и обратить все сущее в прах.

Одно было ясно – их путешествие только начиналось.

Свет, исходящий от древних существ, становился всё ярче, и казалось, что сама магия творит пространство вокруг них. Из густой тени, словно призрак из прошлого, выступил старец. Его фигура была полупрозрачной, едва различимой в лесном мареве, но от него веяло неземным величием. Время оставило глубокие следы на его лице, его длинная седая борода казалась застывшей во времени, как камень, а глаза горели мудростью веков. Одеяние его было соткано из коры древних деревьев и лесных трав, словно сам лес стал его плотью и кровью. За его спиной, с тихим шелестом листьев, появилась женщина, стройная и изящная, излучающая силу и неземную грацию. В её глазах пылал яркий изумрудный огонь, а её присутствие наполняло воздух ощущением дикой, необузданной энергии.

Они были похожи на древних хранителей леса, на тех, кто стоит на страже между мирами, оберегая хрупкое равновесие. Безмолвные, но исполненные воли и могущества.

Постепенно фигуры становились всё отчетливее, и стало ясно: перед ними старик и юная дева, прекрасная, словно лесная фея.

Старику не нужно было слов, чтобы все поняли: он – владыка этого леса, а женщина, стоящая рядом, казалась ему равной.

Дер замер и, не произнеся ни звука, склонился в низком поклоне. Его лицо омрачилось, но в глазах не было ни тени страха. Он бросил взгляд на Виктора и едва заметно кивнул, словно уверяя, что всё под контролем.

Виктор стоял рядом, потрясенный увиденным. Он был уверен, что лес враждебен, что всё, с чем они столкнулись до этого момента, – лишь малая часть грозящей им опасности. Но эти двое… Это были не просто существа. Это были те, кто стоял за всем, кто знал и его, и Дера.

– Нуллун… – старик произнес это имя тихо, с оттенком сожаления, но в то же время с уважением. – Мы не ожидали, что ты вернешься сюда.

Дер слабо улыбнулся, но в его улыбке сквозила усталость.

– Я тоже не думал, что мне когда-нибудь придется переступить эту черту, – произнес он, и в его голосе слышалась горечь. – Но выбор сделан, и теперь я не Нуллун, я Дер.

– Ты всегда был и останешься Нуллуном, как бы ты ни пытался убежать от этого, – ответил старик. – Новое имя – лишь оболочка, она как пыль, развеется и улетит. Так что оставь тщетные попытки спрятаться, верни себе свое истинное имя и будь тем, кем ты должен быть. Главное – не то, как тебя зовут, а то, что у тебя внутри. И пока мы здесь, я прошу всех называть тебя как прежде – Нуллун.

Женщина рядом с ним мягко улыбнулась, ее глаза по-прежнему горели ярким светом.

– Все мы когда-то были частью этого мира, – промолвила она. – Ты, Нуллун, всегда был частью леса, частью нас. И Виктор… Он пришел сюда не случайно. И это очень важно. Мы не можем позволить вам продолжать эту битву прямо сейчас. Вы оба еще не готовы. Вы оба здесь не просто так.

Виктор в растерянности переводил взгляд с одного древнего существа на другого, пытаясь понять смысл происходящего. Он не мог взять в толк, откуда эти загадочные создания знают Дера, и почему тот, кто, казалось бы, должен быть врагом леса, так хорошо знаком с ними.

– Вы… знаете его? – спросил Виктор, в его голосе звучало недоумение.

Старик повернулся к нему, его глаза светились мудростью и теплом.

– Мы знаем, – ответил он. – Он был нашим союзником давным-давно. Он был здесь, когда мы еще не стали теми, кто мы есть сейчас. Нуллун, ты был одним из нас, но мир изменился. Мы все изменились. Ты изменился.

Нуллун помолчал немного, а затем тихо произнес:

– Когда-то я был частью вашего мира. Но сейчас я лишь тень, пытающаяся вернуть то, что мы потеряли. Но Виктор – это будущее. Он может помочь восстановить баланс.

Женщина слегка покачала головой, словно предостерегая его.

– Мы знаем, что ты чувствуешь, Нуллун. Но сейчас не время для старых распрей. Нам нужно понять, что здесь происходит. Виктор, твое появление в этом лесу не случайно. Ты ключ к будущему. Тебе предстоит узнать, что происходит с этим миром, и как вернуть его к жизни.

– Чего вы хотите от меня? – спросил Виктор, чувствуя, как бешено колотится его сердце. – Почему именно я? Я всего лишь человек!

Старик подошел к Виктору, и его взгляд был одновременно проницательным и полным сочувствия.

– Ты не просто человек. Ты не можешь понять этого сейчас, но ты был избран. И этот лес, и этот мир – все это связано с тобой. Ты – часть древней магии, часть того, что сейчас пробуждается. Мы не можем объяснить все сразу, но ты должен понять одно: ты не одинок. У нас есть время, чтобы все обсудить в спокойной обстановке.

Женщина кивнула и подняла руку. Вокруг них разлился мягкий свет, похожий на туман, который начал сгущаться и двигаться, образуя перед ними тропу, уходящую вглубь леса.

«– Я предлагаю пройти к нам домой», – произнесла она. – Там мы сможем поговорить обо всем.

Нуллун кивнул и, посмотрев на Виктора, сказал:

– Пойдем. Вам есть что обсудить.

Виктор почувствовал, как его мысли путаются. Он не знал, чего ему ожидать, но теперь он понимал, что не может просто уйти. Все происходящее становилось частью его судьбы, и он знал, что его место здесь.

Они двинулись в путь, и лес, словно раскрывая свои тайны, повел их вглубь, туда, где таились ответы на вопросы, мучившие Виктора.

Оставив в доме Старика и юную колдунью. Виктор с дером вышли на крыльцо и присев Виктор произнес.

Слушай, Дер… или, теперь уже Нуллун? К черту церемонии. Сорвем же наконец эту лицемерную завесу. Пришло время взглянуть правде в глаза. Откройся, поведай мне: кто ты, черт возьми, такой на самом деле? Кто ты на самом деле и кто прячется под маской Дера? И что за дьявольщина произошла в кабаке?

– Что ж, это будет долгая история.

– У меня впереди целая вечность, и ни капли спешки. начинай, я весь внимание.

– Ну тогда слушай.

Забытое прошлое.

Неопределённость и неизвестность завтрашнего дня пугала. Что делать как быть куда пойти и что предпринять. Столько лет на одном месте и вот завтра всё, все накопленные привычки рухнут, а всё что делал, о чем мечтал, что планировал оборвалось, оборвалась та суть ради которой жил и существовал.

Огромная, сияющая вывеска компании жгла глаза, и в памяти всплыла картина: юный, робеющий, он переступает порог, полный надежд и трепета. Вспоминается волна счастья, дрожь восторга от слов: «Поздравляем, вы приняты!» А потом – годы труда, поглощения новых знаний, наставления о ценностях, о взаимной поддержке, о сплоченности… Лицемерная ложь, набор пустых звуков, предназначенных для новобранцев, чтобы те работали и приносили прибыль.

И вот эта магия слов развеялась, как дым. Он слышал, видел, как уходили другие, жаловались на несправедливость, но никогда не думал, что чаша сия не минует и его. «Беги, – говорили ему. – Ты достоин лучшего. Найди тихую гавань, займись семьей, детьми. Они будут использовать тебя, пока ты им нужен, а потом выбросят, как отработанный материал, заменив более молодым и агрессивным». Он не верил. Он верил компании. День за днем, неделю за неделей, год за годом, он работал, отдавая всего себя, убеждая себя, что он – не такой, как все, что он – лучше, что он – пример для подражания, незаменимый специалист, кладезь знаний и опыта.

И вот теперь его место займет другой – юный, энергичный, с горящими глазами, верящий в сказку о большой команде и общем важном деле. Парадокс, горькая ирония судьбы! Всего неделю назад ему вручали грамоту, значок за верность компании, а один из топ-менеджеров подарил книгу с трогательной надписью о преданности и вере. Ему жали руки, фотографировались с ним на память. А вчера пришло письмо: «Благодарим за вклад в развитие компании. В ваших услугах больше не нуждаемся. Ваш последний рабочий день – завтра. Просьба сдать дела по обходному листу».

Сегодня, проходя по коридору, те, кто вчера восхищался им, отводят взгляд. В кабинетах его имя – под запретом. Обсуждение его ухода – дурной тон. Даже те, кого он считал друзьями, отворачиваются, боясь попасть в немилость к новому начальству.

Лишь старый охранник на проходной, забирая пропуск, произнес: «Счастливого пути. Надеюсь, удача вам еще улыбнется, и вы обретете себя. Не переживайте, не держите зла. Все, что ни делается – к лучшему. Посмотрите на это с другой стороны: вы еще не старик, но уже и не юнец. А значит, можете начать что-то новое. Примите это как бесценный опыт и используйте его себе во благо. Радуйтесь, что уходите сейчас, а не тогда, когда вас бы выкинули обманом, в возрасте, когда вы уже ни на что не способны. И еще… выбросьте весь этот груз, отпустите все, как будто этого и не было. Просто примите это как данность, посмотрите на мир по-другому. Вы проснулись живым и здоровым. У вас есть что поесть, вы обуты и одеты. У вас есть дом, куда можно вернуться. А дома вас ждут родные и близкие. И любят они вас не за деньги и материальные блага, а за то, что вы просто есть, за то, что вы им дороги просто так, без всякой корысти».

– Спасибо за добрые слова, счастливо оставаться, – бросил Нулун и направился к дому.

За проходной его настигла мысль, словно запоздалый укол совести: как же зовут этого охранника? Что за человек скрывается за привычным "здравствуйте"? Кем он был до этой работы, как жил, о чем мечтал? Имя так и не всплывало в памяти. Вот так и живем, каждый день скользим мимо, обмениваемся дежурными фразами, а заглянуть в душу едва знакомого – непозволительная роскошь. Кроме "охранник с проходной" – в голове пустота. Неужели и обо мне забудут так же быстро? Кем я стану в их воспоминаниях? Пустым пятном? Бесплотной тенью? Нет, хватит терзать себя. Прошлое – перевернутая страница. Нужно жить настоящим. Сейчас. Только сейчас. Отбросив привычный маршрут, он свернул в парк. Полуденное солнце лениво пробивалось сквозь листву. Редкие прохожие: одинокие старики, увлеченно читающие что-то на скамейках, да смеющиеся, словно искры, молодые пары. Дома, вызвав лифт, Нулун поднялся на свой этаж, забросил в кладовку рабочие вещи и, не раздеваясь, упал на диван, погружаясь в тишину.

Дома его никто не ждал. Жена с детьми упорхнула на экзотический курорт где-то в галактике Стрельца. "Тур невероятно выгодный, с огромной скидкой!" – убеждала она. Нулун пытался отговорить, предчувствуя беду: рядом с курортной зоной неспокойно, идет военная операция по усмирению террористических кланов. Но жена, как всегда, была непреклонна. Никогда не слушала его советов, а потом, когда что-то шло не так, сетовала: "Надо было тебя послушать! Зачем я опять ввязалась в эту авантюру?" И вот, не послушав его, она умчалась с детьми навстречу приключениям, бросив напоследок: "Ты только о своей работе и думаешь! Мог бы взять отпуск и провести время с нами!" А теперь, лишившись работы, он остался один в пустой квартире. Нажав кнопку интеркома, он активировал видеопоток. На экране возник мужчина в строгом костюме, с настойчивым призывом вступить в ряды космоборцев. "Ты и только ты можешь сейчас спасти галактику! Вместе мы одолеем врага и добьемся победы!" Не дослушав, Нулун переключил канал, тщетно надеясь найти что-то, что зацепит взгляд. "Надо позвонить жене, – подумал он, – чтобы не сильно тратилась". С другой стороны, накопленных средств хватит на какое-то время. Может, старик на проходной был прав, и нужно больше времени проводить с семьей? А что, если сделать ей сюрприз? Взять билет и, не сказав ни слова, прилететь на планету, чтобы провести остаток отпуска вместе? Нажав кнопку, Нулун вызвал интерактивного помощника.

– Чем могу помочь? – прозвучал из динамиков приятный, обволакивающий женский голос.

– Мне нужен билет до планеты Рассвет в галактике Стрельца с проживанием в отеле "Спокойный", и вылет сегодня же.

– На указанную дату вылетов нет, и отель не предоставляет бронь номеров.

– Посмотри билеты с вылетом на завтра.

– На указанную дату вылетов и свободных мест нет.

– Тогда ближайшее свободное место и время вылета, пожалуйста.

– На сегодня свободных мест и времени вылета нет.

– Посмотри ближайший возможный вылет без отеля.

– В галактику Стрельца, по распоряжению правительства, продажа билетов приостановлена.

– Почему?

– В связи с расширением зоны Специальной Военной Операции, территория галактики закрыта для посещения гражданскими лицами.

– Включи последние новости из галактики Стрельца.

– По вашему запросу найдено: последние новости из галактики Стрельца. Воспроизвести?

– Да.

Картина, висевшая напротив, сменилась изображением. На экране возникла сцена напряжённых дебатов: несколько человек в строгих деловых костюмах яростно спорили.

– Это удар! Даже не удар, а пощёчина нашему правительству! Мы столько лет вкладывались в этот режим, поддерживали его, помогали всем, чем только могли!

– Согласен с господином Лю. Мы ещё полгода назад предупреждали о возможных провокациях, о том, что так называемые "партнёры" могут ударить в спину. И что мы видим? Вся территория галактики занята, наши базы в окружении, дружественное нам правительство бежало… и, кроме того, там на отдыхе множество наших граждан! Скажите мне, кто-нибудь что-то предпринимает, чтобы их вызволить?

– Господа, господа, не стоит нагнетать! Наши войска не находятся ни в каком окружении. В данный момент происходит техническая рекогносцировка и перемещение войск с временных баз к месту постоянной дислокации. Наши консульские учреждения оказывают всю необходимую помощь. Но, в связи с тем, что на сегодняшний день в галактике не сформировано новое правительство и власть разрозненна, чтобы не провоцировать глобальный конфликт, мы приняли решение воздержаться от принятия радикальных мер.

– То есть, вы хотите сказать, что вам базы дороже, чем жизни собственных граждан?

– Нет, я этого не говорил. Я сказал, что мы предпринимаем все необходимые меры для того, чтобы сохранить жизни наших граждан и обеспечить максимальную безопасность.

– Стоп! Выведи, что сейчас происходит в галактике Стрельца.

"В данный момент, по сообщению информационного агентства "Звезда" в галактике Стрельца сложная ситуация из-за падения режима династии Хсен. Повстанческие подразделения, при поддержке Галактического Совета, взяли под контроль все правительственные инструменты власти. Въезд и выезд в галактику закрыт до момента формирования временного правительства."

– Найди ситуацию в отеле "Спокойный".

– Официальной информации нет. Найдено несколько записей, сделанных постояльцами. Воспроизвести?

– Да.

Экран снова ожил, и взору предстала ужасающая картина: множество разъярённых повстанцев врываются на территорию отеля, расстреливая охрану, избивая и утаскивая в неизвестном направлении постояльцев. Крики, выстрелы, хаос…

– Выключись!

– Желаете ещё что-то посмотреть? Могу предложить подборку программ по данной тематике.

– Нееееет! Просто заткнись! Выключись!

Экран погас, оставив после себя лишь звенящую тишину.

На глазах проступили слезы, мир поплыл и Нулун шатаясь пошел в сторону кухни, по пути задевая предметы и роняя их на пол. На кухне достав бутылку Водки сел, облокотившись на дверь холодильника и одним движением сняв крышку влил в себя все содержимое, хотелось поскорее напиться забыться не чувствовать раздирающую из внутри боль. Хотелось, чтобы голоса перестали кричать, хотелось забыться и погрузиться в абсолютную тишину, но выпитая бутылка не принесла ожидаемого результата голоса и последние темы разговора наоборот всплывали в все в более точных деталях он как будто наяву переживал и переживал этот момент заново, супруга обвиняла его что он мало уделяет времени семье, сын уговаривал поехать вместе говоря как это будет круто и на слова что он обязательно поедет с ними но потом, а сейчас ему нужно срочно ехать на работу потому что там очень важные переговоры и от исхода этих переговоров зависит очень много, Он как наяву снова слышал обиду в голосе сына его резкий выпад о том что он его не любит что ему работа важнее общения, супруга также подливала масла в огонь обвиняя его во всем, говоря что у него нет хребта и он не может не когда принять твердое решение оставить на время работу и оставив свою работу побыть хоть какое то время с семьей. Голоса кружились и кружились было ощущение что кто-то поставил запись на повтор, для того что бы заглушить голоса он достал еще бутылку и начал пить, он пил и пил до тех пор, пока сознание не отключилось.

– В общем эта теория очень интересна она объединяет в себя и другие теории, но в данной работе Тегмарк предлагает четырехуровневую классификацию миров:

1-й уровень – области, которые находятся в этой вселенной, но из-за постоянного расширения пространства после Большого взрыва удаляются от нашей части мира настолько быстро, что абсолютно не влияют на нее. В них действуют привычные физические законы, но с другими первоначальными условиями.

2-й уровень – вселенные-«пузыри», которые возникают из-за того, что иногда пространство расширяется более интенсивно, будто происходит небольшой взрыв. Их можно сравнить с отверстиями в сыре при его созревании. Фундаментальные законы природы в этих мирах такие же, но физические константы и элементарные частицы иные.

3-й уровень – множественные квантовые состояния вселенной, о которых говорили Хокинг, Хартл и Шредингер. Вот они уже могут отображать альтернативные исходы событий. В них другие физические постоянные и элементарные частицы, но такие же законы природы.

4-й уровень – реальности с другими математическими структурами, которые, по версии Тегмарка, во всем отличаются от нашего мира.

– Где я что происходит, кто Вы. Что вы такое несете.

– Ну ты даешь приятель, пол часа назад сам меня спросил, что я так увлекательно читаю и просил рассказать, а теперь что решил по прикалываться надомной. Или может быть ты забздел и решил прикинуться дурачком, так я бы тебе этого не советовал, контракт ты уже подписал и теперь у тебя только один путь, путь воина в котором тебе предстоит выжить и даже если ты прикинешься совсем дебилом тебя не отпустят тебя просто переведут в передовой отряд штурмовиков и выбросив с звездолета отправят преодолевать блокировочные системы, так что я бы тебе посоветовал закрыть свой рот и не путать себя и других проспись лучше через час подлетаем.

– Куда подлетаем, где я?

– Ты что не понял, что я тебе сказал, так я могу и по-другому разъяснить, то что я читаю умные вещи и готов их обсуждать не значит, что я буду позволять какому-то малокососу надомной издеваться, послушай меня штурм тебе может показаться сказкой, а то что я могу сделать с тобой прямо сейчас ты даже и представить себе не можешь, ясно тебе сказал незнакомец приставляя остро заточенный нож к горлу.

– Да не хочу я не над кем издеваться я просто хочу понять где я, я еще кажется пять минут назад я был на своей кухне пил и вот я теперь не понятно где, и вы утверждаете, и всё это в моей голове не как не может уложиться, просто прошу сказать где я и куда мы летим. И обещаю, что после этого постараюсь вас больше вас тревожить.

–Ты или дибил или искусно притворяешься, мы на корабле частной военной компании «Эко», ты, как и все здесь заключил контракт с компанией на полгода, а летим мы туда куда наше славное государство по определенным причинам не может зайти официально, для того что бы помочь вернуть немного под жиревших и обнаглевших, но при это мне менее любимых граждан нашей федерации. И тебе в месте снами предстоит сделать все возможное и не возможное что бы их вернуть. На этом все и запомни или ты начнешь меня вести нормально и ли я, наклоняясь к уху прошептал незнакомец вырежу твое сердце и скормлю его местным падальшикам, чтобы больше не слышать нытья о потере памяти, ты меня понял.

– Более чем.

– Ну и славно, прощай, как там тебя, хотя лучше молчи не хочу больше тебя слушать.

Закончив разговор Нулун обернулся и в идеально от полированной перегородки увидел свое отражение, он был одет в боевую форму штурмовика на груди весел жетон, оглядевшись он увидел множество одетых, как и он, корабль слегка тряхнуло и не удержавшись он упал. В этот момент отварилась дверь и из кабины вышел старший офицер.

–И так господа штурмовики, десантники, аналитики и разведчики. Мы приближаемся к точке выхода. Первым десантируется отряд «14», за ним группа «Шторм», далее «Нова»

Отряд 14 приготовиться ваш выход через десять минут.