Валентина Мартысюк
Путешествие сквозь карму

Глава 1

За гранью отчаяния

Тишина в квартире давила на барабанные перепонки. Вероника сидела, поджав босые ноги на холодном паркете, и машинально сжимала в пальцах край растянутого свитера – того самого, который когда-то подарил Алексей.

«Почему?» – этот вопрос прожигал мозг, как раскалённая игла. «За что?» – щемило под рёбрами при каждом вдохе. «Чем я заслужила?» – пульсировало в висках в такт ударам сердца.

В зеркале напротив, если бы она осмелилась поднять глаза, отразилась бы незнакомая женщина с опухшими веками и спутанными волосами, похожими на гнездо испуганной птицы. В свои тридцать четыре года она выглядела на все сорок – морщинки горечи у рта, серые тени под глазами. Последние дни она избегала отражающих поверхностей, будто в них затаился не призрак прошлого, а нечто куда более страшное – её настоящее.

Мир вокруг словно выцвел. Кофе, который она автоматически варила каждое утро семь лет подряд, теперь казался горькой жижей. Даже солнечный свет, лениво ползущий по стене, выглядел грязно-жёлтым, как страницы старого романа, забытого на чердаке.

Она листала галерею в телефоне. Вот они в Венеции – Алексей целует её в макушку, а она смеётся, прикрываясь от ветра его шарфом. Вот новогоднее фото – оба в дурацких свитерах с оленями, бокалы с шампанским. «Лжец», – её палец щёлкнул по экрану, оставив жирный отпечаток.

«Как он мог со мной так поступить? Это несправедливо! За что?» – кричал её внутренний голос. Мозг судорожно искал ответы на эти вопросы, но тщетно.

Ещё вчера счастливая жизнь превратилась в ад. Они прожили с мужем 10 лет и ей казалось, что так будет всегда. А теперь она одна и никому не нужна…

Пальцы сами потянулись к окну. Рама подалась легко, впуская порыв ледяного воздуха. Где-то внизу, маячили огни машин. «Один шаг – и больше не будет боли», – прошептал внутренний голос.

Телефон выскользнул из дрожащих рук, упав на ковёр с глухим стуком. На экране застыла поисковая строка: «Как пережить измену?»

«Дело не в тебе!» – кричал заголовок первой статьи.

– Конечно, не во мне! – её голос сорвался на хриплый шёпот. – Это он…

Но даже ярость уже не приносила облегчения. Полгода терапии. Три вида антидепрессантов. Тонны книг по психологии. Всё это работало, как пластырь на пулевом ранении – держалось, но не спасало.

Пальцы лихорадочно листали страницы. История девушки с ником «Ласточка» всплыла неожиданно: «Во время сеанса у Мастера я увидела нашу прошлую жизнь. Муж был моим отцом, а я…»

– Бред, – Вероника закусила губу.

Но снимок «до и после» зацепил взгляд и пробудил надежду: на первой фотографии – заплаканная девушка с мёртвыми глазами, на второй – улыбающаяся женщина с букетом пионов.

Вероника была в таком отчаянии, что ничего не оставалось, как поверить во всю эту чушь с перерождениями, кармами и прочей ерундой. Она набрала номер, указанный в статье.

– Центр «Империя роста», Ангелина, слушаю вас! – в трубке звенел голос, будто его владелица только что съела ложку мёда.

– Ангелина, здравствуйте! Меня зовут Вероника. Нашла ваше объявление случайно и мне… к вашей «волшебнице», – Вероника сжала телефон так, что хрустнули пальцы.

– Случайности не случайны, – веселым голосом ответила девушка, не обращая внимание на яд в интонации Вероники, – вас сама Судьба привела!

«Какая глупость», – подумала Вероника, но она уже готова была на всё, лишь бы эти мучения закончились.

И вот, уже завтра в 10:00 она, скептик и реалист, пойдёт к «кармической целительнице».

Но это будет завтра, а пока – Вероника потянулась за вином, чтобы залить боль в груди и пережить эту ночь.

Встреча, которая изменит всё

Проснувшись от назойливого будильника, Вероника на мгновение забыла, куда собиралась. А вспомнив, начала сомневаться в том, что посещение какой-то колдуньи – верное решение. Но будучи человеком ответственным, она всё же убедила себя, что должна пойти. И дала себе обещание – попробовать всё, даже самое безумное.

Душ она приняла на автомате без особого желания, движения механические, будто тело жило отдельно от мыслей. Зубная паста показалась безвкусной, как и кофе, который она пила, глядя в окно на серое утро. Зеркало в прихожей отразило бледное лицо с синяками под глазами – следы бессонных ночей. И когда телефон оповестил о том, что такси подъехало, она натянула первое попавшееся пальто, и окинув себя осуждающим взглядом, вышла из дома.

В такси Веронику охватила паника. Пальцы нервно барабанили по сумке. "Может всё отменить?", – мелькнула мысль, но водитель уже сворачивал к нужному адресу. Здание с вывеской "Империя роста" выглядело неожиданно обыденно – никаких мистических атрибутов, просто стеклянные двери и современный дизайн.

«Ну я и дура» – прежде чем открыть дверь, подумала Вероника.

– Доброе утро! – поприветствовала девушка за стойкой регистрации. Её глаза светились радостью. Она казалась такой счастливой и беззаботной.

– Доброе утро! – натянув улыбку в ответ, поздоровалась Вероника, ей не верилось, что когда-то, и её глаза так же светились и она чувствовала себя самой счастливой женщиной на свете. Но уже год её спутниками стали приступы разочарования и гнева, сменяющиеся на состояния пустоты и апатии.

– Вас уже ждут! Проходите! – и девушка указала на дверь с табличкой «Софья Шумаева»

Когда Вероника переступила порог кабинета, она очень удивилась. Вместо ожидаемой атмосферы – темной комнаты, украшенной разные сушеными травами, горящих свечей, паутины во всех углах и свирепой тетки «волшебницы» в парчовом одеянии и конусной шляпе, сидящую за столом перед магическим шаром, она увидела уютное помещение, напоминающее классический кабинет психолога – светлые стены, современная мебель, книги по психологии на полках и красивую девушку лет тридцати пяти, с длинными каштановыми волосами, с добрым открытым взглядом, в простой блузке, чья улыбка почему-то не казалась наигранной.

Девушка встала из кресла и очень доверительным голосом сказала:

– Здравствуйте, меня зовут Соня! И я буду сегодня вашим проводником! – она указала на диван рукой. – Присаживайтесь. – в её голосе была такая естественная теплота, что Вероника неожиданно почувствовала, как с плеч спадает груз.

Она присела на диван и почувствовала, что тревога, которую всё это время она ощущала, ушла.

Исповедь в четырёх стенах

Вероника поправила подушку и уловила лёгкий аромат лаванды, смешанный с чем-то древесным – успокаивающим и тёплым.

– Вы легко нас нашли? – спросила Соня, её голос струился, как мёд, обволакивая каждое слово мягкостью.

– Да, – Вероника сжала пальцы в замок, чувствуя, как ногти впиваются в кожу. В горле стоял ком, а в груди – тяжёлый камень, который она таскала с собой весь этот год. – Но пока ехала… несколько раз хотела развернуться.

– Но вы здесь! Вы смелая, – улыбнулась Соня, и в её глазах вспыхнули золотистые искорки.

– Нет, – резко выдохнула Вероника. – Я просто… в отчаянии. Настолько, что готова поверить даже в чудеса.

– О, чудеса – это как раз по моей части. – Соня рассмеялась, и звук этот был похож на перезвон колокольчиков – лёгкий, чистый. – Так что привело вас ко мне?

Вероника посмотрела на Соню потускневшим и серым взглядом:

– Предательство любимого человека, – тихо сказала Ника и посмотрела на свою собеседницу.

Соня даже не моргнула. Её дыхание оставалось ровным, будто она слышала такие истории каждый день. Возможно, так и было.

– Он изменил мне, – продолжила она, и голос её дрогнул, – а я не смогла ему этого простить, хоть очень сильно его люблю.

Её взгляд упал на собственные руки – бледные, с проступающими венами. Руки, которые когда-то гладили Алексея по волосам, а потом… сжимались в кулаки…

– После того, как узнала об измене, в меня как будто черт вселился, во мне проснулась такая агрессия! Удивительно, что я его не убила, – сквозь зубы проговорила Вероника. – Хотя, если честно, я убила его морально, и себя заодно. Я сделала нашу жизнь невыносимой, и он ушёл… – в голосе Ники было много разочарования и грусти.

После небольшой паузы, Соня спросила:

– Вы сказали, что в вас будто черт вселился, что именно послужило этому причиной?

– Если честно, сам факт измены меня очень расстроил, но не он стал причиной моей агрессии. Узнав о предательстве, я собрала вещи и хотела уйти, но он меня не пустил. Он умолял не бросать его, сказал, что не представляет жизни без меня, пообещал, что всё исправит, что приложит все усилия, и готов на всё, чтобы бы мы снова были счастливы. Я поверила ему и осталась. Шли дни, он бездействовал. А я злилась, гнев рос с каждым днем, участились приступы истерик, во время которых, я не только бросалась обидными словами, но и кидалась на него с кулаками. Я не контролировала себя в эти моменты, а он молча это всё терпел, старался меня успокоить и кормил обещаниями.

Вероника закрыла глаза.

Нахлынули воспоминания:

Алексей на коленях, его пальцы сжимают её талию. "Я исправлюсь, прости…"

Тёмная кухня. Разбитая чашка на полу. Её собственный крик: "Лжец!"

Слезы покатились из глаз, но собрав все силы, Вероника продолжила:

– Он просто слабак, вместо того чтобы бороться, он сдался, как последний трус и сбежал. Он всегда пасует перед трудностями.

Вероника замолчала. И в кабинете воцарилась тишина.

– Как вы думаете, что толкнуло его на измену? – нарушила молчание Софья.

– Не знаю, у меня нет ответа на этот вопрос. Мне казалось, что мы идеальная семья. Алексей был для меня всем, за годы, что мы вместе, он стал самым родным человеком. Да, я никогда не была в него влюблена и «бабочек» в животе не ощущала, мне просто было хорошо и спокойно, полное доверие. Рядом с ним, чувствовала себя в безопасности, под защитой. Я верила ему и в него. – Вероника еле сдерживала слёзы.

– А для Алексея, как вы думаете, вы тоже были всем?

– По крайней мере мне так казалось. Муж не сильно разговорчив, но он часто делился со мной самым сокровенным. И называл меня самым дорогим человеком в жизни. Он говорил, что любит меня!

– Вероника, постарайтесь вспомнить, может вы заметили изменения в поведении мужа, но не придали этому значения?

– Да, два года назад, когда в феврале 2022 начались события в Украине, он замкнулся в себе, стал более агрессивным и угрюмым. При любом удобном случае, он читал новости. Конечно, знать, что происходит важно, но не жить этим! – Вероника была возмущена. – Мы стали ругаться из-за этого. Сейчас понимаю, что он начал избегать меня, рано уходить на работу и поздно возвращаться, ссылаясь на то, что много работы. В моём присутствии он старался не читать и убирал телефон, когда я заходила в его кабинет. Именно поэтому, я не заметила, когда у него началась переписка с другой, я думала, что он убирает телефон, чтобы не расстраивать меня, – осознала Ника, и грустно добавила, – ему просто не хватило смелости признаться в том, что его что-то не устраивает и нашел себе ту, которая разделяет его интересы. А я просто хотела как лучше… – и слезы покатились по её щекам.

Вероника взяла салфетку и вытерев лицо, уверенно сказала:

– Я всегда была смелее и решительнее его и могла добиться многого, но боялась, что это разрушит наши отношения, поэтому пожертвовала собой и своей карьерой. Он был смыслом моей жизни! Рядом с Лёшей, я чувствовала себя счастливой, и готова была на все, лишь бы быть с ним.

– Можете привести конкретный пример?

– Пару лет назад мне предложили очень хорошую должность в большой компании с перспективой роста, но для этого надо было переехать в другой город. Это была моя мечта! Но муж не готов был переехать, так как у него бизнес здесь и работать удаленно для него не вариант. Он, конечно, предлагал мне поехать самой, исполнить свою мечту, но я никак не могла представить жизни без него. Я осталась… Бизнес мужа со временем стал рушиться, перестал приносить доход – Вероника замолчала.

– Хотите рассказать ещё какой-нибудь случай, где вы пожертвовали собой ради него?

После небольшой паузы Вероника тихо сказала:

– Я всегда хотела иметь двоих детей, но муж детей не хотел. «Дети – это огромная ответственность!» – говорил он. Любые разговоры о рождении ребёнка заканчивались фразами, типа: не время, нет возможности, не сейчас, позже… Так пролетели 14 лет… – в ее голосе слышались печаль и грусть.

Потом она посмотрела в окно и добавила:

– Я была готова ради него на всё, а он меня предал. – в ее голосе не было злости или гнева, в них слышалось разочарование.

– Как часто вы жертвуете собой и своими интересами ради других? – спросила Софья.

Этот вопрос застал Веронику вернуться из своих воспоминаний, и она тихо ответила:

– Почти всегда… – и заплакала.

Но быстро остановила поток слёз и резко спросила:

– К чему все эти вопросы, мне плохо от того, что меня предали, что сделали больно ни за что? Я этого не заслужила. И уже хватит этих ваших разговоров, давайте уже будем что-то делать? Уже взмахните своей волшебной палочкой и избавьте меня от всех этих страданий! – Вероника перешла на крик.

Софья ответила спокойно:

– К сожалению, у меня нет волшебной палочки, которая сможет в один миг всё исправить, и путешествие в прошлую жизнь – это не волшебная таблетка! Это способ понять причины происходящего, сделать выводы и осознать, какой урок важно было вам вместе пройти в этой жизни. Только после этого вы сможете всё отпустить и начать жить в удовольствии.

Нежный голос Сони, волшебным образом подействовал на Нику. Она с надеждой посмотрела на Соню и тихо проговорила:

– Я так устала страдать и плакать, жалеть себя и искать виноватых. Вы мне поможете?

– Увы, не в моих силах вам помочь, но хорошая новость в том, что это вы сделаете сами, я просто покажу путь.

Глава 2

Дверь в прошлое

Вероника легла на жесткий диван, пытаясь найти хоть какое-то удобное положение. Ткань под ней казалась грубой, а подушки – слишком плоскими. Страх сжимал её грудь, но желание наконец освободиться от боли оказалось сильнее.

– Слушайте мой голос и следуйте за ним, – мягко, словно тёплый шёлк, прозвучали слова Софьи. – Сделайте глубокий вдох… и такой же медленный выдох. Сосредоточьтесь только на дыхании. Вдох через нос… выдох через рот. Ещё раз. Вдохните глубже… и на выдохе отпустите всё напряжение. Пусть оно уйдёт вместе с воздухом…

Голос гипнотизировал, обволакивая сознание. Вероника машинально подчинилась, и постепенно её тело начало поддаваться – мышцы разжимались, дыхание выравнивалось.

– Теперь обратите внимание на места, где ещё остался зажим… Почувствуйте их. С каждым новым вдохом представляйте, как они становятся мягче… теплее… расслабленнее…

И странное дело – напряжение действительно таяло, уступая место лёгкости. Мысли замедлились, тревога отступила.

– Вы в коридоре, – продолжила Софья. – Длинном, тёмном, с множеством дверей.

Перед внутренним взором Вероники возникло именно это: бесконечный проход, уходящий в темноту, а по бокам – десятки, сотни дверей. Одни сияли позолотой и резными узорами, другие были покрыты пылью веков, третьи – заколочены досками, будто скрывая нечто запретное.

– За каждой – ваше прошлое. Но нам нужна только одна, – голос Софьи стал твёрже. – Та, что связана с вашим кармическим долгом перед мужем.

Внезапно в глубине коридора слабо вспыхнул тусклый свет.

– Одна… загорелась, – прошептала Вероника.

– Опишите её.

– Простая. Деревянная. Ничем не примечательная…

– Подойдите и откройте.

– Я… не могу. – Сердце бешено застучало. – А вдруг там…

– Вероника. – Софья произнесла её имя чётко, как приказ. – Вы можете войти и узнать правду. Или вернуться – и мы прекратим сеанс. Выбор только за вами.

Гулкий стук в висках. Сухие губы. Ладони, сжатые в кулаки.

И тогда она вспомнила.

Боль. Одиночество. Ночи, пролитые в бессильных слезах.

– Чёрт с ним! – Дверь распахнулась и Вероника вошла в неё.

Не-я

– Боже, как холодно! – её собственный голос прозвучал чужим, низким и хриплым. Вероника (нет, уже не Вероника) подняла руки перед лицом – синие, с побелевшими от обморожения пальцами, почти нечувствительные. – Так… хочется есть… Глаза слипаются… Нет сил даже стоять…

– Ника, – донёсся издалека голос Софьи, – назовите своё имя. Какой сейчас год?

– Я… Гурий. Сорок три года. – Губы сами складывались в незнакомые слова. – Четырнадцатое декабря… тысяча девятьсот сорок первого. Работаю на "Арсенале". – Внезапное осознание ударило, как обухом: – Ленинград… Блокада! Мне домой надо! Жена… дети… Мой Антошка… – В чужом голосе вдруг прорвалась тёплая струйка. – Конфеты "Олень" достал… обрадуется…

Последние слова прозвучали с такой нежностью, что даже Софья на секунду замерла.

– Ради него выживу. Назло всем! – в голосе зазвенела сталь.

– Опишите, что вокруг. Что видите?

Вероника медленно обвела взглядом улицу.

Санки. Двое – мужчина и женщина – волокли на них что-то завёрнутое в рваньё. Труп. Шли, не глядя по сторонам, с пустыми глазами. Чуть дальше – женщина прижимала к груди ребёнка. И вдоль дороги… фигуры. Застывшие.

Но странное дело – страха не было. Всё казалось таким уже привычным…

– О, лежат, отдыхают – брезгливо проговорила она.

– Кто лежит? – спокойно уточнила Софья.

– Те, кто сдался! – резко выдохнула Вероника. – Слабаки… Трусы… Тьфу! – Вероника хотела сплюнуть, но во рту было сухо… – Я не такой! Я сильный! Я не сдамся! – в этих словах не было даже тени сомнения.

– Ника, – вдруг резко сменила тему Софья, – а в вашей жизни… как вы относитесь к тем, кого считаете слабыми?

Ответ пришёл мгновенно, будто ждал этого вопроса:

– Так же. Презираю!

Глава 3

Неблагодарная

Спустя мгновение Вероника оказалась в комнате. Здесь было чуть теплее, чем на улице, но ненамного – с 6 декабря центральное отопление не работало. Хорошо, что у них была печка-буржуйка, иначе бы уже замерзли.

Навстречу ей, едва переставляя ноги, выбежал мальчик. Он был слишком мал для своих четырех лет, худой, с впалыми щеками. Вероника улыбнулась, хотела взять его на руки, но сил не хватило – только обняла и поцеловала.

– Папка тебе кое-что принёс, – прошептала она, доставая из кармана кулек с конфетами. – Только не ешь сейчас, спрячь. И никому не говори. Это наш секрет.

Мальчик схватил сверток и убежал в свою комнату.

– Наконец-то, – раздался из соседней комнаты хриплый женский голос. – Я волновалась. Почему так долго?

В дверях появилась худая женщина. Она шаркала ногами, а ее взгляд был усталым и пустым. Со вчерашнего дня у нее болело в груди, по ночам мучил кашель, но она никому не жаловалась.

Марии было 39 лет, но выглядела она на все пятьдесят. До войны она работала в библиотеке, занималась домом и детьми. У Гурия была хорошая зарплата, и она могла позволить себе заниматься тем, что любила. Когда-то она была красивой и жизнерадостной, но сейчас в это было трудно поверить.

– Волновалась, ага, – пробормотала себе под нос Вероника. – Тебе бы только чтобы еду принес.

– Что? – переспросила жена. – Не расслышала.

– Еду принёс! – резко сказала Вероника. – Очередь огромная, еле выстоял! – Она протянула сумку. – А где девочки?

– Пошли за водой. Скоро должны вернуться.

Мария взяла сумку и облегченно вздохнула:

– Слава Богу, если распределить, хватит на неделю.

– При чем тут Бог?! – внезапно взорвалась Вероника. – Это я деньги заработал! Я купил! Я принёс! Я!

– Гурий, не гневи Бога… – тихо сказала Мария.

– А что, станет еще хуже? – прошипела Вероника. – Хуже уже некуда! Очнись, Мария! Бога нет! Если бы он был, этого бы не случилось!

Жена не стала спорить. У нее не было ни сил, ни желания. Молча, еле передвигая ноги, она побрела на кухню.

– Неблагодарная… – сквозь зубы процедила Вероника, прислонившись к стене.

– Вероника, – раздался голос Софьи, – что вы чувствуете?

– Злость. Гнев. Обиду. Раздражение. Это из-за нее я такой… Она во всем виновата.

Глава 4

День, когда всё было иначе

– Вероника, давайте посмотрим, какие были отношения в семье раньше… – предложила Софья.

Веронике резко стало тепло, даже жарко. Её состояние полностью изменилось. Она чувствовала себя немного уставшей, но воодушевлённой и полной решимости. Она стояла на том же месте, но обстановка вокруг была совсем другой – чисто, светло и уютно.

– Сегодня 18 сентября 1940 года, – проговорила Ника, обращаясь мысленно к Софье. – Мария, дети, я дома! – громко объявила она.

– Папка пришёл! – выбежал Антоша.

Мальчика было не узнать: упитанный, розовощёкий, глаза сияли от радости. Вероника подхватила его на руки и закружила. Он смеялся так заразительно, что усталость мгновенно исчезла, и она сама рассмеялась вместе с ним.

– Ну хватит, голова закружится, – раздался нежный женский голос.

Вероника поставила сына на пол и, подняв глаза, увидела Марию. Ника не могла оторвать взгляд от этой прекрасной женщины. Нет, она не была идеальной – она была живой, притягательной, обворожительной. Её улыбка казалась Веронике самой прекрасной на свете! Мария была в бежевом сарафане, который подчёркивал её стройную фигуру.

«Как я её люблю…» – пронеслось в голове у Вероники, и она нежно обняла жену. – Мне так повезло с тобой! – ласково прошептала она.

В этих объятиях было столько тепла и нежности, что хотелось, чтобы момент длился вечно.

– Ну всё, хватит, – засмеялась Мария, – котлеты подгорят.

И она поспешила на кухню.

– А где мои красотки? Почему не встречают? – спросила Вероника про дочек.

– Они гуляют, погода прекрасная, нечего дома сидеть, – донёсся голос из кухни.

– Софья… – проговорила Вероника, – я даже не представляю, как эти тёплые чувства, которые я сейчас испытываю, могли так кардинально измениться… Во мне столько любви, добра, нежности…

– Уверена, мы очень скоро об этом узнаем, – услышала она в ответ.

Вероника разулась и направилась туда, откуда доносились ароматы, будоражащие аппетит.

Глава 5

Тяжелый выбор

– Вероника, что сейчас происходит? – спросила Софья.

– Сегодня 5 августа 1941 года, я на заводе, – ответила Ника. – С первых дней войны мы перестроили работу на военный лад, выполняем заказы для фронта. Оснащаем огневые точки вооружением и бронёй. Работаем без выходных, выжимаем из техники всё возможное. Не покладая рук – ради победы…

– Вероника, в ваших словах слышится грусть, – заметила Соня.

– Да… Мне тяжело оттого, что я здесь, а они там… – тихо проговорила Ника.

– Кто «они»? – уточнила Софья.

– Сегодня нам зачитывали письма с фронта. Горжусь нашими мужиками! Они – герои! – в её голосе звенело восхищение. – Я тоже хочу быть героем! Решила пойти на передовую, защищать Родину с оружием в руках! – твёрдо заявила Вероника. – Сегодня скажу об этом Марии. Пусть жена и дети мной гордятся. Пусть мужики знают – я не трус!

Мысль о фронте давно не давала Гурию покоя. Он понимал, что нужен семье, но сидеть сложа руки – значит признать себя слабаком. А этого он не мог допустить.

«Прошу отправить меня на фронт добровольцем. Хочу защищать Родину от захватчиков!»Заявление уже лежало в парткоме:

– Вечером сообщу родным. Они поймут! – уверенно сказала Вероника.

– Что было дальше? – поинтересовалась Соня.

Той ночью за ужином, после тяжёлой смены, Гурий объявил о своём решении.

Реакция семьи оказалась неожиданной. Лишь Антошка радостно вскочил с криком: «Наш папа – герой!» – и вцепился в отца.

– Гурий, ты уверен? – Мария смотрела ему прямо в глаза.

– Я не могу сидеть здесь, пока другие воюют!

– А ты подумал о нас? – её голос дрогнул. – У нас трое детей! Моей зарплаты не хватит даже на еду…

– Папочка, не уходи! – в один голос завопили дочери.

– Решение принято! Тема закрыта! – Гурий резко поднялся. – Марш в комнату!

Девочки, никогда не видевшие отца таким суровым, испуганно убежали.

– Если уйдёшь – не прощу! – Мария сжала кулаки, сдерживая слёзы.

– Как скажешь, дорогая, – буркнул Гурий.

– Пойдём поиграем. Ты тут мой главный боец.Он подхватил Антона, поцеловал его в макушку и мягко сказал:

Мария осталась одна. И заплакала.

– Вероника, что сейчас происходит?

– Мария ушла к дочкам. Я лежу в пустой постели и не могу уснуть, – голос Ники дрогнул. – Всё кажется ошибкой… Я не подумал о них. Если с семьёй что-то случится – я не переживу. Может, я нужнее здесь? Но если заберу заявление – назовут трусом. А я не трус! – она сжала подушку. – Что делать?.. Ладно, решу завтра.

– Вероника, – осторожно спросила Софья, – как бы вы поступили на месте Гурия?

– Осталась бы! Семья важнее амбиций! – без колебаний ответила она.

– Поэтому вы отказались от работы мечты ради мужа?

– Да… Но это был мой выбор.

– Именно ваш?

– Мой! Ради него. Ради семьи… К чему вы клоните?

– Ни к чему. Просто не забывайте – выбор всегда за вами.