Родион Генуе
Ашх-Вагэп

Если бы можно было передать весь ужас, слонявший по моему телу в момент наблюдения за штормом, который моим глазным яблокам приходилось лицезреть до сих пор, мне бы, наверное, стоило до конца своих дней держать язык за зубами, чтобы ненароком не свести какого-то легкомысленного и впечатлительного беднягу с ума. Эти ужасающие волны, поднимавшиеся, кажется, на многие десятки метров, будут ещё долго переливаться перед моими глазами страшным гнётом, который забыть мне вряд ли удастся.

Бушующий ураганный ветер, вскидывающий пенные и страшно чёрные волны к самой верхушке маяка на выступающем мысе, не переставая завывал в ушах. Гул, как мне казалось, вибрируя, расходился по всему моему телу, касаясь каждой клеточки как снаружи, так и внутри, заполняя их до предела влажностью и неизбежностью встречи лицом к лицу с беспощадной стихией.

От одной только мысли, что мне придётся твёрдо идти по мысу наперекор взрывающимся волнам, где-то в желудке или левее под ним сжималась какая-то маленькая мышца, стягивающая весь торс невымещаемым ноющим спазмом. В какой-то части мозга я понимал, что добраться до входа в маяк мне попросту необходимо, поэтому и избежать этой ужасной встречи с океаном у меня не выйдет, что делало моё положение совершенно безысходным и опрометчивым. И всё же к моменту остановки на берегу я окончательно решил, что побегу по мысу: именно побегу, а не стану медленно передвигаться, приманивая своей неуклюжей походкой ненасытные волны.

Сделав два шага под шквальным ливнем, хорошенько размяв шею и выпрямившись, я осмотрел по-прежнему серый берег, после чего опустил свой взгляд на бурлящий горизонт. Океан словно кипел, выплескивая в Верхний мир накопившуюся злобу. Не исключено, что с этой злобой к воздуху могло подняться что-то омерзительное. Говорят, люди после сильных штормов весьма часто обнаруживают на песчаных и каменных берегах туши китов, рыб и прочих морских тварей, чьи трупы иногда бывают сильно изуродованы. Природа ли делает с ними это? Стихия ли?

Занимая должность смотрителя маяка, я и сам несколько раз наблюдал подобные картины. Сказать честно, зрелище чересчур отвратительное. Один раз, утром, после восьмибалльного шторма, при обходе береговой линии я наткнулся на тушу какой-то неизвесной мне рыбыни. Вонь, которую она источала, передать невозможно ни каким слиянием слов. Тело же её, с запачканной серебряной чешуёй, едва отсвечивающей в некоторых местах на солнце, было сильно изуродованно в области передних плавников, головы, шеи и живота. Голова, к слову, была у неё неестественной: слишком широкой, жирной и уродливой, с напыщенными губами. Помимо всего этого у рыбы не было глаз, а вместе с ними и всякого намёка на глазницы.

Дотрагиваться до трупа я не решился. Мне было слишком противно даже разглядывать его с расстояния, что уж говорить о тактильности?

Но что или кто сотворило с этой морской тварью подобное – для меня тайна до сих пор, хотя с того случая прошло уже немало времени, и, наверное, я мог бы выяснить хоть что-то… или напасть на след хотя бы какой-то информации.

С каждой минутой моего промедления волны налегали на мыс всё сильнее и сокрушительнее, а я тем временем всё не решался сделать первый шаг: я не мог поймать тот удачный момент времени, который позволил бы мне немного продвинуться по каменным блокам, поросшим мхом и плесенью. Я боялся, что новая волна, упущенная мною из вида, с сокрушением ударит мне по ногам, сбивая моё тело в котлован ужасающей толщи чёрной воды, неумолимо гудящей и закипающей. Мне было страшно осознавать, что одно неверное движение или одна упущенная деталь способны отправить меня в лапы бушующей стихии, беспощадно разрывающей плоть и сдавливающей рассудок.

Болезненно осматриваясь и затаив дыхание раз за разом, я пребывал в томительном ожидании момента… Вот! Пошёл! Вперёд! Ноги сами понесли меня по каменному мысу, словно отделились от разума и стали отдельной частью организма, совершенно неподвластной ничему. Все мои движения в первые мгновения были сущими рефлексами, которых я не успел осознать. Мной движило желание укрыться от этого омерзительно ужасного шторма за надёжными стенами маяка. Мне хотелось отвлечь свои глаза от высоких и сверепых волн, бьющих всё время, бьющих без перерыва, бьющих без пощады.

Половина пути за спиной – и это менее, чем за минуту! Не прекрасный ли результат для такого идиота, как я? Ветер, как мне показалось, завыл сильнее: он принёс с собой новую порцию ливня, заставляющую меня задумываться о каждом последующем шаге. Стихия явно не хочела, чтобы я шёл вперёд, чтобы я добрался до безопасного и тёплого маяка.

Ливень, противный и холодный, хлестал по оголенным щекам, ладоням и заливал глаза. Его крупные капли сбивали меня со скользкого пути и концентрации на сумасшедших волнах.

Я терялся. В какие-то моменты я видел перед собой лишь дверь, ведущую внутрь маяка. Когда же моë зрение расплывалось из-за обилия небесных жидких линз, несущихся в мою сторону на огромной скорости, я вспоминал о волнах, жадно налегающих на мыс позади и впереди меня. Внимание моё переключалось с одного на другое настолько быстро, что эта небольшая минута, на протяжении которой я пробегал по мокрому мысу, показалась мне часом адской пытки.

До моих ушей донёсся странный гул. Он напоминал вой и звук трения железа о крупную наждачную бумагу. Но я не успел придать этому достаточного значения: с правой стороны меня с треском окатило волной! Ледяная пена накрыла с головой, сбив с проложенной дороги. Уши залило так, что я перестал слышать шум океана, гул ветра, ярость врезающихся волн.

Тем не менее мне повезло: к моменту встречи с волной я успел пробежать весь мыс и добраться до платформы, удерживающей основание маяка над уровнем моря. Хлещущий удар, сбивший с ног, отбросил меня на небольшое расстояние, не покалечив и не убив, зато знатно освежив всё моё сознание. Поток воды вынес меня к стене маяка, впечатав в неё боком, и благополучно сошёл.

Сплюнув солёную морскую воду и пролежав несколько секунд без движения, стараясь что-то услышать, я поднял свою гудящую от обволакивающей, сжатой и неестественной тишины голову и первым делом постарался пробить слух. Наклонив голову набок и забыв об условиях, в которых находилось моё тело, я принялся стучать ладонью по уху выше, параллельно потрясывая головой. Эта незамысловатая процедура прочистила мне слуховые каналы, после чего до меня вновь донёсся тот ужасающий рёв разрывающихся волн.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.