Мятеж
Андрей Байлов

© Андрей Байлов, 2025

ISBN 978-5-0067-1989-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Любое использование материала данной книги, полностью

или частично, без разрешения автора запрещается.

.

Любое сходство с реальными лицами, живыми или умершими, или реальными событиями является чистой случайностью. Сюжет, персонажи и события, изображённые в этом произведении, являются исключительно творчеством автора и не предполагают отображения реальных личностей или ситуаций.

КАТАСТРОФА

– Здравия желаю, товарищ генерал.

– Здравствуй, полковник. Проходи, присаживайся. Слышал последние новости?

– Я же только из отпуска, но кое-что слышал. Вы про карст под Нижним?

– Про него.

– Тут техногенная катастрофа и к нам это никакого отношения не имеет. Но думаю, что не просто так в первый мой рабочий день, да ещё и в самом его начале, вы вызвали меня только для обсуждения этой аварии.

– Верно мыслишь. Что тебе вообще известно? Только выкладывай всё, что знаешь.

– Собственно, не так уж и много. На территории бывшего завода «96» произошёл карстовый провал, есть пострадавшие.

– Не густо. Но это и хорошо. Мы предприняли меры, по нераспространению информации. Прежде чем продолжим, ты должен подписать документ о неразглашении. – Генерал достал из папки на столе лист бумаги и протянул в мою сторону.

– Одной больше, одной меньше. Из моих подобных документов уже не один том можно сшить. – Подписав и предав листок обратно генералу, ответил я.

– Ситуация серьёзная, поэтому и такие меры. – Генерал убрал листок обратно в папку. Открыв ящик стола, извлёк из него ещё одну. – Ознакомься. Тут отчёт о произошедшем.

Я раскрыл папку, протянутую мне генералом. В ней находился всего один лист формата А4 практически полностью заполненный машинописным текстом. Прочитанное меня очень сильно взволновало. Из отччёта следовало, что в результате карстового провала были разгерметизированы ёмкости с ипритом и хлором. Поднявшееся облако ядовитого вещества сильным ветром разнесло по округе, накрыв частично промзону Дзержинска и небольшую часть Автозаводского района Нижнего Новгорода. Отравляющие вещества также попали в Оку и Волгу. Среди мирного населения многочисленные пострадавшие и жертвы.

– Как такое возможно? – Спросил я, закончив ознакомление с документом. – Производство давно уничтожено, а все отравляющие вещества утилизированы.

– Выходит, что не все. Как такое возможно, будем разбираться позднее. Сейчас нас заботит совершенно другое. На этой волне в области начались протесты, которые идут уже вторую неделю. Как я уже сказал, мы предприняли меры и перекрыли поток информации для прессы, а также все возможные каналы коммуникаций. Силами подразделений Росгвардии и армейских частей из самого Нижнего, Дзержинска и Мулинского гарнизона, была блокирована большая часть территории с целью недопущения новых жертв.

– Но это опять не по нашему, вернее вашему, профилю.

– Подожди, не перебивай. Воспользовавшись данной ситуацией, радикально настроенные элементы и примкнувшие к ним уголовники разных мастей, захватили в Нижнем и Дзержинске отделения полиции, опустошив арсеналы. Воспользовавшись отсутствием практически восьмидесяти процентов личного состава в частях, они захватили гарнизоны. А это, сам понимаешь, уже не просто автоматы и пистолеты, а бронетехника.

– Управлять бронетехникой ещё уметь надо.

– Поверь, специалисты нашлись. Но это ещё не самое поганое в этой истории.

– Что может быть поганее в войне против своего населения?

– Там не только оказались ёмкости с ипритом, но есть ещё и люизит.

– Час от часу не легче.

– Информация не проверена. Но эти подонки грозят вывезти уцелевшие емкости в акваторию Волги и расстрелять всё из танков. А это уже теракт, и это уже по нашей части. На наше счастье облако иприта было перекрыто хлором, что значительно снизило его активность, но и хлора, что долетел до Нижнего, достаточно.

– Вот ублюдки! Что требуют?

– Самую малость – автономию и компенсацию.

– Совсем с головой не дружат? Сань, реально такие требования? Автономия-то им зачем?

– Да, Андрюха, ни больше, ни меньше. – Генерал встал из-за стола и достал из шкафа бутылку Martell и, выставив на стол два снифтера, наполнил посуду напитком. – Давай, переварим информацию.

Я не стал отказываться, не каждый день утро начинается с коньяка. Сделав небольшой глоток, я прислушался к напитку. Первое, что проявилось, это абрикос и чернослив, немного позднее добавились нотки цитрусовых. Генерал достал коробку с сигарами и, раскурив одну, пододвинул коробку в мою сторону. Сам я давно не курю, но одну сигару всё же взял. Но не для того, чтобы её раскурить, а всего лишь вдохнуть аромат самого табака.

– Хорошо живут генералы, – Сказал я, укладывая сигару назад в коробку.

– Сигары подарили, а коньяк этот молодой, и не самый дорогой. Я его попробовал, и знаешь – уж очень он мне понравился, есть в нём что-то эдакое. – Генерал покрутил кистью в воздухе, изобразив витиеватую фигуру. – Ладно, вернёмся к нашим баранам.

– То, что они бараны, это не вызывает сомнения. – Я улыбнулся.

– Шутить будем потом. Полномасштабная войнушка в центре страны нас никак не устраивает. Мы отправляли туда две группы для устранения ключевых фигурантов. Без основных зачинщиков всё это быстро сойдёт на нет. Обе группы уже как два дня должны были вернуться, но от них никаких известий нет.

– Так вроде как все средства связи недоступны?

– Сотовую связь и интернет мы точно положили. С радиочастотами чуть сложнее, но многие диапазоны глушим, армейские частоты работают, но контролируются. Со спутниковой связью чуть сложнее.

– Я ведь правильно понимаю, что меня не коньяк пить вызвали.

– Коньяк – это приятный бонус. Нужны две группы человек по десять. Задача первой – устранение активистов. Задача другой – поиск предыдущих групп, а также вывоз архива ФСБ из Дзержинска.

– Его разве не должны были уничтожить?

– В Нижнем уничтожили, но то, что хранилось на внутренних серверах успели вынести и передать одной из групп. Поэтому группы или их следы необходимо отыскать. Архив уместился на нескольких винчестерах.

– На нескольких это на скольки? На сотне? – Поинтересовался я.

– Нет. Там не более десятка, так что не переломятся твои парни.

– Такой маленький архив?

– Насколько мне известно, винчестеры по восемнадцать терабайт.

– А что, есть такие?

– Есть. Не будем отвлекаться от темы. Касаемо архива в Дзержинске – местные сотрудники забаррикадировались внутри и по нашей просьбе ищут информацию по этим ёмкостям.

– Здание наверняка уже из танков по кирпичику разобрали.

– Скрывать не буду – связь с ними пропала. Не знаю как, но они там ещё держатся. Согласно данным со спутников, у штурмующих нет желания разнести там всё в клочья, возможно, у них у самих есть планы на этот архив. И согласно тем же спутникам, в том районе значительное скопление мятежников, включая и бронетехнику, а это подтверждает, что они не проникли внутрь. Поэтому, как я уже сказал – необходимо спасти архив.

– Это же глупо. Ведь они должны понимать, что чем дольше они «мнут сиськи», тем меньше у них в руках окажется документов. Надеюсь, второй выход им неизвестен.

– Скажу больше, он неизвестен и нам.

– Это как? – Удивился я.

– А вот так, чёртова секретность, пока согласуют – полжизни пройдёт. Сам жду.

– Не понял? – В очередной раз пришлось удивиться мне. – Вы отправили группу, у которой нет полной информации, чтобы выполнить поставленную задачу? Кто вообще планировал операцию?

– Я что, перед тобой отчитаться должен? – Разгневанно спросил генерал. – Станешь моим начальником, тогда и будешь подобные вопросы задавать, но по старой дружбе отвечу – подпись о согласовании стоит моя. Это всё или ещё что-то есть?

– Как вообще прошляпили, что у вас практически под носом, смогла сколотиться террористическая ячейка?

– До этих событий они особо себя не проявляли, митинговали, конечно, но ничего сверхъестественного не творили, языком только балаболили, и даже ни к чему подобному не призывали. Да и смута началась не сразу, а на четвёртый день, будто чего-то выжидали.

– К какому дню нужны группы? И какова гарантия, что наши частоты не будут прослушиваться?

– Ещё вчера. Мы не всесильны, о своих частотах можешь не беспокоиться. К вам вообще хрен подступишься.

– Ну и задачку вы, товарищ генерал, задали. Даже если исключить из этого уравнения отравляющие вещества, то и в этом случае задача трудновыполнима. Как не крути, но войнушки избежать не получится.

– А надо постараться, пока ситуация не вышла совсем из-под контроля. Меня уже со всех сторон «заты́кали», требуя результат.

– Это предсказуемо. Что в целом по обстановке?

– Скажем так, нам удалось остановить их влияние на новые территории. Вот смотри. – Генерал достал карту области и расстелил её на столе. – Наши блокпосты выставлены на всех дорогах области. Территории влияния мятежников с востока ограничены рекой, на Бор они почему-то не сунулись, но весь Нижний полностью под их контролем, но не далее административных границ. С севера Балахна, дальше их продвижение удалось остановить. Дзержинск почти полностью под ними, включая Решетиху и Пыру. В отдельных местах идут стрелковые бои, но это скорее беспокоящий огонь с обеих сторон, без активного продвижения.

– Если я правильно понял, то все мосты, что не в черте города, под нашим контролем, как и акватории рек.

– Верно. Есть мысли? – Генерал посмотрел на меня, ожидая конкретных мыслей.

– Пока нет. Есть ещё вопросы. Если весь город под ними, то получается, что оба аэродрома ими контролируются.

– Предвидя твой следующий вопрос, про возможность использовать авиацию для вывоза отравляющих веществ по воздуху, то отвечу – летунов у них нет.

– Откуда такая уверенность? Не обязательно их поддерживать, достаточно у пилотов взять родных в заложники, чтобы заставить их взлететь.

– Воздух под нашим контролем – взлететь не дадим.

– А если взлетят? Будете сбивать?

– Будем, сотня жертв намного меньше, чем несколько тысяч.

– Ох уж мне эти прогнозируемые потери. Только вот чем будет отличаться сбитый самолёт от расстрела из танков, как грозятся они?

– Самолёту можно просто не дать взлететь. Такой вариант тебя устроит?

– Вполне. Что с заводом в западной части Дзержинска?

– Как это не удивительно, но туда они не рискнули сунуться. Вероятно, им известно, что завод заминирован и в случае угрозы захвата там всё просто взлетит на воздух. Или у них есть какой-то хитроумный план.

– Я почему-то так и думал. Что известно про лидеров мятежников? В документах этого нет.

– А вот тут нас поджидал сюрприз. Среди мятежников оказались несколько чиновников из состава правительства области, которые наоборот должны были обеспечить порядок. Директор департамента региональной безопасности, начальник отдела мобилизационной подготовки, один из заместителей начальника полиции, несколько уголовных авторитетов.

– Ого, так это ж целый генерал?

– Вот такой вот генерал.

– Собственная безопасность куда смотрела?

– Полковник, вот ты мне чего сейчас ненужные вопросы задаёшь? Где были и куда смотрели будем потом разбираться, ты мне сейчас скажи, что делать.

– Ты сам сказал, что нужно две группы. В чём проблема? Что у конторы нет спецов?

– Есть, но как показала практика – наших спецов похоже слили.

– Что значит слили? – Удивился я. – Они всё просчитали, или у вас в конторе крот? Ты свой кабинет на «жучки» давно проверял?

– Каждый день проверяют.

– Есть другие идеи?

– Мои предположения, что через директора департамента региональной безопасности информация утекла.

– Свои не могли? Многие были в курсе?

– Объявления на столбах не вешали, но и не три человека знали. Аналитики копают в этом направлении, но быстрого результата ждать не стоит.

– Не могли группы просто попасть в зону поражения и отравиться?

– Исключено. Группы были посланы через неделю после инцидента. К тому времени в воздухе газа уже не осталось, а землю копать они вряд ли бы стали.

– Почему так поздно послали? Чего ждали?

– Никто не ожидал, что всё перерастёт в нечто масштабное. Думали, пошумят и успокоятся. Войска химзащиты в первый же день туда были направлены и много что успели сделать. Уже даже, как мне доложили, деньги выделили на компенсацию пострадавшим, а оно видишь, как вышло.

– И ты решил под это подписать ССО*? Логичное, но неожиданное решение.

– Почему неожиданное? Это и по вашей части. Хватит языком чесать, вот приказ. – Генерал раскрыл папку и передал мне документ. – С твоим руководством всё согласовано. Твоя задача отобрать бойцов.

– Хорошо, одну группу, что займётся ликвидацией зачинщиков, найти смогу. Я ведь правильно понимаю, что показательный суд не нужен?

– Не нужен, но если представится возможность доставить их сюда, то будет не плохо. Криминальные авторитеты нас не интересуют.

– С зачинщиками всё понятно. Что с губернатором и верхушкой области? Я так понял, не все поддержали идею автономии.

– Многих немного помяли, но вроде как все живы и здоровы, только вот их местонахождение неизвестно.

– Надеюсь, задачи освобождения заложников не стоит? В этом случае две группы не справятся.

– Хотелось бы, но мы понимаем насколько это сложно. А вот установить, имеются в их распоряжении отравляющие вещества – нужно обязательно. И если это подтвердится, то предпринять меры к недопущению их использования, а по-простому – изъятия. Это вы умеете лучше всех.

– Что с войсками химзащиты?

– Они продолжают работы но, по сути, находятся в заложниках.

_________________

* Силы специальных операций. Подробнее см. словарь (прим. автора).

– Подробнее.

– Есть информация, что их содержат в колонии под Дзержинском. Не шантажируй они нас ипритом – давно бы зачистили всех. Сил за это время стянули достаточно.

– Сроки?

– В неделю бы уложиться.

– В неделю? – Сказать, что я был удивлён столь малым сроком – означало не сказать ничего. – За неделю на «чужой» территории даже минимум нужной информации не добыть. Не стоит надеяться, что они будут находиться на старых адресах. Ты сказал, что с Дзержинском нет связи.

– Так и есть.

– А по ЗАСу?*

– Проводной не работает, вероятно, кабель повредили, а на другой аппаратуре возникли сложности с заменой ключей шифрования, но это не твой уровень допуска.

– Понятно.

– Понятно ему. А мне нихрена не понятно, как быстрее справиться с задачей и закончить этот беспредел.

– От меня что надо?

– Сможешь за сутки собрать две группы?

– Я даже до кабинета своего дойти не успел, меня на КПП остановили и сюда отправили. У меня нет конкретных данных, кто на задании, кто на больничном. Прибуду в расположение – будет информация.

– Сколько времени тебе надо?

– Два, два с половиной часа, при условии свободной дороги. Плюс, как я уже сказал, выяснить, кто есть под рукой.

– Ты где в Москве видел свободные дороги? Я распоряжусь, чтобы тебя на моей служебной доставили. Жду от тебя доклад не позднее, чем через три часа. – Последняя фраза означала, что разговор окончен.

_________________

* Засекречивающая аппаратура связи. Подробнее см. словарь (прим. автора).

Сидя на заднем сидении генеральского двухсотого «крузака» под редкое «кряканье» спецсигнала, я размышлял над поставленной задачей. Отобрать двадцать бойцов не такая уж и сложная задача, как я представил генералу. Даже если две трети всего личного состава будет отсутствовать, то и в этом случае отыскать двадцать бойцов проще простого. Заботило меня сейчас не это, а то, что случилось с теми, кого посылали ранее. В версию генерала о причастности директора департамента региональной безопасности, верилось с трудом. Нет, чисто теоретически с ним могли связаться и сообщить о предстоящей операции но, во-первых – генерал так бы и сказал, а не высказывал предположения, что провал операции лежит полностью на местных силовиках, а раз такое произнесено не было, то появляется, во-вторых – что предатель где-то в конторе. Группы посылали уже после того, как имена заговорщиков «всплыли на поверхность», а это означает, что первая версия не выдерживает никакой критики, и генерал должен это понимать.

Какому количеству людей было известно о том, что в неспокойный район направляется первая группа, что не вернулась с задания, генерал не сказал. Исходя из приказа, с которым меня ознакомил мой старый приятель, в курс дела о привлечении сил ССО посвящено всего десять человек, но это не даёт гарантии того, что информация вновь «утечёт» не туда.

Генералу я сказал неправду о том, что не в курсе о бойцах, находящихся на месте, и поэтому приблизительный список к моменту подъезда к КПП в моей голове уже был сформирован. На территорию машину пропустили лишь после того, как я опустил стекло. Через десять минут, после того, как я оказался в своём кабинете, в дверь постучали и, попросив разрешения, один за другим вошли трое.

– Вызывали, товарищ полковник? – Спросил первый вошедший, останавливаясь в двух метрах от двери, давая возможность остальным войти.

– Проходите, присаживайтесь. – Ответил я, разглядывая вошедших, хотя всех прекрасно знал.

Первым был Хруст, сорока лет от роду. Ростом метр во-семьдесят, широкоплечий, с кулаками – кувалдами, массивным гладко выбритым подбородком, слегка выступающим вперёд. Растительность на голове была сбрита.

Вторым был Филин, ростом не уступающий Хрусту, но немного проигрывающий ему в габаритах. Стрижка под полубокс, обычное, ничем не запоминающееся лицо – встреть такого на улице и ни за что не скажешь, что он служит в элитном подразделении. По его лицу сложно было определить возраст, но из документов я знал, что ему тридцать шесть.

Туман, в отличии от первых двух, не обладал таким ростом. Чтобы быть с ними наравне ему не хватало сантиметров десять. Слегка раскосые азиатские глаза, смуглая кожа, высоко выбритые виски и сбитые костяшки пальцев – таким был третий вошедший.

Когда все трое разместились за столом, в дверь постучали и, спросив разрешения в кабинет вошёл четвёртый, которого я вызвал для беседы. Ростом, как и Туман, и имеющий точно такую же причёску, но славянской внешности – этот человек двигался по кабинету совершенно бесшумно и даже отодвинул стул от стола, не издав ни звука. Позывной у этого человека был Фантом.

– Кота тянуть за известное место не буду, а перейду сразу к сути. – Прервал я затянувшуюся паузу. – Вы люди не маленькие и должны понимать, что я вас вызвал не для того, чтобы рассказать, как я провёл свой отпуск. Предстоит немного пыльная работёнка и при этом сроки на подготовку сильно сжатые.

– Извините, товарищ полковник, – перебил меня Фантом, – то, что дело пахнет жареным, можно было догадаться по тому, как вас сдёрнули, а потом на «кукурузнике» с музыкой обратно вернули.

– Ишь, глазастый какой. Может, ты и про само задание поведаешь?

– Могу предположить, что это будет Ближний Восток, ну или где-то рядом, раз разговор про пыль зашёл.

– Да ты не Фантом, а просто Ванга какая-то. – Я разглядел, как подчинённый улыбнулся краем губ. – Только вот спешу тебя расстроить – работать придётся в радиусе пятисот километров от столицы.

Растерянными лица бойцов не выглядели, но некоторое недоумение присутствовало. Озвучь я, что командировка предстоит в южные республики нашей страны, на их лицах не отразилось бы совершенно ничего. Несколько секунд сидящие передо мной переглядывались между собой, а затем заговорил Филин.

– Это что такого должно было произойти, чтобы этим занялись мы?

– Пока этого сказать не могу, но задача поставлена отправить туда две группы. – Тут я сделал паузу.

– Две? – Переспросил Филин и, получив от меня утвердительный кивок, продолжил, – но нас тут четверо? Вы ещё не решили, кого именно отправить?

– Дело не в том, готов ли я вас туда отправить, а готовы ли вы туда отправиться.

– Это наша работа, – произнёс Хруст, – куда скажут, туда и полетим.

– Я в этом не сомневался. Только дело в том, что вы, прежде чем согласитесь, должны знать, что там работали две группы спецназа ФСБ и обе они не вернулись. Мне, как я уже сказал, поручено собрать две наших группы. – Тут я вновь сделал паузу, ожидая реакции присутствующих.

– Зачем тогда вы вызвали четверых? – Спросил Хруст.

– Туман, ты чего молчишь? Тебе всё понятно или ничего неинтересно? – Поинтересовался я у четвёртого командира группы.

– Почему же неинтересно, очень даже интересно. Только вот я сижу и анализирую ту скудную информацию, что была тут озвучена.

– И к каким выводам ты пришёл?

– Слишком мало данных, но я думаю, что вы не просто так именно четверых вызвали, если бы вы хотели кого-то отсеять – это можно было сделать, не вызывая нас сюда. А если мы все четверо тут, то и задачи будут ставиться всем четверым.

– Вот за что я тебя ценю, так это за то, что из минимума информации ты можешь сделать правильные выводы. Всё верно, работать будут четыре группы, но не в полном составе. Приказ – собрать две группы – вот две они и получат, но с небольшой моей корректировкой. Кого вы возьмёте с собой, решите сами после того, как будет поставлены конкретные задачи.

– А их сейчас разве нет? – Удивился Филин.

– Только в общих чертах. Пока нет ни плана заброса, ни отхода, ни конкретных целей, вернее они озвучены, но в сильно усечённом виде. Конторских кто-то сдал, и я не хочу, чтобы и моих людей подставили под удар. Пусть считают, что туда отправляется две группы, а вы на месте разделитесь и каждая группа получит своё задание. Могу сказать только одно – изучайте пока карту Нижегородской области. По пять человек от группы. Снайпер в каждой обязателен.

– Теперь понятно, почему именно мы. – Произнёс Туман. – Фантом и Филин с нижегородчины, Хруст там срочку тянул, а у меня бывшая жена из Нижнего.

– Ты прав – это одна из причин отправить именно вас.

– Существует ещё одна? – Спросил Филин.

– Существует. На данный момент ваши группы наименее укомплектованы и принятие решения, кто останется на базе, сильно упрощается. Если удастся убедить руководство отправить группы в той численности, что существует на данный момент, то вам головняка меньше. У меня всё. Продолжайте занятия и готовьтесь к работе в урезанном варианте.

– Товарищ полковник, разрешите вопрос? – Обратился ко мне Филин.

– Разрешаю.

– Более конкретные задачи будут озвучены?

– Будут, но не сейчас – сам жду. Если вопросов больше нет, то все свободны.

Вопросов у остальных не оказалось, или задавать их им показалось бессмысленным, поэтому все четверо встали и покинули кабинет, не забыв при этом вернуть стулья на место.

Бросив взгляд на настенные часы, я отметил, что до доклада генералу осталось сорок минут, которые я потратил на звонок своему руководству, изложив свои мысли по поводу предстоящей операции. После непродолжительного спора и уточнения деталей генерал согласился с моими доводами. Теперь необходимо было отчитаться другому генералу, что я и сделал, опустив некоторые детали разговора с руководством, которые решил озвучить при личной встрече. Остаток рабочего дня был потрачен на проверку отчётов, которые были подготовлены заместителем, что можно было и не делать – документы, как и всегда, были в идеальном состоянии.

Выруливая на стоянку во дворе дома, я увидел припаркованный чёрный Chevrolet Tahoe. Водительское сиденье пустовало, а разглядеть, есть ли кто в задней части автомобиля, не позволяла «глухая» тонировка. Припарковав свой Hyundai ix55 в двух машинах от внедорожника на одно из свободных мест, прежде чем открыть дверцу, осмотрел двор, насколько это возможно было сделать из автомобиля. На детской площадке гуляли три мамочки со своими чадами, старшему из которых было не более шести лет. Возле крайнего подъезда на лавочке сидели три местных сплетницы, каждой было от шестидесяти пяти до восьмидесяти лет, ещё одна стояла напротив них, опираясь на сухую ветку, видимо подобранную где-то во дворе. Ветка была настолько тонкая и сухая, что скорее служила бабуле неким успокоением, чем действительно опорой. Из машины не было слышно, что именно они обсуждают, но разговор шёл бурный с активной жестикуляцией. Выйдя из машины и поставив транспортное средство на охранную сигнализацию, поздоровался с бабулями, которые лишь кивнули в ответ головами, продолжая обсуждать, как выяснилось, очередную серию «мыльного» сериала, я проследовал к своему подъезду, который был следующим. В этом доме квартира была приобретена года четыре назад, и за всё время я ни разу не приезжал сюда на служебной машине и всегда был только в гражданской одежде. Для соседей, с которыми доводилось общаться, я был консультантом в одной небольшой фирме. В первый год, как только я заселился, у меня проживала дочь, пока не решила заняться бизнесом и не съехала от меня – очень долгое время местные бабульки считали, что она моя любовница. Об этом мне поведал местный алкаш Диман, или как его тут все называли Димон, когда я от щедрот своих душевных, выдал ему на опохмел пятьсот рублей. С тех самых пор, он посчитал, что я его закадычный друг и, не стесняясь, просил на очередную порцию микстуры для поправки здоровья. Баловал я его не часто, но при этом обзавёлся ценным источником информации, который, увы, сейчас в поле моего зрения отсутствовал. Отношение ко мне со стороны бабулек изменилось лишь после того, как Лана вышла замуж, но и даже после этого местные «миссис Марпл» продолжали косо на меня поглядывать.

Проходя мимо внедорожника, мне пришлось немного сбавить шаг и делая вид, что поправляю ботинок, опереться ладонью о капот. На дворе был конец июля и несмотря на тёплую погоду, металл был хоть и не прохладным, но и не горячим, а значит ждали меня уже более часа.

Прежде чем войти в подъезд, ещё раз оглядел двор. Посторонних не было. Молодого человека, сидящего у крайнего подъезда соседнего дома и делающего вид, что пьёт пиво, я в расчёт не брал. Это был очередной стажёр, что негласно следил за мной, и которого я «срисовал», ещё въезжая во двор. Оказавшись в подъезде, я прошёл мимо своей квартиры, расположенной на третьем этаже пятиэтажного дома, и поднявшись до площадки между четвёртым и пятым этажами, вернулся к своей квартире. Не спеша вставив ключ в замочную скважину, также не спеша отпер замок и аккуратно открыл дверь. Посторонний аромат, не свойственный для моей холостяцкой квартиры я уловил сразу, как только переступил порог. Стараясь издавать как можно меньше шума, притворил дверь и, не снимая обувь, прошёл в комнату, где и обнаружил источник постороннего запаха. Не решаясь пройти внутрь комнаты, я разглядывал человека, сидящего в одном из кресел и мирно спящего. Видимо почувствовав на себе взгляд, человек пробудился, веки его задрожали, и глаза открылись.

– Извини, я не хотел тебя разбудить. – Произнёс я.

– Привет, пап. – Лана подняла руки вверх и сладко потянулась. Затем встала и, подойдя ко мне, поцеловав в щёку, крепко обняла, кладя свою голову мне на грудь. Меня окутала волна аромата, состоящего из запаха мимозы, мускуса и ещё чего-то незнакомого.

– Ты одна? – Спросил я, поцеловав дочь в макушку. – Лешка с Серёжей где?

– Одна. У Сергея отпуск и они с Алёшкой рванули в парк.

– А ты чего не с ними? Дела? – Я вспомнил, что у Сергея действительно отпуск и мы ещё переживали, что не удастся в этом году отдохнуть вместе.

– Можно и так сказать. Ты голодный? Я тут по пути в магазин заскочила, купила кое-чего. Наверняка опять ужинал бы чаем. – Лана направилась в сторону кухни.

Я ничего не ответил и, проследовав за дочерью, устроился на табурете за столом, наблюдая, как она, надев передник поверх делового костюма, извлекает из холодильника филе белой рыбы, стручковую фасоль, морковь, среднюю луковицу, брокколи.

– Я перец не ем. – Сообщил я, видя, как на столе оказался болгарский перец. – Не боишься перепачкаться?

– Я знаю – это не тебе, а для меня. Запачкаться не боюсь, а если и обсвинячусь, то в машине запасной.

– Рассказывай. – Произнёс я, как только два свёртка из фольги в которых были нарезанные овощи с кусками рыбного филе, политые оливковым маслом и соевым соусом, приправленные специями, оказались в разогретой духовке.

– Что рассказывать? – Спросила Лана, усаживаясь на стул с противоположной стороны стола. – Перед выходными виделись.

– Вот я и говорю – рассказывай, что случилось за это время. Только не говори, что успела соскучиться или что решила накормить меня ужином. Домашние проблемы? Или с бизнесом что-то? Помощь нужна?

– С этим всё в порядке.

– Я же вижу, что тебя что-то беспокоит, но точно знаю, что ты не беременна – рано тебе ещё. – Дочь, до этого смотревшая в стол, бросила на меня вопросительный взгляд, а я продолжил, – давай уже, не томи.

– Я не знаю, как и начать, может даже зря приехала. – Над столом повисла пауза. Лана ждала моей реакции, а я предпочёл дать ей время собраться с мыслями. – В общем, приснился мне сегодня сон, в котором у меня выпадают зубы, а это плохой знак. Выпадение зубов во сне означает, что у твоих близких могут возникнуть серьёзные проблемы со здоровьем.

– Слышал я про этот миф. Ты всерьёз в это веришь?

– Верю.

– Почему ты приехала ко мне, а не осталась со своими?

– Это не весь сон. Там был врач-стоматолог, который осматривая мне рот, произнёс одну лишь фразу: «Вижу торчат уши Моссада».

– Это уже совсем бред.

– Это было бы похоже на бред, если бы не личность стоматолога. Знаешь, кто это был? – Лана смотрела на меня в упор, я лишь слегка качнул головой снизу-вверх. – Наш Коля.

– О каком таком Коле идёт речь? – Спросил я, прекрасно понимая, про кого идёт речь.

– О том самом – о Даге.

– И что это значит?

– Не знаю, – Лана пожала плечами, – но Даг, Моссад… и я сразу почему-то вспомнила про «калифорний»*.

– А это как тут замешано?

_________________

* События книги Ч. З. О. «Бормота́» (прим. автора).

– Не знаю, но это явно отголоски тех событий.

– Как ты вообще связала сон, меня и Моссад?

– Сам посуди. Хоть ты в это и не веришь, но потеря зубов во сне – это, как я уже сказала, к болезни родных. Да, ты можешь возразить, что мы не родные, но это ничего не меняет. Даг однозначно намекает на тех, с кем мы столкнулись в той лаборатории, поэтому ни к Сергею, ни тем более к Алёшке это не имеет никакого отношения. Тревожно мне как-то. Чувствую, что что-то нехорошее может произойти. Пап, у тебя всё нормально?

– А что может быть ненормального? Всё в штатном режиме – служба, дом. Дочь, упокойся, всё нормально. – Ответил я Лане, предпочтя промолчать про то, что собрался сделать. Да и как я мог это рассказать, подписав бумагу о неразглашении. – Ужин не готов ещё? – Решил я сменить тему, да и есть очень хотелось, а запах пищи вызывал обильное слюноотделение.

Лана молча извлекла из духовки противень и, не разворачивая фольгу, выложила свёртки на две тарелки.

Ужин прошёл молча, каждый был поглощён своими мыслями. Какие мысли роились в голове дочери я даже предположить не мог. Сам же размышлял о том коротком видении, что было у меня не так давно в Мёртвом городе и что некоторые события из него уже сбылись. Если полностью доверять тому видению, то моей собеседнице волноваться совершенно не о чем, но свои мысли я не стал озвучивать. Лана нарушила молчание лишь тогда, когда разлила по чашкам травяной чай.

– Может тебе сменить место жительства?

– Зачем? Меня это вполне устраивает. К работе ближе, район не сказать что спальный, но вполне тихий. Метро в шаговой доступности, если что. Ты мне к вам на Рублёвку предлагаешь переехать?

– Почему сразу на Рублёвку? Если тебе этот район нравится, то тут неподалёку есть новостройка, посторонние не попадут на территорию.

– Это ты про ту высотку? Да ну её нафиг. Это не дом, а целый человейник. Там не то что, кто в соседнем подъезде живёт, не знаешь, но и кто в твоём проживает. Тут всего три подъезда, и хоть и не всех поимённо знаешь, но лица и из соседнего дома примелькались – постороннего быстро вычислишь. А там ещё и бутиков разных полно – кто только там не ошивается. Нет, плохой вариант.

– Как знаешь. Может тогда к тебе охрану пристроить?

– Дочь, ну что ты так распереживалась? Недостаточно мне конторских соглядатаев, так ты ко мне ещё и своих хочешь пристроить.

– Будь, пожалуйста, осторожней.

– Всенепременно. – Ответил я, сдержавшись, чтобы не добавить «шеф» и не щёлкнуть каблуками, как это сделал когда-то Смайл.

Проводив Лану лишь до двери, потому что она отказалась от того, чтобы я проводил её до машины и, помахав ей на прощание из окна, я собрался осуществить то, что наметил ещё днём. Первое, что я сделал, это включил компьютер и посетил определённое количество сайтов. Открыв текстовый редактор, написал два небольших послания и, распечатав, вложил листы в разные конверты. Не сохраняя документ, закрыл файл и выключил компьютер. На следующем этапе включил телевизор и выставил на нём таймер отключения через три часа. Далее, пройдя в спальню, выложил на прикроватный столик наручные часы и телефон, переведя его в ночной режим. Подойдя к окну, подкрутил рулонные шторы, погрузив комнату в полумрак, а затем разделся до трусов, сложив одежду на стул. Подойдя к платяному шкафу, открыл среднюю дверцу и сдвинул висящие на вешалках немногочисленные вещи, достав из кармана одной из них медицинские перчатки надел их на руки и, коснувшись задней стенки, сдвинул её влево. Передо мной открылся проём в стене, закрытый с другой стороны листом ДВП, сдвинув который вправо, я оказался вначале в шкафу, а затем и в комнате соседней квартиры.

Состояние этого жилища резко контрастировало с тем, из которого я только что вышел. В моей квартире царил полный порядок и чистота, здесь же, не сказать, что жилище напоминало логово алкаша, но плохо вымытый пол, паутина по углам и старые, давно нестираные шторы, плотно задвинутые на окнах, указывали на то, что человек плохо следит за порядком. Возле не заправленной кровати стоял стул, на котором небрежно лежали спортивные штаны и клетчатая рубашка, на спинке висел мятый пиджак. Во всё это мне и предстояло облачиться.

Первым элементом одежды были спортивные штаны. Следом была надета рубашка и заправлена в спортивные штаны. Рубашка имела стойкий запах пота, но это никак не помешало тому, чтобы я её надел. Накинув сверху пиджак, я проверил содержимое правого кармана, в котором лежал обычный кнопочный телефон. Убедившись в достаточном заряде батареи, убрал телефон обратно. Два конверта были убраны во внутренний правый карман. Теперь следовало достать одну из картонных коробок, лежащих на шкафу, что я и сделал, воспользовавшись стулом. Разместившись поудобнее возле трюмо, я снял перчатки и, обработав руки антисептиком, извлёк из специального контейнера контактную линзу и вставил в левый глаз. Снова надев перчатки, открыл коробку и извлёк оттуда седоватый парик, усы и бороду. Через десять минут на меня из зеркала смотрел незнакомый мужик с белесым бельмом на левом глазу.

Приблизив лицо к зеркалу – проверил насколько естественно выглядят усы и борода, я остался доволен результатом. Дополнили образ надетая бейсболка, очки с зелёными линзами и трость в правой руке. Слегка подволакивая левую ногу, добрался до коридора, где снял с вешалки наплечную сумку и перекинул её через голову. Все манипуляции я проделывал правой рукой, левая как плеть висела вдоль тела. Даже если кто и наблюдает за этой квартирой, то у него не останется сомнений, что тут проживает инвалид. Ужин с дочерью не входил в мои планы и отнял определённое количество времени, поэтому пришлось вносить небольшие коррективы в свои действия. Отыскав в телефоне записанный номер такси, я вызвал машину и вышел из квартиры.

Доковыляв до первого этажа, открыл дверь и, изображая титанические усилия для её удержания, очутился на улице в тот самый момент, когда подъехало такси. Этот момент я не выгадывал, но был рад, что общение с одной из оставшихся двух бабулей будет сведено к минимуму.

– Гляньте, кого на улицу вынесло. – Произнесла та, с которой у меня не было желания общаться. – Я заходила к тебе днём. Чего не открывал?

– Отдыхал. – Сиплым голосом ответил я, двигаясь в сторону машины.

– Отдыхал он, – продолжала старуха, – пьяный небось валялся.

– А вот это моё личное дело. Васильевна, я тебе уже говорил, но повторю ещё раз – не нужны мне твои заботы.

– Ага, не нужны. С одной рукой много дел наделаешь-то? Видала я, как ты одной рукой по дому управляешься, смотреть одни слёзы.

– Так не смотри. Не обломится тебе моя жилплощадь, как не старайся. – Ответил я, открывая дверь такси.

– Так это за тобой? – Удивилась Васильевна, – Митрич, далёко ли собрался на ночь глядя?

– Отсель не видать. – Пытаясь закинуть якобы плохо работающую ногу в салон авто, ответил я. – Молодуха заждалась меня, истомилась уже вся.

– Ну насмешил. Смотри не растеряй ничего у молодухи-то своей.

Оставив без внимания последнюю реплику и скрипучий старушечий хохот, закрыл дверь и назвал таксисту адрес. Ехать предстояло до станции метро Багратионовская, где я, расплатившись с таксистом, спустился к платформе, пытаясь определить, есть ли слежка. В вагоне метро при подъезде к Кутузовской я заранее встал возле выхода и как только двери открылись вышел на платформу, отойдя в сторону, давая возможность немногочисленным пассажирам покинуть платформу. Сам покидать станцию я не собирался, а дождавшись следующего состава, продолжил свой путь, повторив такой же трюк на Добрынинской. За мной, конечно же, никто не следил, всё это я проделал скорее для собственного успокоения. Выйдя на станции Выхино, я, перейдя на другую сторону дороги, направился к панельной девятиэтажке, где и нажал на кнопку домофона второго с края подъезда.

– Кто? – Раздался женский голос.

– Мне нужен Владимир Вячеславович. Он дома? – Просипел я, приблизившись вплотную к микрофону.

– Кто спрашивает?

– Его старый знакомый.

Несколько секунд ничего не происходило, а потом из домофона раздался мужской голос.

– Кто это?

– Есть разговор по поводу твоего протеза на левой ноге.

– Сейчас спущусь. Если это шутка такая, то получишь в рыло. – Был дан ответ после небольшой заминки.

Усмехнувшись, я направился на площадку, где стояло несколько лавочек, по известной только управляющей компании причине, лавки возле подъездов отсутствовали. Выбрав ту, с которой был виден подъезд, сел, вытянув вперёд левую ногу и положив трость на колени. Менее чем через минуту из подъезда вышел худощавый, седовласый человек в спортивном костюме и в нерешительности остановился в двух шагах от двери, озираясь по сторонам в поисках того, кто его вызвал. Правая его рука была в кармане, который сильно оттопыривался. Во дворе кроме меня и трёх подростков на детской площадке, которые распивали пиво, не было никого, и он уже готов был развернуться и уйти домой, как я его окликнул.

– Не меня потерял, Володя?

– Кто тебя подослал? – Поинтересовался Владимир, останавливаясь в трёх шагах от меня и озираясь по сторонам.

– Никто – сам пришёл.

– Я тебя не знаю. – Собеседник пристально вглядывался в моё лицо.

– Хороший протез, ты даже не хромаешь. – Проигнорировал я вопрос и добавил, кивнув на его правую руку, – а травмат ты зря взял – он тебе не нужен, да и не сильно бы помог. – Моя правая рука взяла левую, безвольно свисающую вниз, и положила на колени сверху трости.

– Ты кто вообще такой? И что тебе от меня надо?

– Да ты присаживайся, – предложил я, похлопав правой ладонью по скамейке, – нечего стоять истуканом.

– Не собираюсь я тут с тобой посиделок устраивать. Отвечай на заданные вопросы или я пошёл.

– Как насчёт заработать сто кусков за неделю?

– Это шутка?

– Никаких шуток, Володя. Или лучше тебя называть Пепел? – Я видел, как буквально на мгновение в его глазах отобразился испуг, но нужно отдать должное, он быстро справился с эмоциями.

– Вы ошиблись.

– Ошибся, конечно, и твоя левая нога сейчас не лежит там же, где и дружки твои Окунь и Косой. А может действительно не по адресу обратился? Пойду я, тогда, пожалуй. – Трость с колен перекочевала в мою правую руку.

– Подожди. – Остановил меня Пепел. – Ответь, кто тебя послал, и мы поговорим.

– Никто не посылал. – Обычным голосом ответил я, увидев, как брови собеседника сошлись к переносице. – Давай поговорим.

– Этот голос я много раз слышал, но он никак не вяжется с тем образом, кому он должен принадлежать.

– Не обращай внимания на мой вид. Так как насчёт предложения подзаработать?

– Ты реально Бормота́? Что с тобой произошло?

– Не обо мне сейчас речь. Я жду твой ответ.

– Даже боюсь предположить, что нужно сделать за сто косых, но туда я точно возвращаться не хочу.

– Туда никто и не предлагает. Есть предложение скататься в окрестности Нижнего.

– Куда? Там же сейчас… – Пепел не стал продолжать свою мысль.

– И что там?

– Немножко задница.

– Это с чего такие выводы? Тебе что-то известно?

– Люди пострадали и вроде как в области власть поменялась.

– А говорил утечки нет. – Пробормотал я себе под нос. Пепел или не расслышал, или сделал вид, что не расслышал. – Что ответишь мне, Володя?

– Делать что надо? По моему профилю сработать? Так это не законно, а я человек законопослушный.

– Это с каких таких пор?

– С тех самых, как ноги лишился.

– Это по обстоятельствам. Не думаю, что нас тут кто-то слушает, но давай-ка мы с тобой в подъезде поговорим.

Облокотившись на трость, я встал со скамейки и подволакивая левую ногу направился в сторону подъезда. Пепел немного левее шёл впереди, изредка оборачиваясь. Открыв дверь, Пепел пропустил меня вперёд. Подниматься по ступеням я не собирался и остановился перед второй дверью, развернувшись в сторону собеседника.

– Сразу сто кусков я тебе не дам, но аванс и на текущие расходы выдам.

– Я ещё не согласился. – Ответил Пепел.

– Володя, не ври самому себе, тебя сильно заинтересовало моё предложение, и ты его уже практически принял, только вот ломаешься как девочка-целочка.

– Никто не ломается, просто у меня есть работа и мне как-то нужно будет объяснить, куда я собрался не только на работе, но и жене.

– Сколько ты получаешь, работая инструктором? Шестьдесят пять в месяц, если не ошибаюсь. Я предлагаю сотку за неделю наличкой. Вполне достойный вариант. С работой всё решаемо, а жене скажешь, что едешь на полигон с денежным клиентом, который желает попрактиковаться в стрельбе. – Левой рукой, которая ещё несколько секунд назад была «парализована», извлёк из внутреннего кармана конверт и протянул в сторону Пепла, чем очень сильно его удивил. – Здесь пятьдесят кусков и инструкции. Там же телефон врача, который сделает тебе больничный на неделю, не задавая лишних вопросов.

– А ты всё предусмотрел. – Пепел забрал конверт и заглянул внутрь. – А если врач не согласится?

– Что сказать врачу, есть в инструкции, как и то, кому передать вот это. – Из кармана я достал запечатанный конверт. До Иваново доедешь на «Ласточке», билет на твоё имя уже забронирован и оплачен. Выезд завтра в четырнадцать, времени должно хватить, чтобы связаться с врачом и подготовиться к отъезду. Дальше придумаешь, как добраться. Не забудь предупредить жену, что на полигоне, возможно, не будет связи и поднимать панику не стоит.

– Скататься в закрытую зону, отдать конверт и вернуться и за это сто штук?

– Конечно, нет. Там указано, – я кивнул на конверт, что держал Пепел в руках, – где тебе быть после того, как передашь письмо адресату. Если я с тобой не свяжусь в течение трёх дней, то можешь считать работу сделанной.

– Я так понимаю, что остальную сумму придётся отрабатывать на месте? – Пепел вопросительно на меня посмотрел, я утвердительно кивнул. – Приемлемо. У меня вопрос. Что за маскарад с инвалидностью, да и с внешностью? Я ведь и правда решил, что ты инвалид.

– Вот не поверишь – ещё в детстве хотел поиграть в шпиона, вот сегодня решил осуществить задуманное. Есть ещё вопросы?

– Если я не смогу пробраться в область, как быть?

– Володя, там хоть и оцеплено всё, но уверен, что где-то даже на танке можно проехать.

– Надеюсь, что твои шпионские игры для меня не будут иметь последствий. Тебя проводить? А то райончик у нас так себе.

– Кто на инвалида нападать будет? Не забудь – три дня. – Я взял трость в правую руку и из подъезда вышел инвалид, что пять минут назад в него вошёл.

Мне предстоял обратный путь домой. По привычке оглядел двор и кроме всё тех же подростков, никого не обнаружив, свернул влево. Уже подходя к углу дома, я вначале услышал быстрые шаги за спиной, а затем и окрик:

– Эй, дядя, сигареткой не угостишь?

– Не курю. – Просипел я в ответ, не останавливаясь.

– Ты куда так разогнался, олимпиец? – Продолжил всё тот же голос и раздались два смешка его товарищей. – Тормози.

Как не хотелось мне продолжить движение, но я остановился и развернулся, выставляя трость впереди себя и делая вид, что на неё опёрся. Так и есть, это те самые подростки, что распивали пиво. Всем троим максимум можно было дать по восемнадцать лет. Двое стояли на расстоянии двух шагов от меня и приблизительно в метре друг от друга, по всей видимости собираясь напасть на меня одновременно. Третий стоял в двух метрах позади них, он и заговорил.

– Тогда одолжи на пиво пацанам.

– Несовершеннолетним алкоголь противопоказан. – Ответил я. – Да и откуда у меня деньги?

– Дядь, ты не понял, лавэ гони. – В руках того, кто стоял от меня слева, блеснуло лезвие ножа.

– Ребяту́шки, вы же статью сейчас себе шьёте. – Попытался отговорить я подростков, хотя знал, что это не подействует.

– Это тебя зашивать потом будут, если бабки не отдашь. – Произнёс тот, что был с ножом и попытался нанести удар, к которому я уже был готов.

Отбив руку с ножом тростью от себя влево, ухватил трость двумя руками и нанёс слева сверху вниз сильный рубящий удар в шею нападавшего, который тут же упал. Не мешкая ни секунды, я слегка присел, уходя от удара второго нападающего и нанёс рукояткой трости сильный удар в нижнюю часть живота, а затем выпрямившись, тут же ею нанёс удар в область правого его колена. Третий их товарищ, с затуманенным алкоголем мозгом, не сразу сообразил, что перед ним уже не инвалид, который еле передвигает ногами, а опасный боец, решил пойти в атаку, но запнулся об одного из своих дружков и полетел на землю. Ждать, когда он встанет я не стал и словно заправский гольфист нанёс сильный удар в бедро. Вечернюю тишину разорвал дикий крик боли.

Опираясь на трость, я поковылял прочь, озираясь по сторонам в поисках того, кто мог видеть короткую стычку, но таковых, несмотря на расположенную неподалёку конечную остановку автобусов, не было. Район действительно был не самый благополучный. От предложения Пепла я не зря отказался. Какой он стрелок я прекрасно знал, а вот какой боец, да ещё и на протезе не знал совсем, да и жить ему в этом районе. Оглянувшись ещё раз на местных гопников, которые продолжали лежать на земле, я понадеялся, что не перестарался с силой удара по шее первому нападавшему. В то, что они не обратятся в полицию, я был уверен на сто процентов, но вот если я не рассчитал силы, то меня будут искать и наверняка выйдут на Пепла. В Москве камер наблюдения, как грязи и если меня сильно захотят найти, то большого труда это не составит. Несмотря на это обстоятельство, я всё же решил запутать следы. Перейдя дорогу, сел в электричку и доехал до Вешняков, затем поймал частника и, пусть и переплатил, но доехал до станции метро «Стахановская», откуда и отправился в обратный путь к дому.

Утром следующего дня я снова был в кабинете ФСБшного генерала.

– Когда твои орлы готовы будут выдвинуться?

– Как только будут поставлены конкретные задачи, и станет известно о эвакуационном выходе.

– Всё тут. – Генерал положил кисть правой руки на лежащую на столе папку. – Командиров групп нужно будет пригласить сюда.

– Никого приглашать не нужно – достаточно мне ознакомиться с материалами.

– Ознакомишься. Но вот только они-то будут там, а ты тут. Поэтому ознакомиться они должны лично.

– Если ты так считаешь, то конечно, но есть одна небольшая деталь – я иду с ними.

– Куда ты идёшь?

– Туда же, куда и они. Это мои люди и отвечаю за них я. На месте мне гораздо проще контролировать ситуацию.

– Ты в своём уме? Тебе лет-то сколько, чтобы самому лезть в это?

– Что-то лет пять назад никто не спрашивал, сколько мне лет, когда отправляли без прикрытия в сопредельную страну. При этом забыв сообщить о скрытых угрозах и где я в первый же день чуть не гробанулся.

– Там и обстановка была другая и задачи. И выглядеть должно было естественно. Не дури, полковник.

– Мы уже официально? Товарищ генерал-майор, с моим руководством уже всё согласовано, и вносить коррективы перед началом операции считаю нецелесообразным. Разрешите ознакомиться с документами?

– Зачем ты так? – Старый приятель толкнул папку по столу в мою сторону. – На, читай. Хрен тебя переубедишь.

Изучая документы, я отметил, что в отличии от листов, фотографии целей были в двух экземплярах.

– Фотографии можешь взять с собой – ошибки нам не нужны. – Произнёс генерал, как только я закрыл папку. – Пошли со мной.

– Куда? – Задал я вопрос, вставая вслед за генералом со стула.

– Нас ждут те, кто посвящён в детали операции, там и изложишь свои мысли.

– Теперь понятно. Есть одна просьба.

– Говори.

– Можно не разглашать информацию о том, что я лично там буду.

– Боишься утечки?

Я в ответ лишь кивнул. Покинув кабинет генерала, мы спустились на один этаж ниже и вошли в помещение с большим столом посередине, вокруг которого расположилось шесть человек в звании от подполковника до генерал-лейтенанта. Этим генерал-лейтенантом был ещё один мой старый знакомый, которого звали Сергей Николаевич, остальные, включая двух человек в штатском, были мне неизвестны.

– На знакомство нет времени. – Огласил генерал-майор. – Полковник, когда выдвигаетесь и что планируете предпринять?

– Через сутки, возникли определённые сложности.

– Часики тикают. – Александр постучал указательным пальцем по своему запястью. – Сутки – это очень долго.

– Тут я ничего не могу поделать – обстоятельства.

– Как бы ваши обстоятельства не вышли для нас боком. – Проговорил, сидящий за столом один из штатских.

– Теперь, что касаемо маршрута. – Ппродолжил я, проигнорировав реплику штатского. – До Мулино доберёмся на двух вертушках, а пока мы туда летим необходимо организовать транспорт. Нужны будут два армейских крытых ЗИЛа и две ВАИшных* машины сопровождения.

– Зачем такие сложности? – Спросил первый генерал.

– Это ещё не всё. В Мулино вертушки нужно будет дозаправить и предупредить личный состав полигона, что после того, как к ним подгонят ЗИЛы – мы поставим дымовую завесу.

– Это-то ещё зачем? – Удивился второй мой знакомый.

– Действительно, полковник, к чему такой спектакль? – Вновь задал вопрос тот же штатский.

_________________

* Военная автомобильная инспекция (прим. автора).

– Товарищ генерал-лейтенант, – реплика штатского снова была мною проигнорирована, – я спланировал много операций, и ещё ни одна не была провалена. Но на ваш вопрос я отвечу. Не стоит исключать, что каким-то невероятным образом противник узнает о нашей высадке в Мулино. Дымы нужны, чтобы скрыть, пересядут бойцы в машины или останутся в вертушках, одна из которых полетит до площадки в Истомино неподалёку от Балахны, вторая приземлится в Дружном. Одна машина пойдёт до Володарска, вторая по шоссе до Пыры.

– Ну ты полковник и нагородил. – Александр качнул головой. – Хорошо, пусть будет по-твоему. Только думаю, что это лишнее. Сергей Николаевич, проконтролируй этот вопрос.

– Сделаем. – Ответил генерал-лейтенант, хоть и был он по званию выше, но согласно приказа в этой операции подчинялся ФСБшкому коллеге. – Полковник, ты с ними летишь?

– Да, но с ними не иду. Буду контролировать ближе к месту события. Конкретно из какого – пока не решил.

– С этим разобрались. Что на месте планируете предпринять? – Задал вопрос Николаич.

– Всё будет зависеть от обстановки на месте. Поэтому ничего конкретного сказать не могу. Буду докладывать по мере выполнения.

Дальнейшее обсуждение не заняло более десяти минут, по истечение которых я покинул помещение и ещё через пять минут двигался в направлении базы.

В ЛОГОВЕ ВРАГА

Грибник

Вот уже четыре часа как я иду по лесу в камуфлированной «берёзке» с корзинкой в левой руке, которая на две трети наполнена грибами. На ногах у меня армейские берцы. Резиновые сапоги были бы более уместны, но бегать в них не очень комфортно. В правой руке у меня тонкая берёзовая палка, которой я разгребал траву и листву в поисках грибов. В лес я заходил, когда всё было окутано лёгким туманом, который к этому часу оставался лишь в низинах и возле мелких водоёмов. Впереди приметил небольшую поляну, на которой и решил перекусить. Не дойдя до неё несколько метров, услышал слева от себя окрик.

– Стоять.

Я остановился и, хотя меня не просили, медленно повернулся на голос. Метрах в десяти от меня возле берёзы поднимались с земли двое, каждый направлял на меня АК-74. Оба были одеты в оливковую «Горку», поверх которой был надет бронежилет, у каждого к правому бедру крепилась кобура, в которой, если судить по рукоятке, находился «Глок». Внешний вид и недельная щетина на их лицах говорила о том, что даже с большой натяжкой это не могут быть военные.

– Не дёргайся. – Произнёс тот, что был от меня по правую руку. – Ты кто такой?

– Грибы собираю.

– Серый, проверь, что за грибник такой. Да куда ты! Правее обойди, не лезь под ствол. – Прикрикнул всё тот же, кто со мной заговорил.

Его напарник взял немного правее, приближаясь ко мне, продолжая направлять на меня автомат. Я продолжал оставаться на месте, лишь немного поворачиваясь в его сторону по мере его приближения ко мне.

– Палку брось. – Скомандовал Серый, останавливаясь в пяти шагах от меня.

– Да, конечно. – Я откинул палку и слегка наклонил корзинку в его сторону. – Вот смотрите – грибы.

– Сыч, реально грибы. Мужик, ты откуда тут взялся?

– Так из Первого Мая я, по грибы пошёл. В магазине-то нет ничего, не возят уж неделю, как заварушка началась – раскупили всё в полдня. Даже самые дешёвые консервы не оставили. Нового не везут, а жрать-то охота. Консервы и потом можно употребить, а пока грибы идут, можно и ими питаться, вот в лес и пошёл. – Ответил я, опуская корзину на землю.

– Далековато забрался. – Проговорил Сыч. – Документы есть?

– Кто ж в лес документы-то берёт?

– Оружие?

– Нет, вон нож только. – Я нагнулся к корзинке, но грозный окрик Серого меня остановил.

– Не дёргайся! Медленно ко мне подошёл и руки держи, чтобы я их видел.

– Мужики, отпустите меня. Пойду я. А? – Я продолжал стоять на месте.

– Сюда иди! – Раздражённо скомандовал Серый. – Про руки не забывай.

Держа руки впереди себя на уровне бёдер слегка согнутыми, я медленно двинулся в сторону Серого. Не доходя до него приблизительно полметра, остановился. Ствол его автомата целился мне в район солнечного сплетения.

– В карманах что? – Кивнул головой Серый в моём направлении.

– Ничего.

– А в рюкзаке?

– Вода, пара яиц, огурец и хлеб.

– А говорил, жрать нечего. – Проговорил Сыч. – Рюкзак снимай.

– Чиж, что с ним возиться, может завалить его? Кто в лесу искать будет.

– Вали. – Услышал я ответ Чижа.

– Да вы чего, мужики?! Я же вам ничего плохого не сделал. – С дрожью в голосе спросил я, видя, как его палец ложится на спусковую скобу. – Отпустите меня. Часы вот возьмите.

– Котлы считай и так наши. – Серый расплылся в улыбке.

Дальнейших моих действий никто из них не ожидал. Всё произошло за несколько секунд. Подшаг правой ногой вперёд, правая рука метнулась вправо и вперёд, одновременно отводя ствол автомата и передёргивая затворную раму. Синхронно с этим левая рука отстегнула магазин. Шаг вперёд левой ногой, удар магазином в висок Серого, от которого у него закатились глаза, и он стал терять сознание. Тело его ещё стояло, а я уже, заходя ему за спину, выхватил из набедренной кобуры пистолет и передёрнул затворную раму, что оказалось лишним – патрон был в патроннике. Три выстрела эхом раскатились по лесу. Две пули попали Сычу в бронежилет, а третья пробила горло. Четвёртая пуля пробила череп Серого, тело которого ещё не успело упасть на землю.

Я не спеша отыскал в траве патроны от автомата и пистолета и положил их в карман Серого. Подняв автоматный магазин, пристегнул его на место и вложил «Глок» в правую руку мертвеца. Подобрав корзинку с грибами, подошёл к Сычу, который лёжа на земле, часто моргал и хрипел, захлёбываясь собственной кровью, пытаясь левой рукой зажать рану. Наклонившись к нему я, приподняв над землёй автомат, произвёл короткую очередь. Пусть теперь те, кто их обнаружит, ломают голову над тем, что тут произошло.

Как не велико было желание забрать рацию у Чижа, но я быстрым шагом покинул это место. До обеда мне необходимо, минуя Берёзовую Пойму, пересечь шоссе, что благополучно было сделано через два с половиной часа.

Обойдя стороной складские терминалы, которые выглядели пустующими, но окажись там рабочие или того хуже – мятежники, то объяснить нахождение на территории грибника будет сложно. Сквозь деревья проглядывали дома садоводческого товарищества, вот туда-то я и направился. Пройдя по двум улицам товарищества, я обнаружил, что искал. Один из крайних домов был давно заброшен, окна и двери были выбиты, ворота на территорию отсутствовали, их, по всей видимости, давно унесли и сдали на металлолом. Внутренняя обстановка подтверждала теорию, что тут побывали «металлисты». Пройдясь по двум комнатам, я не обнаружил ни одного металлического предмета, отсутствовали даже ручки на дверях, остались только следы, где они раньше располагались. В дальней комнате в одном из углов небрежно было свалено постельное бельё – скорее всего тут когда-то стояла железная кровать, которая и стала добычей. Из окна этой комнаты был виден въезд во двор и это меня вполне устраивало.

Частично освободив стол, расстелил на нём газету, найденную тут же, и аккуратно высыпал грибы. Дно корзины покрывала газета и картонка, убрав которую, извлёк рацию и «Стечкин», деньги и запасные магазины трогать не стал, как и спутниковый телефон – выходить на связь с центром было ещё рано. Включив рацию и проверив частоту, нажал на вызов.

– Живые есть?

– Филин, Фантом, Хруст, Туман. – Поочерёдно услышал я.

– Сложности были?

– Нас ждали. – Ответил Хруст, когда дошла до него очередь отчитываться. – Потерь нет. Работаем по второму плану.

– Патруль?

– Организованная засада.

– Понял. Подробности при встрече. Продолжаем действовать по намеченному и скорректированному планам. Следующий сеанс связи через два часа.

Согласно разработанному плану, группы Фантома и Тумана, летя в направлении Дружного, десантируются в районе ж\д станции Кудьма и далее группа Фантома пробирается в верхнюю часть города, а Туман со своими до Новинок, где постараются перебраться на другой берег, а в случае обнаружения просто отойти. Группу Тумана я изначально задумывал в качестве отвлекающей, на тот случай, если среди тех, кто знает про операцию, будет «крот».

Филин двигался со стороны Балахны, но в отличие от меня, идущего в Дзержинск, его группа направлялась в Нижний. Хруст должен был войти в Дзержинск с запада, со стороны Решетихи переправившись через Осовец. У Хруста вариантов попасть в город было меньше, чем у остальных, но его ждали именно на том направлении, которое я озвучил на совещании. Это могло быть и обычным совпадением, только вот словам Хруста я доверяю и, если он посчитал, что это не просто патруль – значит, так оно и есть.

– Пепел на связь. – Проговорил я в рацию, изменив частоту.

– На связи.

– Канал чист?

– Чист. Двое суток тишина. Задание выполнил, хотелось бы получить расчёт.

– За мной не заржавеет. Ты последний пункт выполнил?

– Я же сказал – всё сделано. – Ответил, как мне показалось, слегка раздражённо Пепел.

– Ты сейчас где?

Пепел назвал адрес, чем меня не особо обрадовал. Отключив питание рации, убрал её на прежнее место. После недолгих колебаний туда же был отправлен и «Стечкин», грибы заняли своё привычное место. Менее чем через пять минут по направлению к Дзержинску шёл обычный грибник.

Район города, в который я вошёл, и раньше был не особо многолюдным, а сейчас выглядел словно вымершим. За десять минут, что я шёл к нужному дому, мне повстречалось всего два человека, и проехала одна машина. Оба продуктовых магазина на моём пути оказались закрыты. Двери ещё одного, название которого состояло из двух слов и выкрашенного в бело-красный цвет, были выбиты и перед ними на ступеньках и асфальте повсюду лежали разбитые бутылки из-под алкоголя. Тут же были разорванные пакеты из-под круп, сам продукт, по всей видимости, склевали птицы, устроившие пиршество – птичий помёт на асфальте красноречиво на это указывал. Нужная мне квартира находилась в крайнем подъезде соседнего дома.

– Здорово, Пепел. – Поздоровался я, входя в квартиру.

– Здорово, Бормота́. Бабло принёс?

– Шустрый какой. Давай вначале про обстановку поговорим, а потом и про всё остальное. Надеюсь, разуваться тут не надо? – Я прошёл в комнату и сев в одно из кресел, поставил рядом корзинку.

– Ну и задачку ты мне подкинул. – Пепел сел на диван. – Я в Москве столько денег на такси не тратил в месяц, сколько тут за сутки. Одно задание сложнее другого.

– Были трудности?

– Думаешь легко снять квартиру, когда интернет не фурычит?

– Нашёл же.

– Скажи спасибо, что городские телефоны работают и я не забыл телефончик одной крали, с которой я во времена своей бурной молодости… ну ты сам понимаешь.

– Темнишь ты что-то. В городе разве таксофоны остались?

– Хрен от тебя что скроешь. Встретились случайно, слово за слово, а там и про квартиру разговор зашёл.

– Так это её хата? – Я окинул взором комнату, в которой помимо двух кресел и дивана, вдоль стены расположилась сохранившаяся ещё с советских времён «стенка» с множеством книг. Дверь в соседнюю комнату была прикрыта, и что находится за ней, было не видно.

– Брата её. Он по полгода на вахте, вот она мне любезно ключи и предоставила.

– Диваном успели поскрипеть? – С улыбкой спросил я.

– Да ладно, хорош. – На лице Пепла блуждала блаженная улыбка.

– Вижу, что успели. Эти детали меня не интересуют, на какой срок квартира в моём распоряжении и что по транспорту?

– С транспортом облом. Ты не озвучил, на какой срок квартира нужна – я снял на месяц. Есть приятный бонус в виде гаража тут неподалёку.

– Не знаю, понадобится или нет, но буду иметь в виду. – Я не стал говорить Пеплу, что гараж очень даже нужен. – С едой как обстоят дела? Я видел, что магазин один уже разгромили.

– С едой могут возникнуть сложности. Магазины не работают. Есть вариант купить на рынке, там иногда продают продукты. Но цена слишком высокая.

– Пепел, ты когда успел всё разузнать?

– Дама слишком болтливая или соскучилась по общению, вот и выложила мне всё, что в городе происходит.

– С одной стороны – это хорошо, а вот с другой, не сболтнула бы она про своего постояльца там, где не надо. Ты ей, кстати, что наплёл, зачем квартиру снял?

– Ей болтать какой интерес?

– Сам сказал, что язык у неё без костей.

– Так это она со мной такая болтливая. Про хату сразу сказал, что не для себя, а для товарища, которого из другой квартиры выгнали. Давай по бабкам рассчитаемся.

– Так себе легенда, ну да ладно, хоть не объявится внезапно, чтобы трусы твои проверить. Ты достал, что я просил?

– Не знаю, зачем тебе это надо, но вон в сумке у окна лежат. – Пепел кивнул на спортивную сумку возле батареи.

– Теперь можно и рассчитаться. Держи. – Я достал из кармана приготовленные деньги и протянул в сторону Пепла, которому пришлось встать со своего места.

– Я чего-то не понял? – Пепел держал в руках четыре красные купюры – две в левой и две в правой руке и вопросительно смотрел на меня. – Ты меня кинуть решил?

– Это деньги за квартиру. Есть листок и чем записать? Или запоминай так.

– Что запоминать?

– Где остальную сумму взять. Ты думаешь, я бы потащил её сюда? Вдруг мне не получилось бы сюда дойти, или с тобой что-то случилось? Поэтому я подстраховался и оставил конверт в ячейке хранения.

– Удобно. Грохнут меня – бабки целы и ты в шоколаде.

– Конечно, удобно. Только вот если тебя грохнут, как ты говоришь, то бабки достанутся твоей жене. Я перед отъездом отправил ей письмо с инструкциями, а зная, как работает наша почта, то письмо доставят после того, как ты уже будешь дома и сам заберёшь оплату.

Пепел перестал искать канцелярские принадлежности и молча развернулся в мою сторону видимо, пытаясь определить, насколько я говорю правду. Я же не спешил продолжать, предпочтя дождаться его реакции. Через полминуты Пепел не выдержал и произнёс:

– Надеюсь, что с тех пор, когда мы были за периметром, ты не скурвился и всё что сейчас сказал – правда. Что от меня дальше требуется?

– Ничего. Ты свою работу, можно сказать, закончил и можешь отправляться в обратный путь.

– И всё? – Брови Пепла вздёрнулись вверх. – И только за это ты отвалил сто кусков, плюс текущие расходы? Меня просто разбирает от любопытства, что ты тут будешь делать и главное – на чём собрался заработать. Мне оплачено за неделю – и эту неделю я намереваюсь провести тут.

Я едва сдержался, чтобы не улыбнуться. Сто тысяч за тот объём работы, что успел сделать Пепел, платить никто не собирался. Такая крупная сумма была лишь для того, чтобы заманить сюда. На его счёт были дальнейшие планы, и ещё дома я знал, что любопытство оставит его тут. На данном этапе посвящать Пепла в детали операции я не собирался – он должен был «дозреть», но при этом мне необходимо было как-то решать свои дела без его глаз и «ушей». Перед тем, как войти в город, я связался с командирами групп и у меня в запасе было от двух до трёх часов, поэтому я поднялся с кресла, подхватил корзинку и направился в сторону выхода.

– Ты куда? – Задал вопрос Пепел.

– До рынка прогуляюсь – надо грибы продать, пока товарный вид имеют.

– Мы и сами их можем съесть.

– Можем, но не будем. Мне обстановку надо разведать, а кося под грибника сделать это будет проще.

– Составить тебе компанию?

– Не стоит. Один человек с корзинкой меньше вопросов вызовет. Сиди-ка ты дома и жди моего возвращения. Часика за три-четыре, надеюсь, управлюсь. Ключи дай мне, на всякий случай.

Пепел протянул мне связку ключей, которую я тут же убрал в карман и вышел за дверь. Постояв несколько секунд в подъезде, так и не дождавшись звука запирающегося замка, вышел на улицу. Мой временный напарник или был уверен, что в квартиру никто не войдёт, или имел второй комплект ключей и собирался проследовать за мной. Если он решил проследить за мной и выяснить мои планы, то его ждёт разочарование.

Последний раз в этом городе я был года два назад, когда через агентство оформлял сдачу своей, простаивающей, квартиры внаём. В деньгах недостатка я не имел, но следить за состоянием коммуникаций, просто не было времени. По стечению обстоятельств моя квартира находилась в соседнем доме, и знай я об этом заранее, прихватил бы с собой тот маскарадный костюм, в котором я предстал несколько дней назад перед Пеплом.

Выйдя из подъезда, опустив голову как можно ниже, свернул влево и поспешил завернуть за угол, чтобы меня случайно не заметил никто из старых знакомых. Такие предосторожности были излишни – шесть подъездов отделяло меня от дома, в котором могли оставаться те, кто меня помнил. До городского рынка идти было не более сорока минут. Для этого надо было выйти на улицу Чкалова и дойти до площади Дзержинского, где пройдя по краю городского парка выйти к самому рынку. Я предпочёл немного другой маршрут, выйдя на улицу Гастелло собирался добраться до переулка Жуковского и, пройдя через парк выйти к рынку. Данный маршрут был выбран вовсе не для того, чтобы поностальгировать о тех местах, по которым я гулял с друзьями в школьные годы. Согласно документам, которые после длительных согласований всё же были выданы мне для ознакомления, на проспекте Дзержинского в девятом доме и переулке Жуковском в доме номер пять, имелось по выходу из бомбоубежищ, в которые вели два тоннеля из здания ФСБ – эти два выхода мне и предстояло проверить.

К концу улицы Гастелло я почувствовал едва уловимый запах недавнего пожара, который усиливался вместе с моим продвижением вперёд. Оглядев ближайшие дома, я не обнаружил дым, пожар давно был потушен или закончился сам, когда уже нечему было гореть. Исходя из тех событий, что тут происходили, гореть на этой улице могло только одно здание, в чём я и убедился, подойдя ближе. Левая часть здания полиции была вся закопчена, стёкла в окнах отсутствовали, как и входная дверь, вокруг окон на стенах имелись выщерблены от пуль. Под ногами у меня звенели гильзы, как от автомата, так и пулемёта. Часть деревьев на газоне были сломаны, машины, что были припаркованы – смяты, словно по ним проехался танк, характерные следы от гусениц на это указывали. Не успел я поравняться с входом в здание, вернее с дырой на его месте, как услышал хруст битого стекла внутри. Я остановился, не зная, как поступить. Из проёма показалась фигура мужчины с клетчатой полиэтиленовой сумкой, в которых «челноки» в девяностых возили товар. Увидев меня, мужик остановился, видимо встретить меня в его планы не входило и он, как и я несколько секунд назад, думал, как ему поступить. За эти несколько секунд я успел разглядеть, что это уже старик, которому лет семьдесят.

– Дед, не бойся, подходи, поговорим. – Обратился я к нему.

– А мне чего бояться? Я человек мирный.

– Ты чего тут делаешь? – Спросил я у него, когда дед оказался рядом со мной. – Тут наверняка ловить уже нечего.

– Это, смотря, что искать. Оружие мне не надо, да растащили его сразу. Я вот вещички собираю.

– Какие?

– Да разные. Кители, бушлаты, телефоны иногда попадаются, сумки женские.

– Тебе это всё куда?

– Как куда? – Удивился дед. – Что-то себе оставляю, а что не приглянулось, то на рынке можно продать или обменять.

– Понятно. Что тут произошло, не знаешь?

– Не местный, что ли? – Вопросом на вопрос ответил дед.

– С чего вдруг? Просто не в этом районе живу, до этого как-то не до прогулок было.

– В землянке? – Старик кивнул на корзинку.

– Что сразу в землянке? – Я решил, что не стоит называть район, где мы с Пеплом разместились, поэтому назвал первый адрес, что пришёл на ум. – На Ленина в сто третьем доме. Грибы на рынок несу.

– В сто третьем говоришь? – Прозвучал вопрос, при этом дед как-то хитро прищурился. – Звать, то тебя как?

– Сергей. – Вновь соврал я.

– А я Сергеич. – Представился дед, поставил сумку и протянул правую руку. Несмотря на возраст, рукопожатие его было крепким. – Не будем торчать тут, пошли к моему дому ближе.

Дом Сергеича оказался в конце улицы через дорогу, а окна его квартиры на четвёртом этаже выходили на Гастелло, поэтому, что тут происходило, он видел лично, о чём и поведал за те две минуты, что мы шли до его дома. Из его рассказа я узнал, что вначале большая группа пыталась захватить здание полиции, но получила отпор. Приехавший на подмогу танк, заехав со двора, прямой наводкой расстрелял вход, а затем, выкатившись на улицу давил машины и из пулемёта стрелял по окнам, а когда здание было захвачено, и стрельба стихла, уехал к площади Маяковского.

– Тебе, я так понимаю на рынок надо? – Спросил Сергеевич, как только мы остановились на углу его дома. Я в ответ молча кивнул. – Дам совет – иди дворами и не вздумай к фсбшному зданию соваться, там оцеплено всё. Да и на площадь не лезь без особой нужды – там теперь другая власть.

– Спасибо за совет. Пойду я, пока товар свежий, люди при любой власти кушать хотят.

– Сергей, подожди. – Окликнул меня старик, когда я успел сделать не более трёх шагов. – Не знаю, что за грибник ты такой, но не говори больше никому, что в сто третьем живёшь.

– А что не так?

– Так снесли его года уж три как. Новый недавно строить начали, но что-то застопорилось у них.

– Спасибо, не знал.

– Если предложу продать корзинку, ведь не продашь? – Глаза собеседника вновь хитро прищурились.

– Нет. – После небольшой заминки ответил я.

– Могу только догадываться, зачем ты здесь, да и не моё это дело, но постарайся не допускать таких глупых проколов.

Ещё раз поблагодарив старика, я направился в нужном мне направлении по пути ругая себя за такую банальную ошибку. Новости я мог бы узнать и у Сергеича, но информация от одного человека будет более скудная, чем от нескольких, хотя и могут наговорить такого, чего в действительности и не было. К тому же необходимо посетить два адреса, один из которых от моего расположения был метрах в двухстах и через две минуты я входил во двор первого нужного мне дома. В это же время со стороны улицы во двор вошла группа вооружённых людей в камуфляже серо-синего цвета и рассредоточилась по двору, взяв под контроль первый подъезд дома, так нужный мне. Информации, о том, что к мятежникам примкнули сотрудники ФСИН*, до меня не доводили. Я замедлил шаг, но окрик одного из них, который в грубой нецензурной форме предложил убраться куда подальше, заставил ускорить шаг. Вступать в конфликт с таким количеством вооружённых людей, которые в отличие от тех, что повстречались утром в лесу, явно знали, как обращаться с оружием, да и десятикратное преимущество было не в мою пользу, поэтому уже через несколько секунд я переходил улицу, направляясь к следующему адресу.

Пересекая проезжую часть, заметил слева от себя метрах в пятидесяти танк, возможно даже тот самый, что расстрелял здание полиции, и разношерстную группу людей с оружием. Сергеич был прав, предупреждая меня о том, что улица оцеплена. Нужный мне дом был угловым и всего в нескольких метрах от меня, поэтому, не снижая темпа и никем не замеченный, быстро покинул улицу.

Свернув во двор, я замедлил шаг. Как и в первом, здесь, укрываясь за деревьями и машинами, расположились бойцы в точно таких же камуфляжах, что и в соседнем дворе. Поняв, что и тут мне ловить нечего, я развернулся, намереваясь покинуть локацию, пока меня не заметили, но окрик «Стоять!» заставил меня остановиться и, не делая резких движений, развернуться.

– Кто такой? – Задал мне вопрос, направив в мою сторону автомат, ближайший сотрудник колонии с погонами майора.

– Никто, на рынок грибы несу.

– Тут что забыл?

– Поссать хотел, я же не знал, что вы тут кого-то ловите. С зоны кто-то сбежал? – Спросил я.

– Не твоего ума дело. Михей, проверь. – Отдал распоряжение майор стоящему позади него бойцу, не переставая в меня целиться.

Боец, закинув автомат за спину, и не перекрывая обзор майору быстро оказался возле меня и довольно профессионально, что неудивительно, обыскал, выдав в конце лаконичное «Чисто».

– В корзинке что? – Спросил майор то ли у меня, то ли у своего подчинённого.

_________________

* Федеральная служба исполнения наказаний (прим. автора).

– Грибы. – Поспешил ответить я.

– Вытряхивай.

– Да ты что, майор, кто же у меня их потом купит? – Взмолился я.

– Мне насрать. Вытряхивай, сказал.

Такой вариант меня совсем не устраивал, убежать не успею, а даже, если я каким-то чудесным образом сумею перестрелять этих десятерых в этом дворе, то на выстрелы точно прибежит подкрепление с улицы и тогда минуты моей жизни будут сочтены. Осознание того, что это никак не вяжется с тем видением, что было несколько лет назад, пришло ко мне уже потом, а сейчас мой мозг лихорадочно искал выход из сложившийся ситуации. Всё разрешилось само собой. Стоящий позади майора боец произнёс: «Движение». Майор повернул голову в сторону подъезда и отдал короткий приказ:

– Михей, тащи их сюда.

– А с этим что? – Поинтересовался боец.

– Пусть валит отсюда.

Михей грубо отодвинул меня в сторону и направился к подъезду. Пока майор не передумал, я направился на выход из двора, успев посмотреть на тех, кто предотвратил досмотр моей корзины. Ими оказались молодые парень с девушкой, ведущие на поводке собаку рыже-белого окраса породы корги.

Всё, что мне нужно было увидеть, я увидел, и можно было возвращаться назад, но если Пепел идёт следом за мной, то представление следовало доиграть до конца. Уже проходя через парк, я анализировал увиденное. Возможности проверить пойдут бойцы ФСИН в бомбоубежища или нет, у меня не было, но и того, что они в один день оцепили оба двора, которые меня интересовали, было достаточно. Таких совпадений просто не могло быть. Всё это косвенно указывало на то, что среди той десятки, что посвящена в детали операции сидит предатель. Существовал ещё «фантастический» вариант, что кто-то из этой десятки по пьяной лавочке невольно разболтал то, что не должен был. Но в такое развитие событий я не верил. Где-то в глубине души я надеялся, что среди этих людей нет предателя и это всё просто совпадение. Чтобы проверить это, мне необходимо запустить «утку» и посмотреть, кто на неё «купится». Этот вопрос я решил отложить на завтра, а сейчас передо мной были ворота рынка, куда я решительно и направился.

Сам рынок с моего последнего посещения сильно изменился – практически исчезли открытые железные прилавки. Вместо них выросли небольшие павильоны и закрывающиеся на рольставни новые ряды, которые и заменили те самые железные прилавки. На рынке было немноголюдно. Многие павильоны были закрыты, а в тех, что были открыты работающих точек я насчитал от силы десяток. Вещи меня мало интересовали, я искал ряды с овощами и фруктами, которые, как и предполагал, нашёл в задней части рынка.

В этой части остались открытые прилавки, за которыми расположились в большей своей массе бабушки с домашними закрутками и продуктами со своих огородов. Были и мужчины, торгующие свежей рыбой и, как и я, грибами. Отыскав свободное место за прилавком, разложил на газете несколько кучек грибов, разделив от трёх до пяти штук в каждой кучке. Задачу быстро продать товар я себе ставил, поэтому интересующимся цену озвучивал немного выше, чем у моих соседей. За неполный час, что я пробыл за прилавком, от соседних бабулечек я узнал, что сейчас в городе относительное затишье, по сравнению с первыми днями. После восьми часов вечера на улицу желательно не выходить – в лучшем случае у тебя просто проверят документы и заберут для проверки в уцелевшие отделения полиции, а могут, если патруль будет состоять из уголовников, отнять практически все деньги и ценности, что найдут при тебе. Поликлиники, как и магазины не работают. В дневное время так же могут остановить, но такой шанс минимален, если ты не передвигаешься на машине. Машины останавливают все без исключения и, если ты не остановился по первому требованию, то твою машину превратят в решето. В то, что это именно так, не стоило верить, рассказ бабушек можно было смело делить на два. Приблизительно через полчаса рассказы стали повторяться, а выслушивать про болячки своих соседок желания не было, и я, снизив цену и быстро всё распродав, решил заглянуть на «блошиный» рынок, что раньше был позади основного.

Выйдя через задние ворота, я уже собрался свернуть в правую сторону, как слева услышал громкий женский возглас: «Отвали, козлина». Повернувшись на голос увидел метрах в двадцати чёрный Гелендваген, возле которого стояли девушка и держащий её за руку парень открывающий левую заднюю дверь автомобиля. Девушка пыталась освободиться от захвата, но все её попытки были напрасны. Открыв дверцу, парень стал заталкивать девушку внутрь. Крик «Помогите» был наверняка слышан и за стеной рынка.

В подобные разборки я стараюсь не влезать, после давнего случая, когда мужчина на улице избивал женщину. Тогда мне пришлось с помощью нескольких ударов убедить его этого не делать, но эта самая женщина, что только что получала побои, накинулась на меня с кулаками, защищая своего мужа, а проезжающий мимо наряд, тогда ещё милиции, забрал меня в отделение. От статьи меня тогда спасло то, что дежурным оказался мой хороший знакомый, и я отделался парой бутылок водки для ППСников, что меня задержали, ну и естественно с товарищем посидели потом в кафешке. Вот по этой причине я и не ввязываюсь в семейные разборки. Только вот картина, что я сейчас наблюдал, не очень походила на семейные разборки. Обычные джинсы и серая футболка на девушке слишком контрастировали с дорогим автомобилем и одеждой парня. По всей видимости, девушка, перед тем как её затолкнули в салон, успела увидеть меня, поэтому крикнула: «Мужчина, помогите!». Поскольку на улице кроме меня никого не было, то не было никаких сомнений, к кому она обратилась.

Привлекать к себе лишнее внимание в мои планы не входило, но я прекрасно понимал, что ничем хорошим для девушки эта поездка не закончится, поэтому направился к автомобилю.

– Проблэмы? – С небольшим акцентом поинтересовался парень, когда я оказался в нескольких метрах от машины. Тёмные волосы и загорелая кожа выдавала в нём представителя южных регионов.

– У меня нет, а вот у тебя видимо да, девушка явно не хочет с тобой ехать. – Ответил я, ставя корзинку на землю и делая шаг вперёд.

– Тибэ какоэ дэло, иди отсуда. – Парень пытался закрыть дверцу авто, но девушка ногами препятствовала этому.

– Мурад, кто там? – Донёсся из салона мужской голос, и я понял, почему девушка не пыталась выйти с другой стороны.

– Мужик нэнормалный какоэто.

– Пусть валит отсюда.

– А ты кто такой, чтобы мне указывать, где ходить? – Спросил я, подходя ближе и заглядывая в салон, чтобы оценить потенциального противника. Им оказался слегка полноватый мужчина лет пятидесяти с чёрными волосами и характерными чертами лица для представителя Азербайджана, который удерживал девушку за обе руки, а та перестала сопротивляться, ожидая, чем закончится наш разговор.

– Ты почему такой дерзкий? Меня тут все знают – я Гусейн, хозяин этого рынка. Слыхал про меня?

Про Гусейна я конечно же не слышал и вообще давно был не в теме, кто и что «крышует» в моём родном городе, поэтому ответил:

– Нет, мне это неинтересно.

– Тогда иди куда шёл и не мешай нам отдыхать.

– Что-то мне подсказывает, что девушка совсем не рада вашей компании. Предлагаю её отпустить и можете отдыхать вдвоём, сколько вам влезет.

– Ты больной? – Поинтересовался Гусейн.

– Ага. И справка есть. Показать? Девушку отпусти.

Гусейн что-то резко и коротко сказал на родном языке. Мурад, продолжая левой рукой держаться за дверцу, правой попытался нанести мне удар. К чему-то подобному я был готов и, блокировав его удар левой рукой, правым кулаком нанёс удар в его правый бицепс. Вырубать его я не планировал, поэтому и выбрал такую защиту. Гримаса боли отразилась на его лице. Левая его рука, отпустив ручку дверцы, потянулась за спину. Выяснять, что у него за спиной я не стал и, пользуясь короткой дистанцией, левым локтем заехал ему в челюсть. Молодой азербайджанец не удержался на ногах и качнулся влево, врезавшись всем телом в дверцу. Девушка в салоне закричала от боли, видимо ей придавило ногу.

Окна в «Гелике» были тонированы, и было не видно, что происходит внутри, но по тому, что сама машина раскачивалась, там или завязалась борьба, или Гусейн решил покинуть салон. С другой стороны машины я оказался в тот самый момент, когда хозяин рынка, открыв дверь, поставил правую ногу на асфальт. В правой его руке был нож с лезвием не менее пятнадцати сантиметров. Собирался он пойти на рынок и там резать им овощи или взял его для других целей, спрашивать у меня времени не было, и я обеими руками ухватил его запястье с ножом и резко потянув вправо-вниз и на себя, подставил левую ногу под его правую и всем телом навалился в область его плеча. Гусейн, несмотря на разницу в весе, не удержался на ногах и упал на асфальт. В момент падения крик боли вырвался из его рта – как минимум плечевой сустав был выбит, чего я и добивался. Связывать его в мои планы не входило и, отпустив его запястье, я, привстав, правым кулаком врезал ему в челюсть, прервав тем самым поток слов на непонятном мне языке.

Теперь предстояло узнать, как себя чувствует Мурад. И снова я оказался с другой стороны машины в нужный момент. Молодой азербайджанец стоял на четвереньках и тряс головой, видимо пытаясь прийти в себя после нокдауна, а левой рукой шарил по земле в поисках пистолета, который лежал в нескольких сантиметрах от него. Левый носок моего берца уже готов был встретиться с его челюстью, но в самый последний момент Мурад, по всей видимости, захотел пригнуться, чтобы избежать удара и получил удар в висок и, стукнувшись головой о машину, рухнул на землю лицом вниз. Я отчётливо услышал, а возможно мне просто показалось, как хрустнула височная кость.

Подобрав пистолет Мурада, я вновь обошёл машину. Гусейн продолжал лежать без сознания. Оглядевшись, убедился, что никто не видел того, что тут произошло. Исключением могли быть те, кто проживает в соседнем с рынком доме, в сторону которого сейчас направлялась недавняя пленница Гусейна, прихрамывая на левую ногу. Мне тут тоже нечего было оставаться и, подхватив свою корзинку, я уже собрался быстрым шагом отправиться в обратный путь, пока не очнулся рыночный король, как в голову пришла безумная идея. Машина наверняка была слишком известной, и что-то мне подсказывало, что её не будут останавливать. Открыв водительскую дверь, заглянул за рулевую колонку и обнаружил торчащие в замке зажигания ключи. Через пару секунд моя пятая точка уже была на водительском сидении, а корзинка разместилась на пассажирском. Повернув ключ в замке зажигания, завёл мотор, который отозвался утробным урчанием. Переключив рычаг в режим «drive», направил машину в сторону беглянки.

– Садись. – Проговорил я в открытое окно, притормаживая и кивком головы указывая на задний ряд сидений.

– Я не поеду.

– Дурёха, далеко уйдёшь хромая? Или ты тут живёшь? – Девушка отрицательно качнула головой. – Садись давай.

– Спасибо. – Произнесла она, усаживаясь сзади.

Я не стал уточнять за что была благодарность, за спасение или транспорт, а просто спросил: – Куда едем?

– На Попо́вку.

– Дом какой на Попо́вке? – Задал я вопрос, хотя про себя «чертыхнулся» – в этот район ехать в мои планы не входило. Там в случае чего сложнее будет скрыться, с одной стороны река, с другой железная дорога, но не высаживать же её.

– Вообще-то на Окскую набережную. От моста совсем близко. – Ответила она, видимо прочитав всё на моём лице.

– Вот и чудненько. – С нотками оптимизма произнёс я, выруливая на основную улицу, передумав ехать дворами. – На рынок за продуктами ходила?

– Нет, работала.

– Понятно. Чем торговала? Продукты?

– Канцелярия.

– Канцелярия? – Переспросил я, заглядывая в зеркало заднего вида изучая попутчицу. До этого, времени её разглядеть не было. На вид ей было лет тридцать пять, может на пару лет больше. Короткая стрижка, русые волосы, обычное лицо без капли косметики, по крайней мере мне так показалось. – Кому сейчас нужна канцелярия?

– Скоро новый учебный год. Тетради, ручки, карандаши, портфели нужны будут.

– Учебный год? А как же… – я сделал паузу, пытаясь сформулировать ситуацию, что происходит в области.

– Не думаю, что всё это затянется надолго, месяца два, не больше. А даже если и нет, то рано или поздно, школы откроют.

– А ты оптимистка.

– Какая есть.

– Звать-то тебя как, оптимистка? – Спросил я, хотя мне её имя было совершенно ни к чему, я её видел первый и последний раз.

– Ольга.

– А я Сергей.

– Очень приятно. Остановите здесь. – Попросила Ольга, как только мы спустились с моста.

– Что, уже приехали?

– Почти, я дойду, не переживайте. Вам самому куда-то надо, да и машину спрятать не помешало бы.

– Как скажешь. – Я остановил машину и дождавшись, когда пассажирка выйдет, добавил. – Пока.

– Спасибо вам, Сергей если бы не вы, то мои пацаны не дождались бы меня.

– У тебя их сколько?

– Трое. Муж и два сына. Вот возьмите. – Ольга протянула в мою сторону зажатые в кулаке мятые купюры. – У меня больше нет.

– Убери деньги, я не нуждаюсь, а тебе и семье пригодятся. Мне и правда ехать надо, пока машину не спохватились и искать не начали. Береги себя.

– И вам всего хорошего.

Уже трогая машину с места, я посмотрел в сторону Ольги. Она обернулась и, улыбнувшись, помахала на прощанье, я ответил тем же жестом и нажал на акселератор. От машины необходимо было избавиться как можно быстрее, но бросать её здесь, чтобы пешком идти через добрую половину города, мне не хотелось, как и ехать по основным улицам. Съехав с моста, свернул направо, а затем вырулил на улицу Студенческая. Пересекая проспект Ленина на том месте, где раньше стоял сто третий дом из красного кирпича, увидел строящийся новый дом. Сергеич был прав, предупреждая о том, что не стоит впредь называть данный адрес своим местом жительства. Со Студенческой свернул на Учебный переулок, а далее по объездной дороге добрался до троллейбусного депо, где загнав автомобиль в лес, подъехал к водоёму.

Остановив машину на краю крутого спуска, заглушил двигатель и, открыв бардачок, проверил его содержимое, в котором вещей оказалось по минимуму. Вскрытая пачка жевательной резинки, флакон с туалетной водой, запасной магазин к ПМ и небольшой свёрток с деньгами. Первые два предмета меня не заинтересовали, а вторые отправились в корзинку, туда же отправился и ПМ Мурада, который всё это время лежал на сидении. Опустив все стёкла в машине, я выбрался из неё, не забыв прихватить корзину. Настало время провести ревизию багажника. Ни внушительного арсенала оружия, ни мешков с деньгами там не было. Единственным предметом была спортивная сумка, открыв которую, я обнаружил мясо, свежие овощи и зелень. Алкоголь, как это не странно, отсутствовал, возможно, он был там, куда они собирались. Вынув сумку из багажника, я обнаружил моток верёвки, который так же прихватил.

Подобрав с земли палку, снова сел на водительское сидение и отъехал на несколько метров назад. С помощью верёвки зафиксировал руль, а тормоз с помощью палки, уперев один конец в педаль, а другой в сидение. Переключив рычаг в положение «drive» убедился, что машина никуда не движется и покинул салон. Заморачиваться с включением полного привода не стал, понадеявшись, что от края обрыва до воды не более десяти метров и уклон, в примерно шестьдесят градусов, не дадут закопаться машине в песке. Единственное, что могло помешать осуществить задуманное с первого раза – это стоящие почти на краю две сосны между которыми и должен проехать «Гелик». В последний раз прикинув «проедет-не проедет», я выдернул палку удерживающую тормоз. Машина плавно покатилась вперёд, а я остался на месте в ожидании, сработает план с первого раза или придётся начинать всё заново.

Глазомер меня не подвёл – Гелендваген, не задев сосен, «нырнул» вниз. Я сорвался с места, чтобы посмотреть, что будет внизу. На краю обрыва я очутился в тот самый момент, когда внедорожник подняв кучу брызг вошёл в воду. Поскольку раньше на этом месте был карьер песка, который со временем заполнился водой, то берег резко уходил вниз. Через открытые окна вода очень быстро заполнила салон и секунд через десять две с половиной тонны железа скрылись под водой. Теперь оставалось надеяться, что помимо сигнала связи глушат и сигнал GPS, в противном случае выяснить, где был последний сигнал не составит большого труда, хотя Гусейну это никак не поможет, если он захочет меня отыскать. Из этой точки я могу отправиться сразу в несколько районов города или даже его покинуть. В этой одежде я больше не собираюсь появляться на улице, а моё лицо он наверняка запомнил плохо. Подхватив корзинку и сумку, я направился в сторону водозаборной станции, чтобы войти в город в другом месте. До того, как я вновь увижу Пепла необходимо связаться с группами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.