Тайна адмирала
Из цикла «Хроники стародавних царств»
Виктор Харебов
Сергей Харебов

© Виктор Харебов, 2025

© Сергей Харебов, 2025

ISBN 978-5-0067-2270-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог.
Тайна десяти колен

«И увел Израиля царь Ассирийский в Ассирию, и поселил их в Халахе и при Хаворе, реке Гозан, и в городах мидийских».

Четвертая Книга Царств, 17:6

История двенадцати колен Израилевых начинается с двенадцати сыновей Иакова, внука Авраама. Их потомки положили начало народу, прошедшему путь от египетского рабства к созданию царства и возведению Храма в Иерусалиме. Однако после смерти царя Соломона единое государство распалось: десять северных колен образовали Израиль с центром в Самарии, два южных – Иудея и Вениамин – остались верны Иерусалиму.

В 722 году до н. э. Ассирия покорила северное царство. Десять колен были уведены в плен и исчезли с исторической арены. С тех пор их судьба породила множество легенд: одни говорили, что они растворились среди народов Востока, другие – что они живут за рекой Самбатион, которая бурлит шесть дней и замирает в субботу. В Средние века особенно популярной стала идея, что десять колен ушли на край обитаемого мира – в таинственную Индию, отделенную от остального человечества невидимой преградой.

Прошли века. На рубеже эпох один человек – мореплаватель Христофор Колумб – вдохновился древними пророчествами и трудами еврейских и арабских мудрецов. Он поверил, что путь к потерянным коленам лежит не через пустыни Азии, а через океан, в направлении Запада. Под знаменем испанской короны он отправился в плавание, надеясь найти не только Индию, но и исполнение ветхозаветных предсказаний.

И только много лет спустя, в иной эпохе, профессор Вейр – ученый и путешественник во времени – встретился с Христофором Колумбом на склоне его дней. Лишенный званий, забытый королевским двором и обществом, адмирал признался, что начал свои плавания не ради золота и не ради славы, а ведомый надеждой отыскать исчезнувшие десять колен Израилевых.

Эта повесть – история странствия, в котором великий мореплаватель, исполняя волю испанской короны, искал путь в Индию, но на деле стремился подтвердить древнее пророчество, растворенное в волнах времени. Это рассказ о заблуждении, которое обернулось открытием мира. Об ошибке, ставшей вратами в новую эпоху.

Глава 1.
Свиток с печатью Соломона

Севилья медленно погружалась в вечер. В узких улочках старого квартала зажигались редкие фонари, издалека доносился звон колоколов, и в этом полумраке, среди запаха пыли, ладана и свежей рыбы, шагал человек в темном плаще с капюшоном, закрывавшим его лицо. Он свернул в переулок у синагоги, невдалеке от площади Пласа-Майор, и постучал трижды в неприметную дверь без ручки.

Ему открыл старик с белой бородой, в простом темном кафтане. Он не спросил имени – лишь едва заметно кивнул и отступил в сторону.

– Ты пришел, как мы надеялись, дон Кристобаль, – прозвучал голос из полутени.

– Я пришел, как обещал, – тихо ответил Колумб, откинув капюшон. – Мне сказали, вы храните карты, которых нет ни в одном королевском архиве. И знания, которые боятся произносить вслух.

– Мы не торгуем легендами, – отозвался старший из собравшихся, человек с глубокими морщинами и проницательным взглядом. – Но ты не обычный моряк. Ты ищешь не золото. Ты ищешь что-то древнее.

Колумб кивнул. Он медленно подошел к столу, уставленному свитками. Свет лампы колебался, отбрасывая тени на грубую кладку стены.

– Я слышал о десяти коленах Израиля, – начал он. – О тех, кто исчез после падения Самарии. Говорят, их увели в Ассирию… но есть легенды, будто они ушли дальше. На край востока. Одни – за реку Самбатион. Другие – за горы меди¹. Вы верите, что они живы?

– Мы не верим, мы знаем, – сдержанно ответил другой мудрец, положив ладонь на старинный пергамент. – Эти свитки – копии с трудов рабби Моше из Кордовы. А эти – переводы с арабских текстов аль-Масуди и аль-Идриси. Они говорят об «обитателях пределов» – светлокожих племенах, исповедующих единобожие, отделенных морем от мира.

– И вы думаете, это они?

– А ты разве не думаешь? – вмешался третий, моложе других, с огненным взглядом. – Ты плавал у берегов Ирландии, видел земли, что скрываются за горизонтом. Ты знаешь, что Запад – это не конец.

Колумб медленно провел пальцем по карте, разложенной на столе. Она была нарисована рукой человека, обладавшего многолетним опытом плаваний. В этих линиях чувствовалась точность, рожденная знанием течений, ветров и небесных ориентиров. Каждая отметка имела значение, каждый изгиб был результатом наблюдений и расчетов. За столбом Геркулеса, за пустотой океана, был изображен материк – «Terra Incognita», с припиской на иврите: «Земля, отделенная от братьев».

– Это копия с карты, принесенной из Каира, – пояснил старик. – Там утверждают, что однажды один моряк, гонимый бурей, достиг этой земли и встретил людей, говорящих на языке, близком к арамейскому. Он не выжил, но его слова дошли до наших ушей.

Колумб молчал. Его губы были плотно сжаты, взгляд напряжен.

– Если это правда, – прошептал он, – то путь к Индии – не только путь к золоту. Это путь к пророчеству.

Старший кивнул.

– Именно. Но если ты расскажешь об этом королю – ты погибнешь. Им нужно золото, не пророки. Они ждут их блеска, а не ветхозаветных тайн. Потому ты должен говорить одно, но думать другое. Тебе придется хранить молчание. Как и мы его храним.

Колумб взглянул на них и тихо произнес:

– Я умею хранить молчание. Но скажите: почему вы выбрали меня?

– Потому что ты не один из них, – ответил старик. – Потому что в твоей крови та же искра, что и у нас. И потому что ты веришь не глазам, а горизонту.

Он встал, подошел к Колумбу и вложил ему в руки свиток.

– Ты отправишься на запад, но искать будешь восток. И если найдешь их – знай, ты не ошибся.

– А если не найду?

– Тогда мир узнает, что ошибся он сам.

Колумб вышел в ночь, держа свиток под плащом. Над крышами домов вставала звезда. Она сияла одиноко, как знак. И где-то в глубине его души раздавался отзвук древнего завета: «И отведу их из среды народов, и соберу их из стран…»

Он еще не знал, что эта звезда приведет его к другому краю мира – к той самой ошибке, которой суждено было изменить все.

Глава 2.
Придворный авантюрист

Во дворце Алькасар, среди мозаичных стен и шороха шелковых одежд, в присутствии инквизиторов, чиновников и приближенных Христофор Колумб стоял перед тронами католических монархов – Фердинанда Арагонского и Изабеллы Кастильской. Его одежда была скромна, лицо – усталое, но глаза горели.

– Итак, дон Кристобаль, – произнес король, развернув пергамент и пробежав глазами строки, – Вы утверждаете, что путь в Индию короче, чем полагают наши картографы?

– Не утверждаю, Ваше величество, – ответил Колумб, склоняя голову, – я в этом уверен.

– Но вы предлагаете идти не на восток, как это делают караваны, а на запад, через океан, в котором нет ничего, кроме вод и страхов, – вмешалась королева. – Вас не смущает бездна, в которую вы ведете корабли?

Колумб выпрямился.

– Ваше величество, в древности говорили: тот, кто ищет истину, не спрашивает, где берег. Я видел карты, слышал свидетельства. Там, за океаном, – земля. Там, где кончается запад, начинается восток. Я верю: путь в Индию лежит через Атлантику. И если вы позволите мне, я открою его во имя короны.

В зале на мгновение воцарилась тишина. Королева изучающе посмотрела на него. Затем подняла взгляд на мужа.

– А если ты ошибаешься?

– Тогда я погибну в море. Но если я прав – Испания обретет золото, земли и славу.

Король откинулся на спинку трона.

– Слишком дерзко. Слишком смело.

– Но именно так завоевываются империи, – тихо сказала Изабелла.

Позднее, в узкой комнате за тканым пологом, двое мужчин в простых темных одеждах переглянулись. Один был чиновником из королевской канцелярии, другой – писцом, учившимся в Толедо. Их позвали не ради совета, а ради наблюдения.

– Он одержим, – сказал первый, наматывая нитку на палец. – Говорят, он бывал на ночных сборах маранов. И что-то там слышал о коленах Израиля.

– Сказки.

– Может быть. А может – мания. Он ищет не Индию, а пророчество. Золото – только предлог.

– И что ты предлагаешь?

– Я ничего не предлагаю. Предлагает Его Величество. Он хочет, чтобы мы сопровождали дона Кристобаля. Как писцы. Как свидетели. Чтобы, если что – знать правду. Настоящую.

– Хроника?

– Да. Только не для истории. А для трона.

Они обменялись взглядами и более не сказали ни слова.

На следующий день королевская канцелярия издала указ. Христофору Колумбу было даровано право на три корабля, команду, припасы и титул адмирала морей океанских – в случае успеха. Формально он отправлялся искать западный путь в Индию, источник пряностей и злата. Неофициально за ним закреплялись два писца – дон Алонсо де Вилья и брат Игнасио, доминиканский монах, обладающий недюжинной памятью и склонностью к расшифровке древних текстов.

Колумб подписал указ без возражений. Но, подняв глаза, заметил в углу темный взгляд. Игнасио наблюдал за ним так, как смотрит дозорный на путешественника, идущего не туда, куда велит карта.

– Вы умеете вести корабли, дон Кристобаль, – сказал Игнасио, подходя ближе. – Надеюсь, вы не собьетесь с курса.

– А если собьюсь?

– Тогда вы станете легендой. Или приговором.

Колумб усмехнулся.

– Иногда это одно и то же.

И, склонившись в поклоне, вышел в коридор, где уже ждали его корабли, его судьба – и та ошибка, которая изменит историю.

Глава 3.
За край карты

Океан простирался как безмолвная вечность. Месяц за месяцем три корабля – «Санта-Мария», «Пинта» и «Нинья» – скользили по поверхности неизведанных вод. Паруса звенели под небом, как струны, натянутые ожиданием дальнего пути, и даже созвездия иногда будто меняли свои привычные очертания. Чем дальше они уходили от берегов Европы, тем больше возрастало напряжение. Некоторые матросы молчали сутками, другие шептались в тени мачт о бездне, которая, быть может, поглотит их всех.

Великие предприятия редко совершаются в одиночку. В первом плавании Колумба важную роль сыграли не только карты, ветры и звезды, но и люди, готовые рискнуть всем ради мечты. Среди них особенно выделялись братья Пинсон: Мартин, Висенте и Франсиско.

Выходцы из знатной морской семьи Палоса, они обладали опытом дальних плаваний, знали Атлантику и пользовались уважением среди моряков. Именно влияние Мартина Пинсона помогло Колумбу набрать команду, когда отважных не хватало. Братья не были идеалистами – они верили в золото, неведомые земли и возможность разбогатеть. Их интерес был практичным, но именно это придало экспедиции устойчивость.

Мартин Пинсон командовал «Пинтой», Висенте – «Ниньей». Их корабли шли рядом с «Сантой Марией», разделяя тяготы и опасности пути. В моменты сомнений и почти открытого бунта братья сохраняли порядок, зная цену дисциплине в океане.

Колумб стоял на носу флагманского судна, вглядываясь в горизонт. Ветер трепал его плащ, губы были сжаты, но взгляд оставался ясным. Он не говорил о страхе, хотя знал, что многие из его команды уже мысленно прощались с жизнью. В ушах у него звенели слова древнего пророка: «И поведу их путем, которого они не знали». Он считал – и хотел верить, – что ведет корабли не в бездну, а к великой цели. Индия, как он говорил официально, или земля за океаном, в которой могут жить потомки исчезнувших колен Израиля, – как он говорил себе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Саргон II в своих анналах называл эти земли «Далеко за Аншаном» (Аншан – эламский город, позже Персеполь). В Нимрудской надписи (713 г. до н.э.) он хвастался, что получал дань «от царей далеких гор, где добывают медь», возможно, имея в виду Керман.

Вернуться