Алесиния Рябина
В поисках света или история снов

Глава 1 Кто я?

Сегодня, в гости, на работу пришла Ксюша, наша работница, молодая девочка, она ушла в декретный отпуск два года назад, теперь собирается выходить. Пришла на стажировку, хочет немножко вспомнить работу. Работы у всех в нашем отделе очень много, но как только выдалась свободная минутка, Ксюша сказала:

– Ой, я вчера такое видела в интернете, я просто в шоке, аш мурашки по коже! Такая авария на перекрёстке! Уличная камера сняла!

– Что такое Ксюш? – спросила Оля.

– Это надо увидеть. У кого хорошо работает интернет?

– У меня – вызвалась Наташа.

– Открывайте, Наташ! В интернет заходите, забивайте: «ангел спасает человека». – Ксюша подошла и начала открывать страницу. – Сейчас, сейчас…

Мы всей толпой собрались вокруг Наташиного компьютера. Я ожидала увидеть кровавую драму, не люблю такие вещи, но все собрались. Не хотелось отделяться от коллектива, тем более что отношения с этим коллективом складывались не всегда гладко.

Вот началось видео, не сразу поняла, что странного произошло на перекрёстке. Потом замедленная версия, ещё медленнее, Ксюшка стала объяснять, показывая пальцем на экран:

–Вот, видите, пучок света, вот появляется человек и вот они уже на другой стороне. Вот фигура человека идёт уже на нас.

Человек шёл быстро и уверенно прочь от места происшествия. Фигура его была стройна, а походка легка, от бедра. Это была фигура девушки, высокой, стройной девушки.

Оля радостно закричала:

– Я знала! Так и знала, что ангелы девушки, женщины!

«Походка!» – что-то ёкнуло внутри. «Такая знакомая походка! … Каждое движение узнаваемо… Фигура! Знакомый силуэт! Так часто видела его в отражении витрин … … Это же … я!» В чумном состоянии села за свой стол. Я была растеряна, но из-за всех сил пыталась не подать вида. «Что я там делала?» В памяти стали всплывать обрывки фраз, события до … и после …, мотивы …, собственные мысли прошлого. «Это мой сон! Так я думала… Значит, не сон? …. Так вот почему иногда ломит тело, болят мышцы, постоянная усталость. Поэтому могу спать всю ночь и не высыпаюсь, а состояние такое, как будто и не ложилась. … Кто я?»

Что я о себе знаю? Да совсем немного, детство, юность, студенчество из дневников. Однажды в один миг всё забыла, а через несколько дней, в сумке среди книг и вещей, я нашла несколько тетрадок это были мои дневники.

Глава 2 Отчаяние. 2.1 Пятница -Человек без памяти

23 Апреля 2004 г.

Открыла глаза, в комнате было темно, дверь была плотно закрыта, в соседней комнате тихо работал телевизор. В прыжке подскочила с постели и начала собираться. «Надо бежать! Надо скорее! Срочно! Быстрее!» – руки нервно дрожали. В горле пересохло от волнения. Нервничая, психуя, натаскивала на себя вещи. В несколько секунд я была при полном снаряжении, и вдруг в голове возник вопрос: «Куда бежать? Что-то надо сделать, срочно… Но что? Я не помню. Вспоминай! Вспоминай!» – кричала я себе, руки нервно трусились, пытаясь их контролировать, сжала кулаки. «Что-то очень важное надо сделать. Я не помню… Здесь кто-то был, мы о чём-то говорили и что-то надо сделать. Не помню… Вот Клуша! Забыла!» В расстроенных чувствах вышла из комнаты. Меня ослепил яркий свет, ударил по глазам и отозвался болью, рефлекторно зажмурилась. Остатки памяти вылетели из головы. Вся комната была заставлена мебелью, на диване лежала женщина и смотрела телевизор.

– Где я? Вы кто?

– Что с тобой? – удивлённо смотрела на меня женщина. – И куда ты собралась?

– На работу.

– Какую работу? – рассмеялась она.

Тут я опешила, я не знаю на какую работу, не знаю своего имени, вообще ничего не знаю. Страх, ужас окатил ледяной водой.

– А какой сегодня день? Число? Месяц? – потерянно стала спрашивать, чтобы хоть как-то прийти в себя и хоть что-то вспомнить.

– Ты что заработалась? – удивлённо спросила женщина.

– Какой час? – неловко спросила я.

– Восемь часов – ответила она, показав на часы.

Я перевела взгляд на часы, да действительно восемь.

– Восемь утра или вечера? – продолжила спрашивать, было такое ощущение, что спала всю ночь, и сейчас уже ранее утро.

– Аглая, сейчас поздний вечер и надо ложиться спать. Иди хотя бы поешь, ты же ещё не ужинала, на работе тоже наверно ничего не ела?

«Да, меня зовут Аглая! Я работаю … где-то…»

– Да, я пойду на кухню, надо покушать, что-то голова разболелась.

– Тебе приснился плохой сон? Ты громко разговаривала во сне, и я закрыла к тебе дверь.

– Да? А что говорила?

– Не знаю, не разборчиво, но так громко. Сказала, что тебе там всё вырезали. Что тебе там вырезали? – рассмеялась она.

– Не знаю, не помню, что снилось – с опустошённой душой пошла на кухню, но кусок в горло не лез.

Внутри всё горело, стонало и кричало, боль раздирала душу. Странное ощущение в руках, казалась ещё секунда и они рассыплются на атомы, ионы, растворятся в воздухе. Сильно сжала пальцы в кулак пытаясь сдержать распад и так несколько раз чтобы восстановить свою целостность. «Что важное я забыла?»

Силой заставила себя съесть две ложки гречки и маленький кусочек хлеба. Спать тоже не хотелось, я уже прекрасно выспалась. Закрыла глаза рукой.

– «Надо вспомнить. Надо наверно начать с малого. Кто я? Меня зовут Аглая. Хорошо, хоть имя теперь знаю. Где я живу, и кто эта женщина?» – В голове полная темнота, закрыв глаза, я бежала по большому тёмному лабиринту, поворачивая в новые проходы, возвращалась назад. Повторяя свой вопрос снова и снова: «Где я живу, и кто эта женщина?» И вот, наконец, свет. Я увидела, как вхожу в квартиру с вещами, мы разговариваем с этой женщиной. «Это съёмная квартира, а эта женщина – тётя Галя, хозяйка квартиры! Хорошо. Надо продолжить вспоминать дальше».

Я дожевала свой хлеб, убрала со стола и решила пойти в свою комнату, чтобы наше общение с т. Галей было минимальным, и не выдать своего беспамятства. Я отправилась в свою комнату. Закрыв глаза, я продолжала мысленно бродить по лабиринтам своей памяти. Вспомнила своих родителей, родительский дом и ещё немного необходимой информации для первых дней моей новой жизни.

Глава 2 Отчаяние 2.2 Понедельник

26 апреля 2004г

Утром по будильнику я подскочила, быстро оделась, поставила чайник, умылась, позавтракала. Я вспомнила, как просчитывала по времени каждое утреннее движение, я жила так много лет, всё было отработано до автоматизма. Вышла на улицу. Воздух, солнечный свет, щебет утренних птиц были какими-то особенными. Шла по улице рассматривала город, окна многоэтажек, с лева расположился рынок, у тротуара сидели старушки торговали зеленью, носками ручной вязки, старичок с самоварами, чайниками ручной работы, и многой другой мелочью. Иногда, люди задерживали на мне свой взгляд, и я в ответ пыталась всматриваться в их лица, может быть мы знакомы. Их глаза были задумчивыми, ясными, улыбчивыми.

Без труда нашла дорогу к институту. Стала подниматься по ступенькам и стало страшно, я не помню имён своих коллег, имён своих студентов, не помню их лиц. «Господи, мне страшно, мне очень страшно. Прошу тебя будь со мной рядом. Ты мне так нужен сейчас. Пойдём со мной». В этот миг мне показалось, что сам Господь встал за моей спиной, тихо и нежно взял меня за руку. Я опустила глаза в пол, якобы о чём-то задумалась и ничего не замечаю вокруг, поднимала их лишь для того, чтобы поздороваться с теми людьми, которые здоровались со мной, чтобы не выдать своей потерянности. Люди, их лица были абсолютно чужими, всё было чужим, холодным, пугающим.

На входе меня встретил вахтёр, спросил, как дела, сделал комплимент, что хорошо выгляжу. В ответ натянула улыбку, поблагодарила за комплимент, я видела его впервые. Он смотрел на меня так преданно, по-дружески своими старческими ярко голубыми глазами, и сейчас мене было его жаль даже больше, чем себя, потому что я его не знаю. Ничего не отвечая, поднялась на второй этаж. Не знаю, что со мной случилось накануне, наверно ударилась головой и теперь никого не узнаю, ничего не помню. Несколько дней подряд пыталась нащупать на своей голове шишку или почувствовать синяк. Память выдавала воспоминания, как последние дни что-то постоянно норовило свалиться мне на голову:

***

Я спускалась на занятие на первый этаж, ко мне подошли две девочки студентки третьего курса и попросили отпустить их с пары, по семейным обстоятельствам. Я, конечно, удивилась, что обстоятельства зразу у обоих подружек, но так как девочки учились очень хорошо и у меня с ними не было проблем, я отпустила. Аудитория, в которой проходил практикум одной из моих дисциплин, была не большой, ряды студенческих столов стояли очень плотно друг к другу. И видимо в целях экономии свободного места, узкий преподавательский стол поставили вплотную к первому ряду студенческих парт. Я как обычно начала занятие, как вдруг раздался скрежет металла и в доли секунд мимо меня, в двадцати сантиметрах от моего лица, на мой стол и прилегающий первый ряд рухнула огромная металлическая лампа, ещё советских времён метр на полтора. Осколки разлетелись по всей аудитории, дети на втором и третьем ряду успели закрыться тетрадями, учебниками. На первом ряду никого не было, там всегда сидели те самые девочки отличницы, которых я отпустила с занятия. Слава Богу! Отпустила. Их бы убило. Я же, даже не успела моргнуть, весь мой стол был усыпан осколками, как ни странно в радиусе тех же двадцати сантиметров от меня не было ни стёклышка, на мне не было ни царапинки. Дети стали кричать в испуге, интересоваться не поранило ли меня. Я постаралась их успокоить и вышла из кабинета, чтобы позвать кого ни будь убраться в аудитории. За моей спиной услышала удивлённые разговоры: «Даже не дёрнулась; Глазом не моргнула; Глаза как будто стеклянные; На третьем ряду, у доски, на столе, на полу полно стекла, а на ней ни осколочка».

Потом преподаватели с другой кафедры шутили, что это студенты сами подпилили металлические опоры лампы, потому что у этой группы ко мне дикая неприязнь. Честно, сказать у этой группы отношения не складывались со всеми преподавателями, но я была самой молодой и видимо это их задевало. Не знаю, как так получилось, но именно в этой группе собрались студенты очники переростки, думаю, что некоторые были старше меня. Те самые девочки как-то, не за долго до этого события, пытались меня предупредить, что мальчишки что-то затевают против меня. Да я и сама не раз во время занятия, слышала за своей спиной, угрозы с описанием жуткой расправы над собой: «Пусть не ходит по тёмным улицам; пусть ходит и оглядывается, я её …; мама родная не узнает». Было неприятно это слышать, но мне было почему-то совсем не страшно, для меня эти слова ничего не значили, а сами эти люди казались пустышками. Я разворачивалась к аудитории с широкой улыбкой с объяснением схем, начерченных мною на доске. А потом приходила домой и уткнувшись в подушку, пыталась всё это переосмыслить, найти светлый лучик света. «Да, они могут это сделать, без труда, меня даже защитить не кому. Наверно и искать никто не станет. Родители кинуться, только через пару недель. Есть Аркадий (местный авторитет), только стоило позвонить, он бы порвал в клочья любого, но его брат попросили меня не беспокоить Аркадия, не звонить ему, не давать надежду зря, по его словам, Аркадий был безнадёжно влюблён в меня. Однажды, я позвонила ему, назначила встречу и всё объяснила. Он долго плакал, мне было очень жаль его. И звонить, и просить у него защиты было бы не справедливо и не честно, ради спокойствия его сердца. Один у меня остался защитник, самый верный, самый любящий, самый сильный – Господь. Ему одному могу довериться, поговорить по душам, рассказать, что тревожит, прочитаю молитву «Живые помощи» и на душе легче, как будто всё само собой решилось.

***

Потом, однажды во время уборки на квартире, оборвалась старая тяжёлая металлическая гардина, именно в тот момент, когда я мыла пол под ней. Чудом, успела вывернуться, чтобы она не упала мне на голову. Вместо этого она упала мне на плечо и спину, потом ещё очень долго мучилась с спиной, не могла шевелить плечом, остался след от удара.

Думаю, что мои дела не безнадёжны, раз я смогла вспомнить работу, нашла сама дорогу, я вспомню, обязательно всё вспомню. Как не пыталась, не могла вспомнить свои занятия на сегодняшний день, подошла к расписанию, долго на него смотрела, как на неизвестную карту мира. Вдруг я поняла, что не знаю своей фамилии, стала просматривать всех подряд преподавателей в расписании в надежде, что, прочитав свою фамилию, внутри ёкнет, в этот момент меня окликнули:

– Аглая Викторовна, нас перевели в пятую аудиторию, мы идём туда! – сказала невысокая красивая молодая девушка.

– Да, хорошо – ответила я. «Я, Аглая Викторовна. Да всё точно, это я. Отозвалась, теперь фамилию будет найти проще. Надо искать фамилию с инициалами А.В.».

Затем она подошла ближе и стала рассказывать свои семейные проблемы и попросила:

– Вы не могли бы меня сегодня не спрашивать на семинаре по «Финансам», я не успела подготовиться.

– Хорошо – я старательно всматривалась в её лицо, чтобы запомнить, так как имени её я не знала. – Напомните мне свою фамилию? –я решила подстраховаться. «Как я тебе рада, милая девочка! Теперь я знаю, куда мне надо идти и какой у меня сейчас предмет».

– Максимова. Оксана Максимова – удивлённо ответила девушка.

Я покачала головой в согласии, что запомнила и повернулась к расписанию, начала искать первую пару «финансы – практика». Прозвенел первый звонок, я отправилась на кафедру, так и не разобравшись в расписании. На кафедру вошла с широкой улыбкой, поздоровалась, меньше всего мне сейчас хотелось выдать своё беспамятство. Мой стол стоял с краю.

– Ой, Аглая, как ты сегодня хорошо выглядишь, свежо! – сказала взрослая женщина, её стол стоял у окна, напротив меня.

– Спасибо! – улыбаясь, ответила я.

– Что случилась? Ты что такая красивая? – весело спросила женщина.

– Ничего. Наверно, просто хорошо выспалась – мило улыбаясь, ответила я.

– Ты в пятницу была такая уставшая, аш зелёная – подхватила светловолосая молодая женщина. – Я уходила, вы с Марией ещё оставались, – покачав головой в не одобрении, и спросила – Вы ещё долго сидели с отчётами?

– Не так уж – я опустила глаза, сделав занятый вид. При каждом обращении ко мне, сердце сжималось, холодели руки, я боялась не ответить на их вопросы. «Уж лучше бы не заметили меня. Я не знаю Вас, не знаю Ваших имён, не знаю, как к Вам обратиться!» Возможно, со стороны я была похожа на перепуганного зайчонка, но всячески пыталась не подавать вида. «Отчёты! Точно, точно мы с Марией делали отчёты по аттестации Филиала». Они лежали на моём столе. Я взяла их в руки: «Таблицы, таблицы, какие-то цифры. Что в них написано, что обозначают эти цифры? Как мы их посчитали? Ничего не помню! Ничего не знаю!» Посмотрела в правый угол кафедры, там стоял стол, компьютер, именно там мы и сидели с расчётами. «Надеюсь, Маша придёт и разберётся в этих цифрах». Отложила отчёты, открыла ящик стола, сверху лежала плотная толстая тетрадь. Это был мой самодельный журнал с фамилиями студентов по группам, здесь были даты, оценки, а так же записано, какие домашние задания им задавала. На первой странице моё расписание занятий. «О! Это моё спасение!». Облегчённо вздохнув, достала папку с программой по финансовому практикуму. Здесь были расписаны темы семинаров по датам. Краткое содержание вопросов, также составлены дополнительные вопросы по каждому пункту. «Какая же я умница!»

Прозвенел второй звонок, я взяла папку и пошла искать пятую аудиторию. «Господи, не покидай меня, пожалуйста, будь со мной, ты мне так нужен, очень нужен, возьми меня за руку, не отпускай меня». Почувствовала тёплое прикосновение к правой руке, прилив сил лёгким потоком расплывался по всему телу. На несколько секунд остановилась перед дверью нужной аудитории, закрыла глаза и медленно вдохнула эту силу.

В аудитории на меня смотрели тридцать пар глаз, пристально, прицельно, напряжённо, оценивая каждое моё движение, каждое слово. Среди них и та самая девочка, моя спасительница. «Как я тебя люблю!» Я поздоровалась, попросила аудиторию сесть и осмотрела сидящих здесь людей. «Боже, как же мне страшно! Что мне с ними делать? Зачем я сюда пришла? Почему не осталась дома? Как просто взять и сбежать. Нет, я же смелая, всегда была смелой. Отступают слабые, а я сильная. Я справлюсь, всегда справлялась (я это чувствую) и сейчас справлюсь». Открыла папку, напротив каждого вопроса карандашом проставлено время, отведённое на него, сняла с руки часы и положила перед собой, чтобы не ошибиться со временем, и всё успеть. Руки предательски дрожали. Перекличку провела стоя, поднимая глаза, на каждого кто откликнулся на названную мной фамилию. Теперь мне надо заново знакомиться со своими студентами, и ничем себя не выдать.

После второй проведённой мной пары мне стало немного легче, всё шло хорошо и, кажется, я ни у кого не вызвала даже подозрения в свой адрес. Зайдя на кафедру, встретила невысокую молодую симпатичную девочку, увидев меня она воскликнула:

– Аглая, звонили со школы спрашивали, почему ты не вышла в субботу на занятия! Не позвонила, не предупредила!? Просили тебя, срочно перезвонить!

– Да, хорошо, я позвоню! – попыталась спокойно ответить я. «Боже, я работаю ещё и в школе!? Что мне ответить? Что сказать? Я даже не знала об этом, вернее забыла, совсем забыла об этом. Надо что-то придумать. Что? Что ни будь соврать. Заболела! Почему не позвонила? Почему же я не позвонила? Нет их телефона! Нет, глупо. У меня нет своего телефона! Нет, что скажут на кафедре, что дёшево выкручиваюсь, все здесь наверняка знают, что телефон у меня есть. Заболела, пропал голос! Тем более это явление у меня бывает частенько. Будет выглядеть вполне правдоподобно. Утром мне сказали, что в пятницу я уходила с работы зелёная, а в субботу я заболела, с температурой и пропажей голоса, поэтому и не предупредила. Всё складно».

– Аглая, позвони, пожалуйста они очень просили!

– Да, конечно, сейчас, – я отодвинула свой самодельный журнал, закончив делать пометки и записи.

– А что случилось, почему ты не пришла на занятия?

Я объяснила ей свою ситуацию, только что придуманную, и кажется, она поверила, теперь надо, чтобы мне поверил тот кто-то, с кем буду разговаривать по телефону. Как не пыталась, не смогла вспомнить имени директора или завуча, решила представиться сама и объяснить причину своего звонка, а там, думаю, мне подскажут, если что, к кому обратиться.

Взяла трубку телефона, на брала номер и стало ясно соврать я не смогу. Я не умею врать! Язык стал ватным, а слова вдруг растворились. На другом конце взяли трубку, а я положила. «Что же делать? Господи помоги! Помоги мне пожалуйста! Помоги, помоги, Господи!» набрала номер ещё раз, продолжая просить помощи у Господа. «Боже! Что я делаю? Я прошу тебя, помочь мне соврать! Какой ужас! Прости меня, Господи! Но мне никак не выпутаться из этого по-другому, я не вижу другого пути. Прости меня!» Закрыла глаза, собралась с мыслями, словами. Трубку подняла завуч. Всё прошло хорошо, мне поверили, меня простили, и с нетерпением ждут в следующую субботу на занятия.

А на самом деле все выходные я спала, мне кажется, я никогда не спала, так сладко и так много, я просто отсыпалась за все прожитые мою годы жизни. Ничего не хотелось, ни есть, ни пить, так, как спать. Тётя Галя пыталась мне напомнить, что надо идти на работу, я долго пыталась вспомнить, куда мне надо идти, но без результатов, к тому времени я ещё не вспомнила об этом.

Вдруг что-то закололо под блузкой, аккуратно и незаметно попыталась достать, оказалось, что на шее висела серебряная цепочка, а на ней серебряный маленький крестик. Странно, крестик я никогда раньше не носила, это я знаю точно.

Глава 2 Отчаяние 2.3 Вторник

27 апреля 2004г

Постоянно хочется спать. Бесконечное состояние сна. Засыпаю в любом положении в люб

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.