Олег Ткач
Конечная

– Внимание! Важное предупреждение: уровень ядерной угрозы – оранжевый! – Настойчивый голос разорвал тревожную пелену бессвязно-тревожных сновидений.

Вик рывком сел и ошалело завертел головой, пытаясь понять, что вообще происходит. Только что он пытался спрятаться от искрящегося радиационного облака в холодильнике, а теперь оказался в кровати.

– В полдень в Мемориуме и пригородных районах пройдет учебная тревога, – продолжил голос из темноты. – Компания “Заслон” рекомендует ознакомиться с местоположением ближайших бункеров и убежищ.

– Умник! – После резкой встряски сознание с трудом вернулось в привычную колею восприятия. – Какого хрена ты тут наплел?

– Пожалуйста, не ругайтесь, – вкрадчиво ответил домашний искусственный интеллект. – Эта информация поступила с красной пометкой.

– Да хоть бордовой! Я так заикой стану! Больше никогда так не делай!

– Простите, но я не могу выполнить вашу просьбу. Согласно подписанному при покупке соглашению, вы предоставили мне право на зачитывание экстренных оповещений и рекламных сообщений с красными маркировками. Но я могу снижать звук, если это происходит во время вашего сна. Ввести новое правило?

– Валяй, – зевнул Вик и опустил голову на подушку. – Сколько там до будильника?

– До будильника осталось семнадцать минут.

Вик мысленно пожелал сгореть в аду всем придуркам, укравшим четверть часа его сна.

– Умник, выключи будильник. – Засыпать обратно было бессмысленно. – Вот тебе и доброе утро, блин…

– Доброе утро! Желаю вам отличного настроения на весь день! – Помощник понял его слова по-своему. – Хотите послушать утреннее шоу или сводку новостей?

Вик закрыл глаза, пытаясь продлить расслабленное ощущение, но ничего не вышло. Он сдвинул одеяло в сторону и почувствовал приятный холодок на коже. Рука непроизвольно потянулась за смартфоном, в углу экрана мигали уведомления новостной ленты.

– Умник! Включи музыку.

– Музыкальная подборка для вас, – послушно отозвался помощник. – Приятного прослушивания.

Экран смартфона померк, подстраиваясь под полумрак комнаты. Глаза Вика бегали по строчкам, пальцы скроллили ленты и свайпали окна. Настоящая утренняя зарядка и завтрак для ума не вставая с кровати. Из мелькавших заголовков мозг выхватывал уже приевшиеся слова: “На пороге ядерной войны”, “Очередная провокация”, “Эскалация”, “Безумное правительство”, “Угроза катастрофы”, “Неизбежность”, “Конец света”.

– Вот же мудаки. – Вик со вздохом подвел итог информационного аперитива и направился в ванную, не выпуская смартфона из рук.

Зубная паста с ментолом не избавила от горького привкуса во рту. Прохладный душ не смыл усталость, прокравшуюся из прошедшего дня в день сегодняшний. Даже любимый завтрак не смог улучшить настроение.

Вик сдвинул штору и выглянул в окно, оценивая погоду по степени серости неба. Отсутствие дождя было первой по-настоящему хорошей новостью.

– Умник! Какая сегодня погода? – Он все же решил перестраховаться, одновременно надеясь, что зонт тащить не придется. – Что там по осадкам?

– Сегодня вечером ожидается небольшой дождь, – бодро ответил помощник с отчетливым злорадством в голосе. – Температура от плюс семи до плюс пятнадцати градусов.

Вик открыл было рот, чтобы уточнить время начала дождя, мысленно уповая на то, что польет уже после того, как он вернется с работы, но ИИ заговорил вновь:

– Уровень ядерной угрозы – оранжевый. В полдень в Мемориуме и пригородных районах пройдет учебная тревога. Компания “Заслон” рекомендует ознакомиться с местоположением ближайших бункеров и убежищ.

– Не нагнетай, – отмахнулся Вик. – Мы не для того веками эволюционировали, чтобы самоподорваться. Хотя кое-кто, похоже, обманул естественный отбор… – Он снова подхватил смартфон, словно за прошедшие десять минут могло произойти что-то значимое. – Изобрели ядерную бомбу, а точно предсказывать погоду так и не научились. Масонский заговор чертовых синоптиков.

Вся эта бесконечная возня в мире давно перестала его пугать. Даже злость от наполовину опустевших прилавков из-за взаимных санкций и экономических войн погасла много месяцев назад. Осталось только едкое раздражение, словно пятно соевого соуса на белой рубашке, – оно проникло в сознание так глубоко, что его невозможно было вывести ничем хорошим. Вик не очень понимал, почему в этих разборках огребают по-полной все, кроме зачинщиков. Неплохо было бы поинтересоваться мнением народа, прежде чем лезть в драку…

Всего три года назад люди могли позволить себе больше – без переплат незаконным посредникам и кипы разрешающих документов от законных посредников, которые обходились еще дороже. Тогда еще не было этой истерии вокруг и постоянного нагнетания. Воздух был пропитан не страхом неизвестности, а ароматом уверенности в завтрашнем дне. И послезавтрашнем тоже.

Однажды они обязательно вернутся в то прекрасное время, и все произошедшее станет страничкой из учебника по истории, а все неприятные воспоминания покажутся тревожным ночным сном.

Вик нахмурился, разглядывая себя в зеркале. Не мешает побриться, но не сегодня, еще терпимо.

– Умник! Напомни вечером зайти в магазин, – отдал он команду, мысленно прикидывая маршрут с работы через “Семерочку”, где были хорошие скидки. За последние полгода они все научились смотреть на зеленые ценники. – Поставь напоминание в смартфон на двадцать часов.

– Сделано. Напоминание на двадцать часов ноль минут поставлено. Уведомление придет на смартфон. – После короткой паузы помощник продолжил: – Обратите внимание на уровень ядер…

– Умник, стоп! – перебил Вик. – Задолбал ты со своей угрозой… Как отключить эту опцию? Надо посмотреть в настройках.

– Отключение этой функции недоступно для вас, – услужливо напомнил помощник. – Но я могу уменьшать громкость при звучании подобных предупреждений.

– Выключись через пять минут, – бросил Вик напоследок, накинул куртку и вышел из квартиры.

Его ждал знакомый маршрут, по которому он мог пройти даже с закрытыми глазами – настолько хорошо помнил дорогу на работу, куда ездил без малого шесть лет. Иногда он увлекался книгой или статьей в смартфоне и шел на автопилоте, изредка поднимая взгляд и отмечая нужные повороты. Сперва пешком до вокзала Серверово, там сесть на поезд, и вскоре зеленые улицы пригорода сменятся бетонными лабиринтами Центра. Потом шумный офис и перегородка за монитором, отсекающая его от окружающего мира. Восемь часов однообразной работы с перерывом на обед, затем возвращение домой.

Вокзал встретил Вика гулом разбуженного улья: люди спешили на работу в большой город. Проталкивались через турникеты и зону досмотра на перроны, откуда каждые пятнадцать минут отправлялся поезд до Мемориума. Высокое здание вокзала поглощало сонных работников, чтобы вечером исторгнуть их обратно, уставших и опустошенных. Вику вокзал казался то стеклянным техногенным монстром, питающимся человеческой жизненной силой, то вратами в информационный ад.

Он встроился в поток людей, двигающихся к поездам, и привычно сверился с часами. Спешить было некуда – на финишной прямой этого утреннего забега маячила сомнительная награда в виде восьмичасового рабочего дня. Но опаздывать и привлекать ненужное внимание начальства не стоило. Эту истину понимаешь на второй год работы, а на шестой принимаешь окончательно.

Над турникетами висел огромный экран, транслирующий рекламу. Вик поднял голову, когда заиграл знакомый джингл и мягкий женский голос напомнил, что лучший в мире кофе – это “Золотой стандарт”, который так удачно вышел в новых экономичных упаковках. Кофе Вик не любил, но не мог отказать себе в маленьком удовольствии посмотреть на белоснежную улыбку актрисы. Короткий миг невозможно далекого тепла, и фигуристую девушку сменил военный в форме, призывающий приобретать средства индивидуальной защиты при ядерной угрозе. Вик мысленно скривился: цена таких комплектов в красивой упаковке была в полтора раза выше, чем если купить все то же самое отдельно.

Затем последовал ролик поездов компании “Заслон”, в котором рассказывали про новую серию составов с вагонами повышенной комфортности для междугородних рейсов. Еда, вода, чистый воздух и внимательный персонал при отсутствии давки и очередей. Бизнес-класс, который обычным смертным никогда не будет по карману. Вик вздохнул и прошел через турникет, приложив к терминалу карту-проездной.

Он уже собирался нырнуть вслед за людским потоком в подземный переход, чтобы через пару минут вынырнуть на перроне и сесть в поезд, но замер на месте. По вокзалу пронесся нарастающий вой сирены, и люди стали останавливаться.

– Опять эти придурки что-то напутали со временем! – возмутился кто-то из толпы.

– Говорили же, что проверка будет в обед? – спросила женщина в красной кепке, не обращаясь ни к кому конкретно.

– Да черт с ними! – нетерпеливо выкрикнул какой-то мужчина. – Эй, там, впереди! Идите уже на посадку! Тут люди на работу опаздывают!

Вокруг раздавалось все больше недовольных голосов, и толпа медленно двинулась дальше. Вику не осталось ничего другого, как идти в потоке со всеми. Он понимал, что это лишь очередная учебная тревога, но внутри – одновременно с гудящей сиреной – нарастало какое-то гнетущее чувство. Попытка переключить мысли на важный отчет, который каждый месяц сужал целый мир до экрана монитора, не помогли. Вик неосознанно потянулся за смартфоном, и в этот момент под стеклянным куполом вокзала зазвучал неуверенный голос из динамиков.

– Граждане! – говоривший запнулся, словно испугавшись громкости звука. – Сохраняйте спокойствие и следуйте в бомбоубежища!

В ошеломленной тишине кто-то закричал, потом еще кто-то. Вик почувствовал, как внизу живота неприятно затягивается холодный узел. Он нервно сглотнул и осмотрелся: толпа еще двигалась в сторону перрона, но уже все больше замедлялась. Вик попытался развернуться и идти обратно, в сторону убежищ, но люди зажимали его со всех сторон, не давая продвигаться. Какой-то мужик обругал его, другой больно пихнул локтем. Те, что, как и Вик, решили вернуться к турникетам, упирались в прущих навстречу.

– Это… – Голос дежурного по станции снова дрогнул, и он нервно кашлянул. – Это не учебная тревога! Повторяю! Это не учебная тревога!

Сирена взвыла с новой силой. Крики зазвучали громче, но теперь в них слышалось не возмущение, а истеричность. В полной какофонии людской поток перестал двигаться в одном направлении, растекаясь беспорядочными ручейками. Кто-то пробивался назад, где на колоннах мигали красные указатели, ведущие ко входам в убежище. Кто-то рвался вперед, на перрон, стараясь поскорее выбраться из давки.

С третьей попытки Вику удалось протолкнуться к турникетам, теперь его отделяла от них всего пара шагов. Повезло попасть в течение людей, которые тоже спешили к бомбоубежищам. Толкаясь и помогая себе локтями, Вик почти добрался до цели, и вдруг на улице за прозрачными стенами вокзала ярко полыхнуло. Он интуитивно отвернулся и упал на колени, прикрывая голову руками. Почти сразу на него обрушилась горячая волна, накрыла целиком, а потом стала спадать. Жара была такая, словно Вик сунулся в раскаленную духовку.

– Боже, они все-таки это сделали, – потрясенно выдохнул незнакомый мужчина в толстых очках, оказавшийся на коленях рядом с Виком. – Господь помилуй, ну и твари… Они сбросили ядерную бомбу…

На несколько мгновений в здании вокзала повисла нервная тишина, а потом раздался звонкий треск стекла. Люди закричали разом, и эти крики были гораздо громче и страшнее тех, что оглушали еще минуту назад. Вик задрал голову и с ужасом увидел, что стеклянный купол вокзала, ударопрочный и пуленепробиваемый, как уверяли буклеты на информационных стойках, пошел трещинами – еще немного, и он осыпется всем на головы смертельным дождем.

В голове Вика, в самом центре звенящей пустоты, пульсировало два слова, раскручивая цепочку из всего, что он знал о ядерных бомбах. Если ядерная ракета ударит по Мемориуму, вспышка и тепловой удар накроют город с окрестностями почти мгновенно, а вот ударная волна достигнет пригорода через 10-20 секунд. Вик запоздало повернул голову в сторону ближайшего входа в убежище: наиболее расторопные кинулись туда, отталкивая и топча друг друга. Ему никак не успеть. Даже если рвануть прямо сейчас, а не корчиться от страха на полу, ему не успеть… В следующую секунду люди бросились в подземные бункеры, нагоняя и сметая первую волну наиболее расторопных, но недостаточно везучих.

Оставался переход к перрону. Если спуститься туда и переждать ударную волну, а потом добраться до убежища… Нет! Все происходящее вокруг казалось каким-то бредом!

Крохотная часть сознания Вика, что была свободна от эмоций, запустила таймер. Один, два… Вик безуспешно боролся со странным оцепенением, приковавшим ноги к полу. Страх и неверие в происходящее мешали ему ринуться к спуску в переход.

Нет! Этого не могло быть! Просто потому что не могло! Какая, к чертовой матери, ядерная война? Какие ядерные удары по городам? Нет, это просто очередной кошмарный сон… Вот-вот сработает будильник, Умник включит джаз, а потом пожелает ему доброго утра… Нет. Нет. Нет…

Три. Четыре. На Вика налетел “белый воротничок” с перекошенным от ужаса лицом.

– Че встал, придурок! – заорал он, отпихивая Вика в сторону.

Руки сами собой вцепились в незнакомца, и Вик удержался от падения. Сжатая до предела пружина страха внутри него щелкнула и распрямилась. Вик оттолкнул мужчину, который немногим уступал ему в габаритах, и сорвался с места.

– Кретин! – донеслось сзади.

Пять. Шесть. Холодный таймер отсчитывал секунды до катастрофы, которая уже случилась и вот-вот накроет пригород. Не разбирая, кого он толкает и кому наступает на ноги, Вик пробивался вперед, к спасительной лестнице, ведущей в подземный переход. Вокруг бушевало людское море: мужчины и женщины, словно волны, налетали друг на друга, падали, кричали… Некоторые сидели на полу, обхватив голову или колени руками. Дежурные по станции пытались остановить безумную давку, но на них никто не обращал внимания.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.