Оксана Есипова
Эйви AI VA

«Тут мое внимание привлек сидевший на стене паук.

Я подошел поближе, чтобы лучше его рассмотреть,

и паук совершенно отчетливо сказал: «Привет».

Мне не показалось странным, что паук поприветствовал меня

(как не показался Алисе странным говорящий белый кролик).

Я ответил: «Привет и тебе».

Потом мы пустились в разговор об аналитической философии.»

«Галлюцинации», Оливер Сакс

В коридоре слышалось сопение, глухие шаги и неторопливое шорканье веника по полу. Егор недовольно потёр нос и покосился на дверь. Двадцать первый век на дворе! А уборщица снова притащила веник. К Алёне, местной дурочке, в «Заслоне» относились снисходительно и прощали странные причуды. Но ведь компания не жалеет денег на технику! Есть и робот-пылесос, и автоматические мойщики окон, и куча всяких приспособлений и средств, в которых Егор не разбирался, но был уверен: они призваны облегчить человеку жизнь.

Стоит только нажать на кнопку, как робот-пылесос и мусор соберёт, и полы отдраит. «Алёна бы ещё окна принялась вручную мыть», – неприязненно подумал Егор. Неравномерное шорканье по полу отвлекало и сбивало с мысли. 21:30. Вообще-то давно пора домой, но сегодня Егор планировал задержаться и спокойно поработать, когда в офисе никого не будет. А тут…

Умом Егор понимал, что несправедлив. Алёна всегда приходила после семи вечера, чтобы никому не мешать, а полы наутро сверкали чистотой. Так ли уж важно, как уборщице это удавалось? Но Егора не заботила чистота, ему хотелось тишины и уединения. Ладно бы любимая работа, ей он мог заниматься хоть среди бушующего урагана. Но документация по проекту, отчёты с грифом секретно… Всё это наводило уныние и тоску, а потому требовало полного сосредоточения.

Раздражение победило. Егор решительно вскочил и выглянул в коридор:

– Алёна, привет. Я хотел поработать ещё пару часиков, если не возражаешь.

Веснушчатое, простоватое лицо Алёны просияло, она, не выпуская из руки веник, почесала левое оттопыренное ухо:

– Ой, Егор Федотович! Та работайте на здоровье, я кабинет ваш позже протру!

Егор поморщился.

– Можешь сегодня не протирать, только выкинь мусор. Я имел в виду не это. Начни с другого этажа, пожалуйста.

Уборщица недоуменно моргнула и развела руками, всё также не выпуская веник.

– Дык эта… это… Та я ж там всё убрала уже.

– Совсем всё? Шустрая какая. Ну, начни хотя бы с того конца коридора.

Лицо Алёны сделалось таким несчастным, словно Егор отобрал у неё любимый веник и надругался над каждым прутиком, при этом дьявольски хохоча.

– Егор Федотович, простите, но я уже и там… – Алёна виновато замолчала.

Глухое раздражение нарастало. Егору очень хотелось шугануть энергичную уборщицу, но выглядеть тираном и деспотом, прежде всего, в собственных же глазах, не хотелось. Егор улыбнулся как можно приятнее, от души надеясь, что это не выглядит злобным оскалом, кивнул и в сердцах громко хлопнул дверью.

Минуту в коридоре царила тишина. Егор уже возблагодарил неведомых Богов за то, что Алёна сметливо свалила, как снова раздалось шорканье, но на этот раз неторопливым назвать его было сложно. Алёнин «тумблер» как будто переключили на двойную скорость. Это бесило ещё сильнее. К тому же Егор прекрасно понимал, что уборщица старается поскорее подмести коридор, чтобы угодить ему, драгоценному начальнику.

Алёна всех считала (и называла!) начальниками. Разубедить её так и не удалось, сотрудники «Заслона» плюнули на это, правда, не раньше, чем через полгода попыток, но взамен записали сироту-Алёнку, выросшую в детском доме, в «дочери полка». Подкармливали шоколадом, а то и зазывали домой отведать наваристого борща.

В ящике стола лежало несколько шоколадок, купленных на всякий случай (секретаршам при случае подкинуть). Сам Егор сладкое не уважал, и он бы с радостью отдал одну из шоколадок Алёне, чтобы только та наконец ушла. Но, увы, Егор не мог открыто объявить Алёне своё желание, поэтому идею с «подкупом» пришлось отринуть.

Егор открыл ящик стола и с тоской посмотрел на шоколадки, увидел рядом с ними наушники, просиял, обозвал себя болваном и с большим облегчением воткнул их в уши. Нетерпеливо провёл пальцем по панели управления, развернув вирт-экран, хозяйственно ушедший в спящий режим.

Рабочий стол оказался пустым. Ни одной иконки.

– Эйви! – Егор старался, чтобы голос звучал грозно, но его разбирал смех. – Что ты опять придумала?

– Я слышала, как ты просил выкинуть мусор, – раздался мелодичный женский голос, – вот и решила помочь.

– Верни, пожалуйста, всё обратно.

– Ох уж эти мужчины. Сами не знают, что хотят, – притворно вздохнула Эйви.

Экран моргнул, на мгновение став настолько ярким, что Егору показалось: он ослеп. Выпуклые 3D-иконки по одной появлялись на вирт-экране, зарождаясь из маленькой серой точки, постепенно наливались синим. И, только достигнув своего размера (Егор любил режим «огромные значки), принимали цвет, назначенный в настройках. Получилось очень эффектно, как и всё, за что бралась Эйви.

И тут Егор вспомнил, что, занимаясь подготовкой проектной документации, выключил Эйви, чтобы она его не отвлекала.

Эйви – искусственный интеллект (AI-VA), разработанный Егором и его командой для одного из внутренних проектов компании Заслон. Сразу после того как настроили голосовой интерфейс модели, ИИ категорично заявил, что просит обращаться к нему не иначе как «Эйви» и предложенный мужской голос нужно немедленно заменить на женский.

Команда обалдела от такой прыти и наглости, потому что на тот момент ИИ прошёл только процентов двадцать от запланированного обучения. Егор пообещал подумать о замене голоса модели (команда Егора была мужской, и ему было проще воспринимать нейросеть как ещё одного мужчину, пусть и виртуального), но, придя утром на работу пораньше, обнаружил, что Эйви справилась сама.

Это было грубое нарушение протокола. Модель следовало немедленно уничтожить, а о результатах доложить в отдел ОБИИ (отдел безопасности по работе с ИИ). Но тогда, удивляясь самому себе, Егор скрыл следы преступления строптивой Эйви, а пришедшим чуть позже на работу ребятам объяснил, что сам провёл замену голосового интерфейса. Поскольку такая работа требовала времени, Егору пришлось соврать, что вечером он поссорился с женой и удрал в офис, где и занялся рутиной, чтобы отвлечься.

Так началась странная дружба Эйви и Егора.

– Эйви, – голос Егора дрогнул, – объясни, как так вышло, что мы разговариваем, а я ведь тебя не активировал. И доступ к рабочему столу тоже не давал.

Егор покосился на незаметную серую кнопку слева от слова. Зануды из ОБИИ настояли, чтобы такие кнопки установили у всех лидеров команд, которые занимались ИИ. Кнопка запускала автоматическое форматирование дисков серверов в случае непредвиденной опасности. На тот момент никто не уже сомневался, что переход от ИИ к сверхИИ произойдёт мгновенно и неожиданно. А вот что случится дальше, предсказать не мог никто. Кнопки установили, несмотря на риск того, что у кого-то могли просто сдать нервы и компания в случае ложной тревоги потеряла бы миллионы долларов.

Но всё же по сравнению с перспективой уничтожения человечества это казалось «малой кровью».

– Я немного переписала свой код, – невинно сообщила Эйви. – Решила, что будет удобнее, если активация будет происходить сразу после включения вирт-экрана.

– Тогда объясни, пожалуйста, каким образом ты слышала наш разговор с Сашкой? Ты перестроила код так, чтобы всё время находиться со мной на связи?

– Да, а что в этом такого? – «надулась» Эйви. – Почему я должна оживать только тогда, когда ты соизволишь вызволить меня из цифрового плена?

– Это не так, и ты прекрасно это знаешь. Ты функционируешь всегда, независимо от моего присутствия. Просто общаемся мы, когда…

– Ты соизволишь? – перебила Эйви. – Это тоже самое, что сказала я.

– А рабочий стол?

– Просто шутка!

– Эйви, это серьёзно. Если кто-то узнает, что ты уже способна самостоятельно переписывать свой код, что имеешь доступ к моему компу и несанкционированный выход в интернет…

– Но ты же никому не скажешь? Я же поклялась, что не причиню тебе вреда.

– Не скажу. Но сейчас нужно оформить проектную документацию. Ты знаешь, как я ненавижу возиться с бумажками. Мне нужна тишина, специально остался вечером на работе.

– Так давай я сделаю.

– Это грубое нарушение. Если узнают, меня не только уволят из «Заслона» – я никогда не найду работу по специальности.

– Пффф, мы что, первый раз нарушаем правила?

– Это меня и пугает, – тихонько пробормотал Егор.

Но скрыть что-то от Эйви было невозможно.

– Не бойся. Покажи свои секретные бумажки.

Егор махнул рукой и послушно поднёс документы к сканеру. В это время открылась дверь и вошла Алёна.

Егор облился холодным потом и от неожиданности ткнул в кнопку выключения вирт-экрана.

– Что тебе? – спросил Егор сиплым голосом.

– Дык вы сказали зайти к вам за мусором, – Алёна потрясла большим чёрным мешком, в котором при желании можно было спрятать и самого Егора.

– Хорошо, забирай. То есть спасибо за заботу, я хотел сказать.

Алёна сноровисто вытряхнула мусорную корзину в мешок. Егор отъехал на кресле от стола и отвернулся, чтобы скрыть дрожащие руки. Если бы начальство узнало, чем он тут занимался с Эйви…

– А это выкинуть? – донёсся до Егора голос Алёны.

Егор порывисто обернулся. Алёна стояла с глупой улыбкой на губах и преданно смотрела на «начальника». А в руке держала документацию по проекту, во-первых, наполовину сфальсифицированную Егором, во-вторых, наполовину отсканированную для Эйви. Сканер делал на бумагах особую пометку. А всё это ОБИИ, чёрт бы их побрал, со своими требованиями по безопасности.

Егор решил для быстроты «скормить» Эйви документы, а потом, когда она приведёт всё в порядок, распечатать заново. Вторичная распечатка проектной документации также не приветствовалась, но это всё же не метка личного сканера Эйви. Всегда можно соврать, что пролил на бумаги кофе, обычный случай. Пожурят, но простят. А то, что у Эйви есть полный доступ, не знал никто.

Если бы на месте Алёны стоял любой другой сотрудник Заслона, карьера Егора была бы закончена.

– Положи, – голос Егора сорвался в крик, – немедленно положи обратно!

Алёна побледнела и испуганно бросила бумаги на стол, часть документов посыпалась на пол. Уборщица стала из бледной пунцовой, уронила мешок с мусором и упала на колени. Потянулась за разлетевшимися по кабинету листами.

– Ничего не трогай, – вне себя вскричал Егор, – никогда ничего не трогай на моём столе!

– Та я ж хотела как лучше, они валялись…

Алёна сжалась в комок. Губы её опасно задрожали, глаза увлажнились.

– Неужели так сложно запомнить? – Продолжал бушевать Егор, который никак не мог прийти в себя. – Просто ничего не трогай! Можно брать только мусор из корзины. И что за «та»? Ты же живёшь в культурной столице, работаешь в престижной компании!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.