Александра Польщикова
Ты – моя опора. Привязанность, которая даёт силу, а не контроль

Введение

О том, что ребёнку нужно больше, чем «правильное воспитание»

Когда я только стала мамой, я, как и многие, была полна желания всё сделать правильно. Читать, гулять, кормить с любовью, не срываться, быть тёплой и при этом уметь держать границы. Я взахлёб глотала книги по воспитанию, слушала подкасты, переписывалась с подругами, у которых были дети старше. Но чем больше я старалась, тем больше во мне было тревоги.

– «А правильно ли я поступаю?»,

– «А вдруг я сейчас что-то испорчу?»,

– «А если я сорвалась, значит ли это, что я плохая мама?»

И, наверное, именно в этот момент – не когда я была «на высоте», а когда сидела в темноте и ощущала усталость до дрожи – я впервые по-настоящему поняла, о чём на самом деле этот путь. Он не про «воспитание». Он про отношения. Про то, как мы рядом. Как мы слышим. Как мы поддерживаем.

Эта книга – не инструкция. Это не собрание идеальных решений. Это не способ «наладить ребёнка». Это путь к тебе самой – как к маме, которая может быть опорой.

Что значит быть опорой?

Иногда кажется, что быть опорой – это про силу. Про уверенность. Про то, чтобы всё знать, всё выдерживать, быть тёплой, внимательной и уравновешенной. Но правда в том, что опора – это не про идеальность. Это про надёжность в несовершенстве.

Быть опорой – это: не бояться детских чувств; признавать свои ошибки; выдерживать конфликты, не разрушая близость; быть рядом, даже когда внутри – пусто.

Ребёнку не нужен родитель, который всегда спокоен и мудр. Ему нужен родитель, который есть. Живой. Настоящий. Доступный.

Почему ребёнку нужна привязанность, а не просто любовь

Многие родители говорят: «Ну, я же люблю своего ребёнка!» – и это правда. Но любовь может быть тихой, уставшей, тревожной. Привязанность – это особая форма связи, в которой ребёнок ощущает, что он важен. Это не просто «люблю тебя», а «ты можешь прийти ко мне, если тебе плохо. Я выдержу. Я услышу».

Привязанность – это не об укачивании и совместном сне. Это про то, чтобы быть эмоционально доступным. Даже если ты работаешь. Даже если болеешь. Даже если не всё знаешь.

Почему иногда трудно быть рядом

Мы сами выросли в эпохе, где «молчи, слушай, не спорь» было нормой. Где эмоции часто игнорировались. Где поддержка была редкостью. Мы не всегда умеем быть рядом – потому что нас самих редко кто-то выдерживал. Мы не знаем, как говорить о страхах, как слышать детское «я боюсь», «я злюсь», «мне плохо» – и не бросаться это «чинить» или «подавлять».

Иногда мы думаем, что быть рядом – это значит сразу исправлять, объяснять, наводить порядок. Но рядом – это не значит «почини». Это значит выдержи вместе. Побудь. Не брось.

Когда ты не знаешь, как правильно – ты уже в правильном месте

Однажды на консультации ко мне пришла мама и сказала: «Я просто не знаю, что делать с сыном. Он меня отталкивает. Я злюсь. Я срываюсь. Потом – вина. Я не понимаю, почему он такой. Может, я делаю всё не так?»

Я смотрела на неё и видела – она уже там, где нужно. Потому что сомнение – это знак живого человека. Родитель, который не сомневается, не чувствует боли и не ищет – может быть очень далёк. Но тот, кто ищет контакт, даже через ошибки – всегда ближе к ребёнку, чем думает.

О чём эта книга

Здесь нет советов в духе «пять способов справиться с истерикой». Нет волшебных приёмов. Нет схем поведения. Здесь – размышления, наблюдения, история за историей.

Мы будем идти по возрастам: от самых первых дней до подросткового периода.

– Где теряется связь – и как её вернуть.

– Почему ребёнок отказывается слушаться – и что стоит за этим.

– Что значат детские эмоции – и как им быть рядом, не срываясь.

– Как самому не раствориться, оставаясь взрослым.

И в каждой главе будет тепло. Человечность. Уважение к тебе – такой, какая ты есть. С уставшими руками. Со слезами на кухне. С раздражением, которое пугает. С радостью, которой не с кем делиться. Ты – мама. И уже этим ты делаешь многое.

Как читать эту книгу

Ты можешь читать её по главам – в зависимости от возраста твоего ребёнка. Можешь идти подряд, отмечая, как менялось ваше взаимодействие. А можешь просто открывать ту страницу, которая откликнется сейчас.

Это не учебник. Это сопровождение. Это книга, к которой можно возвращаться. Когда будет трудно. Когда радостно. Когда непонятно. Когда одиноко.

В самом начале

Когда ребёнок только появляется в твоей жизни, кажется, что он полностью зависит от тебя. Но с каждым годом ты всё больше видишь: он растёт. Он отходит. Он ищет себя. И твоя задача – не остановить этот путь. А быть точкой, к которой можно вернуться.

Ты – не весь мир ребёнка. Но ты – его первая вселенная. И если в этой вселенной можно быть собой, плакать, ошибаться и просить прощения – значит, в будущем он сможет быть живым. Настоящим. И счастливым.

Спасибо, что ты читаешь эту книгу. Спасибо, что ты хочешь быть рядом.

Что даёт ребёнку чувство опоры

Я часто слышу на консультациях один и тот же вопрос – задушевно, со слезами, иногда шёпотом: «А как понять, что я для него – опора? Что он действительно чувствует, что я рядом?»

Мы боимся упустить что-то важное. Кажется, что нужно успеть «вложить», «научить», «сформировать характер»… Но самый важный дар, который мы можем дать ребёнку, часто незаметен. Это не знания. Не строгость. И даже не ласка как таковая.

Это – ощущение опоры. Тихой, глубокой, не всегда осознаваемой, но проживаемой каждой клеточкой.

Опора – это не просто ты рядом. Это как ты рядом.

Когда ребёнок ощущает, что взрослый рядом с ним не только телом, но и вниманием, теплом, устойчивостью, – он чувствует себя в безопасности. Не просто физически – а психологически. Это базовое, телесное, даже доязыковое чувство: «мир не рухнет, если я упаду». В первый год жизни ребёнок «сканирует» наш мир: его тепло, отклики, звуки, запахи. Это не что-то осознанное – это впечатление, записывающееся на уровне ощущений.

Если мама приходит, когда я плачу, значит, мир – с откликом. Если мама говорит со мной спокойно, даже когда я кричу, – значит, чувства можно выражать. Если папа может остаться рядом, когда я бешусь, – значит, близость выдерживает шторм.

Это и есть опора: не лозунг, не метод, а настроенность.

Точка, на которую можно опереться изнутри

Дети, у которых есть внутренняя опора, ведут себя не идеально, а живым образом: они умеют быть в контакте с собой и с другими, у них есть доступ к чувствам – они не боятся их, они умеют просить о помощи, если не справляются, и самое главное – они доверяют, что в мире есть кто-то, кто выдержит их настоящих.

Опора – это не то, что мы «внедряем» в ребёнка. Это то, что он чувствует в отношениях с нами. Когда он может кричать и знать, что ты не уйдёшь. Когда он может сказать «я тебя ненавижу» – и не бояться быть отвергнутым. Когда он может быть слабым, уставшим, тревожным – и быть принятым.

Но как это выглядит в реальности?

Иногда это очень просто. Ты держишь руку ребёнка, когда он не хочет идти в сад. Ты не убеждаешь – ты просто стоишь с ним. Он трясётся, злится, тянет обратно – а ты держишь его, дышишь, и не исчезаешь. Иногда – ты слышишь крик подростка: «Отстань от меня!» – и не хлопаешь дверью, а остаёшься. В другой комнате. Но не уходишь эмоционально. Ты не перестаёшь быть мамой, даже если тебе не сказали «извини». Это – опора. Тихая, прочная, терпеливая.

Иногда опора – это «я с тобой, даже если я устала». Это не жертва. Это выбор. Это та самая зрелость, которая не требует ничего в ответ.

Почему это так важно?

Потому что ребёнок строит представление о себе и мире через тебя. Ты – его зеркало.

Ты – его навигатор, его барометр, его компас.

Если ты реагируешь с теплом – даже на трудное – он начинает верить: «Я не монстр, я не плохой. Я просто расту. И мама со мной. Всё будет хорошо».

Так рождается ощущение: я могу справляться. Я могу ошибаться. Я могу быть настоящим. Потому что рядом со мной – не судья, не контролёр, а живой взрослый, который остаётся.

А если у меня не получается быть такой?

У нас всех бывают срывы. Мы устаём, раздражаемся, говорим резкое. Мы не всегда те, кем хотим быть. Но, знаешь, ребёнку не нужно, чтобы ты была идеальной. Ему нужно, чтобы после ты пришла. Обняла. Сказала: «Мне жаль. Я устала. Я наорала. Но я рядом».

Тогда он видит: отношения можно чинить; чувства можно проговаривать; ошибки – это не конец близости.

Это тоже опора. Даже больше, чем «спокойная мама 24/7». Потому что в жизни так и будет: кто-то разозлится, кто-то отвергнет, кто-то уйдёт. Но если у тебя внутри будет опыт того, как отношения возвращаются – ты не сломаешься.

Опора не создаётся за день

Это не то, что мы «даем» в один вечер. Это то, что сложится из сотен откликов, касаний, диалогов, ночей, когда ты гладишь по спине, даже если не можешь больше. Это будет расти вместе с ним. Меняться. Уходить вглубь. Но если один раз в жизни он почувствует, что даже в своём хаосе он принят – эта память останется с ним. Она станет тем, на что он будет опираться потом – когда придёт первое разочарование, первая любовь, первый выбор, первый кризис. Он будет знать: можно быть собой – и тебя не бросят.

Опора – это не ты вместо него. Это ты рядом с ним.

Очень важно помнить: ты не его щит. Не его гарант от ошибок. Ты не можешь жить за него, решать за него, оберегать от всего. Но ты можешь быть тем, кто рядом, когда он учится. Кто держит, когда он падает. Кто не осуждает, когда он злится. Кто верит в него – даже тогда, когда он сам в себя не верит.

Иногда опора – это просто дыхание

Иногда ты ничего не говоришь. Просто сидишь рядом. Иногда – гладишь по голове. Иногда – отправляешь сообщение: «Ты справишься. Я рядом». Иногда – молчишь, но не уходишь. Это всё – важнее тысячи слов. Это и есть те ниточки, из которых плетётся крепкое внутреннее чувство: «Я не один. Даже если я ошибся. Даже если я кричал. Даже если не понимаю себя. Всё равно – я не один».

И, может быть, самое важное, что даёт ребёнку чувство опоры – это твоя способность оставаться собой, не подстраиваясь под «правильный образ», а выбирая быть живой. Настоящей. Слышать, ошибаться, возвращаться. Это – и есть любовь, которая растит. Которая не лепит ребёнка под шаблон. А встречается с ним таким, какой он есть. И теперь, когда мы поняли, чем на самом деле является чувство опоры, пора поговорить о том, с чего всё начинается – о привязанности. Потому что привязанность – это не про контроль, а про связь. И именно она создаёт ту основу, на которой держится всё остальное.

Привязанность – не про контроль, а про связь

Когда мы слышим слово «привязанность», у каждого возникает своя картинка. Кто-то вспоминает младенца, которого носят на руках. Кто-то – подростка, закрывшегося в комнате. Кто-то – собственное детство и то, как хотелось, чтобы рядом был кто-то понимающий.

А кто-то путает привязанность с контролем. С тем, чтобы ребёнок слушался, не делал «глупостей», не возражал. Чтобы «нормально себя вёл». Чтобы знал, «кто тут главный». Но настоящая привязанность – это не про послушание. Не про «мамина копия». Не про управление. Настоящая привязанность – это про невидимую, но живую связь, которую ребёнок чувствует внутри. Это то, что связывает двух живых людей – взрослого и ребёнка – через внимание, принятие, заботу, тепло и готовность быть рядом.

Мы не управляем ребёнком. Мы строим с ним связь.

Дети не рождаются послушными. Они рождаются с потребностью в близости. В защищённости. В отклике. И именно взрослый – со своим голосом, руками, взглядом, реакцией – становится для ребёнка «мостом» между внутренним хаосом и внешним миром.

Когда ребёнок чувствует связь с родителем:

– он хочет сотрудничать (а не просто боится наказания);

– он откликается на слова взрослого, потому что доверяет;

– он может осознавать свои чувства, потому что их кто-то отражает.

Контроль может заставить подчиниться. А привязанность помогает выбрать взрослого – как фигуру, за которой хочется идти.

Почему контроль работает временно

Очень часто родители жалуются: «Он не слушается! Я уже и кричала, и запрещала – всё бесполезно!» И я всегда задаю вопрос: «А вы чувствуете, что между вами сейчас есть связь?» Обычно в ответ – тишина. Потому что где есть только давление, там нет живой связи. Есть страх. Протест. Ложь. Отстранённость.

Контроль может заставить замолчать. Но он не создаёт отношений. Контроль – это поверх поведения. А привязанность – это внутри отношений.

Привязанность – это когда я могу быть собой и не бояться

Когда ребёнок знает, что мама рядом, даже если он разозлился, даже если обиделся, даже если отказался слушать – вот тогда формируется настоящая привязанность. Она живёт в мелочах:

– в том, как ты смотришь, когда он уронил стакан;

– в том, как ты дышишь, когда он капризничает в магазине;

– в том, как ты выдерживаешь его грубость, не становясь жёсткой в ответ.

Привязанность – это не о том, чтобы всё разрешать. Это о том, чтобы в любых границах оставаться в контакте. Ты можешь сказать: «Я не позволю тебе меня бить. Я понимаю, что ты злишься. Я с тобой. Я помогу тебе». Это и есть взрослый, на которого можно опереться – не потому что он идеальный, а потому что он живой и выдерживающий.

Привязанность – это про связь, которая выдерживает даже конфликты

Иногда мы боимся, что, если будем мягкими – нас перестанут слушать. Но сила привязанности как раз в том, что она не зависит от настроения. Она не исчезает после ссоры. Она остаётся – как ощущение: «Даже если я ошибаюсь – со мной не порвут связь». Это особенно важно в подростковом возрасте. Когда ребёнок всё отрицает. Когда он закрывается. И если за этим нет настоящей связи – мы теряем не только контроль, но и контакт. А если есть привязанность – он вернётся. Он будет знать: ты – его место, где можно быть настоящим.

Контроль ломает. Привязанность формирует.

Контроль – это про страх. Привязанность – про доверие. Контроль наказывает. Привязанность объясняет. Контроль требует. Привязанность слушает. Контроль ждёт результата. Привязанность – отношений.

Как понять, что между нами есть привязанность?

Есть простые признаки:

– ребёнок обращается к тебе, когда ему плохо или страшно;

– он может выражать чувства, не опасаясь, что его отвергнут;

– он хочет быть с тобой, делиться, просить, рассказывать;

– он не прячется в своей ошибке, а ищет пути вернуть контакт.

И это – не про то, что у вас всегда всё гладко. А про то, что вы возвращаетесь друг к другу. Снова и снова.

Можно ли привязанность восстановить?

Да. Даже если вы долгое время жили на «разных берегах». Даже если были ссоры, крики, обиды. Связь – штука гибкая. Она растёт, когда её поливают. Понадобится время. Терпение. Откровенность. Иногда – просто посидеть рядом. Иногда – сказать: «Я долго на тебя давила. Мне жаль. Я хочу быть ближе». Иногда – признать: «Я боялась, что ты меня не послушаешь. Но теперь я вижу: ты хочешь, чтобы я услышала тебя».

Привязанность – это не «воспитать». Это – быть рядом.

Ты не лепишь ребёнка из глины. Ты приглашаешь его быть с тобой – чтобы он мог стать собой. И тогда, даже если он пройдёт через кризис, через боль, через ошибки – он будет знать: связь не прервалась. Его ждут. Его принимают. С ним – есть кто-то настоящий.

Почему уставший, ошибающийся, живой родитель может быть опорой

Однажды я сидела на полу в детской. Окна были распахнуты, вечерний свет ложился на разбросанные игрушки. Мой ребёнок что-то бормотал себе под нос, рисуя фломастерами по стене, а я держала в руке кружку с остывшим чаем и чувствовала, что… всё. Кончились силы. Я не была ни терпеливой, ни мягкой. Не была мудрой и уравновешенной. Я была уставшей женщиной, которая очень любит, но не знает, как выдержать ещё один день с бесконечными «мама, а…», капризами, отказами, непониманием.

И тогда я впервые по-настоящему позволила себе задать вопрос: А точно ли родитель должен быть всегда сильным? Всегда спокойным? Всегда уверенным?

Ответ пришёл не из книжек. Он пришёл из моего собственного материнства, из опыта встреч с родителями, которые приходили ко мне в слезах и в стыде – и из понимания, которое я хочу подарить тебе сейчас: Да, ты можешь быть уставшей. Ошибающейся. Раненой. И при этом – быть опорой.

Мы стали заложниками мифа о «правильной» маме

Ты же тоже наверняка слышала:

– «Дети чувствуют всё, будь спокойна!»

– «Мама должна быть в ресурсе»

– «Не показывай ребёнку свою слабость»

– «Детям нужен стабильный взрослый, а не разваливающийся»

Сколько в этих фразах давления. Сколько страха сорваться, испортить, повредить, не дать.

Сколько попыток натянуть на себя маску всёзнающей, всепонимающей, всётерпящей женщины, которой на самом деле не существует. Рядом с такими образами так легко потерять живого человека – тебя, с твоими чувствами, твоими внутренними штормиками, с твоей правдой.

Что, если настоящий контакт возникает не там, где ты идеальна – а там, где ты настоящая?

Ты можешь сказать: «Мне сейчас тяжело. Я не хочу кричать, но я на грани». Ты можешь потом вернуться и сказать: «Мне жаль, что я сорвалась. Это не из-за тебя. Мне важно, чтобы ты знал: я тебя люблю». Ты можешь не знать, что ответить на детский вопрос, и честно признаться: «Я подумаю. Я не уверена. Но я рядом».

И именно в этих моментах ты не разрушаешь, а строишь. Потому что ребёнку нужно не твоя безошибочность – а твоя открытость и доступность.

Ошибки не мешают быть опорой. Они помогают стать ближе.

В одной семье девочка 5 лет часто злилась на маму. Кричала, обижалась, требовала всё и сразу. Мама чувствовала вину – за то, что не выдерживала, за то, что уставала, за то, что не всегда играла с удовольствием. Она пришла ко мне с вопросом: «Я, наверное, сломала её привязанность? Я не идеальна. Я раздражаюсь. А ведь я хочу быть ей опорой…»

Мы начали разбирать, как она ведёт себя после ссор.

– Что она делает? – Идёт к дочке.

– Что говорит? – «Мне жаль, что я закричала. Я люблю тебя. Хочешь обниму?»

Я смотрела на неё и говорила: «Вы не сломали. Вы даёте ей опыт самой настоящей связи. Живой. Не стерильной. А честной и возвращающей».

Ребёнку важно знать: мама не ломается навсегда

Он смотрит на тебя, когда ты устала. Слышит, как ты вздыхаешь. Чувствует, как меняется твой голос.

Но он видит и другое: что ты возвращаешься в контакт; что ты не разрушаешь всё в ответ на его трудность; что ты выдерживаешь саму себя.

Это и есть опыт устойчивости, который потом становится его внутренним шаблоном: «Да, мне бывает плохо. Но плохо – не навсегда. Я не один. Я могу быть собой».

Твоя ранимость – не помеха, а мост

Ребёнку не нужен бронзовый родитель. Не нужен человек без эмоций, без слабости, без слёз. Он учится проживать себя, глядя на тебя.

– Как ты справляешься с виной.

– Как ты признаёшь ошибку.

– Как ты не прячешься, когда чувствуешь боль.

Это не про то, чтобы всё рассказывать или делиться тревогой. Это про честность в тоне, в жесте, в присутствии.

Ты можешь быть хрупкой – и быть настоящей. Ты можешь быть уставшей – и быть включённой. Ты можешь быть несовершенной – и быть бесконечно нужной

Живой родитель – это тот, кто остаётся в контакте с собой

Когда ты замечаешь свою злость – ты не становишься опасной. Ты становишься осознающей. Когда ты даёшь себе право на отдых – ты не эгоистка. Ты даёшь пример заботы о себе. Когда ты говоришь «сейчас мне нужно немного тишины», ты не отворачиваешься от ребёнка. Ты учишь его границам.

Живой родитель – не тот, кто всегда даёт. А тот, кто умеет быть собой рядом с другим. И выдерживать эту встречу.

Что происходит, когда мы отпускаем идеал?

Мы становимся… мягче. К себе. К ребёнку. К миру. Мы начинаем слышать не только «не слушается», а «ему тяжело». Мы не только «воспитываем», но и замечаем. Когда мы отпускаем идеальный образ – мы встречаем живого ребёнка. С его сопротивлением, хаосом, душой. И тогда между нами возникает настоящая привязанность – из двух настоящих людей, а не из роли и подчинения.

А если во мне нет ресурса?

Это самый честный вопрос. И самый важный.

Потому что быть опорой – не значит «отдавать себя до последнего». Это значит находить способы быть в опоре себе, чтобы не рушиться. Попросить помощь. Выйти на 10 минут одной. Признаться: «мне тяжело, я не справляюсь». Это не делает тебя плохой. Это делает тебя человеком, у которого есть право на заботу. Дети, выросшие с родителем, который умеет заботиться о себе, не становятся брошенными. Они становятся взрослыми, умеющими слышать свои границы и поддерживать себя. И это, пожалуй, лучшее, что мы можем им передать.

Ты – достаточно хорошая мама

Не «идеальная». Не «безошибочная». А достаточно чувствующая, достаточно присутствующая, достаточно умеющая возвращаться. Это уже огромное, большое, невероятное «да» ребёнку. Ты можешь уставать – и быть нужной. Ты можешь ошибаться – и быть любимой. Ты можешь быть живой – и быть опорой.

А теперь, когда мы с тобой сказали вслух всё самое важное, я хочу предложить тебе посмотреть на эту книгу не как на инструкцию, а как на спутницу – такую же живую, честную, колеблющуюся, но рядом. И пусть следующим шагом будет вопрос:

Как читать эту книгу: от начала или по темам?

Ты открыла эту книгу – и, возможно, ты уже на пределе. Ты могла скачать её поздно вечером, когда сердце сжималось от вины. Могла получить её от подруги со словами: «Это про нас» – и ты решила рискнуть.

И вот ты здесь. У тебя в руках книга о том, как быть рядом. Как быть опорой. Как быть живой – и при этом значимой. Но, может быть, ты не знаешь, с чего начать? Читать с самого начала? Искать «решения»? Пролистать до той главы, которая касается именно твоего возраста? Правда в том, что у этой книги нет «единственно правильного» способа чтения. Она не требует дисциплины. Не проверяет, как ты читаешь. Она просто готова быть рядом. Я написала её так, чтобы ты могла открывать её в любом месте – и узнавать себя. Свои чувства. Свои трудности. Свою теплоту. Эта книга – не лекция. Это разговор, который можно продолжить, остановить, вернуться, прервать и снова найти.

Хочешь идти по возрасту? Это прекрасный путь.

Многие начинают с самого начала – с младенчества, даже если их ребёнку уже 5, 10 или 14. Почему? Потому что это помогает увидеть, как формировалась связь, как накапливался опыт, где возникли трудности – и где они всё ещё живут.

Ты можешь идти по главам:

– От первых месяцев, когда всё строится через прикосновение;

– К раннему «я сам!» и кризисам трёх лет;

– К школе и первым разочарованиям;

– К подростковому «оставь меня» – за которым всё ещё живёт надежда на «будь со мной».

Это поможет тебе увидеть целую картину. Понять не только ребёнка, но и саму себя – на разных этапах материнства.

А хочешь по ситуации? Это тоже правильно.

Бывает, что сил нет читать всё. Просто хочется ответ – на то, что болит сейчас:

«Он меня отталкивает – что делать?»

«Она врёт – я не узнаю её»

«Мы ссоримся, и я не понимаю, как вернуть доверие»

Ты можешь пойти в те главы, которые отзываются сейчас. Прямо туда, где ты ищешь свет. Это не будет «обрывочно». Это будет точечно. Живо. По-настоящему.

Каждая глава – как маленькая встреча. Не для того, чтобы «всё понять» или «стать лучше». А чтобы почувствовать, что ты не одна, что всё можно прожить, и что в этом нет ничего постыдного.

Можно ли читать эту книгу с партнёром? С бабушкой? С педагогом?

Да. И даже очень нужно. Потому что воспитание – это не дело одного человека. Это система отношений. Это поле, в котором ребёнок чувствует, кто его слышит, кто нет, кто рядом, кто боится близости. Ты можешь дать эту книгу папе, если не находите общего языка. Ты можешь прочитать главу бабушке, которая пугается детских слёз. Ты можешь обсудить это с воспитателем или учителем – если хочешь помочь ребёнку в группе.

Здесь нет обвинений. Только попытка сделать отношения живыми. Даже в несовершенстве.

А если мне трудно читать вообще?

Ты можешь читать по абзацу. Ты можешь только пролистывать подзаголовки. Ты можешь возвращаться к одному абзацу снова и снова, как к тёплому пледу.

Эта книга не торопит. Она – рядом. Ты можешь положить её на полку – и взять через месяц. Ты можешь перечитывать главы спустя годы – и слышать их по-другому. Потому что привязанность – это не про раз и навсегда. Это про «всё время чуть-чуть заново». Так и эта книга – она может звучать по-новому в каждом возрасте, в каждом этапе жизни, в каждом новом вопросе, который ты себе задаёшь как мама.

Можно ли читать эту книгу, если тебе больно?

Особенно. Если ты не всегда была рядом. Если ты ушла. Сорвалась. Наказала. Устала. Отдалилась. Если ты сейчас смотришь на своего ребёнка и не узнаёшь – в нём, в себе. Если в тебе много вины, стыда, страха, что «всё испорчено».

Да. Именно тогда. Потому что привязанность – это не про идеально пройденный путь.

Это про возможность заново протянуть руку. Даже если было темно. Даже если было поздно. Даже если не знаешь, как тебя примут.

И это самое чудесное: дети умеют чувствовать, когда мы по-настоящему рядом. Не тогда, когда всё гладко. А тогда, когда мы – живые. И не уходим.

Эта книга – живая

Я не писала её как психолог с кафедры. Я писала её как мама. Которая плакала в ванной. Которая сидела у детской кроватки. Которая срывалась и просила прощения. И как специалист, который видел десятки семей, сотни детских глаз, тысячи раз услышал: «Я просто хочу, чтобы мама меня понимала». Эта книга не говорит: «Сделай так – и всё будет хорошо». Она говорит: «Я рядом. Слушай себя. Доверяй. Ошибайся. Возвращайся. Всё получится. Ты не одна».

А теперь, если ты готова – пойдём дальше.

Поговорим о самом первом этапе жизни ребёнка – о том, что происходит в первые месяцы, когда ещё нет слов, но уже есть связь. Когда ещё нет знаний, но уже есть интуиция. Когда младенец просто существует рядом с тобой – и уже чувствует, опирается, формируется.

Глава 1. Когда связь рождается (0–3 года)

1.1. Первые месяцы: ты у меня есть – и этого достаточно

Младенец ещё ничего не умеет. Не говорит. Не ходит. Не понимает, что «так нельзя». Не знает, где день, а где ночь. Не различает твоё имя. Но при этом он уже знает самое важное: Есть ли кто-то рядом? Кто чувствует, слышит, выдерживает? Он не понимает, но чувствует. Он не анализирует, но настраивается. Он не просит слов – он просит наличия. Твоего запаха. Твоего тембра. Твоей руки.

В первые месяцы жизни ребёнок формирует базовое ощущение мира. Без этого – все остальные навыки и знания, даже если они появятся, будут стоять на шатком фундаменте. И это ощущение мира рождается в твоих объятиях. В твоей интонации. В твоих реакциях.

Мама – это всё

Ты – не просто человек, который ухаживает. Ты – его вселенная. Его опора. Его регулировщик, его «внешняя нервная система». Когда ты держишь его – он чувствует границу. Когда ты улыбаешься – он чувствует, что мир безопасен. Когда ты приходишь на его крик – он учится: «Я не один. Мир откликается».

Привязанность начинается с отклика

Ты не всегда будешь знать, что именно он хочет. Иногда ты перепробуешь всё: покормить, переодеть, покачать – и всё равно он плачет.

Но даже твой сам факт присутствия уже важен. Он видит, что ты рядом. Что ты не игнорируешь. Что ты слышишь. Что ты ищешь. Ты как бы говоришь: «Я не всегда понимаю, но я с тобой. Я не пугаюсь твоего крика. Я учусь тебя чувствовать».

«Я ничего не делаю, просто лежу с ним…» – ты уже формируешь фундамент

Многие мамы в первые месяцы чувствуют вину: «Я же ничего не успеваю. Только кормлю, укачиваю, снова кормлю…» Но именно в этом «ничего» и есть всё. Ты смотришь. Ты дышишь рядом. Ты гладишь. Ты подносишь к груди. Ты шепчешь. Ты качаешь. Ты строишь с ним ту связь, на которую он будет опираться всю жизнь – даже когда станет взрослым.

«Не балуй! Не приучай к рукам!» – разрушительный миф

Сколько раз ты слышала это от знакомых, родственников или даже специалистов? Но правда вот в чём: Ребёнок до года невозможно избаловать близостью. Его можно только насытить безопасностью. Он не манипулирует. Он не проверяет. Он просто зовёт тебя, потому что он ещё не может быть один. Он не знает, что ты рядом, если ты вне поля зрения. Он не умеет «ждать» или «понять».

Он чувствует: если я плачу и ко мне приходят – значит, мир добрый. Я важен. Я есть. Я имею значение.

Ты учишь его: чувства можно выражать

Когда ты подходишь к ребёнку, который плачет, ты не просто решаешь проблему. Ты даёшь право на голос, на проявление, на жизнь. Ты говоришь ему – без слов: «Ты имеешь право звать. Я услышу. Я не испугаюсь. Я не отвергну».

И это останется в его теле, в его опыте: он сможет плакать, не стыдясь; он сможет просить, не опасаясь отказа; он будет знать, что его чувства – не угроза, а сигнал.

Ты – не идеальная мама. Ты – его мама. Этого достаточно.

Ты будешь уставать. Раздражаться. Хотеть тишины. Ты будешь плакать в ванной и чувствовать себя плохой. Но ребёнку не нужна мама, которая никогда не ошибается. Ему нужна мама, которая возвращается. Которая остаётся. Которая дышит рядом. Он не запоминает каждую твою ошибку. Он запоминает ощущение: «Когда мне плохо – кто-то рядом. Меня видят. Я не один».

Телесная близость – как якорь

Младенец не умеет говорить, но его тело разговаривает с тобой.

Он прижимается – чтобы почувствовать границы.

Он ищет грудь – чтобы чувствовать тепло и безопасность.

Он замирает – когда слышит твой голос. Всё это – язык привязанности. Ты – его берег. Его гравитация. Его «дом в теле».

Ритуалы – как предсказуемость и опора

Ты можешь думать, что малышу всё равно, как ты его берёшь на руки, в какой последовательности купаешь. Но для него повторяемость – это безопасность. Он запоминает последовательность звуков, действий, ощущений. И это даёт ему внутренний порядок – в очень хаотичном, огромном мире.

Что ты передаёшь младенцу?

– Ты важен. Я прихожу, когда ты зовёшь.

– Ты не один. Я рядом, даже если ты плачешь.

– Ты не пугаешь меня своими чувствами. Я их выдерживаю.

– Ты имеешь значение. Я учусь понимать тебя.

– Я с тобой, даже если я устаю. Потому что ты – мой.

Как это отразится в будущем?

Ты не увидишь это сразу.

Но через годы ты почувствуешь: как он доверяет; как он умеет говорить о чувствах; как он не прячется в страхе; как он умеет быть рядом с другими, потому что кто-то когда-то был рядом с ним.

Иногда ты думаешь, что ничего не делаешь

А на самом деле ты: строишь привязанность, формируешь безопасность, даёшь контакт, учишь эмоциональной регуляции, создаёшь опыт «меня любят просто за то, что я есть». Ты – не просто мама. Ты – всё его начало. Всё его основание. Всё его «я есть».

Как формируется привязанность с младенцем

Если бы мы могли заглянуть внутрь младенца, в его тело, в его ощущения, в его первую память, мы бы увидели, как хрупко, постепенно, почти невидимо строится привязанность. Не как навык. Не как реакция. А как ощущение: «я есть, и рядом кто-то, кто меня держит».

Ребёнок рождается в мир, в котором слишком яркий свет, резкие звуки, смена температуры, странные прикосновения и постоянное исчезновение границ. Он не знает, где заканчивается его тело и начинается внешний мир. Он не может регулировать дыхание, голод, температуру. Он совершенно зависим, и в то же время – небезразличен к тому, как именно с ним обходятся.

Все его ощущения впитываются в тело – ещё до слов. Именно на этом этапе начинает формироваться базовая доверчивость к миру. Именно здесь появляется первичное чувство безопасности – или, наоборот, тревоги. И всё это происходит через контакт с самым близким взрослым – чаще всего с мамой.

Привязанность – это не любовь, а невидимая нить

Любовь – это чувство. Она может быть в сердце взрослого. Но привязанность – это не просто чувство. Это процесс. Это внутренняя уверенность ребёнка, что есть тот, кто рядом, и кто его примет.

Она строится на постоянстве, на телесных ощущениях, на ритмах. Когда мама: гладит малыша с той же силой и направлением каждый день, берёт его на руки, как обычно, говорит с ним знакомым тоном, предсказуемо реагирует на его плач, он учится распознавать: вот она. Моя. Она приходит, она остаётся, она слышит.

Так формируется эмоциональная карта – шаблон, который станет основой для всех будущих связей. Неосознанно, но навсегда.

Связь рождается в повторяемости

Привязанность не возникает в один день. Она создаётся снова и снова – каждым прикосновением, каждым перекладыванием из кроватки на грудь, каждой успокаивающей фразой.

Сначала малыш просто реагирует на прикосновения и голос. Потом – узнаёт лицо и интонацию. Чуть позже – ожидает, что мама будет рядом, если ему страшно, больно или одиноко. И это ожидание – и есть привязанность.

Тело запоминает то, что ещё не может быть осмыслено

Один из самых удивительных фактов в психологии младенчества: ребёнок не помнит первые месяцы жизни, но его тело помнит всё.

– Помнит, как долго его оставляли плакать.

– Помнит, касаются ли к нему с нежностью или грубо.

– Помнит, отвечают ли на его зов или игнорируют.

Эти телесные следы становятся основой для того, как он будет строить отношения позже: сможет ли он просить о помощи, будет ли верить, что близость безопасна, научится ли он выдерживать свою уязвимость.

Младенец «строит» маму из множества мелочей

В течение первых месяцев ребёнок не просто учится ощущать мир – он конструирует внутренний образ взрослого, на которого можно опираться.

Это внутренний «портрет» мамы, которая: приходит, когда зовут, не пугается плача, держит крепко и бережно, возвращается снова и снова. Даже когда мама уходит – этот образ остаётся внутри. Это и есть первый опыт внутренней устойчивости: я могу быть один, потому что во мне есть след присутствия другого.

Привязанность – это не сделать всё «правильно»

Многие мамы боятся ошибиться: «А если я не поняла, почему он плачет?» «А если я устала и не смогла сразу подойти?» Важно помнить: привязанность строится не из идеальных реакций, а из повторяющейся заботы. Ты можешь не сразу понять, что не так – но ты приходишь. Ты можешь быть уставшей – но ты возвращаешься. Ты можешь быть в слезах – но ты рядом.

Этого достаточно, чтобы малыш чувствовал: «Я в отношениях. Я важен. Я не один в этом мире.»

Отсутствие привязанности – не «ничего страшного»

Когда у младенца нет стабильной фигуры рядом, он: замирает, теряет активность, становится пассивным или наоборот гипервозбудимым, перестаёт «звать» и искать взгляд.

Это не самостоятельность. Это отказ от надежды. Когда взрослые говорят: «Он у нас сам по себе, не плачет, не требует, такой удобный…»…это тревожный сигнал. Потому что младенец не должен быть «удобным». Он должен быть живым, откликающимся, зовущим.

Что создаёт привязанность в первые месяцы:

– Физическая близость: частый контакт кожа-к-коже, укачивание, кормление на руках.

– Эмоциональный отклик: улыбка в ответ на взгляд, мягкий голос, внимание к звукам ребёнка.

– Регулярность и повторяемость: одинаковые ритуалы, интонации, последовательность действий.

– Предсказуемость: мама не исчезает внезапно, не пугает резкими переменами.

– Безопасность: отсутствие боли, страха, чрезмерной стимуляции.

Ты уже это делаешь – даже если не замечаешь

Может показаться, что ты просто сидишь с ним часами, гладишь, поёшь колыбельную, не отрываясь от рутинных забот. Но на самом деле ты: создаёшь первую связь; формируешь образ близости, который останется в теле навсегда; прокладываешь путь к доверию, чувствительности и устойчивости.

Привязанность – это не форма воспитания. Это то, как начинается жизнь

Когда ты кормишь, качаешь, гладишь, укачиваешь – ты не просто «обслуживаешь» младенца. Ты формируешь основу его внутреннего мира.

Ты учишь его: как обращаться с чувствами, как просить о поддержке, как быть рядом с другим человеком.

И вот здесь, на этом месте, возникает самый частый и тревожный вопрос, который родители задают с волнением: «А если я подхожу каждый раз, когда он плачет – я его не разбалую? Может, нужно приучать его быть терпеливым? Самостоятельным? Не таким капризным?»

Это то, что мы разберём в следующем разделе: «Балую» или «отвечаю на зов»?

Потому что в нём скрыт ключевой страх – и очень важный разворот в сторону доверия.

Продолжим?

«Балую» или «отвечаю на зов»?

Одна из самых болезненных тем для мамы в первые месяцы – это момент, когда ребёнок начинает плакать, а рядом появляется кто-то, кто говорит: «Не поднимай его сразу, приучишь к рукам», «Он уже манипулирует», «Дай ему покричать – лёгкие тренирует», «Он будет у тебя на шее сидеть!»

В эти моменты ты будто оказываешься перед выбором: быть той, кто откликается – и попасть под ярлык «слабой», или быть «строгой» и не подходить – и умирать от внутреннего напряжения, слушая детский плач.

В этом месте сталкиваются два мира – мир живого чувства и культурный миф о «воспитании с пелёнок». И давай честно: этот миф калечит больше, чем помогает.

Почему мы боимся «разбаловать»?

Эта идея передаётся из поколения в поколение. В ней много тревоги: что ребёнок станет капризным, что он вырастет эгоистом, что он «сядет на шею», что ты потеряешь контроль, если уступишь хотя бы раз.

И ещё глубже – страх, что тебя не примут, как мать, если ты «слишком мягкая», «всё позволяешь», «не воспитываешь строго».

Этот страх рождается не из здравого смысла, а из боли и непрожитой уязвимости наших собственных родителей. Их не слушали, их стыдили за слёзы, им говорили: «Будь сильным». И теперь, став взрослыми, они продолжают транслировать это: «сильные – не плачут», «детей надо держать в строгости».

Что на самом деле происходит, когда ты «отвечаешь на зов»?

Когда ребёнок плачет, он не манипулирует. Он зовёт. Он не может ждать, терпеть, откладывать.

Его нервная система ещё не умеет саморегуляцию. Ему физически нужно, чтобы кто-то помог справиться с ощущением боли, голода, страха, одиночества.

Твой отклик: снижает уровень кортизола (гормона стресса), стабилизирует сердечный ритм и дыхание, формирует нейронные связи, отвечающие за доверие и эмоциональный контроль, закладывает образ взрослого, который не пугается, не исчезает, не обвиняет.

Ты не «балл» – ты регулируешь его внутреннее состояние, пока он не умеет делать это сам.

Отвечать на зов – это не про потакание. Это про настройку.

Иногда родители боятся, что, если каждый раз откликаться на крик, ребёнок никогда не научится ждать или «будет пользоваться».

Но младенец – это не актёр, не манипулятор, не диктатор. Это маленький человек, который проверяет, есть ли кто-то, кто его чувствует. Именно в этом возрасте отклик не балует, а формирует привязанность. Ты показываешь: «Я слышу тебя. Твоё состояние для меня важно. Я не боюсь твоих слёз».

И именно через такой отклик ребёнок со временем научится сам успокаиваться – потому что он сначала был успокоен другим.

Почему «пусть поплачет» – это не про самостоятельность

Плач без отклика – это стресс без выхода. Младенец, оставленный один на долгое время: не успокаивается, он перестаёт звать, он замирает, он впадает в состояние выученной беспомощности.

Это не зрелость. Это боль, застывшая в теле.

Такие дети часто становятся внешне «удобными», но внутри – тревожными, напряжёнными, плохо спящими, не умеющими просить. И наоборот – дети, к которым часто подходили, вырастают более самостоятельными. Потому что их опыт говорит: «Если мне плохо, помощь придёт. Значит, я могу рисковать, пробовать, отпускать».

Часто мама чувствует: «Я делаю неправильно… но я не могу не подойти»

И это – самый честный, живой материнский отклик.

Да, ты можешь сомневаться. Да, ты можешь бояться, что тебя осудят. Да, тебе могут говорить: «Ты избаловала». Но если в тебе звучит: «Я не могу не подойти, он же зовёт меня!» – это значит, что твоя интуиция работает. Это и есть привязанность – живая, настоящая, чувствующая.

«На руках всё время» – это нормально

Носить ребёнка, обнимать, кормить грудью по требованию – это не про слабость. Это физиологическая и эмоциональная норма младенчества.

Быть на руках – это не каприз, а потребность в регуляции: тепла, ритма, близости, телесного контакта.

Ты – его термометр, его ритм, его устойчивость. Пока он не сможет сам – ты даёшь ему себя. И это не баловство. Это база жизни.

А как же границы? Не вырастет ли он вседозволенным?

Младенцу не нужны границы в нашем взрослом понимании.

Ему нужно: чтобы рядом был кто-то устойчивый, чтобы его чувства не разрушали связь, чтобы он чувствовал себя в безопасности в своей потребности.

Настоящие границы начнут формироваться позже – когда появится Я, отдельное от мамы. Но для того чтобы оно появилось – сначала должно быть ощущение: «Я важен. Я в отношениях. Я не один».

Когда ты откликаешься, ты формируешь не каприз, а доверие

Ты не боишься слёз – и ребёнок перестаёт бояться быть услышанным. Ты не отворачиваешься от чувств – и он учится их выражать. Ты не исчезаешь – и он не замирает в одиночестве. Ты отвечаешь – и это становится его внутренним знанием о мире.

И когда кто-то однажды скажет ему в жизни: «Ты слишком чувствительный»…внутри него может отозваться: «А моя мама слышала мои чувства. Значит, я – не слишком. Я – живой».

Ты – не та, кто «разбаловала». Ты – та, кто держала мир

Когда ты снова берёшь его на руки, укачиваешь, шепчешь, гладишь – ты строишь с ним первую в его жизни связь, в которой можно быть собой.

Это намного глубже, чем поведение. Это – база идентичности. Ты даёшь ему то, на что он будет опираться, когда: не сможет сам себя успокоить, окажется в стрессе, влюбится, расстанется, испугается, почувствует одиночество.

Он будет искать ощущение: «когда мне плохо – кто-то рядом. Меня не бросят». И если ты была тем, кто отвечал на зов, а не «воспитывал плачем», – значит, он уже это ощущение в себе носит.

А теперь – давай пойдём дальше. Мы с тобой разобрали, как формируется привязанность и почему ты не «баловалась», а вела ребёнка к опоре через отклик.

И следующий важный вопрос: А каким должен быть взрослый, чтобы ребёнок по-настоящему мог на него опереться?

Поговорим об этом в следующем разделе: Что делает взрослого надёжной базой?

Что делает взрослого надёжной базой

Ты наверняка слышала это выражение – «надёжная база». Его часто используют психологи, особенно в разговорах о привязанности. Оно звучит прочно, уверенно, почти как что-то фундаментальное. Но что это значит – быть надёжной базой для ребёнка? Особенно когда ты не чувствуешь себя уверенной. Особенно когда сама внутри неустойчива.

Этот термин пришёл из исследований Джона Боулби – одного из первых теоретиков привязанности. Он говорил: «Ребёнку важно, чтобы рядом был взрослый, на которого можно опираться, чтобы исследовать мир. Тот, кто не тянет назад и не исчезает – а просто надёжно стоит рядом». Надёжная база – это не человек, у которого всё под контролем. Это человек, к которому можно вернуться, если страшно.

Надёжная база – это не про силу. Это про устойчивость

Когда ребёнок ещё совсем маленький, он воспринимает взрослого не через слова, а через состояние. Он как радар: чувствует напряжение в теле, слышит интонации, улавливает ритм дыхания, замечает паузы в реакции.

Надёжный взрослый – это не тот, кто всё делает по книжке. Это тот, кто: не пугается детских эмоций, не исчезает, когда сложно, возвращается, даже если был срыв.

Он может ошибаться, уставать, срываться – но потом восстанавливает контакт, берёт на себя ответственность, остаётся доступным.

Что ощущает ребёнок рядом с надёжной базой?

– Меня слышат, даже если я не говорю словами

– Мои чувства – это не беда. Они не портят отношения

– Даже если я веду себя «плохо», меня не отталкивают

– Я могу плакать, бояться, кричать – и всё равно остаться в отношениях

И это невероятное чувство – безусловной связи, в которой можно расти, искать, ошибаться – и не терять опору.

Надёжность – это про предсказуемость

Очень часто мамы спрашивают: «Я же с ним, я его люблю. Почему он такой тревожный, почему цепляется за меня, будто я исчезну?» И вот здесь ключевой момент.

Ребёнку важно не только физическое присутствие, но и эмоциональная предсказуемость.

Когда мама: сегодня улыбается, а завтра в стрессе и кричит, иногда откликается на плач, а иногда отворачивается, говорит одно, но делает другое.

Ребёнок начинает терять ориентиры. Он не может быть уверен: придут ли? выдержат ли? услышат ли?

Надёжная база – это не отсутствие эмоций. Это способность оставаться в контакте

Мама тоже человек. У неё бывают свои чувства, боль, усталость, свои травмы.

Надёжность – это не отсутствие срывов. Это способность: вернуться в диалог, сказать: «мне жаль, я накричала», не обвинить ребёнка в своих срывах, и не сломать мост только потому, что было тяжело.

Когда ребёнок это видит, он получает самый важный урок жизни: «Близость – это не идеально. Но она настоящая. И она восстанавливается.»

Надёжная база – это не родитель без границ

Многие путают доступность с потаканием. Но на самом деле, если границы устанавливаются с уважением и теплом – они усиливают привязанность.

– Ты можешь сказать твёрдое «нет» – но не разрушить контакт.

– Ты можешь остановить опасное поведение – не унижая.

– Ты можешь сказать: «Я рядом, даже если ты злишься на меня».

И в этот момент ты становишься для ребёнка тем самым взрослым, к которому можно опираться – потому что ты не исчезаешь и не поддаёшься его аффекту.

Что делает взрослого «базовым»?

– Последовательность. Не жёсткость, а повторяемость.

– Стабильность эмоционального отклика. Не идеальность, а возможность восстановить контакт.

– Готовность быть рядом, когда ребёнок невыносим.

– Уважение к его эмоциям. Даже если ты их не понимаешь сразу.

– Способность регулировать себя, чтобы не выбрасывать на ребёнка свой внутренний шторм.

Надёжная база – это не родитель-спасатель

Иногда мамы из чувства вины начинают делать всё за ребёнка, подменяя его действия, убегая от его слёз, стараясь избежать любых трудностей. Но такая стратегия делает из взрослого не опору, а костыль.

Надёжный взрослый не убегает, но и не мешает ребёнку пройти свои этапы. Он говорит: «Я рядом. Я помогу, если тебе нужно. Но я верю, что ты справишься.»

Быть надёжной базой – это жить так, чтобы в твоём присутствии можно было расти

Ты – как берег, от которого можно оттолкнуться.

Не чтобы вечно сидеть рядом, а чтобы однажды уплыть – с чувством, что если что, тебя примут назад.

Ты – как комната, в которую можно вернуться, если на улице стало страшно.

Ты – как голос, который звучит в голове ребёнка даже тогда, когда ты далеко: «Ты справишься. Я рядом. Я тебя люблю».

Как понять, что ты стала этой самой «базой»?

Иногда ты не узнаешь это сразу. Но однажды услышишь: «Мама, я устал, можно я просто с тобой посижу?» «Я боюсь, но раз ты здесь, давай попробуем» «Можно обниму?»

Это не контроль. Это – доверие. Это – привязанность.

Это значит, что внутри твоего ребёнка уже есть ты – как фигура, к которой можно обращаться, как ощущение, которое не стирается.

А если я не чувствую себя надёжной?

Ты имеешь право не справляться. Ты имеешь право сомневаться.

Быть надёжной – это не «быть всегда ОК». Это уметь говорить: «Я не знаю, что делать, но я рядом.» «Я устала, но я постараюсь быть рядом.»

И в этом – самая настоящая устойчивость.

Важно не то, чтобы никогда не падать. Важно подниматься – и оставаться доступной

Дети не ждут совершенства. Они ждут присутствия. Они смотрят в глаза и ищут – не маску уверенности, а отклик. Если ты есть – даже растерянная, даже уставшая – ты уже даёшь им то, что не даст ни одна схема, ни один метод.

Ты – живая. Ты – слышащая. Ты – выдерживающая. Ты – надёжная база. Именно потому, что ты – настоящая.

А теперь, когда ребёнок немного подрос, начинает открывать для себя звуки, запахи, пространство, движение – он сталкивается с миром, который слишком громкий, резкий и быстрый.

И твоя роль снова меняется: теперь ты – не только база, но и якорь, который помогает ребёнку не утонуть в потоке стимулов.

1.2. Мир вокруг – и взрослый как якорь

Когда младенец делает первые шаги в этом мире, каждый его день – как открытие нового континента. Мир слишком громкий, слишком яркий, слишком переменчивый. Слишком много лиц, звуков, запахов, слишком быстро всё меняется. И в этом хаосе есть только один ориентир, который помогает не потеряться – взрослый, рядом и устойчивый.

Этот взрослый – как якорь. Он не должен делать всё идеально. Он не должен угадывать каждое движение. Но он может быть тем, кто держит ритм, создаёт предсказуемость, даёт ребёнку чувство: «я не один, я в безопасности».

Когда мы говорим «якорь», мы имеем в виду не жёсткость и не контроль, а спокойную устойчивость. Это взрослый, который сам выдерживает мир, чтобы ребёнку не приходилось справляться с ним в одиночку. Это не про защиту от всего, а про то, чтобы быть рядом, когда страшно. Это про то, чтобы стать точкой возвращения, если малыш потерялся в потоке ощущений, людей и ситуаций.

В этом разделе мы поговорим о том:

– почему окружающий мир – это часто не вдохновение, а стресс для маленького ребёнка;

– как сенсорные перегрузки и страхи влияют на его состояние;

– как важны простые ритуалы и телесная близость для ощущения устойчивости;

– и как взрослый может быть тем, через кого ребёнок чувствует спокойствие, даже когда всё вокруг бурлит и меняется.

Потому что ребёнку не нужен идеальный навигатор. Ему нужен тот, кто дышит рядом. Кто не пугается его страха. Кто может быть тихим островом, где всегда можно передохнуть. И мы можем быть этим островом. Даже если сами не всегда знаем, куда плыть. Главное – не исчезать с горизонта.

Сенсорные перегрузки, страхи, адаптация

Для взрослого человека окружающий мир – привычная среда. Шум, яркий свет, множество лиц, быстрая смена событий – мы давно научились это выдерживать. А теперь представьте: вы попадаете в другую страну. Язык незнакомый. Всё двигается, сверкает, говорит, требует. Нет ни одного знакомого лица. Нет ни одного понятного правила. Мир шумит. Это и есть состояние маленького ребёнка в первые месяцы и годы жизни.

Он не знает, что безопасно. Он не умеет отфильтровывать раздражители. Каждый звук, резкий жест, перепад температуры, яркий свет или даже запах – может стать фактором стресса. Сенсорная система ребёнка ещё только формируется. Она не умеет «гасить» лишнее. И поэтому малыш так остро реагирует на то, что взрослым кажется «мелочью».

Почему возникают перегрузки

– Слишком много новых лиц за короткое время

– Громкие звуки, фоновый шум, телевизор

– Яркое освещение, мигающие огни

– Частая смена обстановки (магазины, поездки, гости)

– Большое количество предметов и стимулов (игрушки, декор)

Даже если ребёнок не плачет – перегрузка может проявляться иначе:

– Он «зависает», перестаёт реагировать

– Становится гиперактивным

– Перестаёт засыпать или часто просыпается

– Проявляет капризы «на пустом месте»

– Требует больше телесного контакта

Это не «вредность». Это – сигнал: слишком много. Я теряюсь. Я не справляюсь. Мне нужен кто-то, кто меня удержит.

Роль взрослого в адаптации к миру

Когда ребёнок находится в новой среде, он смотрит на взрослого: опасно это или безопасно? Можно ли доверять? Есть ли кто-то, кто понимает, что происходит?

Взрослый может:

– создавать предсказуемость (одинаковое начало и завершение дня)

– минимизировать лишние стимулы (не включать громкую музыку, не торопиться с новыми местами)

– быть рядом, не отвлекаясь на телефон, телевизор

– удерживать телесный и зрительный контакт

– называть происходящее словами: «Сейчас громко, я с тобой. Мы скоро выйдем.»

Ребёнок учится адаптироваться не потому, что мир становится проще. А потому что рядом есть кто-то, кто выдерживает этот мир и остаётся тёплым, спокойным, откликающимся.

Если взрослый рядом – не тревожный, не раздражённый, не исчезающий в суете, а просто тёплый и устойчивый, – ребёнок будет чувствовать: «Я не один. Этот мир большой, но рядом есть кто-то, кто меня видит и не даст потеряться». И тогда даже в сенсорном шторме у него будет якорь – вы.

Далее мы поговорим о ритуалах и телесной близости – как важнейших инструментах, которые помогают маленькому человеку почувствовать устойчивость и смысл в каждом дне.

Роль ритуалов и телесной близости

В первые годы жизни ребёнок ещё не умеет регулировать своё внутреннее состояние. Он как компас, который постоянно теряет направление. Любая перемена, любое новое ощущение – как порыв ветра, сбивающий стрелку. И здесь на помощь приходит то, что кажется взрослым обыденным, но на самом деле имеет огромную силу – ритуалы и телесная близость.

Мы часто воспринимаем ритуалы как скучные формальности: «почистить зубы», «спеть колыбельную», «вымыть руки перед едой». Но для маленького ребёнка это структура, в которой появляется предсказуемость, а значит – безопасность. Каждое повторяющееся действие становится для него маяком: «всё идёт как всегда, мир под контролем, рядом мой взрослый, я в порядке».

Что такое ритуал для ребёнка

– Одна и та же песня перед сном

– Привычный порядок действий: купание – пижама – книжка – обнимание

Приветствия и прощания: «Я тебя жду», «Скоро вернусь»

Одни и те же слова в привычных ситуациях: «Я с тобой», «Всё хорошо», «Мы дома»

Это не формальность. Это эмоциональный якорь. И если ритуалы повторяются день за днём, ребёнок чувствует: жизнь предсказуема, а значит – я в безопасности.

Зачем нужна телесная близость

Тело – первый язык привязанности. Ребёнок чувствует тепло рук, ритм сердца, голос. Он буквально «впитывает» через прикосновения: ты рядом, ты не уйдёшь, я важен.

Телесная близость – это не только ношение на руках. Это:

– Совместное лежание и дыхание в одном ритме

– Объятия, которые не «по поводу», а просто так

– Поглаживание по спине, волосам, щеке

– Внимание к сигналам: «тебе страшно – я рядом, молча, но прикасаюсь»

Когда взрослый присутствует телесно – не торопясь, не «на бегу», – ребёнок восстанавливает контакт с собой. Его нервная система успокаивается, ритмы синхронизируются, тело расслабляется. И тогда можно снова исследовать мир. Потому что есть к кому вернуться, если станет страшно.

Как ритуалы и телесность помогают регулировать эмоции

– После сложного дня – привычный обряд купания и пижамы

– После слёз – тёплые объятия, без слов

– Перед сном – один и тот же шёпот «я рядом»

Это не «просто действия». Это мостики, по которым ребёнок возвращается к устойчивости. Он не умеет ещё говорить: «я тревожусь», «мне страшно», «я устал». Но он умеет впитывать тепло, ритм, повторение. Это его способ восстанавливаться.

Почему ритуалы важны и для взрослого

В моменты усталости, тревоги, неопределённости – простые ритуалы становятся опорой и для нас. Мы тоже успокаиваемся, когда знаем: «вечером мы как всегда – чай, сказка, обнимание». Это создаёт пространство, где не надо придумывать заново. Где уже есть структура. Где можно просто быть.

Что важно помнить

– Ритуалы не должны быть жёсткими. Это не «режим ради режима». Это гибкий, живой ритм.

– Телесная близость не требует слов. Главное – присутствие и внимание.

– Повторение – не банальность. Это основа доверия.

Итак, через ритуалы и телесную близость взрослый становится навигационной системой для ребёнка в мире, полном неизвестного. Благодаря этому ребёнок знает: «я не потеряюсь. Я знаю, что будет. Я знаю, кто рядом». И это знание даёт невероятную опору, которую он потом пронесёт через всю жизнь.

Далее мы поговорим о том, как ребёнок чувствует спокойствие – и как взрослый может помогать ему не теряться в тревоге, не избегать чувств, а проживать их рядом с тёплым и принимающим человеком.

Как ребёнок чувствует спокойствие

Спокойствие – это не отсутствие звуков, движений или новых впечатлений. Для маленького ребёнка спокойствие – это внутреннее ощущение, что мир предсказуем, а рядом есть взрослый, который его выдерживает. Это состояние, в котором его нервная система может расслабиться, мышцы не напряжены, дыхание ровное, глаза светлые. Такое спокойствие невозможно «дать» извне – его можно только передать через атмосферу, через своё состояние, через совместность.

Через что ребёнок ощущает внутренний покой

– Тепло тела взрослого – прикосновение, объятия, совместный сон

– Голос – спокойный, тихий, узнаваемый, не пугающий

– Ритм – регулярность событий, повторяющиеся моменты

– Эмоциональная устойчивость взрослого – отсутствие резких перепадов

– Предсказуемые реакции – когда взрослый реагирует похоже в похожих ситуациях

Это не означает, что всё вокруг должно быть стерильно и идеально. Речь не о «тишине» как отсутствии стимулов, а о тишине внутри. Там, где ребёнок может отдохнуть от бдительности, не ждать удара, не проверять, «всё ли в порядке».

Что нарушает это спокойствие

– Резкая смена эмоций у взрослого: сначала ласка – потом раздражение

– Частое исчезновение из поля контакта: взрослый рядом, но в телефоне, в мыслях

– Непредсказуемые реакции: один и тот же поступок ребёнка вызывает разные отклики

– Пренебрежение телесной и эмоциональной близостью: «перерастёт», «не ной»

Когда ребёнок не чувствует спокойствия рядом, он становится либо тревожным, либо гиперактивным, либо отстранённым. Это не каприз – это адаптивная реакция: «я не чувствую, что мир безопасен, мне надо как-то себя спасти».

Как взрослый может помочь почувствовать покой

– Замедлиться. Говорить чуть тише. Делать чуть медленнее.

– Смотреть в глаза, когда ребёнок что-то говорит – даже если не словами.

– Подхватывать чувства ребёнка, не обесценивая: «тебе страшно – я с тобой».

– Отвечать телом: обнять, присесть рядом, дотронуться тепло.

– Удерживать границы, не теряя близости: «я рядом, но сейчас нельзя».

Энергия взрослого – как передаётся ребёнку

Если взрослый сдерживает раздражение, но напряжён – ребёнок чувствует не голос, а напряжение. Если взрослый говорит «всё хорошо», но сам тревожен – ребёнок чувствует тревогу, а не слова. Если взрослый разрешает себе быть живым, дышащим, настоящим – рядом с ним ребёнок тоже начинает дышать.

Как выглядит спокойствие в поведении ребёнка

– Он может уйти в игру и надолго «пропасть» – это значит, он не в гипербдительности

– Он сам приходит за контактом и так же легко уходит – это значит, он не в зависимости

– Он засыпает, не проверяя каждый раз, «где мама»

– Он может быть один, зная, что взрослый рядом и откликнется

Что важно помнить взрослому

– Спокойствие ребёнка начинается со спокойствия взрослого

– Оно не зависит от громкости мира, а от качества связи

– Это не «цель», а состояние, которое мы передаём через себя

Таким образом, ребёнок чувствует спокойствие не тогда, когда всё идеально и тихо, а тогда, когда взрослый рядом в контакте, в устойчивости, в тепле. Это создаёт ту внутреннюю уверенность, которая даёт силы исследовать мир, пробовать, ошибаться и возвращаться. А возвращение – это и есть самая важная часть любой привязанности. Ведь ребёнку не нужен безоблачный день – ему нужен свет в окне, который горит, даже когда темно.

1.3. Кризис 1 года: «Я сам» – и рядом с тобой

Ты не успела оглянуться, как малыш, который вчера сжимал твой палец, впервые начинает отстраняться. Он уже не только лежит, гулит и улыбается. Он пробует вставать, идти, кричать, требовать, бросать, толкать, упрямо отодвигать ложку, хлопать дверцей, отказываться от объятий и с вызовом смотреть в глаза.

И если раньше всё строилось на близости, слиянии и телесной слитности, теперь ребёнок впервые заявляет о себе как об отдельном существе.

И вот оно – первое яркое «Я!» в его жизни. Не проговоренное, но проживаемое: «Я сам!»

И ты вдруг оказываешься не только мамой, но и… «помехой» на пути.

Малыш вроде бы ещё так нуждается в тебе – и одновременно толкает, капризничает, протестует, отказывается.

Что это за этап?

Это не просто «трудный возраст». Это поворотная точка в развитии личности.

Примерно в возрасте от 9 до 18 месяцев (и далее) формируются: чувство отдельности от мамы, желание влиять на мир, стремление самостоятельно выбирать, первые опыты воли и границ.

И одновременно с этим – огромный страх. Потому что быть отдельным – значит быть и уязвимым. А самостоятельность – это свобода, в которой нужна база, к которой можно возвращаться.

Это не «характер портится». Это личность рождается

Если ты замечаешь, что: ребёнок протестует без видимых причин, стал упрямым, постоянно говорит «нет» всем предложениям, кричит, бросает вещи, сопротивляется даже помощи, – поздравляю. Это не сбой. Это рост.

Ты видишь первые движения его воли, его желания быть собой, не сливаться, не растворяться, а действовать от себя.

Это не манипуляция. Не избалованность. Не плохое воспитание. Это кризис 1 года. Он сложный. Он изматывающий. И он – абсолютно естественный.

Какую роль играешь ты?

Ты – безопасный свидетель рождения личности.

Ты – граница, от которой он отталкивается.

Ты – стена, по которой он карабкается.

Ты – тот, кто останется рядом, даже если он тебе кричит «уйди!».

Именно ты можешь помочь ребёнку прожить этот кризис так, чтобы не разрушить его волю, но и не остаться заложником бесконечного протеста.

Ты не можешь избежать конфликта. Но можешь сделать так, чтобы этот конфликт не разрушил привязанность, а укрепил её.

Что будет в этом разделе?

Мы вместе поговорим: о том, почему протест – это не проблема, а путь к самостоятельности, как справляться с трудностями сна, еды и настроения в этот период, как поддержать волю ребёнка и сохранить контакт, не разрушая ни его, ни себя.

Ты увидишь, что быть рядом – не значит управлять. И что ребёнку можно давать свободу, оставаясь при этом тёплой, устойчивой и живой.

Если ты готова – давай начнём с самого главного вопроса:

Почему протест – не проблема

Ты говоришь ему: «Давай ручку – пойдём» А он – хлоп ногой, дёрнулся, завопил и уткнулся в пол.

Ты подносишь ложку с едой – а он

– закрывает рот

– отталкивает

– швыряет еду на пол

– и смотрит на тебя в упор.

Ты надеваешь носки – он их сдёргивает. Пытаешься его взять на руки – выгибается дугой. Ты чувствуешь раздражение, растерянность, тревогу. «Что происходит?! Почему он будто специально всё делает наоборот?» Ответ простой: он взрослеет.

Протест – это не разрушение, это становление

В возрасте около года у ребёнка впервые формируется чувство «Я».

До этого он не различал, где он – а где ты. Ты и он были почти одним целым. Он тянулся – и ты угадывала. Он кричал – и ты утешала. Он хотел на ручки – и получал тело.

И вот теперь, с появлением моторики, с освоением первых слов, с ощущением, что он может сам, – возникает первая внутренняя отдельность.

Это не просто физиологический этап. Это психологическое рождение личности.

И как у любого рождения – оно связано с криком, сопротивлением, боли, страхом и… новой свободой.

Откуда столько «нет»?

Это не потому, что он стал капризным. Это потому, что он впервые чувствует, что может влиять на реальность.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.