Кирилл Каланджи
Зов Аркадии

ЭПИЗОД 1

Они пришли с войной

1.

На окровавленном полу лежали двое погибших космодесантников. Их броня была пробита насквозь, оголив обугленные остатки кожи. В застилаемом облаком дыма и пепла соседнем коридоре слышались крики, возня и звуки яростной стрельбы. Старший капрал Антуан Косиновский судорожно отстреливался от мутировавших в зомби бывших сотрудников EuropaUnionCorp. Он не хотел умирать, но тьма оказалась сильнее…

Здесь, в далеком космосе, на спутнике Европа, уже больше тридцати лет росла и развивалась земная колония под красивым названием Аркадия. Научно-исследовательский город во всей свой футуристической красе. И, как только наступил тридцать третий год жизни на спутнике, произошла невиданная катастрофа. Ученые все же смогли пробурить туннель в самое чрево спутника, но каково было их удивление, когда вместо холодного океана они нашли своеобразный ад. Вместе с кипящей водой из недр Европы на поверхность вырвались зловещие монстры, похожие на рыб и демонов одновременно. Они восприняли людей как захватчиков, посягающих на их цивилизацию. С тех пор с Европой была утеряна связь…

Антуан Косиновский, Айвен Виленс, Саймон Рутберг, Джиллиан Хост и рядовой Рейн были в штурмовом отряде северной зоны Аркадии. Рутберг и Хост были мертвы уже больше пяти минут. Виленс отправился на разведку и так и не вернулся. Рядовой Рейн копошился в разгромленной рубке управления в соседнем помещении, пытаясь разблокировать двери в жилой отсек западной части Аркадии. И именно в тот момент, когда бездушные твари окружили Косиновского и практически разорвали его плоть, произошла странность, которую сам старший капрал назвал впоследствии эффектом дежавю. Пространство вокруг него вспыхнуло яркими зелеными точками и разноцветными прямоугольниками, затрещало странным звуком и постепенно окрасилось в черный цвет. Антуан Косиновский сначала подумал, что это и есть смерть, просто тьма и пустота, но потом начался тот самый эффект…

Внезапно он снова очутился в десантном космическом боте, заходящем на посадку к спутнику Европа, в окружении его команды, все еще живой команды. Рутберг и Хост весело балагурили, и – самое главное – были живы. Антуан подумал, что сейчас Хост пошутит про то, что у женщин на Марсе груди побольше, чем у земных девок. Поэтому они всегда получают то, что хотят. Так и случилось: над пошлой шуточкой Джиллиан смеялись все, кроме Антуана. Теперь, казалось, он точно знал, что посадка будет жесткой, а пилота, совсем еще юную Эшли Кортич, изрешетит летающая рогатая рыба, стреляющая огненной кислотой.

– Пятиминутная готовность! – сообщила Кортич по громкой связи. – Вот она, Аркадия! Ждет не дождется! Захожу на посадку к северным воротам!

В ту же секунду раздался назойливый сигнал тревоги: на корабль напали. Красная лампочка мигала без остановки. Антуан сжал в руках штурмовую винтовку, удивляясь своим действиям. Он как по команде свыше резко встал и скомандовал своим космодесантникам:

– Готовьтесь к жесткой посадке, пушечное мясо! Надерем скользкие задницы этим адским амфибиям!

 Антуан сам не поверил в то, что произнес эти слова, о которых даже не думал. Они прозвучали так примитивно и прямолинейно, просто появившись в его голове. Десантники на это хором отозвались своим боевым кличем:

– Буууууяяяя!

Корабль тряхнуло, рубка наполнилась едким дымом, и через секунду десантный корабль с треском и скрежетом протаранил ледяную корку Европы. Брызги замерзшего грязного льда оросили мертвый космический пейзаж. Посадка была действительно жесткой. От пилота осталось кровавое месиво. Ошметки мяса, перемешанные с покореженной аппаратурой, вызвали у капрала приступ рвоты. Блок стационарной радиосвязи вышел из строя, и теперь отряду Косиновского придется искать другой способ, чтобы связаться со штабом 812-го космического батальона и штурмовыми группами западного, южного и восточного направлений.

Антуан выдохнул и затряс головой. Боли не было. Но он не мог отделаться от противной мысли, что все это уже с ним было. Вот сейчас Джиллиан Хост вынесет лазерной штурмовой винтовкой входной люк, и все спокойно выберутся наружу. Так и произошло. Хост без труда расплавила особо прочный металл, и космодесантники покинули разрушенный корабль.

Дышать было на удивление легко. Скафандр давал ощущение эфемерной свободы и комфортной комнатной температуры, даже стекло практически не запотевало от учащенного дыхания и легкой аритмии из-за перепадов давления. Зловещий Юпитер словно любопытное одноглазое создание наблюдал за муравьями, копошившимися на спутнике.

– Все целы? – спросил капрал.

– Так точно, сэр! – ответила Хост, а затем и остальные вояки.

– Значит, до северных ворот на своих двоих. Вперед!

Дальше все было так же, как и предполагал Антуан. Они отправились к северной части Аркадии. Его солдаты шли боевым клиновым порядком по небольшому ледяному каньону, каждый прикрывал свое направление. Но Косиновский знал, что сейчас им повезет и рыбные демоны на пути не встретятся. Здесь, среди радиоактивного льда, они в сравнительной безопасности. Он знал все наперед, и его это пугало. Очень сильно пугало. Каждый шаг казался ему давно пройденным, каждый взгляд в сторону подозрительных расщелин и ледяных пещер не находил ничего смертельно опасного. Хост и другие вояки вели себя, как прежде, озорно шутили и обсуждали, как же тепло и хорошо сейчас на Венере. Единственное, чего не мог понять Антуан, зачем он объясняет рядовому Рейну, как стрелять, как прыгать, как бросать импульсную гранату, и, самое главное, зачем он показывает, как надо ползать? Косиновский думал, что он сошел с ума, раз говорит это хоть и рядовому, но все же состоявшемуся космодесантнику. Но, похоже, только он один понимал, что вся это история слишком дурно пахнет, что-то тут было не так. Салага при этом поддакивал старшему капралу и охотно повторял за ним его импровизированный курс обучения молодого бойца.

– Сержант Виленс! Сколько до цели? – спросил Косиновский.

– Не больше двух миль пути, – ответил космодесантник, проверяя данные портативного компьютера.

– Давайте ускоримся, а то я сейчас себя яйца отморожу! – добавил Рутберг.

– А они у тебя есть? – захохотала Хост.

– Разговорчики! – скомандовал капрал. – Держать строй!

Еще несколько минут утомительного пути, и Антуан увидел потрясающей красоты строения. Огромные серые монументальные башни своими острыми шпилями и антеннами упирались в черное звездное небо. Высокие сегментные металлические стены, перемежаемые бетонными выступами, ярко отсвечивали, придавая магическое, сказочное сияние всему городу. Компания EuropaUnionCorp, ответственная за возведение этого чуда среди мертвого космоса, постаралась по максимуму. Аркадия была венцом градостроения нового прогрессивного века, ее контуры и силуэты демонстрировали величие человека, который смог дотянуться до звезд и даже покорить некоторые из них. На фоне исполинского Юпитера этот город, конечно, был крошечным, но для Антуана и его десантников это означало, что цель их миссии уже очень близка. Время действовать!

– Шевелитесь, сопляки! До цели осталось всего ничего, – рявкнул капрал.

2.

Отряд вошел в город через аварийный шлюз у так называемой северной сторожевой башни. На поверхности было много различных инженерных строений, в том числе и неработающие ворота космопорта, но весь жилой сектор Аркадии был, по сути, погружен на несколько километров под ледяную корку Европы. Это было сделано исключительно в целях безопасности персонала. Сильнейшая радиация, излучаемая Юпитером, могла за несколько часов уничтожить любую форму жизни. Поэтому, как показали данные разведки летающих дронов, даже объявившиеся летающие рыбные демоны старались надолго не высовываться на поверхность.

Путь через узкий аварийный шлюз был тяжелым. В технических помещениях не было освещения. Только кое-где встречающиеся мелкие лампочки озаряли пространство кроваво-красным светом. Косиновский включил фонарик. Остальные космодесантники последовали его примеру. Наличие новых источников света не добавило этому месту и щепотки комфорта.

– Что показывает датчик живых объектов? – поинтересовался капрал.

– Живых форм жизни на этаже не обнаружено, – ответил Виленс.

– Ладно, медленно движемся к цели. Рейн и Виленс, за мной клином. Хост и Рутберг, прикрывайте тыл.

Инженерные помещения остались позади. После спуска в шахту на километровой глубине можно было расслабиться и даже снять защитные скафандры. Датчики показывали необходимый уровень кислорода и нулевую радиацию. Косиновский уверенно вел своих космодесантников через опустевшие помещения, в которых царил настоящий хаос и бардак. Самый настоящий ураган прошелся абсолютно по всем комнатам и коридорам. Антуана насторожило то, что все объекты, валяющиеся на полу, были похожи друг на друга.

В каждом помещении, которое они проходили, им встречались разбросанные листы бумаги, одинаковые компьютеры с разбитыми мониторами, одни и те же типовые шкафы, стеллажи с похожими книгами, тумбочки, даже мусор был как две капли воды похож друг на друга. Словно все жители этого города ели одни и те же шоколадки, чипсы, вафли, запивали их кофе одной и той же марки и читали одни и те же книжные бестселлеры. Во всех комнатах валялось в основном три вида книг: первая – толстая синяя под названием «Гид по Аркадии», второй была странная желто-зеленая детская книга «Приключения пришельца Уго-Муго» и третья книжка была черной с изображением космодесантника наподобие самого Антуана и его солдат с нечитаемой надписью на китайско-английском языке.

– Входная зона пуста, – отрапортовал Виленс.

– В смежном помещении тоже – чисто! – сказала Хост.

– Проверил сервисные и административные комнаты, – доложил Рейн. – Все чисто!

– Не расслабляться… – пробурчал капрал. – Тишина и идиллия признак надвигающегося шторма! Вперед!

Отойдя в сторонку, Антуан попытался поднять книги с пола, но они словно были приклеены. И к полу, и к столу, и к полкам. Их нельзя было взять или раскрыть, книги были муляжами. Косиновский внимательно осмотрелся. Казалось, что как будто кто-то специально клонировал содержание одной комнаты и перенес его в другую. Он не мог понять, зачем это нужно было делать. Абсурд, который нельзя объяснить словами.

С каждой секундой нахождения в Аркадии капрал все отчетливее понимал, что попал в очень странное место, где все искусственное, ненастоящее. Его пугала мысль, что он это уже когда-то видел. Сон? Кошмар, который до дрожи в коленках реален? А может, это чистилище? Наверное он умер и попал в самое настоящее чистилище! Антуан был солдатом, страх для него был под запретом. Но не сегодня… Сегодня он сам разрешил себе бояться.

– Айван, у меня странный вопрос к тебе! – сказал Косиновский, догнав космодесантика в коридоре.

 Виленс выдал подобие улыбки:

– Шеф, я даже боюсь представить, что вы хотите у меня спросить…

– У тебя нет такого ощущения, что этот город, да вообще все, что нас окружает, какое-то нереальное, бутафорское…

 Сержант Айван Виленс вдруг остановился и посмотрел в упор на Косиновского. Капрал напряженно ждал прямого и четкого ответа.

– Вы правы, сэр. Вещи! Вещи странные. Пока никто не видел, я попытался взломать автомат с напитками и едой.

– Опять на жратву потянуло во время миссии? – ухмыльнулся Косиновский.

– Есть грешок, сэр. Но вот одна проблемка: автомат оказался пустой. Не в том смысле, что там закончилась еда, а он вообще пустой. Коробка с пустотой. Еда была просто на наклейке… Зачем этот муляж нужен? У них что, никто не перекусывает во время обеденного перерыва?

– Не знаю… – задумчиво отозвался Антуан. – Но мне это все очень не нравится.

– А еще меня насторожили плакаты на стенах и реклама! – добавил Виленс.

– А с ней что не так? – удивленно спросил Косиновский и начал оглядываться на стены.

– Я насчитал всего шесть разнообразных рекламных агитационных плакатов о том, как хорошо жить на Европе, и три вида рекламы местных ресторанов и магазинчиков. И это все. Для такого огромного города, как Аркадия, это ничтожно мало… Почему они бесконечно повторяются? Это нелогично.

– Думаю, это не самое странное, что тут происходит…

Капрал улыбнулся. Улыбка его была натянутой. Подсознание подсказывало, что Виленс прав: предметы в Аркадии все время совершенно нелогично повторяются. В этом месте практически нет уникальности. А значит, оно само по себе уникально именно в своем иррациональном состоянии.

В коридоре послышался электрический монотонный гул. Рядовой Рейн пытался включить питание у створчатой двери в жилой комплекс С9. Антуана насторожило то, что шум электричества перебивал неестественный скрежет, словно кто-то пытался процарапать дверь с другой стороны. В этот момент Косиновского что-то незримое подтолкнуло вперед. Он достал свою лазерную винтовку и выдвинулся к рядовому. Стоило ему только сделать пару шагов, как створчатые двери с противным пшиком распахнулись, и на отряд космодесантников набросился с десяток озверевших испачканных в крови зомби. После короткого, но яростного боя эти некогда живые работники Аркадии окончательно умерли.

– Спасибо, сэр за оперативность! – поблагодарил его Рейн, перезаряжая обойму у своего лазерного автомата.

– В следующий раз будь внимательнее.

 Рутберг осторожно подошел к одному из дымящихся трупов. Остатки мозговой жидкости вытекали на железный пол.

– Странно выглядят эти твари. Может они поражены каким-то вирусом, – пробормотал Рутберг. – Посмотрите на их кожу. Она позеленевшая, покрыта местами странной чешуей и язвами. Они вообще-то точно были людьми?

– Я раньше зомбаков только на нейронных стриминговых сервисах видела… – отметила Хост, с любопытством разглядывая трупы.

Капрал подошел к еще одному зомби и остановился в изумлении. Он очень внимательно разглядывал уже почивших оживших мертвецов. Выглядели они и в самом деле необычно. Даже умерли в странных, неестественных, корявых позах, разлив под собой литры сгнившей крови. Косиновский привык видеть гримасы смерти, но от этих жителей Аркадии ему хотелось бежать поскорее прочь.

– Что же сделало из простых людей таких уродов? – озадаченно спросил капрал, нервно сжимая оружие.

– На этот вопрос, боюсь, могут ответить только наши ученые, – ответил рядовой Рейн.

 Рутберг склонился над группой поверженных зомби:

– Зацените, ребята, эта троица упырей, похоже, в жизни были тройняшками! Они вообще одинаковые, и одежда, и лица идентичны…

Рядовой Рейн в этот момент осматривал тела остальных поверженных зомби. Лужи крови хлюпали под его тяжелыми бронированными ботинками. У некоторых зомби он обнаружил патроны к оружию и даже мини-шприц из аптечки космодесантников.

– Вам не кажется странным, что у простого персонала станции в карманах лежат патроны для боевого оружия солдат Земного союза? – спросил Виленс у капрала.

Антуан не ответил сержанту, только задумчиво посмотрел на свой отряд. Какая-то глубинная мысль не давала ему покоя. Он что-то хотел сказать, что-то предпринять, но не мог преодолеть внутренний барьер. И неожиданно, в первую очередь для самого себя, он произнес очередную штампованную геройскую тираду:

– Нет времени разглядывать мертвецов! Впереди их будут еще сотни, и столько же мы будем отправлять каждый раз на тот свет! Отряд, за мной!

С этими словами озадаченный своим очередным геройским красноречием Антуан повел свой боевой отряд дальше, в жилой комплекс С9. Герметичные ворота захлопнулись, оставив позади разлагающиеся трупы бывших жителей Аркадии. Тишину наполнил грохот их шагов.

3.

Город Аркадия был сложнейшим архитектурно-инженерным сооружением, возведенным человечеством в годы усиленного освоения Солнечной системы. В новостях, книгах, журналах и по нейротелевидению его называли величайшим сооружением, построенным руками людей. Колония-мечта. Колония для инженеров и ученых. Для всех, кто ищет новое. Мир для инноваций и нового начала. Но Антуан теперь был другого мнения. Аркадия ему все больше не нравилась и напоминала огромную металлическую тюрьму, из которой нет выхода. Странные запутанные коридоры, ведущие в тупики, бессмысленно расположенные совершенно одинаковые комнатки для персонала, огромное количество лабораторий с клонированным набором технических средств. Эта лишенная логики чехарда ужасно раздражала капрала. Он не мог понять, какой никудышный архитектор придумал эти узкие улочки и нерациональные помещения, вмещающие в себя бесконечно скучные вереницы труб, проводов, вентиляционных шахт. Нет, шахты на самом деле капралу даже немного понравились. В них можно было передвигаться на корточках без особых усилий. То тут то там валялись непонятно кем забытые патроны, а иногда даже встречались спрятанные так называемые личные покеткеи – маленькие переносные планшеты с личными записями.

У каждого жителя Аркадии был свой личный цифровой покеткей, где они записывали свои мысли, хранили личные фото- и аудиофайлы, переписывались со своими родственниками на Земле, общались с друзьями и коллегами в местной социальной сети inSpace. Словом, это была техническая игрушка, помогающая колонистам не сойти с ума от жизни в рукотворном раю вдали от Земли. Читать подобные записи было одновременно и забавно, и грустно. Авторов этих строк уже нет в живых. Хотя, скорее всего, ожившие трупы хозяев покеткеев бродят где-то поблизости.

Сделав привал на третьем подземном этаже С9, Антуан открыл один из покеткеев, найденных им в маленьком магазинчике, торгующем сувенирной продукцией с изображением Аркадии. Этот планшет принадлежал продавщице Кайлин Клеп и содержал всего три коротеньких электронных письма ее родителям на Землю.

– Всего три письма? Маловато как-то! – озадаченно высказался капрал.

Прочитав скупые строки из найденных писем, Антуан узнал много чего интересного для его задания. Например, то, что вся Аркадия готовилась к моменту пробивки туннеля к океану Европы, как к великому празднику. Он узнал также то, что демонические рыбы захватили большую часть города за считанные часы, что на Европе почти никто не сопротивлялся. Печальные письма с того света…

– Интересно, что стало с хозяйкой этого покеткея…

Размышления капрала прервал неожиданный радостный крик рядового Рейна:

– Связался! Работает! Оно работает!

– Ай да салага! – Хост хлопнула рядового по плечу. – Ай какой молодец!

Как оказалось, рядовой смог настроить систему внутренней коммуникации, нажав несколько мигающих кнопок с определенным интервалом времени. Хотя это занятие выглядит, как задачка для детей, но на самом деле это сложная система хакерского взлома аккаунта администратора местного компьютера. Нанотехнологии последнего поколения теперь позволяют материализовать визуальную хакерскую атаку и сделать ее легкой и развлекательной.

– Попробуй связаться со штабом на Земле! – приказал капрал. – С генерал-маршалом Базом Бутом!

Антуан явно обрадовался возможности выяснить у генерал-маршала, что происходит и как дела у других штурмовых групп. Уже прошло достаточно много времени с момента начала штурма. От остальных отрядов не было вестей, что не внушало оптимизма. Что если летающие демоны сбили и остальные три группы? Но капрал сразу погнал прочь эти мрачные мысли.

– Связь будет через 5, 4, 3, 2, 1…– Рейн отсчитывал секунды, загибая пальцы на левой руке, и наконец нажал мигающую кнопку на экране. – Соединение установлено! Штаб Земного союза в эфире.

На экране мигающего монитора появилось словно нарисованное лицо генерал-маршала. Ему не хватало жизни, движений, мимики. Антуан подумал, что это все из-за связи. Земля находится очень далеко от Аркадии, поэтому изображение человека так жутко исказилось. Баз Бут был шестидесятилетним дряхлеющим воякой с кучей медалей и знаков отличия, полученных от Земного союза. Он был ветераном войны за Марсианские шахты, героем восстания на боевом крейсере «Маклейн» и, конечно, до сих пор является талантливым полководцем и просто хорошим человеком. Антуан помнил его еще со времен академии космодесантников. Хотя воспоминания уже стали туманными и обрывистыми. Но, пожалуй, этому человеку он доверил бы свою жизнь.

– Генерал-маршал, на связи отряд капрала Антуана Косиновского. Мы потеряли десантный корабль и пилота. Среди космодесантников потерь нет. Сейчас находимся в секторе С9! Штурмовая операция проходит в штатном режиме согласно составленному в штабе плану. Информация разведки подтвердилась, вероятность найти выживших равна одному проценту. Также мы немного выбились из графика.

– Безумно рад вас слышать, капрал! Мы уже и не знали, что подумать… Радиомолчание в эфире нас действительно пугает. Вы единственная группа, с которой у нас на данный момент есть связь. Возможно, остальные наткнулись на слишком сильное сопротивление этих чертовых рыбешек. Вам добавляется еще несколько задач к основной миссии. Отправляйтесь в сектор D8 по маршруту других групп и постарайтесь выяснить, что случилось с остальными штурмовыми отрядами. Особенно будьте осторожны, когда будете проходить…

Изображение неожиданно исчезло, сменившись шипящими помехами. Рядовой Рейн снова попытался наладить связь, хаотично тыкая во всякие разноцветные горящие лампочки, но все было тщетно. Генерал-маршал не успел сказать, чего отряд должен опасаться. Но и так было понятно.

– Простите, капрал… Я ничего не могу сделать, сбой приема…

– Может на Юпитере был очередной выброс радиации? – предположила Хост.

– Ладно, вы все и так слышали! – резюмировал Косиновский. – Выдвигаемся в сектор D8.

Отряд поспешно направился к ближайшей цели. Антуану этот сигнал связи показался эпизодом из бульварной фантастической книги, которую он когда-то читал. Эффект саспенса, нагнетания неизвестностью и опасностью. Но это все было страшилками для других. Его же вновь озаботил только эффект дежавю, который возникал уже за каждым углом. Теперь он был полностью уверен, что уже проходил этим маршрутом раньше. Стрелял в одинаковых на вид зомби, читал чужие покеткеи и лазал по неработающей и тупиковой вентиляции. И точно так же в прошлый раз не смог нормально поговорить с генерал-маршалом. Все повторяется вновь и вновь. Но было то, чему он все-таки мысленно порадовался: теперь он прекрасно знал, что будет дальше. А его отряд даже не догадывался, о чем хотел предупредить Баз Бут. Антуан там уже был. На пути в сектор D8 их ждет невиданный доселе враг, существа совсем другой цивилизации, демонические прямоходящие рыбы. Умный, коварный и хитрый враг.

4.

Жилые каюты и в кавычках люксовые квартиры привилегированных жителей Аркадии наводили на капрала беспросветную тоску и апатию. Вереницы одинаковых помещений. Каждая комната была похожа на свою предшественницу: одинаковая модная дизайнерская мебель, кровать, запачканная кровью, кучи мусора и все те же одинаковые книги, раскиданные на полу. Никаких индивидуальных особенностей, даже одежды или личных вещей местных жителей нигде не было видно. Аркадия была лишена признаков жизни отдельной человеческой личности и напоминала декорацию к утопическому спектаклю. Иногда в помещениях, в которых отряд находил пропускные ключ-карты для запертых дверей или где запускался автотерминал шлюзовых перегородок, встречались сравнительно интересные вещи. Словно только в этих редких комнатах и жили люди. Фигурки различных животных, фото с изображениями чьих-то семей, фривольные плакаты с обворожительными девушками с чересчур пышными формами. Антуан никак не мог понять системы отличий в этих помещениях. Почему в одних ощущалось присутствие человека, а в других нет. Где грань обжитого пространства и бездушной пустоты в этом месте?

– Почему так тихо? – Хост поежилась, осматривая очередное помещение.

– Отставить разговорчики!

– Простите, капрал, меня просто бесит это однообразное гудение ламп, – высказалась девушка.

– А мне нравится такой звук, – вклинился в беседу Рутберг. – Как бесконечный белый шум. Так и заснуть можно!

– Или сойти с ума, – отметил Виленс. – Я бы в этом месте и двух дней не протянул…

Отряд двигался с приемлемой скоростью. Редкие стычки с зомби были скоротечны. Все было, как обычно. Только Косиновский вдруг начал замечать за рядовым Рейном странные и порой неадекватные действия и поступки. Они происходили точно в тот момент, когда и сам Антуан совершал неконтролируемые движения и говорил как будто не своим голосом. Как будто в какой-то момент кто-то свыше включал программу действий, и капрал с его солдатами выполняли заложенный алгоритм. Они начинали произносить тупые однообразные реплики, бегать и стрелять, как дилетанты. Но если сам Антуан, Виленс, Рутберг и Хост вели себя примерно одинаково, то с рядовым была совсем другая история. Во-первых, он странно ориентировался в пространстве, частенько забегал в тупики, зачем-то пытался запрыгнуть на ящики, стрелял куда ни попадя, даже иногда задевал своих же. Но, к счастью, элитная закаленная броня из курициума с этими выстрелами справлялась без проблем. Во-вторых, он все время останавливался около попадающихся на пути следования отряда телефонных автоматов и все время пытался кому-то позвонить или набрать какой-то шифр, словно эти устройства для него были важнее, чем то, что творится вокруг. Подбежав к такому аппарату, он застывал на несколько мгновений. Казалось, время для него останавливалось. Иногда рядового отпускало: он становился прежним и вел себя, как обычно, будто не совершал до этого никаких странных действий. Антуан жалел, что не выбрал психоаналитику дополнительной специальностью в академии. Сейчас как никогда срочно нужно было поставить диагноз. И, вероятно, не только рядовому, но и себе, и всем остальным за компанию.

– Рядовой Рейн, с вами все в порядке? – поинтересовался он.

– Так точно, сэр!

– Зачем вам нужны телефоны? Связи с Землей и штабом все равно нет.

– Я знаю… Просто проверял… Вдруг нам повезет…

Странные перемены в поведении рядового замечал только капрал. Для остальных как будто все было абсолютно нормальным. Или ему так казалось, или просто его подчиненные боялись об этом говорить. Антуана также смущал тот факт, что в этой штурмовой операции у него одного появлялись странные видения и подозрения по поводу окружающих. А не сошел ли он с ума от радиации или какого-нибудь диковинного рыбного яда, витающего в воздухе? Капрал попробовал с силой ударить себя по щеке. Никакой боли, даже легкого покалывания не последовало. Косиновский уже по-настоящему испугался. Только мертвецы не чувствуют боли…

У перехода в сектор D8 отряд наткнулся на целую орду зомби, излишне кровожадных, но, к счастью, медлительных. Это были остатки былой высокоинтеллектуальной элиты Аркадии – инженеры, техники, ученые и лаборанты. Лучшие умы Солнечной системы все как один превратились в чудовищ, пропитанных демоническим ядом. Косиновский понимал, что этих бедолаг успокоит только порция свинца или заряд раскаленного лазерного сгустка.

В ресторанном дворике случилась настоящая мясорубка. Антуан и его бойцы, наверное, истратили почти весь свой боезапас, прежде чем толпа ходячих мертвецов, повалившая на них с четырех сторон, была полностью уничтожена. Холл был буквально залит кровью, она хлюпала под ногами солдат. Повсюду валялись куски мяса и гнилые остатки плоти бывших жителей Аркадии.

Рядовой Рейн без каких-либо эмоций влез в гущу этого месива, чтобы бестактно обыскать покореженные трупы. На его лице не было и тени брезгливости или отвращения. Его заботило только содержимое карманов уничтоженных оживших мертвецов, из которых он в итоге извлек огромное количество патронов, гранат и аптечек. Антуан никак не мог понять, зачем простым гражданским жителям Аркадии патроны, если у них нет оружия, да и стрелять зомби явно не умели. Содержимое их карманов вызывало много вопросов. Вопросов, на которые не было ответов.

– Этаж зачищен! – отрапортовала Хост, проверяя коридор, из которого несколько минут назад вырвалась толпа зомби.

– Отлично! – сказал довольный капрал. – Занять круговую оборону. Сделаем маленькую передышку.

– Надо бы проверить кухню, – предложил Виленс. – Может осталось что съедобное!

– Хорошо. Рутберг, Виленс и Рейн, проверьте кухню, – распорядился Косиновский. – Мы с Хост держим тыл. Будьте на чеку, парни!

5.

Ресторанный дворик, на взгляд капрала, был таким же бутафорским, как и жилые помещения на верхних уровнях Аркадии. Одинаковые хромированные столы и стульчики, приваренные к полу, пустые автоматы с нарисованной едой и безликие прилавки, на которых громоздились кучи мусора и зачерствевших объедков. Двери в главную кухню были, вероятно, заварены изнутри, проникнуть туда было невозможно. Точно так же намертво оказались закрыты двери, через которые они десять минут назад вошли в ресторанный дворик.

Антуан понял, что с дверьми творится какая-то чертовщина. Слишком много он встречал на своем пути дверей, которые невозможно было открыть, даже взломав электронную систему гермозатворов. Словно они просто были очень детализировано нарисованы на стене.

– Ничего не понимаю. Двери, наверное, заварили… – раздраженно буркнул Виленс и пнул железную створку увесистым ботинком. – Их просто физически невозможно открыть.

– Может, там забаррикадировались выжившие? – предположила Хост.

– Датчики живой материи показывают отрицательное значение. – Рутберг показал данные на портативном компьютере. – За ними никого нет.

Капрал задумчиво потер лоб и сказал:

– Открыты в Аркадии только те двери, которые должны быть открыты…

– У меня такое чувство, что мы идем по какому-то специальному маршруту! – добавил рядовой Рейн. – Кем-то протоптанная дорожка в ад…

– Согласен! Есть видимость большого пространства, так сказать огромного города, но мы никуда не можем попасть, кроме четкого и определенного маршрута, обозначенного на наших картах в покеткеях, – сказал Виленс.

– Думаешь, это ловушка? – Рейн перезарядил свой дробовик. – Враг заманивает нас в засаду?

– Расслабься, малыш! Любые ловушки нам не страшны. А еще всегда нужно иметь план отхода… – улыбнулась в ответ Хост. – Ну, и проверить, крепкие ли двери!

Девушка выпустила обойму раскаленных лазерных сгустков в дверь, ведущую к сектору С9. Эффект был нулевым, дверь даже не деформировалась.

– Капрал, готов поспорить на свою пенсию, обычно от такого двери плавятся и растекаются… – Виленс озадаченно присвистнул.

– Здесь что-то не так…

Как только Антуан произнес эти слова, раздался звук прибывшего лифта. Космодесантники оглянулись.

ДЗЫЫЫЫНЬ!!!

Двухстворчатая дверь распахнулась, выплюнув в помещение легкий заряд пара из гермозатвора. Отряд в боевом порядке отправился в противоположную от ресторанного холла сторону. Лифт, в котором была только одна кнопка с надписью «D8», не внушал доверия. В этом месте ничего не могло внушить доверия. Массивный металлический прямоугольник точно так же казался бутафорским: нажмешь кнопочку, и лифт сложится, как карточный домик, превратив десантников в кровавые консервы. Но отряду ничего не оставалось делать, кроме как идти дальше, чтобы выполнить свою абстрактную миссию, которая назойливо мигала в покеткее как первичная прерогатива. Боевая задача прежде всего – так гласит устав. А десантники 812-го космического батальона свято чтут устав.

Поездка прошла без происшествий. Лифт выпустил своих пассажиров в мрачноватое помещение, где потолочные лапы издевательски подмигивали. Внешний сектор D8 выглядел менее дружелюбным, чем жилой комплекс. Белые и серые цвета уступили места темному железу и большому количеству оттенков охры. Хайтека и минимализма практически нигде не было видно, зато в избытке присутствовали исполинские индустриальные генераторы и моторы. На карте верхней части сектора, заботливо забытой на полу кем-то из местного персонала, Антуан обнаружил несколько отметок и примечаний. Туда не ходи – там завал, сюда не ходи – там смерть от радиации из протечки. А если пойти прямо, то встретишь демонов…

– Очень информативные заметки! – отметил рядовой.

– Надеюсь, их автор хотя бы умер, не мучаясь, – добавил Виленс.

– Надо решить, куда направиться, – подытожил Косиновский, разглядывая карту.

После короткого совещания отряд единогласно решил, что пойдет в обход главной дороги к парку отдыха персонала и спустится по аварийной лестнице. Это поможет выиграть минут двадцать времени, и, возможно, даже удастся сэкономить боеприпасы. Бойцы выслушали инструктаж капрала об опасности вступать в открытый бой с неизвестным и очень опасным врагом и отправились в темный лестничный пролет в надежде, что этот путь будет безопаснее.

– Виленс, идешь первым.

– Так точно, сэр!

– Рядовой Рейн, замыкаешь. И постарайся не выстрелить никому в задницу. Этому вас в учебке учили?

– Да, сэр!

– Вот и славно! Вперед!

Никакой безопасности в Аркадии не было. Нигде. Антуан это понимал. На четвертом подземном этаже сектора D8-1 отряд ждала огромная мутировавшая в зубастую рогатую рыбообразную тварь некогда милая собака породы питбуль. Дикое и абсурдное сочетание рыбы и псины, казалось, само не верило в свое существование. Ее огромная пасть с сотнями заостренных клыков была размером с половину любого космодесантника. Если бы такая тварь укусила, то никакая элитная броня бы не спасла. Ну, а в том, что она пережует любого из его отряда и даже не подавится, сомнений не было. Первым открыл огонь Виленс. Свинцовый дождь разозлил монстра, издавшего жуткий вопль.

Отряд спешно рассредоточился по помещению с целью окружить омерзительное существо. Короткие очереди не имели успеха. Но и тактика рыбопса сводилась к ударам острыми лапами или прыжкам с наскоком. Через несколько минут стрельбы и беготни Виленс и Хост были отрезаны от остальных в смежном коридоре. Косиновский и Рутберг прикрывали Рейна, самоотверженно бросившегося в открытый бой. Только чудо и невероятная крепость брони рядового Рейна помогли ему успокоить и расчленить эту тварь, подорвав разом пять импульсных гранат под ее чешуйчатым брюхом.

– Молодец, малыш! – похвалила его Хост. – Ты меня все больше радуешь.

– Надеюсь, подобный урод был в одном экземпляре, – ответил Рейн.

– Ну и тварь, конечно… – озадаченно протянул Виленс. – У нее такая плотная шкура, что ее даже дробовик с адамантием не пробил…

– Гранаты, старые добрые гранаты всегда выручают! – улыбнулся Рейн и с силой пнул обугленный остаток туловища рыбы-собаки.

– Молодец, рядовой Рейн. Запишу благодарность в твое личное дело! – Косиновский похлопал салагу по плечу. – Но не расслабляться! Кто знает, сколько там впереди таких генетических отбросов.

6.

Этот короткий, но яростный бой дал новую пищу для размышлений. Антуан насторожился: собаки в прошлый раз не было, по крайней мере, он ее не помнил. Дежавю на этот раз промолчало. Но капрал Косиновский не подал вида и вел своих бойцов дальше по темному коридору, запачканному засохшей человеческой кровью. Отряд тоже был задумчив: после встречи с невероятным чудовищем было трудно сконцентрироваться. Словно каждый космодесантник пытался молчаливо переварить пережитое. Через несколько развилок одинаковых коридоров они уперлись в стену.

– Ничего не понимаю, на карте отчетливо показано: здесь есть проход! – сказал капрал и рассержено постучал по стене кулаком в бронированной перчатке. Глухое эхо ударов разнеслось по помещению.

– Тупик, не отмеченный на карте, – фыркнула Хост. – Я в этой дыре уже ничему не удивляюсь, сэр! В этой Аркадии слишком много чего странного творится. И этот монстр, вы его видели? Как в такое вообще возможно мутировать? А если там ниже еще с десяток таких обитает?

– Возможно, карта действительно вела нас в ловушку? – предположил Виленс.

– Опять твои теории заговоров! – усмехнулся Рутберг. – Сколько всего я от тебя за эти годы наслышался. Ну кто будет этим заниматься, да еще и в такой обстановке.

– Отряд, слушай команду, – распорядился капрал. – Осмотреться. Ищем тайный проход или замаскированную дверь.

Казалось, отряд нашел необходимую дверь. Электронный замок долго не подавался. Виленс со второй попытки открыл дверь в соседнее помещение, оказавшееся коридором. Там была одна кладовка, в которой валялась куча боеприпасов к двуствольному пулемету и набор медицинских препаратов. Рядовой Рейн, как всегда, с удовольствием принялся за дело и быстро собрал кем-то забытые боеприпасы. Но по итогу там больше ничего и не было. Только стерильная пустота. Самый настоящий тупик.

– Ничего… – отрапортовал Виленс.

– И у меня. – добавил Рутберг.

– Хост? Как у тебя? – осведомился капрал.

– Рядом две комнаты для персонала. Ничего интересного. Даже вентиляции нет.

– Странно… – промямлил Косиновский и посмотрел на подошедшего рядового.

– Сэр, я предлагаю вернуться к старому маршруту. Путь сложнее, но, думаю, там не будет тупика.

Голос рядового Рейна прозвучал как-то неузнаваемо. Отстраненный и холодный, словно он доносился не отсюда. А может, капралу показалось. Внезапно Рейн, не дожидаясь разрешения старшего по званию, развернулся и бодрым шагом отправился в сторону лестницы, ведущей к верхнему этажу сектора D8. Хост и Рутберг послушно последовали за ним. Антуан хотел было прикрикнуть на своих подчиненных, не дождавшихся его приказа, но его отвлек Виленс.

– Туалеты здесь открыты, пойду по-быстрому отолью. Прикройте, сэр!

– Хорошо! – выдохнул капрал. – Только давай быстрее!

Айван Виленс, войдя в плохо освещенный туалет, осмотрелся. Чисто. Ну сравнительно чисто для общественного туалета. Правда, он с таким выводом поспешил. В дальнюю кабинку он решил не заходить: чьи-то останки раскинулись на унитазе и по полу. Быстрее было отлить в писсуар, чем лицезреть жуткие лики смерти. Следом в туалет зашел Антуан, и его сразу же смутило зеркало.

– Странно…

– Вы про что, сэр? – поинтересовался Виленс.

– Почему я не отражаюсь в зеркале? Нет, я понимаю, оно разбито вдребезги, как и абсолютно все зеркала в Аркадии. Но я не отражаюсь даже в осколках, в этой сотне мелких паутинок!

Закончив дело, Виленс попытался включить спуск, но, кроме звука, как у сливающегося унитаза, ничего не произошло.

– Более того, сэр, вокруг нас нет предметов, которые что-либо отражают. Помните окно у северной сторожевой башни? Там не было даже бликов или слабого отражения, словно это даже не бронированное стекло в сто сантиметров толщиной, защищающее людей от влияния Юпитера и атмосферы Европы.

– Вернее, от отсутствия атмосферы! Прикрой вход, я тоже отолью. Чувствую, денек сегодня будет долгим…

Отряд вернулся к развилкам у того самого лифта. Антуан очень не хотел идти дальше. Прямоходящие демонические рыбы могли за несколько секунд превратить человека в бифштекс. Он даже уже хотел рассказать своим подопечным о преследующем его эффекте дежавю, который посещает его с завидной регулярностью с самого начала этой злополучной операции в Аркадии. Но здравый смысл подсказал ему, что этого не стоит делать: подопечные сочтут еще, что он свихнулся и стал опасен для отряда. А следом – отстранение, арест, принудительная демобилизация без права на пенсию и офицерское пособие. Доверяй, но проверяй, как говорится! Рыбу-собаку он же не помнил, а это значит, дело куда сложнее. Косиновский решил действовать хитро и осторожно и для начала просто интуитивно предсказать отряду место, откуда появятся первые орды прямоходящих рыб, а уже потом постепенно и дозированно рассказать подробности своего эффекта дежавю. Ему такой план показался наиболее безопасным и адекватным.

Очередные длинные и однообразные технические коридоры привели космодесантников к большим двухстворчатым дверям, вымазанным кровавыми разводами, на которых были странные белые глубокие полоски.

– Это следы когтей… – предположила Хост, подойдя поближе. – Кто-то очень хотел попасть за эту дверь…

– После той собаки меня уже мало что удивит, – хмыкнул Рутберг.

– Рядовой, проверьте питание двери, – приказал капрал.

 Рейн подбежал к встроенному в стену экрану.

– Не получается…

– Так, мальчики, пришло время добавить огоньку… – улыбнулась Хост. – Отходите подальше! Сейчас будет горячо!

Хост переключила на своем портативном огнемете несколько рычажков. Вырвавшееся пламя расплавило верхнюю петлю одной из дверей гермозатвора, и створка поддалась. Вторая порция пламени расплавила еще одну петлю. Теперь двери можно было с усилием отодвинуть в сторону.

Команда с трудом, но смогла пролезть внутрь. Косиновский пошел первым. Но, прежде чем отряд последовал за капралом, Антуан повернулся к ним и произнес серьезным тоном:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.