Максим Калинин
Колдун

Глава 1 Егоровка

Всем приветики пистолетики от Сашулечки Богданова и мне всё фиолетово.

Всем знаменитым и творческим индивидуумам непременно стоит завести дневник. Потому и написал в заглавии толстенной тетрадки – эту фразу, а потом долго обводил её поскольку больше ничего в голову не приходило. Творческий запал иссяк и немного утомил,

– А что, собственно говоря, писать то, вокруг болото однообразной жизни. На чём созреть выдающейся личности, с такой сложной душевной организацией? Мамочка считает так же, а вот папа переживает, что с моим здоровьем меня в армию не возьмут. Странные конечно у него переживания, кто бы туда стремился и вообще она для глупцов, я-то себе цену знаю. Не для того я столько книг прочитал, чтобы меня потом заставляли строем ходить всякие там… мне и одноклассников тупоголовых хватило. Ну не умею я бегать и что с того, у меня освобождение, зато я всех учителей могу за пояс заткнуть уточнениями.

Школа закончилась, пусть родители рассылают мои документы по вузам, а я отдыхать.

Впереди последнее беззаботное лето, пока ещё не студент и уже не школьник, завтра я отправляюсь привычно проводить его на деревню к бабушке, улучшать пошатнувшееся здоровье и поправлять устойчивость нервной системы. Впервые самостоятельно, без мамочки, у них с отцом какие-то сложности вдруг образовались. Лето оно для отдыха, какие могут быть заботы, ну в принципе и не очень-то хотелось…

День 1

– Здравствуй дорогой дневник. Сегодня мои мучения закончились, и я вырвался из душного и вонючего вагона, с постоянно что-то жующими пассажирами их орущими детьми, на жаркий пирон, но уже с ветерком. Лето в этом году раннее, уже в мае начало припекать. Свежий воздух деревни вперемешку с вокзальным запахом креозота и пирожков, показался ароматным. Егоровка, для меня она всегда одинаковая, когда я приезжаю тут постоянно лето и даже бездомная собака лежит на одном и том же месте.

Счастливые бабушка с дедушкой, вот они изменились, постарели. Раньше до машины я ехал на плечах дедушки, а последние годы он хромает и себя то еле-еле несёт. Обслюнявили и забрали чемодан с сумкой, а я и не сопротивлялся. Пусть себе радуются, что к ним единственный внук приехал

– Это же у меня каникулы, а не у них.

Салон старого жигулёнка, аж первой модели и разумеется гордости деда, повторил душегубку поезда. Со скрипом опуская своё окно, уже начинал беситься в ожидании, когда наконец меня повезут и хоть немного начнёт обдувать.

Жёлтый ветеран автопрома СССР, затроил после долгого прокручивания стартером и разгазовавшись, как говорит дед, пропердевшись, всё-таки затарахтел. Деревня не маленькая, раскинулась вдоль реки и выглядит со стороны даже живописно, вот только для дневника ничего примечательного, коровы идут домой, девочки играют в глупые резиночки, пьяница валяется, всё. В принципе я и не ждал чего-то другого.

– Может мне рисовать начать? А что встану на холме с мольбертом, весь в пятнах масляной краски, а люди будут говорить это сам Богданов, наша знаменитость.

День 2

– Как-то это глупо, каждый раз здороваться с тетрадкой, вроде и не прощались. Записал себе напоминание, купить альбом и карандаши. Начну с набросков пейзажей.

Мама запретила мне даже приближаться к воде до конца июня, пока вода не прогреется достаточно, хорошо хоть кепку глупую не заставила носить. Но я же теперь взрослый и могу сам решать куда мне идти погулять. Прогулка в сторону берега реки, пожалуй, единственное развлечение в Егоровке, ну не коровам же мне тут хвосты крутить. На этот второй день и произошёл мой самый главный конфуз, как мне тогда показалось. До мостков я так и не дошёл. Был остановлен какими-то грубиянами, глупыми и малообразованными аборигенами, не понимающими, что со мной так нельзя обращаться. Раньше я везде ходил с мамой или бабушкой, а сегодня пользуясь своим, уже почти взрослым положением отправился самостоятельно. Прогулка не получилась, и я вернулся весь в слезах от обиды и болезненных ощущений всего туловища.

Бабушка заохала и стала причитать, ругая нерадивую школу и власти, допустившие падение нравов, а дед убежал кому-то жаловаться.

День 3

– Зачем я вообще приехал в эту деревню?

Левый глаз заплыл лиловым синяком и копчик очень сильно болит, меня пнули и не один раз, когда я им сказал, чтобы они убирались, а потом и упал на задницу, это уже когда в глаз ударили кулаком и вывернули карманы, а ещё – эти козлы, дебилы, недоноски они ржали, как обезьяны и над кем, надо мной… человеком гораздо образованней и умнее их всех.

– Да пошло оно всё…, буду дома сидеть и книжки читать.

Бабушка наготовила пирогов, очень вкусных. Дедушка предлагал выпить с ним браги, я отказался и ушёл к себе в комнату.

Книжек было три и все неинтересные, больше для пафоса взял, надеялся поразить окружающих своим неординарным выбором.

– Если не получится с картинами, что мне мешает начать писать книжки. Буду как Довлатов про свою жизнь писать и идиотов вокруг.

День 4

Дорогой дневник тут и впрямь нечем заняться.

– Скукота, пойду-ка я в лес надышусь фитонцидами и дурачья деревенского там точно нет. Уже через полчаса понял, что идея была плохая, а ещё через час сорвал голос, крича о помощи

– Заблудился, да почему всё так-то…? Неужели нельзя без проблем?

В голове застряла единственная мысль,

– Вот умру, и они все крепко пожалеют!

Похоже испугал сам себя и на самом деле решил, что умру. Уже обессиленный брёл, не разбирая дороги, продираясь сквозь густой подлесок к большущему дубу.

–Вдруг на него можно будет забраться и посмотреть куда идти дальше?

Когда мои глаза уже рассматривали лесного исполина, а голова начала соображать, что я вряд ли смогу на него взобраться, ноги потеряли опору, и я с визгом ухнул в какую-то яму.

– Вроде цел!

Всё заболело ещё сильнее, как будто меня опять побили и в этот раз гораздо старательней.

– Господи боже, до отверстия из которого проникает свет метра два или три не меньше, как я туда доберусь? Давно пора уже всем меня искать. Почему в лесу так тихо?

– А если это берлога? Мне стало очень страшно и медведю ещё сложнее объяснять, что я возможно выдающийся человек.

Глаза понемногу освоились и очертания ямы стали проступать из темноты. Кажется, я сейчас под корнями того самого дерева. Пахнет грибами и очень темно, только кусочек неба где-то вверху. Наверно если бы я ходил на физкультуру и умел лазить по канатам, то цепляясь за корни мог бы выбраться. Я не виноват, что имел пожизненное освобождение. Левая рука не нашла опоры, и я махнул ей в воздухе, ощущая пустоту пространства слева от себя.

– А вдруг там выход?

Медленно, маленькими шажками, иду на ощупь, становиться только темнее, упёрся в какую-то деревянную перегородку – это точно не дерево, растущее сверху. Тут явно, что-то сколоченное или составленное, в темноте не разобрать.

–Можно выдрать доски и попробовать при их помощи взобраться на верх.

Не так всё просто, деревянная преграда большая и уходит далеко в землю. По крайней мере сколько я не шарил в темноте руками найти край на ощупь не получилось.

– Наверно заноз насажал и если не успею умереть от голода, то заражение крови меня доконает.

Завтрак давно испарился из живота, а ещё жажда, очень хочется пить. Сил было немного с самого начала, когда только отправлялся гулять, а сейчас они и вовсе готовились покинуть меня окончательно.

Накатившее отчаянье с паникой придали сил, и я принялся бить в стену плечом и доски проломились, тут скорее не я такой мощный, а древесина сгнила. Повалился вперёд, а сверху земля и остатки перегородки,

– Походу сейчас меня засыпает живьём. Надо было от места провала не уходить, тут мне точно кранты.

Копошусь в попытках встать и подомной противно хрустит, если бы сломал себе что-то, то уже выл от боли, значит крошатся остатки гнилых досок, или нет?

– О нет, – это трупешник и его отвратительный череп прямо перед моими глазами, кости сейчас мерзко хрустят и ломаются, фу нахрен, какая гадость.

Сердце забилось ещё сильней, рот непроизвольно выдал крик, переходящий в неприятный самому визг. Мозг отказался управлять моим телом, и оно просто начало барахтаться, дёргаясь всеми конечностями.

Заблудился и провалился, как будто этого было мало?

– Мамочка дорогая забери меня отсюда.

Мне кажется, что я терял сознание. По крайней мере сейчас очнулся, истерить уже не было сил. Противные ломающиеся останки всё так же подо мной, лежу в какой-то каше из остатков трупа, трухлявой деревяхи и земли.

– Зашибись!

Кажется, это насекомые или грибы в земле и вокруг, в общем что-то люминесцирующее слабо подсвечивает яму. Иначе я тут нихера бы не рассмотрел. Стою на четвереньках отплёвываюсь, да и полон рот и очень не хочется думать, чем именно. Страшно представить, что попало внутрь, пока орал и барахтался. Подкатила рвота, теперь в желудке точно ничего не осталось, даже желчи. Всё-таки я встал и начал пятиться из могилы обратно к месту провала. Глупые попытки отряхнуться и хоть как-то очистить лицо от земли, покойника, рвоты, соплей и слёз, кажутся бесполезными, только размазал всё ровным слоем.

– Мамочка моя, я навсегда останусь в этой яме и буду валяться с этим трупаком, таким же мёртвым и вонючим!

Где-то в недосягаемом и невидимом верху, раздался треск, и земля вокруг пришла в движение, скорее всего двинулись корни того самого дерева. Лесной гигант падал, выворачивая корнями землю, меня как какашку, совочком из песочницы выкинули обратно на поверхность земли. Сижу и не знаю, радоваться или печалиться

– Придётся опять спасать себя, а я уже мечтал потерять сознание и больше ничего не делать.

Не разбирая дороги и направления просто отправился вперёд, подальше от мерзкой могилы. Шёл как сомнамбула переставляя ноги и рыдая от обиды или счастья, что выбрался на поверхность. Сначала услышал поезд, а потом и уткнулся в сами рельсы. Находка меня озадачила

– Ну и чего, куда идти правильно? Повернул на лево просто по наитию и судя по всему на нервной почве затопал шустрее забормотав.

По шпалам, опять по шпалам

шагаю я вновь по привычке

опять… чего-то сбежало или кто-то

– Да похер.

Почему, когда очень устал и монотонно, что-то делаешь в голову, всегда лезут слова стихов, которые полностью не знаешь или старая песня и тоже не полностью.

Из прострации меня вывел скрип тормозов милицейского уазика.

– Гражданин Богданов…?

Я медленно повернулся на человеческий голос произносивший знакомую фамилию.

– Ох бл…– послышалось от машины

Может мне показалось, но господин полицейский перекрестился и что-то зашептал про себя.

– А мне плевать, как я выгляжу, главное скорее везите домой. Я есть хочу.

Сижу уставившись стеклянным взглядом на печную вьюшку, торчащую из трубы. Меня, как маленького моет бабушка в жестяном корыте, посреди бани. Полностью подавлен, до сих пор в глазах покойник в светящейся слизи. Героически выжил, без воды, еды и ингалятора.

День 6

Сразу 6-й, потому что весь 5-й день я был в прострации от пережитого стресса, или ещё как, но в общем молчал, с жадностью ел всё и спал. Приходил единственный медик Егоровки, фельдшер и по совместительству ветеринар, сказал, что я определённо жив и относительно здоров ну с учётом того, что и раньше я был не очень, просто перенервничал и необходимо немного потерпеть. Посоветовал обильно кушать и выпить грамм сто или двести водочки. Кушал я и так как не в себя, а от выпивки отказался.

Итак, дорогой дневник, пошёл он в жопу этот грёбаный лес, там кроме комаров и ужаса ничего нет, а фитонциды их из деревни хорошо видно и слышно. Теперь ещё поспать нормально не получается, всё время кошмары. Сниться дуб, яма в лесу и череп того трупака, превращающийся в реального бородатого бомжа. Долго я на это смотреть не могу и стараюсь скорей проснутся, от омерзения или боюсь, что этот жмур начнёт говорить и придётся ему что-то отвечать. Бормотание дохлого бомжа я всё-таки расслышал, а ближе к утру 6-го дня и разобрал.

Из всего бреда удалось вычленить, чёта про учение или знания заветные и наследник.

День 7

Настроение, неожиданно хорошее, солнышко ярко светит и от кухни идут ароматы выпечки. Золотой человек моя бабушка Маша, да и деда Толя лучший во всём мире, я их всё-таки очень люблю. Так и сказал им, а ещё обрадовал явно цветущим видом, отсутствием ссадин и бланша под глазом.

– А быстренько на тебе всё зажило – поразился дед.

Пшённая каша и ватрушки с парным молоком, ещё никогда в меня столько не входило. Позавтракал так, словно предполагал опять провалиться на целый день в какую-то задницу, аж дышалось тяжко. Наверно – это посттравматический синдром на мне так отыгрывается, теперь буду всегда ждать от жизни испытаний, пока всё не забудется, а сейчас жрем и пьем всё что дают. Пошёл во двор с мыслями обязательно завалиться на что-то мягкое и долго неподвижно лежать животом к верху, наслаждаясь ничегонеделаньем. Через 10 минут тяжесть от съеденного «слона» сменилась потребностью отправиться на прогулку, даже возможность встречи с деревенскими отморозками отступила на задний план. Переполняемый энергией, побрёл обозревать мир с широко раскрытыми глазами, как будто не видел, чего. Самое странное, что меня удивляла и радовала сама Егоровка. Головой то я понимал, что это не Рио де Жанейро, но чёрт побери, как же она удивительна и прекрасна. Дольше всего стоял и рассматривал старую деревянную избу на окраине деревни. Сруб давно заброшенного жилища ушёл на половину в землю и был единственной нетронутой древностью в селении. Наверно тут так дома не запускали или стройматериал попусту не разбазаривали. Делали новый дом или брёвна на дрова переводили, а тут такой интересный стоит на радость краеведам и вот таким юродивым, как я сейчас. Стою и битый час налюбоваться не могу. Меня окликнула незнакомая старуха.

– Чего зенки вытаращил малахольный, пойди прочь, место тут плохое.

Я повернулся и напустив елея в голос спросил

– Бабуленька милая, а почему плохое то?

Старушка, оторопела от такого дружественного подката, залепетала

– Так колдун жил, а потом кто избу в энтом месте не ставил все сгинули, даже траву тут не косят, а коль коза или коровка забредёт так и не телица год. Кузнец вон сруб сложил ещё при Хрущёве, так захворал неизлечимо, а дом в один год сгнил и в землю пошёл. Уйди, от селя, молод ещё.

Когда домой повернул, из меня всё моё утреннее любопытство выветрилось и обуреваемый мыслями,

– Что это сегодня со мной было?

Экскурсия по деревне и любопытство гнилой избой. Прошло наверно часа три после супер-обильного завтрака, а я уже с нетерпением шлёпал домой в предвкушении обеда из нескольких блюд.

Любой приезд сильно тощего внука, сопровождался битвой бабушки за мой аппетит, так что не надо отдельно объяснять, как удивлена и обрадована Мария Андреевна такому преображению родственника. Даже своему деду наказала, чтоб дочке в город телеграмму отписал.

– Мол Сашенька намедни в лесу целый день проблудил, а как воротился кушает много и с аппетитом, а про участкового и всё остальное не надо. Чего Татьяне зря в городе нервы пытать.

Вот и сейчас обед начинался с винегрета, пока уплетал, бабушка анонсировала борщ и пюре с мясными котлетками. Наблюдая, как суетиться возле печи моя заботливая прародительница, обратил внимание на непонятные странности. В глазах мелькнули и погасли огоньки света на её руках, как будто смотрел кино, где через каждый кадр идёт брак на плёнке. Присмотрелся –это не свет, а светящиеся линии, причём разной интенсивности свечения и цвета от жёлтого до красного.

– Что с тобой Сашенька –вывела меня бабушка из зависания.

Оказывается, я с дурацким видом сижу и забыв жевать, просто моргаю уставившись в одну точку. Проморгаться оказалось полезным, наваждение прошло. Дальше не разбирая вкуса, быстро съел всё выставленное передо мной и облобызав бабулю слинял в свою комнату, пробурчав, что хочу почитать.

Какой читать, после такого-то…

Встал перед зеркалом и начал себя рассматривать. Худоват и хиловат, конечно для всего этого у меня была личная отговорка, что бицепсы для дураков. Вот только и мои умозаключения всем до лампочки. Сам не заметил, как улёгся на пол и отжался, почти получилось, поприседал и сделал сгибание разгибание туловища на пресс. Раньше я бы и не попытался себя так истязать, считая физкультуру бесполезной тратой времени. Всё тело разболелось от невиданной нагрузки. В зеркале заметил свечение, руки и лицо слабо светились и мерцали, как у бабушки. Разделся полностью, светящиеся линии проходили сквозь меня от макушки до пяток, но не бледно розовые, а красные, гораздо ярче бабушкиных. Моргал и тёр глаза пока наваждение не пропало.

– Что это галлюцинации или проблемы с сетчаткой глаз? Зачем мне ещё и эта запись в необъятную медицинскую карту, там итак аллергии, хронические заболевания и много чего ещё?

А мышцы то приятно тянет уже второй день, как будто зависимость образовалась от этой боли. Фиг с ним с этим зрением, буду ещё приседать и, если получится отжиматься. До вечера я ещё несколько раз пытался физически активничать, доводя напряжение в мышцах до своего предела.

День 8

Дорогой дневник,

– Чтоб я так спал всегда!

Это была шикарная ночь, никаких грязных, оборванных и мёртвых бомжей мне не снилось, а очень даже наоборот, моя соседка по парте Лена Лычагина в раритетной школьной форме и ей было очень интересно со мной, а я ей что-то увлечённо рассказывал или читал. К сожалению, проснулся, когда мы только начали целоваться. Наверно только она и была тем человеком, ради которого я каждое утро приходил в школу надеясь, что она сама поймёт мои чувства.

– Может попробовать опять сочинять стихи, ведь были попытки и маме они нравились…?

Сегодня из зеркала на меня смотрел чем-то, незримо поменявшийся будущий студент. С моим аттестатом и переживать не стоит, что зачислят в институт. Кажется, я немного поправился и под кожей, что-то еле заметное напрягается и мне – это определённо нравиться. На кухне появился в приподнятом расположении духа.

Ем завтрак и нахваливаю, под удивлённые взгляды деда и бабушки. Никаких ковыряний в тарелке и стенаний, что я буду или не буду. Рублю всё не разбирая, можно всё свалить в кучу и перемешать, съем.

– Я вас люблю, дедуль дай пять, бабушка ты супер. Всем Чао-какао, я на речку.

Странное дело, пока шёл, набитый до барабанного состояния живот подевал куда-то всё проглоченное и к берегу я подходил уже в предвкушение накупаться до одури. Меня не смущало и то, что я этого никогда в жизни не делал. Раньше мы с мамой просто сидели на берегу устраивая пикник, и мне хватало намочить ноги по щиколотку, а уж купаться это окунуться по горлышко приседая в воде и случалось такое только в жуткую жару. Для того чтобы накупаться мне предстояло сначала научиться плавать. Сходу пошёл на дно топором, зато как смело забегал в воду и уверенно нырял. Потом барахтался, как жук всеми конечностями и всё-таки выгреб на берег.

Начиная от изменившегося поведения с занудно хандрящего до жизнерадостного, заканчивая не свойственной тягой к физической нагрузке. Я незаметно для самого себя менялся внешне и внутренне.

Три дня упорных повторений техники плаванья за тренерами из «Ютуба» и временных потоплений, я всё-таки поплыл. Плавал, лежал на песке восстанавливая силы и снова в воду.

– Обязательно научусь делать это красиво, как настоящие пловцы. У меня целая река и всё лето.

Большая радость и великое открытие, светящиеся линии можно вызывать преднамеренно, немного по-особому напрягая зрение. Так, что вроде как научился с этим управляться и можно считать это не новой болезнью, а так непонятной особенностью, временными трудностями с которыми можно жить и можно не говорить доктору.

День 14

Вот дорогой дневник, ты и не думал, что Саша Богданов может так поменяться.

Сегодня на речке я встретил одного из тех гопников, которые побили меня и свершилось до сели невозможное, залепил обидчику в ухо, без раздумий и не терзаясь сомнениями. Парень тоже от меня такой подлости не ждал, скорее сам собирался сначала, что-то сказать, а потом сделать, судя по наглой ухмылке. Только рот раскрыл, бац и он в траве, а я иду дальше насвистывая, даже пульс не колыхнулся.

Дома бабушка хлопотала у плиты, стараясь удивить нас с дедом.

Насколько я помню, дед всегда молча кушал и уходил к телевизору читать газету, а я кривил морду лица ковыряясь в еде, как бы делая одолжение своим присутствием за столом и выискивая следы варёного лука, как повод отказаться есть. Это должно быть тяжело и обидно, вот так всю жизнь в пустоту стараться, не ожидая признания.

В груди что-то кольнуло от стыда.

Подошёл тихонько сзади и обнял бабулю, похоже даже напугал. Надо с ней обязательно поговорить, а то чего она тут всё заботиться о нас неблагодарных, а мы даже спасибо не в состоянии промямлить.

– Как у тебя дела бабушка?

Бабуля расчувствовалась и принялась сразу жаловаться на деда, накатившего уже с утра и тесто, которое всё не поднимается и жука колорадского, чтоб ему пусто было.

Устроился напротив, переведя звуковую информацию в фоновый режим, а сам взялся изучать разницу свечения полос на моих и её руках. Потом чисто интуитивно принялся разглаживать чёрные узелки, как бы смахивая их с кисти бабушкиной руки. Узелки исчезли, а полосы засветились чуть ярче. Бабулин словесный поток постепенно затих, переходя в удивлённый шёпот

– Сашенька, руки который день болели, артрит, чтоб ему пусто было. Всё прошло, ты что ли сделал?

Пожал плечами, не понимаю ещё сделал ли, или оно само, да и как надолго. Может оно просто от массажа перестало болеть? Чёрных узелков на руках вроде не видно, интересно, а что это за узелки такие и можно их вообще убирать? Пока одни вопросы и гипотезы.

– Вот что бабуль, ты пока лучше не говори никому, а то потом не отмоемся. Языки то в деревне сама знаешь какие, как что плохо приключиться долго смаковать будут. Надо попробовать ещё, что-то полечить.

Потренироваться я решил на кошках. Деревенские кошки не то, что городские, подходить по доброй воле никто не хотел, даже за колбасу. В общем вечером я сначала мазал царапушки на руках зелёнкой, а потом тренировался с лечением на себе и у меня вроде как получилось. Ничего не загноилось и не распухло, как обычно бывает после кошачьих когтей. На следующий день, вступив в сговор с бабушкой, мы всё-таки осмелились провести испытания на дедушкином колене. Пациента решили в известность не ставить, дед имел обыкновение от любого лечения истово отнекиваться. План был такой, когда он после ужина заснёт в кресле, мы проведём сеанс терапии, а потом будем наблюдать за его поведением в естественной среде обитания. Кстати очень хорошо для чистоты эксперимента, а то бабушка, как человек заинтересованный может просто и подыграла мне.

В ожидании важного события я решил посвятить день подготовке, отправился в огород, тут у меня появился турник и вообще небольшой спорт уголок, дед с особым энтузиазмом принялся устраивать спортивные снаряды из всего, что попадалось под руку, а он у нас изобретательный и рукастый. Уже неделю я усиленно ем и занимаюсь физкультурой, вот такой золотой внучок приехал, для бабушки благодарный и безотказный едок, а дед не зря хранил столько барахла и нашёл себе применение, отвоёвывая у супруги и колорадского жука картофельные плантации, для спортзала любимого внука. Ещё месяцок такого деревенского санатория и сам себя не узнаю.

– Вот родители удивятся!

Даже порадовался, что мама не приезжает, как обычно навещать меня и своих родителей этим летом.

Бабуля, приободрённая лёгкостью здоровых рук, которую она с выхода на пенсию не испытывала, кормила нас шикарным бигусом и не переставая делилась абсолютно ненужными новостями. Дед отвалился из-за стола первым, мы по-заговорщицки притихли за чаепитием. Усиленно создавали умиротворяющую атмосферу, способствующую засыпанию деда, а он как назло стал интересоваться моими успехами в спорте и чего для меня ещё надобно смастерить во дворе. Ничего дельного придумать я не смог, поскольку всегда был далёк от этого всего спортивного.

– Вот разве что боксёрскую грушу можно.

Пока растекался мыслями о пользе боевых искусств в формировании мужчины, от кресла у телевизора раздался храп. Нарисовалась первая проблема, штаны деда, не очень широкие, чтобы можно было спокойно закатать их выше колена, а я ещё не знаю точно получиться или нет лечить через ткань. Бабуля бесцеремонно стянула с него штаны, а он и ухом не повёл.

Оба колена представляли собой скопище чёрных узелков, после них даже полосы проходили вниз к ступням еле розовыми, а порой даже жёлтыми. Мария Андреевна притихла в стороне, на нервах комкая дедовы штаны. Думаю, что я вспотел, во всяком случае от напряжения меня холодный пот прошиб, пока я старательно смахивал и разглаживал чёрные узелки. Но время шло и жёлтые полосы становились розовыми, а розовые краснели. Кажется, что провозился час, не меньше. Даже не стал браться за руки, шею и голову, там только взглядом окинул, наметив фронт работы на будущее. Опять же если то, что я делаю приносит хоть какую-то пользу. Для сокрытия следов наших экспериментов бабуля опять натянула штаны на деда, а потом бесцеремонно растолкала и отправила в спальню на кровать перебираться

– Нечего опять у телевизора ночевать, иди давай старый.

Перед сном обдумывая всё я уже понял, что всплывающие полосы точно не дефект зрения и не галлюцинация, так на долго не должно было вштырить, даже если я тех светящихся в яме наелся, не хочется думать, что это было. Вот стою в очередной раз рассматриваю себя в зеркало и стряхиваю, или вытираю узелки или выпрямляю сами полосы. Ещё бы кто рассказал, что всё это значит и как правильно всем этим пользоваться. В книгах всегда был сенсей, которой учит и шлифует талант.

День 15

Дорогой дневник, похоже на то, что я всё-таки, необычный человек, а может и выдающийся. Наш дед носиться с утра, как ошпаренный и заряженный неуемной энергией, принёс от какого-то своего знакомого боксёрскую грушу и перчатки. Договорился ещё, что этот знакомый обязательно придёт мне показать приёмы, как только выпьет всю оплату. Мы с бабушкой заговорщицки лыбимся и многозначительно переглядываемся. Дед пристроил новый спортивный снаряд, полюбовался на плоды своих трудов, выпил стограмовик и пошёл окучивать картошку.

Опять приснилась Лена Лычагина и на этот раз мы зашли гораздо дальше…, и я сильно пожалел, что школьное время ушло безвозвратно.

– Умнеть надо было раньше…

День 30

Уважаемый дневник, у меня всё меньше времени записывать свои мысли. Прошу лишь принять тот факт, что Александр Богданов точно уже не тот инфантильный придурок, который ещё месяц назад изводил окружающих своими истериками.

– Господи, как можно быть таким мудаком и терпеть такого придурка?

С тех пор, как к нам в гости зашёл Игорь Тимофеевич, чтобы выпросить у деда ещё бутылку за боксёрский инвентарь, мои занятия спортом стали более осмысленными и интенсивными. Всё потому, что бывший тренер слишком долго пожимал мою руку, а мне было крайне неприятно ощущать его перегар и рассматривать жуткие узоры его линий. Всё случившееся дальше происходило чисто интуитивно, я впустил свои красные линии ему в руку, мысленно передавая всю гамму чувств и моё отвращение к запаху алкоголя.

Уже неделю Игорь Тимофеевич гоняет меня на кроссы вдоль берега реки и поясняет, как разворачивается плечо, локоть и кисть при джебе и чем он отличается от кросса и хука. Кстати дедушка тоже перестал употреблять алкоголь, и мы с бабушкой не стали сообщать ему почему. Во всяком случае она убеждает меня, что это я их закодировал, а я просто повторил и отработал на нем случайный опыт. Кроме необъяснимого аппетита и постоянной тяге к спорту, у мня периодически просыпалось желание прогуляться по странным местам Егоровки и окрестностям. Один раз просидел несколько часов на «Ведьмином камне» – это каменная гора, выступающая над рекой. Многокилометровые пробежки по лесу часто заканчивались у того самого поваленного дуба. Лежал на нём полчаса с закрытыми глазами, а потом опять кросс по пересечённой местности.

Мне удалось полностью очистить организм моих стариков от чёрных узелков и вроде бы заставить их «Линии жизни» светиться ярче. Неожиданно открыл для себя, что больше не могу ничего сделать, как будто села батарейка и мой дар угас. Совсем недавно я бы порадовался вновь стать нормальным, а сейчас ощутил утрату новой и, пожалуй, лучшей части себя. Настроение погасло вместе с аппетитом. Пока не заметил на следующий день, что опять вижу на бабушке «Линии жизни».

– Ну значит просто перезарядка, будем накапливать.

Скоро возвращаться в Екатеринбург, впереди лечение родителей. Надо будет ещё одежды прикупить, а то вырос сразу из всего, в чём осенью в институт идти не представляю? Сейчас то пришлось бабушке по деревне побегать в поисках для меня штанов и всякого другого Секонд-хенда. Приехавшее со мной вещи стали малы и бесполезны. В городе есть всё и на любой вкус, но на это нужны деньги, а их в семье не так чтобы много, потому каждое лето проводил у бабушки вместо Турции.

Глава 2 Екатеринбург

День 45

Опять купе поезда, в этот раз с кондиционером и приличными с виду соседями. По крайней мере от них не фонит самогоном и луком. Новые попутчики моё приподнятое душевное расположение не оценили и косо посматривают на мой собранный по деревенской моде гардероб. Сразу получит строгое предупреждение

– Чтоб никаких сигарет.

С перрона в след отправляющегося поезда старательно махали мои старики.

Слёзы немного помолодевшей бабушки и крепкое рукопожатие деда, наставление тренера Игоря Тимофеевича, обязательно найти его товарища и продолжить заниматься. Несколько раз побитые и притихшие деревенские хулиганы. Всё осталось там, на полустанке Егоровки вместе с беззаботным летом. Скоро наступит время забот и у меня обязательно появиться настоящие друзья и может девушка.

Попутчики семейство: папа, мама и дочка подросток с болезненным лицом. Наверно полтора месяца назад я выглядел не лучше, когда ехал в деревню на каникулы.

Для того, чтобы спрятать глаза и хоть как-то поднять свой статус, извлёк книжку «Компромисс», глубокоуважаемого всей интеллигенцией диссидента Сергея Довлатова, ну так и я туда же. Сосредоточиться на тексте мешало любопытство, украдкой продолжал с верхней полки изучать интересное семейство. Внизу разворачивалось таинство дорожного обеда. Остывшая курица в фольге, картошка и горячий чай в подстаканниках, позвякивающих ложками. Заботливая мамаша устраивает на подушках своё апатичное к миру чадо.

– Заинька, солнышко смотри как вкусно, тебе обязательно нужно есть, силы надо откуда-то брать.

Ребёнок, вяло и с неохотой взялся пожевать куриное крылышко. Мне вдруг стало очень неприятно, вспомнил себя, вот также, совсем недавно и меня уговаривала мама. Решил углубиться в суть очередного компромисса, на который толкал жизненный путь писателя. Внизу поднялась какая-то несвойственная принятию пищи суета. Женщина нервно торопила мужа

– Там в синей сумке должен быть ещё ингалятор, Витя да скорее же.

Девочка хрипела, силясь вдохнуть.

Отец семейства, выворачивал сумку уже просто на пол и, кажется, тихо подвывал от своего бессилия справиться с поиском. Девочка лежала одна, уже синея и закатывая глаза, а оба родителя нервно копошились в своих вещах, бесцеремонно вытряхивая их ровным слоем по всему купе. Незаметно для них скользнул прямо к задыхающемуся подростку, да моё натренированное за лето тело теперь позволяет и не такие гимнастические этюды.

Горло и грудная клетка просто чёрные от скопления узлов, еле заметны бледно жёлтые линии. Физически ощутил, как нагрелись мои руки по локоть, разглаживая невидимые окружающим линии и цепляя чёрные узелки.

– Че-то я к такому не готов, даже у деда на коленях столько не было.

Девочка задышала, а я продолжал разглаживать красные линии. В купе наступила тишина, нарушаемая ровными и глубокими вдохами подростка. На диване, заваленные тряпками из вывернутых на изнанку сумок, смирно сидели ошалевшие родители. Должно быть боялись спугнуть, что-то непонятное и не объяснимое происходившее прямо на их глазах, поиском запасного ингалятора.

Через полчаса я решил, что вроде бы уже всё, с шаманством пора закругляться. Узелков больше нет, а светящиеся полосы или, как я их для себя называл «Линии жизни» вполне себе красные и ровные. Пациент имеет розово-цветущий вид и даже улыбчивое настроение. Повернулся к застывшим родителям

– Всё можете прибираться.

Скользнул к себе на верхотуру, чтобы уставиться в книгу, как будто сейчас ничего особенного не случилось. На самом деле внутри меня всё бурлило от мысли,

– Я спас человека! Это вам не артриты разглаживать…!

Усилием воли задавил в себе бурю нахлынувших эмоций, по крайней мере пытался сделать все внешние проявления и переживания, как можно незаметней. Старый я сейчас бы малодушно заставил всех собой восхищаться, а кто был бы не в курсе, так обязательно бы узнал о свершённом чуде.

– Господи боже, до чего же я противный был человечишка.

Родители отмерев кинулись теребить дочку, тормоша и заливая слезами радости. Затем возле моей полки появились сразу обе счастливые головы родителей

– Здравствуйте мы Кузьмины.

Я тоже поздоровался и удивился,

– Добрый день. Мы с вами вроде недавно уже здоровались.

– Разрешите представиться меня зовут Тамара Ивановна, можно просто Тамара, мой муж Виктор, – это наша доченька Зоя, у неё хроническая бронхиальная астма с рождения. Спасибо вам большое. Скажите непременно, что мы должны за помощь? Умоляю не скромничайте, вы спасли нам жизнь, кажется ингалятор запасной не взяли, обязательно купим на станции. Ради бога, скажите сколько стоит ваше лечение?

– Меня Саша зовут, и я ей не за деньги помог, а просто потому что получилось, с ингалятором можете не торопиться, мне почему-то кажется, что Зое он больше не нужен. Во всяком случае сходите через месяц к врачу. Единственно о чём я бы хотел вас попросить не говорить никому про меня. Если вы на самом деле хотите отплатить и искренне желаете добра.

Тамара Ивановна набрала в рот воздуха, наверно для выражения возмущения моим взглядом на суть вещей и неправильным отношением. Её молча остановил муж Виктор.

– Как пожелаете! Но вы не представляете Саша, как много людей нуждается в помощи и если им можно хоть как-то помочь…

Пришлось остановить в принципе правильную речь отца семейства

– Так господа многоуважаемые родители, я разрядился полностью, теперь полгода накапливать, а у меня свои есть родные и близкие и их надо тоже лечить.

Вообще-то ещё точно не известно сколько и как можно лечить, но мне не хотелось целыми днями сидеть в кабинете и принимать больных, не моё это. Я не могу всем помочь, это я уже точно знал и решать кому жить, а кому умирать не желаю, да ещё и быть потом обвинённым в чём угодно родственниками не спасённого или неправильно вылеченного. Да мало ли, что там может статься. Особенно напугала картина с нескончаемой очередью из людей кому может помочь только чудо, и они в это искренне поверят, а вторая очередь из важных и влиятельных потому, что их обязаны подлечить и я такой на первом же разрядился и всё, извините. Думаю, что правильно сделал, скрывая свои способности. Ещё не известно, чем мне самому это обернётся.

Зоя единственный человек, проболтавший со мной всю дорогу, так и не дала дочитать Довлатова. В свои 11 лет даже кокетничать принималась. А её родители не переставали молча радоваться и смотреть на меня с немым обожанием. Тепло распрощавшись с семейством Кузьминых на вокзале Екатеринбурга, я резво скрылся в толпе встречающих. Странно, что всегда щепетильная мама на этот раз опаздывала. Вот и сейчас зазвонил телефон и взволнованный мамин голос извинялся, что автобус застрял в пробке и она будет вот буквально через 10 или 15 минут

– Ты только никуда не ходи, сыночка, стой возле табло и не с кем не разговаривай.

Перспектива торчать на вокзале родного города не прельщала, тут и без меня народу хватало и вообще… еле уговорил маму успокоиться

– Всё уже сажусь в метро, дома буду раньше тебя, давай мам скоро увидимся.

Сейчас наверно она думает, что не со мной разговаривала. Прошлый я уже бы нудил и стонал, что он так невыносимо долго ехал на поезде и можно было 10 раз на автобусе за это время оказаться на вокзале. Надо будет обязательно, купить для мамы булочек с корицей в пекарне возле дома, обнять и извиниться за прошлого сынульку «мудака и козла». Отца должен порадовать мой новый спортивный образ, надеюсь в армию сразу не отправит. В кулинарии полез за бумажником и обнаружил аккуратно пристроенный в карман куртки конверт с надписью «на доброе дело» целую пачку тысячных купюр.

– Ну Кузьмины!

Теперь ощущение от сделанного бескорыстно доброго дела немного померкло. Ладно улучшим завтра настроение шопингом. В институт пойду в новых шмотках, мне ещё со своей будущей девушкой познакомиться надо как-то и этих денег на все хотелки явно не хватит. За лето вырос на 15 сантиметров, плечи и всё остальное то же, я спортивного телосложения молодой человек, не доходяга точно. Теперь стоя в дверях кухни это пыталась уложить в своей голове и мама. Произошло такое впервые, раньше за лето она старалась пару раз приехать навестить меня и своих родителей.

– Ну вот мама, прошляпила, а сын то подрос, давай проходи я чайник вскипятил. А где папа?

Мама устало приземлилась на стул возле стола.

– Папа умер, я не хотела тебя лишний раз волновать. Всё от нервов этих треклятых…

Вот так радость встречи, настроение от сделанного сюрприза стремительно понеслось в бездонную пропасть. Отец так и не сможет узнать, каким я стал и вообще вдруг из меня на самом деле получится хороший человек. Никогда бы себе не сознался, что хотел ему это доказать.

– А почему мне не сообщили?

Глядя в кружку на темнеющую от заварки воду, мама спокойно, наверно уже выплакав и отгоревав всё, что можно.

– Мы с тобой потому и не поехали, с деньгами сложно стало. У Вити весь отдел сократили, перед «майскими» …, он молчал, а ты как уехал он мне и рассказал. Видать не справилось сердце, вечно он в себе таскал всё. Сказал бы раньше, так может и жив сейчас был, нешто мы не придумали как жить. Вчера на 40 дней друзья его помянуть собирались.

Если бы я был тут, смог бы помочь? Я и сейчас то всего не знаю, а что было тогда, полтора месяца назад? Принялся наверно рыдать, винить всех в своих бедах и несчастной жизни.

– Досталось же маме с нами. Но сейчас я её в обиду не дам, обязательно что ни будь придумаю, работать пойду.

Так и остались мы с ней теперь вдвоём.

Пятьдесят тысяч решил оставить маме на хозяйство, вещи и на рынке можно купить.

План на жизнь был такой: отнести оригиналы вступительных документов в УПИ, найти секцию старого друга Игоря Тимофеевича, для дальнейшего освоения мира единоборств и съездить на вещевой рынок «Таганский ряд», хотя кроссовки, толстовку и там по мелочи прямо сейчас через Интернет куплю. Залез в комп и завис на анатомическом атласе человека, всё-таки я многого не понимаю, просто убираю какие-то непонятные узелки и разглаживаю красные полосы, а там же ещё бактерии и вирусы, железы, гормоны. Стыдно стало от самоуверенности, с которой я пообещал Зое из поезда, что выздоровела она полностью. Хронические заболевания на то и хронические потому, что не лечатся, а я тут режим бога включил.

Хотя я там вроде как бы, пространно выразился. Сходят к врачу он им обследования назначит, вот пусть медицина решает, как правильно.

Жаль конечно, что разрядился на самом деле в ноль, сейчас бы маму полечить не мешало. Накоплю энергию она у меня ещё о-го-го какой красоткой станет, помолодеет и вообще никогда болеть не будет.

День 60

Сегодня опять приснился страшный дед, сидел на деревянном стуле в землянке и очень сильно злился на меня.

– Мальчишка, ты зачем уехал от места силы? Я хочу знания тебе передать, меня слушать надо.

Это если вкратце, а так он много и не всегда понятно выражаясь бормотал и похоже угрожал. Не выспался, утром на автомате натянул кроссовки и в парк отправился побегать. Музыка в наушниках и ветер в лицо освободили мозги от дурного осадка после кошмарной ночи. Пока бегал, мысли свернули в сторону планов на будущее

– Вот придёт сентябрь начнётся учёба, хорошо если на бюджет возьмут, так ещё и на жизнь денег надо, маминой зарплаты на всё не хватит. Надо скорее придумать, как деньги зарабатывать и при этом ещё учиться. Интересно куда поступила Лычагина?

Так вышло, что с одноклассниками у меня дружба не сложилась, а с этой Ленкой я за все 11 лет кроме как об учёбе и не говорил, пялился исподтишка на коленки и шею, особенно когда она отворачивалась и в тайне мечтал поцеловать её в эту самую шею, где-то в районе серёжек. Вот бы встретить её случайно,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.