Роман Волопаев
Безымянный

Глава 1: Пробежка

Это было безлюдное место. Ну как безлюдное… Обычно здесь не бывало людей в это время. Меня всегда удивляло, как этот лес может настолько близко к городу стать таким густым и далёким от цивилизации? Солнце светило мне в глаза, свежий весенний бриз трепал мои волосы, запах цветения и приближающегося лета витал в воздухе.. Но самым притягательным в этой ситуации было странного вида озеро прямо по центру поляны в лесу.

Почему оно было странным? Как минимум потому, что было формой похоже на погнутую подкову. Такую неровную, где центром являлось мелководье, переходящее в сушу. И наоборот. Крайне неровная обширная местность с водой. Где-то посередине водоёма даже выросли две берёзы..

Не знаю о чем я в тот момент думал и почему вообще пришел сюда, но мне было просто необходимо злобно рассмеяться во весь голос. Я был один на всю поляну, никто меня не услышит, а если и услышит – обойдёт семью дорогами. Да ладно, разве люди не делают странные вещи вдали от других людей?

Делают, и ещё как. Думая об этом, я преодолевал неестественное мелководье, взбирался на ухабы, стараясь как можно меньше вымокнуть в прозрачной воде, которая так ярко отражала солнце. Погода отличная. Но ещё отличнее она станет, когда я злобно расхохочусь как умалишённый!

И вот я встал на небольшую низину, которая была за берёзами (признаюсь честно, я подсознательно боялся, что за мной кто-то наблюдает, поэтому все же хотел немного спрятаться), набрал побольше воздуха и начал смеяться. Я всегда был крайне неплох в злобном смехе, это у меня с раннего детства. Все же смотрели фильмы с ржущими злодеями? Они довольно забавные…

Сначала я не очень громко хохотал. Но стоило только приложить усилие, как эхо начинало вторить. Смех мой становился искаженным, а грохот повторения начинал пугать меня самого. Это была глупая затея.. Что подумают люди, если все-таки увидят меня? А что подумают… Не люди, если увидят меня?..

Эта мысль заставила меня напрячься. Как глупо и беспечно было выйти одному в лес, пусть и недалеко от дома.. У нас вообще-то сплошь и рядом криминальщина с мистикой творятся, а мне, простому пацану, на красоты лесные посмотреть захотелось да поржать в голосину. Супер.

Ну да, я мог бы взять с собой друзей, и было бы не так стремно. Да вот только были бы они у меня.. Хотя даже если бы были, смогли бы они спасти меня от сущности, которая сторожит меня в темных кустах ожидая, когда я снова вернусь обратно в непроходимый лес?..

Я продолжал хохотать. Уже скорее по инерции, не от души. Но все-таки было в этом что-то. Постепенно мозг свыкался с гулкими отголосками и начинал чувствовать злобный смех своим.. Но как только кульминация страха прошла, мне вдруг поскучнело. Правильно говорят: "Посмеялись и хватит". Мне хватило.

Поправив рюкзак, я подумал было возвращаться, как услышал другой смех. Он принадлежал кому-то ещё. Кто-то был на озере. Кто-то, кого я, видимо, не заметил. Мне вдруг стало стыдно за своё поведение, сразу показалось, что смеются надо мной.

Хихиканье было женским. Ещё хуже. И оно не прекращалось. Голоски сменяли друг друга, сопровождаемые плеском воды. Что там происходит?

К чёрту, надо уходить. Не нравится мне всё это.

Перемахнув через берёзы, я побежал так тихо, как возможно, но случай, как всегда, оказался весомее усилий. Мне дорогу перекрыл мяч. Брошенный откуда-то, он прилетел почти к воде у моих ног и ещё немного проплыл вблизи, окропляя всю мою одежду шрапнелью влажных пятен.

– Эй, мальчик! – Послышался нежный голос.

Выбора нет. Сейчас мне придется взаимодействовать с женским полом.

Тем временем, судя по голосу девушка, продолжила:

– Не кинешь нам мячик?

– Конечно! – Крикнул я. Я же джентльмен, даже не смотря на мою трусливую душонку.

Подняв футбольный мячик (такие когда-то раздавали за наклейки по акции в магазине), я развернулся.

Толпа девушек стояла в кругу, по щиколотку в воде. Их было пятеро, все в какой-то мокрой физкультурной форме. Мои ровесницы.. В голову невольно поползли оценочные мысли.

Мне понравилась та, которая стояла рядом в кричащей. Её лицо выражало какую-то странную смесь эмоций для этой ситуации.. Серьёзность? Холод? Смущение? А почему? Может они все слышали мой смех? Ну конечно, черт возьми, они слышали мой смех.. Лучше постараться об этом не думать.

Я замахнулся рукой и как метатель ядра зашвырнул круглого друга обратно отправителю. А они будто нарочно не поймали, чтобы удар об воду спровоцировал брызги. Девчонки засмеялись.. Отрадно. Мяч уплыл на глубоководье, и та которая мне понравилась, кажется рыженькая, погрузилась в воду целиком и поплыла за ним.

– Не хочешь с нами?

С вами? Вот так да. Обычная моя социальная роль – человек-тень, а тут вдруг девчата приглашают с собой фрика, который только что беспричинно оборжал весь лес, ага.

– Д-да мне пора, наверное…

Ну да, замялся. А с кем не бывает?

– Ну блин, нам как раз одного до чётного числа не хватает. В волейбол бы командами сыграли! – Сказала немного полноватая девочка, которая до этого не подавала голос. Я её, буду честен, сначала и не заприметил. Личико было милое: пухлые губки, выразительные брови, приятные черты лица. Да, подруга, волейбол тебе явно не повредит.

И все-таки было здесь что-то неправильное. Толпа девочек. В лесу. Посреди озера. Я их до этого не видел и не слышал. Может быстро прибежали, пока я там под берёзами прятался и хохотал? А где тогда их вещи?..

Рыжая пропала. Где рыжая? Черт. Нет-нет-нет, только не опять. Мяч был на поверхности воды и как-то неестественно двигался, будто его намеренно закрутили. Вода покрылась рябью.

Вот черт, только не снова.

Ночь. Хотя это скорее вечер. Солнце, быть может, было ещё где-то на горизонте, но деревья его скрывали. Холодно. Ужасно и отвратительно холодно. Слякоть, мерзкий гнильный запах. Гадость! Из всех мест, куда меня заманивала эта паскуда, это было самым нечестным и несправедливым. Я даже не знал, как себя чувствовать. Бояться? Плакать? Злиться? Плыть? Бежать?

Непонятно. Почва подо мной была слишком вязкой и мягкой, чтобы бежать и не подходила ни к какому адекватному способу передвижения. Немного придя в себя, я все-таки сделал выбор в сторону страха. Как оказалось, не зря.

Крест на моей груди жёг холодным серебром. Только он придавал мне немного уверенности. Было ощущение, что маленькое распятье сможет в решающий момент отпугнуть чудовище.. Вернее, в это просто хотелось верить.

Ну и дурак. Откуда было взяться милому озерцу в леске прямо рядом с окраиной? Тут я сам был идиот, признаю. Чтобы возле людей было что-то чистое и неопороченное? Не, не наш вариант. Ближайшие километров семь леса, примыкающего к городу, полностью захламлены древними и не очень отходами.

Я окинул взглядом то место, где в мороке были девчонки. Кривой фонарный столб, на котором что-то висело.. Виселица. Точно. Это была виселица. Но на ней висела какая-то туша. Это была… Рыженькая? Полненькая? Кричащая? Хоть мне и было известно, что тьма любит злые шутки, всё равно страх острыми когтями царапал стену самообладания. Буду молиться, чтобы мне только показалось.

Холодно до дрожи. И не мудрено – я весь вымок в помоях! Передвигаться больно и опасно, кажется, я порезался о какую-то железку там, в вязкой кашице.. Только не СПИД.. Только не СПИД…

Когда я пробрался почти к берегу, стараясь не обращать внимания на мерещившиеся вокруг обезображенные гниющие трупы в горах мусора, уже запыхался. Перед бережком я встал, чтобы отдышаться, но дыхание моментально восстановилось, когда я услышал отвратительнейший вой. Мне уже доводилось его слышать.. Он прозвучал где-то там за деревьями, не близко, но и не далеко.. Словно какой-то медведь-мутант из сточных вод только что нашел свою добычу. От этой мысли, да и от вопля, я поёжился.

Судя по всему, тварь была разумной. Ну не может бездумная животноподобная мразь заманивать меня в такие изощрённые ловушки! Оно хочет меня напугать. Оно хочет сожрать испуганного хомячка.. Растянуть агонию и напиться адреналином из моей крови…

Руки поставил на холмик суши. Твёрдый… С торчащими корнями. Тварь ещё далеко.. Я успею убежать… Позади послышались всплески. Не звонкие и радостные, какие делали девчата в видении, а какие-то хаотичные, шлёпающие. Тварь уже на болоте, и едва ли ей понадобится много времени, чтобы добраться до меня.

Хватаясь за корень, я просил высшие силы, чтобы он не оторвался. Если я сейчас грохнусь, то упаду прямо в ржавый лом и лишу паскуду удовольствия меня убить.

Небольшое усилие, я вытащил ногу из хлюпающей жижи, кажется в ботинок натекло столько черной воды с тиной, что бежать будет тяжеловато. Нога отдала болью, я же порезался, черт.. Вторая нога. Корень, не подведи. И.. Гоп! Я выбрался!

Пока нëсся через деревья, хотелось кричать. Было так темно, что пришлось сильно постараться не напороться на острые сучья и не выколоть себе глаза. Я не слышал преследователя, но был уверен, что он вот-вот нагонит меня.

Увы, я не первый спортсмен, поэтому быстро выбился из сил. Теперь моë бегство было больше похоже на быструю прогулку. Сам не помню, как оказался на пороге своего дома. Но хоть оказался, и на этом спасибо.

Нога болела ужасно, рана кровоточила. И хоть порез был неглубоким, но вся штанина ниже колена окрасилась багровым. Ладно, тварь меня подловила. Если ей хотелось, чтобы я что-то подцепил, то это, почти наверняка, случилось.

Я первым делом пошел в ванную. Живу с дедом, в это время, он обычно смотрит телевизор или что-то в этом роде. Санузел у нас совмещенный и очень тесный. Унитаз и душ, даже без раковины. В любом случае, чем богаты – тем и рады. Раньше это вообще был кусок кухни-столовой, пока старик не сделал стену.

Сняв штаны начал поливать ногу холодной водой. На душе почему-то стало легче, как будто проточная вода имела целебную силу. Итак, кровь смыта, штаны порваны и в крови, я достал перекись из аптечки на полке и обильно полил ей рану. Шипит и пенится – всё как положено.

Не сильно хотелось демонстрировать деду "боевое ранение", но за то что он увидит кровь на штанах я не переживал – все равно стирка всегда на мне. Перевязывать ногу не стал, пусть порез дышит.

Я вышел на нашу скромную кухню и бросил штаны с толстовкой в корзину для белья. Ну и вечер.. Повезло, что завтра суббота и не надо идти в школу. Учусь я, кстати, в одиннадцатом классе. Амбиций у меня нет, да и не откуда. Из увлечений у меня есть только радио, вот и пойду в местное ПТУ на радиотехника.

– Дед, привет. – Я вышел в коридор и высунулся в наш зал, где достаточно громко работал телевизор. Судя по всему, там шел какой-то ментовской сериал. Ногу учтиво высунул в коридор так, чтобы ее не было видно.

– О, Вить, а ты когда вернулся? – Старик протëр слипающиеся глаза. Мой приход его взбодрил.

– Да вот недавно.

– Оделся бы хоть, а то стоишь в одних труселях. – Дед махнул в мою сторону пультом, явно показывая, что хочет чтобы я выполнил это задание сейчас же.

Он у меня заботливый, пусть иногда кажется грубым. Это и была первая причина, по которой я не хотел осведомлять его о ране.

– Один секунд.. – Сказал я и поковылял вверх по лестнице.

Дом у нас в два этажа. Хотя второй этаж – громко сказано, это скорее мансарда. В своей комнате, я напялил старую растянутую футболку и видавшие виды спортивные штаны, одним словом – домашнее.

Хотелось перекусить, но я лучше всех знал, что вся еда, оставленная в холодильнике, почти со стопроцентной вероятностью без жалости была поглощена моим дедом.

Наверное, стоит немного рассказать о нем. Его зовут Казимир, и я вообще не помню сколько ему лет. На вид, наверное, лет шестьдесят, но внешность бывает обманчива, ведь так? Я живу с ним с самого своего детства. Меня сюда привëз отец, как говорит старик. Это было из-за каких-то семейных обстоятельств.. В общем, из родни у меня только он, ведь предков я не помнил.

Да и всё равно, мне одного деда с головой хватало. Всегда убеждаю себя этим..

– Витька, ты голодный? – Послышался голос с первого этажа.

– А то!

– А то чë? – Любимая шутка деда.

– А то то. – Таков конец шутки. Кажется, он услышал её в КВНе когда-то давно..

Перекрикивались мы, пока я спускался вниз. Если спрашивает, значит, может быть, оставил мне пару сосисок с гречкой в холодильнике.. Прошел на кухню.

– Как в холодильник заглянешь, мне принеси жигулей. – Сказал дед из комнаты с телевизором. Пришлось напрячься, чтобы услышать, ведь он сказал это не очень громко.

– Окей.

– Ну и себе возьми.

Я усмехнулся:

– Дед, ты ж знаешь, я не пью. – Взяв в руку холодную стеклянную бутылку, покрытую конденсатом, я очень жалел, что у нас не было лимонада. Только пиво.

Пара шагов, и я уже в зале. У нас всегда пахнет сыростью, но в зале, почему-то, особенно. Я частенько сваливаю всю вину на деда, а он только хихикает.

Он сидел в кромешной тьме, окруженный ореолом света из экрана толстопузого телевизора.

– И слава Богу.. – Старик достал сторожевую открывашку из стоящей рядом тумбочки. Она в этом месте столько, сколько я себя помню.

Пшик! Запах пшеничного солода донёсся даже до меня. И если честно, он нравился мне гораздо больше до сих пор стоящей в носу вони болота.

– Спасибо. – Старик улыбнулся мне и качнул бутылкой вверх, – Тогда перекуси пока. Если что – позову.

Ужин. Не самый шикарный, но и не скудный. Как я и догадывался: сосиски и гречка. Ужин чемпиона. Если употребляется в другое время суток, "ужин" можно также заменить на "завтрак" или "обед". Опционально. Решил не греть, а то это ещё газ включать, ждать..

Рана зудела. Это я вновь заметил уже когда взбирался в свою комнату. Наверняка по моему рассказу и не скажешь, но сегодняшняя ситуация нагоняла на меня дикую жуть. Может, начало моей истории было чересчур сумбурным и беглым, но вы мне ещё спасибо должны сказать, что не мучаю вас нудной предысторией.

Щеколда лязгнула. Я заперт и в безопасности. Сел за свой стол. Хоть организм и умолял меня прямоходом лечь в постель, но я не могу завершить день, пока не побалуюсь со своей радиостанцией.

У меня был и радиоприёмник, и радиопередатчик, я собирал их довольно долго, а ещё дольше разбирался как сделать так, чтобы всё работало. Много деталей было безбожно реквизировано у деда из гаража, а также из школы.. Там я чуть не попался, хорошо, что всё обошлось. И хорошо, что у меня нет друзей, которые бы меня сдали.

Обычно, перед сном, я люблю позависать на "Жужжалке". Никогда не слышал, чтобы по ней передавали какие-то осмысленные сообщения, но парочка моих знакомых товарищей по ремеслу клянутся и божатся, что слышали тут русскую речь. А я, простофиля, в это время либо спал, либо музыку слушал.. Если это правда, то на самом деле обидно. Много слухов вокруг "Жужжалки" ходит…

Кручу-верчу, прослушиваю всякие частоты в наушниках, авось что-нибудь интересное выцепить получается..

К слову, об интересном. Надо же, все-таки, объяснить, что со мной произошло. Буду откровенен – я не знаю. Я не знаю почему это началось, но знаю когда. Где-то пару недель назад. Стабильно раз в четыре-пять дней я оказываюсь в заброшенных и зачастую опасных местах не по своей воле. Вернее… Как видно из примера, сначала мне кажется, что это хорошие места. Как и это озеро..

Неужели когда-то оно действительно было таким хорошим? Хотя такой своеобразный рельеф.. Могло ли это получиться само по себе? Если бы только люди не похерили это место, оно бы стало достопримечательностью нашей "милой" окраины.

Формально мы с дедом обитаем в славном городе Полеграде, однако, по моим наблюдениям, городом его прозвали за милые, а если быть честным, то не очень, глазки. До реальной цивилизации ехать и ехать, через леса да горы, и так называемая "окраина" тянется почти на половину города. Только в центре у нас стоят многоэтажные дома и прочая инфраструктура. Хотя грех жаловаться.. У нас есть пара школ и больница, не то, что у ребят из ближайшего села.

Всё, я наслушался помех, и выключил станцию. Ничего интересного я там не услышал, а желание спать стало преобладать над исследовательским интересом.

Голова соприкоснулась с холодной подушкой. Хорошо, что дед ещё не выключил наше отопление, теплая батарея под боком сейчас очень кстати. Было порядка часов восьми-девяти, когда я начал забываться в мыслях о тех девицах, которых показал мне морок.

Интересно, почему именно таким способом? Почему меня нужно заманить, помучить, а потом ещё и дать возможность сбежать? Может все-таки крест и даёт какую-то защиту?..

Я и рад наведаться в церковь, да вот боюсь, что за психа меня примут. Ну не встречаются батюшки с настоящей мистикой, думаю. Побегали бы они так как я – точно пузо бы спало и втянулось. Так ведь нет же… Они молитвы читают и в другом людям помогают. Скорее их цель – помочь найти Бога, а не отогнать какую-нибудь нечистую пакость. Особенно в нашем "современном" мире.

Девчонки-девчонки.. Где же оно вас видело? Я так надеюсь, что их образы эта тварь просто срисовала с каких-нибудь местных. Мне становится не по себе при мысли о том, что возможно, эти красивые милые лица сейчас гниют в том болоте, откуда я чудом выбрался сегодня.

Как можно вообще убить невинного человека? Убить какую-нибудь симпатичную девушку? Зачем маньяки это делают и почему им это нравится? Разве может человеку нравиться разрушать и нести боль вместо того, чтобы просто жить? Не знаю. Я благодарен судьбе, что я нормальный. Может быть, в школе меня и считают тихоней, поэтому странно косятся, но могу заверить – я самый нормальный из всех, кто живёт в этом городе. Конечно, после моего старика. Вот он прямо-таки эталон нормальности. Ну и, собственно, яблоко от яблони.. Желание злобно расхохотаться – не в счёт, кстати.

Эти рыжие волосы, острый умный взгляд больших глаз, еле заметные веснушки.. Сколько же ещё я переживу покушений на свою жизнь?.. С этим надо что-то делать.

Глава 2: Визит

Шесть утра. Почему-то я не могу просыпаться позже. Кажется, это называется "профессиональная деформация". И хоть профессией тут и не пахнет, но из-за школы позже вставать с постели я не умею. Суббота… Если любой нормальный человек может при желании превосходно заснуть обратно, то у меня не выходит. Не знаю почему.

Я приподнялся и поставил ноги на холодный пол. Вчерашняя рана дала о себе знать тупой болью. Солнечный свет из окон с лёгкостью пробивал хлипкие шторы. Прекрасное утро. Неделя учёбы прошла без особых напрягов, скоро каникулы, поэтому от неё я не устал. Однако инциденты "мистического характера" достаточно сильно напрягали. Я в жизни не бегал так много и так быстро.

С утра зубы я не чищу. Мне кажется, что перед завтраком это самая тупая идея, какая только может быть. Вкус еды становится настолько отвратительным, насколько возможно. Поэтому, прежде чем идти в курятник за яйцами для яичницы, я просто достал из пыльной банки пару сушеных гвоздик. Дед постоянно покупает их целыми упаковками. Говорит, что полезно для здоровья полости рта. И действительно, вкус такой ядрëный, что наверняка убивает всë живое, все бактерии. Причем не только вредные, но и свои – без разбора.

В целом, день мой проходил как обычно. Завтрак, зависание на радио, телек… Старик ушел к своим друзьям, а я на хозяйстве.

Пока слушал музыку с местной радиостанции, рука сама потянулась к тетради. Мне вдруг захотелось зарисовывать тварь, которая меня преследует. Поначалу выходило просто большое черное пятно (в рисовании я, буду честен, не силен). Позже я начал выводить этому существу лапы. Такие черные и мясистые. Есть ли у него когти? Почти наверняка. Как у монстра не может быть когтей? И вот уже спустя какое-то время я смотрел на силуэт гротескно жуткого медведя. Ничего удивительного. Я его никогда напрямую не видел, и слышал только рëв. Кто в природе умеет реветь? Правильно – медведи.

Мне не очень понравился получившийся рисунок, поэтому в конце своих трудов, когда все детали уже были подмечены, сделал самолётик. Надо выпустить его в окно. Но только стоило мне подойти к нему и потянуться к ручке, как я увидел следующее: небольшая группа детей по очереди подходила к нашему с дедом забору, словно примеряясь и собираясь перепрыгнуть его. И ладно, признаю, я склонен к странным вещам и могу допустить возможность того, что детвора делала это ради шутки. Но я простоял возле окна достаточно долго и увидел, как один из молокососов набирает разгон, с грохотом запрыгивает на металлическую пластину и хватается своими ручонками за края, видимо пытаясь перелезть.

Может потеряли что-то? Ну нет, в моём дворе ни одно мелкое человекоподобное существо не будет бродить без присмотра.

Когда я накинул старую спортивную кофту и вышел наружу, то не увидел никого в нашем дворе. А судя по ругани за забором – ничего у них не вышло. Хе-хе. Дистрофики.

Приблизившись к калитке, я высунулся на улицу, и обратился к детям (благо, рост позволял):

– Здарова.

Произнёс это достаточно громко и по-взрослому, так что детишки немного замялись. Ещё бы, небось сразу поняли, что я всё видел.

– З-здрасте.. – Ответил, судя по всему, глава их мелкой своры. Я оценил его пëструю шапку. Такая могла быть только у главаря.

– А вас из окна видно, вы тут уже полчаса трëтесь. – Детвора продолжала молчать.

– На забор прыгаете… Что-то потеряли? – решил я перейти сразу к делу.

– Н-ну, потеряли кое-что..

– И чë же?

Кучка стояла потупившись. И всё также молчала. Будто я спросил что-то из ряда вон.

Вдруг самый неприметный пацан в каких-то лохмотьях поднял взгляд и по-злобному посмотрел мне в глаза:

– Как тебя зовут?

Внезапный вопрос. Чего? Ему нужно моë имя? Он из налоговой? Или из полиции? Шпана с улицы моë имя требует, дожились.

– А тебе какое дело? – Я сощурился, словно тот пацан был неприятного вида букашкой.

– Ну, надо… – Отозвался заикающийся парень, который заговорил со мной первым и которого я посчитал за главного.

– Чë? Нахрена надо? – У меня кончалось терпение. Детей я люблю, но не тупых и не назойливых.

– Ну интересно ему, не видите? Нам тоже интересно. – Вступил в нашу непонятную игру другой пацан, белобрысый. Какой-то он был чересчур напористый. И вот уже оба из трёх смотрели на меня волчьим взглядом исподлобья.

– Вы прикалываетесь тут? Пранкеры что ли?

– Не-а. – Покачал головой долговязый парень в обносках, – Просто интересно узнать имя конченного дятла, который вчера на болоте ржал как придурошный.

Вот тебе раз. А они там каким числом? По идее вечер был, дети по домам сидят.. Рана снова отдала тупой болью, как будто наслаждаясь воспоминаниями о недавних событиях. Ещё и обозвали, как-то неприятно.

Моя гордость взыграла и я, скорчив надменную морду, на повышенных тонах ответил:

– Слыш, тебя дома мало бьют, дылда? Вали отсюда, пока глаза на жопу не натянул. – Это была моя сторожевая фраза. Я даже её перед зеркалом репетировал. При должной расстановке она должна внушать трепет к моей персоне.

– Ну как тебя звать-то? Скажи-скажи! – Видимо, теряя терпение, взмолился пацан, который заговорил первым.

Он трясся. Как будто от моего имени зависела его жизнь. Или как будто его морят голодом. Может, если я назовусь, парня наконец покормят?

Нет. Я им ничего не должен. Ничего не случится, если я отошлю их подальше, а в случае чего – просто уйду.

Так и сделал. Думаю, в деталях расписывать дальнейшую перепалку смысла нет, но матов я наговорил знатно. Даже как-то.. Не по себе стало, когда я наконец пошел в сторону дома, под улюлюканье странной шпаны. И все-таки..

Зачем им было нужно моё имя? Я открыл дверь и зашел в дом. Отвлечь мое внимание? Сбить с толку неожиданным вопросом? Разулся, разделся, зачем-то запер дверь и пошел наверх в свою комнату.

И тут мне вдруг подумалось – а вдруг это.. То самое? Ну, в смысле, морок или видение? Тогда я, в теории, должен был быть в незнакомом месте. Обычно так всегда и происходило: я забредаю куда-нибудь, где раньше не был, мне хорошо, и тут – бац! Я в плохом месте и мне плохо. Но сейчас я был дома. И никуда не выходил. Вообще. Только к калитке.

А вдруг.. Вдруг я всё ещё не вышел с болота? Как в тех фильмах, где по итогу все оказывается сном? Я сел за стол и начал уже всерьёз бояться, что вот-вот случится какой-нибудь ужас. Бред. Настоящий бред, такого не может быть. Стоит успокоиться. С другой стороны, пока ещё видения не длились так долго. А дети.. Это всего лишь дети. Они странные.

Грохот забора. Кто-то влетел в него на полной скорости. Ненавижу этот звук. Я облокотил голову на руки и просто в тупую смотрел на своё радио. Если игнорировать – они отстанут. Всё отстанет. Внутри дома я точно в безопасности.

Но никто и не думал отставать. Малолетние придурки продолжали долбиться в забор. И с каждым ударом всё чётче вырисовывалось понимание – им действительно нужен я. Иначе зачем они это делают? От скуки?

Вам небось смешно: Витя шпаны испугался. Детишки хулиганят, а он в комнате заперся и трясëтся. Возможно.. Возможно.. Но вы никогда не были на моём месте и даже представить не можете, какого это бояться перепутать иллюзии и реальность. Вся жизнь становится такой, как у старика с деменцией. Безвыходно лживой. И неизвестно как из этого выбраться и куда бежать.

Ладно, хорошо, признаю, отчасти это оправдание моей трусости, ибо, буду честен, я ни разу не пробивной и вовсе не лидер "впереди планеты всей". Однако… Когда такое происходит в самую пору немного поберечься, ведь так? Тем более у нас ещё и люди в последнее время пропадают. От мала до велика. Причем беспорядочно: то там, то сям.. Хотя… У нас они уже давно понемногу пропадают. Место такое.

Удар. Грохот. Удар. Грохот… Черт меня потянул посмотреть в окно. Они пялились прямо на меня. Как в самом универсальном фильме ужасов. Шутки со мной шутят? Мы поддерживали зрительный контакт пару секунд, пока напряжение не достигло пика. Я уже начинал читать про себя "Отче наш" и потянулся к кресту.

Но вдруг малолетние придурки начали пригибаться и со смеху держаться за животы. Сволочи. Смешно им. Развели меня как.. Да, небось действительно забавная картина – рослая детина белая как мел стоит в комнате на втором этаже и молится при виде грëбаных детей.

Первобытная ярость захлестнула меня тогда. Это мне не свойственно, обычно я довольно сдержанный (этим словом я люблю заменять слово "трусливый"), однако тут я загорелся. Ну получат у меня эти.. Черти.

Я отпер входную дверь и чуть ли не ногой выбил её.

– Эй, вы!

Подскочил к забору.

– Ублюдки, че вам тут надо, последний раз спрашиваю!

Дети стояли оскалившись. Но мне было все равно. Единственное чего мне правда хотелось, это чтобы мимо прошел кто-то из знакомых взрослых и остановил это.

– Имя! Имя! Имя! Скажи нам своё имя!

Не унимался ещё недавно заикающийся пацан.

– Скажи нам его, и мы уйдём.

Только я открыл рот чтобы выдать свежую порцию отборных оскорблений, как парень в обносках сказал то, отчего мне стало совсем не по себе.

– До поры..

И тут я выпалил то, о чём пожалел моментально:

– Витя! Виктор меня зовут! Свалите уже нахрен!

Вот черт. Я назвал им имя. И теперь… И что?..

– Витя.. Не хворай, Витя! – Как-то кровожадно ухмыльнулся один из наглецов.

– Бегом займись, что ли..

– Тебе будет полезно.

Они уходили, а я будто выпал в осадок. Подумать только. Даже не представлял, что трио пятиклассников способно с такой лёгкостью морально доминировать надо мной. И имя своё сказал… Послевкусие было не из приятных.

Ветер поднялся и нёс по пыльной улице запах дождя. Скоро польёт. Ну, главное, чтоб не сильно, а то радио хреново ловить будет. На заборе вмятина. Дети безбашенные, ей-богу. Будь у меня дрын какой-нибудь.. А толку? Я бы не хотел сесть за избиение этих..

– Идиот.

Послышался голос откуда-то из-за спины. Чего? Голос был женский.

Я обернулся и чуть не взвизгнул. Девушка. Рыжая. Та самая, из ловушки! Вот она – стоит, как настоящая. Два рыжих хвостика и длинная челка в виде штор качаются на ветру. Веснушки эти… Желание найти дрын крепло с каждой секундой. Но я решил сначала испытать судьбу и вступить в диалог:

– Э.. Э-э! А ты вообще?..

Вышло плохо. Я бы даже сказал катастрофично. Если это монстр – меня сейчас сожрут.

К счастью или к сожалению, девушка прошла мимо со скептической полуулыбкой, полностью проигнорировав мой четко структурированный вопрос. Она потянулась к калитке, как-то по-хозяйски открыла её и сделала шаг наружу.

– Эй, слышишь меня? Ты кто? – Собравшись с силами вновь выпалил я.

– А ты?

Вот тебе раз. Ну уж нет. Раз она убивать меня не собирается, можно и поотвоëвывать территории.

– Я был первым.

Она хитро прищурилась, наклонилась ближе ко мне, приставила руку ко рту и псевдо тихо сказала:

– Виктор.. – Обратившись ко мне по имени, она качнула головой и сделала паузу, – У меня принцип: я свои имена, в отличие от некоторых, всяким с улицы не называю!

– Всяким с улицы?! – Возмутился я, – Ты у меня во дворе! И я.. Э.. Мы встречались! Я тебя видел!

Девушка закрыла калитку и, перекинув ладонь с длинными пальцами, опять же, по-хозяйски, закрыла щеколду. Как будто делала это уже тысячу раз.

– Ну видел. И что? – Она посмотрела мне в глаза, а потом посмотрела куда-то вдаль, – А чтоб по двору не бродили, надо ещё и от леса забором ограждаться, а не только от улицы.

Сколько сериалов посмотрено, сколько книг прочитано – а всё без толку. Ведь рыжие волосы, веснушки и яркие голубые глаза – это же абсолютное клише. Все знают таких! Никогда бы не подумал, что так легко попадусь. Да я даже вчера таял от этого взгляда с пяти метров, а когда вблизи..

Эй! Отставить! Где же твоя гордость? Она всё слышала! Откуда-то из засады хихикала над тем, как тебя морально избивали малолетки. А вместо помощи тоже прошлась по тебе, как по тряпке для ног!

– Завтра же забор поставлю от всяких рыжих из леса! Понятно?!

Жалкая попытка. Она уже секунд десять назад помахала ручкой, изящной походкой пошагала куда-то в своих крутых джинсах и кофте с гигантским капюшоном, и даже не удостоила меня ответом. Но, тем не менее, она такая хвостом фьють-фьють, а я хотя бы показал, что якобы не повёлся. Молодец! Хотя о каком "молодце" тут может идти речь?.. Я испил из чаши позора до самого дна, в этом нет сомнений.

Посмотрел на землю, будто разыскивая осколки достоинства. Не нашёл. Домой. Надо домой.

Закрыл дверь. Ну и жесть. Зато никто теперь об забор башкой не бьётся. А ещё мне есть о чём подумать на целый ближайший день, если не год.

Поднялся на второй этаж. Комната. Заперся. Сел за стол и начал развлекать своего единственного домашнего питомца – радио. Помехи.. Музыка.. Слова.. Помехи.. Застучали капли по крыше, сильно, аж через наушники слышно.. Музыка.. Нечёткая, видимо сигнал из-за погоды портится.. А нет, это просто не докрутил..

У меня есть симпатичные одноклассницы. Честно. И они мне нравятся. Мой рассказ, к счастью, не пестрит отрицательными воспоминаниями о школе. И да, быть может я и неприметный, но это не потому, что меня задирают в школе. Вообще нет. Да и в становлении моей личности школа едва ли играет заметную роль.

Просто как-то.. Она прошла мимо. У меня все-таки есть занятия помимо неё. И когда я сказал про то, что у меня нет друзей, всё же немного преувеличил. Есть приятели. Не прям друзья до гроба, но просто люди, с которыми приятно провести серые школьные будни.

Часик покопался с радио. Позависал на "жужжалке" и понял, что на сегодня хватит. Как бы я не тащился по загадочности этой станции – вслушиваться в неё более пяти минут без повода мне было западло.

Лëг в кровать и уснул. Всё равно завтра воскресенье.

Воскресенье уже наступило? Я проснулся от того, что кто-то поднимался по лестнице. На улице темно. Всё также льёт дождь. Сразу же попытался вспомнить: а запер ли я входную дверь? А дверь комнаты? На это у меня память хоть куда, поэтому про облом с входной дверью я подумал моментально. Закрыл, но не запер… Оставалось лишь тихо надеяться, что по лестнице взбирается дед.

На улице царила мрачная атмосфера. Тьма непроглядная. Уже точно ночь, так ещё и ливень разошелся не на шутку. В комнате из-за этого тоже было ничего не видать. Громыхнуло. Ух, недобрый это знак..

От этой мысли я нервно сглотнул. А чем обороняться то? Светильником с тумбы? Да он поможет отбиться разве что от больной бабушки.. Стул? Пока найду, пока замахнусь.. Радио? Да хрен там. Сдохну, но не сломаю его об чью-нибудь тупую башку.

Шаги приблизились и повисла такая тишина, что я боялся громко думать. Два стука в дверь. Коротких. Дед так обычно не стучит… Стоп. Я не помню, как он стучит. Он вообще когда-нибудь стучит?

– Эй, Вить?.. – Как-то вкрадчиво начал из-за двери голос деда.

Сначала я спокойно выдохнул, но все равно насторожился. Однако, с другой стороны, он ведь от друзей, а что компания стариков предпочтёт делать для развлечения? Бухать, ясное дело. Дед Казимир точно был в стельку.

– Ась?

Я поднялся с постели и решил подойти к двери, чтобы включить свет. Да и вообще, что-то холодно, накинуть бы кофту со стула.

– Выходи давай, ужинать пойдём.

Вот тебе раз! Неужели купил чего? Блин, вот молодчага, я-то сегодня как-то тупанул и дома весь день проторчал. С таким дедом не пропадёшь.

Обратил внимание на часы, которые висели как раз рядом с выключателем. Пригляделся: три часа.

– Дед, какой ужинать? Три часа ночи.

Идти и что-то делать мне вообще не хотелось, как и есть. А ужин, это ведь дело такое: раз встал – накрывай. Обойдусь. Я решил вернуться в тёплую постель.

– Витька, а, Витька… – Натяжно пробурчал пьяный дед, – Хитрый ты жук!

Дедуля Казимир всегда меня раскусывал. Ничего удивительного, что это произошло и сейчас. А вообще странно… Чего это он собрался ужинать после посиделок с друзьями, которые длились весь день?

Я прилёг обратно на подушку, ожидая наступления тишины, как вдруг снова послышался голос.

– Вить!..

– Ну что такое?

– Витëчек.. Ну скажи дедуле своё настоящее имя…

Картина начала приобретать мрачные оттенки. Крайне мрачные. На улице опять громыхнуло. Обычно в стрессовых ситуациях не замечаешь таких живописных деталей, но тут гром шандарахнул в такт моему уходящему в пятки сердцу, поэтому и впился мне в память.

– Д-дед, ты чё?

Всё ещё тлела надежда, что это тупая шутка.

– Обманул меня, скотина! – На последнем слове был сделан акцент, и как будто сказав его, голос скрежетнул и изменился. Как на радио!

– Думал ты простой желторотик, а обвëл! Обвëл, гнилятина!

Голос начал реветь. Господи, ну почему я только не запер входную дверь?! Бежать? Да куда мне тут, блин, бежать?

Тем временем в дверь ударили. Щеколда подскочила, но не сдала рубеж. Ай да я! Отлично соорудил!

Глаза, привыкшие к темноте, стали различать предметы интерьера. Шкаф! Надо укрепляться!

Я начал как безумный скирдовать всё что можно возле двери, чтобы тварь, прикинувшаяся моим дедом, не смогла проникнуть внутрь. Попытался включить лампу – не вышло, электричества нет. Зараза!

– Зря ты не запер дверь, Витя.. Или как там тебя, по правде, кличут? – Не унимался голос за дверью. Не удивительно! Ему же надо делать перерывы между ударами, чтобы отдышаться.

Отвечать на нападки не было никакого желания. Такого ужаса я не испытывал никогда, ибо одно дело убегать от мерзотной твари по лесу, а другое – дома. Существо рычало, кряхтело и спустя пару секунд продолжило биться в дверь.

Видимо, рассвирепев от отсутствия ответа, нечто уже заверещало:

– Имя! Как нарекли тебя твои родичи, падаль?! Отвечай мне!

Имя-имя… Так я сказал всё как на духу ещё с утра! Знал бы, ни за что не говорил бы с тем хулиганьëм…

Было темно, но всё равно видно, какой беспорядок царил в комнате после необходимых передвижений. Ручки, карандаши, бумага… Одеяло упало с кровати, подушка завалилась куда-то: всё на нужды дверного фронта. Больше укрепляться было нечем. Даже стол пошел в бой (а радио я бережно переложил в уголок). От этого становилось как-то спокойно, ведь я сделал всё что мог. Когда чудище будет вываливать мои потроха на ковёр, я буду знать, что это почти не моя вина.

Грохот и треск раскалывающейся двери. Она долго не протянет. Держись, моя хорошая, до первых петухов ещё ждать и ждать…

– Скажи, скажи мне, уродец! Имя, имя, имя! – Тварь тяжело дышала. Баррикады хорошие. Знай наших! Но это всё равно не внушало надежд. Сейчас подышит немного, а потом опять биться начнёт.

– Язык проглотил, враль?!

– Да Витя я! Правда! Изыди, черт! Сгинь! – Не вынес. Может быть, стоило молчать или притаиться, но я больше не мог. А вдруг если вступить в диалог, оно не убьёт меня?

На миг всё стало тихо, как будто нечто действительно просто успокоилось и поверило мне. Но надежды на это не было, поэтому, когда клокочущий голос шипяще мне ответил, я не сильно удивился:

– Врешь, чертëныш! Всё врешь!

Вот так. Я вру, ага. Дело больше напоминало допрос только ради допроса. У меня создавалось ощущение, будто бы моё собственное имя мне было неизвестно.

– Уйди! Прочь из моего дома!

Наверное, с этого стоило бы начать. И вправду, мой дом – моя крепость. Нечисть, насколько я знаю, к этой теме весьма щепетильно относится. И вообще… А может я поэтому до сих пор и жив? В дом оно зайти смогло, потому что не заперто, а в мою комнату не может?

Снова послышался удар в дверь. Ну всё… Ещё раз, и мне конец. Однако последнего завершающего удара не последовало. Минута, две.. Ничего. Тихо.

Ну нет, в фильмах сколько было моментов, где главный герой беспричинно расслаблялся, а потом его ловили. Охотник никогда не бросает свою добычу просто так.

На ватных ногах я максимально тихо зашагал к окну. Все-таки это был всего лишь второй этаж, я без труда смогу спуститься вниз и.. Сомневаюсь в своей скорости и длительности бега, тем более по такому дождю, однако это лучше, чем сидеть в западне.

Подойдя к окну, я ожидал увидеть что угодно, но не это: передо мной было не моё окно. Какая-то старая деревянная рама, пыльное до ужаса стекло… Опять это. Уже даже у меня дома. И раз место дислокации снова поменялось, я приготовился к худшему и не прогадал. Обернувшись, не увидел своих баррикад, и только открытая настежь дверь зияла темнотой. И двумя мерзкими, тупыми, маленькими красными огоньками. Но их обладатель явно был неглуп.

Я хотел уже прыгнуть в окно, но меня настолько сковала паника, что показалось, что если меня сейчас быстренько убьют, то по итогу настрадаюсь меньше. Да и тем более оно закрыто. Я вешу не слишком много, чтобы с мясом выбить крепкую оконную раму.

Оно приблизилось. Все-таки это был не медведь, как мне недавно казалось. Грузный человекоподобный силуэт со скрипом шагал по деревянному полу. Надежды нет. Я не у себя дома, а это не комикс про супергероев, где помощь приходит в последний момент. И я бы с радостью написал, что-то в духе: "но вот вдруг…" или "как внезапно…" – но никто не пришел. И не собирался.

Сдавленный смешок вырвался из монстра, с которым мы наконец встретились лицом к лицу. Он вышел из тьмы, но, как мне казалось, был опутан ей как паутиной. Даже не знаю, с чем его сравнить. Я и сам его не слишком хорошо разглядел. Но тем не менее, его мокрая клочковатая шерсть, гадостная звериная вонь, как будто подбитая свисающая челюсть и мëртвый взгляд ярких красных глаз-бусинок были самыми видными чертами. Может быть, он ещё был в каких-то обмотках, может нет… Не помню и не хочу вспоминать.

Мне захотелось действовать только когда было уже поздно: тварь одним ударом ледяной склизкой лапы повалила меня на пол.

Тогда я искренне заверещал. Как будто бы крик мог что-то поменять. И конечно я полностью осознавал тщетность этого, но почему-то казалось, что если я потрачу как можно больше сил, то в случае пыток быстрее умру.

– Жутко тебе, брехло? Хе… – Бес встал надо мной, вытаращился мне прямо в душу и поставил руки в боки.

А я продолжал орать, как полоумный. План побыстрее испустить дух тогда казался мне самым разумным.

Может стоило его ударить, но… Он был больше и сильнее меня! Хотя на кой мне искать оправдания? Я просто струсил как настоящий лошара.

– Противный!.. – Существо с агрессией схватило меня за правую руку.

Я бы соврал, если бы сказал, что это не моя любимая рука. За правую руку я боролся как в последний раз и, хоть по итогу тварь ее сильно исцарапала, мне удалось вырвать конечность из его хватки. Но чëрт схватил меня за левую руку, и воспользовавшись явным силовым преимуществом, уже почти без проблем, поднёс ее к своей пасти. Подбитая челюсть неестественно быстро изогнулась в нужную сторону.

Всë произошло быстро. Я даже сразу и не понял, что мне откусили палец. Просто – щëлк, две секунды, и адское, мучительное чувство в ладони. Думаю, у всех в жизни, бывало, такое, что от боли немело всё тело целиком? У меня произошло то же самое, а из глаз брызнули слезы.

– Будешь знать..

Была ещё надежда, что чудище выплюнет откушенный перст, и если я останусь в живых, то мне смогут его пришить, но.. Видимо оно проглотило мой палец. Вот так, прям как закуску.

– Такая мямля уже давно бы сказала своё имя.. – Как-то надменно протянул бес, пока я извивался как червь на крючке и верещал под его ногами, – Если бы сама знала его..

Ого, какая здравая мысль! А почему так поздно? Неужели обязательно нужно было показательно меня калечить? В темноте я не увидел, какой именно палец был откушен, а моё мироощущение в целом притупилось, поэтому никакой конкретикой тогда не пахло.

Предположительно, я лишился безымянного пальца. Так много крови из меня ещё никогда не текло. Багровая жидкость, огибая мою грудь под одеждой, уже добралась до спины. Каждым своим движением я размазывал липкую лужу по пыльному полу…

– Гм.. Если так у нас не получится, то давай играть по-другому.. – Звериная вонь усилилась, когда чудище приблизило своё лицо ко мне, а на лоб из его пасти начала капать моя же кровь.

Я только вопросительно хмыкнул, стараясь вывести себя из шокового состояния. Оно не хочет меня убить… Что же ему тогда нужно?

– Ты скажешь мне другое имя. Не своё. И живи-гуляй… – монстр расплылся в неприятной гримасе. Мерзкая "тухлая" улыбка не вселяла ничего, кроме отвращения. А отвисающая после каждой реплики челюсть вызывала рвотный рефлекс.

Ну и что мне оставалось? Я сразу же закивал, лишь бы это существо покинуло меня. Мне даже не думалось, что всё может быть не так просто. Хотя на трезвую голову и ежу понятно – нечисть не отказывается от должников.

– Хорошо, парень.. Так, для разминки, скажи мне имя твоего какого-нибудь приятеля. – Улыбка, больше похожая на оскал, не спадала с морды существа. Даже наоборот, еще сильнее натягивалась на него.

Я с недоверием посмотрел на мучителя. Причинно-следственные связи выстроились моментально: с моим бедным приятелем произойдёт что-то сродни тому, через что сейчас приходилось пройти мне. Поэтому я решил сжульничать, чем черт не шутит?

– А.. Адольф.

Оказалось, что этим-то он как раз и не шутит. Я уже сорвал горло в крике. Монстр без предупреждения схватил мою любимую правую руку. Только не это.. Щëлк! Как шоколадка. Я не промахнулся насчёт левой руки. Безымянного пальца как не бывало. Ну теперь-то всё симметрично… Видимо в организме было достаточно адреналина, и мне уже было не настолько больно. Однако такое мерзкое чувство на душе невозможно заглушить адреналином. Надо было сразу выдать кого-нибудь из этих.. Вряд ли они бы раздумывали, прежде чем выдать меня!

Выбор пал на Гешку. Из всех моих немногочисленных приятелей, этот был самым неприятным.. Нет особой нужды его описывать. Единственное, что важно знать это то, что у меня с ним частенько были склоки, поэтому..

– Подумай ещё разок, только лучше. – Протянула тварь, словно растягивая свой триумф, – Хотя нет, пальцев-то ещё много, а я голодный с дороги..

– Г-генадий! – Все равно было как-то совестно, да и я так жалобно пискнул это, что волей-неволей пожалел.

– Это уже разговор.. Хе. – Он довольно заурчал, – Ты будешь плакать, когда я заберу его?

Я плакал уже сейчас. Почему-то, ему было недостаточно. И хоть я знал, что по Гешке тосковать не буду, всё равно закивал. Тогда меня не мучали вопросы морали и нравственности.

Черт бросил мою руку и отошел от меня, исчезая в дверном проëме. Напоследок он вновь повернулся на меня, отчего я испугался, что он вдруг передумал уходить, и бросил:

– На следующий раз подумай о ком-нибудь поважнее. Мелочь меня больше не интересует…

Он ушел. Наконец-то. А я отполз к стенке под окном, и принялся оглядывать свои руки в темноте. Два безымянных пальца.. Прощайте. Вы были славными ребятами… Перед правой рукой я испытывал особо сильное чувство вины – я мог спасти её. Мне и до этого совсем не нравилось имя "Адольф", но теперь я его просто ненавидел.

Только сейчас понял, что от кровопотери и усталости кружилась голова. Нехило так. Сил подняться на ноги у меня не было. Звать на помощь, надрывать и без того больное горло не было никакого смысла – когда я верещал до этого, никто же не пришел? Вот-вот.

Меня начало вырубать. Да-да, обвиняйте меня в слабости и отсутствии "стержня". Может быть для вас терять конечности – это обыденность, но для меня это было впервые. Да и кровь, вроде как, потихоньку начинала останавливаться, так что не так всё было страшно, чтобы бить тревогу (хотя кого я обманываю, бить тревогу нужно было несколько недель назад, как только это началось).

М-да. Смешно, но о вчерашней царапине я вспомнил именно сейчас. Она уже совсем и не болела, особенно на фоне.. Этого. С радостью поменял бы мои пальцы на пару десятков таких порезов. К слову, царапины на правой руке достаточно сильно зудели.. Опять подумалось про заражение.. Было бы глупо пережить такое, но после умереть от какой-нибудь инфекции.

Перед отключкой я пытался оторвать кусок мокрой от крови и пота футболки, чтобы хоть как-то хоть что-то перевязать, но не смог. Под приглушённый и слабеющий стук дождя я покинул сцену бытия и выпал за кулисы сознания.

Глава 3: Поход

– Ничего себе, мужик, и как она согласилась на танец с твоими-то пальцами? – Приятель был навязчивым. Иногда мне становилось не по себе от его дотошности.

– Вась, ты задрал уже, честное слово. Я ж тебе рассказывал про то, что они у меня не сразу.. Это самое…

– Отвалились? – Васи́лис (таким было его полное имя) хихикнул себе в руку.

– Не отвалились, а отсохли.

– Да помню-помню. Пришлось ещё у врача отрезать. – Васька понурился и наигранно надул губы, – Уже и пошутить нельзя.

С того самого случая прошло целое лето и месяц осени. Я поступил не туда куда хотел. Пришлось покинуть Полеград и оставить старика одного. Хотя стоит быть честным: дед сам выталкивал меня из гнезда обеими ногами. Он и был зачинщиком моей "веселой" поездки в другой город на сдачу экзаменов. Поступил в другой город. Далече… Может оно и к лучшему.

Мы с приятелем сидели на лавке возле бара. Он, естественно, был уже подшофе, а я пока продолжал блюсти принципы. Не думайте, что я святоша и что мне неизвестен вкус алкоголя, просто не люблю, когда что-то туманит сознание и замыливает мозги.

Своим взглядом мой друг-крепыш оглядывал окрестности в поисках чего-нибудь интересного. Когда трезвый – милейший человек, слова грубого не скажет, обходительный и спокойный, но вот стоит немного выпить – и Василиса не удержать. Этот амбал под два метра ростом только и делал, что искал приключения на свою голову.

– На завтра у нас что? – Не заприметив ни одной юбки, Вася откинулся на трухлявую лавку и положил руки за голову.

– Ну, борщ я доел уже, холодильник пуст. – Борщ был действительно ничего такой. Сосед умеет готовить.

– Да я не про это! – Приятель закатил глаза, – Тебе, Вить, лишь бы пожрать да на девок поглазеть.

О как. Дожили.

– Вась, тебе точно больше сегодня не наливаем.

– Ну нет у тебя духа приключений. – Кудрявый русый парень чуть не подскочил после этой фразы, – Завтра у нас только бесполезные лекции, а могли бы устроить замут какой-нибудь. Пятница!

Чего-чего, а "замуты" этот щëголь умело организовывал. Я благодарен Господу за то, что ещё жив после месяца с этой оторвой.

То этот гулëна врывался в разные комнаты общежития, чтобы найти нам компанию для похода в клуб, то срывался с учебы на шашлыки, то после выпивки начинал выяснять отношения с кавказцами этажом выше. А я не мог бросить этого придурка. Он хороший друг, мы с одного города, да и с такими ребятами всегда веселее.

– Чë молчишь? – Вырвал меня из размышлений голос Васи.

– Идей ноль, сказать нечего. – Скорее расположение духа было не лучшее. Не хотелось ровным счетом ничего.

– Ну ты даëшь.. Вот захомутает меня какая-нибудь бестия, как развлекать себя будешь? – Василис частенько грезил о том, чтобы его "захомутала" какая-нибудь "бестия". По мне – так на здоровье. Правда лиц женского пола он преимущественно бесил.

– Пусть сначала найдëтся такая "бестия", а там уж и подумаю.

Встал с лавки и потянулся. Холодало.

– Всё, харе прохлаждаться, пора в общагу, а то тут и заночуем. – Я жестом пригласил приятеля вслед за собой.

– Ладно-ладно, мужик. – Он энергично вскочил и начал показательно разминаться, – Но завтра никаких лекций!

Честно, на лекции идти мне и самому не хотелось. Многие лекторы обычно не отмечали отсутствующих, за что им, конечно, спасибо, но может и стоило бы. Тогда такие идиоты как мы с Васькой наверняка стали бы меньше прогуливать. Важность занятий, как это водится на первом курсе, всё ещё не казалась мне чем-то иллюзорным. От этого пропускать пары было как-то, говоря простым языком, стрëмно.

Не то чтобы мне не спалось в тот вечер, просто хотелось поделать что-нибудь такое, после чего прогуливать завтрашние занятия было бы не так совестно. Сел за стол, настроил свой старый-добрый аппарат на любимую радиостанцию, надел наушники, достал тетрадь, ручку, задачник.. И вперëд.

Василис уже храпел на своей кровати. Видимо таким образом готовясь к грядущему "замуту". Завтра опять подорвëтся ни свет ни заря, жаворонок… Ну ничего, пусть попытается меня разбудить. После переезда меня больше совсем не тянет вставать раньше десяти утра.

Комната у нас была не самая богатая, но мы не жаловались. Единственное, что действительно напрягало – деревянное окно, которое можно открыть только сверху. От этого в жаркие дни бывает тяжковато.

Сижу, решаю разнообразные примеры и задачи, всё как обычно. Лампа светит на стол, яркий свет немного слепит уставшие за день глаза. Обстановка успокаивающая. Даже подумывать начал о том, чтобы отойти ко сну.

И отошел бы, если бы радио не начало себя странно вести. Постепенно сигнал начал заменяться шипением без видимых на то причин. Конечно, я запереживал, этот прибор для меня гораздо больше чем просто железка. Если с ним что-нибудь случалось, я всегда тратил все возможные деньги на починку. Мы в ответе за тех, кого приручили.

Начал поправлять антенну – безрезультатно. Навязчивый попсовый мотив неумолимо заменялся помехами.

"И в чем дело?"– подумал я тогда, начиная подозревать проблемы на самой станции. Но, покрутив и повертев всё, что возможно, стало понятно: и на других привычных волнах был только белый шум. Отвлëкшись от всех дел, я начал разбираться в причинно-следственных связях данного явления. Потратил на это минут пять-десять. Предсказуемо безрезультатно.

В отчаянии хотел уже было снять наушники и отложить всë на завтра, но внезапно случилось нечто действительно неординарное.

Признаюсь честно, к тому моменту я уже успел отвыкнуть от подобного рода казусов, ведь ничего сверхъестественного со мной не происходило уже довольно давно.

Последним "приветом" от дьявольщины была отвратительного вида записка, ещё тогда всунутая к нам с дедом под дверь. Дословно не помню, да и написано было неразборчиво. Под дверь подложили предупреждение. Хотя оно больше походило на шквал оскорблений и угроз. Нечто сказало, что ещё вернëтся. Тогда я, конечно, испугался. Но спустя время, в городе, где такая куча других людей, я всё чаще думал: "Ну, пусть сначала найдёт… И пусть потом что-нибудь выкинет, ага…"

Ещё и старик нашел эту записку. Да каким-то таким смурным стал, что лучше бы она мне в затылок привязанная на кирпиче влетела. Не знаю, что он обо мне подумал, но явно не что-то хорошее.

И вот сейчас, среди густых помех, я начал различать тихий голос. Он, по ощущениям, принадлежал кому-то очень больному. И этот больной что-то повторял раз за разом. Только вот разобрать было невозможно. А потому пришлось покрепче прижать гарнитуру к ушам.

Я не сразу понял в чем дело. Но начал подозревать проделки мистических сил. И спустя время даже пожалел, что мысленно всё время дразнил дьявольщину сложностью моего обнаружения в связи с переездом.

Умнее всего было бы отключить радио, а завтра окропить его святой водой, но мне было обыкновенно интересно узнать, что хочет сказать пробивающийся сквозь белый шум голос. Поэтому я продолжал сосредоточенно вслушиваться в него, словно от этого зависела моя жизнь.

Но как бы я не старался, невнятный лепет был слишком далëким, чтобы мне удалось хоть что-то разобрать. Время шло, а я сидел… Сидел до тех пор, пока не услышал то, от чего задрожали мои колени – приближающийся вой. Тот самый отвратительный и такой знакомый. Он как пятно от жира, попал однажды в мою память, и больше не отмывается. Сразу же вспомнив тот ужасный вечер на том проклятом болоте, я трясущимися руками сбросил с головы гарнитуру.

Скинув наушники, рванул к розетке. Запнувшись, ударился об стол. Гарнитура неловко соскользнула с него, но прям перед полом повисла на вытянутом шнуре. Выткнул провод питания с такой скоростью, что древняя розетка едва ли не выскочила из стены.

Фух. Жуть. Опять это. Я схватился за голову и сполз вниз по стене. Проверять, идет ли звук в наушниках без питания мне сильно не хотелось. Хорошо, что Васька спал мертвым сном, а то бы я непременно подвергся допросу. Не хочу, чтобы кто-то знал.. Посмотрел на окно – занавешено. Так спокойнее.

Через минуту я уже сидел на своей кровати. Переоделся в то, в чем обычно сплю, сбросил носки. И подошел к выключателю настольной лампы. Хоть уже и не хотелось, но пора спать…

Лёг. Где-то у соседей тихо играла музыка, кто-то разговаривал. На улице изредка проезжали машины. Обстановка была спокойной и располагала ко сну. Это мне и нужно… Уйти в забытье и как можно скорее. Вообще, проблему надо решать. Нельзя игнорировать такое. Но тогда хотелось только закрыть глаза и представить, что ничего не случится и что этот инцидент не приведет к целой цепочке подобных пугающих событий.

Почему это происходит со мной? В темноте я протянул вверх руки, и посмотрел на те места, где раньше были безымянные пальцы. Чем я такое заслужил? Может это мне за то, что посты не соблюдал? Грешил? Все ведь грешат, так почему я? В моей жизни не было ничего выходящего за рамки.

Гул засыпающего города за окном пытался успокоить мои нервы. Кажется, где-то прогремел осенний гром. А у меня совершенно не было идей как бороться с нечистью, которая ко мне привязалась. Может быть, стоит всё-таки пойти в церковь? Не описывать там всё в красках, а спокойно и адекватно попросить благословения какого-нибудь, икону купить там… Или крестик побольше!

Я ворочался в кровати ещё неопределенное количество времени. Потихоньку рациональные мысли перешли в идеи об огнемëте, танке или взводе телохранителей. Хороший знак – я начинаю засыпать. И вот мои мысли ускоряются настолько, что не получается их осознать, как вдруг…

Три стука в дверь. Не сильно смелые, но отчётливые. Проснулся моментально. Думаю, что у меня были причины нехило присесть на одно место. Это может быть оно. А может и не быть. Как быть готовым ко всему? Самое логичное – не открывать.

За то, что сосед проснется и впустит кого бы то ни было вместо меня, бояться не приходилось: Вася дрых как богатырь. Его очень сложно привести в сознание, когда он напьётся и ляжет.

В дверь постучались ещё раз. Постояли некоторое время. Нервные мысли потихоньку отходили. Не было в этих стуках агрессии, да и шестое чувство ничего не подсказывало. Но я все равно был на стрëме и не поддавался.

Спустя время к двери прислонились и заговорили:

– Витя!.. Виктор!..

Голос принадлежал моей знакомой. Она жила на том же этаже через дверь от нашей с Васей комнаты. Такая сумбурная и вздорная девушка… Но, признаться честно, её хулиганский образ бунтарки действительно привлекал внимание. Её имя, к слову, вылетело у меня из головы. Удивительно, что я голос так хорошо запомнил. Кто-то назовет это цинизмом, но когда я прикидываю, что с той или иной девушкой у меня маловато шансов, то зачастую не сильно запоминаю детали о её персоне.

Просто она слишком, ну не знаю, отвязная для меня. И хоть мы с Васей частенько ходим по барам, ввязываемся во всякие небольшие авантюры, наша "отвязность" все равно меркнет на фоне этой девушки. Мы в море отвязности – маленький баркас, который отплывает не слишком далеко от берега. Она же была на уровне фрегата, выходящего из порта в самый шторм.

В любом случае, хоть её ночной визит меня не на шутку заинтриговал, но я всё ещё ожидал подлости. Однажды тварь уже пыталась меня наколоть трюком с дедом. Тогда я не купился, не куплюсь и сейчас. Как минимум в этот раз нас целое общежитие! Посмотрим, как оно будет выламывать дверь посреди ночи, когда вокруг столько людей.

– Витя!.. Пять минут назад свет горел! Ты же не спишь ещё. Пожалуйста!

Вот тебе раз. Она пять минут назад меня проверяла? С чего бы? А может правда нужна помощь? Насколько я могу знать, у неё не сильно много друзей. С кем бы я её не видел, она с каждым ругалась. Но что могло случиться вообще такого? Может поговорить через дверь? А если начнёт напрашиваться внутрь или выманивать наружу, то притвориться пьяным? Хе, ну это глупости из разряда индийского кино. Ну или аниме.

Нет. Моя позиция труса тверда как скала – молчать и не подавать виду. Моя хата с краю – ничего не знаю. Словно услышав мои мысли, девушка будто бы топнула и как-то обиженно сказала:

– Ну и ладно!

И ушла. Чувство такое себе. Как будто сделал не тот выбор в игре и теперь выхожу на плохую концовку. Потянуло все-таки открыть дверь и броситься ей вслед, но.. Это всё ещё мог быть очень хороший трюк. "Снимаю шляпу, мистер чëрт." – подумал я, укутываясь одеялом. Пытаясь вернуть мысли об огнемëтах и танках, я старался игнорировать мимолетные воспоминания о миловидном личике этой дерзкой девчонки и о её крутом угольно-чёрном каре.

С утра пораньше меня попытался разбудить Василис. Он был бодр, словно пропуск лекций заряжал его внутреннюю батарею. Я же наоборот… У друга ничего не вышло, и я продолжил валяться на кровати уже под шуршание и его разговоры по телефону. Судя по всему, он уже решил, чем мы займёмся. Я пытался сквозь сон все-таки услышать, что он там напланировал, но в его речи не было конкретных упоминаний.

Вася вышел из комнаты. Наверное, в душ. Или ещё зачем-то. От этого я совсем расслабился и спал где-то до двенадцати. После мы созвонились и назначили встречу в местной забегаловке. Как раз позавтрако-обедаем, да обсудим план.

Опуская все интимные подробности моих вялых сборов, можно подметить только одну интересную деталь: когда я проходил мимо комнаты соседки, там играла музыка. Не знаю, почему я это запомнил, опять же, наверное, просто интересное наблюдение. Она что, не пошла на пары? Наверное. Постучаться и спросить духа не хватило. Наверное… Да и.. Как-то повода не нашлось. Как я буду выглядеть, завязав разговор без повода?

А хотя она выглядела не лучше, стучась посреди ночи. Думаю, что это все-таки была она, а не гребаный демон из деревни. Нет ничего зазорного в том, чтобы по-соседски поинтересоваться делами у… Другого соседа! Но подумал я об этом уже выходя из общежития. Да все-таки девушка могла просто случайно не выключить проигрыватель перед уходом.

Гром, который было слышно ночью, видимо миновал наш город. Оно и к лучшему. Солнце выходило из-за туч, а на тарелке красовалось пюре и котлета. Стоящий рядом салат прекрасно дополнял картину. И хоть безымянные пальцы никогда не принимали активное участие в держании столовых приборов, их отсутствие всё ещё создавало неудобство. Тем не менее, я уже по кусочку начал отправлять завтрако-обед в пункт назначения. На половине этого действа, меня всё же отвлëк друг, сидящий напротив. По его виду можно было сказать, что он волнуется.

– Мы идём в поход. – приступив сразу к делу, выпалил Василис. Я уважал его способность говорить прямо и по делу, но после этих слов повисло неловкое молчание, во время которого я смерял друга презрительным взглядом.

– В поход? А меня чего не спросил? – колко ответил я, прекрасно зная от чего. Ему известно, что эти дурацкие походы мне ненавистны.

– Ну.. Ты спал, не хотел тебя будить. – Вася скорчил до того невинное личико, что даже опытный менталист его бы не раскусил.

– Ты ж знаешь, как я..

– Да знаю-знаю. Но ты послушай! – Василис наклонился поближе, и сделал голос потише, – Помнишь, я рассказывал тебе про ту дылду со спортивного факультета?

Заинтересованно кивнул. Про дылду со спортивного факультета я решительно ничего не помнил, но отвлекать товарища не хотел. И хоть итоговая мысль была ещё неясна, мне начало нравиться то, к чему он клонит. Всеми силами хотелось верить, что он сейчас не обломает это каким-нибудь бредом.

– Так вот, она как раз собиралась с подругами в поход! – глаза Васьки буквально горели. Наверное, мои тоже. Уж очень мы с этим прохиндеем похожи тем, что падки на девчонок. Наверное, как и все нормальные парни.

– Так. Здорово. – полушепотом отцедил я в ответ. Мне не хотелось перебивать друга, хотелось, чтобы он продолжал.

– Ну вот, я добазарился и мы в теме, как-то так. – сосед откинулся обратно на спинку стула, видимо думая, что мне хватит уже полученных сведений. Или он хотел дать мне время осознать этот факт, или же он просто дразнил меня.

Сам того не желая, я возмутился:

– В смысле "как-то так"? А как же детали? Когда мы едем? Куда едем? Сколько у неё подруг? Красивые у неё подруги? И надолго мы едем?..

Это сейчас может быть забавно то, как я загорелся в тот момент, но тогда я был на пике серьёзности. До сих пор считаю, что вполне обоснованно. Именно в таких ситуациях и создаются те истории, которые не стыдно рассказать в компании спустя много лет. Или, ещё лучше, начать рассказывать своим детям и не закончить, ссылаясь на то, что "вот будет вам восемнадцать, тогда напомните". Короче, выходные обещали быть интересными.

Правда я так до конца и не понял, какой нам был смысл прогуливать лекции, если мы отправлялись рано утром в субботу… Но Василис сказал, что так надо. Ладно, пусть это будет нашей ценой за поход. Теперь мне было не жалко.

Товарищ рассказал мне всё, что знал о составе компании, которой мы поедем в лес, а после мы разошлись. Меня он отправил собирать вещи, предупредив, что ближе к вечеру мы пойдём по магазинам за всякой всячиной. У меня были небольшие сбережения, которые, к моему великому удивлению, было не слишком жалко тратить. По такому-то поводу!

Сам Василис в очередной раз поразил меня своей дружеской верностью. Этот наивный отправился звать на "дело" своего старого приятеля, ещё из школы, который жил и учился неподалёку. Кирилл, кажется… В живую мы виделись пару раз, и каждый из пары раз он создавал неблагополучное ощущение. Повторюсь, мы с Василисом ходили по барам. Василис пил. Но то, как пил его приятель, вгоняло меня в ужас. Да и Ваську тоже. Если Вася был в этом деле небольшой домашней винодельней, то Кирилл представлял собой огроменный ликёро-водочный завод с филиалами по всему миру. Тем не менее, мой сосед не бросал старого приятеля. Это было, не знаю, достойно восхищения, хоть этому алкашу и не сильно нужна была такая поддержка. Он был не компанейским, особо ничего не рассказывал. Так ещё и курил как паровоз непонятно что…

Я пытался переубедить друга, однако быстро сдался, в очередной раз наткнувшись на истории о том, что Кирилл, вообще-то, нормальный парень, просто мы с ним ещё мало знакомы. Вот в школе…

Махнул рукой и отпустил этого благоверного с Богом. Пусть так. Будет в нашем походе антигерой, почему нет? Опять же, называйте меня циником, но "страшная подружка" в нашей делегации мужчин была очень кстати. Хотя, может, его крутость, наоборот, нас погубит… Кто знает?

Солнце светило очень ярко, и я уже жалел, что тучи куда-то рассеялись. В детстве я больше любил холод. Мне нравилась зима, метели.. Было классно идти в школу по темноте, сквозь сугробы, укутанным в толстый тулуп, с шарфом, закрывающим лицо. И хоть, когда учился в школе я этого не понимал, воспоминания были красивыми. Как минимум, это была часть жизни, которую нужно было пройти.

И если бы я знал заранее, то проходил бы нынешнюю часть жизни по другой улице. По времени у нас как раз недавно закончилась первая лекция, поэтому, в принципе, с моим везением, можно было предугадать появление идущего на встречу Георгия Сергеевича.

Георгий Сергеевич Котов – наш с Васей преподаватель философии. Мы никогда не понимали, зачем нам в нашей специальности философия, и этот замечательный человек был с нами солидарен, отчего не сильно нас мучил. Но справедливости ради, стоит отметить, что материал он нам действительно давал по всем стандартам. На лекциях всегда было довольно интересно, и на каждую тему у Георгия Сергеевича находилась какая-нибудь история из жизни.

Это был мой самый любимый преподаватель, и мне в самую последнюю очередь хотелось, чтобы он меня заметил. Но он заметил.. Иначе и быть не могло.

Немного худощавый высокий мужчина переместил вектор направления прямо ко мне, и когда до столкновения осталось около двадцати сантиметров, он сложил руки на груди и сказал:

– Громов – Н.

"Н" – значит не был. Не думаю, что Котов специально вернëтся в ВУЗ, откроет журнал и влепит мне "Н". Но он точно может мне это припомнить.

– Георгий Сергеевич, здравствуйте… – у меня было полное право смутиться. Вот перед кем перед кем, а перед ним мне действительно было стыдно за пропуски.

– Здравствуй-здравствуй, Витя. Чего прогуливаем? – взгляд зрелого мужчины лет сорока пяти было сложно прочитать. Особенно за очками. Но в голосе не слышалось какой-нибудь сильной строгости. Наоборот, разговор приобретал неофициальные черты.

– Да, понимаете… Э-э… – я не мог врать этому человеку. Хоть и пытался что-нибудь придумать, но не мог. Уже хотел было рассказать наполеоновский план Василиса про поход и девчонок, чтобы как-то разрядить обстановку, но преподаватель меня опередил.

– Да понимаю. Пятница. Сегодня наверняка только лекции и на них не отмечают.

Я кивнул и посмотрел в пол. Поскорее бы он меня отпустил.. А вообще, приятно, что он запомнил мою фамилию и даже имя. Не помню, чтобы я сильно чем-то выделялся. Восхищают люди с хорошей памятью на такие вещи.

– А друг твой где? Прячется?

Хотя, может, он запомнил меня именно из-за Васи. Моего обормота сложно забыть, особенно тем, кто сильно старается.

– Да его, громадину такую, и не спрячешь нормально. – я неловко улыбнулся и поднял голову, отвоевывая потерянную инициативу в беседе.

– И то верно.. Ладно, гуляй. Но смотри! – Котов поднял палец вверх в поучительном жесте, – Больше не попадайся.

– Понял-понял.. Хорошего дня, Георгий Сергеевич!

– Ага, и тебе не хворать.

И он ушёл. Вот так да. Ну, всё обошлось, переживать больше не о чем. Хорошо, что на свете есть добрые люди. Что бы мы без них делали?

Пока со мной ещё раз не случилась какая-нибудь судьбоносная встреча, я поспешил в общежитие. Надо было собрать пожитки нужные в походе и ждать дальнейших указаний от Васи.

Глава 4: Знакомство

Поздний вечер. Мы с Василисом то ли от переживаний, то ли от разгильдяйства, ещё не спали. Стоило уже давно укутаться в одеяло, но я просто обязан был одолеть подлеца в шахматах. Обязан был, но не свезло. Чем больше желаешь победы – тем сложнее ее получить.

Для меня партия оказалась только пустой тратой времени и энергетических ресурсов. Поэтому, с чувством полного поражения, я сразу же отправился в кровать, как будто спешка могла бы помочь мне наверстать три с половиной часа упущенного сна.

Удрученный троекратным поражением, а также тем фактом, что выспаться не удастся, я переваливался с бока на бок и нервничал. Очень нервничал.

Симона (та самая дылда с физкультурного, про которую мне когда-то давно ведал товарищ) сказала Василису, что у них уже есть две трёхместных палатки и всякие нужные в походе штуки, поэтому с нас полагались только еда, вода, и что-то типа аптечки.

Чтобы нам было проще, Васька привел «на подмогу» третьего мушкетера в лице Кирилла. Лучше бы он этого не делал, потому что помощи от школьного приятеля было как с козла молока, ей-богу.

Стоит признаться, что Кирилл в тот вечер разжился презрением с моей стороны по тарифу «три в одном». Причем до этого рандеву в магазине продуктов он меня просто раздражал, а теперь, когда перспектива существования данного индивида в нашем походе становилась всё реальнее с каждой секундой… Оказывается, моя добрая и миролюбивая натура всё-таки имеет границы – очень-очень явные.

Нет, я не расценивал его как конкурента (ладно, расценивал), просто в нем меня стало бесить вообще всё. Начиная с его инфантильного поведения и заканчивая тем, что он уже начал портить нам даже не начатый отдых своим нытьем и дурацкими идеями. Пока мы с Васькой думали, что нам лучше взять, как сподручнее поступить – этот олух все зудел. «Могли бы и без меня закупиться, на кой хер я тут торчу с вами» – дословно. Не кинулся на него с кулаками только потому, что с мыслью оказался полностью согласен. Выбора не осталось, я начал игнорировать, а Васька устал успокаивать это существо. Видя отсутствие результата, оно ушло. Как жаль, что не навсегда.

Деловито подкатив к нам целую тележку алкоголя, Кирилл громогласно заявил: «Девчонок надо напоить – тогда и дело в шляпе». Этот тезис окончательно уничтожил все надежды на то, что алко-герой будет сидеть и не отсвечивать, как всегда, делал при наших прошлых встречах. Разве можно поверить, что такой тип просто захочет провести время со школьным другом на природе? Он ехал в поход с самыми темными мыслишками.

Очевидно, в конце концов, мы оказались по разные стороны баррикад, а Васька сделался коллаборантом.

Я бы вообще не брал в поход алкоголь, а вот мой «друг» сказал, что ему нужна будет подзарядка – для смелости. Умно отмазался. Увы, было слишком сложно доказать, что его просто подкупила фраза «дело в шляпе».

Клянусь, если бы я лично был знаком с Симоной, то приполз бы к ней на коленях, чтобы она запретила Кириллу ехать, или хотя бы брать спиртное. По идее, раз она с физкультурного, то пить не будет. Спортсменка же. Надеюсь что её подруги тоже. Вот будет славно, если Кирюшкин план накроется медным тазом.

В отличие от гадкой парочки, мне было интересно просто пообщаться с девочками. За все школьные годы я никого не интересовал, да и мне особо никто не нравился. Только Патрисия Каас, и то немножко. Может проблема в том, что я их боялся?

Не хотелось облажаться. Хотелось весело провести время и, может, завязать какую-нибудь дружбу. Ну, если девочки хорошие. И если захотят… Хотя как тут не захотеть? Я вроде не рябой, не косой, а такой как надо.

Только начал засыпать, тревожные мысли отошли на второй план… Мне вспоминался красивый лес, вокруг озера… Прекрасное место, такое далекое от цивилизации. Волшебное место. Место, где я чуть не умер.

От неожиданного осознания, сердце ушло в пятки. И нет оправдания моей наивной беспечности: от предвкушения я совсем забыл о том, что был совершенно не простым мальчиком. Я был мальчиком особенным. Вернее, с особенностью. Только вчера дрожал под одеялом из-за ночного визита соседки, а сегодня с утра уже всё позабыл.

Видимо, сказывалось время, которое прошло после моего первого знакомства с нечистью. Может быть, сыграла роль глупая и детская надежда на то, что всё рассосется само собой. Хотелось психануть и забыть. Просто оставить это, как смутный мрачный эпизод моей долгой и спокойной жизни.

Вот бы эта история была про самый обычный поход, про то, как мы все будем петь песни возле костра, жарить шашлык… Может быть в озере купаться! Наверное, такой рассказ был бы даже интереснее. И никакой опасности, никаких кошмаров, никакой крови. Никаких горящих красных глаз из угла нашей комнаты!

Я хорошо помнил, что это были поставленные Васькой на зарядник рации. Две штуки. Но спросонья все равно напугался.

Закономерный вопрос: как поступить? Здраво будет остаться дома, без приключений на одно место. Да и ребят опасности не придется подвергать (если не брать во внимание то, что я оставляю с ними Кирилла). Так и останусь один до конца жизни. Буду от всего бегать. Зато никто не умрет, возможно даже гарантированно.

Есть ещё другой вариант: я просто пойду в поход, надеясь, что меня пронесет. Шансы есть – ему нужно время, чтобы до меня добраться. А когда ещё мне жить? Стать отшельником и бояться каждого шороха? А какой мне смысл от этого всего? Особенно учитывая, что оно гонится за мной не для умерщвления. Оно требует имена.

Имена… Кого я готов отдать ему, если опять припрет? Ваську – ни за что в жизни. Кирилла, как и любого моего одногруппника, думаю нечистый не примет… Котов?

Да. Как бы это низко не звучало, но, если паскуда меня снова настигнет, я отдам ему своего преподавателя. Потерю ещё каких-либо пальцев просто не переживу. Оправдываться за это не буду.

Хотя это я сейчас такой уверенный. Смогу ли я на деле проявить такое хладнокровие? Вопрос хороший.

– Что втыкаешь?

Василис взял на себя главенствующую роль в наших сборах. Как прораб на складе, он чуть ли не письменно фиксировал всё, что мы собрали. А я и не против.

– Просто не выспался… – только часть правды. Знаю, что сейчас Вася начнет налегать.

– Что случилось? Не хочешь ехать?

Снова он, этот удар в направление корня проблемы. Мой друг всегда чувствовал, когда что-то было не так.

– Я не знаю, Вась…

– Да ну, это из-за похода в лес? Волков боишься? – Он многозначительно улыбнулся, явно намекая на девчонок.

Если бы только товарищ знал, что моя нелюбовь к походам произрастает совершенно не из страха перед «волками».

– Я тоже боюсь. – Васька сел на кровать рядом со мной, некоторое время помолчал, а потом продолжил, – Ну а как я там без тебя? Всё буду думать, как друга тут одного оставил, а сам уехал в лес кутить с красотками.

На последнем слове он как будто сделал акцент, видимо надеясь, что я сразу соглашусь. Решил парировать это ядовитой иронией:

– У тебя Кирюха, вон, будет, а я как раз не буду вам мешать красоток опаивать да свои «шляпные» дела проворачивать.

Васька подкатил глаза и задумчиво посмотрел куда-то вдаль:

– Да ну тебя… Вечно ты зудишь на него, как будто ревнуешь.

– Вот так раз. – удивился я, – Значит я просто поводы придумываю? А ничего, что он вчера вообще ничего полезного не сделал, кроме нытья?

– Нытья? Это ты про то, когда он возмущался, что вместе с нами продукты покупает?

Я кивнул.

– А ничего, что он хотел пойти аптечку собрать, а ты его не пустил, потому что это типа «сложно»?

– Это не «типа сложно» было что ли? Он разве сам справился бы?

Но друг не ответил на вопрос, а только деловито посмотрел на наручные часы.

– Все, бери вещи, и погнали на улицу. За нами с минуту на минуту приедут.

Вот и наступил этот момент. Ехать решительно не хотелось. С самого пробуждения чувствовалось то, что я поступаю неправильно. Надо было рассказать Василису раньше. Надо было не переживать по поводу его реакции, а просто предостеречь. Сейчас это признание будет выглядеть как детский лепет, попытка обмануть. Или Васька вообще подумает, что это из-за Кирилла. Почему я вообще допустил такую ситуацию?

Слишком много знаков было: наш недавний разговор про безымянные пальцы, радио… А я как идиот продолжал плыть по течению, как будто ничего не мог сделать до этого. Ведь мог же, блин!

С улицы неожиданно донеслись гудки автомобиля – три штуки. Короткие и пронзительные – это за нами.

– С пунктуальностью мы пролетаем…

Васька, раздосадованный этим фактом, помахал в окно и схватил портфель.

– Давай-давай-давай, ну че ты как маленький!

И действительно, быть маленьким – ощущение не из лучших. Я послушно схватил старый рюкзак. Но на секунду задумался, глядя на свое радио. Доведется ли мне ещё раз подрейфовать в эфире?

– Вась, я не могу, мне нельзя. – последняя попытка, последний шанс.

– А ну, сука, возьми себя в руки и не ломайся, я без тебя никуда не поеду, а если так случится… – Васька угрожающе вскинул кулак, – Я тебе все зубы посчитаю, понятно?

Грозно. С другой стороны, пусть лучше мы подеремся, чем его сожрут в лесу. Или девочек. Или Котова.

– Всё, едь без меня!

Ещё гудки автомобиля. Они там прям торопятся? Лес убегает? Конец света что ли? Как бы там ни было, на покрасневшего от гнева Васю сигнал повлиял как на быка.

Синяки, ушибленное ухо, зудящие от стычки конечности – так меня отблагодарил Васька за то, что я попытался его спасти. На ринге двое: Алеша Попович и Виктор по прозвищу «Нежный Бешамель». Бой неравный, разные весовые категории. В его руках я был как принцесса из башни. Только в отличие от принцессы мне башню сносили.

Несмотря на раннее утро, некоторые соседи пооткрывали дверки своих норок на звук ругани. Хлеба и зрелищ! Была и та девушка, которая навещала нашу с товарищем обитель прошлой ночью. Её можно было опознать по каре даже сквозь кулак Васьки. Видимо, она опять не спала всю ночь.

Не сильно заприметил, но кажется она уже порывалась нас разнять, однако насильник, в силу плотного телесного контакта, рявкнул мне прямо на ухо: «Карина, уйди!». Неужели из всех зевак только она была готова броситься мне на помощь? Человечество…

Отдаю должное – дабы не опорочить мою честь перед новыми знакомыми, до того как открыть дверь, друг поставил меня на ноги. И сказал что-то в духе «теперь сам». Бежать? Сил нет. Богатырь как будто занимал весь тамбур, перекрывая путь внутрь. Если вас съели всегда есть два пути, а у меня был только один – наружу.

Скрип двери и утренняя свежесть, чпокнув заполнила вакуум в груди. Понимание, что убежать уже точно не выйдет, пришло моментально: белая «Нива» слепила меня фарами. Прям под дверь заехали, вот заботливые, блин.

– На. – мой рюкзак грубо пихнули прямо в грудь.

– Спасибо..

Подошли к машине. Васька закинул рюкзак в багажник. Последовав его примеру, заглянул внутрь: три силуэта, женские. Пути назад нет. Приключение начинается.

– Приключение начинается! – Васька быстро переключил режим «Заботливый друг 3000» на «Так себе шутник».

– И тебе привет. – плечистая женщина за рулём не разделила его энтузиазм, в ее голосе читалось раздражение от нашей пунктуальности.

Видимо, лес реально убегал, пока мы здесь прохлаждались. Надеюсь, что убегал он очень быстро…

– Прыгайте на заднее сидение. – другая девушка, стройная и с хитрыми стрелками, вышла из машины и пригнула сидение, чтобы мы смогли пробраться. Неужели было так сложно сделать этой машине ещё и задние двери?

– Витя посередине. – отчеканил мой «друг».

– Сам посеред… – окончил на полуслове, потому что увидел, с кем придется сидеть рядом.

Сзади уже ютилась миниатюрная девочка. Я на одно мгновение подумал, что это чья-то младшая сестрёнка, но, когда вгляделся в полумрак «Нивы» понял, что это наша сверстница. Красивая.

– Окей. – мне удалось быстро сориентироваться. Быстрее, чем кое-кому.

По лицу Васьки стало понятно, что он тоже уже всё увидел и жалеет о содеянном. Правильно – обычно, место предателей на девятом кругу ада, а у нас оно будет сбоку, у окошка.

Тронулись и поехали. Васька дулся недолго, начал знакомиться с остальными членами нашей команды. Как я понял, за рулем была та самая Симона. Остальные девочки тоже представились: хитрые стрелки – Серафима, миниатюрная девочка в очках – Агния. Подходит. Как будто родители намеренно подобрали имена под их образы. Или они подобрали свои образы под имена? Василис представил меня, и я сразу же задумался: интересно, а мой образ соответствует имени Виктор?

Хоть товарищ и выбил из меня весь сон, в теплой тесноте дрёма потихоньку возвращалась. Не хотелось что-то говорить, о чём-то рассказывать. Потом поболтаем со всеми. Агния и Серафима были со мной солидарны, только Симона о чём-то переговаривалась с моим увальнем. Спрашивала дорогу к Кирюхе.

Кирюха… Хоть бы не вышел. Хоть бы без него.

Вышел. Причем заранее. И мерзавец выглядел настолько свежо, будто из фильма. Курил сигарету, сидел на лавке возле крыльца и задумчиво смерял даль волевым взглядом. Алкашина, тьфу.

Как только Серафима открыла дверь, неприятель заглянул в салон и поздоровался:

– Привет всем! – голливудская улыбка..

– Здарова! – отозвался Вася. Как-то слишком приветливо для того, кто пятнадцать минут назад чуть ли не вывел меня из работоспособного состояния…

– Привет, Кирилл. – ответила наша капитанша и тут же добавила, – Если что, в машине не кури.

Остальные, кто не подал голос, просто кивнули.

– Даже и не думал, шеф. – он умудрился отвесить реверанс, пока шел к багажнику. Бутылки не гремели. Видимо потому, что были пластиковыми…

Когда новый пассажир расправился с багажом и решил занять место согласно купленному билету, то попытался отжать Васино, возле окошка, но тот ему этого не дал. На мое же он даже не претендовал. У Кири остался только один вариант – между мной и Василисом. Теперь придется непонятно сколько ютиться бок о бок с этим гадом… Радует, правда, что по другой бок от меня Агния.

Такая скромная. Типичная отличница-заучка. Красивая. И без того большие глаза через увеличивающие очки выглядели очень мило. Девушка была похожа на котенка. Аккуратненький носик, четкие контуры лица – бери кисть и рисуй картину.

Увы, разговор лично с ней завязывать было страшно, особенно учитывая, что после второго знакомства – персонально для Кирилла, – все молчали в тряпочку, как бы Василис не пытался встрясти толпу. Видимо его нарочито активный подход их пока не привлек.

Симона, хоть и отвечала на фразы Васи, но больше следила за дорогой. Несмотря на то, что в силу специальности она являлась довольно крупной и не в моем вкусе, тяжело было игнорировать её правильное лицо и стиль. Интересно, где она взяла такую классную кожаную куртку под свой размер? Может перевестись к ним? Подкачаюсь!

Серафима же была видна из моего положения лучше, чем наша капитанша. Ее образ был строгим и лаконично давал понять – перед тобой хищница. Ну или она хотела, чтобы образ об этом говорил. Не знаю… Стрелки точно были хитрыми. Очень уж хитрыми, даже сбоку.

Больше всех мне понравилась Агния. Надо будет себя показать с хорошей стороны.

А ещё стоит быть предельно осторожным. Оказавшись в цветнике, я чуть успокоился и расслабился. Моя глупость может стоить им жизни. Всем им, и мне в том числе.

Чтобы остановить эти мысли, я, неожиданно для себя спросил:

– Девочки, а вы все на физкультурном направлении учитесь?

Как будто на низком старте, Серафима сразу же ответила:

– Ещё бы. Агния такую штангу тягает, ты бы знал.

Васька подхалимски прыснул. Его плечи подпрыгнули, подбрасывая обмякшего Кирилла, который пытался задремать, опершись на товарища. «Долгая ночь, приятель?» – высокомерно отцедил я у себя в мыслях, стараясь игнорировать столь ироничный ответ на заданный вопрос.

– Да, ещё и прыгает на три метра с места. – подхватила Симона.

И кэп туда же… Вроде и беззлобно, но как-то все равно обидно.

– Агния, это правда? – Киря приоткрыл один глаз и посмотрел на мою соседку. Кулаки сжались.

– Неправда… – её нежный голосок резонировал в моей черепной коробке. Из-за этого вопроса хотелось вызвать Кирилла на дуэль.

– Конечно неправда, мы с ней из политеха. А Мона – наш телохранитель. – Серафима повернулась в нашу сторону, стреляя прищуром то на Кирилла, то на меня.

Мона – это, значит, так друзья коротко называют капитаншу. Понятно… Прямо как Мона Лиза.

– Мона? Прямо как Мона Лиза! – Вася читал мои мысли. Если бы я любил озвучивать такую стыдобу вслух, его телепатия стала бы проблемой, – Звучит круто.

Только Агния мило улыбнулась. Возможно, девочки спереди тоже улыбнулись, но вряд ли от комедийной мощи Василиса.

Наша «Нива» выехала за город. Как только вывеска с его названием оказалась позади – местность начала становиться все более сельской и поросшей. Классическая история – город сменяется пригородом, пригород сменяется рощицами, рощицы сменяются лесами.

Пусть я до этого нечасто выбирался за пределы собственного места жительства, но виды не сильно поражали. Скорее всему виной была осень – она природе красок вовсе не прибавляет.

Только я начал жалеть о том, что моя радиостанция слишком громоздкая и хрупкая, чтобы ее везде можно было таскать с собой, как пожалел ещё больше: Вася вновь принял попытку сближения с женской половиной коллектива.

Сначала это выглядело безнадежно. В момент молчания мне даже захотелось раствориться в воздухе, однако, на удивление, к товарищу на помощь пришел Кирилл. Он поддержал какую-то мысль Васи, и начал спрашивать всех остальных о чём-то с ней смежном.

Атмосфера в машине стала налаживаться. Я и не заметил, как ребята начали болтать о всяком, иногда смеяться. Судя по всему, так на них влияло ожидание путешествия. Хотя кого я обманываю – Кирилл, оказывается, умел быть харизматичным с девочками.

А я ещё назначил его страшной подружкой… Видимо, за эту должность придется драться нам с Васькой.

Поймав на себе мой трудночитаемый (мне так думалось) взгляд, мой балбес будто бы всё понял.

Видимо сегодня его пробило на благородство, поэтому он решил подать заявление на должность первым:

– Мона, я вот что хотел спросить…

Кэп даже ухом не пошевелила. Все правильно – она следит за дорогой. Только вопросительное «хм» дало нам знать, что вопрос дошел до адресата.

– А нам вообще долго ехать? Можем на обочине остановиться, мне выйти надо за кое-чем…

Глава 5: Без возврата

Путь был неблизким. Четверо на задних сидениях тесной Нивы это чувствовали настолько явно, что хотелось плакать горючими слезами. Кажется, что даже с Кириллом мы как будто бы породнились, настолько сильно он врезался мне в бочину.

Иногда, конечно же, приходилось делать остановки, чтобы размять затекшие конечности. Было ли это так необходимо? Даже маленький глоток свободы расширял уже привыкшую к заточению грудь настолько, что возвращаться в салон решительно не хотелось.

Больше всего было жалко бедняжку Агнию. Она была единственной девочкой на заднем сидении. Конечно, я прилагал непомерные усилия, чтобы не слишком на неё давить, но обстоятельства были сильнее любых мышц.

– Сима, слушай, может на следующей остановке махнешься местами с Агнией? – внезапно сказал Кирилл.

– Да, отличная идея! – поддержала идею сама Агния.

Отличная идея… Но почему она не пришла в голову мне? Кирилл лидирует, я отстаю. Мне это не нравится. Хотя, может, я просто зацикливаюсь на мелочах?..

– Ребятки, давайте уже, нахрен, не будем останавливаться вообще!.. Просто побыстрее доедем до места, пожалуйста?! – сбивчивая и чрезмерно эмоциональная речь Василиса привлекла внимание к его физиономии: краснючая, с фиолетовым отливом. Кому-кому, а тяжелее всех было далеко не Агнии… В начале пути он держался молодцом, а теперь устал.

Кирилл фыркнул, видимо принимая к сведению, что если машина остановится ещё хоть раз, освобожденный Васька просто убежит в окружающий нас лес.

– Нам вообще долго ещё?

В таких мероприятиях меня всегда первостепенно волнует один вопрос – а обязательно переться в такую даль, чтобы насладиться красотами леса? Сколько мы уже километров проехали по нему? Останавливайся и ставь палатку где угодно!

– А ну без паники, мальчишки, остановки будут только в экстренном случае. Мы уже почти на месте.

Кирилл уже хотел как-то пошутить, но Васька, который не хотел допускать даже малейшего шанса остановки, по-звериному быстро закрыл ему рот большой ладонью. Тот, начал отбиваться, но их резко прервал поворот направо. Внезапно потерявшая в качестве дорога вселяла так много надежды, что я не сдержался и криво улыбнулся.

– Собираемся – выметаемся. Приехали. – команда дана, дверь открыта, Васька уже вывалился наружу.

После, по очереди, вышли Кирилл, потом я.

Ведомый каким-то инстинктом, протянул руку Агнии, чтобы помочь и ей выйти из машины.

– Спасибо.. Тут не сложно…

Руку не взяла. Блин! Ну да, это было не очень уместно с моей стороны. Реально, просто шаг сделать – и ты уже выбрался. Да еще я подал руку слишком поздно. Неловко, очень неловко. Хорошо, что все уже толпились возле багажника, и никто не заметил…

– Нам ещё и пёхом добираться?!

Немного приятно смотреть на Васькины страдания, после того, что он сделал со мной этим утром.

– Ну не истери ты, как маленький. Кто сказал, что будет легко? – уже вмешалась Сима. Она была обладательницей уникального умения – говорить не самые приятные вещи удивительно дружелюбным голосом.

– Ну успокойся, Васенька, всё будет в порядке. – Кирилл пискляво добавил издевательств.

– Вы все успокойтесь. Крепыш, возьми палатку и свой рюкзак, идти недолго.

Мона раздала всем вещи, проверила машину и заперла ее на ключ. Понятно, что она уже не первый раз ходит на подобного рода мероприятия. Может быть, со стороны могло показаться, что она рисуется и строит из себя саму серьёзность, но я понимал, что она просто чувствует ответственность за нас.

Интересно, почему она вообще позвала Ваську и нашу делегацию? Помню, мой друг рассказывал, что «договорился». Абы кого с собой в поход не берут, значит они с Симоной неплохо знакомы. И когда он только успевает? Вроде бы мы всегда вдвоем ходим, а по итогу оказывается, что у него целая куча всяческих разнообразных приятелей и приключений, о которых я даже не догадываюсь.

Мы вереницей шли по тропе. Симона была впереди всех. Сзади мне делать было нечего, там все прикалывались насчет Васьки и того, что на обратном пути мы его на крыше привяжем, чтобы не мучился. Эта тривиальная идея мне пришла в голову ещё внутри машины, поэтому я подошел к нашему командиру и решил завязать не менее тривиальный разговор:

– Слушай, а часто ты вообще в походы ходишь? – я привык разговаривать с людьми выше меня, но так как это был почти не знакомый мне человек, эта разница ощущалась очень весомо.

– Ну да, частенько. Для здоровья полезно. – Симона одарила меня своим взглядом, который был гораздо менее суровым, чем мне казалось до этого, – А ещё я просто люблю куда-то ездить. Хорошо, что у Агнии есть своя машина.

Мужественная автолюбительница? Любопытно. Но ещё любопытнее было то, что она всеми силами избегала взглядом мои сложенные на груди руки. Неужели отсутствие пары пальцев делало из меня какое-то страшилище?

– Погоди, это не твоя машина? – решил продолжить разговор так, будто тоже ничего не замечал. За столько времени я уже привык к таким ситуациям.

– Угу. Мелкой на день рождения дядя подарил, теперь вот катаемся.

– Мелкой? Погоди.. – усмехнулся я, – Что-то вообще не могу представить Агнию за рулём Нивы.

– Ну, собственно, поэтому она и не за рулём. Хотя права есть и вроде как умеет. – Мона, слегка неловко, отвела взгляд, – А ты водить умеешь?

Неожиданный выпад на больную тему. Очень больную. Но решил обратить не самый приятный момент моей жизни в юмористическую вставку:

– Ну.. э.. Типа умею, хотя на права ещё не сдавал. – вставка не случилась, заикнулся и замялся.

– Типа умеешь? Это как? Что-то случилось? – Она обеспокоенно посмотрела мне прямо в глаза, как будто я рассказываю ей жуткую историю.

О да, может и стоило бы рассказать ей мою правдивую, жуткую и кровавую историю про пальцы. О том, как отвратительное и неведомое зло, несмотря на все усилия, пыточно меня калечило, выплёвывая пережеванные косточки прямо мне в лицо!

– Умею трогаться, умею разгоняться, не умею входить в повороты. – не сегодня.

– А, вот оно как. – девушка улыбнулась.

– С тех пор дедуля решил, что учить меня самому – слишком дорого, поэтому сейчас первый курс отучусь, найду подработку, чтобы были деньги, и вступлю в клуб автомобилистов.

Вроде неплохо получилось, позитивно. Юмористическая вставка больше подходит для досуга, чем страшилка на ночь. Хотя, если мы будем сегодня сидеть возле костра, то можно было бы и попугать народ…

– Ну, по правде говоря, я тоже езжу ещё не слишком уверенно. Сама только недавно села за руль. – Мона сделала паузу.

– Ну ты хотя бы в повороты попадаешь.

– Иногда чудом, хе-хе.

Мне неожиданно вспомнился недавний поворот направо. Как-то и в правду вышло резковато. Представляете, если бы история закончилась ещё более ироничной страшилкой про полную Ниву, обмотанную вокруг дерева? В любом случае, тогда силы зла меня точно не настигли бы. Вот был бы облом!

Силы зла… Продолжаем игнорировать слона в комнате. Лес казался недружелюбным. Пожухшие листья шелестели на ветру, некоторые из них сдавались и опадали. Самое грустное, что это судьба каждого листочка. Как бы он долго не держался, рано или поздно, холодный ветер заберет его вниз, к погибшим собратьям.

– Вася! – крикнула Мона. Я инстинктивно дернулся.

– Что такое?

Увешанный уже не только своими сумками, но и сумками Агнии и Симы, Василис поспешил к нам.

– Мы аптечку не забыли?

– Никак нет. Мы вообще ничего не забыли.

– Точно? – выражение лица Моны снова приобрели сурово тревожные оттенки. Может она до этого не водила столько людей в поход? Не может же опытный человек нервничать так каждый раз.

– Только прицеп, чтобы не так тесно было. – мой остряк до сих пор не пережил все впечатления от этой поездки.

– Ты мужайся, крепыш, нам ещё обратно ехать.

– Кстати, может Васю потом проще будет вперед посадить? – Сима присоединилась к нашей беседе. И вправду, идея была логичная.

– Ты думаешь, пацаны заходят сидеть с тобой на заднем сидении? – Мона шутливо улыбнулась.

– Да! Захотят! Очень захотят, это точно. Как можно с такой красоткой не захотеть сидеть на заднем сидении? – Сима, конечно, действительно была красивой, но от Васиной откровенной лести улыбнулся даже я. Стоит ли говорить о реакции Серафимы, которая на своем веку наверняка наслушалась комплементов вагон и маленькую тележку.

Спустя время мы пришли к нужному месту. Это была вполне себе милая полянка, посередине которой красовалось старое кострище. В воздухе висела легкая прохлада, а солнце грозилось скоро скрыться за высокие деревья, которые уверенно стиснули поляну в узкий круг.

– Если мы поторопимся и быстро разложимся, то успеем побольше в озере покупаться.

Вот почему здесь было так хорошо и не жарко. Озеро – очень кстати. Так думал не только я, ведь у всего остального отряда тоже загорелись глаза. Раньше мне не доводилось собирать палатки и обустраивать лагерь, однако стоит признать – Симона умеет мотивировать. Уже через пятнадцать минут мы завершали работу. Причем вполне успешно. Кирилл даже успел скурить сигарету.

Надо же, помечтал об озере и вот оно! Надеюсь, на этом удача не иссякнет.

– Тут же все умеют плавать, да? – вопрос со стороны Кирилла. Наверняка кто-нибудь из девчонок сейчас скажет «нет» и этот любезно предложит помощь, – Просто у меня не очень получается, если я такой не один – капитан могла бы нас чуть поучить.

Внезапно. Ещё более изощренный ход, чем я ожидал.

– Мои девочки все умеют. – гордо похвалилась Симона. Я посмотрел на Василиса, он безмятежно жевал хлеб. Видимо он тоже в клубе пловцов.

– Ну тогда возле бережка поплещешься. – Серафима была беспощадна. Она встала с пенька и полезла в палатку переодеваться. Мона последовала её примеру.

– Да ладно, чему там учиться. – Василис полез в другую палатку.

В отличие от девочек, я постеснялся переодеваться в одной палатке, поэтому остался ждать. Агния с Кириллом были того же мнения. В этот момент мне даже стало немного жалко его, однако следующее событие полностью выбило из меня это чувство.

– Хочешь.. Я могу тебя немного поучить?

Агния зарезала меня без ножа. Всё. Она точно запала на Кирюху. Без шансов. Я, конечно, не сильно расстроился (ладно, чуть-чуть сильно), но стало как-то так тоскливо… Может быть, если бы я меньше стеснялся?…

– О, давай. Только смотри, если плохо научишь – будешь переучивать!

Ох, как подбоченился! Она ещё и хихикнула. Мерзавец! Его трюк сработал. Такой подлец как он вполне мог и соврать, чтобы добиться женского внимания. Ну и ладно, ну и пожалуйста.

Скорее всего со стороны я был похож на кусок камня – настолько сильно я делал вид безразличия. Из потока странных и гневных мыслей меня вырвал внезапно выскочивший из палатки Васька.

– Вить, ну как тебе мои новые плавки? – товарищ видимо совершенно забыл, что мы вчера ему их вместе и выбирали.

– Классные.

– И всё?

– А ты чего ожидал? Хлопушки, оркестр, цветы ромашек?

– Да ну тебя. Давай, дуй переодеваться.

Ну я и подул. Надо отпустить ситуацию, а то отдыха не состоится. Поражения делают нас сильнее, поэтому надо принимать их стоически. Вот связалась эта Агния с придурком, он её обязательно обидит, и она больше не будет на таких вестись – тоже важный жизненный опыт. Всё. Проехали. Ещё и плавки такие дурацкие взял… Настолько нарочито длинные, что даже смотреть на них было не очень удобно. Ладно, за работу…

– Витёк, ты там скоро?

Кирилл, я тебе кадык вырву! Это что ещё за «Витёк»?!

– Да, я сейчас. – мой реальный ответ оказался чуть менее агрессивным.

Может если я проигнорирую этот выпад, покажусь, ну… Солиднее?

– Давай-давай, а то девчата уже почти переоделись, а мы договорились что кто последний, тот вечером хворост собирает.

Зря ты сделал на меня ставку, дурачина.

– Тогда у меня для тебя грустные новости.

В эту же секунду у меня созрел злодейский план. По моей интонации Кирилл всё понял.

– Постой… – кажется, он до конца не верил в происходящее, – Вспомни всё, что между нами было!

Между нами было решительно ничего. Как минимум ничего хорошего. Пусть тебя вечером в лесу волки съедят, а хворостом твоим в зубах поковыряются, выпендрежник сигаретный!

– Хо-хо, зря ты это сказал. Я всё вспомнил! И теперь, кажется, плавки та-а-ак тяжело налезают…

– Ну всё! Я захожу, предатель.

Со стороны тканевой двери послышался шорох. Ладно, это было ожидаемо.

– Подожди, всё, всё, я быстро.

Я не настолько низок, чтобы гадить в таких мелочах. Тем более я все равно победил. Сияя улыбкой, уже собирался выйти из палатки, как услышал шуршание со стороны наших вещей. Как будто бы что-то трещало. Почему-то сразу подумал про енотов или термитов, а вдруг нам сейчас все пожитки погрызут?

Хотя было бы неплохо, как выяснилось в машине, пиво вчера решили не брать, взяли две упаковки вина (тех, которые снаружи в картоне, а внутри в термопакете). Ну хоть хватило ума на что-то чуть менее варварское, может, я вечером и сам возьму рюмочку..

Порылся в своем рюкзаке. Рации. Почему-то они были включены и, видимо, шипели друг на друга – они так делают. Странное дело… Выключил. В голову сразу полезли подозрительные мысли.

– И это ты называешь быстро? Дуришь меня что ли?

Я быстро выскочил на улицу и также быстро перевел тему:

– Кирь, ну как тебе мои новые плавки? – мы все вместе выбирали плавки и, конечно же, он их уже видел.

– Классные, теперь пропусти меня.

– И это всё?

– За добавкой приходи позже. – как-то слегка раздраженно завершил Киря, пролезая внутрь. И за что он так со мной?

Симона вместе с кем-то из девочек сидела возле кострища с накидкой на плечах. Да, о таких мышцах я мог только мечтать… Хотя при всем этом она все равно выглядела женственно и даже как-то утонченно, что ли.

– Ты не бежишь до озера? Как же там «кто последний – тот за хворостом»?

Симона ухмыльнулась:

– А кто вам покажет куда бежать? И вообще, я вас несколько часов сюда везла, а потом буду обратно. Имею полное право почивать на лаврах.

– Резонно, а ты… – хотел спросить «что не бежишь», но понял, что по правую руку от Моны сидела незнакомая фигура в полном походном обмундировании.

– О. У нас плюс один?

– Это моя однокурсница, Еся. Проходила по маршруту, остановилась на привал. – представила свою знакомую моя… другая знакомая.

Еся? Какое интересное имя. Эта девушка была гораздо меньших размеров, чем Мона. На ней были берцы, камуфляжные штаны, куртка, а волосы скрывала шапка. Рядом стоял небольшой рюкзак, видимо с самым необходимым.

– А «Еся» это полное имя? – просто почему-то стало очень интересно услышать полную версию. Этот вопрос вырвался сам, его даже как будто задал не я, а кто-то другой.

– Твой друг ко всем именам цепляется? – грубый ответ некой «Еси» меня покоробил.

Я не понял, сегодня персонально для меня все устроили день язвительных ответов? Нет, спасибо, сыт по горло. С утра побили, трясли черт знает сколько в тесной Ниве, буквально несколько минут назад красавица выбрала какого-то прохиндея вместо меня, и ещё это! Даже не удосужилась ответить.

Перебил Симону, которая собралась что-то сказать:

– Не, только к странным.

– А у самого какое, не странное? – агрессорша прищурилась. Слишком много презрения себе позволяет человек с именем «Еся», – У тебя оно вообще есть?

– Симона, твоя подруга всем задает идиотские вопросы? – не знаю, зачем я обратился к ней, видимо внутренне ожидал поддержки.

– Нет, видимо ты уникум. Думаю это было к тому, что ты даже не представился.

Ой. И вправду. Я же первый полез с вопросами, вместо того, чтобы поздороваться… Но это все равно не причина так себя со мной вести. С Васей или Кириллом, думаю, так бы никто не разговаривал. Хотя, справедливости ради, они бы и знакомство по-другому начали.

– Привет, Еся, я Виктор. – преодолев злость, я в смешанных чувствах протянул руку. Девушка встала и довольно крепко ее мне пожала. Не удивительно, ведь она, как и Мона, с физкультурного.

– Привет, Виктор, я Есения.

– Есть контакт. – облегченно вздохнула Симона, а потом грозно добавила, – Если продолжите грызться, я с вас потом спрошу за испорченный отдых.

– Мона, не переживай, я у вас отдышусь немного, а вечером дальше пойду.

– Да не переживаю, оставайся на сколько хочешь. Тем более, что вечером надо будет помочь Вите палок для костра натаскать. – Симона посмотрела куда-то в сторону, видимо там было озеро. Точно, Кирилл…

– Он только что пробежал за моей спиной? – мой вопрос звучал обреченно.

– Если захочешь, то еще сможешь догнать курильщика, наверное.

Кирилл был беспощадно обогнан. Видимо, курение действительно не прибавляет бонусов выносливости. Это значило только то, что хворост собирать не мне. А ещё я чувствовал себя менее уязвленным – сладость победы перебивала одиночество и ощущение невзрачности.

Вода была холодной, но если бы я тогда не полез в воду, то кем бы я был после этого? Василис брызгал девчонок, которые боялись зайти в воду – веселье уже в самом разгаре! И пусть после забега сил не осталось, но я разогнался и плюхнулся в воду прямо рядом с приятелем, окатив того водой. Погрузившись в озеро с головой, я почувствовал, как излишнее тепло и усталость рассеиваются в прохладной пучине.

– Вот это ты Усэйн Болт. Так бежал, аж облако пыли поднял! – это было первое, что я услышал от Васьки, когда выплыл на свет солнца.

– И до нитки промочил бедняжку Агнию! Хи-хи.. – Сима стояла ближе к нам, и именно её я промочил с головой, однако это, кажется, её даже веселило.

– Ничего я не бедняжка! Это ты бедняжка! – внезапно Агния начала брызгать нас троих водой.

Мы смеялись как малые дети, хаотично объединяясь в альянсы друг против друга. Перемирие наступило, когда я начал топить Васю – ко мне тут же присоединились остальные. Он был силён, и по итогу мы так и не смогли с ним справиться.

Когда пришел тяжело дышащий Кирилл, мы все ещё бесновались. Мы делали это и когда пришла Мона с подружкой. Чуть позже, когда мы устали, а я замерз, активность немного приостановилась. Пришлось вылезти.

А вот Василиса было не остановить. Он всегда говорил мне, что очень любит воду поэтому, даже не смотря на немного посиневшие губы, поплыл составлять компанию нашей капитанше, которая только-только зашла в воду.

Удивительное дело, обычно на него стыдно смотреть в обществе девушек. Вася вечно лезет к ним со своими дешевыми подкатами, а тут как-то даже и… Не лезет, не позорится. Может повзрослел? А может дело было в чем-то ещё, о чем я пока не догадывался? Ну человек. Вроде бы такой простой, открытый, а столько недосказанностей и неизвестности.

– Ух, хорошо поплавали, да? – Сима вытиралась, а вот мне мозгов взять тряпку из палатки не хватило.

– Д-да. Здоровски. – холод проникал в позвонки, сковывая всё тело дрожью.

– На вот, возьми. – девушка протянула мне свое полотенце.

– Да не, спасибо… Большое. – приятно, что обо мне решили позаботиться, однако в такой ситуации джентльмены обычно отказываются.

– Кому будет легче, если ты с пневмонией потом сляжешь? Бери, дурачок.

Быть джентльменом не удалось, полотенце повесили мне на шею как хомут.

– Спасибо…

– А кто это там с Симоной? – Сима вопросительно вздёрнула бровки, от чего почти смытые водой стрелки стали видны ещё сильнее. Без стрелок она была гораздо симпатичнее.

– Какая-то её однокурсница. Мимо проходила.

– Странно, вроде бы так далеко уехали, чтобы нас никто не нашел… – девушка загадочно улыбнулась, – И даже тут, в глуши, отыскиваются какие-то знакомые.

– Н-неприятная особа. – да, я решил пожаловаться.

– Хи-хи, рыженькие не нравятся?

– Рыженькие?

Незнакомка сняла шапку. Воспоминания пронеслись перед глазами, как вспышка фар автомобиля. Как? Как я её сразу же не узнал? Та, рыжая, из леса. Еся. Если бы я мог в буквах или хоть в каких-нибудь символах передать вам то, как я был обескуражен – у вас бы сердце в пятки ушло.

Меня нашли. Меня не просто нашли, а моментально нашли. Не скрываясь нашли, без прелюдий, без подготовки, без нагнетания. Вот так, просто и без усилий, без растягивания удовольствия. Колпаком накрыли, как жучка. Я стою в одних плавках, а передо мной что-то прямиком из бездны. Ещё и поиздевалась! Опять. Я и имя свое назвал, вот дурак. Дважды, на те же грабли. Какие пальцы сегодня на обед? Указательные? Мизинцы? Все?

– Чего бледный такой? Переохладился?

– Нет. Нет, всё нормально. – а как мне ей объяснить вообще, что происходит? Как мне хоть кому-нибудь что-нибудь объяснить? А как мне себе объяснить, что происходит?

Сима ещё как-то пыталась поддержать разговор, но я отвечал односложно. Жаль, что так вышло, она очень милая. Но сегодня со мной планировала танцевать рыжая дьявольщина. Правду говорят, что рыжие – ведьмы.

Сомнений в том, что это была та самая, из леса, не возникало. Я был свято в этом уверен. Как она смогла получить такое прикрытие? Гипноз? Или ведьма специально поступила на физкультурный, чтобы оказаться прямо здесь и прямо сейчас? Но как она увидела будущее? Карты Таро? Они вообще могут настолько точно предугадывать события?

Агния с Кириллом хихикают, бультыхаются, а рядом, на бережку, сидит нечто в берцах, и машет Симоне ручкой! Идиоты! Все. Я больше всех. Надо было драться с Васькой как в последний раз, надо было заболеть, надо было…

– Надо было взять термосумку со льдом! – Василис открывал вино. По случаю такого замечательного вечера, пили все, кроме меня и Симоны – принципы. Рюмочка вина перманентно отменилась ещё там, на берегу.

– Нам Витя так мозги сделал насчет алкоголя! – завёл свою шарманку Кирилл, – Мы и вино еле как с треском протащили.

– Я вино только на новый год пью. – вставила свои пять копеек Агния.

– А я вообще не пью. – обрубила Симона.

– И даже воду? – отшутился Василис, дожевывая поджаренную на костре колбаску, – Еся, тебе налить?

– Да не, спасибо, я тоже не пью. – её безучастное выражение лица резко контрастировало с поддельно дружелюбным тоном. Или мне так казалось? Может это.. Может я сошел с ума?

– Ну хоть колбаску съешь, ты сегодня вообще кушала? – Симона была гостеприимной и искренне хотела угостить «однокурсницу».

– Да кушала, кушала. Мне просто уже пора, я от основной группы отклонилась, мы условились встретиться в километрах десяти отсюда.

Рыжеволосая встала с бревна, которое мы недавно придвинули ближе к кострищу. Всё было слишком нормально. Настолько нормально, что я потерял уверенность в своем рассудке. Возможно, даже чуть-чуть успокоился. В конце концов, сидя возле костра в кругу друзей, как-то не верится что кто-то или что-то может нас достать.

Девушка попрощалась со всеми за руку, спокойно, без резких движений. Во время прощания со мной я тоже не заметил с ее стороны ничего странного или необычного. И мускул не дрогнул. Всё спокойно. Слишком спокойно. Мона и, почему-то, Агния, пошли провожать туристку. Хруст веток со стороны тропинки, по которой мы сюда пришли, вывел меня из транса.

– Вить, я на тебя, конечно, не надеюсь, но тебе налить?

Василис смотрел прямо мне в душу. Кажется, в этой суматохе, он вдруг почувствовал что со мной что-то не так.

– Да не, не…

– Я же говорил! – Кирилл улыбнулся, но не увидев позитивную реакцию от озадаченного Василиса, тоже озадачился, – Ладно, алкоголь алкоголем, ты хоть подкрепись чем-то, ё-маё.

– Вась, он всегда такой? – к марафону озадаченности присоединилась Сима.

– Да в том то и дело, что нет. Жрет без остановки, в холодильнике никогда ничего не остаётся дольше двух дней. – Василис снова перевел взгляд на меня, – Мужик, что-то случилось?

– Говорю же, всё нормально.

Я старался отвечать максимально спокойно, чтобы меня не раскусили.

– Может тебя с вилочки покормить? – Сима, как же ты не вовремя.

– Пойду посмотрю, что там девчонки так долго.

Я резко встал и направился в сторону леса. Это просто невозможно. Если видишь, что человек не хочет делиться тем, что у него на душе, почему нужно пытаться выдавить это из него?

Посмотрел на свои руки, а именно на отсутствующие безымянные пальцы. Твою мать! Почему я не могу просто спокойно жить? Не думать ни о чем, как вот эти вот придурки возле костра? Нет, я должен страдать, думать о всяком странном. Ненавижу.

Девочки возвращались со стороны тропинки, и я незаметно прошмыгнул в нашу палатку. Захотелось побыть одному и никого не видеть.

Васька, тоже мне друг, я ему говорил, что не хочу ехать, почему ему так надо было меня брать с собой? С чего он решил, что знает, как для меня будет лучше? Козел.

Я лежал, отвернутый к стене. Гонял гневные мысли в черепной коробке, жалел себя. Жалел, что не могу нормально общаться ни с кем. Переживал, что пока я не вижу, все косятся на мои пальцы. Злился на несправедливую судьбу. Кирилл может спокойно пить, курить, дружиться с девчонками какими угодно и когда угодно, а я даже при условии, что ко мне подходят и завязывают разговор, не могу чувствовать себя спокойно и быть уверенным в завтрашнем дне, и всё порчу.

Шипение со стороны вещей прервало мои раздумья. Это опять были рации. Я резко встал и подлетел к рюкзаку. Надо их выключить, срочно. Вещи разбросал в разные стороны, мне было не до них. Не могу описать, что я тогда почувствовал, наверное в моей голове была только одна мысль: «вот оно».

Рация в моей руке. Только одна, второй в рюкзаке не было.

– Старик назвал ему свое имя, чтобы у тебя было время что-нибудь придумать… Или хотя бы спрятаться. – голос был мне уже знаком.

По ту сторону Есения, в этом нет сомнений. Безымянные пальцы, вернее то, что от них осталось, зазудели, а дыхание начало сбиваться.

– Ты сам полез на амбразуру, так ещё и мяса для него с собой набрал. – голос звучал скорее грустно, чем зловеще.

Видимо из-за этого я в отчаянии нажал на кнопку и спросил:

– С-старик?! Что мне теперь делать?…

Ответ звучал как приговор:

– Беги, тебя больше некому защищать.