Катарина Каррас
Вкус музыки. Клубничный

© Каррас К., 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

* * *

Пролог

Сегодня мой день рождения. И я провела весь день с самым дорогим мне человеком. Никаких фанатов, никакой прессы, никаких друзей. Только мы – я и он. Мы с ним прошли через многое вместе и заслужили свое личное счастье.

Он посмотрел на меня сияющими глазами, в которых было легко прочитать восхищение. Знаю, я превзошла саму себя. Ради него я готова на самые женственные образы.

Я повернулась на триста шестьдесят градусов, заставив платье весело всколыхнуться, и он рассмеялся. Его смех пронесся в воздухе сотней колокольчиков. Смех, который нравится многим девушкам, и я не исключение.

– Пойдем, загадаешь желание на Карловом мосту? Я слышал, все загаданное там сбывается. Вдобавок сегодня твой день рождения. Двойная магия, – улыбнулся он и нежно поцеловал меня в висок.

Уже несколько дней мы находились в Праге. Он внезапно взял туда билеты и сказал, что мы вылетаем через несколько часов.

А сегодня мы весь день гуляли по этому городу. Я едва не споткнулась из-за каблука, попавшего в щель между двумя камнями брусчатки, но он поддержал меня, крепко обняв за талию.

Я благодарно улыбнулась ему, и мы вместе дошли до середины моста, наблюдая за закатом солнца. Рядом проходили немногочисленные туристы, но они не присматривались к нам.

Он обнял меня сзади, положил голову мне на плечо и прошептал на ухо: «Загадывай желание». Я прикрыла глаза и, греясь в теплом кольце его рук, загадала…

Глава 1

POV Наташа

Четыре года назад

Когда я открыла глаза, меня сильно мутило, и свет в комнате был слишком ярким, настолько, что зрение было нечетким. Я попыталась рассмотреть что-то вокруг, а не только потолок, но не было сил даже поднять голову с подушки. Через минуту в палату кто-то вошел. Боковым зрением я видела только очертания темной фигуры и могла только предположить, что это мужчина.

– Наконец-то ты очнулась! – воскликнул он. Я поморщилась от громкого звука, и он уже тише продолжил: – Прости, знаю, наверное, болит голова? Я сейчас позову врачей.

Я хотела сказать, что хочу пить, но язык меня не слушался. Попыталась поднять руку, но так и не поняла, подняла ли я ее.

– Наташа, вы меня слышите? – послышался другой мужской голос. Я нахмурилась, не совсем понимая смысл того, о чем меня спросили, и не в силах рассмотреть расплывчатый силуэт. Попробовала что-то сказать, но получился легкий хрип.

– Нужно дать ей воды, – скомандовал второй мужчина, чей силуэт был белым.

Я услышала журчание и затем ощутила прохладное стекло на своих губах. Кто-то придерживал меня за голову, чтобы я не поперхнулась.

– Энн, как ты себя чувствуешь?

Я попыталась сфокусировать взгляд на говорящем «темном» мужчине. От этого действия голова начала очень сильно болеть, и я откинулась назад, прикрыв глаза.

Меня потрясли за плечо, и нехотя я снова разлепила веки, отмечая восстанавливающуюся четкость картинки, словно на меня каждую секунду надевали очки сильнее предыдущих, секундных, очков.

– Моргните один раз, если слышите меня, – сказал «светлый» мужчина. Ангел?

Я моргнула, радуясь, что нормально вижу и слышу. Но что произошло?

– Артем, говорите с ней в ближайший час, может быть, ее мозг начнет быстрее обрабатывать информацию.

Кто такой Артем? Со мной в палате остался блондин, наверное, это он и есть. А я еще называла его темным, под стать одежде.

– Мы все так испугались за тебя, Наташа, – серьезно сказал он, сжимая мою руку.

В моем сознании билась мысль, что этот человек мне близок, но я не могла понять насколько.

Он говорил и говорил, а я непонимающим взглядом смотрела на него. То и дело я проваливалась в сон и просыпалась, а он был рядом со мной. Время от времени к нему присоединялись и другие люди: девушка с фиолетовыми волосами или парень с глазами разного цвета.

Через несколько часов я начала понимать, что происходит вокруг. Даже вспомнила имена тех, кто посменно находился около меня: Оксана, Артем, Элла, Миша, Илона, Макс. Но самого главного имени не было. Я хотела спросить о нем, но голос меня не слушался. Пришлось кричать это имя в своих мыслях и надеяться, что кто-то проявит чудеса телепатии и поймет, что я хочу услышать. Как назло, разговоры были нейтральными: о музыке, кино, об учебе, о путешествиях, книгах, но тем не менее они помогали мне дергать за ниточки памяти, которые я еле нащупывала в темноте сознания.

Наверное, благодаря их разговорам мой мозг постепенно ослабил защитные механизмы и включил всю мою память за последние двое суток, поняв, что я в безопасности и мне ничего не угрожает. А еще через десять часов я начала говорить, и первым вопросом, который задала, был:

– Где Игорь?

Элла и Макс, находившиеся в это время рядом со мной, переглянулись, и парень ответил, пряча взгляд:

– Он нам не сообщает о своих передвижениях.

Сил на раздумья не было, поскольку были и другие вопросы, ответы на которые мне не терпелось получить именно сейчас.

– Сколько я была без сознания?

– Три дня, – отозвалась Элла, поправляя фиолетовую прядь, упавшую на глаза.

– Кстати, тебе идет новая прическа, Артем, – заметила я.

– Спасибо, – усмехнулся он. Длинных волос больше не было: его стрижка напоминала мне прическу Лайта Ягами, героя одной известной манги под названием «Тетрадь смерти».

Дверь в палату бесшумно открылась, пропуская врача лет пятидесяти и медсестру.

– Попрошу посторонних удалиться на время, – приятным низким голосом попросил мужчина. – Сходите попейте кофе: в автомате на первом этаже он очень вкусный.

– Я буду прямо за дверью, – пробормотал Артем, по привычке попытавшись дернуть длинную прядь волос. Не найдя ее, он вытолкнул всех в коридор и прикрыл дверь палаты.

Наконец я была один на один с ангелами в белых халатах, которые спасли мне жизнь.

– Спасибо, – сказала я им, попытавшись вложить в это слово как можно больше эмоций, и почувствовала, что плачу.

– Не плачьте, Наталья, – мягко сказал мне доктор, в то время как медсестра возилась около меня, поправляя капельницу. – Вам ни к чему лишние переживания. Сейчас перед нами стоит задача как можно быстрее помочь стабилизировать ваше состояние и состояние ребенка.

– Какого ребенка? – озадаченно спросила я, тут же встревожившись. Насколько я помнила, детей у меня не было. О нет… Неужели я во время аварии все-таки сбила кого-то мотоциклом?!

– Вашего, – улыбнулся он, а я оторопела. – Если вы еще не знали: вы беременны. Уровень гормонов в вашей крови показал шесть-восемь недель, точнее сказать пока что не можем.

Я смотрела на врача, пребывая в шоке. Затем запищал прибор, измеряющий мое сердцебиение, и одновременно с этим у меня началась истерика.

– С ним точно все будет в порядке?! Я же попала в аварию, меня протащило по асфальту! А его отец знает?! – сбивчиво и громко спрашивала я.

От моих криков в палату вбежал Артем, настороженно осматривая помещение. Не найдя признаков угрозы в первые доли секунды, он подбежал ко мне и попытался взять меня за руку, однако медсестра отпихнула его, протягивая мне две таблетки и стакан воды. Я тут же осушила половину стакана и затем выпила таблетки, приятно пахнущие мятой.

– Ребенок жив, успокойтесь. Я не знаю, кто его отец, но все молодые люди, которые навещали вас, знают о вашей беременности, – успокоил меня врач и следом встревоженно спросил: – Как именно вы вели себя во время аварии, Наташа? Падение было на живот?

– Нет, на спину, примерно так, как я сейчас лежу, – попыталась объяснить я. – Вернее, я положила байк и потом перешла из положения на боку в положение на спине…

– А потом просто в положение, – пробормотал Артем, покручивая в руках какую-то монету.

– Артем! – прикрикнула я.

Врач усмехнулся и сказал мне:

– Тогда опасность для здоровья ребенка минимальна, учитывая тот прочный костюм, который был на вас, к тому же вы ехали по асфальту не животом. И никаких травм или ранений в той области нет.

– Как вы можете быть уверены? – запаниковала я и подумала, что такое поведение не совсем соответствует моему обычному состоянию. Все же гормоны делали свое дело и меня штормило на эмоциональных качелях. – Вы делали УЗИ?

– Еще нет, – отозвался врач, – нам было важнее стабилизировать ваше состояние. И, знаете, чудеса случаются, – снова улыбнулся он. – Возможно, ваш ребенок дан вам для того, чтобы что-то изменить в жизни. И если бы он вдруг пострадал, то уже произошел бы выкидыш, которого не было все эти дни.

– Как долго я буду не в состоянии нормально ходить? – переключилась я на другую волнующую меня тему и пошевелила ногой, которую повредила при падении с мотоцикла, и теперь на ней красовался гипс, доходящий до середины икры.

– Точно сказать не могу, у вас трещина в лодыжке. Повезло, что не перелом: снаряжение спасло вас от гораздо худших последствий. А мышцы бедра заживут быстро. Около двух-трех недель потребуется на лечение трещины. – Он немного задумался. – Да, давайте ориентироваться на три недели.

– А руки? – Я подняла замотанные, словно у мумии, кисти рук. Я вспомнила, какими они были сразу после аварии, и вздрогнула.

– Два раза в день меняем повязки, восстановление кожного покрова – приблизительно два месяца. Но минимум три месяца вам придется ходить в перчатках для своего комфорта, поскольку есть места, на которых кожа будет нарастать дольше этого срока. И, конечно же, останутся шрамы на всю жизнь. Повезло, что не произошло никакого заражения.

– Хорошо, – выдохнула я, чувствуя усталость и прикрывая глаза: слишком много информации я получила. Мне требовалось отдохнуть хотя бы немного…

– Выздоравливай, Энн, – услышала я перед тем, как провалиться в сон.

Через шесть дней после моего возвращения в наш мир ребята принесли мне ноутбук, иначе я просто бы загнулась без информации. С замотанными ладонями мне было не очень удобно набирать текст, поэтому я пользовалась голосовым вводом. На всех новостных порталах были статьи о нас с заголовками: «“Вкус музыки” распадется?», «Солистка музыкальной группы “Вкус музыки” в больнице после аварии» и все в таком духе.

В палату вошли Оксана, Артем и Миша. Я помахала им рукой и, переведя взгляд обратно на экран, наткнулась на знакомую фамилию в рубрике «Предложенные новости». Кликнула по названию статьи и пробежалась по ней взглядом, зацепившись за свое имя, промелькнувшее в середине.

Репортер: Как самочувствие вашей невесты после нападения?

Игорь Королев: Я не хотел бы касаться этой темы. Пока что мне необходимо полгода быть в Канаде и руководить филиалом нашей компании, поэтому мы с Наташей увидимся только через шесть месяцев. Небольшой перерыв поспособствует ее выздоровлению – не будет лишних волнений и переживаний.

Глава 2

Наверное, только огромное количество успокоительного в моей крови помогло мне не сорваться в истерику: две недели мне предстоял прием легких успокоительных, не вредящих беременным, поэтому по три раза в день мне приходилось их пить.

Дальше читать статью я не стала и с отвращением захлопнула экран ноутбука. Перерыв полгода. Я хмыкнула: да за полгода я уже рожу, милый.

– Он ни разу не приходил, так? – максимально спокойно постаралась спросить я, и, на удивление, мне не пришлось прикладывать для этого никаких усилий: все получилось довольно естественно.

Ребята моментально поняли, о ком я спрашиваю.

– Он был здесь только в тот день, когда тебя привезли, – ответил Артем, кладя ладонь на мою замотанную кисть. – Тогда еще ничего не было известно, более-менее стало понятно только через сутки.

– Зачем эти дни вы мне говорили, что он слишком занят и не может приехать? – Я догадывалась о том, что происходит что-то странное, но их ложь больно ударила меня.

– Чтобы ты не переживала, как переживаешь сейчас. Спасибо успокоительным, что ты восприняла это спокойно, без них была бы истерика.

Да, ничего не волновало меня в данный момент: все эмоции были приглушены, и я равнодушно отнеслась ко всем новостям.

– А насчет ребенка он знает? – Я неосознанно положила руку на живот.

– Нет.

Воцарилось напряженное молчание.

– Ты… ты ему сообщишь? – наконец спросил Макс.

Я отрицательно помотала головой, и Элла сочувственно посмотрела на меня. А я просто не представляла себе, что смогу манипулировать отцом ребенка при помощи беременности, для того чтобы тот вернулся ко мне из жалости. Да ни за что!

– Энн, успокойся, – сказал Артем, сжимая мои руки: видимо, все эмоции ясно отразились на моем лице, несмотря на маску видимого спокойствия, которую я пыталась сохранить. – Мы рядом и не дадим тебя в обиду никому.

– Дай мне свой телефон, – попросила я его, немного поддаваясь эмоциям, всколыхнувшим память. Набрала знакомый номер, два раза ошибившись и исправив цифры. Поднесла телефон к уху и услышала гудки. Три, пять – ничего.

Хорошо. Игорь сам принял это решение, и бегать за ним я не собираюсь. Я сбросила вызов и протянула Артему его девайс.

– Я передумала восстанавливать номер телефона, – начала равнодушно распоряжаться я, откинувшись на подушку. – Просто купите любую сим-карту и принесите мне вместе с новым телефоном серебряного цвета. И сможете организовать журналистов ко мне в палату через три дня? Пора бы дать интервью после долгого молчания. Желательно какую-нибудь девочку-стажера, чтобы она не переврала мои слова.

– Узнаю прежнюю Нику, – обрадовалась Элла, а Макс кивнул, сказав, что передаст мои слова Илоне.

– Энн, может быть, не стоит торопиться? – забеспокоился Артем, а я отмахнулась забинтованной рукой и взяла в руки книгу «Вино из одуванчиков», которую мне принесли коллеги, для того чтобы я могла скрасить свой досуг чем-то помимо ноутбука.

На следующий день меня пришла проведать чета ван Дейк. Поздравив меня с беременностью и поговорив с медперсоналом о состоянии моего здоровья, они приступили к делу.

– Через пятнадцать дней ты улетаешь в Майами, – сообщила мне Илона, следя за моей реакцией.

Я ошарашенно посмотрела на нее.

– Вылет будет из Шереметьево, мы все проводим тебя, – продолжила она.

– Так… а зачем мне туда? – никак не могла понять я.

– Тебе нужно поправить здоровье и вернуться к нам полной сил, а погода там почти всегда чудесная. Не волнуйся, будешь жить у нашего знакомого, он тебя не обидит. Тем более виза у тебя есть, позволяет тебе в любое время въезжать и выезжать из страны.

– Но беременность и травмы…

– Ты думаешь, там медицина хуже, чем в Москве? – подняла брови Илона. Пришлось молчаливо с ней согласиться. – Через неделю тебе снимут все швы, а через две ты сможешь нормально ходить, так что не вижу причин затягивать с отлетом.

– И надолго вы меня туда отправляете? – вздохнула я, понимая, что особого выбора у меня нет. Я могла бы возмутиться, сказать, что не хочу уезжать, но спорить со своим менеджером не хотелось: все-таки она много для меня сделала, и это было бы неуважением с моей стороны.

– На столько, на сколько потребуется и на сколько захочешь ты сама.

– Наверное, навсегда, – невесело улыбнулась я своим мыслям. – Мне хочется быть подальше от него: несмотря на то что он в Канаде, он вернется, а я не хочу его видеть. И вдруг он вернется в тот момент, когда я буду еще не готова его простить? – Я никак не могла назвать Игоря по имени.

Илона участливо посмотрела на меня и присела на стул рядом с кроватью.

– Ты понимаешь, что твоя жизнь на этом не заканчивается? – сжала она мое плечо. – Ты молода, у тебя много поклонников. Все будет. Значит, он не твой человек, потому что твой никогда бы так не поступил.

Она посмотрела на Дейва и продолжила:

– Об этом никто не знает, но у меня два раза были выкидыши. И оба раза я боялась, что муж меня бросит. Однако он единственный поддерживал меня тогда, когда, казалось бы, я впала в совершенное отчаяние. А у тебя есть все мы.

– Спасибо. Ваш знакомый из Майами…

– Он хороший человек. – Она улыбнулась и выпустила мою руку. – Скажи, какие вещи тебе нужны, я попрошу Артема собрать твой чемодан.

Я перечислила, что могло бы мне пригодиться.

– А почему именно в США? – с любопытством выпалила я, так как не отказалась бы уехать куда-то поближе. Например, в Норвегию.

– Там всегда тепло, тебе будет там комфортнее всего, – сказала Илона и погладила меня по плечу.

– Поняла, – медленно произнесла я, попрощавшись с мечтами о Норвегии. – Мне необходимо уладить все дела здесь: взять академический отпуск в институте, отдать Оксане ключи от своей квартиры, обговорить детали по выходу нового альбома, – начала думать вслух я. – И конечно же, я не хочу, чтобы ближайший месяц знали о моем отъезде из страны: надеюсь, на восточном побережье не будет папарацци, которые очень любят наше творчество.

– В таком случае послезавтра мы придем всем составом обсудить даты выхода альбома, – кивнула ван Дейк. – И тебе необходимо хотя бы выйти на связь со своими поклонниками: они сходят с ума, потому что не знают, что с тобой, и очень переживают за тебя.

– Ну хотя бы кто-то расстроен, помимо вас всех, – буркнула я и добавила: – Я уже поговорила с ребятами, чтобы позвали ко мне журналистку. А что с ноябрьским туром?

– Сейчас только десятое августа, петь тебе можно уже в сентябре. Если все будет хорошо, то ничего не будем отменять или переносить, ладно?

Илона потрепала меня по волосам и легонько обняла.

– Тебе там понравится, обещаю, – шепнула она.

Ровно через пятнадцать дней, когда я уже сидела в самолете и морально готовилась к взлету, я увидела, как на посадочную полосу приземлился самолет с красным кленовым листом и надписью Air Canada.

Сердце защемило, и я отвернулась от иллюминатора: он не вернется раньше, чем через полгода, как и сказал в интервью, бессмысленно тешить себя надеждами. И пора бы уже начать его забывать, глупое сердце, ведь прошел почти месяц с того дня, как мы виделись в последний раз.

Хотел бы – давно бы приехал.

Мой самолет начал набирать скорость на взлетной полосе. Я пристегнула ремень, закрыла глаза и откинулась на спинку кресла.

Два часа спустя, Москва

POV Игорь

Брюнет с синими глазами быстрым шагом поднимался по лестнице больницы, держа в руках небольшую коробку с подарочным бантом. Он надеялся, что та, кому он несет подарок, не видела интервью, в котором он сказал насчет временного разрыва. Ведь он написал ей письмо на электронную почту – она должна была прочитать его и понять, что он уехал для того, чтобы она не вспоминала его случайное предательство каждый раз, как видит его.

Еще он испугался, что ему придется ухаживать за больной девушкой, так как неизвестно, что было бы дальше: инвалидность или долгая реабилитация. Поэтому он сбежал в Канаду даже раньше времени, чтобы не знать о ее состоянии. Ему было невыносимо думать о том, что девушка так пострадала и может не восстановиться.

Но теперь он знал, что Наташа в порядке, поскольку недавно она дала интервью из больницы, и собирался навестить ее, чтобы поздравить с днем рождения и извиниться за свой непреднамеренный побег в другую страну. Если она сможет простить его измену, испуг и ревность, то он сделает все, чтобы снова заслужить ее доверие.

Он распахнул дверь ее палаты, и от увиденного у него расширились глаза: в палате лежал мужчина, а не она.

Пробормотав извинения, он нахмурился и посмотрел на номер палаты: он узнавал, она должна быть здесь. Может, ей стало хуже и ее перевезли в реанимацию?

– Молодой человек, – окликнул его женский голос, на который он обернулся. К нему подошла медсестра и строго посмотрела на него.

– Я ищу девушку, Наталью, она была в этой палате после операции, – сказал он, – подскажите, где она?

– Ее выписали несколько часов назад.

– Спасибо! – поблагодарил он и побежал вниз, чтобы добраться до их квартиры. Она наверняка там.

Но и там ее не оказалось. В растерянности он попытался набрать ее номер несколько раз, но абонент был недоступен. Тогда он позвонил тому человеку, который был ближе всего к Наташе.

– Да?

– Артем? Это Игорь Королев.

– Зачем ты мне звонишь? – грубо спросил его тот.

От такого тона Игорь нахмурился.

– Наташа рядом с тобой?

– Какая Наташа? – издевательски произнес Артем. – Не знаю таких, увы.

– Черт! – рявкнул Игорь, разозлившись. – Хватит надо мной издеваться: я знаю, что я скотина, но мне очень важно найти ее и извиниться.

– А ей все равно на твои извинения. Не лезь больше в ее жизнь, или я тебе помогу не делать этого, – сухо ответил абонент и отключился.

Игорь сжал телефон так, что тот затрещал. Наташа обязательно простит его, нужно только найти ее и поговорить.

Он обошел всю квартиру: создалось впечатление, словно здесь не было никого уже долгое время. Где же она может быть?

«Она же где-то жила до того, как съехалась с тобой», – ехидно подсказал ему внутренний голос.

Точно.

Через полчаса брюнет звонил в дверь Наташиной квартиры, но никто не открывал. Даже никаких шорохов не было слышно с той стороны, из чего он сделал вывод, что внутри никого нет.

Игорь еще раз проверил фан-сайты группы и личные страницы каждого из участников: с июня нигде не было новых фотографий Наташи, так что никак невозможно было определить ее местоположение.

Он вытащил сигарету, зажег ее и закурил, нервно пуская кольца дыма, и направился к лестнице. Курить он начал сразу после переезда в Канаду: сказалось нервное напряжение оттого, что приходилось вкалывать на работе по двадцать четыре часа в сутки, чтобы филиал фирмы отца не потерпел убытки. В Москву он вырвался всего на два дня, оставив за главного своего заместителя дочь одного канадского миллиардера, вложившего приличные средства в их фирму.

Проходя мимо почтовых ящиков, он замедлился, нашел взглядом нужный номер и опустил туда смятый конверт, который достал из кармана джинсов. Может, хоть это письмо она прочитает. Или прочитает е-мейл, который он отправил по дороге из аэропорта: там он поздравил ее с днем рождения и прикрепил ссылку на видео. В нем было поздравление в виде песни – он перезаписал старую и очень популярную песню «С днем рождения, Вика», поменяв в имени первую букву на «Н». Ему показалось, что она оценит такое поздравление и смягчится.

Он вернулся в их общую квартиру и решил подождать Наташу до утра, тем более ему все равно нужно было где-то ночевать, а видеться с отцом сегодня он не хотел.

До шести утра она так и не объявилась, на что он уже и не надеялся. Он оставил подарок на постели в спальне и уехал в офис отца.

Глава 3

Десять часов спустя, Майами, аэропорт

POV Наташа

– Здравствуй, Ника, вот мы и встретились снова, – улыбнулся Джейми Коул, произнося слова с великолепным британским акцентом, обнимая меня и забирая мой чемодан. – Как твой голос, девочка?

– Привет. – Я была в приятном удивлении оттого, что меня встречал именно он. – Лучше, чем в Орландо. Джейми, как ты здесь оказался? Я думала, ты живешь в Англии.

– Решил сменить обстановку пару лет назад и купил недвижимость здесь, – пожал плечами он. – Периодически болтаюсь между двумя странами, но большую часть времени предпочитаю проводить в теплом климате.

Весело разговаривая, мы дошли до небесно-голубого автомобиля, стоявшего около выхода из терминала. Закинув чемодан в багажник, Джейми помог мне сесть в машину на заднее сиденье.

– Ты же не против, если я так и буду называть тебя Ника? Твое русское имя мне не очень нравится, – сев за руль, честно признался он и снял капюшон серой толстовки.

– Этого имени не существует для меня, пока я не в России, поэтому я не против, – улыбнулась я в ответ, глядя на него в зеркало заднего вида. – Если бы ты не сидел на переднем сиденье, то я бы тебя еще раз обняла, очень рада тебя видеть.

– Взаимно. – Парень наконец вырулил с территории аэропорта. – У нас еще будет время на это. Ты голодна?

– Во время перелета кормили, но мне не хотелось есть, поэтому да. Хочу пиццу и много-много сыра. – Я с наслаждением закатила глаза, а он рассмеялся.

– Слышал, вы перенесли выход нового альбома на конец весны. Почему? Неужели из-за ноги? Вроде бы ты не так сильно хромаешь, – полюбопытствовал он, останавливаясь на светофоре.

– Разве Илона тебе не сказала? – удивилась я. – Я беременна и не хочу ехать зимой в тур в поддержку выхода нового альбома и рожать на сцене.

Он рассмеялся, а после расплылся в улыбке.

– Поздравляю! Кого ты больше хочешь – девочку или мальчика? И какой срок?

– На самом деле я еще не решила. Это и не зависит от моего желания, сам знаешь. Ему уже восемь недель. – Я положила руку на живот, все еще не веря в происходящее.

– Знаю, конечно. Тебя не тошнит? – забеспокоился он, взъерошивая волосы.

– Нет, совершенно не тошнит, мне повезло с этим.

– Ника, ты хочешь посидеть в ресторане или лучше закажем пиццу на дом? Чтобы я понял, куда мне ехать.

– Второе, – мгновенно отозвалась я.

Джейми тут же набрал номер и заказал на дом большую пиццу «Четыре сыра».

По пути мы заехали в магазин за свежими ягодами. Он пояснил, что ест их по утрам с йогуртом, что и мне посоветовал делать – мол, это и полезно, и вкусно. Наконец мы въехали на территорию трехэтажного дома, который располагался посреди чудесного небольшого сада, и Джейми заглушил мотор.

– Добро пожаловать в свой новый дом на ближайшие несколько месяцев, Баунти, – улыбнулся он.

Я опешила от последнего слова.

– Баунти?

– Ты пахнешь кокосом, поэтому теперь это твое прозвище, – пояснил Джейми, выходя из машины. Я последовала его примеру, чтобы догнать его и понять, пошутил он или нет насчет проживания здесь.

Оказалось, он не шутил. Без особых усилий донеся на второй этаж дома мой чемодан, он поставил его около одной из дверей и сказал:

– Это твоя комната, надеюсь, тебе понравится, Ника.

Комната была достаточно просторной и светлой, даже чем-то напоминала мне мою квартиру в Москве.

– Извини, что я так резко вторглась в твою жизнь, – извинилась я позже в кухне-гостиной, жуя большой кусок пиццы с сыром. – Я до последнего момента не знала, что за таинственный знакомый Илоны собирается приютить меня здесь.

– Все в порядке, Баунти, – отмахнулся он, что-то печатая в ноутбуке и потягивая горячий шоколад из белой фарфоровой чашки. – Ты нисколько мне не мешаешь, успокойся и чувствуй себя как дома.

– Эй, может, не будешь называть меня Баунти? – возмутилась я, веселясь.

– И не подумаю. – Он бегло посмотрел на меня и улыбнулся. – Считай это моей маленькой причудой. Тебе что, не нравится нежная мякоть кокоса в шоколаде, раз ты так реагируешь на это прозвище? Мне кажется, это райское наслаждение.

Он улыбнулся еще шире, а я засмеялась и больше не предпринимала никаких попыток его переубедить.

– Не хочу портить тебе настроение, – спустя несколько минут осторожно начал он, закрыв ноутбук. – Но, как я понимаю, мое предсказание сбылось?

– Да, – сдержанно произнесла я. – Что ты там говорил: дети, жизненные потрясения, расставание с домом. Все в точности сбылось.

– Я не думал, что второй пункт случится именно так, мне жаль, – тихо сказал Джейми.

– Давай лучше поговорим о чем-то веселом, – вымученно улыбнувшись, предложила я. – Чем ты обычно занимаешься в свободное время?

– Дай подумать… Чтение, серфинг, боулинг, ночные клубы, девушки, – перечислял он. Я перебила блондина:

– А как твоя девушка относится к твоему последнему увлечению?

– Баунти, я совершенно свободен, – подмигнул он мне, а я смутилась.

– А в Чикаго ты разве был не с девушкой? – вспомнила я блондинку, которая была рядом с ним.

– Нет, если бы это была девушка, то, наверное, она поехала бы с нами в Орландо, как считаешь?

Действительно, логично.

Я собиралась спросить его о Майами, как у него зазвонил телефон. Джейми извинился и встал с кресла.

– Привет, Дрю. – Он направился в соседнюю комнату, негромко говоря по телефону.

Я вздохнула, доела кусок пиццы и пошла в свою комнату. Там, недолго пообщавшись с Оксаной о прошедшем перелете и первом впечатлении от Майами, я почувствовала, что вся накопившаяся усталость сейчас свалит меня в глубокий сон, поэтому поспешила завершить разговор.

Когда я легла спать, все радостные впечатления этого дня улетучились, оставив место разным мыслям об Игоре. Как только я закрывала глаза, мозг сразу же начинал вспоминать самые хорошие моменты, проведенные с ним, отчего становилось еще больнее.

Единственным выходом были слезы, которые за непродолжительное время рыданий промочили всю подушку. Наконец я успокоилась и постаралась выкинуть эти мысли из головы.

– Сплю на новом месте, приснись жених невесте, – пробормотала я, перед тем как задремать.

Мне снилось, что я шла по длинной лестнице вверх, спеша куда-то. Наверху лестницы виднелся силуэт человека – видимо, к нему я и направлялась. Я пошла еще быстрее, ощущая, что узнать, кто это, – очень важно для меня. Внезапно посередине лестницы передо мной возник улыбающийся Игорь.

Это к нему я так спешила?

– Принцесса, люблю тебя, – сказал он, касаясь моей щеки.

Я улыбнулась, и по моим щекам потекли слезы. Он начал стирать их, а потом обнял меня. И за его спиной, несколькими ступенями выше, я увидела… Игоря?

Я в страхе попыталась вырваться из объятий фальшивого Игоря, оступилась на лестнице и вместе с ощущением падения вниз почувствовала пронзившую мою ногу боль в области лодыжки. Падая, я закричала от страха.

– Ника. – Кто-то легонько потряс меня, и я проснулась, испуганно пытаясь разглядеть в сумраке комнаты, кто это, и сообразить, что случилось.

На краю кровати сбоку от меня сидел Джейми и обеспокоенно смотрел на меня.

– Ты громко говорила во сне, но я не разобрал ни слова, а потом закричала, – сказал он мне.

– Джейми, – прошептала я, чувствуя, что мои щеки и подушка мокрые. – Извини, мне приснился кошмар. Очень страшный и реалистичный.

– Не извиняйся. Сейчас принесу тебе воды.

– Не уходи, – еле слышно сказала я, чувствуя, как глаза слипаются, а душа активно не хочет нового кошмара, от которого было плохо. Я до сих пор видела глаза и улыбку Игоря из сна, словно это было на самом деле.

– Ты сможешь заснуть снова?

– Вряд ли, лучше встану, уже рассвет. У тебя есть успокоительные?

– Тебе нельзя. У меня есть средство получше. – Он поднялся. – Как будешь готова, спускайся на первый этаж, я буду в гостиной.

Вскоре я спустилась вниз, одергивая голубое платье до колена. Джейми был лишь в серых спортивных штанах, и я отвела взгляд в сторону, пытаясь не рассматривать его татуировки и торс.

– Пойдем. – Он взял меня за руку, ведя к какой-то комнате.

– Я надеюсь, сейчас не будет такой комнаты, как в «Пятидесяти оттенках серого»?

Он повернулся ко мне, и его глаза замерцали смехом.

– А ты бы хотела, девочка? Могу устроить, только скажи.

– Тогда почему ты так одет, вернее раздет?

– Ника! – Он взлохматил волосы. – Это только тебе приходят в голову всякие пошлости, а я здесь самый скромный. Кажется, понимаю, что за кошмар тебе приснился, раз тебе лезут в голову такие мысли, – подколол меня он и остановился около одной из комнат.

– Нет, на самом деле я пытаюсь таким образом придать реалистичность текущему моменту, чтобы убедиться, что это снова не превратится в кошмар.

Мы вошли в залитую рассветным солнцем комнату. Он взял большой зеленый коврик, постелил его на полу и попросил меня сесть напротив него, скрестив ноги по-турецки.

– Йога? – полюбопытствовала я.

– Не совсем. Медитации. Внимательно слушай мой голос и делай все, что я скажу, поняла?

– Да, но зачем?

– Это поможет тебе начать искать внутреннюю гармонию с собой, простить обиды и понять, что тебе нужно в жизни. Пока что впитывай в себя солнце – оно дает радость. Наверное, тебе не совсем удобно в платье, но это из-за меня – я же не предупредил, что мы будем делать.

– Все нормально, оно не такое короткое, сам же видишь, – поспешила успокоить его я. – Ты сначала будешь учить меня всяким позам? – Я выразительно поиграла бровями.

Он засмеялся.

– Нет, асанам я тебя учить не буду, перейду сразу к практикам. Сейчас мы попробуем медитацию-принятие. Закрой глаза и возьми меня за руки.

Я сделала так, как он просил. Его ладони были горячими и несильно сжимали мои руки, словно успокаивая.

– Расслабься, – инструктировал он мягким голосом. – Вдох. Выдох. Дыши ровно. Убирай все лишние мысли из головы. Вдох. Выдох. Ты остро чувствуешь свое тело и убираешь с каждым вздохом все ненужное.

– Положи правую ладонь на левую руку, вот сюда. – Он положил мою ладонь немного ниже локтя, при этом не переставая держать меня за левую руку, – и гладь себя, давая себе любовь, поддержку и защищенность. Эти поглаживания дадут тебе понимание того, что ты сама себе можешь дать все, что тебе нужно, и больше тебе не надо будет искать в другом человеке то, что обычно мы ищем, попадая из-за этого в ловушку созависимости и создавая болезненные отношения. Сейчас ты сделаешь еще более глубокий вдох и глубокий выдох и отмотаешь свою жизнь назад.

Он помолчал несколько секунд и продолжил:

– Посмотри, что было год назад, два года назад, десять лет назад, двадцать лет назад. Посмотри тот момент, когда ты маленькая девочка и ты радуешься просто так, радуешься, потому что ты есть, потому что у тебя нет никаких проблем, никаких забот. И сейчас отмотай еще назад, и ты попадешь в мир, где ты – просто душа. Возможно, ты помнишь его, так как наверняка часто представляла его, уже будучи маленьким ребенком. Ты осознаешь, что этот мир всегда с тобой, где бы ты ни находилась. И невидимые нити связывают тебя и этот мир, и когда ты в отчаянии или теряешься здесь, на земле, то помни, что всегда есть нити, которые проведут тебя туда, куда нужно твоей душе.

Джейми сделал паузу длиной в несколько секунд.

– А теперь начинай возвращаться, – мягко начал командовать он. – Тебе пять. Десять. Двадцать. И понемногу ты возвращаешься во вчера и начинаешь пробуждаться сегодня. Только сегодня ты уже исполненная сил, с четким осознанием того, что у тебя есть свое пространство, которое поддерживает тебя. Глубокий вдох. Выдох. Начинай ощущать свое тело и открывай глаза.

Я глубоко вздохнула и открыла глаза. Он внимательно смотрел на меня.

– Ну как? Голова не болит?

– Совсем немного. Спасибо, мне и правда стало легче и спокойнее, – улыбаясь, ответила ему я и высвободила свои руки из его ладоней, вставая с пола. – Попозже присоединюсь к тебе за завтраком, сейчас нужно позвонить кое-кому.

– Я скоро уже уеду, поэтому весь дом в твоем распоряжении до вечера. Не скучай, Ника. – Он смотрел на меня снизу вверх, не спеша подниматься.

– Спасибо, – поблагодарила его я, уходя.

Остаток утра прошел спокойно: я слушала расслабляющую музыку, читала книгу по психологии и статьи про самые знаменитые места Майами. И конечно же, мне уже не терпелось побывать на пляжах и понаблюдать за океаном.

Во время поиска информации я сама не заметила, как задремала, и из наступающего сна меня вырвал звук пришедшего сообщения. Я сонно посмотрела на экран.

Джейми:

Почему ты не сказала, что у тебя был день рождения?

Ника:

Потому что ты не спрашивал

Джейми:

Предлагаю исправить эту оплошность вечерним походом в ресторан, Баунти)

Ника:

Не сегодня, извини:)

Джейми:

Тогда в ближайшее время закатим вечеринку по этому поводу, обещаю

Глава 4

Большинство времени Джейми проводил в квартире в Майами, предоставив свой дом недалеко от пляжа Крэндон Парк почти полностью в мое распоряжение, за исключением двух дней в неделю, когда он приезжал в домашнюю студию, которая располагалась на третьем этаже.

В ней мы проводили много времени, работая над песней, которую я обещала фанатам: мы решили выпустить ее не к Новому году, как планировалось, а в октябре. Помимо этой песни, мы планировали выпустить еще несколько в течение следующего года.

– Вот здесь лучше написать немного по-другому, – заявил он однажды, просматривая один из моих текстов для нашего дуэта и исправляя его. – Прости, но так более современно звучит, – извинился он, глядя на мою надувшуюся физиономию.

– Все в порядке. – Я не удержалась от того, чтобы потрепать его по волосам. Он улыбнулся, перехватил мою руку и прижался к ней щекой.

– Так и на дуэтный альбом наберется. – Он указал взглядом на кучу моих черновиков. В ответ на это я поспешила сгрести большую часть из них в кучу и сообщить ему, что конкретно они – для моей группы.

К концу сентября мы все-таки записали песню, которая называлась «The End of Paradise» – мы решили обыграть статью, которая вышла про нас в мой прошлый визит в Майами и носила название «Рай для двоих».

– Теперь рай закончится, – усмехнулся Джейми, когда мы решили остановиться на этом названии.

Песня вызвала большой ажиотаж среди моих и его поклонников. Настолько большой, что сингл стал платиновым за первые несколько дней своего существования.

– Ничего себе! – удивлялась я, глядя на цифру покупок песни в iTunes.

– Ника, нам не остается ничего другого, как снять клип по ней, – сказал мне Джейми. – Давно у меня не было никаких совместных мини-шедевров кинематографа.

– Только не говори, что ты все уже продумал, даже не посоветовавшись со мной, – проворчала я.

– Хотел сделать тебе запоздалый сюрприз ко дню рождения. Собирайся, мы летим на Багамские острова через несколько дней.

– А смысл? Здесь же тоже есть пляж, пальмы, песок, океан.

– Увидишь, насколько там волшебно, Баунти.

– Можно было бы снять и тут, – упорствовала я.

– Хватит быть занудой, а то оставлю тебя дома, – улыбка исчезла с лица Джейми, – Я уже со всеми договорился, а ты упрямишься как маленькая.

– Интересно посмотреть, кем ты в таком случае меня заменишь, – фыркнула я, но спорить перестала.

Прошло девять дней, и мы оказались на Багамских островах со всей съемочной командой, менеджером Джейми, его знакомым стилистом и моей Стефани, которую я позвала, чтобы она создала для меня шикарные образы. Прибыли мы под вечер, поэтому режиссер клипа вызвался показать нам место завтрашних съемок.

– В этой локации вы будете петь и поодиночке, и вместе, – сказал он, доведя нас до сказочного места. – Насколько помню, в конце клипа Джейми разворачивается и красиво уходит в одну сторону, а ты в противоположную – это место идеально для такой сцены.

– Можно мы сами выберем несколько локаций? – попросила я, готовясь состроить жалобное лицо. Однако это не пришлось делать, поскольку режиссер кивнул головой.

– Конечно. Пока можете осмотреться и погулять, начинаем съемки завтра утром. Я привел вас сюда от отеля, чтобы вы узнали дорогу сюда: я приду раньше, буду настраивать камеры и ждать вас. Харви не запомнит дорогу, а у вас память получше будет.

Харви – это менеджер Джейми, которая страдает топографическим кретинизмом. Правда, с ее внешностью было достаточно пару раз похлопать глазами любому мужчине, и он тут же мчался бы на помощь беззащитной красотке. Та часть съемочной группы, которая состояла из мужчин, начала виться вокруг нее еще в самолете – я даже позавидовала такой популярности у мужчин, пока Джейми мне не сказал, что ко мне подобное внимание не проявляют, чтобы я не нервничала и не злилась перед съемками. Мало ли как мужской флирт повлияет на мое настроение!

Наконец, раздав инструкции, режиссер оставил нас вдвоем, попросив не опаздывать.

– К скольким пойдем? – обратилась я к Джейми, намереваясь сразу же выяснить, сколько времени будет у меня на отдых. Он потеребил браслет на руке и ответил:

– Я могу отсняться здесь первым, ты подольше поспишь и подойдешь часов в восемь утра, например. А уже после индивидуальных съемок будем снимать парные сцены.

– Окей.

Он погладил меня по плечу и взял за руку, сначала стянув с нее перчатку. Да, я все еще носила тканевые перчатки, скрывающие шрамы на ладонях. Даже для клипа придумали специальный дизайн летних перчаток, которые сочетаются со всеми костюмами.

– Пойдем осматривать остров. Выберешь, что тебе по душе.

– Ну, например, я влюбилась в наш домик на воде, – призналась я, придерживая платье, чтобы оно не колыхалось от небольшого ветерка. – Было бы классно снять что-нибудь там. И в океане.

– Ты читала сценарий, Ника? – В его голосе я услышала улыбку.

– Еще нет.

– Прочитай, там много всего интересного, в том числе и океан. Куда пойдем: к океану или поесть? – предоставил он мне выбор.

– Хочу пить и посидеть у океана.

– Тогда пойдем закажем тебе молочный коктейль и затем на берег.

Из бара мы направились на побережье, и Джейми быстро нашел спокойное место рядом с пальмами, где мы и остановились, сев на песок. Там мы общались, наслаждаясь чистым воздухом и вкусными коктейлями; себе он купил безалкогольный мохито.

– Твои тексты и их исполнение… изменились, – сказал он посреди нашего разговора о завтрашнем дне.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Сейчас покажу на примере твоей партии в вашей песне «Убивая тебя».

Он достал телефон из кармана джинсов и включил песню, покачивая головой в такт музыке и закрыв глаза.

– М-м-м, все-таки ваниль, – пробормотал он, когда начался текст, а я недоуменно посмотрела на него.

– Издеваешься? – возмутилась я. – Это рок, а не сопливая попса для девочек-подростков. И вообще, там про убийство поется, Коул.

Он засмеялся, открывая глаза.

– Твоя подача и твои тексты, Баунти. Я чувствую музыку на вкус, и конкретно твоя партия в вашем первом альбоме – ваниль.

– Слушай, может быть, мой коктейль тебе подсовывает ассоциацию с этим запахом?

– Я говорю тебе про вкус, а ты мне – про запах. Я чувствую вкус музыки на языке, во рту. Хотя пил мятный мохито.

– А что поменялось теперь? – заинтересовалась я. – Ваниль исчезла? Испортилась?

– Сейчас в нашей с тобой песне в твоих словах – клубника. Ваших новых песен я не слышал, поэтому не знаю, что там, но скорее всего, тоже клубника.

– Ладно, допустим, и что тебе это дает? Ну, вкусы музыки.

Он лег на песок, закинув руки за голову и глядя в небо.

– Например, свою музыку я ощущаю как горький шоколад. Если музыка или текст будут не очень хорошими, то вкус испортится, и так я пойму, что нужно что-то переделывать. Помогает с тем, чтобы сто раз обдумать, прежде чем выпустить песню.

– Я до сих пор не понимаю, как ты чувствуешь музыку на вкус.

– Синестезия, девочка. И годы медитаций, что помогло развить ее еще больше. Кстати, насчет них: ты готова каждое утро или вечер к медитациям около океана?

– Да. А синестезия – это что? Болезнь? – Я легла рядом с ним на песок, глядя на него.

– Это такая аномалия.

– Классно, а у меня из аномалий только смена любимых ванильных десертов на клубничные. Тянет на клубнику и тошнит от ванили.

– Нетрудно догадаться почему. Возможно, поэтому и изменились вкусы твоих текстов. – Он поднялся с песка и протянул мне руку. – Вставай.

Я взяла его за руку и, поднявшись, неправильно наступила на ногу, с которой недавно сняли гипс. Несмотря на мягкий песок, было больно, и я зашипела, пошатнувшись и крепче вцепившись в руку Джейми. Он перехватил меня за талию, сильно прижимая меня к себе.

– Ника, – выдохнул он мне в ухо, сжимая меня крепче, и я почувствовала его горячие губы на своей шее. Мое тело тут же отозвалось желанием, которое я усиленно сдерживала, цепляясь за разум.

– Джейми…

– Ш-ш-ш, девочка. – Он уже гладил мои волосы. Затем его рука перенеслась к моему подбородку и приподняла мое лицо, вторая же крепко держала меня за талию.

Прошло несколько мгновений, в которые я даже не дышала, и Джейми коснулся своими губами сначала моей щеки, а потом его губы нашли мои. Он целовал медленно, изучающе. Я еще чувствовала привкус мяты на его губах.

Джейми углубил поцелуй, и его руки поползли вверх по моей спине, к застежке платья. Наполовину расстегнув ее, он принялся водить горячей ладонью по моей спине, отчего я еще крепче прижалась к нему.

Внезапно он подхватил меня таким образом, чтобы я обняла его ногами за пояс. Его рука оказалась на моей ноге под платьем, отчего меня пронзило сотней электрических разрядов. Я глубже задышала и крепко обняла его за плечи.

– Тебе удобно? – спросил он, оставив между нашими губами миллиметр.

Не в состоянии ответить, я кивнула и снова поцеловала его. Вскоре он сел на песок, не выпуская меня из рук, и я оказалась сидящей на его бедрах, чувствуя, что он сильно возбужден.

– Прости, мне не стоило целовать тебя, – извинился тут же он севшим голосом, гладя большим пальцем мое бедро.

– Нашел за что извиняться, – прошептала я, переводя дыхание.

И я снова почувствовала его губы на своей шее, в том месте, где бился пульс.

– Твое сердце бьется как у испуганной сладкоголосой птички. Не бойся, Ника, это просто поцелуи.

– Не просто-о-о-о, – простонала я, поскольку он начал спускаться ниже, к вырезу на платье.

Внезапно к моей лодыжке прикоснулось что-то маленькое, мокрое и холодное. Я взвизгнула и чуть не свалилась с Джейми, наклонившись на другой бок и отдернув ногу. Он подстраховал меня и пересадил на песок, ближе к океану, а сам напрягся на мгновение и затем засмеялся.

– Какой хороший пес.

Это и правда оказалось всего лишь животное, которое испугалось моего визга и теперь негромко рычало на нас.

– Прости, приятель, – сказал ему Джейми, все еще глубоко дыша. – Ты нас напугал. Ника, пойдем.

Мы ушли с частички пляжа, облюбованной собакой, и направились в сторону отеля. Каждый шел и думал о чем-то своем, но при этом Джейми крепко держал меня за руку и не отпускал.

Наконец мы дошли до своей частички отеля – домика на воде – и вошли внутрь. В нем было несколько спален и много свободного пространства, как в помещении, так и на открытом воздухе.

– Это была репетиция наших завтрашних съемок, – сказал Джейми, целуя меня в висок, и я почувствовала кожей его улыбку. – Если ты будешь так же реагировать на меня завтра, Баунти, то нашему клипу обеспечен миллиард просмотров, а тебе награда в номинации «Лучшая актриса».

– А может быть, в номинации «Лучшая пара актеров», ты тоже реагировал неплохо, – попыталась пошутить я.

– Может быть.

Он крепко обнял меня и сказал:

– Пойдем отдыхать, уже поздно. Твоя спальня здесь, моя в другой части дома. И завтрашняя медитация будет после съемок, не буду будить тебя рано. Сладких снов, Ника.

– Доброй ночи, Джейми.

На следующее утро я проснулась в шесть. Немного поворочавшись и поняв, что заснуть мне не удастся, я выбралась из постели. Все мои костюмы для клипа висели в шкафу, и я достала тот, в котором мне предстояло сниматься в ближайшие часы: красный купальник и поверх него полупрозрачное жемчужное платье для пляжа, не сковывающее движения.

Зайдя на небольшую кухню, я обнаружила на холодильнике записку от Джейми с просьбой съесть все, что он поставил на вторую полку. Там оказался йогурт, фруктовое ассорти, жареный хлеб, кокосовая и минеральная вода. Подумав, я достала йогурт и фрукты, а также бутылку обычной воды – и съела все с аппетитом. Никогда не любила завтракать плотно, и он, похоже, заметил это, несмотря на то что проводил со мной не так много времени.

Пока я собиралась, в голове всплывали образы вчерашнего вечера с Джейми. Я неосознанно коснулась пальцами губ и шеи и, опомнившись, отдернула их. Нужно просто сделать вид, что вчера ничего не было, что поцелуи и его откровенные прикосновения не выбили меня из равновесия.

Выбили настолько, что я впервые не вспомнила об Игоре перед сном. Даже несмотря на медитации с Джейми, которые частично были направлены на закрытие болезненных отношений, я все равно думала о Королеве, но уже без моральной боли и относилась ко всему спокойнее. Я даже решала, что скажу ему, когда увижу. Что мы, возможно, будем вместе, ведь он наверняка обрадуется тому, что у него будут дети. Но вчерашний всплеск эмоций заставил меня забыть то, что я испытываю чувства к Игорю.

Перестав заниматься самокопанием, я через двадцать минут дошла до того места, где должны были проходить съемки. Джейми уже снимался: на нем была полностью расстегнутая голубая рубашка с короткими рукавами и черные джинсы.

– Я бы вообще сняла с тебя рубашку, без нее будет лучше.

Глава 5

Кто дергал меня за язык, съемки же! Я прикрыла рот ладонью, но было поздно: Джейми засмеялся, дав отмашку режиссеру, и направился ко мне.

– Девочка, я не сомневался в тебе. Снимешь ее потом, когда будем снимать сцену в океане.

– А что там?

– Ты до сих пор не читала сценарий? – ухмыльнулся он. – А если я тебе скажу, что у нас по сценарию должна быть страстная ночь, ты мне поверишь?

– Конечно же нет!

– Жаль, я бы не отказался от такой репетиции. – Он взял меня за подбородок своим любимым жестом и нежно провел большим пальцем по моей нижней губе.

Я отодвинулась от него, смутившись и коря себя за вчерашнюю слабость. Джейми, видимо, прочитал все эмоции на моем лице, потому что перестал улыбаться.

– Баунти, я тебя напугал? Прости, больше не буду. Простишь?

Он настороженно всматривался в мое лицо, проверяя, не обижена ли я на него.

– Да, – коротко ответила я и, нацепив свою фирменную улыбку, поспешила отойти.

Джейми схватил меня за запястье, вынуждая посмотреть на него снизу вверх. Серые глаза смотрели на меня так, что все мысли вылетели у меня из головы на несколько мгновений. Затем я принялась осторожно высвобождать руку из его захвата.

«Помни, вы просто играете страсть и вам нужно вжиться в роли, чтобы на экране это выглядело правдоподобно, только и всего», – твердила себе я, отводя взгляд, и увидела заинтересованно смотрящую в нашу сторону Стефани, которая ждала меня около стула с моим именем.

– Не забудь пригласить меня на вашу свадьбу, – хихикнула она, когда я подошла. Она, как обычно, была одета во все розовое.

– Не говори ерунды, – поморщилась я, садясь на стул и готовясь к созданию образа.

– Я и не… Кстати, а куда делся твой Королев? Вы с ним очень мило смотрелись вместе в тот раз.

– Мы расстались. Кажется.

– Так-так, это еще почему?

Я вкратце рассказала ей послебольничные события, умолчав о беременности, и добавила, что Игорь никак не пытался со мной связаться все это время.

– Ну а как он с тобой свяжется, если не знает твой новый номер телефона?

– Спросит, например, у наших общих знакомых.

– Тоже верно. Вообще, если парень хочет общаться, он тебя хоть из-под земли достанет, найдет способ, а не будет где-то отсиживаться два месяца, – вздохнула она.

– Вот именно, – поддержала я и закрыла рот, поскольку она начала наносить мне на губы помаду.

– У тебя точно нет ничего с ним? – Стефани не могла долго молчать.

– С кем?

– С Джейми Коулом.

– Нет.

– Только не говори, что вы даже не целовались тогда летом в Майами!

– Не целовались, – подтвердила я, сказав чистую правду. – А то, что мы будем целоваться в клипе, считается?

– Нет, это же ваша работа. А какой сюжет у клипа? Насколько могу судить по песне, там расставание двух влюбленных.

– По сюжету у нас краткосрочный курортный роман.

– Ясно. Столько слухов ходит о твоем исчезновении из Москвы, – оживилась она еще больше. – Кто-то из нашей тусовки говорит, что ты в Канаде с твоим бывшим, просто он усиленно тебя прячет. Кто-то уверен, что ты уехала куда-то в Европу, чтобы морально подготовиться к новому туру. Так где же ты живешь?

Я насторожилась: обычно таким тоном выспрашивают информацию тогда, когда хотят рассказать ее всем.

– Стеф, со временем узнаешь, хорошо? Не хочу, чтобы и там меня достали все, хочу тишины и спокойствия.

– Понимаю. – Я уловила в ее голосе нотки сожаления. – Но…

– Выглядишь шикарно, – раздался голос Джейми, и я открыла глаза.

Стеф проворчала, что его тянет ко мне как к магниту, на что я сказала ей, что просто пришел мой черед сниматься. Поскольку диалог велся на русском, Джейми ничего не понял и вопросительно посмотрел на меня.

– Девичьи тайны, – важно сказала ему я.

– Мы ждем тебя для съемок, вы закончили?

– Да, мистер Коул, – отозвалась Стефани, усиленно строя ему глазки. Он мило улыбнулся ей и перевел взгляд на меня.

– Иди, Ника, я подойду после того, как вы отснимете индивидуальные сцены.

– Хорошо.

Я отошла, но через несколько шагов остановилась и обернулась – Стефани уже что-то говорила Джейми, активно жестикулируя и хлопая глазами. Мое настроение мгновенно испортилось.

Он наклонился к ней ближе, что-то говоря, и с ее лица сползла улыбка. Джейми обернулся в мою сторону и, увидев, что я смотрю на них, подмигнул мне, улыбнувшись. Я улыбнулась ему в ответ и поспешила к режиссеру, который меня заждался.

– Коул такой грубиян! – позже вечером возмущенно жаловалась мне Стефани, когда мы с Джейми отсняли все необходимые сцены на пляже и в океане.

– Он тебя обидел? – удивилась я.

– Он сказал, что ненавидит розовый цвет и поэтому я могу не рассчитывать на диалог с ним – он просто притворится, что его тут нет, чтобы не смотреть на меня! И это в тот момент, когда я пыталась узнать его получше! Не представляю, как ты с ним общаешься!

– Ну, я просто не ношу розовый, поэтому он мне не грубил, – пожала плечами я.

Про этот диалог я, естественно, рассказала Джейми, когда мы снова гуляли по ночному острову.

– Да дело не в цвете, – заразительно засмеялся он. – Просто она не в моем вкусе.

Я еле удержалась от вопроса, кто в его вкусе. И когда он снова попытался меня поцеловать, я увернулась, все еще мучимая грустными мыслями и угрызениями совести за свое вчерашнее поведение – мало того, что вела себя слишком доступно, так еще и беременна от другого мужчины. А кому нужна девушка с ребенком?

Джейми, кажется, понял мое настроение и больше не предпринимал никаких попыток сблизиться. И хорошо: мне совсем не хотелось стать девушкой на пару ночей. Поверить в то, что он так быстро влюбился в меня и потому так себя ведет, я не могла – за прошедший месяц мы виделись не так часто и в основном только для написания музыки.

Конечно, от любопытных было не скрыться и здесь, и мы, вернувшись в домик, обнаружили, что снимки с наших съемок опубликовали в интернете. Особенно то, как мы целуемся, сняли так, словно это не часть съемочного процесса, а отдельные события.

– Если Королев и после такого не объявится, пыхтя от злости словно паровоз, то просто забей на него, Энн, – сказал мне Артем, с которым я говорила по видеосвязи вечером через два дня.

– Не смешно. – Я снова с грустью вспоминала Игоря, особенно сказывалось отсутствие медитаций с Джейми эти дни. Вернее, отсутствие общения с ним. До и после съемок мы больше не проводили время вместе, словно меня не существовало.

И словно не существовало того вечера между нами.

В первый день я подумала, что он просто решил сменить компанию, но когда то же самое повторилось и сегодня, я поняла, что что-то не так.

«Не что-то, а ты сама виновата, оттолкнула его два дня назад!» – вопил мой внутренний голос, но я отмахнулась от него.

– Я и не смеюсь. Он мне звонил, чтобы узнать, где ты, – сообщил мне Артем. – Я его послал.

– Зачем?

– Энн, тебе и твоей психике нужно восстановиться до ноября, а не искать новую нервотрепку, которой он тебя обеспечит, если вы увидитесь.

– Наверняка Игорь уже знает мое местоположение, в Сети же написали, где сняты эти фото, но почему-то не ищет. И странно, что со всеми его возможностями он до сих пор не появился в Штатах, – задумчиво закончила я.

– Из возможностей у него сейчас только деньги и частные сыщики.

– Почему? – спросила я. – У него есть связи в ФСБ, которые в два счета определят, куда я улетела из России.

– Это самое интересное: Кирилл Аркадьевич сказал, что будет помогать ему только тогда, когда он повзрослеет. Он совсем не понял, как Игорь мог уехать от тебя, не выяснив все подробности…

– Вы что, сказали ему, что я беременна? – застонала я. – Он же скажет отцу Игоря, а тот – сыну!

– Он сам увидел в истории болезни. Ему доставляли почти всю информацию о тебе, ведь он думал, что ты свяжешь жизнь с его племянником.

– Так, ладно. А откуда такая уверенность в том, что он не скажет Игорю?

– Потому что это было бы слишком просто, как мы считаем. Изменить тебе с одной из соучастников преступления, потом без объяснений свалить из страны и очень легко найти тебя, когда ты пытаешься скрыться, – ну нет, ты должна побыть одна и подумать, нужен ли он тебе вообще. Кирилл Аркадьевич, кстати, передал тебе пожелания выздоровления, еще одну копию часов и еще несколько примочек. Я отдам их тебе, когда встретимся.

Он сделал паузу и, видя глубокую задумчивость на моем лице, сказал:

– Если тебя волнует то, что Королев увидит фото…

– Тем, да мне все равно, увидит он фотографии или нет. И все равно на его реакцию, она слишком предсказуема, – прервала я его. – Да, у меня еще есть остаточные чувства к нему, но беспокоит меня другое.

Я рассказала ему о произошедшем с Джейми и о том, что тот меня игнорирует, на что Артем засмеялся и ответил:

– Не суди так скоро, посмотри, как он будет общаться с тобой в Майами.

– Ладно. Оксана дома? Передашь ей трубку?

– Нет, она уже на парах.

– Что у вас нового? Я пока не созванивалась ни с Эллой, ни с Илоной, сделаю это по возвращении в Майами.

– Из нового: Элла бросила твоего друга, сказала, что они слишком разные.

– Вот блин, – выругалась я, сочувствуя Мише, ведь сама недавно испытала точно такое же разочарование в человеке. – Передай Мише, что я заеду к нему после тура, мы с Джейми как раз собирались заехать в Москву, чтобы немного побыть там, и…

– Обо мне говорите? – раздался за спиной голос обладателя этого имени, и я вздрогнула, чуть не выронив телефон. Артем на экране поздоровался с Коулом.

– Мы говорили про клип, – соврала ему я, но Артем тут же меня выдал, посмеиваясь:

– Да нет, мы говорили про то, что ты ее игнорируешь. До связи, Энн!

Я отбросила заблокированный телефон на подушки и прикрыла глаза, облокачиваясь на спинку дивана и не решаясь повернуться к Коулу. Убью Тему, как только увижу. Зачем нужно было это говорить?

Я вздрогнула, почувствовав руки Джейми на своих плечах.

Глава 6

– Так ты переживаешь, Баунти?

Он впервые обратился ко мне этим прозвищем за последние два дня.

– Просто я не понимаю, почему ты резко перестал со мной общаться, – вздохнула я. – Я тебя чем-то обидела?

– Я не хочу, чтобы твой круг общения ограничивался только мной. И хочу дать тебе отдохнуть от себя – ты и так провела много времени только со мной в Майами.

– Ладно, убедил. – Я почему-то была все еще обижена на него. – Но круг общения тобой не ограничен – я же общаюсь со своими друзьями по телефону.

Он обнял меня со спины и, нагнувшись, шепнул на ухо:

– Вечеринка в Майами в твою честь развеселит тебя?

Мы услышали громкий вздох и обернулись. Его источником была Стефани, на которой в этот раз не было ни капли розового цвета. Я тихо выругалась – я совсем забыла, что позвала ее в наш домик, будучи уверенной, что Джейми к тому моменту уже уйдет. Или что хотя бы она не застанет нас в такой позе. Ничего такого между нами не происходило, конечно, но мне все равно было неловко: еще подумает, что я ей соврала.

– Я, пожалуй, пойду, – сказала она, но парень остановил ее.

– Я уже ухожу, оставайтесь. Никак не могу отвыкнуть от роли этих четырех дней, сами понимаете.

Он поспешно ушел, а Стеф подошла ко мне с вопросом:

– И ты говоришь, что между вами ничего не было?

Я раздраженно посмотрела на нее. Не люблю, когда так настырно лезут в мою жизнь.

– Представь себе, не было, это просто остаточное явление после съемок. Давай поговорим о чем-то другом?

В течение часа мы болтали о том, что происходило без меня в Москве, о новых трендах макияжа и предстоящих неделях моды в разных странах Европы, на которые она собиралась попасть. В конце разговора она пообещала прийти на наш концерт, если неделя моды в какой-то из стран совпадет с ним в этой же стране.

– Ладно, Наташа, мне пора, – обняла меня на прощание Стефани. – Скоро мой самолет в Москву, а мне нужно еще доехать до аэропорта.

На выходе из домика она столкнулась с Джейми, который сказал ей, что трансфер в аэропорт уже готов. Она сдержанно поблагодарила его, не удостоив даже взглядом, и ушла.

– Ника, я тут подумал… – Он подошел ко мне, на ходу взяв красное яблоко со стола. – Ты любишь аниме?

– М-м-м, в детстве смотрела Покемонов, потом Аватара и Код Гиас, – начала вспоминать я. – Еще читала «Тетрадь смерти», когда был всплеск сумасшествия по этой манге. Пожалуй, все, потому что потом я перешла на комиксы про супергероев. А чем вызван этот вопрос?

– У меня появилась идея сходить с тобой на Мега-Кон в Орландо. А прическа твоего друга подкинула мне идею для косплея.

Я усмехнулась.

– Лайт и Миса?

– Баунти, читаешь мои мысли.

Он восторженно посмотрел на меня, откусывая яблоко.

– Нет, просто при первом взгляде на его прическу у меня промелькнула мысль, что она похожа на прическу Лайта, – пояснила я.

– И кто тебе нравился в манге больше: он или Л? – спросил он, садясь на диван рядом со мной.

– Конечно Лайт, – фыркнула я. – Л поначалу, когда его показывали без лица, был ничего так. Но потом все испортили глаза.

– Я имел в виду совсем не рисовку, Ника, – заулыбался Джейми. – На чьей стороне ты была?

– Опять же Лайта, потому что он хотел избавить мир от преступности. Именно Лайта Ягами, не его альтер эго, – подчеркнула я.

– Согласен, потому что оно совсем убило настоящего Лайта.

– Да, он стал еще тот негодяй, – вздохнула я. – Но сам герой, его альтер эго и его мотивы шикарны. Интересно, как ты будешь выглядеть в образе Лайта? И когда я это увижу?

– Значит, ты согласна пойти со мной туда? – загорелись его глаза. – Удивляешь, Ника! Плюс тридцать баллов тебе в моем рейтинге девушек, ты лидируешь, – со смехом добавил он, за что получил подушкой по голове.

– Я лидирую всегда и везде, ясно тебе?

– Не везде. – Он перехватил подушку, вырывая ее из моих рук. – Если ты не заметила, ты выполняешь почти все, что я тебе скажу, в последнее время, например ешь то, что я тебе скажу, или идешь со мной, куда я захочу. Какая послушная, даже слишком для лидера, – усмехнулся он, откидываясь на спинку дивана.

– Какой самодовольный, – передразнила его я.

– Иди спать, тебе нужно выспаться перед полетом, – принялся командовать он.

– Я это сделаю не потому, что слушаюсь тебя, а потому что действительно устала. – Я даже наигранно зевнула, но в душе признала, что мне нравится слушаться его.

– Пока-пока. – Он продолжал есть яблоко и насмешливо смотреть на меня.

Я взяла телефон с дивана и постаралась как можно более грациозно уйти. Когда я дефилировала шагом от бедра до своей спальни, то услышала, как притих Коул, и довольно заулыбалась.

Следующим утром в десять часов мы уже были в аэропорту Эксума, а в двенадцать – приземлились в Майами.

За время перелета Джейми успел мне рассказать, что Мега-Кон будет в двадцатых числах октября.

– Кто будет нас гримировать и подбирать одежду? – поинтересовалась я.

– Есть замечательная команда людей, которая как раз такими вещами и занимается. – Он отвлекся от диалога, забрав у стюардессы напитки, которые мы заказали. Затем протянул мне чай с лимоном.

– Спасибо, – поблагодарила его я и отпила небольшой глоток горячего чая, чуть не обжегшись. – То есть ты уже не первый раз будешь косплеить кого-то?

– На таком мероприятии, как Мега-Кон, первый раз, но меня часто приглашают на костюмированные вечеринки, поэтому я и знаю самых лучших мастеров гримирования, – пояснил он. – Показать фото?

– Конечно!

Он показал мне свои образы, и от некоторых из них я громко смеялась. Например, однажды он был Шрэком – чтобы загримировать его красоту и превратить в зеленого огра, потребовалось, по его словам, пять часов! С перерывами, конечно. Но Шрэк получился очень натуральный, прямо как в мультике.

Также он был Леголасом, Драко Малфоем, Энакином Скайуокером и еще несколькими неизвестными мне персонажами.

– Впечатляет, такие разнообразные и качественно выполненные костюмы! – восхитилась я.

– Да, они мастера своего дела, – гордо сказал он.

Я задремала по дороге из аэропорта, а когда проснулась – мы уже въезжали на территорию его дома.

– Ты что-то говорил вчера про вечеринку, Джейми, – вспомнила я.

– Да, она через пять дней, я позвал нескольких своих друзей и подруг, которые тебя знают и любят вашу музыку. И, Баунти, я все эти дни буду в городе, в квартире, приеду сюда только утром в день вечеринки.

– Хорошо, поняла.

Я открыла ему входную дверь, а он занес наши чемоданы внутрь дома.

– Если что – звони, – продолжил инструктировать он. – Оставлю с тобой своего охранника, он как раз вышел из отпуска, будет возить тебя, куда скажешь. Позже сброшу тебе его номер. И ты сможешь уже не скрываться, чтобы тебе было комфортно.

Все предыдущие месяцы в Майами, если я выбиралась куда-то в город вместе с Джейми, я маскировалась: помимо солнцезащитных очков, я надевала шарф-капюшон и закрывала им нижнюю половину лица.

– Мне комфортно в маскировке, чтобы меня не снимали папарацци и чтобы бывший не узнал, где я, – ответила я, пока мы проходили в гостиную.

– Почему ты так боишься встречи с ним? – поинтересовался Джейми, проходя к холодильнику и открывая его. – Разве не было бы проще выяснить все как можно быстрее? Ты будешь колу?

– Нет, спасибо. Он… слишком вспыльчивый, и ребята боятся, что его реакция на то, что я живу с тобой, выведет меня из строя перед туром, я же буду нервничать.

– А мы ему не скажем, что ты живешь у меня.

Я слегка нахмурилась.

– Спасибо за заботу, но мне это кажется каким-то неважным, потому что я знаю, что буду его избегать до последнего концерта и не дам повода встретиться с собой раньше, чем закончится тур. Это при условии, что он будет меня искать, в чем я сильно сомневаюсь.

Джейми помолчал, а затем задал вопрос, из-за которого я задумалась, специально ли он затрагивает самые болезненные темы:

– Если ты так боишься встретиться с ним, любила ли ты его вообще?

– Мы встречались где-то четыре месяца, и я думала, что это из разряда «любовь на всю жизнь», – ответила я немного раздраженно на русском языке, а когда он переспросил, я сказала как можно мягче, обняв себя руками: – Не знаю. Я хочу побыть одна и отдохнуть, пойду в комнату. Спасибо за беседу.

POV Игорь

Игорь сидел в офисе, ожидая своего заместителя, и очередной раз думал: как ему найти Наташу? Где она находится, ему не мог сказать даже дядя, который отвечал на все его звонки очень сухо.

– У тебя же везде есть связи, она могла уехать в какую угодно страну, и это легко можно посмотреть по миграционным данным граждан России! – однажды не выдержал Игорь.

– Допустим, она могла полететь в Париж, – скучающе отозвался Кирилл Королев. – А оттуда наземным транспортом в Лиссабон – как ты отследишь перемещения внутри стран?

Дядя был прав. Только зачем она прячется? Ведь нигде в интернете он не мог найти ни намека на ее местоположение и уже как две недели забросил это бесполезное занятие.

Он открыл сайт группы «Вкус музыки», на котором увидел вывешенное расписание тура по Европе. Как он раньше не додумался! Вот где он ее поймает и скажет ей все, что хотел. Приедет в один из городов и…

Его размышления прервала его заместитель Хлоя Джонс, прошедшая в кабинет. Иногда он невольно сравнивал ее с Викой. Девушки были очень похожи: брюнетки одного типажа, только у Хлои были серые глаза, короткая стрижка и она была немного изящнее Вики.

– О чем ты хотел со мной поговорить? – спросила она, элегантно усаживаясь в кресло напротив него. Как всегда, она была в очень коротком платье насыщенного бордового цвета, но он не обращал на это особого внимания – главное, что она работала.

– Хотел спросить тебя, как ты относишься к командировке в Европу.

Он увидел ее колебания и улыбнулся.

– Я и ты. И командировка на самом деле предлог, хочу отдохнуть пару дней от всего этого.

Как он и ожидал, девушка тут же кивнула.

– В какую страну?

– Без разницы. – Он потер глаза, пытаясь дать им отдых таким образом. – Нужно попасть на концерт группы «Вкус музыки». В любую дату, в любом городе, но желательно как можно раньше.

– Здорово, заодно увижу кузена.

– Что за кузен? – Он поинтересовался этим ради того, чтобы поддержать разговор.

– О, ты о нем, наверное, слышал. Джейми Коул.

Игорь впился взглядом в Хлою, ища в ее лице намек на шутку. Но она лишь удивленно посмотрела на него.

– Все хорошо? – спросила она, не понимая его реакции.

– Да. Вполне. – Игорь взял себя в руки, понимая, что она не шутит. – А что он будет там делать?

– Петь конечно же. Не в фан-зоне же ему находиться.

– Это не его концерт, зачем он будет там петь? Ты можешь выражаться яснее, почему я должен вытаскивать из тебя информацию?! – Он стукнул кулаком по столу так, что с того упала фарфоровая фигурка кота, которую ему подарили китайские партнеры. Он не обратил на разбившуюся статуэтку никакого внимания.

Хлоя задумчиво посмотрела на осколки и продолжила:

– Так ты не знаешь? Он будет петь с Никой дуэтом песню, которая вышла недавно, их совместная. А скоро на нее выйдет очень милый клип, который сняли на Багамских островах, фото оттуда со вчерашнего дня гуляют по интернету. – Она осеклась, увидев взгляд Игоря. – Тебе нехорошо?

– Все нормально. Выбери самые дорогие билеты в любой город, чтобы быть ближе к сцене.

– Скорее всего, всю фан-зону уже раскупили, остался всего месяц до начала концертов. Я позвоню Джейми и спрошу у него, в каком городе есть билеты. Ты ведь хочешь увидеть ее, я права?

Он исподлобья посмотрел на нее.

– Не твое дело.

– А как же Стелла?

Он оставил вопрос без ответа, сделав вид, что не услышал. Хлоя ушла, печатая кому-то сообщение, а Игорь остался сидеть в кресле, ломая карандаш. Много мыслей возникло в его голове, и ни одна из них не относилась к работе.

Опять Джейми Коул. И опять с его Наташей. Она не говорила, что они планируют снимать клип на эту песню. Неужели обманывала?

Он же вернулся за ней в Москву, чтобы забрать ее в Канаду, когда ему сообщили, что ее состояние стабильно. Почему и куда она исчезла?

Фото. Хлоя сказала, что есть фото. И как он мог пропустить их совместную песню? И как произошло, что его заместитель – кузина Коула?

Его пальцы застучали по клавиатуре, вбивая запрос «Джейми Коул и Ника, Багамы». Даже не пришлось дописывать его до конца – видимо, он стал популярен.

После нажатия кнопки «Поиск» высветились такие результаты, что он захотел мгновенно оказаться рядом с Наташей и стереть всем память об этом ее образе. Особенно этому блондину.

На фотографиях они вдвоем стояли по колено в океане и целовались. Наташа была в купальнике и полупрозрачном белом пляжном платье поверх него. Одна ее рука в легкой тканевой перчатке лежала на татуированном торсе парня, а второй рукой она зарылась в его волосы. Коул держал ее за талию, не опускаясь ниже.

Игорь внушал себе мысль, что они просто играют, как актеры в фильме, но химия между ними была заметна даже на фото, и это его сильно злило. Его посетило чувство дежавю: точно так же он сидел несколько месяцев назад и смотрел на фотографии этих двоих, не в силах ничего сделать.

Пусть в их отношениях была неопределенность, в которой он сам виноват, преждевременно сообщив о разрыве, но Игорь думал, что все наладится, и считал Наташу своей девушкой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.