Ксения Фир
Ведимира. История одной веды.

Пролог.

Ночь, такая безликая и слепая, многое может таится в ночи, от любви до самых страшных кошмаров. Наш мир переполнен тем, о чём мы и не догадываемся, но отчаянно верим, что знаем всё. Нет ничего страшнее ночи. Почему? Всё просто, в ночи, пока целый город спит, просыпаются те, кто жаждет крови и готов поглотить вашу душу. Современные люди даже не подозревают, что все эти монстры из фильмов и книг всего лишь жалкая пародия на реальность. Добрые сказки про хороших волшебников, как бы не так, всё то, что имеет в себе силы и прячется в ночи, носит одно имя – Зло! Думаете бред, тогда прочтите мою историю, а потом скажите мне, вы боитесь наступления ночи?

Восемнадцать лет назад.

Полная луна скрылась за почти чёрными тучами, верхушки деревьев словно живые склонялись к земле от сильного ветра, оставляя колыхаться мрачные тени, что грязно падали на дорогу. Во всём этом гомоне раздавалось, тихое шуршание колёс по ночной дороге, которая ведёт только в одну сторону, в самую глухую и богом забытую деревню – Сируварка. Кому понадобилось мчатся туда, где почти нет цивилизации, кто разбудил этот ночной лес?

В машине ехали двое, мужчина лет сорока и женщина, чуть младше его – беременная. Мчались они в это место, чтобы жить и не вспоминать прошлого своего, а может быть от него и бежали, но в спасение не верил никто из них. Время безжалостно уходило, ночные путники были измучены и напуганы, что их ждёт, если они не успеют, вечная агония из кошмаров и проклятье душ. Сумерки сгущались, превращаясь в плотную и непроглядную темноту, и только тусклые фары разрезали этот тёмный плащ ночи. Женщине было тяжело, у неё отошли воды, и она вот – вот должна родить, мужчина боялся, что они не успеют, торопился, как мог. В мелькающей тьме виднелись проблески красных глаз, которые словно преследовали одиноких путников. Не обращая внимания на то, что пытается вырваться из глубин ночи, мужчина жал педаль газа в авто и молился, чтобы спаслась хотя бы его любимая.

– Нам не успеть, не выжить – твердил мужчина, но не хотел верить в эти страшные слова – Велес, прошу помоги – шептал он испуганно – Ты не мой бог, да, я не понимал, не чтил, но умоляю, спаси их – его губы немели, страх сковывал всё тело, он продолжал взывать к древнему и забытому богу.

В какой – то момент машина стала съезжать с привычного асфальта на просёлочную дорогу, темнота и лес сгущались над ними, как стая голодных хищников. Женщина сдерживала свои крики, опасаясь, что их могут услышать и тогда им уже не скрыться. Она понимала, что их уже нашли, но крошечная надежда теплилась, что им удастся вырваться из этого кошмара, который преследовал их, как только они узнали, что у них будет сын. Чёрный силуэт всплыл перед глазами мужчины, но он не сбавил скорости, он ехал так, словно желая уничтожить того, кто встал на пути. Мужчина прибавил скорости, он не замечал уже того, что их машину стало почти качать в разные стороны, как лодку во время шторма. Он лишь мысленно молился о спасении хотя бы своего дитя, которое было дороже всего на свете для них с супругой, чтобы спастись самим, он и не надеялся. Подобный дыму, силуэт растаял во тьме, но не упускал своих жертв, как охотничий пёс учуявший свою добычу. Остался последний поворот, спасение было близко, в дали виднелись первые огни, но машину занесло, их закрутило, женщине стало плохо и её крик полностью привлёк внимание спящих теней, которые питались болью и страхами, они, как голодные шакалы подкрадывались к людям, чтобы насладиться их мучениями. Женщина, что – то прошептала и это ненадолго укрыло их, чтобы дать возможность принять решение, но времени было слишком мало. Мужчина смотрел на свою любимую и в его глазах была мольба, он винил себя за то, что не смог, просто не смог спасти хотя бы их, о своём спасении он и не думал. Его любимая знала всё сама, она не винила мужа, они понимали, что другого выхода нет, взглянув на друг друга, словно они могли общаться мысленно, понимали оба, что должны спасти крошечное дитя, что вот – вот появится на этот свет. Что было важного в этом крохе никто кроме них и преследователя не знал, даже само дитя не догадывалось о своём предназначении.

Заклятье молодой женщины не могло длиться вечно, нужно было уходить, чтобы не дать тьме того, за чем она пришла. К ним подкрадывались стражи ночи, чтобы утащить в своё логово и насытиться их горем. Они чувствовали боли и страхи, но не могли найти тех, кто мог утолить страшную жажду, отчего становились злее и опаснее. Мужчина думал он успеет довести жену, но нет, роды начались внезапно, в этот миг время остановилось, предвещая о появлении очень сильного дитя на этот свет. Погибель или спасение, это некому не известно.

Женщина всё же разродилась и теперь истекала кровью, силы покидали её очень быстро, сознание почти оставило несчастную, мучая страшными карами преисподней. Она слышала в голове голос того, кто придёт за ней, того, кто уничтожит каждое светлое воспоминание, и имя ему – Проклятый.

– Беги, умоляю тебя – она с ужасом в глазах смотрела на мужа – Беги, слышишь, несись во весь опор, хоть ноги переломай, но беги и убереги его – последнее, что она сказала в ту ночь срывая с себя странный кулон, протянула его мужчине.

Её холодная рука опустилась, а тело издало прощальный выдох, лицо тут же исказилось непонятной гримасой ужаса, и вены по всему телу стали чернеть, отравляя её. Он пришёл за ней, нужно уходить, жену он уже не спасёт, даже её душу. Теперь этот кулон защищал маленькое дитя и мужчину, но в нём было слишком мало сил, поэтому действовать нужно было быстро, иначе её страдания и смерть будут напрасны.

Мужчина побежал, крепко сжимая амулет в руке, метал грелся, но он не обращал на это внимания. Маленький кулёчек, что он прижимал к груди словно чувствовал, что нельзя кричать или плакать, мужчина даже боялся проверять, выжил ли младенец. Он просто не хотел этого знать, он не хотел верить, что все было зря. Почти час, без устали, спасая свою плоть и кровь от страшной участи, что может случиться с их сыном, он бежал не оглядываясь, понимая, что сам он точно обречён, как и его любимая. Как же он ненавидел себя, но сейчас всё ушло на второй план, сейчас нужно бежать.

Впереди показались массивные ворота, которые освещал тусклый фонарь, а около ворот стоял мужчина в длинном белом плаще, и только его серебряная борода выдавала преклонный возраст. Мужчина был хмур, и не был рад ночному гостю, но он ждал его.

– Помогите – крикнул он, показывая ему амулет, что отдала Лиза.

– Откуда он у тебя? – не обращая внимания, что путник был вымотан и истощён спросил грубый голос.

– Лиза, Лиза не выжила, вот – и он показал крошечного младенца, что был небрежно завёрнут в пелёнки.

– Ребёнка я заберу, а тебя нет, ты чужой, ты порождение ада – ответил ему человек, что стоял у ворот.

– Я понимаю – ответил мужчина.

Незнакомец протянул руки, мужчина ласково посмотрел на крошечное чудо, что лежало у него на руках. Поцеловал в лоб, и протянул в надежде на спасение частички себя и своей любимой. Малышка завозилась, смотря своими большими глазами на отца, она не понимала, что они видятся последний раз.

– Как назвать дитя? – неожиданно спокойно спросил незнакомец.

– Лиза хотела назвать его Ведимиром – ответил мужчина.

– Я исполню, а если это дочь? – спросил седой старец.

– Там сын, она ждала сына – ответил мужчина с тяжёлым камнем, что лёг на его сердце.

– Да будет так – незнакомец вошёл в ворота, которые тут же закрылись, отрезая последний путь на спасение и забирая с собой защиту от тьмы.

Тусклые фонари стали гаснуть один за одним, позволяя темноте охватывать всё больше территории. Мужчина не боялся, он знал, что его ждёт, всегда знал, главное, что долгожданный ребёнок жив, а большего он и не просил. Он огляделся вокруг, его любимая была бы счастлива, если бы знала, что он спас их дитя, как жаль, что и она не спаслась. Тени опасным светом играли около ворот, но не подступали ближе, они знали, что тут не смогут напасть, и звали его, манили, туманили разум, обещая вечный покой и воссоединение с его супругой. Забавно, он сам когда-то был жалкой тенью, пока не увидел её, его Лиза была светлой и прекрасной, но тот огонь, что горел в её глазах, он пробудил его, даровал ему плоть и кровь. Елизавета была бунтаркой, была прекраснее всех, и он преклонился перед ней, ослушавшись своего хозяина, они сбежали, их проклинали обе стороны, но они были счастливы, а потом их настигло пророчество, которое могло стоит жизни не только им, Лиза не могла этого допустить, они понимали, что погибнут, но надеялись на спасение. Как это сложно, когда все твои надежды умирают, но он смог, он спас их любовь, спас крошечного человечка, пусть он и она исчезнут, но хозяин никогда не получит силу светлой веды и тьмы, что слились воедино и не превратит их сына в чудовище. Он мог бы простоят у ворот до утра, но его тянуло в эту бездну, он не мог жить больше, жизнь его мучала, без любви он просто порождение ада.

Мужчина посмотрел на небо, в последний раз вздохнул такой морозный воздух, и только зелёные глаза, что растворились в тишине быстро блеснули, озарились красным, приглашая его на собственную казнь, он сделал шаг, только один шаг, как его полностью заволокла чёрная мгла. Ни криков, ни единого звука, ничего не было, и только луна, что выбралась из чёрных туч, окрасилась в самый страшный, багряный цвет, повествуя всем, что случился суд над адским псом.

За высоким забором поселения старообрядцев – Сируварка.

Тьма издала рык, как бешеный пёс, но ей не проникнуть на эту территорию, сам Велес защитил своих детей, кто остались ему верны, сокрыл в глуши и защищал. Порождениям бездны путь был заказан, стоит им коснуться массивных врат или забора, как они превратятся в пепел, будь то тень или сам хозяин теней, таков был уговор. Днём они могли спокойно выходить, но с закатом врата закрывались, и никто не смел ступать во тьму. Та, что оставила свой род, не имела права возвратиться, но дитё было не виновным, пусть его отец и адский пёс, Велес примет дитё, он указал это через сны, потому старик и ждал его сегодня. Пусть этот демонов изверг забрал его единственную дочь, но внука он не получит, с тоской на сердце он прошёл в дом. Его супруга молилась, она надеялась хоть разок увидеть свою доченьку, но увидев кровавые пелёнки в руках мужа, постарела на десяток лет, надежда умерла и в её сердце. Седовласый старец отдал ребёнка своей жене, чтобы сделала всё, как надо, это было и его наследие, его дочь отдала жизнь за это дитя, теперь это его ноша, его боль и его смысли жизни. Для того, кто всегда был суров и не показывал свои эмоции, было сложно, но он понимал, что это его шанс искупить вину перед дочерью.

– Герасим, батюшки мои – ахнула женщина, разворачивая пелёнки, чтобы обмыть и накормить малыша.

– Он мёртв? – спросил старец, сжимая кулаки, сердце забилось бешено, вот-вот выскочит из груди.

– Что ты, типун тебе на язык – запричитала женщина, она немного отошла в сторону, чтобы и муж смог увидеть – Это девочка, живая, крепкая, девочка – плакала женщина.

– Не может быть – удивился мужчина и сам подошёл к малютке – Ведимирой будешь, так мама твоя просила – из его глаз скатилась маленькая капелька слезы, он не уберёг дочь, а хитрый Велес даровал внучку, а не внука, но как же так, Лизавета ждала сына.

– Девочка Герасим, девочка – плакала женщина – У нас внучка – на сердце стариков расцветало счастье, скомканное, больное от потери, но счастье.

– Её мы точно защитим Настасья – обнял он жену и помог ей с дитём – Никому не отдадим в обиду и всяким прохиндеям тоже.

Глаза малютки заискрились и на мгновение отразились красным цветом, женщина охнула, а Герасим провёл рукой и что – то прошептал, он понимал, что в его внучке много силы, она взяла всё от своих родителей.

– Она будет очень сильной – прошептал он и поцеловал девочку в лоб.

На руке малышки появился триглав, символ Велеса, девочка особенная, сильная, таких не было более тысячи лет. Велес благословил её, защитил, он даровал ей свою силу, как когда-то её матери.

Ночь полностью накрыла лес и дорогу, отрезая все пути до этого поселения, чтобы никто и никогда не узнал о том, что тут произошло. Огромные корни деревьев прорывались сквозь асфальт, чтобы навсегда запечатать проезд непроходимым лесом, и не дать возможности проникнуть в самое сердце тьмы. Тело красивой женщины в машине исчезло, растекаясь, как вода, словно её тут никогда и не было. Елизавета и её муж навсегда сотрутся из памяти тех, кто их знал, люди забудут, пропадут все фотографии с этой семейной парой, всё, что могло напоминать о них, всё исчезнет навсегда.

Глава 1.

Восемнадцать лет спустя.

Солнце высоко стояло над небольшой деревней, где люди жили по своим традициям и законам, а всё то, что происходило вокруг их не волновало. Деревня Сируварка была отрезана от современного мира, что происходит, для чего, никому не было до этого дела, а если случалось, что к ним забредали путники, то местные по скорее выпроваживали незваных гостей, но перед этим давали волшебной водицы, чтобы те и не вспомнили о странном поселении в самом сердце огромного леса. Да и лесные духи уводили пришлых, но иногда, когда человека вела душа и предназначение, он оставался, становясь новым жителем и забывал всё былое, что было. Бывали конечно случаи, что молодёжь не желала жить по закону своего рода, они сбегали, но обратной дороги им не было, отступников (так называли тех, кто покинул родную общину) забывали даже родители, так повелел Велес, чтобы не рвать сердце родным, а они не могли вернуться и навредить. Возможно это жестоко, мир прекрасен, но закон есть закон, древние обычаи сохраняли малые силы своих родов и не давали покинуть ворожбу из мира, чтобы сохранить баланс добра и зла. Современные люди живут и не представляют, какая борьба происходит за каждого из них, они всё больше уходят в свои желания и перестают верить, потому так важно сохранить частичку добра и света, чтобы у этого мира была надежда.

Сегодняшний день был очень важным, сегодня был день силы, день летнего солнцестояния, а это пробуждение первого дара у молодых ведьмаков и вед. Со вчерашнего вечера начались приготовления, пеклись пироги, варилось пиво, украшалась вся деревня, как и её жители. Все ходили счастливые и радостные, ну почти все.

– Ведимира – кричала пухлая женщина, уперев свои руки в бока, её красные щёки раздувались, а глаза сверкали злостью.

– Да Аглая Тихоновна – отозвалась молодая девушка, и посмотрела прямо на тучную женщину.

– Ты почто негодница сына моего ударила, а? Бесстыжая девка – ворчала женщина, и махала своими руками похожими на длинные сардельки.

– А по что ваш сын, уважаемая, обижает других, кто не может ему ответить и за девками в бане подглядывает? – девчушка не сдавалась, характер у неё был тяжёлый, но всегда была за правоту, за что и получала с малых лет – Или может правильно это? Как считаете?

Постоянные перепалки с какой – ни будь местной клушей (так называла их Ведимира), что считала своего сыночка чуть ли не самым красивым, были, как «доброе утро» для девушки, так, что и это не стало для неё неожиданностью. Правда именно эта противная женщина постоянно напоминала девушке о том, что её мать отдала её новорожденную деду, и каждый раз эта толстуха кричала ругательства в адрес наглой девчонки и проклинала её непутевую мать. Сыночка её был тем ещё «красавцем», ленивый, тучный, озлобленный и вечно сопливый, он считал себя самым видным парнем и конечно же хотел в невесты самую красивую девушку, но Ведимира была не согласна, да ещё такой подарочек, как сварливая свекровушка, отбивали желания у всех девиц обращать внимание на такого жениха.

– Уууу, чертовка – погрозила ей кулаком раскрасневшаяся особа – Да твоя мать, тебя нагуляла, и подкинула под забор – шипела толстушка – Ты и сама такая же, вертишь хвостом, а потом клевещешь на хорошего человека.

– Это ваш-то хороший? – усмехнулась девушка – Так-то парень не плохой, только ссыться и кривой.

– Ах ты гадина – закричала тётка Аглая – Змеюка подколодная, я найду на тебяуправу.

– Ищите, ищите, да за дитятком своим подглядывайте, а то покалечится ненароком – Ведимира показала язык противной тётке, на что та заорала пуще прежнего, но девушка не стала её дальше слушать, вот и утро началось.

– Змея, гадина – не унималась женщина – Отродье непутёвое, не девка, а проклятье – распаляясь всё сильнее, чтобы вся деревня слышала кричала Аглая, на то, слушает её сама девушка или нет, было уже не важно, момент запущен.

Ведимира спрыгнула с крыши сарая и пошла к себе во двор, упоминание матери больно задели её. Девушка хлопнула калиткой, а внутри закипала и разливалась волна злости, на всех этих жителей, что смели говорить такие слова о её матери. Она не знает кто её мама, не видела даже на фотографии, не было у них её фотографий. Да и вообще ничего не напоминало об этой женщине, и никто не говорил почему она бросила маленькую девочку вот так. Об отце она спросила лишь единожды, но горько об этом пожалела, дед с бабушкой словно с цепи тогда сорвались, наговорили гадостей, потом конечно извинились, но осадок остался, а спрашивать больше не хотелось, да и о матери она не спрашивала, чтобы не гневить деда.

Дед был строгим, но бабушка всегда жалела внучку, и баловала, иногда это походило на некий откуп, но девушка старалась об этом не думать. Жили они прилично, скотина имелась, даже лошади были, но хотелось ей чего – то особенного, узнать, что стало с мамой, кто её отец? Вопросов было много, но ни дед, ни бабушка не хотели говорить, правда один раз бабушка проговорилась, что отец её был не самым хорошим человеком, а точнее и вовсе не был человеком, но мать любил честно, всем его чёрным сердцем, но, как можно любить сердцем, если оно чёрное? Чем старше она становилась, тем сильнее стала ощущать то, что в их деревне называют бесами и демонами, а по ночам она видела страшные, красные глаза, но не испытывала страха, они казались ей печальными и родными, что на утро пугало ещё больше, чем сами сны. Однажды, когда проходил праздник Велеса, девушка спросила у одного старца, что если человек видел во сне то, чего все боятся, старец тогда ответил, что она очень смешная и такого не бывает, они тут под защитой, а на следующий день дед окуривал её разными травами и рисовал на ней руны, вся деревня смотрела. Где-то в глубине души она поняла, закричит, сочтут за бесовщину, ей было больно, от каждой руны, но она молчала, как выдержала – не известно до сих пор, но разговаривать на эту тему больше не стала.

В местной школе её не раз называли безотцовщиной, сначала она дралась с обидчиками, а потом просто не обращала внимания. Ей всегда хотелось выйти за ворота, но не могла, нельзя было, а почему никто не говорил. Некоторые из их деревни сбегали, но обратно никто не вернулся, да и говорят, что вырваться из леса нельзя, что там за воротами нет будущего, а тут их защищает сам Велес. Его знак всегда был с ней, бабушка сказала, что она только родилась, как Велес благословил её и даровал особый дар, а какой не известно, но сегодня ночью она всё узнает. Где-то в глубине души ей было тревожно, а что, если священный огонь сожжёт её и превратит в пепел, странные сны не прошли, а стали более реальными, чем были в детстве.

С деревенскими девушка мало общалась, словно чужая была среди них, да и относились к ней, как к подкидышу, которого принесли с другой планеты или дикого леса. Это, как привести зверька, вроде и не кусает, но стоит держаться от него по дальше, потому что есть зубы и не похож на местную животину. В глаза не говорили, опасались больше, но слухи ходили разные, мать нагуляла да подкинула родителям дитя, а сама и умотала, кто-то шептался о том, что мать, проклятая была, а дочку родителям отдала, чтобы её проклятье обошло под защитой Велеса, чем старше становилась Ведимира, тем сильнее она, да и остальные, понимали, что вовсе она не походит на них, отличается очень, да и характер совсем не мирный. Местные кумушки прозвали её бешенной, а то, что её задирают другие и она защищается, так этого никто не видит, как слепнут разом. Так и жила девушка, не понимая, отчего всё так и кто ей поможет, может были бы родители, так и защитили бы, пустота и горечь в её сердце разрастались с каждым днём, но она сдерживалась, старалась не верить в то, что всё плохо, искала всему оправдание.

Всё, что осталось у неё от мамы – это старый кулон, на взгляд он был крупный, но очень легкий. Ей очень хотелось верить, что у матери не было другого выхода, как отдать своего ребёнка, но, что же случилось, ответов не было, а кулон не мог раскрыть всей тайны, но Ведимира продолжала его хранить и верила, что однажды он многое ей расскажет. Всё это было странным, и каким – то непонятным, словно эти люди застыли во времени, а ей хотелось жить, а не тонуть и задыхаться. Она чтила устои, верила в Великого Велеса, но деревенский забор, что отделял её от свободы, он словно душил и не давал жить так, как велит сердце. По ночам она слышала голоса, ей казалось, что тени поют ей песню, но тени – это зло, а потому она молчала и не рассказывала об этом даже родным.

– Всё, что связанно с тенями – проклято, тот, кто ступит на теневой путь, навсегда очернит себя – так говорили старые мудрецы, рассказывая, как тени завлекают к себе светлые и чистые души.

Она боялась, но они и правда притягивали её и если одни чувствовали иногда страх, то Ведимира чувствовала покой и защиту. Стоило ей огорчиться, как с наступлением ночи, тени окутывали её заботой и теплом, даруя покой и уберегая от кошмаров.

Девушка села на лавку, расплела длинную косу, ещё одно отличие от других, только у неё были необычные волосы цвета тёмного шоколада, а некоторые пряди светлее, как молочный шоколад. Смуглая кожа, что было необычной для деревенских и роскошный колдовской разрез глаз с зелёными омутами. Местные были все сероглазые или голубоглазые, светлая кожа, русые волосы, все были широкоплечими и коренастыми, как говорится кровь с молоком, а Ведимира была стройной, высокой и очень красивой, чем неимоверно злила остальных девушек и парней, вторым по причине того, что отказала. Дверь калитки скрипнула, послышались тяжёлые шаги, девушка знала кто вернулся домой, и судя по ругательствам, что дед ворчал себе под нос, он был зол.

– Ведимира – позвал её дед, строгим голосом, а значит либо эта толстушка Аглая пожаловалась, или дед ещё чего удумал – Пройдём в дом, разговор есть – сказал он, хмурив брови и зашёл, не дожидаясь её ответа.

Девушка тяжело вздохнула, но не перечила, поэтому молча проследовала в дом за дедом. Они прошли на кухню, бабушка сидела на лавке и вязала, её спицы почти чечётку отбивали, а значит она нервничает. Девушка послушно села и дед начал снова свою грозную брань про то, что она себя ужасно ведёт. Он говорил и говорил, как она оскорбляет почтенную вдову, как не справедливо относится к окружающим и насколько несносный и дикий у неё характер. Их вечные перепалки и не справедливое отношение к бойкой девушке, постоянно раздражали, но дед не желал даже выслушать внучку, он постоянно её ругал и воспитывал. Но сегодня дед был явно настроен на что – то более серьёзное и то, что она услышала заставило её замереть от ужаса такого будущего, что он ей уготовил.

– Я терпел и молчал, шёл на поводу у тебя и бабушки, но теперь всё, сегодня приходил свататься Елисей, парень он хороший, вот и будет теперь он тебя сам в узде держать – рявкнул дед.

– Что? Но – девушка не верила тому, что слышит.

– Без, но! Хватит, и так безродная, пусть хоть в мужнем доме будет тебе семья – сказал, как отрезал дед, да так громко, что даже его супруга вздрогнула.

– Не губи – прошептала девушка – Елисей, он же, посмотри сколько от него девок утопилось, а ему ничего – Ведимира зарыдала – Умоляю, лучше утопи, но не отдавай, запри дома, пусть в девках помру.

– Молчать – рявкнул дед – Глупая дикарка.

Елисей, сын кузнеца, будущее в селе ему пророчили большое, место старосты, которое сейчас занимал дед Ведимиры. Отец Елисея сватался к её матери, но она сбежала, теперь вот сыночек его сватается в эту семью. Парень был красив, да вот душа его была злющая и жестокая, никто тогда девушке не поверил, что это из-за него три девицы потопились, даже их родители, как же, такого обвинишь, всем хорош, но Мира знала, что он сделал, а потом угрожал, что всем расскажет. С ней он тоже пытался обойтись плохо, да не смог, знатно она тогда его отделала, сама не поняла, как сил хватило, да отстал вроде, а он вот, что задумал. Ежели её ему в жёны отдадут, то он Миру со свету сживёт, она это понимала, а дед и слушать не хотел.

– Я не пойду замуж ни за Елисея, ни за кого другого – Ведимира стала терять контроль и её глаза застилались красным светом, что не укрылось от её родных.

– Да ты почти шавка безродная, мать тебя от шакала нагуляла, ты смеешь мне перечить – взревел злой дед.

– Так скормил бы меня диким зверям, я это со своего детства слышу – девушка теряла самообладание, она всегда боялась своих сил, но последний год они всё чаще выходили из-под контроля, дед заставлял её прятать свою суть.

– Неблагодарная – ещё пуще разозлился старик – Как ты смеешь не держать себя в руках, на костёр захотела, бестолковая.

– Лучше я на костре сгорю, чем жить такой жизнью. Я ненавижу вас всех – не в силах остановить накатившую волну злости закричала она.

– Ты выйдешь из своей комнаты только замуж – и ударил свою внучку со всей силы, да так, что девушка упала на пол и закрыла лицо руками.

– Ты что творишь, окстись – вскричала бабушка.

– Цыц, я тут хозяин, я всё село держу, а девка будет мне перечить – орал дед, его гнев был сильнее обычного.

– Она твоя внучка – закрывая собой девушку, бабушка не давала дать деду её вновь ударить.

– Она дочь шакала, с кем таскалась её мать, я думал, что хоть её воспитаем, но нет, она взяла всё от своих непутёвых родителей и смеет попирать наши законы и устои. Не бывать этому, она не пропадёт в гиене огненной, я не позволю, я вытравлю из неё отцову бесовщину – сплюнул дед и вышел из избы.

– Ведимирочка – заплакала бабушка – Внученька – она понимала, что муж не изменит решения, а как спасти дитя не знала.

– Я не выйду замуж – прошептала девушка.

– Тихо, тихо глупая – всхлипывая и прижимая внучку к себе шептала старушка – Всё ещё обойдётся, как же мы тебя с таким даром то замуж отдадим, а жених узнает и сожжёт на кострище.

– Не бывать этому, сам сгорит – зло проговорила Мира, вытирая тонкую струйку крови с подбородка.

– Тшшш моя хорошая, всё будет хорошо – бабушка и сама понимала, что муж поступил неправильно, да не будет он слушать её, слишком уж он дорожит устоями предков, но не своей семьёй.

Это было самым сильным ударом из всех, ведь она и так считалась в деревне какой – то прокажённой, но теперь и дед решил её упрекнуть в том, что сделала даже не она сама. Каждый раз девушка думала о том, что если её мать умерла, как говорили все, то лучше бы и ей тогда на этот свет не появляться. Зачем вообще её тогда взяли, чтобы каждый мог отыграться или сказать гадость? Так чем они тогда лучше её отца, которого ненавидят и презирают по сей день? Девушка заплакала, посмотрела на бабушку, но та только отвела глаза, а значит дед сказал правду, горькую правду, Ведимира встала, след от пощёчины горел огнём, но она не обращала на него внимания, боль в её душе была намного сильнее. Сколько раз она думала о том, чтобы узнать, кто её родители, а в ответ только злость со стороны родных и насмешки со стороны деревенских. Девушка провела весь день в своей комнате, её мысли метались, она боялась признаться самой себе, что её место не тут, знак на руке горел, она не знала, что это значит, но остаться тут – значит подчиниться и смириться, а она так не могла. Вечером бабушка звала её на ужин, но она была непреклонна, дед решения не поменял, и она решилась, побег – единственный выход.

Глава 2.

До вечера о ней больше не вспоминали, с одной стороны обидно, а с другой у неё появилась возможность обдумать, что она будет делать. Собрав только самое необходимое, Ведимира с тоской осмотрела свою комнату, тут прошла её жизнь, своих стариков она любила, но такой жизни, как у многих не хотела. Денег у неё не было, да и кому они тут нужны были, все жили хозяйством, да и не может быть, чтобы мир был совсем без добрых людей. Одежда у них была почти у всех одинаковая, швея своя – местная. Сильно она охала, что девушка штаны, да штаны просит, но Ведимира сейчас только рада была, что у неё штаны есть и много, в платье далеко не убежишь. Одела удобную рубаху, штаны очень удобные, в которых она не раз облазила всё в деревне, сверху накинула кардиган, повязала голову, чтобы волосами не зацепиться и помолившись Велесу, решилась уходить, сегодня праздник, скоро и её позовут на проверку через огонь, значит пора торопиться, а то ещё жениха пришлют, а от того не сбежать. Выскользнув из дома в окно, она попрощалась со своим верным другом, конём Лавром, единственный, кто был к ней добр и всегда ждал её, не упрекая, прислушалась, что происходит вокруг, праздник, все веселятся, значит пора, девушка перебежками прокралась к забору, нужно было выбираться и как можно скорее. Она знала, как это сделать, видела, как другие уходили, но молчала, как чувствовала, аккуратно отодвинула доску, прошмыгнула в открывшуюся дыру в заборе, оказавшись за воротами деревни, она тут же закрыла и начертила символ защиты от тьмы, даже маленькая щель может пустить зло, а зла она никому не желала. Вдохнула полной грудью и замерла, сжимая кулон матери в руке, знак горел, но она знала, пути обратно для неё больше нет, Ведимира повернулась лицом к лесу и замерла, как загнанный зверёк, который из вечной клетки вышел на свободу.

Всё вокруг было таким не привычным, тёмным, словно дальше только пустота и дороги нет. Тишина была пугающей, мелкая тропа, что вела в лес, была заросшей, но всё же была, она утопала, как и всё вокруг в непроглядной тьме. Последний раз посмотрев на высокий забор и одинокий фонарь у ворот, Ведимира тяжело вздохнула и пошла в этот тёмный и неизвестный путь, продолжая мысленно просить защиту у своего Бога, пусть сегодня Велес будет к ней благосклонен. Лес оказался не таким приветливым, как ей казалось раньше, он всё сильнее сгущался, а ворота и забор её родной деревни скрылись в этой тьме, тропинка словно исчезала позади неё и не давала возможности повернуть к дому, такого она не ожидала, понимая, что пара вещей в тканевой сумке и старый кулон, не станут спасением в случае опасности. Страх кольнул не приятно в сердце, вспомнилось то, о чём говорила старая Матрона, что во тьме живут наши самые страшные кошмары, чёрные тени питаются ими и отравляют всё существование человека. Раньше, всё это казалось сказкой для пугливых детишек, но теперь, теперь уверенности в том, что она сделала правильный выбор не было, но стоило вспомнить о том, кого ей выбрали в мужья, она всё же шла вперёд. Каждый шаг был тихим, медленным, осторожным, близилась полночь, и стало казаться, что ещё немного и весь этот ужас в её голове оживёт. Мелкие шорохи заставляли вздрагивать и пригибаться к земле, лёгкий кулон матери, что был невесомым, стал очень тяжёлым, хотелось снять его, но она лишь крепче держалась за него рукой, а он всё сильнее нагревался, словно хотел предупредить, о чём – то очень нехорошем. Хруст сломанной ветки заставил ее вздрогнуть и присесть на корточки, чтобы оглядеться вокруг или затеряться во тьме. Вокруг всё было слишком мрачным, и холодным, появилось ощущение того, что за ней кто – то смотрит, и явно не с добром, лопатки прожигало до зуда. Подобрав лежащую рядом палку, она стала прислушиваться, но ничего не происходило, лишь только ветер качал верхушки высоких деревьев. Девушка ругала за себя за глупость, хоть бы топор из дома прихватила, тут в лесу явно неместные мальчишки или сварливые бабки будут, как защитить себя на случай опасности. Сердце, словно бешенное стучало так, словно выскочит из груди, кожа покрылась противными мурашками, и волосы готовы встать дыбом от ужаса, а потом она увидела глаза, зелёные, яркие, и такие страшные, словно именно в них собралось всё зло, что есть на этом свете.

– Ведимира – пронеслось эхом по лесу – Иди ко мне – словно огромная змея извивался взгляд и приближался к ней.

Она хотела закричать, но голос пропал, а крик застрял в горле, девушка растерялась, она не боялась тьмы, тьма была с ней приветлива, но то, что она видела, это пугало. Чёрные, липкие и такие холодные, словно рептилии, тени накрывали её с головой, становилось трудно дышать, и это жжение на её груди от кулона, как будто тело сжигали на костре за живо. Руки и ноги немея опускались вдоль тела, глаза видели смутно, а кости стали хрустеть, тупая боль пробиралась медленно, как бы наслаждаясь своей пленницей. Еле сумев сделать вздох, она закричала во весь голос.

– Нееет – внутри всё загорелось, лёгкие опалило, рёбра словно сломали и сложили заново в грудной клетке.

– Глупая девочка – прошипели глаза, она не видела, она знала, чувствовала – Ты останешься тут навсегда, я устал тебя ждать – и смех, раскатистый смех, а потом крик, дикий крик, вопль, наполняющий уши звоном, а голову болью.

Сквозь пелену боли она слышала, что кто-то кричал, она сама или её противник кричал, а может ещё кто, девушка не понимала, руки стали покрываться чёрными полосами, знак Велеса горел огнём, который пытался выжечь из неё заразу, а по телу побежали пауки, она стала стряхивать их с себя, но они словно приклеились. Девушка чувствовала, что сходит с ума от страха, сама того не ведая, она стала кусать себя до крови, ощущение пустоты и боли заполнили её полностью. Кулон матери жёг её грудную клетку, он душил её шею, но она его не снимала, как последнюю надежду на спасение. Под руками, что от бессилия упали на землю, поползли змеи, скользкие, противные, они шипели и кусали её руки, сознание не хотело покидать несчастную, заставляя испытывать весь ужас того, что происходит.

– Помогите – прохрипела она в пустоту – Пожалуйста – слова её выговаривались плохо, язык словно не мог произнести ни одной буквы.

Ведимира понимала, что надеяться ей было не на кого, деревня была далеко, и никто её не услышит, возможно вот её судьба, умереть в таких мучениях за грехи матери. Девушка попыталась встать, но силы её покидали и шансов на спасение не было, а потом она увидела его. Огромный и чёрный пёс, не волк, а именно пёс, который был намного крупнее даже самых больших собак, вышел ей на встречу, скаля свои клыки. Луна заняла своё почётное место и слегка осветила этот клочок леса, как слабый фонарь, словно давая возможность насладиться всем ужасом происходящего для глупой девчонки. Голоса пропали, тьма навалилась сильнее, а страшный пёс приближался.

– Нет, нет – шептала она, но пёс шёл и рычал, его глаза стали полыхать зелёным светом, а потом их застилала красная пелена.

Ледяное дыхание смерти сковывало, но Мира не хотела погибать, как любой другой человек, сейчас все обиды на деда с бабушкой, на односельчан, всё это отошло на задний план, она взывала к Велесу, чтобы он защитил её. Пёс приблизился и полностью показался, её немой крик застрял в горле от того, что она увидела, ободранный, с костями наружу, словно только восставший из могилы пёс. Его лапы были сломаны, но он как – то шёл, они были развернуты в разные стороны. На морде не было части шерсти или кожи, там были открытые гниющие раны, в которых были червяки, пожиравшие его. Видя всё это, девушку замутило, она хотела отползти, чтобы не видеть этот кошмар, но у неё не получилось, тело не слушалось, принося только боль.

Пёс рыкнул, девушка закричала и так сильно, что сама испугалась своего крика, животное приготовилось к прыжку, но сильнейший крик какой – то птицы, словно стал неожиданностью и заставил того замереть. Птичий крик был оглушающий, словно дикий и большой хищник, птица кружилась над ними, и резко стала опускаться стрелой вниз. Ведимира удивилась, птица была большой, как оно не заметила её. Девушка прижалась к земле, закрыла лицо руками, её сердце бешено колотилось от ужаса, два хищника около неё, а она беспомощна и ничтожна. Секунда, две и вой, злой вой и завывание, а клич птицы был около неё, совладав со страхом, она открыла глаза и увидела, что пёс рычит в ярости, и у него нет одного глаза. Он пытается ухватить здоровую птицу зубами, но она так ловко пикирует, что он только щёлкает по воздуху своими челюстями, и не может поймать противника. Размах крыльев заслонял свет от луны, и темнота снова сгущалась вокруг Миры, а потом птица выпустила когти, они блеснули сталью в лунном свете, ещё один птичий крик и когти впились во второй глаз чёрного пса, лишая его возможности видеть окончательно. Пёс зарычал и стал с силой трясти своей головой, а потом и вовсе стал бить птицу об землю, раскалывая последние целые кости своего гниющего черепа, но птица не отцеплялась от своей жертвы.

Девушка почувствовала, что оцепенение проходит и на полусогнутых ногах подхватив палку, побежала прочь, отмахиваясь вокруг себя от всего, что только пугало её, она не хотела оставаться там, неслась не разбивая дороги. Вой, рёв, рык, все звуки смешивались в её голове, но кто – то постоянно пытался схватить, или утянуть, казалось, что вся тьма словно пробудилась и сейчас поглотит в своих владениях, она падала, ползла, вставала, бежала, казалось, что это будет длиться вечно. Споткнувшись о старые и толстые корни, в очередной раз, Мира не удержалась и кубарем полетела по земле, обдирая руки и ноги, её вынесло на проезжую дорогу.

Ведимира ударилась головой очень сильно, в ушах стоял звон, но страх не позволял об этом думать, всё тело болело, так если бы её нещадно били палками, она всхлипывая поднялась и села на дороге. Нужно двигаться дальше, но сил совсем не было, а боль давала о себе знать, рюкзак был потерян где–то в лесу, там была небольшая аптечка, которая сейчас могла очень помочь. Ни вещей, ни еды, ничего, идти обратно в лес было глупо, и теперь она даже не знала в какую сторону двигаться, чтобы спастись, побег не казался больше хорошей мыслью, но теперь было не куда возвращаться, путь был отрезан навсегда. Девушка тяжело вздохнула, хотела помолиться Велесу и попросить о пощаде, может он сжалиться над ней, но услышав шаги, замерла, ожидая новых проблем.

– Вставай, нам нужно идти – кто–то очень быстро оказался около неё, хотя до этого она была одна.

– К-кто здесь? – спросила стучащими зубами, попытка встать провалилась, ноги не слушались, и она оступилась, подвернув ногу и упала обратно на асфальт – Растяпа неуклюжая – обругала она саму себя.

– Да, сложно будет – ответил ей незнакомец – Действительно растяпа. Я не враг, поэтому давай отложим знакомство на потом, а сейчас свалим – неизвестный подошёл ближе к ней, она вздрогнула, но он ухватил её за руку и помог встать, позволяя опереться на себя.

– Не – начала она, но парень её прервал.

– Я делаю, ты молчишь, оба живы – строго сказал молодой человек.

Новый знакомый стал водит пасы руками, от чего всё внутри разливалось родным теплом, словно своим собственным. Мира удивилась, но молчала, ей было не по себе, она видела его впервые, а он вёл себя так, будто знает её.

– Кто ты? – спросила девушка.

– Тебе виднее, ты меня создала – ответил парень и посмотрел ей в глаза, от чего она тут же отпрянула назад.

Его глаза были не как у людей, они были птичьими, да и сама внешность парня напоминала птицу, только он был человеком, ну вроде как человеком, хотя его способности залечили раны и избавили от боли.

– Как это я? Я такого не делала – она внимательно смотрела на него.

– Ну фамильяр сам собой может конечно родиться, но не я, меня создала ты – он указал на неё пальцем.

– Не подходи – девушка выставила перед собой обломанную палку.

– Мира – он закатил глаза – Я тебе помогаю, я тебя от мёртвой собаки спас, за тобой гонятся тени, нам нужно уходить, а ты вроде сильная веда, а ведёшь себя, как глупая курица – говорил он серьёзно и возмущённо.

– Сам ты курица – огорчилась девушка – Я не знаю кто ты такой или что ты такое.

– Повторяю – парень явно нервничал и ему не нравилось то, как оно себя ведёт – Я твой фамильяр, дух-защитник, я твоя сила, ты меня создала, я соткан из твоей силы.

Ведимира посмотрела на него, она не понимала, как он узнал её имя, и так ловко и красиво его сократил, дед запрещал так её называть, а почему было не ясно. Она хотела многое спросить у этого фамильяра, но из леса стал доноситься вой.

– Не успели – выругался он.

Парень молча подхватил её на руки и побежал, девушка не успела даже что–то возразить, но сейчас, с ним, она чувствовала себя более спокойной, пусть и боялась того, что её преследует. Парень бежал быстро насколько мог, стараясь выйти из владений мрака, он выискивал безопасную тропу вед, только там Мира будет в безопасности, но они оба услышали звук машины не так далеко, девушка обрадовалась, что возможно им удастся убраться отсюда и по быстрее, значит дорога не так уж пуста.

– Можно попробовать, чтобы нас подвезли – сказала она тихонько.

– Не уверен, что стоит это делать – парень поставил её на ноги, аккуратно придерживая.

– Почему? – она не понимала, что не так.

– Звук слышим, а машину не видим, не кажется тебе, что это странно? – съязвил он и насторожился.

Она не понимала, что тут происходит, но решила доверится ему, парень стоял и смотрел, пытаясь увидеть то, что они слышат, он был очень напряжён, отчего Мира нервничала ещё сильнее. Таких, как он, у неё в деревне не было, да и если бы он был местным, то она бы его точно знала, она невольно залюбовалась, он был красив, но её внутренние терзания прервались. Звуки машины сменялись странным и грубым смехом, как издевательство над её надеждой уехать отсюда быстрее. Страх снова дал о себе знать, а звук приближался, и машину бы уже было видно, но ничего не было, только странные клубы тьмы и тумана поднимались над дорогой, а потом на дороге стали появляться странные тени, они поднимались и разбивались, всё внутри задрожало, как лист на ветру, и словно из самой земли вырастал чёрный силуэт человека.

Глава 3.

Тёмный силуэт медленно приближался, он словно не шёл, а плыл по воздуху, зрелище было завораживающим и пугающим одновременно. Мира невольно прижалась сильнее к новому знакомому, то, что он её фамильяр она не осознала, времени, как-то не было, но сейчас, видя то, что происходит, девушка была рада, что он рядом с ней и она не одна. Человек становился всё ближе, его чёрный плащ закрывал его полностью, но он поднял свои руки вверх и не касаясь ткани, скинул его, плащ упал на асфальт, перед Мирой предстало нечто, почти человек, но не живой, как тот пёс в лесу, его злые зелёные глаза наливались красной яростью. Мертвец представлял из себя пугающее зрелище, у него не было половины тела, обломки рёбер торчали наружу, ободранные руки и ноги, пол лица без кожи, а часть черепа отсутствовала вовсе. Парень заслонил девушку собой, на что этот мертвец просто усмехнулся и стал аккуратно подходить, как хищник загнавший добычу.

– Твоя кровь, она такая вкусная, её запах сводит меня с ума – прошипел этот полутруп.

– Я не вкусная, я вас не знаю – шаг за шагом она пыталась отойти, но расстояние не уменьшалось, что очень пугало не только её.

– Я сожру тебя – сказал он громко и рассмеялся – Не пытайся сбежать, ты только разыгрываешь мой аппетит.

Чёрные клубы тумана стали превращаться в огромных пауков и сороконожек, они всё ближе подползали к ним. Парень, опустил девушку на землю, а затем резко подпрыгнул и ударился всем телом об асфальт, Мира вскрикнула, но вместо него, от земли, поднялась огромная птица, она издала свой клич и стала словно ракета спускаться вниз, чтобы атаковать всю эту ползущую гадость, которая окружала её.

– Твой жалкий фамильяр тебя не спасёт, он ещё сопляк – зло прошипел покойник, живые такими не бывают, она это точно знала – Думаю его я сожру, как десерт – сказал и хотел подскочить к ней, но она ловко увернулась.

Ведимира взяла себя в руки, сдаваться она не будет, а наука деда ей поможет продержаться, как можно дольше. Мертвец наступал и злился всё сильнее, от него пахло сырой землёй и гнилью, но она держалась, давая отпор, чем только раззадоривала своего преследователя. Крутясь и изворачиваясь, она несколько раз смогла нанести удары, но он выстоял и лишь криво усмехнулся над её жалкими попытками защититься. Мира понимала, что долго она не продержится, а её новый знакомы был занят другими тварями, не давая им добраться до неё. Мертвец разозлился, ему надоело скакать за бешенной девчонкой, и он отошёл, давая приказ противным насекомым. Мира сама не поняла, что произошло, когда на неё стали кидаться сороконожки и прочие твари, она сжалась в кокон, чтобы они не растащили её, но болезненный удар пронзил в спину и она почувствовала какую – то тяжесть на себе, а потом закричала, её снова жёг кулон, он словно живой воспарил над ней, не разрывая контакта с её телом. Вокруг стали разлетаться мелкие искры, которые ранили этих бездушных тварей, она успела заметить, что и тени, словно отбегали от них, прячась от жалящих искр.

Мощная волна снесла её к обочине, она даже не смогла понять, что случилось, жуткие насекомые хоть и отлетели, но тут же вставали и шли в её сторону. Здоровый паук поймал птицу в паутину и наносил удары своими острыми лапами. Птица истекала кровью, а на теле девушки появлялись раны, она чувствовала боль своего спасителя, они связанны, и сейчас оба могли погибнуть.

– Не надо, пожалуйста – закричала она во всё горло.

На что этот покойник, лишь сжал свои кости в кулак, и паутина стала душить птицу, которая тут же стала тем самым парнем. Он задыхался и его тело продолжал бить паук, а когда он выпустил свои огромные клешни и попытался укусить, девушка сжалась от предстоящего удара, оно понимала, что ощутит это на себе. Тело парня стало гореть, что ещё больше пугало, но она не чувствовала огня, но своего защитника ей было жаль, Мира кричала, просила пощадить его и не видела того, что от неё разлетаются искры огня, глаза, наполненные болью, покраснели, а лицо стало покрываться чёрными венами.

– Ведимира – знакомый хриплый голос заставил обернуться, там стоял её дедушка, она хотела крикнуть, чтобы он спасался, уходил, но дед остановил её слова, молча подняв руку – Беги девочка, спасайся – сказал дед и с криком бросился, размахивая топором, на этих тварей.

Мира смотрела с ужасом и трепетом, таким своего деда она ещё никогда не видела, дед кричал слова на древнем языке и махал тяжёлым топором, словно он был не тяжелее бумаги. Твари шипели, но стоило ему попасть по ним, как мёртвый страшный человек кричал, и его уродливое лицо покрывалось новыми шрамами и увечьями. Мира очень боялась, нужно было уходить, а как же дедушка и её защитник, как она может уйти? Мертвец явно проигрывал, а дед уже не казался простым человеком, значит он и правда проводник Велеса, но потом всё затихло, тени исчезали и поднимались в мертвеце, но тот лишь посмеялся, и его стали терзать тени, как кусок мяса, они проникали в него, и он всё сильнее рассыпался, при этом его злой оскал в виде улыбки не сходил с лица. Он вытянул одну руку вперёд и указал пальцем на девушку, а после рассыпался на останки.

– Что это такое? – Мира с ужасом смотрела на то, что происходило и не могла поверить своим глазам.

Останки этого мертвеца растекались и рассыпались, а из них вытекали слизни, жуки, пауки, саранча, всё это шумело и шипело, пыталось укусить, ужалить, парень выпал на асфальт из паутины, тени тут же стали его облеплять, но дед кинул в них яркий огонь из бликов топора, Ведимира услышала страшный крик, и почувствовала запах гари, словно жгли кожу, ей было страшно смотреть, но она верила, что дед спасёт и защитит, он всегда был таким строгим, но теперь она понимала почему.

– Дедушка – Мира прижимала к себе израненного защитника и по её глазам стекали слёзы.

– Внучка – дед устало огляделся, было видно, что такая встреча его изрядно вымотала – Берегись – закричал он и кинулся к девушке.

Мира обернулась и увидела, как огромный паук, перебирая своими конечностями приближается к ней и очень быстро. Бросить защитника она не могла, да и убежать не успевала, но дед успел раньше, он кинул свой топор в огромное насекомое и отрубил ему сразу две конечности, но паука это не остановило, он приближался очень быстро.

– Беги – закричал дед и попытался поднять внучку, но не успел.

Паук оказался быстрее, он проткнул старика на сквозь своей острой конечностью, дед Герасим резко замер, из его рта потекла кровь, он посмотрел на Миру глазами полными боли и сожаления, на сколько хватило его последних сил, он смог кинуть ей свой топор, чтобы внучка смогла защититься, паук распахнул свою пасть и откусил голову деда.

– Деда, нет, нет – Мира кричала от боли и ужаса.

По всему лесу раздался дикий смех, кулон стал жечь ещё сильнее, у неё на коленях лежал раненый парень, страшные насекомые стали уходить в глубь леса, а на дорогу упали первые лучи восходящего солнца, сжигая собой порождения тьмы. Всё горело вокруг них, тело обезглавленного деда утаскивали страшные твари, а она не могла ничего сделать.

– Ещё увидимся Ведимира – услышала она голос мертвеца в своей голове и закричала от понимания того, что произошло.

Её деда больше нет.

Ведимира сидела в самом центре этого ужаса, прижимая топор деда Герасима и отказывалась осознавать то, что произошло по её вине. Да, она винила себя и только себя, Мира никогда не верила в то, что ей говорили, она всегда делала всё не так, и теперь её дед поплатился своей жизнью, защищая глупую девчонку, которая была неблагодарна за его защиту. Сейчас все слова деда приняли другой облик, она увидела то, о чём он её предупреждал, но было поздно, девушка приняла решение вернуться. Как она дошла до своего поселения, сама толком не поняла, нашла дорогу, еле дотащила парня, который так и не приходил в себя, но в ней слово было много сил, жаль, что от горечи и боли, говорила бабушке о том, что случилось, всё это было словно в бреду и хотелось верить, что это просто ночной кошмар. Старая бабка Матрона залечила её знакомого без имени, но про себя она назвала его Соколом, когда увидела в какую птицу он обратился, но об этом она никому не говорила. Старая Матрона постоянно говорила девушке о том, что она должна быть рядом, и повторяла, что птенчик ещё не оперился, а уже так попал, создала же бедовая девка себе опору и ту чуть не погубила. Местные к ней не лезли, а бабушка ничего не говорила, избегая смотреть на непутёвую внучку, своего мужа она любила, пусть он и был строг, да только защищал её, ей было сложно принять, что его нет. Когда парень пришёл в себя, то девушка даже не успела обрадоваться, бабушка строго сообщила ей, что они уезжают из деревни, и лучше поторопиться, пока есть возможность, как быстро зло вернёт себе силы – не известно, Мира удивилась, она не хотела уходить, тут было всё родным, а там, там опасность.

– Почему? Я принимаю вину, накажи, пусть буду изгоем, но это мой дом – слёзы текли по щекам, какая же она глупая и ужасная, Мира ненавидела себя.

– Дело не в тебе – спокойно ответила бабушка.

– Нас гонят? – Мира не понимала, что происходит, но ответа было не нужно, бабушка собрала свои скудные пожитки, много брать не было смысла, они шли в неизвестность.

– Просто собери то, что осталось дома и что тебе нужно, коня не тронь, погибнет и он – бабушка отвела глаза.

– Ладно я, меня они гонят, но ты? – она не понимала за что они так с той, кто всегда чтила их традиции.

– Я сама решила с тобой идти, деда моего нет больше, какой прок тогда жить тут, где всё, что он сделал оказалось напрасным для него, теперь глава поселения будет другой, надеюсь он сумеет быть таким же достойным, а мне тут больше нечего делать, я своё сердце в том лесу похоронила – она похлопала внучку по плечу и пошла дальше собирать в дорогу еды и воды.

– Прости меня, я не хотела, я тоже его любила – девушка упала на колени и зарыдала.

Когда они покидали свою деревню, то никто из местных даже не вышел проститься, было горько и больно думать о том, что они сюда больше не вернуться. Эта земля была их домом, и теперь они бежали отсюда, словно прокажённые, вот их благодарность её деду. Ведимира усмехнулась, дед всегда был строг, но он любил её, как больно, что только так мы видим любовь, но она отомстит, обязательно отомстит.

Парень виновато смотрел на девушку, Мира была теперь уверена, что он и правда её фамильяр и защитник, раз дед его защищал.

– Мира, прости, я не смог тебя защитить и деда тоже – сказал он.

– Я сама виновата – опустила она голову – Прости.

Они молча шли по старой дороге, каждый думал о своём, дорога оказалась не сильно длинной, а может быть они просто не заметили, но дошли до старой станции, где на них смотрели люди, очень странно и не приветливо. Молча взяли билеты на последнюю электричку до города, чтобы навсегда уехать из родных мест.

– А как тебя зовут? – спросила она всё же у парня.

– У меня нет имени, я же просто хранитель – ответил он.

– Тогда я буду звать тебя Сокол – Мира улыбнулась.

– А мне нравится – Сокол улыбнулся ей в ответ.

Трое стояли на станции отдельно от всех людей, каждый думал о своём, бабушка оплакивала своего деда, Мира тоже скорбела вместе с ней, но всё больше злилась, что она оказалась беспомощна и мысль о мести будила в ней ярость. Только Сокол смотрел в даль, он был рождён всего три дня назад, по зову сильной веды, которая принадлежит двум сторонам, что его ждёт с ней и сможет ли он принести ей победу.

Станция была полупустой, мало кто ходил в этот лес по грибы, вроде и не было ничего, но чувствовали люди, что место это тёмное, мороз пробирал по коже даже в самую лютую жару. На тех, кто вышел из леса, люди смотрели косо, странные одежды, были видны следы драки на девушке и парне, а старушка была такой серой, словно и не живая вовсе. Электричка подъехала, и они зашли в вагон, сели у окна в самом дальнем месте, чтобы не мешать другим и не привлекать к себе внимания, хотя их заметили все, но не подходили, больно странно они выглядели. За окном стали мелькать поля, леса, редкие дома, электричка уносил их прочь от родного дома, от леса, от всего, что было этой ночью и то, что они прожили за столько лет. Каждый из них чувствовал себя пустым, чужим, пассажиры продолжали коситься на них, на их странную одежду, подозрительное поведение, но именно сейчас на это было наплевать, боль от потери мужа и деда, накрыла их с головой. Только молодой Сокол не знал ничего о таких чувствах, он просто видел, что им плохо и молча ругал себя, что не способен облегчить их страдания и не защитил. Для него этот мир был новым и не известным, ему было сложно удержаться от вопросов, но он молчал, вспоминая то, что произошло. Шум транспорта заглушал голоса людей, которые стали шептаться, но путником было наплевать, они пытались возродить свою душу вновь и не терзать себя от боли.

В лесу, когда ночь вновь стала хозяйкой, собирались густые сумерки, проклятый человек шёл на запах своей жертвы. Дорога привела его к поселению, которое было спрятано в самой глуши и словное живое сердце билось среди тьмы. Девчонки там уже не было, он зло проскрежетал своими зубами, к поселению он подойти не мог, навредить им тоже, они были давно защищены и сломать это не мог никто, мелкие руны на каждом столбе замерцали и из ворот вышел мужчина с серебряной булавой в руке.

– Убирайся нежить – сказал он грубым голосом, его не пугал этот мёртвый и проклятый человек.

Ответа не было, мужчина и так знал, что им больше ничего не грозит, девчонки больше тут не было, а значит они в безопасности. Ему было жаль её, ведь она была не виновата в том, что сделали её родители и нарушили закон равновесия, но он всё же желал ей смерти, чтобы она не испытала ужаса, который её ждёт, как расплата за чужие грехи. Старосту ему тоже было жаль, но он сам решил поступить так, принял девчонку ещё младенцем и не смог обуздать, вот и расплата. Проклятый человек ушёл, всё так же тихо и безмолвно, понимая, что теперь ему придётся выбраться из своего логова, чтобы нагнать беглянку.

Глава 4.

Главы будут идти от лица г/героини Ведимиры

Что мы знаем о наших страхах?

В детстве все мы боимся темноты, но почему, чем же она нас так пугает? Никто не может дать точного ответа, вырастая, мы просто не помним то, что видели, наша память защищает наше сознание. Мы не перестаём бояться, просто внушаем себе спокойствие, загоняем себя делами, мы выматываем себя и не замечаем многого, но оставшись один на один со своими мыслями мы боимся, но не можем понять, чего именно. Задумайтесь, почему именно вечером, когда становится темно, нам неуютно, шорохи и тени пугают, люди кажутся подозрительными, ускоряется шаг и мы ищем укрытие, безопасное место. Многие врут, что им не страшно, но это не так, конечно проще всего соврать, сказать да, я не боюсь, я не ребёнок, но так ли это на самом деле, никто не скажет вам правду – это стыдно, взрослые не могут бояться и пытаются донести это детям, что страха нет, всё это в голове. Только вот если в темноте мы слышим шорох, то сердце бьётся быстрее и есть ощущение, что стоит уходить, а может за нами кто-то следит? Нет ответов на эти вопросы у вас, а у меня есть, я отвечу – тьма живая и она может уничтожить разум, может сожрать душу, она может многое, стоит ей выбрать вас для своей жертвы. Думаете я просто пугаю, нет, я столкнулась с тьмой и потеряла всё.

Утро вновь было не радужным, постоянно приходится скитаться, искать денег, еду, как же это выматывает. Моя бабушка всю жизнь прожила в общине и привыкла верить всем, там не обманывают друг друга, но выйдя в большой мир, мы успели обжечься, подраться, нас обманули с оплатой, ночевать на улице оказалось не просто, тут даже бомжи дерутся за территорию. Соколу было проще устроиться на подработку, а вот мне не очень, только не самые приличные варианты, из-за этого моему защитнику приходилось часто драться. Бабушка тихонько плакала, думала, что я не вижу и не слышу, а я молчала, понимала, что ей необходимо время, такие раны быстро не затягиваются, она привыкла, что он всегда рядом, да и я тоже. Как она меня не возненавидела, я не знаю, слыша, как она страдает, я винила себя всё больше, пусть Сокол и пытался мне сказать, что я не виновата и он понимал, что если этот проклятый схватит меня, то последствия будут самыми страшными и необратимыми, это был его долг. Легче мне не стало от его слов, я подвергла всех опасности и готова похоронить себя под этим всем, только бы вернуть деда. Правильно он говорил, что я глупая и самоуверенная девчонка, которая не сможет противостоять тому, что ждёт меня за воротами поселения, но я его не слушала. Единственное, что заставляет меня не сдаваться – это месть, я словно пропиталась ей, но отступать не стану, я уничтожу того, кто уничтожил мой мир.

– Мира – позвала меня бабушка – Нам нужно искать постоянную работу и жильё, пора принять тот факт, что мы должны подстроиться под этот мир и забыть о том, как жили.

– Думаешь мы не сможем вернуться? – я отказывалась верить в то, что мы не сможем вернуться домой.

– Нет, они никогда не забудут кто ты, а деда нет, чтобы защитить – бабушка тяжело вздохнула, по щеке потекла слеза, она усмехнулась – Но мы тоже не пропадём, или я не жена своего мужа, а ты внучка, соберись и покори этот мир. Я стара, а вот ты нет, да и Сокол становится всё сильнее с каждым днём, нам придётся научится жить среди этих людей.

– Хорошо – я обняла бабушку, думая о том, как нам протянуть завтра, чтобы найти постоянное жильё.

Три человека, что сидели за столом маленькой кухни, и каждый думал о своём, это была я и моя семья, вернее то, что от неё осталось. Плевать, мы сможем выжить, я буду стараться и смогу защитить бабушку, чего бы мне это не стоило, ради памяти о моём дедушке.

– Возьми – бабушка протянула мне узелок, развязав его, я очень удивилась, там были украшения.

– Что это? Откуда? – не помню, чтобы у нас были такие.

– Дед иногда выезжал из поселения и привозил мне подарки, он хотел, чтобы у нас была своя тайна – она улыбнулась, так тепло и нежно.

– Но – я хотела отказаться.

– Не перечь – строго отрезала бабушка – Деда нет, а мы с голой жопой на улице. Он бы такое не одобрил, да и переодеться всем стоит, на нас все косятся.

– Меня одежда устраивает – возмутилась я – Они тут одеваются, как, как не знаю кто, вот.

– Ведимира! – бабушка покачала головой – Можно же выбрать, что-то подходящее, ты просто держишься за прошлое, но нам придётся его отпустить.

– Хорошо – скрипя сердцем согласилась я, но было не по себе.

Продать украшения – это проблема, вот серьёзно, тут столько заморочек, а ещё воришек, у нас бы руку отрубили, но Сокол не позволил нас ограбить, за что ему огромное спасибо. К моему удивлению, Сокол оказался не так прост, он успел завести некоторые знакомства и пошёл участвовать в спортивных боях за деньги, благо легально, хотя он сильнее обычного человека, и я понимала, что он поддаётся, чтобы не выдать своего происхождения. Фамильяры-защитники существа особенные, они не просто проводники, они способны впитывать в себя энергию мира, подстраиваться под неё, наполнять своего хозяина и вбирать излишки сил, что очень меня выручало, когда я не могла себя контролировать из-за мелких ссор с людьми. Благодаря ему мы смогли снять жильё, обзавелись документами и продали часть украшений, чтобы приобрести всё необходимое для более комфортной жизни. Бабушка постоянно твердила, что мир не без добрых людей, но мы таких не повстречали, приходилось быстро учиться всему, признаю, что интернет вещь полезная. Мы приобрели всё самое необходимое, чтобы слиться с обществом, стоит просто жить тихо, чтобы не привлекать к себе внимание, да и не особо хотелось. Жизнь налаживалась более-менее, мы не привыкли к такому быстрому темпу, но это нас спасало от боли и горечи, только осталась одна проблема, она продолжала меня мучать. С каждым наступлением ночи меня мучали кошмары, те события, что мы пережили в чёрном лесу, снились мне каждый день, я боялась каждого шороха, просыпалась от криков, а на моих руках проступали чёрные вены, символ нашего бога Велеса горел всё сильнее каждую ночь, а медальон матери становился тяжёлым. Сокол и бабушка меня поддерживали, и пытались радоваться каждому спокойному дню, но я видела, что и они боятся наступление ночи. Мне нужно было искать ответы на мои вопросы и это оказалось очень сложно, даже всезнающий интернет мне не помог, там много вранья и вымыслов, мне пришлось идти в библиотеку, старые архивы оказались очень полезными.

В старых книгах, что нельзя брать на дом, а можно лишь читать в зале, было то, что немного проливало свет на мои вопросы, пусть не всё, но уже был шанс найти истину. Чем больше информации мы узнавали, тем опаснее я себя чувствовала, впервые пришлось задумать о том, что я такое. Свои способности нужно развивать, уметь держать контроль, так говорилось везде, а вот как это сделать, почти не упоминалось, но мой фамильяр, решил пойти другим путём, изучая разные методики у других народов из легенд и сказок, находя похожие случаи, только вот он не только читал, он ещё и заставлял меня практиковать всё это.

– Мира, тебе стоит тренироваться, чтобы стать сильнее и научится контролю – каждое утро Сокол превращался в нудного коршуна, что трепал мне нервы, говоря о каких – то тренировках, и как на зло бабушка его поддерживала – Если тьма проникнет в твой разум и завладеет тобой, то он найдёт тебя – постоянно твердил он, словно мантру.

– Кыш пернатый, я сплю – и так было почти каждое утро, кошмары не мучали меня только по утрам – Мне и так хреново спится, а тут ты.

– Тебе нужно брать контроль над разумом, ты должна поставить эти блоки – он стягивал меня с кровати и тащил умываться.

Спорить – бесполезно, Сокол – это моя сила, как свет, так и тьма, упрямства ему не занимать, иногда очень хотелось его чем-нибудь треснуть, но стиснув зубы я шла тренироваться, хотя бубнить не переставала.

– Меня контролю тренировал дед, а он знаешь ли был силён, но даже это мне не помогло – постоянно ворчала я на него.

– Тогда ты была не раскрыта, сила дремала, а теперь тебе нужно быть готовой ко всему – он зудел и зудел надо мною – Ты не понимаешь, что раньше ты была скрыта ото всех, а теперь тебя любая пакость учует – ворчал он на меня.

Нет, я признавала его правоту, но поворчать – это святое, да и не только же мне страдать, пусть он тоже помучается по утрам. Так мы и существовали первые шесть месяцев, постоянно раскачивая моё тело, мой разум и мои способности, которые мне было сложно принять, как часть меня, что очень бесило моего фамильяра, он тоже часть меня, самая живая и мудрая, что помогала мне не сдаваться. Местом для наших тренировок мы выбрали старый заброшенный парк, я помню наше первое занятие, и эта тренировка была сильным испытанием для меня, но через пару месяцев стало легче, хотя не скажу, что очень. Мой хранитель гонял меня по всему парку и метал в меня какие – то шарики, что больно щипали, если я не могла увернуться от них. Промучил он меня почти два часа, я уже падала от усталости, не понимая, почему у него получается колдовать, а у меня нет.

– Сокол, я больше не могу, дед меня конечно учил многому, но я устала и кажется отупела – рухнув на пятую точку, я вытянула свои ноги, которые жутко болели.

– Тебе нужно быть выносливой, ты же не просто веда, ты огромная сила, что готова вырваться, а ты должна её пропускать через себя, чтобы материализовать её – строго и серьёзно, Сокол ждал, когда я встану и мы продолжим наши занятия, но неожиданно нас прервали.

Глава 5.

Пока я стонала и жаловалась на суровые будни, а Сокол пытался меня настроить на боевой дух, мы не заметили, что к нам кто-то приблизился, услышали только шорох и хруст веток. На небольшую полянку перед нами, вышли четверо парней, вид у них был очень болезненным, и они отчего – то улыбались. Люди, что с них возьмёшь, мы уже многое успели увидеть, что-то ещё нормально, а есть вот такие, как эти. Сокол напрягся, но мы постарались просто не обращать на них внимания, своих проблем хватает, да и ввязываться с кем-то в очередную драку, так себе идея, но они видимо решили, что так дело не пойдёт.

– И кто это тут на нашей территории? – смеясь и подмигивая мне, один из них стал подходить ближе, внимательно осматриваясь по сторонам.

Я решила просто проигнорировать, но встала быстро, Сокол подошёл ко мне и встал рядом.

– Нам не надо проблем, мы просто тренируемся – Сокол всегда сначала говорил, а только потом, если не понимали слов, мог и побить, хотя такие мало понимали словами.

– А, что, если – этот неадекватный сделал вид, что задумался, а потом резко посмотрел на Сокола – Нам плевать – он оскалился и достал нож – Всё, что ценного есть, сюда, быстро – усмехался этот болезный, наверное, решил, что сможет поживиться за счёт нас.

Диалог с такими – бесполезен, от слова совсем, это мы усвоили сразу, когда нас хотели ограбить первый раз и просто приготовились к тому, что они нападут. Мысленно думала о том, чтобы мой хранитель их сильно не переломал, всё же люди, пусть и такие никчёмные. Но вот, как только они подошли ближе, то я почувствовала, словно какой – то запах, гнилой, приторный пахло плесенью или затхлостью.

– Они же просто люди? – вопрос вырвался сам собой, но Сокол тоже смотрел на них, как – то удивлённо и насторожился.

– Не уверен – ответил он, вглядываясь в тех, кто к нам приближался.

Остальные тоже не стояли в стороне и подходили к нам, в паре шагов от нас вся четвёрка остановилась, меня стало обдавать жаром, такого не было, могильный холод – было, но жар, надеюсь они не из пекла за нами пришли. На шее каждого красовался один и тот же знак, но ни я, ни Сокол его не знали, хотя похожие символы встречали, но сейчас не было времени вспоминать, поэтому я просто постаралась запомнить. С виду они были словно отравлены, но передвигались быстро и осторожно, их глаза странно блеснули, и я почему – то не придумала ничего лучше, как просто побежать, не знаю почему, но мне стало не по себе. Сокол не заставил себя долго ждать и тоже побежал за мной, думаю он ощутил мои эмоции, к сожалению, они тоже побежали, и достаточно быстро, для таких с виду ущербных и немощных.

– С ними, что – то не так – задыхаясь, я пыталась поделиться своими предположениями.

– Сам вижу, а что мы бежим – то? – спокойно, словно не бежал, хранитель прекрасно держал дыхалку, в отличие от меня.

– Не знаю, я девочка, вот и убегаю от хулиганов – даже не раздумывая, о причинах своего бегства и нисколько не смущаясь.

– А я? – резко затормозил он.

Четвёрка тоже остановилась, не ожидая, что их цель будет стоять, мне пришлось тоже остановиться, не могу же я его бросить, все замерли, надо было пользоваться эффектом неожиданности.

– Ух, здорово да? – я улыбалась, на меня посмотрели, как на ненормальную – Так народ, побегали, прикольно, хорошо потренировались, завтра в это же время, мы пошли, всего доброго – и повернулась, чтобы спокойно и по-королевски пойти от сюда по дальше.

– Ага, спасибо народ – поддержал Сокол и поспешил за мной, жаль не сработало, спустя пару шагов, они поняли, что мы уходим.

– Не так быстро, милая ведьмочка – усмехнулся один из них, а я так и замерла столбом – Мы ещё не закончили.

Как они узнали, понимаю, что веда и ведьмы это одно и тоже, почти, мы сильнее, если верить книгам, но об этом никто не мог узнать, только если они не… Додумать не вышло, их глаза стали меняться, вокруг всё стихло, поднимая мой самый страшный кошмар, именно так же тихо было тогда в лесу. Сокол стоял рядом со мной, но я видела, что он внимательно наблюдает за тем, что происходит, а эти четверо, встают на четвереньки, странный поворот событий и он мне не нравится.

– Кто они? – вырвалось у меня в слух, на что Сокол лишь передёрнул плечами, а значит он тоже не знал, плохо, очень плохо.

Бежать, нужно бежать, подумала я, и потянулась, чтобы схватить своего фамильярного хранителя и быстрее свалить, такие знакомства мне были точно ни к чему, тем более их четверо, а нас двое. Сокол и сам решил так же, и мы столкнулись лбами, но наши новые знакомые этого не замечали и никак не реагировали, они не торопились нападать, а наоборот подползали ближе к друг – другу, казалось, что они проходят сквозь тела или не проходят, перед глазами поплыло, противное зрелище. Кажется, ситуация будет очень печальная и плачевная, защитник это тоже понимал и нам нужно было уходить, но вокруг всё плыло, а дышать становилось сложнее. Четверо странных существ слились в одно целое, превратившись в слишком уродливых, сиамских близнецов, просто слились в одно несуразное тело, их лица стали почти прозрачными, нога перепутывалась с ногой, а руки, как лапы у насекомых торчали во все стороны.

– У неё мнооого силы, мы съедим её – жадно облизываясь, они смотрели на нас дикими глазами, в которых не было больше зрачков, только один белок, жёлтого оттенка.

Четыре головы крутились в разные стороны и вокруг своей оси, я слышала, как хрустят и ломаются там кости и позвонки, меня передернуло от такого зрелища и не только меня.

– Хозяин будет рад – прошипели эти, это, кто это не ясно, а выяснять не хочется совсем.

Я и Сокол сделали шаг назад, это существо приготавливалось к прыжку и стало испускать из своих четырёх ртов тёмно – фиолетовый туман.

– Мира – Сокол говорил тихо – Попробуй нанести удар – он был напряжённым и готовился обратиться в хищную птицу – Я буду это отвлекать, а ты сосредоточься и бей.

– Я не смогу – я с ужасом смотрела на то, что было всего в паре метров от меня, дед много рассказывал мне о монстрах, которые будут охотиться, но вот об этом я не слышала.

– Сможешь – он стал покрываться перьями – Я помогу, но мы не сможем бегать вечно – и резко отскочил.

Стоило Соколу сделать резкое движение и подняться в воздух, как это существо прыгнуло на меня, я закричала и закрылась руками, сосредоточиться не вышло, да и как тут сосредоточиться, ни капли уверенности и адекватности, но удара не было. Медленно и не уверенно, я открыла глаза, это существо было на большем расстоянии от меня, но не так далеко, чтобы можно было бежать, но хоть что-то. Сокол уже парил над нами и издавал очень громкий клич, он совершил очередной свой манёвр и полетел на этого монстра, что уже вставал на руки, но не на ноги, мерзость. Все четыре лица исказились, и стали меняться, мой фамильяр не стал ждать того, что могло произойти дальше, он снова прокричал и растопырил свои острые когти, со стальными наконечниками и насквозь пронзил кожу этого мутанта. Криков не было, кроме противного скулежа, существо замахало своими конечностями, стало дрыгаться и прыгать, пытаясь стряхнуть с себя птицу. В своей голове я услышала голос Сокола:

«Беги» – уговаривать меня не пришлось, я подскочила и побежала, стыдно было бросать его одного, но надеялась только на то, что мой хранитель знает, что он делает. Я знаю, я жалкая и бесполезная, моя сила мне не подчиняется. Из парка я выбежала на аллею, где было уже достаточно людно, кричать и просить помощи было бесполезно, на меня и так постоянно косились соседи. Надеюсь, что они не последуют за мной и Сокол тоже улетит от них, люди вроде как не знают о существовании такого, значит существо тоже будет прятаться.

Пришлось сделать вид, что совершала пробежку и теперь решила сбавить темп и отдышаться, тут такое не редкость, модное веяние за ЗОЖ, поэтому слиться с толпой будет не сложно. В небе раздался клич, а над моей головой пронеслась тень, Сокол, значит всё хорошо и можно за него не волноваться. Люди тоже заметили большую птицу, все доставали телефоны, снимали его, фоткали, таких огромных, да ещё и в городе никто не видел, лишь бы его для зоопарка ловить не начали, а то вот удивятся, поймали птицу, а там человек. Немного посмеявшись над людьми, мысленно и в голове, я отправилась к дому, но постоянно оглядывалась, чтобы за мной никто не шёл.

До дома я дошла быстро, опасаясь и стараясь прощупать всё, что меня окружает, но не привлекая внимания. У нашего дома стояло несколько лавочек, на одну присела я, а на второй сидели бабушки с нашего подъезда, они давно на нас поглядывали, но не знакомились. Вот и подожду Сокола в компании пенсионерок, ещё дед говорил, что пожилые люди стирают наш запах, так как невольно питаются энергией, чтобы немного поправить здоровье, думаю с меня не убудет, а след сотрёт. Старушки пристально следили за мной и шушукались, что же, для лучшего взаимодействия, нужно с ними пообщаться, так они быстрее начнут меня скрывать, давай Мира, ты справишься.

– Хорошая погода, особенно для тренировок, правда? – мило улыбнулась, показывая им, что вижу взгляды в мою сторону.

– Да – ожила одна из них – А тебя, как звать девонька? – посмотрела на меня самая вредная старушка, что постоянно устраивала склоки местной молодежи и считалась тут самой главной, влиятельной и мудрой, ну ей самой и считалось.

– Ведимира я, мы из деревни, с бабушкой и братом приехали – соврала, даже не покраснела, чтобы гадостей не думали, а так может пожалеют.

Не то, чтобы я хотела прибедняться, но тут без вариантов, бабульки поняли, что я готова к диалогу и понеслось, где мама и папа, как погибли, горе – то какое, и дед с ними, а чего в город, и я уже через десять минут была бедной деточкой, которая умничка и правильно, что слушает бабушку, да с братом ходит, чтобы всем этим антихристам не поддаваться, наркоманы да проститутки вокруг. Слушала я бабушек очень долго, кивала и поддакивала, даже голова устала и скулы свело от натянутой улыбки. Сокол пришёл не так быстро, как я надеялась и с недоумением смотрел, как они уже приглашали нас с бабушкой к ним на чаепитие и день рождения, но его тоже быстро затянули в разговор, как приличного молодого человека, который следит за младшей сестрёнкой. То, что я младшая он конечно удивился, но усмехнулся, понимая, что я та ещё врушка, да, каюсь, иногда приходится.

Пообщавшись с местными сплетницами, мы уже знали, всё и обо всех, кто живет в этом дворе, старушкам польстило то, что мы придерживаемся строгих правил, и помним «дедовское воспитание». На этой милой ноте, мы попрощались, убедившись, что наш след исчез и учуять невозможно, что очень радует, но я и Сокол постоянно ждали подвоха, поэтому он проверил, где мы пропали с радаров и успокоившись вернулся домой. А ночью мне приснился страшный кошмар, который вывернул меня на изнанку.

Глава 6.

Странное ощущение холода и проблем, стали моими спутниками жизни, после того, как я покинула родное поселение, но в этот раз было по-другому. Я не ощущала ничего, только дикую жажду, которая мучила меня, и я не могла понять где я нахожусь. Совсем одна, мне было плохо, я бродила по огромной дороге, очень хотелось пить, тогда я ещё не понимала, что это сон и пыталась крикнуть, позвать Сокола, но не могла. Люди, что мне попадались, не замечали меня, я пыталась узнать, куда я попала, просила воды, но никакой реакции на меня не было, и тогда я заподозрила неладное, пытаясь призвать свои силы, но они молчали, только пустота в душе. Дорога казалась бесконечной и мучительной, а я всё шла. Город сменялся камнями, ноги отказывались останавливаться, пока не дошла до очень огромного замка, он не вписывался в моём понимание в этот век, а интуиция кричала об опасности, но ноги сами вели меня к нему.

Во двор замка я вошла без проблем, а от увиденного даже дыхание перехватило, всё вокруг цветёт, счастливые люди ходят и что-то обсуждают, много разных животных, это, как окунуться в сказочный мир, и почувствовать счастье. Люди смеялись, танцевали, и только один человек сидел мрачнее тучи, его словно это раздражало, он был не очень красив, и видно, что мимо проходящие девушки смеялись над ним. Мне стало его немного жаль, возможно постоянные издёвки очень озлобили человека, я решила подойти ближе, что-то внутри подсказывало мне, что сейчас я узнаю нечто важное. Около этого человека сидел старый художник, он дрожал, но рисовал портрет, я понимала, что художник боится этого мужчину.

– Сделай меня на портрете таким, чтобы всем был на зависть – грубо сказал человек, художник покачал головой, но принялся исполнять.

Мужчина со злостью откинулся на спинку стула и стал следить за тем, как его приказ выполняют. Невольно, я залюбовалась работой художника, он рисовал настоящую картинку, улыбающегося молодого человека, необычные глаза такого глубокого изумрудного цвета, что восседал на кресле. Черты были похожи, но картина была не живой, в ней чувствовался холод, она нарисована без души, но заказчику было плевать. Мастер закончил рисовать, а я ощутила дикую ярость, но не в себе, а от картины и её владельца, это было странно. Молодой человек остался доволен работой, и щедро заплатил автору шедевра, но тот отказался от денег.

– Считаешь мало предложил? – скривился человек.

– Что вы, господин очень щедр и добр – художник еле говорил, ему было очень плохо – Это дар для моего господина – и упал на колени, показывая свою преданность.

– Хорошо – эдакий господин щелкнул пальцами и художника оттащили по дальше, благо хоть не били и не издевались.

Мужчина приказал слугам нести портрет в общую гостиную и как только портрет был повешен он выгнал всех прочь, чтобы остаться наедине с этим творением. Было видно, как ему нравился портрет, он с восхищением смотрел на него и кажется мечтал быть именно таким.

– Жаль, что это всего лишь картина, что сотворил мастер, правда великий мастер, но разве тебе есть до этого дело – раздалось откуда–то из тёмного угла.

Молодой человек даже не вздрогнул, когда я сама чуть не закричала от испуга, но надеялась, что меня никто и дальше не видит, и не слышит. Из угла стал клубиться фиолетовый туман, он походил на чёрный цвет, только переливался странным отблеском. Когда туман стал опускаться и стелиться по полу, то показалась высокая фигура, лицо было довольным и зло скалилось, извиваясь около парня.

– Чего ты хочешь? – парень словно не боялся, и это веселило неизвестного.

– Я могу подарить тебе такую внешность, добавить к ней силу, и могущество, а в ответ попрошу самую малую плату – играя пальцами, незнакомец плавно ступал по полу, но его шагов не было слышно.

– Говори свою цену – в каком – то нетерпении стоял молодой человек, неспособный и взгляда оторвать от своего портрета.

– Ты принесёшь в жертву невинную девушку, и так будет каждые десять лет, а вместо тебя носить личину уродца будет твоя картина – мягко, но слишком шипяще говорил незнакомец.

– Согласен – без раздумий ответил парень.

Я хотела помешать, остановить, но словно пролетела сквозь них, незнакомый мужчина словно почувствовал меня, но я тут же забилась в самый дальний угол. Понятно, глупому парнишке уже не поможешь и кажется я попала в какую-то странную реальность, где меня нет. Незнакомец усмехнулся, кивнул, словно сам себе, а затем начал творить что-то очень страшное. Он поднял свои руки, стал произносить слова на незнакомом мне наречии и вокруг них образовывались тени, много теней, они все были с разными горящими глазами, злобно рычали и готовы были кинуться на молодого парня, но парень стоял, словно не боялся, просто ждал, в его глазах бушевало столько злости, что даже я почувствовала себя плохо, неужели это не бедный и глупый парень, а нечто страшное. Стали слышаться крики, кто – то кричал пожар, всё гремело вокруг, что – то падало, и только чёрные тени скалились, и их становилось слишком много, стало трудно дышать, только это было лишь начало кошмара. В зал внесли девушку, очень красивую, но испуганную, молодой человек повернулся к ней, а я даже охнула, он был прекрасен, и девушка тоже явно удивилась такому преображению, было понятно, что она его знала.

– Ну что милая моя, вы просили разорвать с вами помолвку, потому, что я был для вас, как проклятье – он явно наслаждался её страхом, так тяжело вдыхал в себя воздух, а незнакомец улыбался, его глаза блестели – Как вы сказали тогда мне – мужчина задумался –Ах да, вспомнил, уродец! Страшнее всех смертных грехов преисподней, вы насмехались надо мной, я был вам противен.

Тени прочно окутывали тело девушки, вены по всему телу чернели, как от страшной болезни, но его это не пугало, насколько он стал прекрасен внешне, настолько он был ужасен внутри. Его глаза горели злобой, яростью, он упивался её страданиями, осматривал девушку с такой брезгливостью.

– Простите граф – девушка всхлипывала еле слышно – Пощадите, молю – не веря в чудо, посиневшими губами, дрожа она читала молитву.

– Теперь и вы мне не нужны милая невеста – он разрезал на своём запястье руку и полил кровью картину, проделал тоже самое с девушкой, она кричала, но ему было плевать, её полностью поглотила тьма, эти мучения были самыми страшными, ужас застыл на её лице с последним вздохом.

Незнакомец кинулся в эту тьму, словно нырял, а когда тьма рассеялась, он сидел весь в крови и довольно улыбался, тени шипя возвращались в тёмные углы, незнакомец растворился в тумане, словно его и не было. Граф вышел из своего зала и осмотрел всех слуг, кто ждал его у дверей, разглядев, что с ним стало, пошли шепотки и понеслись страхи в сердцах людей. Довольный собой, граф усмехнулся и вышел в большой зал, люди склонив голову шли за ним. Он подчинил себе всех, запретил говорить об этом, а потом резко повернулся ко мне, с самой кровожадной улыбкой, какую я только видела.

– Я найду тебя маленькая веда – сделал шаг в мою сторону и попытался коснуться, я отскочила от него и закричала от боли, сама не заметила, как проснулась, от собственного крика, а на руке горел ожог.

Меня лихорадило, я не понимала, что происходит, Сокол и бабушка тут же подскочили ко мне, меня всё ещё трясло словно при горячке, на руке были странные порезы. Бабушка покачала головой, и стала рисовать молча какие – то странные символы на полу, на мои вопросы она не отвечала, что – то бормотала, топор деда стал мерцать, словно внутри была яркая лампа. Боль утихала, а я успокаивалась, Сокол прижал меня к себе, я чувствовала, как страх уходит, порезы перестали кровоточить, ожог хоть и не болел, но след от себя оставил приличный.

– Ведимира, ты должна научиться сражаться – твёрдо сказав, бабушка присела в кресло и вытерла две маленькие капли крови, что капнули из её носа, я удивилась, но бабушка сразу покачала головой, что отвечать сейчас не будет, я смирилась и не стала расспрашивать, видела, что ей сложно и плохо.

В эту ночь, мы так и не смогли уснуть, бабушка постоянно сидела и смотрела в окно, словно чего – то ждала, а я боялась даже спрашивать, верить в то, что наша спокойная жизнь теперь закончилась – не хотелось.

– Ведимира, то, что ты видела, это не сон – как – то обреченно вздохнула бабушка, словно знала о том, чего не знаю я.

– Так может пора бы уже и рассказать – устало, словно это была не самая ужасная тайна, а измучившая меня за мои восемнадцать лет неизвестность.

– Сначала ты должна стать сильнее, время ещё не пришло – тяжело и даже строго, и совсем не глядя на меня, моя бабушка просто выдавала мелкие крохи того, что мне предстоит узнать.

Я думала, что она ещё расскажет мне хоть что-то, но нет, бабушка явно думала по-другому. На этом все разговоры были закончены с её стороны, до тех пор, пока я не стану сильнее, а это означало, что мне и Соколу придётся вернуться в тот парк снова, и продолжить не только тренировки, но и скорее всего встретиться с тем ужасом, что я видела и побороть его. Сокол продолжал сидеть около меня, прикрыв глаза, я понимала, что должна быть сильнее, но сейчас только он меня спасал от проблем. Хотелось себя пожалеть, но нет, хватит, сначала нужно сделать, а потом я поплачу и пожалею себя, найду тело деда и похороню его, как положено, чтобы его душа смогла переродиться или вознестись к Всевышнему Роду.

Глава 7.

Сонн

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.