Анна Россиус
Месть бывшему. Замуж за босса

Пролог

Дмитрий

– Прекрасная ночь, – робко улыбается Оля. – Спасибо.

Закуталась в простыню и стоит возле постели, потупив глазки. Стесняется меня? После всего, что мы делали?

Удивила. Но дальше, уверен, всё пойдёт по привычному сценарию – объятия, сентиментальные разговоры, намёки на продолжение…

Странная девушка. Красивая очень, но как будто не от мира сего. Видно, что в голове – романтика на романтике и романтикой погоняет.

– Прекрасная, да, – искренне соглашаюсь. – Ещё не рассвело, куда собралась? Иди ко мне.

– На этом всё, Дим. Я рада, что это был именно ты.

Странности продолжаются. А мне не хочется слушать. Ловлю её тонкое запястье и притягиваю к себе. Отбрасываю простынь и наваливаюсь, раздвигая её бёдра коленом.

Но Оля не настроена на игру. Упирается ладошками мне в плечи и заглядывает в глаза.

– Я полгода убила на больные отношения, которые закончились вчера предательством. И если бы не ты, так бы и считала, что сама виновата в измене жениха. Из-за моей "холодности" он завёл другую на стороне.

– Холодности? Да ты просто огонь…

Ложусь на неё сверху и целую розовые пухлые губы. Выворачивается. Какая болтушка…

– Нет, я серьёзно! Спасибо, что показал мне, как чудесно ЭТО может быть. Но я не готова рискнуть своим разбитым сердцем еще раз… не сейчас…

Понимаю, сложно довериться мужчине после измены жениха. Ольга мне очень нравится. И я не привык отступать.

Глава 1

Ольга

За день до событий пролога

До полудня осталось всего десять минут. Тянусь к телефону, чтобы позвонить жениху. Но вспоминаю, что у Глеба – аврал, и он собирался работать без перерыва. Просил пообедать сегодня без него.

Складываю разные мелочи в сумку. Надеваю пиджак. Звонок по внутренней связи:

– Оль, Олег Данилович созывает срочное совещание, сказал всем быть через десять минут в конференц-зале. Волгина с собой захвати, я дозвониться не могу. Вдруг он рассылку не увидел.

Почему секретарь шефа просит меня захватить по дороге финансового директора? Потому что он и есть мой жених, и об этом в компании всем известно.

– Так сильно занят, наверное. Зайду к нему сейчас.

Обед, похоже, откладывается.

Беру ежедневник, и выхожу из кабинета, запирая его на всякий случай. Мне радостно, что сейчас увижу любимого. Хоть он и просил не беспокоить, распоряжение высокого начальства я исполнить обязана.

Прохожу знакомыми коридорами. Народ уже спешит в сторону конференц-зала, взволнованно перешёптываясь.

На носу – майские праздники. Все расслабились, кто-то уже билеты на тропические острова прикупил. А тут какое-то срочное совещание. Явно, что не к добру.

Захожу в роскошный кабинет финансового директора. Свет горит и никого. Странно. Может, он в комнате отдыха?

Вообще, заходить туда кому-либо он запрещает. Но мне-то можно?

Опускаю ручку и толкаю дверь.

И застываю с открытым ртом.

На мягком диване полулежит Глеб. Его голова откинута на спинку, глаза закрыты. На полу меж его ног сидит блондинка. Он обеими руками сжимает её кудрявую голову, которая ритмично поднимается и опускается.

Фу, гадость какая… Поверить не могу.

Нужно бежать отсюда.

Разворачиваюсь, но ноги не держат – спотыкаюсь о порог.

Нужно взять себя в руки. Делаю глубокий вздох, превозмогая нахлынувший приступ тошноты.

– Ольга, стой! – рявкает Глеб.

Я почти добралась до выхода. Но он в несколько больших шагов пересекает кабинет и хватает меня за запястье.

– Подожди!

– Не трогай меня больше никогда, – шиплю сквозь слёзы.

– Извини, Оль, но ты сама виновата.

– Я виновата? В твоей измене?

– Ты холодная, зажатая в постели. С тобой скучно в последнее время, – произносит, не щадя моих чувств.

В дверях появляется его новая подружка. Глазам своим не верю – это же Дарья, дочь нашего шефа. Стоит, такая красивая, поправляет причёску.

Вот, значит, как. Любимый променял меня на богатую наследницу.

Такая женщина, как Дарья, не станет ходить в любовницах. Очевидно, я в этой троице лишняя.

Глава 2

Ольга

Через десять минут, кое-как приведя себя в порядок, захожу в конференц-зал. Все уже собрались. И мой бывший на месте.

Протискиваюсь в противоположный от него угол.

Олег Данилович, БигБосс, замечает меня и кивает на единственный свободный стул рядом с собой. Старика многие недолюбливают и побаиваются, но ко мне он с первого дня проникся отеческой симпатией и взял под крыло.

– Хорошо поработали в прошлом году, – произносит наш шеф перед собравшимися. – И вот вам мой царский подарок – на все майские компания бронирует для вас эко-отель в Карелии. Чтобы весь аппарат управления там был, ясно всем?! Кто не явится – пеняйте на себя!

В зале начинается шум, гам.

– А ты чего такая красная, Статовская? Плакала? – вдруг наклоняется ко мне начальник.

– Аллергия на пыль, Олег Данилович, – вру.

Плакала, еще как. Потому что пол часа назад застала любимого жениха с вашей дочкой, дорогой шеф.

– На свежий воздух тебе нужно, Олюшка, – говорит мне.

И добавляет зычным басом, пытаясь переорать коллектив:

– А то засиделись в роскошных кабинетах! Нас вызывали на турнир по теннису, и что?! Ни одна задница не поднялась! Такой шанс попиариться прое***и, лентяи!!! В общем, все на природу! Проветрите мозги, познакомитесь с вашим новым директором по развитию, как раз!

Рой снова загудел. Женщины помоложе оживились. Новый мужчина начальник – это так волнительно, да.

Совещание длится еще минут двадцать. И я покидаю его одной из первых.

Конечно, очень скоро все узнают, что Волгин бросил меня ради дочери шефа. И меня еще несколько месяцев будут обсуждать и жалеть.

Снова слёзы наворачиваются. Неужели, придётся уволиться?

Я так счастлива была, когда устроилась сюда работать. Современный бизнес центр класса А, дружный приветливый коллектив, от универа недалеко и без проблем отпускают на сессию.

А уж деньги… Я – рядовой сотрудник, специалист отдела по тендерам, но зарплата у меня очень приличная даже по московским меркам.

И это всё потерять из-за предателя?!

Может, в офисе первые дни я бы и выдержала. Но эти проклятые майские в Карелии…

Там будет Глеб. Скорее всего, с Дарьей. И мне не отвертеться…

Сцеплю зубы и поеду, как миленькая.

Но это только на следующей неделе. А сегодня еще пятница. И мне нужна терапия.

Отправляю трём ближайшим подругам в чат сигнал "SOS". Тут же обрушивается шквал сообщений.

Договариваемся с девчонками встретиться после работы.

Ну вот, я сегодня хотя бы не буду одна.

Глава 3

Ольга

– Знаешь, Сонь, я уверена теперь, что та цыганка правду мне сказала. Не будет у меня личного счастья…

Мы сидим вдвоём в просторной кухне обалденного пентхауса, который принадлежит Марку Миллеру, Сониному мужу. Совсем недавно мы делили скромную съёмную двушку на четверых. Теперь остались втроём – Соня переехала в этот новый жилой комплекс.

И я была уверена до сегодняшнего утра, что скоро выйду замуж за Волгина и начну вить наше с ним гнездо. Но не срослось.

– Она обычная шарлатанка, Лёль. А ты – доверчивая, легко поддающаяся внушению дурочка, если веришь в такое.

– А как не верить? Мужчины, действительно, никогда меня не замечали.

– Мужчины – ленивые создания. Они замечают то, что на виду – страстных, раскрепощённых женщин. А ты у нас – скромница, и опыта ноль. Дело не в проклятии или порче, уж будь уверена.

– Ну а Глеб? Я доверилась единственный раз. А он так поступил со мной… Ничто же не предвещало. Знаешь, что он сказал? Прямо при ней? "Ты холодная в постели и с тобой скучно".

– Какой кошмар! Ну и сволочь.

Мы с Соней ужинаем. Я излила душу, получила необходимую порцию сочувствия и мне немного легче.

Вскоре присоединяются Сиволапова с Чуваковой. Приходится рассказывать тошнотворные подробности измены еще раз.

– Никогда мне не нравился, похотливый козёл! Свалил, и скатертью дорога! – выносит вердикт Ирка.

– Нового тебе найдём, – поддерживает Наташка. – У Миллера остались еще неженатые друзья, Сонь?

Я вклиниваюсь:

– Отношения – это просто не моё. Всё, зарекаюсь. Работа, учёба, и больше никаких мужчин близко! Год! Нет, два!

– Двадцать два! – рявкает Ната. – Чтобы пережить такую подставу, тебе наоборот нужен мужчина. Только не такая двуличная скотина, как Волгин! А нормальный!

– Где его сейчас взять?

– Это уже другой вопрос. А пока… Давайте выпьем за здоровье этого урода, чтоб у него свисток отсох…

Мы чокаемся бокалами с белым сухим. Только у Сонечки – клюквенный морс. Она беременна, и морщится сейчас даже от запаха вина.

За яростным обсуждением кар, которые должны непременно свалиться теперь на моего бывшего, не слышим, как открывается входная дверь. Хозяин вернулся, и не один.

– Они тут свистки обсуждают! – улыбается Марк, занося в кухню несколько фирменных пакетов. – Привет, девчонки. По какому поводу пьянка?

Красивый у Сони муж, от души за неё рада. Натерпелся он, бедняга, пока добивался её. Ирка с Натой заподозрили успешного адвоката, ухаживающего за молоденькой студенткой, во всех смертных грехах, и основательно усложнили ему задачу.

– Ольга, наконец-то, бросила Волгина! – выпаливает Ната.

Я цыкаю, но поздно – подробности на Миллера льются водопадом.

Чёрт. Одно дело – обсуждать такие деликатные вещи с подругами, и совсем другое – при мужчинах.

А вслед за Марком в просторную кухню-столовую заходят еще двое. Одного знаю – это толстячок Феликс, владелец модной сети лаунж-баров. А второй…

Высокий широкоплечий парень лет двадцати пяти – двадцати семи. Тёмные волосы аккуратно пострижены и немного топорщатся в художественном беспорядке. Тёмные выразительные глаза, взгляд со смешинкой. Прямой нос, чётко очерченные губы изгибаются в приветливой улыбке.

Одет в простую серую футболку и однотонные синие джинсы, на запястье – часы такого же, как у Марка, бренда. А значит, стоят как наша съёмная двушка.

Интересно, кто он? Все миллеровские друзья в той или иной степени успешны.

– Дмитрий, – представляется незнакомец.

Чувакова с Сиволаповой сразу же делают стойку. Хорош, чего уж тут.

Мы все знакомимся. Мужчины выкладывают бутылки и разные упаковки на столешницу.

– Солнышко, если хотите, мы можем в гостиной посидеть, не мешать вам, – предлагает Марк.

Соня не успевает ответить, её перебивает Натка.

– Да нет, одни мы уже посидели. Теперь давайте вместе…

Дмитрий Соболев. Рассматриваю его исподтишка. Приехал в столицу из Питера по работе на несколько дней. Обручального кольца нет на пальце.

Я даже и в мыслях не держу, что у меня может что-то быть с таким мужчиной. Да и не хочется ни с кем начинать снова, честно говоря. Разбитое сердце постоянно напоминает о предательстве.

Сижу, задумчиво уставившись в плазму на стене. Не вижу даже, что там идёт сейчас. Явственно чувствую чей-то взгляд. Поворачиваюсь, и точно. Дмитрий.

Сморит прямо в глаза, по-взрослому, без улыбки. Что это значит?

Вдруг подмигивает мне и отворачивается – кто-то окликнул.

Моё израненное сердечко начинает отчаянно колотиться.

Приплыли, Статовская. Никаких мужчин, забыла?!

Глава 4

Дмитрий

– Не думал переехать поближе к Кремлю? – спрашивает Марк.

Мы грузим мой багаж в Миллеровскую тачку. Господин "Звёздный Адвокат" решил встретить старого друга самолично, без водителя и охраны.

– Люблю Питер, – отвечаю. – А где твоя свита?

– Моя свита стережёт мою беременную жену. Она в последнее время спокойная, но иногда бывают всплески… что-то связано с гормонами. А если серьёзно, ты ж просил тихо встретить и сопроводить?

– Просил. Я в столице – инкогнито. Это в Питере теперь мой фэйс примелькался, не спрячешься.

– Ещё бы. Твоя дизайнерская компания весь исторический центр города перекроила. Мы были с Софьей у вас перед новым годом, красиво теперь. Никаких аляпистых вывесок, вульгарных плакатов. Единый стиль, очень элегантно. Как ты умудрился такой гостендер выиграть?!

– Чудо. И мой дипломатический талант, – усмехаюсь.

Потом замечаю ссадины на руках Марка.

– Вы с Софьей много шуму наделали. Столица гудела…

– Да уж. Ладно. Скажешь, зачем приехал?

– Отец уговорил. Настоящий, биологический.

– Олег Данилович, который? Что нужно ему?

– Хочет сблизиться. И скинуть на меня часть активов. Дочь его, Дарья – девка без царя в голове.

– Твоя сестра?

– Сводная, да. Не может он ей компанию оставить, боится что развалит за пол года. Наёмным управленцам не доверяет. Короче, у меня теперь контрольный пакет.

– Любит тебя папка…

– Не меня. Её.

Я, может, и хотел бы с Марком обсудить отца, но сам мало что пока понимаю. Главное – не понимаю мотивов старого лиса. Вызвал сюда, потому что, якобы, не может никому больше доверять. А мне может? Сыну, которым не интересовался первые лет двадцать пять?

– Почему с собой Анжелику не взял?

Выныриваю из тяжких дум.

– Мы разошлись. Свободен, как ветер… – улыбаюсь.

В последние недели перед разрывом случилось много всего неприятного, что не хочется даже вспоминать.

– Ладно. Ты отель не смотрел же?

– А надо было?

– Нет, всё правильно. В нашей башне, прямо под нами, есть квартира свободная. Один знакомый на юга умотал, вернётся через пару недель. Девчонки бегают котов кормить и цветы поливать. Он не против, что ты у него остановишься. Отдохнёшь, и давай к нам. Познакомлю тебя с Софьей.

Марк забросил меня и поехал в офис. Договорились встретиться через пару часов.

Я уже бывал раньше у Миллера в гостях. Теперь же мне предстояло жить здесь не одну неделю. Вести отсюда бизнес реально, но хлопотно. Придётся постоянно мотаться между двумя столицами.

Квартира понравилась. Ничуть не хуже моего таун-хауса. Только этаж здесь тридцать-какой-то.

Сразу же распаковываю оборудование, подключаю всё к сети, расставляю мониторы… Жить можно.

Коты появляются не сразу. Сперва палят из-за угла по очереди. Поняв, что я не намерен покидать их территорию, идут знакомиться.

Время до вечера быстро пролетает. На улице пасмурно, стемнело уже, хоть нет и семи. Пора.

Надеваю джинсы и футболку. Там все, вроде, будут свои.

– Соболееееев! – орёт Фелька из холла.

Улыбаюсь. Вижу Пончика, за ним входит Миллер, гружёный пакетами.

– Давненько!

Обнимаемся. Ностальгия сразу накатывает волнами. Хорошо покутили в юности. Сейчас друг к другу нелегко вырваться, видимся от случая к случаю.

– Только у нас там дома девчонки, – предупреждает Марк.

Прихватываю телефон, выходим, запираю дверь.

– Девчонки – это ж очень хорошо. Если только это не те две мегеры… – он смотрит с надеждой. – Они, да?

– Они, да, – усмехается Марк.

– Ты совсем не злопамятный, Миллер?

– Кто старое помянет – тому глаз вон. Там еще Ольга Статовская.

– А, ну ладно тогда.

– Или можем в городе где-то посидеть?

– Нет уж, пойдём теперь, – бурчит Феликс.

Двери лифта открываются, и мы заходим в пентхаус.

Глава 5

Дмитрий

Я бы лучше, честно говоря, провёл вечер в мужской компании. Не виделись с парнями сто лет, а тут нормально даже не поговорить.

От звонких девичьих голосов уже голова гудит. Подружки Софьи – просто катастрофа. Не понимаю, как Миллер их терпит, если они часто приходят в гости к его жене.

Не вникаю, что они там обсуждают, но изображаю заинтересованность.

Взгляд то и дело возвращается к красивой брюнетке Ольге. В отличие от остальных, она молчалива. Вероятно, оттого, что грустит по бывшему жениху. Изменил ей, негодяй.

Выходим с Марком на балкон. Усаживаемся в мягкие кресла друг напротив друга. Вид на ночную Москву завораживает.

– Их не пора в такси и по домам? – спрашиваю. – Пьяненькие уже.

– Пусть резвятся. Кто-нибудь из моих отвезёт потом.

Несколько минут треплемся ни о чём, как в юности. И вдруг я слышу знакомое название.

– Они что, знают, кто я?

– Нет. А что?

– Да мне послышалось, что кто-то из девчонок отцову компанию упомянул только что.

– А, не послышалось. Они твою компанию весь день поминают недобрым словом.

– С чего это?

– С того, что Статовская работает там. И этот микрочлен, как они её бывшего теперь называют. И его новая тоже.

– Шутишь, что ли?

– Отнюдь.

– В многомиллионном городе подруга твоей жены устроилась именно в мою компанию.

– Моя жена как раз её туда и устроила. У нас вакансий не было тогда, видимо. А Соня перезнакомилась со многими сотрудниками разных компаний в нашем бизнес центре. Договорилась как-то с кадровиками, и Олю взяли. Она очень хороший специалист, но робкая слишком, нерешительная. С такими качествами в жизни не устроишься.

– Ну а жених её, он кто? – спрашиваю зачем-то.

– Волгин Глеб.

Опа. Какое удачное совпадение.

– Финансовый директор?

– Он самый. Слышал уже о нём?

– Да, кое-что. Вы знакомы? Что можешь сказать?

– Я бы с ним дел не имел. Мутный мужик, с двойным дном.

Девушка, что сидит сейчас за стенкой – обманутая невеста того самого Волгина. Вот это удача.

– Марк, послушай. Не говори пока никому, кто я и зачем приехал. Ок?

– Ладно. А зачем ты приехал? Не заливай только, что из-за денег. Они тебе даром не нужны. Неужели, правда из-за отца?

– Из-за него. Отказать не смог в просьбе.

– Что за просьба.

– Проверить все финансы компании так, чтобы не вызвать интерес контролирующих органов. И принять дела.

– Значит, надолго ты сюда?

– А кто же знает? Как пойдёт.

Смотрю сквозь панорамное окно на Ольгу. По-прежнему печальна и задумчива.

Миллер замечает мой взгляд.

– Знаю, о чём ты думаешь. Не смей.

Глава 6

Дмитрий

Мы возвращаемся в квартиру.

Наблюдаю за Ольгой тайком, чтобы не смущать раньше времени.

Она мне интересна. Не только, как источник информации о Волгине. Почему бы не завести необременительный роман с хорошей девушкой, пока я в Москве? На ухаживания, правда, нет ни времени, ни желания. Если не ошибаюсь, моя симпатия взаимна. Буду брать штурмом.

Не успел я придумать, с какой стороны к ней подойти, как Ольга засобиралась домой. Феликс оживился. Она ему тоже нравится.

Делаю страшные глаза, показывая, чтобы перестал суетиться. Они давно знакомы, шансов у него было достаточно.

– Я тоже домой, провожу тебя заодно.

Она хмурится, но не возражает.

Прощаемся со всеми и выходим под любопытные девичьи взгляды. И недовольные мужские.

Уже у лифта спрашиваю:

– Марк сказал, вы кормите котов в отсутствие хозяина? Мне им, наверное, нужно что-то дать сейчас? Какой у них режим вообще? Может, покажешь, где что лежит и как пользоваться?

Оля улыбается, наконец-то. И кивает.

Заходим в лифт, жму кнопку своего этажа.

– Вообще, их кормит и чистит лотки помощница по хозяйству. Она у Марка с Соней работает тоже. А мы ходим, скорее, чтобы потискать и поиграть. Им одиноко.

Ну конечно, одиноко им. Спят, небось, сутки напролёт.

– Не проще было их к себе забрать на время?

– Соня хотела, но они не любят Марка. Подрали его портфель и что-то ещё испортили…

Отпираю дверь и пропускаю девушку в квартиру.

– Дим, почему так холодно?

Впервые по имени назвала. Приятный у неё голос, спокойный, мелодичный. И вообще, вся она очень приятная. Женственная, нежная. Красивая. Волгин – мудак. Интересно, с кем он там параллельно мутил?

– Мне душно показалось. Открыл окна.

– Что, в спальне гостевой? – она меняется в лице.

– Да, а в чём дело?

Оля спешно скидывает ботинки и бежит в кухню. Еле успеваю за ней.

– Оль, что?

– Они всегда встречают, вот что… А там сетки нет – они испортили её когтями. Новую поставить не успели.

– Там балкон.

Достаёт из ящика пауч, выкладывает кошачью еду в миску и начинает стучать по ней ложечкой.

– Кис кис кис!

Никого.

Её глаза начинают блестеть от слёз.

Она встаёт и идёт к балкону. Я за ней.

– Они бросаются вниз за птичками, они же охотники!

На балконе – тоже никого. Может, сидят где-то под диваном? Невзлюбили меня сразу, и прячутся теперь.

Раздаётся звонок, иду смотреть кто пожаловал на ночь глядя.

– Эй, сосед. Забирай своих зверей!

Ну, слава богу! Полноватый мужик средних лет выносит из квартиры напротив за шкирку двух наших котов.

Подхватываю их обеими руками. И очень зря – острые когти мгновенно впиваются мне в плечо, грудь…

Заношу их и отпускаю. Они галопом несутся в кухню.

Ольга радуется, но плакать продолжает. Это скорее всего из-за бывшего жениха. Держалась весь вечер, и вот – прорвало.

– К соседям как-то перебрались.

Ольга встревоженно смотрит на меня. Подходит и неожиданно кладёт ладонь мне на грудь. Опускаю взгляд и вижу. как быстро пропитывается кровью серая футболка.

Девушка морщится, будто это ей больно.

– Надо постричь им когти…

Стягиваю футболку, промакиваю ею же выступающие алые капли.

Ольга смотрит пристально несколько секунд. Беру её ладонь и прижимаю к тому же месту, только теперь кажа к коже.

Обхватываю талию и прижимаю к себе.

Вздыхает шумно, продолжая всхлипывать.

Глава 7

Ольга

Мы обнимаемся посреди просторной кухни под мерное кошачье чавканье.

Дмитрий намного выше, и мои глаза как раз на уровне его груди, которая разодрана в нескольких местах. И это при том, что он присел на стол.

Ладонью ощущаю, какая плотная и мягкая у него кожа. как под ней бугрятся мышцы. Наверное, он занимается каким-то спортом или регулярно посещает тренажёрный зал.

Очень хочется потрогать рельефный живот. Широкие плечи, на которых тоже кровавые царапины.

– Мне так жаль, Дим. Останутся, наверное, следы?

Поддаюсь какому-то неясному порыву и стираю каплю крови, сбегающую вниз. Ею перепачкана теперь ладонь.

– Не страшно, – усмехается он. – Кошачьи жизни дороже. Вот если бы я пострадал в сватке с ними, тогда да… было бы обидно.

Уверена, что он так не думает на самом деле.

Он стирает слёзы с моих щёк, медленно, нежно. Эти прикосновения рождают внутри неясное томление.

Может, Волгин прав был, что я холодная? Я ведь и правда с ним не чувствовала ничего подобного тому, что ощущаю сейчас с этим мужчиной. Желание трогать, целовать. Хочу, чтобы был настойчив. Но не уверена, что он испытывает то же, что и я.

Наверное, всё это из-за стресса. Из-за предательства Волгина я превратилась вдруг в мартовскую кошку и отчаянно нуждаюсь в ласке, одобрении, мужском внимании.

– В ванной должна быть перекись, – выдыхаю и отступаю на шаг.

Он обхватывает и снова тянет на себя, в треугольник меж своих ног.

– Дим… – упираюсь, зачем-то.

– Оль…

Вновь заводит руку мне за спину, ласкает поглаживающими движениями поясницу. Чувствую мужскую, возбуждающую силу его объятий. Сердце замирает, и я с трудом делаю глубокий вдох.

В его тёмном взгляде столько искренней заинтересованности. Кажется, на меня никто никогда так не смотрел.

Дмитрий склоняется и обдаёт горячим дыханием мой висок. Целует завитки волос, щёку. Тянется к губам.

Теряюсь в своих ощущениях – всё происходит слишком быстро, неправильно.

Сжимаю руки в кулаки и упираюсь в его каменный пресс.

Так себе оборона. Мужчину такая реакция только раззадорила.

– Не сопротивляйся. Просто скажи, если не хочешь, и я сразу отпущу.

Голос низкий, властный, с сексуальной хрипотцой. Ему хочется подчиниться.

Конечно – не хочу. Я ведь тебя совсем не знаю!

Но разум уже заволокло пеленой, а каждая клеточка моего тела стремится к нему. Хочется в его сильные руки, касаться без преград и крепко обнимать.

Не решаюсь сказать ни да, ни нет.

И он понимает моё молчание по-своему. Притягивает к себе ближе и целует, наконец. Влажно, глубоко, распаляя нас обоих.

– Хочу тебя обнять и прижать к себе, – вдруг выдыхает, прерывая эту сладкую пытку.

И на меня тут же вновь накатывают сомнения. Что я делаю здесь? С незнакомцем? Он намного старше, сильнее. И в отличие от моего бывшего, знает, как обращаться с женщиной. Каждое его прикосновение рождает в теле дрожь и делает желание практически осязаемым. Или мне только так кажется? Я же пьяная. Как стыдно.

Вдруг замечаю его красивые длинные пальцы на груди. Они ловко расстёгивают пуговичку за пуговичкой.

– Дим.

– Если не снять, сейчас испачкаю её кровью… – хладнокровно поясняет он и спускает блузку с плеч.

На мне красивый комплект из тонкого прозрачного кружева молочного цвета. И предназначался он совсем для другого мужчины. Снова накатывает волна стыда.

Но Дмитрий любуется с таким искренним восхищением… Пожирает взглядом всё, что просвечивает сквозь ткань. Пока не касается.

– Очень красиво.

Снова целует. Обхватывает ладонью шею сзади, заставляя поднять голову себе навстречу. Раскрывает языком мой рот и толкается, заполняя.

Я веду себя слишком развязно. Это совсем не в моём характере.

Но не могу остановить его и отойти. Дмитрий слишком нравится мне.

Осторожно кладу руки ему на плечи, стараясь не задеть борозды от кошачьих когтей. Как нам обниматься, если везде кровь? И ему больно, наверное.

– Нужно промыть, – шепчу в раскрытые, горячие губы. – И заклеить как-то.

– Неприятно смотреть на это? – выдыхает шумно и выпускает меня из рук.

– Нет. Нет, дело не в этом.

– Тогда, может, найдём перекись?

На негнущихся ногах иду в ванную комнату полуголая. Блузка осталась лежать скомканной на столе. Дима – за мной.

Волнительно всё это.

Просматриваю содержимое навесных полок.

– У владельца этих котов средства для обработки ран должны быть под рукой, – улыбается Дима и садится на край большой овальной ванны, рядом со мной.

– Здесь всё есть, – улыбаюсь тоже. – Не думай, они не опасны. Испугались просто.

– Возможно. Но на ночь мы от них запрёмся.

Мы? Ого. Он уверен, что я останусь здесь с ним на всю ночь? Не на пару часов даже?

По коже пробегают мурашки, от основания шеи до колен. И мужские руки, ложащиеся на бёдра, только усиливают мандраж.

Мужской, откровенно голодный взгляд немного пугает. Он пристально смотрит на грудь. И чувственно облизывает красивые губы.

Я брызгаю перекись на ватный диск и осторожно стираю бурые полосы. Стараюсь не сильно давить.

Дима морщится едва заметно. Потом склоняет голову и упирается лбом мне в голое плечо.

Не могу удержаться – зарываюсь лицом в его густые, взъерошенные волосы.

Они мягкие и очень приятно пахнут.

Чувствую влажный поцелуй через кружево. И спазм возбуждения, которым сводит внизу живота.

Отбрасываю в раковину вату и обнимаю Дмитрия за плечи. Глажу по широкой спине.

сердце бьётся, как бешеное. Даже дышать стало сложнее.

Он это чувствует. Тоже вздыхает шумно.

Снова гладит талию, живот… Находит молнию сбоку брюк и тянет её вниз.

Еще секунда – и я остаюсь перед ним в одном белье. Полупрозрачном, будто специально для свидания комплект выбирала.

Мне не совсем комфортно. Я, кажется, готова сдать назад. Одеться и сбежать отсюда.

– Оль…

У меня, наверное, на лице всё написано.

– Я и не думала сегодня…

– И я не думал. Потом увидел тебя, и теперь думаю постоянно.

Это он из вежливости, понятно. Но что я теряю, оставшись сегодня с ним?

Не хочется, чтобы считал слишком доступной? А какая мне разница? Я же его больше не увижу.

Уедет он через неделю в свой Питер. Максимум – встретимся у Миллеров случайно как-нибудь.

Могу же я единственный раз провести ночь с мужчиной, который мне ужас как понравился? Исключительно для своего удовольствия, как делают все взрослые люди? Или и дальше буду деревянная, скучная и холодная?

Что плохого, если я попробую делать только то, чего хочется мне самой?

Эти мысли проносятся вихрем в голове, пока Дима ведёт меня за собой в спальню.

Там интимный полумрак. И до сих пор довольно холодно. Напроветривал, блин! Коты выкинулись из окна и ушли к соседу, потом изодрали ему всю грудь, а комната теперь напоминает гигантский холодильник…

Вздрагиваю и обхватываю плечи руками.

Дима притягивает к себе. Запускает пальцы в мои волосы, властно обхватывая затылок. Целует сразу глубоко, лаская языком рот. И я постанываю, уже не сдерживаясь.

Теперь всё по-взрослому? А чего мне терять, собственно…

Обнимаю и прижимаюсь всем телом.

По его мощному торсу тоже прокатывается дрожь.

Он берёт на руки и несёт к кровати. Опускает на ледяные простыни голой спиной.

Вскрикиваю от ошеломляющего контраста.

– Сейчас буду греть.

Разводит мои ноги и ложится сверху. Целуемся снова, торопливо, яростно.

А мне вдруг жутко хочется его всего исцеловать, потрогать везде. И рассмотреть как следует всё то, что будет исключительно моим до утра. Не хочу просто отдаваться. Хочу взять от нашего спонтанного свидания всё, что только возможно.

Уворачиваюсь от поцелуя и шепчу, задыхаясь:

– Дим… я хочу всё сама…

Он прикусывает мою губу и как-то недобро улыбается.

– Я весь твой. Делай со мной, что хочешь. Но имей в виду, я потом отыграюсь…

– Что это значит? – выдыхаю взволнованно.

– Значит, пощады не жди…

Глава 8

Дмитрий

"Хочу всё сама".

Надеется произвести какое-то особенное впечатление? Ну ну. Интересно даже.

Сбавляю обороты. Замирает и смотрит пристально.

Отпустить, что ли?

Ладно. Но долго не выдержу – она нравится мне очень сильно.

Если игра в инициативу – просто способ свести меня с ума, то он весьма действенный. Не привык, когда женщина ведёт в чём-либо. И запретный плод, как всем известно – особенно сладок.

Переворачиваюсь на спину, усаживая Ольгу на себя верхом. Красивая, стройная, такая тоненькая. Мои руки на её талии кажутся необычно большими.

Она садится прямо. Берет мою ладонь и прижимает тыльной стороной к своей щеке. Закрывает глаза и немного изгибает спину, откидывая голову.

Даже через джинсы чувствую, как копна её густых тяжёлых волос опускается мне на бёдра. И это очень эротично, правда.

Оля ведёт наши сплетённые пальцы ниже. По шее и плечу к груди. И я вздыхаю, когда чувствую под кружевом тугие вершинки.

Можно снять? Понял.

Завожу руки её за спину и расстёгиваю бюстгальтер. Спускаю его с хрупких плечиков и любуюсь двумя холмами совершенной формы.

Член дёргается, наливаясь до предела. И девушка это чувствует. Сидит же там, где нужно. Если бы не джинсы…

Приподнимаю груди в ладонях. Склоняюсь и обхватываю губами сосок. Облизываю сначала, потом втягиваю в рот. Стонет и впивается пальчиками мне в живот.

Чувствую, как трогает, гладит торс. Изучает меня, как будто.

Это приятно.

Хочу почувствовать её кожей к коже. И опрокидываю на себя, прижимая к груди.

Глажу по спине и рассыпавшимся волосам. Нахожу снова пухлые мягкие губы и целую.

Всего несколько минут прошло с тех пор, как мы зашли в спальню, а я уже на пределе.

Хочу схватить за попу, раздвинуть шире её бёдра. Но, вроде как, нельзя пока?

– Оля… – выдыхаю со стоном ей в рот.

Приподнимается и начинает расстёгивать ремень на моих джинсах.

Умница. Очень вовремя – они уже трещат по швам.

Стаскиваем кое-как штаны с меня. Ну наконец-то.

Притягиваю девушку к себе и вдавливаю круглую попу в свой пах.

Стонет протяжно, и вполне искренне – я же едва не душу её в объятиях. Нужно полегче.

Она в трусах еще? Цепляю их с боков.

– Дим! – сопротивляется вдруг.

– Что? Это тоже снимаем…

– Я хотела еще… кое-что, прежде чем…

– Что угодно делай, но голая!

Подчиняется, всё-таки. И между нами исчезает последняя преграда.

В комнате темно. Мы можем видеть лишь очертания тел друг друга. А мне жутко хочется разложить её на этой постели и осмотреть всю.

Такую женщину хочется брать исключительно при свете.

Приподнимаю на вытянутых руках над собой и целую беспорядочно грудь, плоский животик. Щекочу языком пупок, и Ольга начинает хихикать. Мне нравятся все её реакции.

Тяну её бёдра выше и утыкаюсь носом в совершенно гладкую кожу на лобке. Прикусываю слегка. Сожру сейчас.

Но Ольга начинает притормаживать. Упирается в мои плечи, не позволяя ласкать дальше.

– Дим… – выдыхает.

– Ммм?

– Ты надолго приехал?

Ну вот. Не начинай только занудных речей про особую связь между нами после единственного траха.

Отвечаю честно:

– Пока трудно сказать. На несколько недель.

Почему спросила именно сейчас? А, ладно. Какая разница?

Пытаюсь перевернуть её и опрокинуть на постель. Но не даётся. Толкает меня кулачками в грудь, заставляя лежать неподвижно.

И вдруг слышу откровение:

– Я никогда не трогала мужчину так, как хочется…

Не может же она быть девственницей?

– Я же не первый, Оль?

– Нет. Первым и единственным был бывший жених.

Хорошо. А то я уж напрягся. Кто знает этого Волгина? Может, они до свадьбы ждали.

– Но я еще ни разу… эээ…

Мнётся и никак не может продолжить.

– Не кончала с мужчиной? – подсказываю.

– Нет.

Вот это поворот.

Вспоминаю, когда последний раз был с девушкой её возраста. Давно. Уже забыл, как это – заниматься любовью с женщиной, которая еще не знает границ своей чувственности. Такую нужно "пробуждать" постепенно. Но я совершенно не настроен на игру "в долгую".

С другой стороны – Оля же откровенна со мной.

Что там они обсуждали у Миллеров на кухне? Волгин её холодной и скучной назвал? И близко такого нет. Вон – горит аж вся, стоит коснуться.

Уверен, у нас всё сейчас получится.

Беру её ладошку и кладу на свой член. Она обхватывает и гладит, слишком осторожно пока.

Показываю, как сделать мне приятно. Слушается, повторяя движения моей ладони.

Просовываю пальцы туда, где соприкасаются наши тела. Там влажно и очень жарко уже.

Развожу её ноги шире и начинаю ласкать сокровенное женское местечко.

Вздрагивает, крепче обхватывая ствол. Стонем вместе.

Это уже агония. Мышцы сводит до боли, так сильно хочу её.

Торопливо рву пакетик и раскатываю латекс по стволу. Приподнимаю её бёдра и насаживаю на себя.

Нереальный кайф. Пульс бахает в висках, аж уши заложило.

А Ольга замирает и, кажется, перестаёт дышать.

Сделал больно?

– Киска, прости… я ворвался сразу.

– Всё хорошо, хорошо, – начинает дышать часто, поверхностно. – Просто… тебя много.

Даю её пол минуты, чтобы привыкнуть. Сажусь с нею на руках, и упираюсь спиной в изголовье кровати.

Она, может, и хотела поначалу что-то делать сама, но сейчас – явно дезориентирована.

Так тесно в ней. Если бы не вся наша ситуация, я бы засомневался, а не первый ли это у неё раз.

– Расслабься. Я осторожно.

Но как ни стараюсь её успокоить, она, словно камень.

– Боишься чего-то? Больно?

Молчит. Боится шевельнутся и оттягивает тот момент, когда начну двигаться я.

Глажу её разведённые бёдра. Нежную кожу между ними. Касаюсь подушечками больших пальцев чувствительного бугорка и начинаю массировать.

И только опыт, приобретенный годами, позволяет удержаться и не поиметь её по полной. Сейчас яйца лопнут, но терплю.

Очень горячая девочка. Чувствую, как сильно сжимает меня внутри. Как в судорогах сокращается её лоно.

Протяжно стонет, откинув голову назад.

Хватаю Олю за бёдра и довожу себя до пика всего несколькими толчками.

Последние делаю, уже подмяв её хрупкое, несопротивляющееся тело под себя. Впиваюсь в нежный приоткрытый в сладких стонах ротик и повторяю движения бёдер языком.

Сорвался, всё-таки.

А с Ольгой и не получится иначе. Она ведь – один сплошной грех. Невинный и порочный одновременно. И я намерен часто и подолгу с ней грешить.

Только выясню, какой херью ей забил голову этот долб**б Волгин.

Да и вообще, ради какой другой женщины нормальный здоровый мужик вздумает вдруг оттолкнуть от себя это прекрасное создание? Охота даже посмотреть на его новую подружку.

Глава 9

Ольга

– Расскажешь о себе что-нибудь?

Лежу в большой овальной ванне, облокотившись на широкую мужскую грудь спиной. Дима медленно водит по-моему, плечу, шее, груди мыльной губкой. Приятно так, что жмурюсь.

Не ожидала от него подобного вопроса. Сама я для себя решила еще вчера, что не буду о нём ничего выяснять. Так будет легче забыть его потом.

Я всегда была слишком романтичной, витала в облаках и ждала своего принца. Ждала, ждала долго. И думала, что дождалась, когда встретила Глеба.

Он мне казался очень привлекательным мужчиной, интересным собеседником. Искренне интересовался моими делами и охотно обсуждал работу. Давал дельные советы, помогал и всячески поддерживал. Даже прикрывал перед начальником, когда делала глупые ошибки новичка.

И наши приятельские рабочие отношения постепенно переросли во влюблённость. С моей стороны.

Он стал красиво ухаживать и совсем не настаивал на интиме. Романтические ужины, прогулки, подарочки и обмен милыми сообщениями – всего этого было валом. И я решила, что вот он – мужчина моей мечты.

И когда он пару месяцев назад предложил провести выходные за городом – снять домик на озере и побыть только вдвоём, я сразу согласилась.

Нервничала, волновалась. Готовилась к знаменательному событию.

Ну и… оно произошло.

Я не ожидала чего-то сверхъестественного в первый раз. Его и не случилось.

Потому что я холодная, оказывается.

Следующий раз был только через пару недель. Мы отмечали день рождения коллеги. Все выпили и расслабились. Глеб по-хозяйски обнимал меня и дал понять коллективу, что мы – пара. А после ресторана повёз к себе.

Делать "это самое" с не вполне трезвым мужчиной мне не понравилось. Да и с трезвым было потом не на много лучше.

Ну и ладно, подумала я. Секс ведь – не главное в отношениях? Важно то, что он ко мне хорошо относится, заботится и даже признался в любви однажды. А в остальном – как-нибудь само утрясётся, со временем.

И только сейчас, уже после расставания, я уже вижу весь расклад.

Он никогда мне ничего не обещал. Его невестой я была только на словах. Общих знакомых, кроме коллег по работе, у нас нет. Как нет и ничего общего вообще. Для секса у него была другая женщина. А для чего тогда я?

– Перевернись на животик.

Слышу низкий, красивый голос и выныриваю из раздумий.

– А? – поднимаю руки из воды и брызгаю на лицо.

– Задремала?

– Да, похоже.

Дима переворачивает меня к себе лицом, подтягивает выше и кладёт к себе на грудь.

– Устала, маленькая киска. Сегодня выходной. Можем из постели вообще не вылезать.

Он выдавливает гель на губку и начинает водить по моей спине, ягодицам. Целует макушку, влажные завитки на виске.

Я обнимаю и прижимаюсь щекой к большому мокрому плечу. Чувствую животом, что он снова возбуждён. И у меня внутри всё отзывается, рвётся ему навстречу.

Дмитрий. Имя мне нравится. И всё остальное в нём – тоже, очень.

Мы ничего не знаем друг о друге, но он за несколько часов перевернул весь мой мир. Не думала уже, что мне может быть настолько с кем-то хорошо.

Я собиралась сразу уйти, еще ночью. Но он не пустил. И сказал, что не будет больше трогать, если не захочу. Но я ещё как захотела.

После кошмарного утра и трудного дня такая бурная ночь… Спать хочется жутко.

Заманчивое предложение – не вылезать из постели. Из его постели.

Может, позволить себе еще несколько часов счастья? Не влюблюсь же я в него всего за сутки, правда?

С понедельника начну новую жизнь. Без мужчин, как и хотела. Мне есть, чем заняться, кроме бессмысленных романов.

Когда-нибудь позже я обязательно встречу хорошего парня и полюблю. И благодаря Диме я теперь знаю, каким он должен быть. А благодаря Глебу – каким не должен.

Мы возвращаемся в спальню и без сил падаем в постель. Она прохладная, и после горячей ванны это неописуемый кайф.

Лежу на животе, сунув руки под подушку. Большая ладонь по-хозяйски сжимает ягодицу. Гладит. Хочу тронуть его в ответ, показать, как мне приятно. Но нет сил пошевелиться.

– Мяууууу…

Вздрагиваю. Дима садится и сонно смотрит в сторону двери. Коты проснулись и пришли завтракать.

– Забыл совсем, что мы не одни. Я запомнил, где что лежит, сейчас покормлю.

Понимаю, что вставать никуда пока не надо. Роняю голову на подушку снова и закрываю глаза.

Вдруг голый зад обжигает укус. Вскрикиваю, переворачиваясь на бок. Дима тут же несильно кусает и за бедро. Таращусь секунду. Помимо воли начинаю улыбаться, как дурочка. И швыряю в него подушкой.

Он ловит её на лету, откидывает в сторону и наваливается на меня всем телом.

Начинает жалить лёгкими укусами плечо, шею… А я делаю вид, что уворачиваюсь. А сама обхватываю ногами его бёдра.

– Мяуууу. Мяааааау…

Мы оба голые, и касание кожи к коже жжёт огнём. Внизу живота нарастает пульсация. Чувствую, какой он твёрдый уже и хочу его внутрь.

Дима перестаёт дурачиться и недвусмысленно толкает бёдра вперед. Целует в губы, сжимает между пальцами сосок.

Коты, понимая, что орать бесполезно, запрыгивают на постель. Садятся рядком и нагло смотрят, дёргая ушами. Намекают.

Дима поднимается, опираясь на локти.

– Так и будете пялиться, что-ли?

– Голодные.

– Я сейчас.

Целует меня в щёку и встаёт с постели.

– Ладно, пошли. По-другому же от вас никак не избавиться, да? – бурчит, натаскивая домашние брюки на голое тело.

Любуюсь тем, как хорошо он слажен. Как перекатываются крепкие мышцы под гладкой, чуть загорелой кожей. Если б еще не полосы от кошачьих когтей…

– Не засыпай без меня, малыш. Я быстро.

Я, кажется, начинаю влюбляться.

Но шансов быть вместе у нас нет. Он скоро вернётся в Питер. А я останусь изнывать от тоски по нему в Москве.

Эта мысль действует, как ледяной душ. Сажусь резко и тру лицо руками.

Нужно бежать от него, пока еще не поздно. И не появляться у общих знакомых те три недели, что он в столице.

Погружусь в учёбу. Придумаю что-то, что поможет выкинуть его из головы. Буду ночевать на работе, в конце концов.

В офис теперь идти не страшно. И на Волгина плевать – Дима вылечил нанесённую им рану полностью всего за несколько часов.

Глава 10

Дмитрий

Раскладываю корм из пакетиков по мискам, и прислушиваюсь к звукам к комнате. Не ожидал, что пребывание в столице окажется таким приятным с первых же часов.

Ольгу не хочется выпускать из рук.

Нужно поступить честно и сказать ей, кто я.

Так и сделаю. В воскресенье вечером. Или даже в понедельник утром, когда поедем в офис.

Возвращаюсь в спальню, предвкушая продолжение. Пульс разгоняется заново, как только вижу её у постели. Куда собралась?

Закуталась в простынь и как-то грустно улыбается, опустив взгляд. Стесняется меня? После всего, что мы делали?

– Прекрасная ночь. Спасибо.

Удивила. Но дальше, уверен, всё пойдёт по привычному сценарию – объятия, сентиментальные разговоры, намёки на продолжение…

Странная девушка. Красивая очень, но как будто не от мира сего. Видно, что в голове – романтика на романтике и романтикой погоняет. И, наверное, всё еще страдает по бывшему.

Сажусь на постель и протягиваю ей руку.

– Прекрасная, да, – искренне соглашаюсь. – Ещё не рассвело, куда ты? Иди ко мне.

– На этом всё, Дим. Я рада, что это был именно ты.

Странности продолжаются. А мне не хочется слушать. Ловлю её тонкое запястье и притягиваю к себе. Отбрасываю простынь и наваливаюсь, раздвигая её бёдра коленом.

Но Оля не настроена на игру. Упирается ладошками мне в плечи и заглядывает в глаза.

– Дим, правда, я так благодарна тебе… Если бы не ты, так бы и считала, что сама виновата в его измене. Из-за моей "холодности" у него была другая.

– Холодности? Да ты просто огонь…

Ложусь на неё сверху и целую розовые пухлые губы. Выворачивается. Какая болтушка…

– Нет, я серьёзно! Спасибо, что показал мне, как чудесно ЭТО может быть.

Звонко целую в губы и вжимаю её запястья в матрас. Она вроде и сопротивляется, но не так чтобы очень. Неужели, правда хочет уйти?

– Всегда пожалуйста.

Торопливо разматываю простынь и глажу девушку внизу живота. Пальца легко проскальзывают внутрь. Влажная и очень горячая. Кого обманывает? Меня или себя?

Вхожу в неё рывком. Вскрикивает и подаётся бёдрами навстречу. Обхватывает длинными стройными ногами мою талию.

И я уже не боюсь сделать больно или раздавить. Улавливаю её желания. Чувствую её тело, как оно откликается на мои движения, ласки, поцелуи. Мгновенно и страстно.

И не покидает странное ощущение, что я – первый у неё. Верю, что до меня она никому так не отдавалась.

Когда просыпаюсь в следующий раз, сквозь шторы уже пробиваются яркие солнечные лучи. Девушка спит у меня на плече, перекинув ногу поперек моего живота.

Улыбаюсь, вспоминая некоторые моменты.

Многое было для неё впервые. И никогда раньше мне не доставляло столько удовольствия раздвигать чьи-то границы и рушить барьеры.

Ещё вчера, садясь в самолёт в Пулково, и не помышлял о новых отношениях. А сейчас, спустя менее суток, уже думаю об Ольге, как о своей женщине.

Хорошо с ней. Вообще ничем не напрягает, что редкость. Не принимает жеманных поз, не заглядывает томно в глаза, не пытается произвести впечатление.

Хорошо, что у нас еще два дня наедине. Потом придётся вникать в дела и разбираться с тем, ради чего я, собственно, и приехал.

А пока..

Сжимаю худенькую коленку, подтягиваю ногу выше и глажу бедро. Оля потягивается, зевает. Тёпленькая, сонная.

Меня окатывает волной нежности. И тут же колет ревность.

Волгин, сука. Чего тебе не хватало, никак не пойму?!

С другой стороны, если бы этот мудила нормально исполнял свои обязанности, Старый не выдернул бы меня в Москву. И я не увидел бы Ольгу, возможно, еще очень долго.

Ладно. Пока плюсов больше, чем минусов. И все они, так или иначе, связаны с Глебом Волгиным.

***

Мы принимаем вместе душ и занимаемся любовью еще раз. Сам не понимаю, откуда столько здоровья вдруг взялось – вроде не пацан уже.

Дело в Ольге. Она будто делится своей энергией, а не отнимает её.

– Моё солнышко, – шепчу.

Хватаю сзади за живот и опускаю к себе на колени.

Улыбается и ласково гладит по волосам.

Завтракаем вчетвером. Ненасытные звери тоже. Они вообще стараются не выпускать нас из виду. Как мне объяснила Ольга, пока мы находимся на кошачьей территории, мы – тоже временно члены стаи. И нужно следовать определённым правилам, чтобы не мешать друг другу.

– Когда будешь уходить, не забывай запирать комнаты. У тебя там столько техники. Могут и провода перегрызть, и на клавиатуру надуть…

– Хорошо, киска.

После завтрака Ольга убирается в кухне, возвращает всё в прежний вид. И начинает собираться. Одевается, расчёсывает волосы.

– Останься со мной.

Я правда не хочу её отпускать. Но она упрямится. Настаивать не вижу смысла.

Тоже одеваюсь, намерен её проводить. Заодно посмотрю, где живёт.

– У меня машина тут под окнами. Не беспокойся.

Да что ж такое?! Ничего не хочет.

Ладно. Раз уж секс-марафон отменяется, можно не откладывать "знакомство" до понедельника.

– Оль, я в Москву приехал…

Умолкаю на секунду, подбирая слова. Вдруг решит, что я её использую?

– Да, я помню, на пару недель.

– Я вот о чём.

– Дим, я еще раз скажу. Ты встретился мне в очень сложный момент. Не представляю, как бы я сейчас переживала предательство, если бы не ты. Но это вовсе не подразумевает никаких обязательств друг перед другом. Не волнуйся, пожалуйста. Всё прекрасно, правда.

– Не хочешь больше встречаться?

Кивает и опускает глаза.

Глава 11

Ольга

Не понимаю, как воли хватило от него уйти. Попросила даже до машины не провожать.

И как только села за руль, тут же разрыдалась.

Ну почему всё так сложно? Что теперь делать с воспоминаниями? Хранить память об этой фееричной ночи, как о ярчайшем моменте.

Будто это случилось не со мной, я просто посмотрела фильм и теперь под сильным впечатлением.

За всю жизнь столько событий не было, как за последние сутки.

Телефон трезвонит. Жму на наушник, выруливая со стоянки.

Соня.

– Лёль, ты где?

– Домой от вас еду.

– Марк сейчас спустился к Соболеву, и написал, что вы вместе ночь провели. Это же прекрасно, да? Или нет?

И когда только успел…

– Да, Сонь. Я вот только вышла.

– Это ведь как раз то, что и было тебе нужно. Я рада.

– А я не очень, – бурчу.

– По Волгину больше не страдаешь?

– Нет. Теперь по Соболеву. Какая я влюбчивая, да?

– Он так хорош?

– Мне показалось, что идеален. Хотя, и сравнивать, в общем-то и не с кем. Волгина я в расчет не беру совсем.

Мы болтаем всю дорогу. Я понемногу отвлекаюсь от любовных переживаний.

– Ты знаешь, Сонь, у меня командировка в начале недели. Ну, то есть корпоративный отдых с коллегами. Там будет Волгин, наверное, со своей Дашей. Так что, я в тонусе. О Диме будет некогда грустить.

Дома на меня набросились с расспросами Сиволапова с Чуваковой. Пришлось всё подробно рассказать.

– Знаешь, что тебе нужно, Лёлик? – заключает Ната. – Броня.

– Броня?

– Броня. Представляю, как ты заходишь в офис в своей скромной блузочке, расклешенной юбочке, с хвостиком на затылке. Тебя прям хочется жалеть. Ты просто потонешь в океане жалости и сочувствия. Бедная Олечка! Волгин ушёл от нее к красавице Дарье!

– Плевать уже на Волгина, – искренне восклицаю. – Посочувствуют и перестанут. Я ничего плохого не сделала, в конце концов.

– Ты совсем ничего не понимаешь, да? – злится Ирка. – Это сейчас тебе плевать. А утром в понедельник охота будет сквозь землю провалиться. Мы что, тебя не знаем?!

Пытаюсь скрыться от них в комнате. Благо, теперь я занимаю её одна – Соня то съехала.

Но не тут-то было.

– Тебе нужно себя в порядок привести.

– Я и так в порядке.

– А выглядишь, как лохушка.

– Девочки, оставьте меня в покое, а?

– Мы к понедельнику из тебя конфету сделаем. Поквитаешься с Волгиным и дашь всем понять, что не страдаешь по нему. А вечером назначишь свидание своему Соболеву. Ещё один лечебный сеанс тебе не повредит.

– Соболев – это не лекарство, а наркотик. Я потом чем от зависимости лечится буду?

Выталкиваю их за дверь кое-как и сужусь на постель. Смотрю несколько минут в одну точку. Пытаюсь отрешиться от всего. Не получается.

Выхожу из комнаты только спустя полтора часа, когда девчонки куда-то убегают. Хорошо одной, тихо, спокойно.

Завариваю ромашковый чай. Расстилаю коврик и занимаюсь йогой.

Звонок. Жму на наушник, не глядя на экран.

– Оля.

Да вашу ж мать.

– Глеб, привет. Я занята сейчас.

– Нет, нет, стой! Оль! не отключайся!

– Что?

– Прости меня. Не знаю, почему я так сказал. Ты – чудесная, нам было хорошо вместе.

– Глеб, я не буду возвращаться больше к этой теме. Было у нас, и было. Со вчерашнего дня мы просто коллеги. Я дорожу работой, и очень надеюсь, что ты не будешь мне чинить трудности.

– Оль, мне стыдно за то, что всё получилось именно так. Я не буду создавать тебе проблем, естественно. Наоборот, если могу загладить свою вину… Ты можешь всегда рассчитывать на мою помощь во всём.

– Спасибо. Договорились.

Хочу поскорее сбросить звонок.

– Давай пообедаем вместе в понедельник? Пожалуйста!

Ничего не понимаю. Зачем ему это? мне сложно представить даже ситуацию, в которой мы с ним встречаемся на людях, и на нас все смотрят. Как бы я не храбрилась перед девчонками, а они во всём правы. Я не выношу излишнее внимание. И н представляю, как мне пережить шушуканья за спиной и жалостливые взгляды.

А всё из-за него!

– Нет, Глеб.

– Тогда я просто зайду поговорить?

– О чём?!

– О том, что произошло.

– Я забыть это хочу! И обсуждать уж тем более не буду!

– Оля..

– До понедельника.

Всё, хватит с меня.

Вынимаю наушники, бросаю их на стол и иду в душ.

Всё воскресенье потратили на повышение моей самооценки. Выбрали несколько строгих вещей для офиса, в которых я и правда произвожу совершенно иное впечатление, нежели прежде.

– И никаких больше хвостиков! – настаивает Наташка. – Прям, девочка-припевочка…

– Да, надо сделать красивый пучок. Не как у мымры, а такой, воздушный.

Ира показывает нам на планшете прическу и инструкцию.

– Волгин решит, что нарядилась для него.

– Пусть что хочет думает. Главное, придать тебе уверенности в себе. Кстати, Соболев не звонил?

– Нет.

Я надеялась всё-таки, что Дима попросит у Марка мой телефон. И позвонит или пришлёт коротенькое сообщение. Просто из вежливости.

Вчера утром, когда уходила от него, всё казалось правильным. С глаз долой, из сердца вон, и всё такое.

Но из сердца вот он никак не выходит. И перед глазами периодически всплывают горячие картинки нашего свидания. А то, что мне приснилось сегодня ночью… стыдно даже вспоминать.

Остаётся надеяться только, что работа отвлечет. Меньше буду думать о том, какими бы у нас могли быть следующий две-три недели, поступи я иначе.

Теперь уже кажется, что эти вынужденные майские каникулы могут пойти мне на пользу. Карелия – далеко от Москвы. Может, мне станет легче, если нас с Дмитрием будут разделять сотни километров?

Глава 12

Дмитрий

Моя номинальная должность в отцовской компании – директор по развитию. Фактически же я – один из бенефициаров, помимо Олега Даниловича и Дарьи Олеговны Горяиновых. Правда, пока только на словах.

О нашем родстве вряд ли кто-то догадается – фамилия и отчество у меня от настоящего отца, который меня растил и любил. От биологического же – только кое-что во внешности.

Моя собственная питерская компания приносит куда большую прибыть, чем та, которую мне сулит отец за участие в своём бизнесе. Я около месяца отказывался лезть в это элитное "корпоративное болото", которым мне виделся их процветающий бизнес. Но старый не сдавался, давил на жалось и всё-таки додавил.

Заявился ко мне в Питер и не уехал, пока не получил согласие. тогда и состоялся этот наш "памятный" разговор.

– Дима – ты мой единственный любимый сын…

– Любимый?

– Мы плохо расстались с твоей матерью. Плохо настолько, что она запретила мне участвовать как-либо в твоем воспитании. Но я всегда думал о тебе. Когда этот бизнес поднимал, мечтал, как передам его старшему сыну…

– А оказалось – я сын единственный. Вот незадача.

Лариса, моя помощница по хозяйству, быстро накрыла на стол и ретировалась, предчувствуя бурю. Она давно работает у меня, и немного в курсе наше семейной драмы. Публичных ссор с отцом у нас никогда не было, естественно. Но Лара была свидетелем нескольких телефонных разговоров…Поэтому, как только увидела на пороге Олега Даниловича Горяинова собственной персоной, мигом просекла – ничего хорошего не жди.

– Перестань язвить! Идиот я был в молодости. Дай хоть как-то загладить вину.

"Дай загладить вину!" Неприкрытый эгоизм.

– Ты думаешь, я не понимаю, о ком ты печешься? Что, нет ни одного человека в твоём окружении, которому бы ты доверял? А Дарья? До сих пор мужчину приличного себе не выбрала? Нарожали бы тебе уже внуков, продолжили бы твоё дело…

Отец понуро опускает голову. Берёт наполненный стакан и делает большой глоток неразбавленного виски. Морщится болезненно, ни то от крепости напитка, ни то от резкости моих слов.

– Балованная она у меня. Знает только, как тратить. А как приумножать… Столько денег бухнул в её образование, и всё зря.

– Ладно. Чего ты хочешь от меня? И почему так срочно?

– Ты же компьютерный гений, сынок. Понимаешь в этих всех… эээ… господь бог, я даже не знаю, как это всё называется, чем ты занимаешься.

– Вэб-дизайном занимается моя компания.

– Это ты кому-нибудь другому рассказывай. Папу дураком-то совсем не считай. Этих вэб-дизайнеров в Питере – как собак нерезаных. И я не припомню, чтобы кто-то из них легко отхватил такой жирный госзаказ… За что тебя, сынок, наше правительство так поощряет уже не в первый раз?

– Рад, что ты так хорошо во всём разобрался. Понимаешь, наверное, что деньги твои мне не нужны? Я уже себе, своим детям и внукам на безбедную жизнь заработал…

– Разберись по-быстрому, что происходит в моей компании, пока я её не потерял. Не вынося сор из избы. Раз тебе ничего от меня не нужно, так позволь мне хоть что-то твоим детям передать! Будет дедушкино наследство, если эта неведомая сволочь не доканает нас окончательно.

Аргумент про дедово наследство стал решающим. Жалко старого лиса. Некого ему попросить о помощи, разделить заботы. Никому он стал не нужен, по большому счёту.

После непродолжительных словесных пикировок сдаюсь.

– Ладно. Уговорил. Мысли есть какие-нибудь по поводу того, откуда мне начать?

– Спасибо, сын. Начни с финансистов. Я весь аппарат управление отправляю на корпоративные каникулы в Карелию. Специально этот парк-отель выбрал, чтобы к Питеру поближе. Несколько дней будет у твоих людей, чтобы весь наш московский офис по кирпичику разобрать. Системы контроля доступа, видеонаблюдения будут отключены. А сам езжай туда, под видом нового директора по развитию. Я им там нового заказчика организовал, поэтому, у всех с собой будут рабочие ноутбуки. Понимаешь, да?

– В Карелию, значит? Дарья меня не узнает?

– Вряд ли. Она тебя помнит, что ли…

Представление коллективу решено было организовать в Москве. В рабочей, так сказать, атмосфере.

И я был рад смотаться в столицу на выходные, повидать приятелей. Мы свели знакомство ещё в юности, когда учились в МГУ. Потом наши пути разошлись, но связь мы все эти годы не теряли. Периодически встречались, проводили вместе отпуска.

Стою теперь посреди своего временного кабинета и собираюсь с мыслями. Отец просто-таки излучает энтузиазм. Доволен. Даёт последние инструкции и объясняет, кто есть кто.

– И еще, Дима, – вдруг вспоминает он. – Есть одна девочка. Милая, хорошая.

– Что с девочкой?

– Она у нас специалист по тендерам. Рядовой, вроде бы, сотрудник. Но на той неделе подозрительные бумаги всплыли. Теперь понять не могу, замешана она или её кто-то использовал в тёмную.

– Пришли мне её личное дело, проверю.

Интересно, Статовская сегодня явится на работу? Она говорила, что не переживает теперь так сильно из-за ситуации с бывшим. Но вдруг, всё же, решила уволиться?

– Ну, идём в конференц-зал, – Горяинов несильно хлопает меня по плечу.

Как-то даже по-отечески, мне кажется.

И думаю – вдруг Старый затеял всю эту историю с махинациями, чтобы заманить меня сюда и вернуть в лоно семьи? Нет, вряд ли.

Разберусь, что тут к чему. Поставлю на все руководящие должности своих людей. И когда отец решит окончательно отойти от дел, будет не о чем беспокоиться. Ни ему, ни мне, ни избалованной Дарье.

Мы проходим в просторный конференц-зал. Отец занимает своё кресло во главе длинного стола. Устраиваюсь рядом, по правую руку. И вся эта ситуация мне кажется фарсом. Ведь коварства моему папаше не занимать.

Помещение быстро заполняется людьми. Сразу отмечаю разницу между моей питерской командой, в которой про дресс-код никто никогда и не слышал, и сотрудниками отцовской компании. Мужчины в дорогих костюмах. Женщины все, как одна – светлый верх, тёмный низ.

Не зря Горяинов настоял на том, чтобы я напялил брендовые тряпки. Здесь явно принято встречать по одёжке.

Взгляд останавливается на девушке. Точнее, на длинных стройных ножках. Ползёт выше, по узкой синей юбке, прикрывающей колени. К округлостям грудей, обтянутым тонкой тканью нежно голубой блузки.

Наши взгляды встречаются.

Она замирает. В глазах – настоящая паника.

Моя Ольга.

Глава 13

Ольга

Сегодня – предпоследний рабочий день перед майскими. Народ расслаблен, будто это не утро понедельника, а вечер пятницы. Такое у всех настроение.

Только не у меня. Я иду по знакомым коридорам, стараясь ни с кем не встречаться взглядом.

Что я там говорила девочкам? "Всё равно мне?". Да ничего подобного. Ясно, что за два выходных все уже перетёрли нашу историю. Или кто-то видел вместе Дарью с Волгиным, или они сами рассказали. Но наш разрыв ни для кого уже не тайна, вижу по поведению коллег. Замолкают, стоит мне появиться поблизости.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.