Мария Дьяченко
Облакалипсис

Волки городов

Лекси бежала в промокших насквозь кроссовках по коварному вязкому снегу, перепрыгивая через залежи мусора, споткнувшись о чей-то сломанный велосипед. Городские джунгли часто предавали ее, ясно давая понять, что они с ней – не друзья. Снежная слякоть мерзкой кашей заполонила безлюдные улицы, искусно пряча металлолом, чтоб подставить Лекси подножку. Все отголоски беззаботного прошлого, артефакты былого счастья девушка знала наизусть. От железок на земле зависела ее скорость, а значит и жизнь. Ведь каждый раз, когда она высовывала нос из своего убежища – за ней пускалась погоня. Сегодняшняя вылазка была не исключением. Враги мгновенно погнали Лекси, лишь почуяли ее запах. Она была на их территории, в их городе, ставшем логовом многочисленным клыкастым хозяевам.

Волки городов не умели высоко прыгать и ловко карабкаться по деревьям, зато они были полноправными властелинами равнин. Ей всего-то и было нужно, что добраться до надежной высоты, взлететь на скалу из бетона, построенную великими предками, нереальными призраками истории. Минуло каких-то жалких шесть лет, а, казалось, людей здесь никогда и не было. Ржавые машины на улицах, сквозь асфальт идущие на свет растения, покосившиеся вывески и повсюду битое стекло, торчащее из грязного жидкого снега. Лекси видела всё это не раз, привыкла к тому, что по другому уже не будет.

Враги неусыпно, день и ночь, преследовали девушку, только высунься она из своей «крепости». Они, как и Лекси, были голодны и не теряли надежды полакомиться единственным человеком в городе. А выходить ей приходилось часто: искать еду, лекарства, менять место жительства. За последние годы она успела пожить в разных локациях, останавливаясь по несколько месяцев в районе складов, бывших супермаркетов и больниц. Некоторе время назад ей повезло наткнуться на подвал бывшего магазина-ресторана со складом, где оказалась уйма «вечных» продуктов. Лекси могла хоть год не выходить из своей «крепости» (так она нарекла это святое место), что с успехом и делала, лишь иногда покидая подвал для пополнения запасов воды или лекарств. Сегодня был именно такой случай. Лекси знала, что буквально в десяти минутах бега, на перекрестке, была аптека. Она уже давно разглядела ее на старой бумажной карте, бережно хранимой, как самое драгоценное сокровище вселенной. Эту карту она нашла в супермаркете, первом своем убежище, когда ей пришлось неделями укрываться между стеллажами, наблюдая сквозь полки за жертвами Облакалипсиса.

Она бежала к "крепости" со всех ног, огибая препятствия, крепко сжав зубы. Возвышенности вокруг манили быстрым спасением – машины, бывший ларек с хотдогами, автобусная остановка. Но это были ложные надежды, подставы городских джунглей, на которые Лекси больше не велась. Просто так прыгнуть на первый ближайший автомобиль означало погибнуть. Она понимала это, как никто другой.

Однажды, в самые первые месяцы после катастрофы она столкнулась с тремя врагами. Они были сумасшедшие, голодные и злые, как и большинство живого на тот момент. Лекси с детства помнила, что четвероногие не умеют лазать по деревьям. Заберись повыше, на машину, к примеру, и ты в безопасности. Что она и сделала, увидев довольно высокий минивэн. Но по неопытности девушка не учла один момент – это работает, когда ты ждешь помощи, когда нужно потянуть время, а если подмоги не будет? Хищники могут сторожить жертву вечно, а как долго ты просидишь на крыше автомобиля, особенно в жару? В тот день она отчаялась не на шутку. Задержавшись до ночи, Лекси поняла, что надеяться не на кого, нужно набраться мужества и выбираться самой. Однако любая попытка спустить ногу с машины провоцировала такой гам и клацание зубов в опасной близости от ее ноги, что с идеей спасения пришлось тут же покончить.

Она проторчала на злосчастной крыше всю ночь и весь следующий день. Было страшно жарко днем, когда металл раскалялся под нещадным солнцем до невыносимой температуры, и холодно ночью. Лекси безумно устала, ее мучала жажда и голод. Вторые сутки на «свежем воздухе» она б не вынесла. Силы покидали ее изнуренное тело, но что было делать. Тогда ей страшно повезло. Невероятно, но неподалеку мелькнула фигура бегущего человека (в то время какие-то остатки обезумевших людей еще бегали по улицами) – звери отвлеклись на новую мишень, но не все. Лекси выбралась, но усвоила урок на всю жизнь. Волки городов умеют ждать сколько угодно. Никогда не забирайся наверх, если оттуда нет прохода еще выше, к спасению. Зажившие шрамы остались на теле вечным клеймом, как нестираемое напоминание, что пощады не будет никому.

Сегодня она бежала от стаи. Они уже ждали ее в аптеке, будто б зная наверняка, что она обязательно явится. Конечно же, они почуяли ее запах издалека и были готовы к встрече. Конечно же, она сглупила, конечно же, надо было отсиживаться до упора в подвале, но все эти мысли приходят слишком поздно. Теперь оставалось надеяться на собственную прыткость, какой-никакой план отступления и госпожу удачу.

Последние годы научили Лекси бегать не только по прямой, но и с изюминкой. Впрочем, бегать она умела всегда, казалось, родившись только для этого. Бывало, в прежние времена тетя по N-ой линии, ставшая ее опекуном после маминой кончины, не упускала случая застращать малышку учебой и будущей нерадостной перспективой в случае провала в школе, мол, пробежками на жизнь не заработаешь, журя, что бег ей заменяет все на свете. Это и правда было так. Пожалуй, единственное, что Лекси делала великолепно – бегать, возможно, отчасти от сильного желания свалить из-под опеки черствой родственницы. План сработал на все сто: Лекси удалось упорством и талантом "добежать" до университета, хотя по итогу все старания стать образованной пошли коту под хвост.

После Облакалипсиса не осталось ни университетов, ни тех, кто их наполнял, а вот натренированность и выносливость пригодились сполна, не раз спасая ей жизнь. Все, кто был медленнее волков городов, уже давно погиб. Звери, в отличие от людей, быстро приноровились к новым условиям, к жизни без покровителей и пищи. Они одичали, сбились в своры, со временем образовали стаи. За пару-тройку лет выросло новое поколение бывших домашних собак – ныне волков, не знавших других порядков, кроме, как законов джунглей. Дикие, не видящие разницу между мясом зверей и людей, они неслись на запах еды, кем бы она не являлась. За прошедшее время по сути-то и осталось, что только человечина, крысятина, они сами да птицы, пожалуй, до которых не дотянуться. Кошек и любых других животных давно уже съели. Голод всегда возвращает животных к истокам. Голод самих людей превращает в животных, что уж говорить о собаках.

Лекси не паниковала. Она тренировалась каждый день, она не могла себе позволить потерять голову, действовать безрассудно. «В любом деле главное план, – говорил ей тренер, выхлопотавший для нее место в университете, представив ее комиссии как будущую "царицу легкой атлетики". – Твоя задача не просто бежать, а оказаться первой, учитывать действия противника». Вот и сейчас она бежала с учетом плана и противника. Еще только выходя из дома, она детально разработала варианты отхода. Уже на автомате подметила препятствия, где-то нагородив дамбы, дабы затормозить бушующий поток собак.

Вот она юркнула к узкой улочке, гонимая адреналином и желанием спасти свою шкуру. Именно здесь был ключевой пункт ее плана. Она уже видела железную калитку, которую оставила распахнутой, чтобы вмиг проскользнуть внутрь и запереть перед пастями беснующихся животных. Но только уже свернув в проулок, она с ужасом поняла, что калитка закрыта на засов с обратной стороны. Хотя этого не могло быть, она однозначно распахивала дверь буквально несколько минут назад. Предательская железка не пропустила Лекси дальше, девушка кинулась на злосчастное препятствие, неистово тряся и просовывая руку в решетчатую дырку, чтоб отпереть дверь, но времени было слишком мало. Собаки не заставили себя ждать. Они уже были тут, бежать просто некуда.

Лекси прислонилась спиной к холодному металлу калитки. «Ну вот и всё», – скорая мысль пронеслась в голове. Она знала, что рано или поздно это произойдёт, нечего было и думать, что получится дожить до глубокой старости в городе-призраке, под завязку набитом зубастыми тварями. Хрупкой девушке одной в опустевшем мире было не место. Ей не хотелось умирать, но иногда судьба распоряжается иначе. Какая ирония, погибнуть здоровой в поисках лекарств про запас.

Собаки уже было приготовились наброситься на её сжавшееся тело, как вдруг, словно почуяв неладное, заскулили и попятились назад. И сразу Лекси ощутила за спиной тяжёлое, смрадное дыхание. Теплое влажное сопение сильным потоком остановилось прямо на ее шее. Запах мокрой псины ударил в нос, всколыхнув по телу адреналиновые цунами. Что-то влажное уперлось ей в плечо сквозь решётку закрытой двери – морда, пасть, нос… трудно было разобрать, но это явно была огромная псина, какую она ещё не встречала.

Волки городов скалились и дрожали, медленно приближаясь к Лекси, но не решаясь начать трапезу при новом противнике, хоть и за калиткой. Она не поворачивала голову назад – понимала, нужно быть осторожной: лишнее движение может стоить ей жизни. За спиной, видимо, стоял невероятно крупный хищник, и это знание вызывало в ней панический ужас.

Стая не оставляла попыток забрать хоть кусочек Лекси себе, поочередно трусливо прыгая вперёд. А ей вдруг стало почти всё равно, кто из них её растерзает: тот, что за калиткой, или те, что перед ней. У них была война за её шкуру, ей оставалось лишь наблюдать за этой жестокой игрой – победитель был безразличен.

Внезапно калитка накренилась и с грохотом обрушилась прямо на спину девушки, пригвоздив ее к мокрой земле. Нечто грузное, наступив на решетку и чуть не раздавив Лекси, ринулось к звериной стае. Девушка задохнулась, почувствовав на себе смертельную тяжесть металла, она была в ловушке, прибитая, едва дышащая. Ей было ни за что не сдвинуть с себя такую увесистую штуковину. В мыслях перебирались варианты, что за гигантский пес мог сорвать калитку с петель, каким весом и мощью он должен был в таком случае обладать.

А рядом творилась неразбериха. Здоровенное чудище, разбрасывая собак в стороны, громом ревело, оглушая всю округу. Лекси на минуту и всерьез поверила в существование оборотней на Земле, потому как только оборотень из сказок, стоя на двух лапах, мог одной правой разбрасывать собак, как малых воробьев. Однако, включив мозг, Лекси в панике сознала, что это никакой не оборотень и не большая собака, как она решила поначалу, не огромный волк, не обезумевший человек, а нечто, некто!, кого встретить в городе ожидаешь в последнюю очередь. Это был медведь! Бурый, внушительных размеров, когтистый, мощный медведь! Окончательно осознав свое незавидное положение, Лекси с новой силой забилась под решеткой, отчаянно пытаясь выбраться наружу. У нее почти получилось, как вдруг калитка поднялась сама собой. Лекси вконец обезумела, увидев, что один край железной решетки держит бурый гигант, закончивший свое выступление на волчьей арене торжественной победой.

Озираясь, не живая, не мертвая девушка медленно выползла наружу и не поднимаясь на ноги, едва заметно, на животе, поскользила в проулок, соображая, с какой скоростью бегают медведи. Быстрее собак или нет? Данных было не много. Она точно знала, как мчатся собаки, какая порода резвее, какая медленнее, но о медведях имела очень скромные познания. К тому же эти хищники при всей своей внешней неуклюжести, кажется, неплохо умели карабкаться наверх, что сводило к нолю шансы от них ускользнуть.

Зверь приближался и принюхивался к новой знакомой, водя гибким кончиком носа из стороны в сторону. «Вроде бы медведи тоже едят мясо», – откуда-то из подсознания вылезла «обнадеживающая» информация. Лекси застыла, прильнув лицом к земле. Когда-то кто-то ей говорил, что медведи не нападают на мертвых. Лекси закрыла глаза и притворилась, как могла, трупом, пока медведь обнюхивал ее с головы до ног. Она буквально чувствовала спиной его зубы, жесткую шерсть, видела краем глаза острые когти. «Сейчас он мне голову откусит», – мелькнула знакомая мысль. Но медведь только чуть пихнул ее носом в бок и фыркнул. Лекси не шевелилась. Тогда зверь принялся еще более настойчиво тыкать мокрым мягким носом свою жертву, пытаясь перевернуть ее на спину. Вскоре ему это удалось. Лекси, вся дрожа, открыла глаза и уперлась взглядом в бездонные карие очи громилы в обрамлении черных кругов. Его поцарапанный нос несколько раз прошелся по лицу девушки, оставив влажный липкий след. Лекси поразило то, что у медведя были ресницы (очень, конечно, важная деталь в данной ситуации). Зверь с минуту пристально смотрел на жертву, оттопырив нижнюю губу, а потом раскрыл пасть (Лекси обдало смрадным дыханием) и лизнул шершавым языком размером с угря одну ее щеку, а потом вторую. Да уж, ничего себе ситуация! Бежала от собак и напоролась на медведя. Откуда он вообще тут взялся? Пока Лекси судорожно соображала, зверь закончил облизывать ее лицо и, вскочив на задние лапы, закружился на месте.

Девушка была ошарашена! Не долго думая, она встала, не забыв про сумку с лекарствами, ради которых, собственно, все это и затевалось, и, не сообразив ничего лучше, повторила за медведем его незамысловатый танец, натужно широко улыбаясь. Животное снова проделало тот же трюк, довольно тряся оттопыренной нижней губой. Лекси, медленно поворачиваясь в танце, стала отдаляться вглубь узкой улочки, куда изначально и планировала попасть. Медведь перестал дурачиться, опустился на все четыре лапы и смирно побрел за ней. Что ей было делать? С замершим сердцем она двигалась боком, в полуразвороте к животному, не сводя глаз с хищника, затылком чувствуя холод ужаса от его близкого присутствия. Хотя зверь не проявлял никакой внешней агрессии, Лекси была в оцепенении: она ничего не знала о медведях и о том, как «читать» его движения и намерения. С первого взгляда по его морде определить, о чем он думает, было невозможно.

Так, неспешно они (Лекси не рискнула бежать от зверя во весь опор) добрались до «крепости», того самого полуподвала, где последние месяцы бытовала Лекси. Медведь не отставал ни на шаг. Сквозь пелену страха девушка замечала собак на протяжении всей дороги, они прятались по углам, не решаясь действовать при виде чужака. Это было так странно, сегодня она не спеша шла вдоль улицы, той самой, по которой обычно неслась, как угорелая, спасаясь от стаи. Она, естественно, не думала, что находится в большей безопасности, чем обычно. Дикие собаки – ежедневные ее враги, были чем-то знакомым, понятным, изученным за годы бега, а медведь, хоть и не сожрал ее пока, но представлял собой абсолютную инаковость в этом мире самоубийц.

Дома Лекси немного пришла в себя. Умиротворенность этого места вселяла надежду, что завтра для нее, несмотря на все исходные, все-таки наступит. Ее убежище было идеальным во всех отношениях. Здесь располагался склад «вечных» продуктов, питаться которыми можно было хоть год. Однако главным преимуществом «крепости» являлся крошечный задний дворик, похожий на колодец с решетчатым железным воротцем, который удачно отделял улицу от входа в подвал. Собаки не могли преодолеть это незамысловатое препятствие, вследствие чего Лекси устраивала вылазки на собственный огороженный асфальт солнечными летними деньками. Не хватало разве шезлонга, чтобы загорать на личном дворе с трехсторонним видом на кирпичные стены и проулок сквозь перекладины калитки. Все это немного напоминало тюрьму, отделявшую девушку от внешнего мира с той только разницей, что в данном случае тюрьма была по другую сторону, а здесь на двенадцати квадратных метрах царила та самая заветная свобода.

Отворив нехитрую дверцу во дворик, Лекси обернулась в сторону преследователя. Вот задача: закрыть перед ним хлипкую преграду или пустить медведя внутрь? Было очевидно, что животное намеревалось идти за ней следом во что бы то ни стало. Закройся она от него – он поступит с преградой также, как с той, которая упала на Лекси под его мощным напором, сама же она не успеет добежать и до входа в подвал, как окажется в его когтистых лапах.

– Заходи, друг, – как можно ласковей сказала она, осознавая безвыходность своего положения.

Медведь не заставил себя долго ждать. Он с трудом протиснулся следом за девушкой в ее «безопасный» дворик, мгновенно получивший приставку «не», как только зверь пересек границу. Лекси закрыла калитку на засов и, обогнув гостя, быстро скрылась в своем подвале. Как только дверь захлопнулась ее спиной, Лекси сделала протяжный выдох, сползая по стене на пол. Здесь она себя чувствовала относительно защищенной. Входная дверь в подвал была выполнена добротно, медведь навряд ли ее пробьет. Хотя, если подумать, это же медведь! Какой ужас! Она сняла с себя сумку с лекарствами, уселась на «кровать», коей ей служили набросанные на полу матрас и тряпки и затаилась, обхватив колени руками.

Сколько прошло времени в тихом оцепенении, Лекси не знала, но неожиданно ее внимание привлек лай собак и медвежий рев. Сначала ей пришла в голову мысль не вмешиваться, авось, само рассосется. Однако тут же она сообразила, что здоровяк погубит ее укрытие, если начнет бушевать. Так еще и стену проломит. Действительно, с самого начала она не подумала о том, что стена, в отличие от двери, была, мягко сказать, не очень крепка. Выходило так, что дверь медведь, может, и не выломит, а стену, в которую вставили ту самую дверь, запросто.

Пробежавшись по полкам с запасами, девушка отыскала пачку печенья, прибереженную для особого случая. Чем сейчас был не такой случай? Снаружи творился шум и гам, будто городская жизнь вновь забила ключом. В слегка приотворенную дверь Лекси увидела, как волки городов по ту сторону калитки разрывались безумным гамом, а медведь ревел по эту, налегая на решетку.

– Стой, не ломай, – громко произнесла Лекси, стараясь не кричать и не пугать медведя, но чтобы быть услышанной в разношерстном галдеже. – Смотри, что у меня есть!

Медведь вмиг замер и повернулся, фыркнув оттопыренной нижней губой. Собаки по-прежнему галдели, но зверь больше не обращал на них внимания. Распростертая на земле упаковка с печеньем манила ароматом ванили. Лекси отступила за дверь, на этот раз только прячась за ней и не закрывая наглухо.

Медведь подбежал к угощению, наклонил голову, принюхался. Лекси заметила на его круглом ухе наполовину обломанную желтую бирку, где выцветшими буквами красовалась уцелевшая часть надписи «…мен» и какой-то неровный кружок бледно-розового цвета. Понятно, почему он не напал на нее. Это был не дикий медведь, о чем она уже догадалась. Бедолага явно с детства был приручен людьми. Косолапый, проглотив одним махом печенье, стал танцевать по кругу, очевидно в знак благодарности. Несомненно, животное выросло с человеком, но по известной причине осталось в одиночестве.

– Ты цирковой что ли? – вырвалось у Лекси. Так странно было слышать собственный голос. Лекси давным-давно ни с кем не говорила вслух. – Я буду звать тебя Тедди. Хорошо? Тедди! Тедди!

Медведь елозил носом по земле и двери, точно рассчитывая на вторую дозу сладенького. Его вопросительное урчание раздавалось из глубины звериной души.

– Извини, Тедди, больше нет, – ласково произнесла Лекси.

Медведь покрутил головой, а потом присел на задние лапы, уставившись на девушку. Ростом он был на задних лапах в два раза выше ее, и казался невероятно массивным за счет густой темной шерсти, прибавлявшей ему десятки килограммов. Затаив дыхание, она рассматривала его бурую мохнатую шерсть, где-то сбившуюся в клочья, местами грязную. Ей понравились глаза медведя: светло-карие в шоколадную крапинку, будто б полные игривого настроения с черной окантовкой по векам. Лекси подумалось, что это был молодой медведь, хотя откуда ей было знать.

Они смотрели друг на друга во все глаза, как два инопланетянина с разных планет, которые никогда не должны были встретиться. Медведь со спокойным интересом, Лекси – с боязливым чувством недоверия. Она всерьез опасалась своего нового приятеля: жизнь в отшельничестве учила ее всегда быть начеку, с животными особенно. Собака тоже когда-то была другом человека, но после Облакалипсиса, оставшись наедине со своими инстинктами, она выродилась, став частью естественного отбора. Что уж говорить о медведе, случайно выжившем после падения цивилизации. Откуда он взялся, как смог так долго продержаться без человека, чего от нее ожидал – вопросов у Лекси было хоть отбавляй. Оставалось только не делать резких движений и аккуратно следить за его повадками.

Медведь прилег у входа, когда девушка снова спустилась в подвал. Ей предстояло найти что-то посущественней пачки печенья. Чем бы его покормить, пока он сам не надумает решить проблему не в ее пользу? Запасов для нее одной здесь было предостаточно, но что из этого придется по вкусу медведю? Будучи складом магазина и ресторана, в подвале до сих пор успешно хранились разные снеки, крупы и консервы, Лекси часто выходила наружу для пополнения провизии, но свежих фруктов и овощей, которые точно пришлись бы по вкусу великану, у нее давно уже не было: все было съедено или испорчено еще года четыре назад. Тем не менее, Лекси грех было жаловаться. Людей в городе давно не существовало, а для одной худощавой девушки еды хватало с избытком. Но вот вдвоем с медведем пища вдруг стала реальной проблемой. Лекси нашла крупу, которую часто заливала водой и, разбухшую, ела вместе с консервированной рыбой. Может, медведь не откажется от такого обеда?

Наскоро сделанная в тазу холодная каша с добавлением рыбной жижи из жестяной банки распустила аромат по всей округе. Собаки сошли с ума, почуяв запах съестного. Они лаяли, кидались на калитку, рявкали и скулили. А медведь, будто б маленький котенок, принялся с упоением лакать похлебку, причмокивая на зависть беснующейся публике. Лекси продолжала изучать животное. Ее очень интересовала желтая бирка на ухе медведя. Что могла означать надпись «мен» и странный круглый символ? Название цирка или имя медведя, а может зоопарка? Тем более, это лишь часть бирки, что хранила вторая половина Лекси никогда не узнает, а Тедди вряд ли поведает.

На улице быстро темнело. Город погружался в фиолетово-серую мглу. Оставив косолапого доедать обед, Лекси ушла к себе поразмыслить над происходящим, собраться с мыслями, отдохнуть в конце концов. Голод и усталость настолько овладели девушкой, что ей стало почти все равно, что будет с калиткой, когда медведь наестся и кинется на собак. Наспех проглотив какие-то орехи, Лекси прикорнула на «кровати», сквозь сон прислушиваясь к шорохам снаружи. Тяжелый день дал о себе знать. Вскоре она перестала что-либо слышать, погрузившись в глубокую спячку, как медведь в зимней берлоге.

Утро пришло внезапно. Лекси вскочила сразу на ноги, будто б и не ложилась вовсе, будто б срочно требовалось куда-то бежать. «Медведь!», – вспыхнуло в голове. Собравшись с духом, девушка едва отворила дверь, как поняла, что с обратной стороны ее подпирает что-то тяжелое. Она надеялась, что животное за ночь покинуло «крепость», но нет. Медведь не собирался никуда уходить, а, совсем даже наоборот, мирно спал у двери, словно верный пес, свернувшись клубочком на коврике.

Животное нехотя пододвинулось, когда Лекси осторожно надавила на дверь: перспектива остаться внутри навечно ее не впечатляла.

– Что мне с тобой делать? – спросила она Тедди, медведь в знак приветствия облизнул испещренный мелкими морщинками нос. – Ты ведь не отстанешь, да? Чем я тебя кормить буду?

Тедди привстал, склонив голову на бок.

– Уходи, иди же, у меня ничего нет, – умоляла девушка.

Она опасливо подошла к калитке, открыла, приглашая медведя уйти.

– Иди, давай, – сказала девушка. – Ну же, Тедди. Ты вчера съел все, что было. Уходи. Пожалуйста!

Медведь не шелохнулся, лишь лениво поглядывая на странного человека.

– Хорошо, тогда я уйду, – крикнула она, делая шаг за калитку. С тем, как она отдалялась от калитки, медведь чуть приподнялся, но тут же лёг обратно. – Я уже ушла, – чуть громче сказала она, поглядывая по сторонам в поисках собак. – Уже прям вообще меня нет.

Реакции никакой не последовало.

– Тьфу ты, дурак, – с досадой выругалась она, возвращаясь обратно. Дальше было идти уже опасно. Тедди будто б улыбался, если вообще можно так сказать о медведе. Лекси заперла калитку, с оглядкой села на доску рядом со зверем, облокотившись на стену дома.

– Знаешь, а мне все равно, – произнесла она. – Не хочешь, не уходи. Какая разница ТЫ меня съешь или кто-то ещё.

Так они сидели молча довольно долго, пока медведь, потянувшись, встрепенувшись, не подошел к решетке, встал на задние лапы и проворно вытащил засов. Ясно, кто проделал такой же трюк с той другой дверью в проулке, которая оказалась неожиданно заперта. Видимо, таким фокусам его учили в медвежьей аккадемии. Да, еще не известно, что он умеет при таком раскладе. Не веря в происходящее, Лекси закрылась за медведем, будто б провожая сожителя на работу. Тедди не торопясь в развалку пошел по дороге. Тут же выскочили собаки, лаявшие из-за углов на чужака, но медведь не обращал на них никакого внимания. Он был намного сильнее городских волков и отлично это знал. Прижавшись вплотную к ограде, Лекси провожала его долгим взглядом, пока громила совсем не исчез из виду.

День прошел спокойно. Лекси провела ревизию склада, прикидывая, что можно отдать Тедди на съедение, если он вернется, и пришла к выводу, что еды катастрофически мало при таком соседстве. Но главная проблема была еще шире. Она абсолютно ничего не знала о медведях, как о существах. Как нужно себя вести, что можно, а чего нельзя, что конкретно они едят, как спят, на что способны. Лекси нужна была информация, которую в нынешних временах можно было найти только старым проверенным способом – в книгах, а книги хранились в библиотеке. Именно туда она решила отправиться назавтра, чтоб быть во все оружии при следующей вероятной встрече с бурым великаном, а то, что он вернется, у нее почти не было сомнений.

Храм знаний

На утро желание наведаться в библиотеку не пропало. Лекси предстояло преодолеть пару километров по пересеченной местности, частично по дороге, частично по крышам. В самом конце пути она планировала взобраться на здание, которое стояло рядом с библиотекой, после чего перелезть в нужное окно. План казался идеальным, но требовал сил и мужества, поэтому Лекси не торопилась пуститься в очередную смертельную гонку.

Изрядно подкрепившись разбухшим зерном с консервированным горошком, Лекси сосредоточенно натянула походные трико, дававшие свободу движений, и, наконец, выползла из «крепости» на свет. Она так и знала, что не обнаружит под дверью медведя. Тем не менее, ее постигло некоторое облегчение вместе с едва уловимой ноткой разочарования. Странно, хищник наводил на Лекси неописуемый ужас, однако ж она не могла не признать того факта, что немного привязалась к великану, как к чему-то более или менее человеческому в мире волков.

Лекси была озадачена, вдруг он ждет за поворотом и пустится в погоню, увидев ее сверкающие пятки, но от плана решила не отказываться. Она вообще никогда не отходила от своих намерений, часто потом жалея о собственной негибкости, но такова была ее натура. В конце концов, жизнь научила быстро принимать решения, переключаться – что-то пойдет не так, значит мгновенно появится новый план.

Она хорошо стартанула. Удивительно, но ей повезло пробежать первую половину пути незамеченной, не зацепив ни одной железки или ветки. Потом едва уловимое движение за углом и вот уже смекнувшие, что к чему собаки устроили молчаливую погоню: они вышли на охоту. Три, пять, десять сосредоточенных городских волков торопились отобедать.

Лекси успела, опередила их. С наскоку схватившись за водосточную трубу, она подтянулась, на одних руках поползла наверх, чьи-то клыки лязгнули рядом с пяткой. Она была худенькая, истощенная девушка, поэтому спасительная труба не оторвалась, на этот раз город не предал. Лекси обдирала руки, но карабкалась все выше и выше. Большая удача: тут же громоздились строительные леса. Лекси перелезла на доски, немного приходя в себя, переводя дыхание.

Дальше, к несчастью, случилось то, что она даже не предполагала. Лекси готовилась к тому, что одна из озлобленных собак прыгнет выше остальных и схватит ее ногу, она могла поверить, что старая труба не выдержит ее веса. Она знала о подставах города, но не ожидала собственной ошибки. Внезапно Лекси оступилась, ей отказали ее же ноги. Это было невероятно! Она настолько устала, изнемогла, годами недоедала, недосыпала, болела, что просто поскользнулась на «ровном» месте и полетела вниз, хватаясь за воздух, визжа, срывая с лесов, все, что попадало под руку. Она упала на тройку собак, оглушив их неожиданным ударом и мягчив тем самым собственное падение. Это был конец. Но тут же строительные леса стали крениться, банка, прикрепленная сбоку, оторвалась и с горохом разбилась вдребезги перед клокочущей сворой собак. Запах аммиака ударил в нос, ошарашив животных, у Лекси заслезились глаза, на секунду померкло сознание. Однако она быстро пришла в себя и, воспользовалась замешательством в рядах врагов, наощупь поползла к двери библиотеки, но та была, естественно, заперта.

– Да что же это! – воскликнула она. – Давай же!

Лекси отчаянно дергала ручку очередной закрытой в ее жизни двери, боясь оглянулся на собак, которые постепенно возвращались в реальность после выплеска химикатов, неуверенно вставая на ноги. Прислонившись спиной к упрямой преграде, бойкая девушка вытащила нож. Везение, похоже что кончилось. Никаких тебе неожиданных спасений. Слишком часто в последнее время удача сопутствовала Лекси. Но, к счастью, она не верила в судьбу, никогда не сдаваясь без боя. Отчаянная, целеустремленная, «дикая», как называл ее тренер, Лекси всегда плыла против течения, благодаря чему оставалась единственной выжившей в мире.

Собаки взяли ее в плотное кольцо. Лекси часто представляла ближайшее будущее, как в шахматной партии. Вот первая, самая смелая собака набрасывается на нее, Лекси поражает ее ножом, но тут же с другой стороны кидается вторая и вгрызается в руку, за ней третья добирается до сонной артерии, и вот уже вся свора терзает бесчувственное тело, пока душа Лекси где-то над ними смотрит долгожданную концовку своего земного существования. Она не наслаждалась картинами собственной смерти, романтизировать такие вещи было не в ее характере. Лекси прокручивала это лишь исключительно в практических целях, за тем, чтоб заранее понять, как действовать, чтоб спастись. И вот уже первая собака, которую она убьет, готова к прыжку. Лекси точно знала, как это будет. Каждая клеточка ее уставшего тела была напряжена до предела.

Вдруг издалека, за пределами видимости раздался мощный знакомый рев. По пустой дороге, сшибая преграды на пути, на разборку несся медведь. Ревущий, разъяренный зверь, приближался с пугающей скоростью.

– Тедди! – воскликнула Лекси с восторгом. Слезы радости потекли по щекам. Она не была уверена, что медведь бежит не по ее душу, но она была ему рада, как другу, пусть и смертоносному.

Собаки расступились, кинулись врассыпную, кто-то из менее трусливых, решившийся напасть на медведя, попал под горячую лапу, а Лекси, не дожидаясь особого приглашения, опять полезла наверх в открытое библиотечное окно. Забравшись в здание, она глянула вниз: медведь безмятежно сидел под дверью библиотеки, облизывая раненую лапу. Внезапно к ней пришло понимание, что она больше не одна, что ее одиночество враз растоптано пудовыми мохнатыми лапами. Каким-то образом у нее появился тот, на кого можно положиться, пусть не во всем, но все же. В ее беспризорную жизнь явился кто-то, кому она нужна. Однако тут же нагрянуло и другое чувство: глобальное беспокойство, но не за себя, а за него, мысли о благополучии живого существа, страх его потерять. Она тотчас поняла, что теперь ей предстояло заботиться не только о себе, но и о нем, быть тем самым человеком разумным, учитывающим интересы животного, а это означало дополнительные хлопоты, сопряженные с опасностью.

– Тедди, молодец! Я скоро, – прокричала она из окна. – Жди меня там!

Пробежавшись по трем этажам здания в поисках нужной книги, Лекси, к несчастью, не удалось быстро разобраться в иерархии библиотечных полок. Уже смеркалось, когда она, наконец, собрав с разных мест кипу запыленных книг с упоминанием медведей, уселась под окном, принявшись наскоро листать находки. Попытки хоть что-то разглядеть на страницах в стремительно ускользающем дневном свете оказались тщетны. Да и хотелось прочитать всё от корки до корки, не упустив никакой мелочи. Девушка с досадой поняла, что придется здесь ночевать (утащить с собой такую стопку макулатуры было нереально, а возвращаться сюда снова – нет уж, спасибо!). Медведь снаружи вел себя тихо, волки где-то затаились и тоже умолкли. На ощупь она спустилась вниз, забилась в угол под стойкой библиотекаря, подложив книги под голову, и попробовала уснуть.

Разбудил ее сильный шум где-то наверху, на третьем этаже библиотеки. Ночь была ясная, но Лекси не знала помещения настолько, чтоб без труда ориентироваться в потемках, поэтому бежать неизветно куда было глупо. Однозначно кто-то ломился внутрь. Она почти не сомневалась в том, кто это был. Сначала послышался треск выдавленного стекла – медведь штурмовал здание, пытаясь забраться внутрь тем же путем, что и Лекси (конечно же, проема открытого окна ему не хватило, поэтому пришлось поднатужиться). Немного погодя заскрипела старая деревянная лестница библиотеки: каждый шаг зверя отзывался гулким эхом в тишине здания. Медведь, фыркая, вынюхивая месторасположение Лекси, неумолимо двигался к стойке библиотекаря. Вскоре его морда высунулась из-за перегородки – сильный запах мокрой псины окутал все вокруг. Лекси продолжала лежать без движения, боясь сделать лишний вдох, лицом к стене и спиной к гостю. Обнюхав ее спящее тело с головы до ног, он накатился на нее своим массивным туловищем, случайно задвинув девушку еще плотнее к стене, а затем, немного поерзав, улегся рядом, спина к спине, и мгновенно мирно засопел. Лекси чувствовала его колючую шерсть и едкий запах, слышала его сипящее дыхание и не могла поверить, что это взаправду. Всю ночь в библиотеке они провели в странном соседстве: она – пытаясь не дышать от страха, он – глубоко дыша и изредка бормоча во сне медвежьи междометия.

На утро Лекси не знала, как освободиться от косолапых объятий. Она несколько раз решалась незаметно встать, но в последний момент передумывала, желая продлить свою жизнь хоть еще на чуток, ведь медведь мог проснуться и сгоряча прибить ее, как таракана. В конце-концов ей не оставалось ничего иного, как ждать пробуждения Тедди. Впрочем, медведь очнулся довольно быстро и принялся изучать библиотеку, пробуя ее на вкус и прочность. Лекси незаметно высунулась из-за стойки, чтоб наблюдать за животным. Медведь же, помочившись в одном из углов на кипу сваленных им же книг, остановился рядом с колоритным старинным шкафом, усердно тыкаясь в него мордой. Лекси не сразу поняла, что там такое. Подойдя поближе, она разглядела, что это был не шкаф, а замаскированная дверь, оформленная полотном с рисунком книжных полок, толкнув которую девушка оказалась в скромной каморке библиотекаря. Какого же было счастье найти там четыре засохших пончика, которые давно превратились в сухари, но от этого не стали менее вкусными. Три штуки достались Тедди, себя же Лекси ограничила одним. Она знала, чтобы заслужить доверие зверя, требовалось много усилий, в том числе угощать и баловать его, приручать любыми способами. Одним словом, стать для него ценностью. Тедди уже не разорвал ее на куски, но это малая доля успеха, заслуга даже не ее, а его прежних хозяев из цирка "… мен". Не факт, что медведь не надумает пришибить ее в другой раз.

В один присест проглотив пончики, Тедди улегся возле двери, Лекси же расположилась на пыльной лестнице, ведущей на третий этаж, поближе к окну и подальше от медвежьих испражнений, запах которых стал постепенно заполнять помещение. Обложенная книгами, девушка с азартом листала страницы, в поисках чего-то применимого на практике. Первое и главное, что ее интересовало – это питание медведей. С первых же страниц стало ясно, что медведи едят мясо. Это было принципиально, потому как она сама была мясом. Еще она узнала, что имеет дело с бурым медведем – «непредсказуемым хищником, способным менять настроение в любую секунду и никак этого не показывать». Великолепно! Именно такого питомца она и хотела. Чуть ли не везде было указано, что медведя можно гладить НИГДЕ, вообще!, если дорога жизнь. Информация о дрессировке и рационе питания была весьма интересной, но отчасти бесполезной – ничего из указанного она применить не могла: такой еды у нее в принципе не было, а дрессировать животное ради трюков, типа езды на велосипеде или игры в мяч, ей было бессмысленно. Однако, кое-что полезное все-таки в книгах было. Три вещи, которые Лекси усвоила и которые была в состоянии реализовать: медведи любят ласковые слова, угощения и игрушки. Отлично! Можно начать с малого, а там видно будет.

Закинув в рюкзак три самые полезные по теме книги, Лекси отправилась к выходу библиотеки. Дверь оказывается все это время была закрыта изнутри, ключ торчал в скважине. Девушку это нисколько не удивило. За годы жизни в городских джунглях Лекси не раз сталкивалась с закрытыми изнутри дверями и открытыми окнами. Было очевидно, что последний библиотекарь вышел в окно, как многие во время Облакалипсиса.

Они покинули библиотеку, шествуя по мокрой дороге центральной улицы и не боясь никого: хрупкая девушка в сопровождении крепкого парня, рука об руку, каждый гордый за то, что вдруг нашел закадычного друга. У самой «крепости» Лекси остановилась.

– Знаешь, Тедди, – сказала она, поглядывая на промокшие кроссовки. – А ты ничего! Думаю, мы подружимся!

Не известно, понял ли медведь смысл сказанных слов, но кажется, он и сам это давно знал.

Облакалипсис

Лекси с Тедди брели по пустынному летнему городу, чьи улицы были покрыты толстым слоем несмываемой пыли. Злые собаки, тощие и изголодавшиеся, ютились по темным углам полуразрушенных зданий, скалили зубы и бросали свирепые взгляды на странную парочку, не решаясь напасть на лохматое чудище. Впереди – много километров дороги, сквозь городские руины, наполненные призраками прошлого. Старые здания, когда-то величественные, теперь стояли в большинстве с разбитыми окнами и покосившимися вывесками, создавая зловещий пейзаж когда-то живого мира.

Лето вступало в свою пору. Круглое неумолимое солнце глядело на пустынный мир своим большим безразличным оком, горячее и бесстрастное. Лекси следовало раньше решиться на путешествие, но она не была до конца уверена в том, что контролирует Тедди. Нужно было время, чтоб изучить его характер, приручить насколько это возможно. Однако запасы еды при участии косолапого таяли с неумолимой скоростью. За эти четыре месяца дружбы с медведем Лекси пришлось несколько раз поменять локацию, прежде, чем она осознала, что уже не знает куда податься в поисках пропитания для прожорливого живота, который, впрочем, был рад и по-своему благодарен свалившейся на него заботе.

Они шли по растрескавшемуся асфальту уже несколько дней подряд, останавливаясь на ночёвку на заброшенных крышах, укрываясь от проливного дождя в красивом доме с перилами, где наткнулись на истлевший труп, до которого не добрались собаки (вот поэтому Лекси старалась избегать частных домов, которые иногда таили «сюрпризы»), время от времени спускались в темные подвалы, где пахло плесенью и сыростью, чтоб хоть немного охладиться и забыться до утра. Город повсюду хранил жуткие напоминания прежней жизни.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.