Александр Сапрунов
Легионер

ЛЕГИОНЕР

лирические стихотворения

Часть первая. НАГАЙКА.

ЛЕГИОНЕР

Звёздный водопад догорит утром,

Получит от зари право свет,

А я положу бритву в скутум,

И Солнцу-Митре крикну – Привет!

Пыльная дорога, ремешок шлема,

На шее двадцатилетняя мазоль.

От Рейна и до Вифлеема,

Я рыл и строил частокол.

Наш центурион, косой и костлявый,

У него не все пальцы и одно ухо.

Латынью галльской шепелявит,

И никогда не падает духом.

Женщин различных мы любили,

Любили сильно и многочисленно.

Сказал старик Нума Помпилий:

Любовь любовью – в вине истина!

Помню в Мезии была рубка.

Полные калиги крови и смрад.

Грязь и дожди, зловоние трупов.

Вырезанный до одного авангард.

Золото даков мне не досталось,

Я получил от них пару стрел.

Одну в голень, в плечо насквозь,

И в гелеополе я чуть не сгорел!

В общем конечно, что вспомнить есть.

Любил женщин, бывал пьян.

Изрубил варваров, не счесть.

Слава тебе Август Траян!

***

Когда показались подснежники

Был талым и рыхлым снег.

Клацнул капкан в орешнике,

Прервал её лёгкий бег.

Волчица вцепилась зубами,

В железо, боль за боль.

Дуги вонзились ножами,

По ним лилась её кровь.

Волчий характер твёрдый,

Ей духа не занимать,

Скулила тихонько долго,

Решила голос подать.

Завыла проникновенно,

И волк услышал её.

Примчался тотчас, мгновенно,

А кто-то поднял ружьё.

Бессильно волк кружился,

Лизал её в лоб и в нос.

Охотник вооружился

И шёл с ним его пёс.

Шарик и рад на прогулку,

Не пугал его волчий след.

Мужик проверил двустволку,

Ему, что волк, что медведь.

Волк облизал её лапу,

Тихо скулил и завыл.

Охотник поправил шапку,

Шарик заголосил.

«Тише ты окаянный!

Фу! Я сказал молчать!»

Снег помятый и грязный,

Ни волка ни волчат.

След уходил к лесу,

Пёс не рвался бежать.

В волчьем капкане железном,

Лапа осталась лежать.

***

Я не заметил, как случилась осень,

Холодный дождь пронизывал насквозь.

И было одиноко очень,

И я вошёл, повесил плащ на гвоздь.

На проволоке лампа задрожала,

Свет прерывался и моргал, и гас.

Темно, и я накинул покрывало,

Лежал так, не смыкая глаз.

Согрелся, память прояснилась,

Мяукал у двери мой кот.

Дверь для него сама открылась,

Я не вставал, но он вошёл и вот:

Заговорил, по человечьи прямо,

О том, как трудно быть ему котом.

Я интересовался вяло,

Но не запомнил ничего, потом,

Дождь в тишине хлестал по окнам,

Раскачивался уличный фонарь.

Смотрел я в темноту сквозь стёкла,

И новый изучал букварь.

Звериные слова давались трудно,

Я долго их произносить не мог.

Мне принесли в палату судно.

Но слава небу! Медсестра не бог.

***

Деньги делают чудеса

Потому я и не сплю в полнолуние,

Смотрю на бег колеса,

И говорю слова умные.

В поздней ночи я вижу смысл,

Падаю вместе со звёздами,

Ветер несёт мою мысль

Половчанку с глазами раскосыми.

Напечатаю воздушную банкноту,

Без достоинства, в сущности ноль.

Подобен ослепительному банкроту,

Очищаюсь, для тебя Оль!

А ты ходишь вокруг кровати,

Плавно, как чаинка в стакане.

Как думаешь? Нам хватит?

Находок на наш век и исканий?

ВЕТЕР И ТОПОР

Загоралась вода, растекались горы,

На гребне у девицы, примостилась вошь.

Любовь и крысы, спрятались в норы,

Потому что, звери взялись за нож.

Крушили топором добродетель скоты,

И гады были не в лучшем свете.

Летели головы, трещали хребты,

За всё все, и никто в ответе.

Солнце и тогда не отказалось взойти,

Разломленный мир ещё колыхался.

Человек сказал: «Ветер свистит!»

А он не свистел, он чертыхался.

Пришлось любовь извлекать из нор,

Она извлеклась, играя на флейте.

И крысы гуськом шли и топор

Зарыли, и тут засвистел ветер.

***

Гирлянды слов перемешиваются, полночь.

Восторг накатил, спал – вина!

Хватит веру любовью толочь!

Между ними и нами – стена.

Ладно глаголет бирюзовое колечко,

О смысле дороговизны, жди грозу!

Покатай по могиле крашенное яичко,

Кому-то везёт! А я везу!

Из твоего сердца вырывается ветошь,

В твоём духе всё хорошо.

Много зим и целое лето,

Память всю стёр в порошок.

В сущности мир непонятно строгий,

Гораздо ближе тепло твоих рук,

Твоя грудь и белые ноги,

Ты моя любовь и мой друг.

И ладно, пускай всё развивается,

Как солнце, флаг и росток.

Я обещаю тебе исправиться,

Как только пройдёт восторг.

***

Зрители, кричат дико,

Герои, уместились

в ладони ринга.

Пока не биты,

Горят софиты,

Перебираются за канат,

Тренер и секундант.

Шалят нервы,

Соперник,

Ширится как Кинг-конг,

Но первым

Бьёт гонг.

План зреет

Этот умеет.

Не корми хлебом,

Встречает джебом.

Через руку,

Прямой кросс,

Правым хуком -

В нос.

Боксёр спину на канат,

Полотенцем машет секундант.

В этот миг красотка

Вывалилась на ринг.

Зала глотка,

Небесная обитель.

Купальник открытый

Любит зритель.

Целясь в челюсть

Проходит апперкот,

В подбородок

В противоход.

Бьёт встречный

Вразрез,

Не вечный,

Что лез?

Стоит богомольно,

Непроизвольно,

Плывёт.

Начался счёт.

Глаза

Гасли,

Выпадая за

Ринга ясли.

Того износа,

Кровь из носа.

Да в глазах шальных,

Выглядит не броско

Сотрясение мозга.

***

Таинство тишины, спрятано и забыто,

Музыка как песок, сыпется через сито.

Будешь играть в игру, время в куски изрезав,

Не торопись в песок, органов и протезов.

Там в глубине в куче, грохотом транспортёров,

Время тебя научит, яростным быть и матёрым.

***

Мир начинается с вешалки -

Гардеробщица упакует – номерок,

Чтобы не перепутать, чей ты, дочка или сынок.

Выпишут, принесут цветы!

Чем не театр? Представление окончено!

Забирайте ваше пальто,

Слегка намоченное.

***

Всё поворачивается в разные стороны,

Сокрушает судьба значением выдуманным.

Даёт то больше, то меньше, то поровну,

Простотой искушая, надоедая невиданным.

Нельзя сказать, что познаётся непознанное,

Утверждение о сверх возможностях – миф.

Глядя на чудовище воссозданное

Вспоминаешь, что истинный стих без рифм.

Исчерпать можно, чаша терпения

Прохудилась, очевидно где-то осадки.

Исходя из законов внутреннего горения,

Всё будет фундаментом новой кладки.

Далёкое – близко, оттого оскомина.

Воздух! Окопаться поглубже в грунт!

Оружие к войне изготовлено.

Где война? Она тут!

НАГАЙКА

Когда вас приготовят для восприятия,

И слова словно ветром задует в мозг.

Голос внутри зазвучит, голос предателя.

Заслуживающий не быть выслушанным,

а получить розг.

Способ устаревший, сравнимый с вином и хлебом.

Практически забытый, забитый и поставленный в уголок.

Неиспользуемый, но абсолютно признанный целебным!

Чтобы исправить внутри вас, враждебный вам мирок.

Ведь никакая не шутка, присказка о нагайке,

Которая никому и никогда не вредит!

Не оставляйте в беде, чем можете помогайте!

Старый дедовский способ, любую дурь победит!

Часть вторая. ТРОТУАР

***

Наша поступь, трубы и литавры.

В холод, в зной, укрытые плащом.

В голод, к смерти навсегда лицом,

Мы стяжали истинно не лавры.

Роковые поступи фаланг,

Пляска галльского звенящего металла,

Нас всегда, казалось слишком мало,

И сминали наш за флангом фланг.

Брали в плен и продавали в рабство,

Гнёт колен и пепла нам чужды.

Поднимались, слабость святотатство.

Ненависти мы сильнее и вражды.

И теперь орлы спокойно реют,

В вышине походного древка.

Планы выполняются и зреют,

У сынов бессмертного полка.

***

Тикала тоска в ушах, прервав слух.

И это была не смерть, смерть знакома,

А эта, словно врач по суставу – тук!

Пусто! И никого нет дома!

Люди, дыхания шум, немеренный ход трамвая,

Как очутился тут? И почему хромаю?

Песню опять пою, с шляпой между рядами,

Деньги в неё кладут, люди с замкнутыми ртами.

Чёткий анализ дат, смылся. Я всё растратил.

И в перемешке глаз, душ и людей, я спятил.

Мрак не сгустился вдруг, тучи вокруг собрались,

я не смеялся год, а надо мной смеялись.

Весело людям когда, кто-то падает больно.

Будто бы участь своя, выбрана добровольно.

***

Тихо блещет, мигом, разом,

Свет из зеркала, души.

Я совсем глухой, безглазый,

Фибры резвы, я спешил.

Пустота, границ преграда

Ветер, бред, исток огня,

Ты – не грустна и не рада.

Я – полцарства за коня!

Ласковое онеменье, трепет пыль.

А я как раз!

Полетел, упал, остыл.

Дождь, вино, любовь, экстаз.

В пустоте не мило, гладко.

Я окинул те края

Они сузились украдкой,

Исказились, ты да я.

Мы одни и тени блекнув

В плаче тихо разошлись.

Я на ноги встал окрепнув,

Ты горишь, гори искрись!

ТЕРРАСА

Терраса занесённая снегом,

Похожа на забытую память.

Пара движений веником,

И всё наруже опять.

Ты – сорванный цветок,

Красоте в жертву твои дети.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.