Владислав Повх
То, чего нет

Глава 1. Пробуждение

Каждый день наяву словно тени живём,
Ищем смысл, что в жизни непросто найти.
Пусть закрытая дверь в неизвестность ведёт,
Пока светит надежда на этом пути.

Повторяется всё, сила тайная в том,
Что бессмертны. Поверь. Душа – то, чего нет.
Сломит разум преграды, и сразу найдём,
Даже если займёт поиск тысячи лет.

Часть 1. Всё имеет начало

Всё имеет начало. Морозное солнце с любовью выдернуло из лап сна.

Меня передёрнуло. Почему? Точно… Сон. Клубящаяся тьма и кровавые руки, сжимающие кинжал. И непреодолимое чувство пустоты.

Это был… Ох, опять забыл задёрнуть шторы.

Я подскочил, сбрасывая одеяло и остатки ощущений от странного сна. 9:44.

Чёрт, опаздываю.

Нужно собираться – заехать к Ане, не забыть пакет. Взгляд зацепился за календарь – 22 февраля.

Завтра мой праздник. Сейчас бы кофе.

Включив чайник, привычно насыпал в кружку растворимый кофе, добавил четыре ложки сахара. Залил кипятком, плеснул молока, отхлебнул и только после этого почувствовал себя человеком.

Меня зовут Андрей, двадцать один год, работаю грузчиком. Работа как работа, только радости мало. Из института выперли месяцев десять назад – не смог совмещать. С девушками тоже не складывается. Они видят во мне не конечную цель, а лишь ступеньку на пути к счастью. Друзей немного, но зато настоящие. Чего только стоит Иришка – особенная девушка с неповторимым характером. А Пётр – интроверт, до смерти преданный собственному комфорту. Нет, конечно, я тоже не подарок, но со мной хотя бы можно общаться дольше пятнадцати минут. Обычный парень со среднестатистической внешностью, из которой выделяются угольно-чёрные волосы и немного кривой нос – память о детской драке. И, конечно, глаза, которые меняют цвет в зависимости от настроения. Хотя до сих пор не понимаю, как это работает. Просто привык.

От размышлений отвлёк крик сквозь тонкую стену хрущёвки:

– Ты почему снова не пошёл в школу?!

Эту фразу я слышал слишком часто, и если бы у раздражения был голос, то звучал бы так. Это Лидия Васильевна. Она в одиночку воспитывала своего шестнадцатилетнего сына. Гордого упрямства и напора ей не занимать. Лидия в свои тридцать девять выглядела старше, всегда затягивала светлые волосы в тугой хвост и ходила в боевом макияже №4 – по классификации Иришки. Это тот случай, когда косметики на лице столько, чтобы замазать любые признаки усталости, возраста и всех невзгод этого мира. В макияже №3, для сравнения, слоёв поменьше. В одежде исключительно брюки и кофточки-блузки с варьирующейся цветовой гаммой. После ночных смен Лидия частенько заставала своего сына мирно спящим в кровати, и её голос ясно давал понять: мириться с этим она не собирается.

– Ну, мам… – с наигранным смирением протянул Коля не в первый раз – и явно не в последний. Отмазки он придумывал прямо на ходу. – Пятница же. Ну, чё пойду из-за одного дня? И вообще, завтра праздник. Сегодня наверняка сокращённый день. Я только вчера выздоровел. А врач сказал пару деньков ещё полежать на всякий случай, чтоб осложнений не было.

Мать с прищуром посмотрела на сына.

– Говоришь, пару деньков? Раз врач сказал… Ну тогда оставайся в постели до понедельника, но если узнаю, что ты хоть на шаг отходил от неё, то добавлю ещё неделю отдыха. А пока свяжусь с учителями, спрошу про домашнее задание. И, кстати, это не обсуждается!

Наслаждаясь криком обманутого подростка, я допил кофе и начал собираться. Отыскал пакет для Ани. Там были тапочки, халат, шампунь и, конечно, те самые помады, которые выискивал вчера по всей квартире. Мимолётно заглянув в зеркало, заметил, что глаза голубые. Накинув куртку, выскочил на площадку и потопал вниз. Где-то через час я стоял около двери бывшей и настойчиво терзал звонок, способный пробудить и мёртвого. Но не её. Дверь открылась минут через пять, когда бедный звонок окончательно отказался работать. В проёме стояла сонная девушка двадцати двух лет, пытаясь понять, кто перед ней. После полуминутного разглядывания она наконец признала меня и слабо кивнула, показывая внутрь квартиры:

– А, это ты, Андрюш. Прохо-о-а… Ааа-эээ…

Последнее слово она буквально проглотила в зевке и отступила, давая пройти. Я не стал, а молча протянул ей пакет.

– Неужели ты ещё дуешься? – забирая пакет, её пальцы на мгновение коснулись моих, оставив после себя странное ощущение, будто прошлое на секунду прикоснулось ко мне.

– Нет, Аня, совсем нет, – ответил, стараясь не встречаться с ней взглядом. – Ты этого не заслуживаешь, – добавил и сразу же пожалел о своих словах. – Забудь, я спешу, а ты сейчас слишком сонная, чтобы воспринимать информацию, поступающую в твой мозг, – пробурчал, сбивчиво оправдываясь.

– А? Да, – кивнула Аня, не заметив моих слов. – Ну, тогда не буду тебя задерживать. Пока, – она неловко улыбнулась, пытаясь скрыть зевок, и повернулась ко мне спиной. – Спасибо, что занёс.

– Ничего страшного, – махнул рукой. – Пока!

Я развернулся и вышел на площадку. Уже собирался спускаться по лестнице, как услышал оклик.

– Андрей, подожди!

Обернувшись, увидел, как Аня достаёт из пакета часы и протягивает мне.

– Ты забыл.

– Это не мои! – я удивлённо смотрел на часы в её руках.

– И не мои. Мне они не нужны. Забирай.

Она подошла ближе и буквально всунула часы в ладонь – будто спешила избавиться от них. Металл был холодным и неожиданно тяжёлым…

Не проронив больше ни слова, Аня вернулась в квартиру и захлопнула дверь. Я остался стоять на лестничной площадке, уставившись на часы, словно пытаясь разгадать тайну их появления. Очевидно, я их в пакет не клал. Не иначе как новый вид карманников завёлся в Москве – те, что не воруют, а подкидывают? Взглянул на циферблат. Часы показывали ровно 12. Правда, ни одна стрелка не двигалась, но я не обратил на это внимания, осознав, что опаздываю, кинулся в метро. Но цифровое табло на станции показывало 11:36. Похоже, что часы, неожиданно оказавшиеся в пакете, просто сломаны. Облегчённо вздохнув, спокойно добрался до работы. День прошёл скучно. Вернулся домой ближе к семи вечера.

Взглянув в зеркало, заметил, что глаза серые от усталости. Умывшись и переодевшись, побрёл к холодильнику в поисках чего-нибудь съестного. Там были только заплесневелый сыр, молоко и крабовые палочки. Вздохнув, сходил в магазин, а после приготовил яичницу с колбасой. Поев, с удовольствием растянулся на кровати. Видимо, задремал – сейчас меня будил настойчивый звон дверного звонка. Я открыл глаза, но передо мной продолжала стоять темнота. Испугавшись, с недоумением стал тереть глаза, но это не помогло. Проморгавшись, понял, что, возможно, отключили электричество. Звук от звонка между тем продолжал нарастать в моей голове, превращаясь в гул, будто подгоняя скорее открыть дверь. По пути пощёлкал выключателями, но темнота никуда не ушла, что убедило меня в проблемах с электричеством. Поздно сообразив, почему при вырубленном свете работает звонок, кое-как доковылял до коридора, собирая все углы, и открыл дверь. Свет коридорной лампы на мгновение ослепил, словно резко выдернув сознание обратно из темноты. Меня пробрала дрожь.

– Спал? – сочувственно спросила соседка, окинув взглядом. – Сахару не одолжишь?

Вместо ответа я задал мучающий вопрос:

– Лидия, а у нас в подъезде разве свет не отключали сейчас?

Она молча кивнула в сторону моей квартиры. Я оглянулся и увидел, как в коридоре и на кухне беззаботно горит свет.

– А-а-а… – протянул.

– Так что насчёт сахара, а то магазин закрыт, а Коле, видите ли, сладкий чай подавай, – пробурчала женщина, скромно решив не обращать внимания на мой заскок.

– Угу, – промычал. – Сейчас.

Временно отступив на кухню, отсыпал в полиэтиленовый пакет немного сахара и отнёс скучающей на лестничной площадке Лидии Васильевне. Поблагодарив и горячо заверив, что потом обязательно отдаст, женщина гордо ушла в свою квартиру. Я тем временем снова пошёл на кухню, пытаясь понять, что сейчас произошло. Заразившись от Коли идеей выпить сладкого чая, поставил чайник и стал размышлять.

Мне это приснилось или я тихо схожу с ума?

Но ведь в квартире действительно было темно! А может, это игры моего разума…

Или… или… или…

Почему-то мозгу всегда проще придумать логическое объяснение, нежели просто поверить в то, что произошло. Даже если это объяснение абсолютно нелепо. Тихо щёлкнул выключатель – чайник вскипел. Невольно взглянув в металлическое тело чайника, заметил, что глаза с фиолетовым отливом от страха.

Раздался звонок в дверь. Если это снова соседка, на этот раз пришла за солью, вручу сразу килограмм! Но я оказался не прав, это была моя подруга Ира, и выглядела она… К её образам, признать, невозможно привыкнуть. Лучше всего начать с ног и подготовить к тому, что окажется на голове. Итак, Иришка была в кроваво-красных туфлях на высоком каблуке, дальше шли тёмные чулки в красную сетку, на бёдра была натянута мини-юбка красного цвета, на удивление белая до ослепления блузка с красной розой на левой груди. На шее, как и всегда, висел небольшой серебристый кулон, по форме напоминающий овал, который закрывают два крыла. А теперь голова… На лице был макияж под № 2 – немного матирующей пудры, кроваво-красная помада, тушь для глаз, отделяющая каждую ресничку: у основания – чёрные, на кончиках – белые. Тени были белыми, но с красноватым оттенком. В общем, ярко, но немного. А теперь причёска. Даже не знаю, как описать, чтобы можно было уловить суть. Чёрные волосы были зачёсаны строго вертикально вверх. Края их были выкрашены в красный цвет, и на правый глаз спадала красная чёлка до носа. Ей было двадцать два года, так что она вполне могла себе позволить так выглядеть.

– Женщина-вамп? – скорей уточнил, чем спросил.

– Разумеется, – томно ответила Иришка, а затем, задорно расхохотавшись, уже нормальным голосом добавила: – Ты бы видел своё лицо!

– И тебе привет, – буркнул, пропуская подругу в квартиру.

– Не привет, а добрый вечер! – отозвалась довольная произведённым эффектом Иришка. – Когда я научу тебя хорошим манерам?

– Когда ты научишься менее сногсшибательно выглядеть, – парировал.

– Это нечестно! Ты же знаешь, что это невозможно.

– Я с тобой полностью согласен, – поддакнул. – Ты откуда такая? Тебе чего?

– Фу, как грубо! – возмутилась Ира.

– В смысле, чай или кофе сделать, – оправдался, хотя мысленно интересовала и цель её визита.

– Кофе, только без молока, – Иришка снисходительно согласилась и уселась за кухонный уголок. – С показа. Прямая конкурентка демонстрировала свою новую коллекцию. Но тут пришла я, и смотреть стали на меня. Короче, эта чучундра в ярости, а коллекцию никто не заметил. Я её сделала!

Пока я занимался приготовлением напитка, Иришка бесцеремонно вывалила из папки, которую она с собой принесла, несколько рисунков. Ира, дизайнер по профессии, предпочитала называть это хобби. В данный момент она занималась разработкой мужских трусов, поэтому мы с Петром у неё были в качестве советчиков. Хорошо хоть не в качестве моделей. Выложив несколько эскизов на столе, Иришка стала выражать нетерпение.

– Скоро, скоро, – опередил её вопрос.

Иришка начала раздражительно стучать красным наманикюренным ногтем по столу.

– Не сломаешь? – с усмешкой спросил, ставя перед ней чашку с кофе.

– Не переживай, – отмахнулась она. – Новый приклею. Смотри рисунки и тыкай пальчиком в те, от которых ты в экстазе.

Я придвинул к себе рисунки и стал смотреть на мужские бёдра с различным нижним бельём на них. Нарисованы они были с пугающей подробностью. Ткнув пальчиком, как выразилась Иришка, в несколько наиболее симпатичных, отдал рисунки ей.

– Ты не поверишь, но Петру понравились именно эти, – удивилась Иришка, я лишь ухмыльнулся. – Значит, выбор сделан. Кстати, ты не против того, если я у тебя сегодня переночую?

– А даже если и против, разве это что-то меняет?

– Нет, – просто ответила подруга.

– Вот видишь.

После пустой болтовни я быстро забыл о небольшом инциденте с электричеством. Когда глаза уже начали слипаться, я постелил Иришке на кровати, а себе разложил кресло. Уже ложась спать, услышал, как она вошла в комнату.

– Слышь, Андрюш, твои часы? – она протянула мне какой-то предмет. – Я на них сейчас наступила, чуть ногу не сломала.

Ира, конечно, преувеличивала, но при ближайшем рассмотрении оказалось, что это действительно те часы, о происхождении которых ничего не знал. К моему удивлению, они теперь не стояли. Секундная стрелка с тихим тиканьем ползла по кругу, как змея, отсчитывая время назад. Часы показывали 8 часов 32 минуты. И меня пронзило острое чувство страха, когда заметил, что цифры 12 больше нет. На её месте появился ноль, к которому неумолимо приближалась секундная стрелка.

Я схожу с ума…

– Какие интересные часики, – говорила Иришка, пока я был погружён в свои мысли. – Таймер чем-то напоминают, правда, странно, что с ремешками. Да и как они останавливаются и заводятся, тоже не нашла. Странно…

– Если честно, – перебил её. – Я даже не знаю, откуда они взялись. Сегодня утром отвозил вещи Аньке, а в пакете с вещами вдруг оказались эти часы. Знаю, звучит глупо, но они появились из ниоткуда. Вот только сегодня днём они стояли. Вместо нуля была цифра двенадцать, и все стрелки были остановлены на ней. Думал, они сломаны, но с ними явно что-то не так.

– Значит, судя по времени, они пошли три с половиной часа назад? – подсчитала Иришка. Благо, она никогда и ничему не удивлялась, здраво полагая, что в этом мире может существовать всё. Таков уж ум дизайнера.

– Получается так, – с волнением ответил я, вспоминая, что именно тогда со мной произошла какая-то белиберда, которую решил списать на отключение электричества, дабы уберечь мозг от нервного срыва.

Поболтав с подругой ещё полчаса, мы так и не пришли к единому выводу. Умная Иришка предложила не париться и дождаться того времени, когда стрелки доберутся до цифры ноль. Я вынужден был с ней согласиться, ведь мы всё равно ничего не могли поделать. Впрочем, страх и волнение всё равно зародились во мне, придав моим глазам грязно-фиолетовый оттенок. Но поспать так и не удалось. Стоило нам коснуться головами подушек, как раздался громкий удар в дверь. Ругая всё подряд, я выбрался из-под одеяла и отправился выяснить, что произошло. На часах, нормальных часах, была полночь. Моё внимание привлёк кинжал, воткнутый прямо в дверь. Изнутри квартиры. Лезвие было слегка изогнуто, а рукоять украшена крупным камнем, напоминающим алмаз. К нему был привязан скрученный лист бумаги.

– И кто это был? – спросила Иришка, а затем со всей скромностью добавила: – Надеюсь, ты отрубил этому нахалу голову?

– Нет, – на автопилоте ответил я, читая текст на листе – это было послание.

– Ну хотя бы пинка дал? – почти жалобно спросила Иришка, но, заметив, что я её не слушаю, а читаю что-то странное, она подошла ко мне сзади и тоже присоединилась к чтению.

Приветствую тебя, незнакомец. Мне неизвестно, кто ты. Ни имя, ни пол, ни возраст, но одно знаю точно: часы начали свой отсчёт, а значит, кинжал сам найдёт тебя. С этого момента ты стал видимым. Те, кто раньше не знал о твоём существовании, теперь идут по твоему следу. Весь мир уже в курсе, хотя ты ещё не понимаешь, кто ты. Анима пробуждается. Душа мира. В нашей системе её воплощение – это ты. Раньше мир защищал тебя, но теперь ты мишень. У тебя есть ровно двенадцать часов. Пока стрелки тикают, ты уязвим. Как только они остановятся, никто больше не сможет причинить тебе вред в этом мире. Этот кинжал – твоё единственное оружие. Не потеряй его. Удачи.

Страж.

Рой мыслей закружился в моей голове: Анима, страж, странный кинжал, враги… Враги? Откуда у меня враги?

– Интересная записка, – первой опомнилась Иришка. – Ты можешь считать всё что угодно, но я верю в это. Чувствую, что это правда.

– Ты веришь во всё, – махнул рукой. – Даже если сейчас в квартиру войдёт какой-нибудь старик и скажет, что он супермен, у тебя не возникнет ни капли сомнения.

– Ну и что! – возмутилась Иришка. – Зато не ищу разные причины того, почему выключили электричество, а это заметила только я.

Я не нашёл, что на это ответить. Видя, что победа на её стороне, Иришка успокоилась и села на диван.

– А где ножичек-то? – спросила она.

– Вот он, – протянул ей холодное оружие и ещё раз пробежал по посланию глазами.

– Напоминает ритуальный, – со знанием дела заявила Иришка, которая любила всё, что режет и колет. – Лезвие небольшое, удобная ручка для захвата. Ай! Острый!

Иришка, слегка задев лезвие, тихо вскрикнула. Я не поверил своим глазам, но лезвие словно поглотило каплю крови, а камень слабо замерцал. Кулон на шее Иришки недовольно звякнул. Всё это произошло буквально за секунду. Иришка упала. Подскочил к ней и стал трясти. Догадался потрогать пульс. Его не было! Бросился к телефону, но вдруг услышал женский голос:

– Скорая здесь не поможет. Вряд ли врачи умеют возвращать душу, – эхо разнеслось по комнате.

Я резко обернулся, чтобы успеть уловить, как у окна появляется фигура. Немолодая, трудно сказать, сколько лет. Она словно расплывалась, очертания тела ускользали от взгляда, оставляя только смутное ощущение присутствия. Кажется, на ней была какая-то одежда, но детали всё время ускользали от моего внимания. Я нервно сглотнул…

Это был призрак.

– Если всё правильно понимаю, – продолжала между тем женщина. Голос её звучал глухо, словно издалека. – Этот кинжал способен поглощать души. Я чувствую исходящую опасность – он единственное, что может мне навредить. Или даже уничтожить. Превратить в энергию кристалла, которую ты будешь использовать по своему усмотрению. Но кинжал может не только забирать душу, но и возвращать её. Попробуй прикоснуться к своей подруге камнем на рукояти.

Я подобрал кинжал, всё ещё не веря в то, что происходит. Взяв как можно аккуратней за рукоять возле лезвия, коснулся алмазом до бледной Иришки. Кристалл потускнел, как будто опустев, а Иришка, пару раз тяжело вздохнув, села, придерживая голову.

– Что… Это… Сейчас… Было? – придя в себя, спросила она.

– Кинжал забрал твою душу, когда ты укололась, – ответил, не веря в то, что произношу вслух.

– М-да… – протянула Иришка. – Опасная штуковина. Порезался чуть-чуть и умер.

– Ты веришь? – уныло спросил, хотя уже сам понимал, что отмахнуться от происходящего всё сложнее.

– Да, – просто ответила подруга. – Я почувствовала на долю секунды, что потеряла что-то очень важное. Единственно важное для меня. А потом окутала пустота. Поэтому верю. Как ты вернул мне её, ну, душу?

– Мне подсказал призрак женщины. Я коснулся тебя другой стороной. Камнем.

– Призрак? – переспросила Иришка, поднимая бровь.

– Ну да, – я обернулся, но там уже никого не было. – Она стояла около окна, вот здесь.

– Ты знаешь, – понимающе кивнула Иришка. – Кажется, догадываюсь, кто это был.

Я тоже теперь понял, кто была эта женщина. Только осознал, почему черты её лица были мне знакомы. Мои родители погибли в автомобильной катастрофе двенадцать лет назад. Меня в последний момент решили не брать с собой на дачу, оставив дома. Столкновение с КамАЗом не проходит бесследно для легковых машин. Мне потом сказали, что родители погибли быстро. Не мучаясь. Меня воспитывала бабушка, мудрая женщина, стойко выдержавшая потерю сына. Мы были очень близки с ней. Два года назад я похоронил и её, но дух бабушки остался в этой квартире.

– И что мне теперь делать?

– По-моему, в послании всё сказано вполне понятно, – указала взглядом на листок Иришка. – Ждать. И постараться выжить. А потом этот страж свяжется с тобой. Ну, по крайней мере, мне так кажется.

– Но как следует из названия, – в очередной раз прочитав текст, сказал. – Он должен охранять.

– Это ты так скромно намекаешь на свою персону? – с ухмылкой уточнила Иришка. – Может, он и охранял, например, кинжал, пока ты не появился, ну, в смысле…

– Я понял, – отмахнулся.

– Пойду умоюсь, ты не против? – спросила Иришка. – Приду в себя. Всё-таки не каждый день душу туда-сюда перегоняют. А ножичек этот ещё раз осмотрю. Теперь-то мы знаем, на что он способен.

– Хорошо, тебя проводить?

– Не переживай, сама как-нибудь доковыляю.

Шатаясь, Ира вышла из комнаты и отправилась в сторону ванной. Послышался плеск воды. Я в это время достал часы, которые шли назад, и ещё раз осмотрел их – 8:03. Стрелки медленно приближались к нулю. Снова раздался звонок в дверь. Иришка удивлённо выглянула из ванной.

– Как ты думаешь, кто это? – спросил у неё, выходя в коридор.

– Даже представления не имею, – честно ответила Ира. – Но на всякий случай возьми кинжал и посмотри в глазок, прежде чем будешь открывать. Хоть раз в жизни.

– Не язви, язык раздвоится! – ответил с обидой, хотя понимал, что совет дельный.

Иришка просто скорчила рожу. Я последовал совету подруги. Кинжал удобно лёг в ладонь. Осторожно подойдя к двери, взглянул в глазок. На лестничной площадке стоял почтальон! В полночь! Самый настоящий, обыкновенный, ничем не примечательный. Вот только почтальон был не совсем обычный. Но пока я этого не знал. Спрятав оружие в карман, открыл дверь и услышал шёпот Иры:

– Осторожнее…

– Здравствуйте, – вежливо обратился я к почтальону. – Не поздновато ли для писем?

– Для таких писем нет, распишитесь, пожалуйста.

Он протянул мне журнал с привязанной к нему ручкой. Подписавшись напротив своей фамилии и невольно запомнив несколько других, получил в свои руки письмо. Почтальон же немного склонился и исчез. Растаял в воздухе! Я невольно раскрыл рот. Очухавшись, отшатнулся в квартиру, где ждала взволнованная Иришка.

– И кто там был? Эй! С тобой всё в порядке?

– Он исчез… – только и смог выговорить я.

– Что? – не поняла Иришка. – Или кто исчез-то?

– Почтальон… Он исчез… Просто взял и исчез…

– Кто?! – ещё больше удивилась Ира. Её способность не удивляться, похоже, начала давать сбой. – Какой почтальон? Что вообще забыл почтальон глубокой ночью на лестничной площадке?

Я, наконец, окончательно пришёл в себя после увиденного:

– Он передал письмо.

Открыв конверт, мы столкнулись лбами, одновременно заглянув внутрь. На наше удивление, там не оказалось ничего. Совсем.

– Это шутка? – сердито спросила Иришка, потирая ушибленный лоб.

Вдруг в комнате раздался приглушённый мужской голос:

Здравствуй, Анима. В мире Фоспаут уже знают о тебе, и мне будет интересно познакомиться лично. Как только встретишься со своим Стражем, обязательно посети мой мир.

С уважением, Анит.

– Думаю, глупо спрашивать, знаком ли ты с этим Анитом. Так ведь? – невинно поинтересовалась Иришка.

– Глупо, – подтвердил я.

Подошёл к столику, где лежали злополучные часы, и посмотрел на циферблат – 7:54. Именно столько времени оставалось до моего пробуждения. Пока мы с Иришкой пытались уснуть, далеко в океане, на одном из забытых островов, Страж понял, что кинжал нашёл своего хозяина. Это событие заставило вспомнить прошлое.

Часть 2. Основание

В сочных джунглях на одном из островов обитало небольшое племя. Ну и, разумеется, у них был вождь, а также шаман, о котором и пойдёт речь. Его звали Сойлгайз. Сказать, что его считали плохим шаманом – значит не сказать ничего. Он был кошмарным, худшим из всех – настоящим бедствием. Зато он был хороший человек и великолепный целитель, и этого было вполне достаточно. Как это часто бывает, этому бедняге хотелось стать не только хорошим лекарем, но и хоть каким-нибудь шаманом.

И вот однажды Сойлгайз принял решение отправиться в опасное путешествие к горе Верп – месту, откуда начинается всё. Эту гору почитали все племена, живущие на острове, а само путешествие к горе являлось для каждого шамана чем-то вроде инициации. Джунгли и вправду были опасными. Несмотря на уговоры вождя, Сойлгайз отказался от сопровождения воина и отправился в путь один, чтобы, наконец, набраться опыта и хотя бы одним глазком увидеть эту гору, коснуться её. Он надеялся, что гора наделит его мудростью. Но судьба, увы, приготовила для него нечто намного большее, нежели просто мудрость. Он попрощался с соплеменниками и медленно пошёл по тропинке, ведущей вглубь джунглей, надеясь избежать встречи с дикими зверями.

В это время вождь этого племени решил подстраховать своего лучшего лекаря и направил по его следу воина для охраны. Так, на всякий случай. Как впоследствии оказалось, мудрый вождь не ошибся. Воина звали Робаст, он был вынослив и крепок. В движениях, правда, незаметностью он не отличался, но было видно, что он старается не попадаться на глаза шаману. Сойлгайз шёл, не торопясь, прислушиваясь к каждому шороху и звуку. Это сильно раздражало Робаста, который производил больше шума, нежели целое стадо слонов, решивших поиграть в догонялки в джунглях. Так, оба путника прошли около двух часов по джунглям. Хорошо, что остров был не очень большой, а племя, из которого шаман и воин держали свой путь, находилось недалеко от горы. Сойлгайз решил сделать привал. На удивление всё шло хорошо, и дикие джунгли решили сегодня остудить свой нрав, чему несказанно был рад Сойлгайз. Да и Робаст был доволен таким раскладом, сражаться ему не сильно хотелось.

Расстелив на земле что-то наподобие коврика, шаман уселся и стал есть. Сойлгайзу было тридцать два года. Телосложение – обычное, с лёгким намёком на небольшой животик. Светлые длинные волосы, слегка выдающийся подбородок и голубые глаза – почти принц на белом коне. Он учился шаманству с детства, но за всё это время так и не смог предсказать что-либо важное. Зато неплохо разбирался в травах, ягодах и снадобьях – как целитель он был куда успешнее, чем как прорицатель. Его отец тоже был шаманом – и весьма успешным. Именно он однажды предсказал сыну: «Гора даст тебе великое знание».

С той поры Сойлгайз только и ждал, когда наберётся храбрости, чтобы дойти до этой горы. Робаст был противоположностью Сойлгайза. Стройный, подтянутый, с короткой чёрной стрижкой. Парень в двадцать шесть лет был подобен урагану – никогда не сидел на месте, поэтому занять его изучением травок и ягодок было невозможно. Он стал воином, хотя его отец был врачом. Отец Робаста был не из этих краёв, попал на остров во время кораблекрушения и остался здесь, найдя жену и оставив потомство, прежде чем пропал в джунглях. Судя по всему, отец Робаста был японцем, уж очень смахивал сын на какого-нибудь ниндзя. Узкие глаза, смуглая кожа, небольшой рост, крепкое телосложение – все признаки налицо.

Недалеко от того места, где Сойлгайз «разбил лагерь», пантеру разбудил голод. Сладко зевнув и потянувшись, самка грациозно спрыгнула с дерева и решила осмотреться в поисках пищи. К её большому удивлению, пища сидела в десяти метрах. Глаза её блеснули, а на морде скользнуло выражение, которое легко было бы принять за улыбку. Пантера неторопливо стала подбираться к выбранной добыче. Сойлгайз ел и думал о горе:

– Неужели я скоро её увижу, – разговаривал он сам с собой. – Всю жизнь ждал этого момента, всю жизнь хотел совершить путешествие к этой горе, но почему-то только сейча… А-а-а!

Боковым зрением Сойлгайз заметил, как какое-то тёмное пятно бросилось на него откуда-то сбоку и повалило на землю. Придя в себя, шаман с ужасом понял, что попал в крепкие объятия чёрной пантеры. Лёжа на спине в смертельных объятиях зверя, который оскалил морду в предвкушении пира…

Вдруг ещё одно пятно метнулось из кустов и повалило пантеру. Сойлгайз вскрикнул от боли: пантера ободрала ему плечо. Робаст в это время пытался не попасть под когти дикого зверя. Он, не раздумывая, бросился спасать шамана, как только заметил хищника. Отталкивая от себя мощные лапы пантеры и извиваясь, как уж, Робаст сумел достать свой любимый кинжал, найденный недалеко от горы, и ударил зверя в область груди. Дико взревев, пантера тяжело повалилась на землю, изогнув прямое лезвие. Робаст вытащил кинжал и тоже тяжело упал на землю обессилев. Глаза закрывались. По шее текло что-то тёплое и тягучее. Последнее, что видел воин – это испуганное лицо шамана, который склонился над его шеей.

Проснулся Робаст оттого, что почему-то было трудно дышать. Шея была туго перетянута, а из деревянной чашки, стоящей рядом, валил приятный дурманящий дым. Сойлгайз сидел и тихо нашёптывал слова заговора. Недалеко от них лежал труп пантеры. Прохрипев какие-то слова, Робаст снова отключился. Сойлгайз перетянул рану и заварил настой, как учил отец, чтобы остановить кровь. После этого сел рядом и стал шептать слова, которые должны поддерживать больного. Поглощённый шёпотом, он даже не заметил, как воин пришёл в себя. Услышав его бормотание, Сойлгайз подскочил к мужчине и залил ему отвар в рот, который Робасту пришлось непроизвольно проглотить. Сделав это, он снова потерял сознание.

Прошло, наверно, несколько часов, заметно потемнело, а из каждого угла доносились пугающие звуки. Сойлгайз сидел около костра и мельком поглядывал в сторону воина, который лежал рядом на том коврике, где шаман недавно ел. Воин постоянно что-то бурчал во сне, но слова практически не различались. Сойлгайз же думал о горе, она была так близко…

– Воды… – прохрипел Робаст.

Сойлгайз очнулся от своих мыслей, налил воды, которую заранее взял с собой, в деревянную чашку и поднёс ко рту воина. Напившись, тот благодарно кивнул.

– Спасибо, – уже нормальным голосом сказал воин. – Я Робаст, меня послал вождь, чтобы защищать тебя.

– Я это понял, – отмахнулся Сойлгайз. – Вспомнил, как видел в деревне. Твой отец, по-моему, был врачом? Мне жаль, что он пропал. Помню, как он обучил меня нескольким приёмам. Один из них, кстати, сохранил тебе сегодня жизнь. Пантера распорола тебе шею. Я перетянул рану, как учил твой отец, и остановил кровотечение с помощью настоев моего.

– Они были хорошими учителями.

– Полностью с тобой согласен! Думаю, мы сегодня переночуем здесь, а завтра, с твоего позволения, мне придётся оставить тебя и продолжить своё путешествие.

– Нет, – помотал головой Робаст. – Вождь приказал мне охранять тебя, значит, буду охранять. Тем более, ты мне жизнь спас. Я не могу отпустить тебя просто так.

– Хорошо, – легко согласился Сойлгайз. – Ты тоже спас меня от этой пантеры. Если ты так хочешь, я не буду против компании. Вдвоём безопаснее. А сейчас тебе лучше поспать. Но сначала выпей – приготовил для тебя особый отвар.

– Спасибо, – Робаст принял из рук шамана чашку и выпил её содержимое, после чего практически сразу провалился в сон.

Сойлгайз задумчиво посмотрел на Робаста и следом за ним лёг спать с одной лишь мыслью – проснуться.

На их счастье, ночь прошла спокойно. То ли диким зверям было не до наших героев, то ли убитая пантера давала чётко понять, что лучше с этими людьми не связываться, но проснулись шаман с воином рано утром оттого, что солнце ярко светило им в глаза. Сойлгайз проснулся первым, а затем разбудил Робаста. Осмотрев рану на шее, шаман намазал её чем-то дурнопахнущим и заново перевязал.

– Ну вот, – сказал Сойлгайз, заканчивая перевязку. – Путь ты выдержишь. Но напрягаться тебе не советую. Вены могут не выдержать. Так что будем надеяться, что битв сегодня больше не будет.

– М-да… – потёр шею Робаст. – Тоже на это надеюсь. Ну что, в путь?

– Да, – Сойлгайз задумчиво посмотрел в сторону горы Верп. – Пора.

Два странника двинулись в путь. До горы оставалось чуть больше двадцати километров. Полдень давно миновал, солнце светило ярко и пекло, не жалея никого. Вода давно закончилась, но, несмотря ни на что, они всё же добрались до горы. Её вид завораживал, просто невозможно подобрать слова, чтобы передать это. Облака закрывали снежную вершину, и казалось, что конца горы просто не существует.

– Вот она, – прошептал Сойлгайз, пытаясь охватить взглядом всю гору.

– И что дальше?

– Не знаю, – шаман оторвал взгляд и повернулся к Робасту. – Смотри, рядом с горой есть поляна, давай остановимся на ней, заодно отдохнём и решим, что дальше делать.

Место, где решили отдохнуть два путника, было не совсем обычным. Казалось, этой поляны просто не должно быть. Она выглядела чужеродно среди растительности джунглей, но, вопреки всему, была здесь. По ней протекал небольшой ручей, унося свои воды куда-то вглубь горы. Стояло несколько деревьев, чуждых этому месту, рядом с которыми росли небольшие кусты. А сочная зелёная трава так и просила, чтобы на ней посидели в этот жаркий день. Верп отбрасывала тень на эту поляну, поэтому оттуда веяло прохладой.

– С удовольствием, – согласился Робаст, заметив ручей.

Наши герои обосновались, чтобы отдохнуть после долгого пути. К их большому удивлению, время пролетело неожиданно быстро, казалось, что ночь навалилась на джунгли внезапно. А может, это тень от горы накрыла собой не только эту поляну, но и весь остров.

– Думаю, мы переночуем здесь, – сказал Робаст, как только потемнело. – А завтра надо будет возвращаться в деревню. Ведь твой путь к горе закончен?

– Нет, скорей всего нет, – задумчиво осмотрев гору, ответил Сойлгайз. – Я увидел гору, да, но она пока не дала мне того, чего ожидал. И жду до сих пор.

– И что ж это?

– Отец как-то сказал, что гора даст мне великое знание, и я склонен верить тому, что так оно и будет. Но пока этого не произошло. Поэтому мне придётся находиться здесь, пока… Тихо! Смотри, ещё одна пантера, вон там, в кустах.

Сойлгайз заметил, как из кустов неподалёку от них вышла пантера. Она смотрела прямо, не отводя взгляд, медленно, но верно шла в их сторону.

– Но этого не может быть, – прошептал Робаст, доставая оружие. – Я же убил её.

– А вдруг это другая?

– Нет! Видишь, у неё рана на груди от моего кинжала.

– Но как такое возможно? – удивился Сойлгайз.

– Не знаю… Тихо! Вдруг она нас не заметит и пройдёт мимо.

– Что-то я в этом сильно сомневаюсь. Она смотрит прямо на нас…

Пантера и вправду никуда не собиралась сворачивать. Робаст уже собрался было снова кинуться в бой, но шаман его вовремя остановил. Неожиданно пантера заговорила:

– Не бойтесь, я не причиню вам вреда. Выслушайте то, что расскажу вам.

– Мы сходим с ума, – сделал заключение Робаст. – С нами разговаривает труп дикого животного.

– Я не это животное, пантера лишь оболочка. Я воля горы, которую вы называете Верп. Долго я ждала того момента, когда вы оба окажетесь на этом острове, когда вы оба наконец-то дойдёте до меня. И вот это свершилось. Теперь же могу передать вам великое знание и обязать вас великой ответственностью. В этот мир должна прийти Анима, её приход давно уже пророчили, и вот теперь стало известно, что это произойдёт довольно скоро. Вы должны будете встретить эту заблудшую душу и указать ей правильный путь. Подойди к горе, шаман, и дотронься – она даст тебе необходимое знание и даже больше.

Сойлгайз послушно подошёл к горе и дотронулся до неё. Невероятный поток информации захлестнул его мозг, давая ему знание не только о его мире, но и о многих других мирах. Всё то, что знала старая гора, теперь перешло к Сойлгайзу. Предсказанное пророчество отца свершилось.

– Теперь ты, великий воин. Будь добр, отдай шаману кинжал, который я подарила тебе.

Робаст осмотрел оружие, которое держал в руках. Он вспомнил, как много лет назад он нашёл его. Робаст убегал от молодого тигра и споткнулся о ветку. Всё это происходило недалеко от горы. Тигр был уже рядом, а Робаст никак не мог встать – нога запуталась в траве. Почему-то молодой воин стал шарить рукой по сторонам и наткнулся на этот кинжал. Как только он взял его в руку, тигр вдруг оскалился и стал испуганно отступать. С тех пор Робаст никогда не расставался с этим особенным для него клинком.

– Хорошо, – прошептал Робаст, протягивая кинжал Сойлгайзу.

– Воткни его в гору, – приказала пантера.

Сойлгайз подошёл и сделал то, о чём попросила воля горы. От лезвия прошла большая трещина, открывая проход куда-то внутрь. Странно, но оружие буквально висело в воздухе, как будто неведомая сила не давала ему упасть. Рукоять изменилась, на ней появился тёмный камень, такого же материала, как и гора, после чего кинжал упал на землю.

– Как только камень станет прозрачным, значит, Анима проявилась. Когда он будет готов к пробуждению – кинжал сам найдёт его. Шаман, теперь ты Страж горы. А ты, воин, его охранник. Сделай шаг вперёд.

Робаст послушно приблизился к пантере. Животное резко прыгнуло на воина и повалило его на землю. А затем словно впиталось в Робаста, который стал прямо на глазах меняться, превращаясь в пантеру, мощного и неудержимого зверя, усиленного магией горы. Сойлгайз подошёл к пантере-Робасту и потрепал его за ухом, после чего поднял кинжал и зашёл в образовавшуюся трещину, уводящую куда-то вглубь горы.

Но откуда взялась гора Верп? Давным-давно, не столь важно где, жил-был один старец. Как вы поняли, этот человек был не совсем обычный. У него был дар предвидения. И вот однажды ему приснился сон. Среди бескрайних вод океана поднимается гора, поднимается настолько высоко, что даже облака расступаются перед ней. И даже свет звёзд тускнеет перед величием этой горы. А на вершине горы стоит он, подняв руки к небу. Проснулся утром старик и не поймёт, как ему поступить с этим сном, но знает точно, что надо ему исполнить увиденное. Но старик не знал, где и когда это произойдёт.

А в этот день из города, где жил предсказатель, уходил корабль. Недолго думая, старец решил поплыть на этом корабле в надежде исполнить предначертанное. Долго молодой капитан корабля не хотел брать его на борт, но, в конце концов, согласился, при условии, что предсказатель будет предвещать несчастья на корабле, чтобы избежать их. Прошло больше недели – и однажды утром старец понял: они приблизились к месту из сна. Он попросил капитана спустить лодку на воду. И сам спустился с корабля, сказав на прощанье, что через сто с лишним лет, когда сын сына этого капитана будет плыть по этому пути, случится кораблекрушение. И что этого не избежать, к этому событию надо просто быть готовым. Старец спустился в лодку, а корабль стал медленно удаляться, растворяясь в линии горизонта. Проводив корабль взглядом, старец стал ждать.

Когда ночь опустилась на землю, воды океана забурлили. Земля с гудением поднималась из глубин океана к небесам. Гора росла, поднимая за собой огромный остров. Старик стоял на самой вершине горы, подняв руки вверх, словно неведомой силой поднимая гору. Когда рост острова остановился, старик упал на колени. Он понял: за совершённое он заплатил своей жизнью.

– Теперь это основание мира, – прошептал старик перед своей смертью. – Сюда однажды придёт его душа, чтобы соединиться с ним.

Старик испустил последний вздох, после чего его тело рассыпалось в прах, который тут же подхватил ветер и рассеял по всей вершине горы, образовав снежный покров. Утихнув, ветер спустился с вершины, закружился у подножия, и в том вихре родилась пантера. Дикий зверь сверкнул в темноте глазами и ушёл вглубь острова, полностью принадлежащего ему.

Теперь вам известно, что из себя представляет гора и откуда она появилась. Не могу сказать, что она очень старая, но сила предвидения, перешедшая к ней от старика, исправила это маленькое недоразумение. Но появление Анимы пророчили задолго до описанных выше событий.

В Средние века жила ведьма, и звали её Эвайт. Разумеется, её все сторонились, и никто не хотел с ней общаться – боялись. Но и инквизиции её никто сдавать не собирался, так как каждый житель города, на окраине которого жила ведьма, знал, что болезни и невзгоды обходят их стороной только благодаря вмешательству Эвайт. В общем, жили они в условном мире: они не трогают её, она не трогает их. Этакий симбиоз общественности и выдающейся личности.

Однажды ведьма решила вызвать древних духов, чтобы узнать о будущем города, в котором жила. Эвайт уже не раз проводила эту сделку. Она даёт духам пошалить, а они отвечают на её вопросы. Как обычно, ведьма дождалась полнолуния, достала из чулана большое зеркало в угольно-чёрной оправе, поставив его посередине комнаты. Вокруг зеркала начертила пентаграмму и несколько знаков, призывающих и охраняющих одновременно. Сделка с духами – это не шутка, надо быть предельно осторожным, иначе их игра может выйти за рамки дозволенного.

Комната была пуста – мебель была сдвинута к стенам, – и только зеркало тёмными вратами в другой мир стояло в центре пентаграммы. От оправы зеркала, как выступающие шипы, отходили подсвечники – по три справа, слева и сверху – они выступали из зеркала, извиваясь, словно росли из него. Вставив чёрные свечи в эти подсвечники, ведьма вышла из комнаты принести воды. Когда Эвайт вернулась, то обнаружила, что свечи горят, а поверхность зеркала заволокло туманом. Она осторожно поставила воду на стол и медленно стала подходить к зеркалу. Свечи горели ярче обычного, словно сам дьявол зажёг их. Когда ведьма зашла в пентаграмму, туман всколыхнулся, словно почувствовал её. Из тумана вышла фигура, ступив на пол. Эвайт ошарашенно отскочила назад. Духи никогда не выходили из зеркала! Фигура стала приближаться к девушке, но так и не смогла выйти за края пентаграммы – знаки надёжно удерживали чужака.

– Кто ты? – крикнула Эвайт.

Фигура изогнулась назад, негромко вскрикнула и расправила ослепительно-белые крылья, которые были сложены вперёд, закрывая всё тело, стряхнув с них пепел, что скрывал до этого момента сущность незваного гостя. Это была девушка, на ней не было ни одежды, ни нужды в ней – свет скрывал всё. Девушка словно состояла из чистого света. Длинные прямые волосы спадали на плечи, а черты лица были одновременно просты и ангельски прекрасны.

– Думаю, что ответила на твой вопрос, – немного склонив голову, с усмешкой отозвалась ангел. – Не бойся, я пришла с миром и деловым предложением. Хочешь выслушать?

Эвайт не могла произнести ни слова, только стояла и крестилась, перебирая в уме все молитвы и вспоминая все свои грехи, вымаливая за них прощение.

– Сказала же, не бойся! Я Энжелик. Можно просто Энжи. В вашем мире нас называют ангелами, но это всего лишь название. Никакого отношения к Богу, которому ты молишься, я не имею. У меня к тебе разговор есть, слушать будешь?

– Что тебе надо? – прошептала испуганная ведьма.

– Ну только что же сказала, – всплеснула руками Энжи. – Поговорить! По-го-во-рить! По слогам повторила! Поняла?

Эвайт наконец-то взяла себя в руки, видимо, наглость, присущая всем духам, очень хорошо просматривалась в ангельской девушке.

– Не дура! Поняла. Что надо-то? Говорить о чём будем?

Получив отпор и вообще хоть какой-то ответ, Энжи успокоилась и начала свой рассказ:

– Наконец-то! На этом белом свете существует множество миров, новые появляются, старые умирают, но каждый из этих миров – живой. И рано или поздно в мире рождается его душа, а после чего пробуждается, что означает, что этот мир полностью сформировался. Этакий переходный возраст, как у вас, людей. По нашим расчётам, в вашем мире этот переход не за горами, поэтому мы хотим оставить здесь кого-нибудь, кто встретит эту душу. Но существовать в вашем мире мы долго не в состоянии, он меняет нас. Поэтому хочу попросить твоё тело. Я вселюсь в тебя и буду ждать. Ты сохранишь свой возраст и обретёшь вечность, а также некоторые мои способности будут тебе доступны, но только тогда, когда ты будешь высвобождать меня. Так что скажешь?

Часть 3. Конец ∞ начало

Мы с Иришкой незаметно для себя уснули. Но выспаться нам так никто и не дал. Звук разбитого окна разбудил нас, на удивление, ровно в шесть часов утра. После этого из кухни, откуда был слышен шум, раздался звериный рык. Сказать, что у нас волосы встали дыбом, – это не сказать ничего. Иришке даже не потребовалась укладка с лаком, волосы и так стояли строго вертикально вверх, правда, теперь от страха.

– Кажись, я поседела, – пропищала Иришка испуганно. – Не хочешь сходить проверить, что там?

– Ты знаешь, не горю желанием…

– Отлично, тогда мы сами идём к вам, – недобро усмехнувшись, прошептала Ира, укрывшись одеялом, как будто оно могло её защитить.

Из коридора и вправду раздавался шум шагов. Приближающихся шагов! Спасибо, что уснул одетым. Глупо было бы сражаться в трусах. Тихо встал с кресла. На мне сейчас были спортивные штаны. Не доспехи, конечно, но хоть что-то.

– Возьми кинжал, дурень! – послышался сдавленный крик из-под одеяла.

Спохватившись, подскочил к столу, где лежали кинжал и часы. Взяв его, а также зачем-то, по наитию, надев часы, на которых оставалось два часа до моего «пробуждения», я начал медленно подходить к двери, за которой стало подозрительно тихо.

– Главное, будь осторожен, – прошептала вылезшая из-под одеяла Иришка, которая лихорадочно хватала одежду, приговаривая: – Первый раз в жизни так быстро одеваюсь… Чёрт, где колготки?

Вдруг дверь стали царапать когтями. Видимо, наш инкогнито был большой и очень злой зверь.

– Как ты думаешь, – прошептала подошедшая сзади Ира. – Он нас просто съест или сначала помучает?

Дверь слетела с петель, чуть не раздавив нас. Реакция у подруги была быстрее, поэтому она успела схватить меня за плечи и потянуть назад. Упав на мягкие места и даже не закричав от ужаса, мы молча смотрели на того, кто оказался перед нами. Если объяснять коротко, то это был человекоподобный оборотень. А если в подробностях, то: чёрно-серая шерсть покрывала всё, волчья морда с неестественными человеческими глазами оскалилась, обнажая звериные клыки. Конечности его были мощными и перекошенными в дикой, нечеловеческой анатомии – будто тело так и не решило, быть ли ему человеком или зверем, и остановилось на самом устрашающем варианте. На фоне этого звериного воплощения очень смешно смотрелись уши-кисточки, которые весело торчали вверх – так и хотелось взять и почесать за ними. Но вряд ли кто-нибудь в здравом рассудке решился бы на это.

Я быстро вскочил на ноги и зачем-то решил наброситься на волчонка-переростка, но он опередил и первым совершил прыжок. Кинжал отлетел в сторону, а я стал защищать руками шею, которую усердно пытался перекусить оборотень. Не ожидал, что в момент опасности хватит сил побороться с неудержимым зверем. Мы с ним катались по полу, а Иришка с писком прыгала вокруг, пытаясь ударить волка и не зацепить меня. Кое-как повалив оборотня на спину, попытался уйти от его объятий и вскочить на ноги, но не тут-то было! Выгадав удачный момент, зверь толкнул меня всеми четырьмя конечностями в грудь. Поднятый вверх этой безумной силой, полетел в сторону окна. Тело сгруппировалось, поняв, что я сейчас разобью окно и вылечу с третьего этажа! До мозга же это дошло только тогда, когда раздался звон разбитого стекла. Я ощутил удивительно приятную невесомость. Лишь на мгновение. Оказавшись в воздухе, смешно задрыгал руками и ногами, пытаясь то ли за что-нибудь зацепиться, то ли научиться летать. Ни того ни другого мне не удалось сделать, и с диким криком я стал падать спиной вниз. В голове почему-то была только одна мысль:

Иришка там осталась одна!

Увидев, как я падаю, оборотень радостно ухмыльнулся и даже повилял хвостом, после чего обратил внимание на мою подругу, которая с испугом держалась за кинжал, как за соломинку для утопающего. Оборотень с рыком стал приближаться к ней. Позже я узнаю, что случилось тогда, и это станет настоящим откровением. От кулона, который висел на шее у Иришки, стал исходить белый свет и окутывать тело моей подруги. От неожиданности ослеплённый оборотень отшатнулся назад, с рёвом потирая глаза. Когда он смог хоть что-то видеть, то перед собой обнаружил ангела, держащего в одной руке кинжал, а в другой – ослепляющий, состоящий из чистого света меч. Всего один взмах успел заметить оборотень, прежде чем упал, поражённый ударом. Отозвав меч, ангел бросился в окно в надежде, что успеет подхватить падающего меня.

Упав, я, похоже, сильно ударился головой, наблюдая, как с неба ко мне спускается ангел. Правда, поначалу мне показалось, что он выскочил из моего окна, но я сразу отбросил эту мысль, посчитав её безумной. Сияющая фигура приземлилась рядом – оказалось, что это девушка. Положив руки мне на грудь, она резко расправила крылья. По телу стало разливаться приятное тепло, меня словно наполняли самим светом. Сознание не выдержало таких нагрузок и отключилось.

Вылечив, Энжи, а это была именно она, встала и оглянулась по сторонам. Во двор въезжала мусороуборочная машина. Крылья стали растворяться в воздухе, унося с собой свет, исходящий от тела, который кружился вокруг Иришки, образуя кулон на шее – вливаясь в него. Спустя пару мгновений рядом стояла подруга, взволнованно смотря на меня.

– Надеюсь, магия Энжи подействует, – озабоченно сказала Иришка вслух.

Мимо проехала большая оранжевая машина с характерным запахом помойки. Вдруг сверху послышался шум. Это оборотень пришёл в себя после удара и теперь находился в поисках своих обидчиков. Иришка стала лихорадочно толкать меня, пытаясь вернуть в сознание.

– Просыпайся! Вставай! Слышишь? – начала кричать Ира.

– А? Что? А где ангел?

– На небесах! – рявкнула подруга. – А вот оборотень здесь, и если мы не поспешим, то тоже окажемся на небесах!

Я поднялся на ноги, держась, чтобы снова не упасть, за свою подругу. Голова кружилась, тошнило, и вообще, чувствовал себя херово, как будто упал с большой высоты. Хотя именно это и сделал, вообще-то… Но, несмотря на довольно сильный удар головой, боли не было. Создавалось впечатление, что разум вынули и шмякнули об асфальт, а тело стояло в стороне и наблюдало за этим как ни в чём не бывало. Разум понимает, что должно быть больно, но этой боли нет. Надеюсь, мои запутанные объяснения передали суть моего состояния. Не ругайте строго, я ведь с третьего этажа упал. Пошатываясь, побежал вслед за своей подругой к мусороуборочной машине, собирающей отходы из баков. Оглянулся, чтобы посмотреть на свою квартиру. В проёме окна стоял оборотень и собирался прыгнуть вниз, чтобы последовать за нами.

– Ты где застрял? – крикнула Иришка, после чего обратилась к мусорщику. – Помогите нам! За нами гонится оборотень!

– Девушка, успокойтесь и не придумывайте чушь – оборотней не существует. Пить меньше надо, – отреагировал уборщик, правильно оценив наш вид.

– Что? – возмущению Иришки не было конца. – А это тогда кто?

Подруга бесцеремонно взяла уборщика за голову и повернула в сторону моего дома. Оборотень уже спрыгнул вниз и нёсся к нам на всех парах. Когда уборщик увидел приближающегося зверя, его лицо отчётливо вытянулось и побледнело. Он вырвался из Иришкиных рук и запрыгнул в машину, которую тут же завёл.

– Трус, – процедила Ира.

Но неожиданно уборщик высунулся из окна и крикнул нам:

– Ну и чего вы ждёте? Особого приглашения или пока этот зверюга сюда прибежит?

Мы с Иришкой резво запрыгнули в кабину и, как только закрыли за собой дверь, почувствовали удар. Это оборотень врезался в машину, не успев затормозить.

– Трогай! – буквально завизжала Иришка.

Дважды просить не пришлось. Педаль газа, кажется, провалилась в пол – машина взревела и рванула вперёд. Поцарапав угол дома, мы выехали из арки на проезжую часть и понеслись в неизвестном направлении.

– Меня, кстати, Фёдор зовут, – представился водитель. – Кажись, мы оторвались от этой зверюшки.

– А мне кажется, нет, – выдавила из себя охрипшая Иришка, указывая на боковое зеркало, в котором отражался скачущий за ними по крышам домов большой серый волк.

– Андрей. А это моя подруга Ира. Спасибо вам за помощь.

– Ребят, а откуда эта штуковина взялась-то? Я думал, что всей этой чертовщины не существует.

– Мы тоже так думали до сегодняшнего утра, – ответил я.

– А точнее, до вчерашнего вечера, – прошептала мне на ухо Иришка, которая никогда не упускала момента, чтобы меня подколоть.

– И, если честно, – продолжил, ущипнув подругу за бок. – Не имеем никакого представления, откуда взялся оборотень и почему он за нами гонится.

Да, я врал. А что ещё мне оставалось делать? Нет, конечно, знаю, что человек в экстремальной ситуации может поверить во что угодно, но чувствовал, что Фёдору ни к чему знать о таких тонкостях, что я, мол, Анима и вообще будущий повелитель этого мира.

– Странно всё это, – протянул Фёдор, сворачивая во дворы перед очередным красным светофором. – Довезу вас до городской свалки, высажу подальше от людей, и там вы как хотите разбирайтесь со своей проблемой, потому что я жизнью рисковать не хочу. У меня семья, дети и вообще…

– Хорошо, спасибо и на этом, – проговорил я, задумываясь, – а как бы нам с этой проблемой разобраться, добавив шёпотом. – Ир, а где кинжал?

– Вот он, – подруга протянула мне оружие, достав его из сумочки.

Как она умудрилась её не забыть…

Я вздохнул:

– Хоть какой-то шанс.

На дорогу мы затратили около сорока минут. По пути оборотень попадался на глаза раза два, но никогда не выходил на людные места, преследуя нас исключительно по крышам домов и тёмным переулкам. Высадив нас, Фёдор умчался в неизвестном направлении. Мы с Иришкой стояли около громоздких ворот и громко спорили вслух:

– Надо прятаться! – кричала моя подруга, не забывая зорко смотреть по сторонам в ожидании приближающегося преследователя, который должен был появиться с минуты на минуту. – Тебе осталось продержаться чуть меньше часа! А потом ты этого оборотня в порошок сотрёшь!

– А вдруг всего этого не случится? – парировал я. – Вдруг всё это просто обман?

– Ага! А оборотень, который сбросил тебя с третьего этажа, – плод нашего воображения! Мы оба сошли с ума! И душу у меня никто не забирал?! И говорящее письмо не получал?! Просто всё сладкий сон! Очнись, Андрей! Всё это происходит на самом деле…

Иришка без сил упала мне на руки.

– Хорошо, – смирился я. – И где ты предлагаешь спрятаться?

– Открой глаза, мы на свалке! Любая куча – идеальное прикрытие.

– Там же воняет!

– И что дальше? Жизнь важнее, не барин – потерпишь. Девушка и то готова в помойку лезть.

– Ладно, давай тогда перебираться через забор, – согласился я с подругой.

Худенькая Иришка первой пролезла между запертыми воротами. Сзади раздался звериный рык. Видимо, оборотень достиг нас раньше, чем мы предполагали.

– Беги, Ир! Постараюсь его отвлечь, всё равно ему нужен я! – кричал своей подруге, которая отважно хотела вернуться.

Неожиданно для меня обычно упрямая Иришка послушалась и побежала в неизвестном направлении, скрываясь из виду. Достав кинжал, я покрепче на этот раз сжал его в руке.

– Давай, – прошептал оборотню, зная, что он слышит. – Нападай.

Зверь ухмыльнулся и стал приседать, готовясь к прыжку. Я внимательно следил за каждым его движением, готовясь увернуться и нанести удар. Мне нужен был всего один удар – хотя бы царапина… Оборотень прыгнул стремительней, чем что-либо. Казалось, ему в заднее место вставлен реактивный ускоритель. Те пятнадцать метров, что разделяли нас, зверь преодолел за какие-то две секунды одним гигантским прыжком. Мой план заранее был обречён на провал. Всё, что я успел, это отскочить в сторону, но оборотень смог задеть когтями плечо, зато хоть голову не снёс. Отвлёкшись на рану, я позабыл про оборотня. Знаю, знаю, что зря. Зверь действовал быстрее и полностью был сконцентрирован на бое. Мгновенно развернувшись, зверь сделал ещё один прыжок, намереваясь совершить его любимый удар с воздуха.

Внезапно я почувствовал одновременно несколько вещей. В середине груди неприятно кольнуло, словно оттуда что-то взяли и разлили по всему телу. Рукоять обожгла мне ладонь, будто говоря «очнись». Часы, которые отсчитывали время назад, потеплели. Отреагировав на все эти знаки, я обратил, наконец-таки, внимание на оборотня. Он находился в нескольких сантиметрах надо мной и почему-то двигался очень медленно. Нет, ОЧЕНЬ медленно, улитка по сравнению с ним была бы олимпийской рекордсменкой.

Я зачем-то оглянулся. В паре метрах от меня также медленно двигалась Иришка, спешащая на помощь мне. Она где-то раздобыла кусок железной трубы, которую воинственно подняла над собой, готовясь совершить удар по оборотню. Снова посмотрел на оборотня. В его глазах читался ужас. Я резко выкинул руку с кинжалом вперёд и пронзил зверя под рёбра. По руке разлилась тёплая кровь, но её тут же стал впитывать лезвие, поглощающая душу оборотня. В груди перестало колоть, а время вернулось на круги своя. Туша зверя тяжело упала на землю. Его глаза были пусты. Да… Не зря говорят, что глаза – зеркало души. Иришка подбежала ко мне с таким видом, словно в ту трубу, которую она задрала над собой, ударила молния.

– А что это было? – ошарашенно спросила она. – Чёт немного не поняла…

– Я сам ничего не понимаю, – ответил, глядя на часы. – Но нам надо продержаться ещё сорок семь минут.

Тут Иришка, наконец, обратила внимание на мои глаза. Знаете такое выражение – отвисла челюсть?

– Андрюш… – заикаясь, прошептала подруга. – Твои глаза. Они серые. Точнее, светло-серые. Практически белые. Но не это удивительно. Даже зрачки побелели…

– Что?!

Нет, конечно, я в курсе, что мои глаза имеют моду меняться, но обычно менялась только радужка, словно это надетая цветная линза. Сейчас же, со слов Иришки, даже зрачок изменил цвет, чего никогда не случалось.

– И как ты думаешь, что это может значить? – спросил у подруги обеспокоенно.

– Глаза постепенно темнеют, Андрюш, – продолжая следить за странной аномалией, сказала Иришка. – Может быть, прилив адреналина заставил твои способности проявиться?

– Может, ты и права, – протянул я.

– Всё, – выдохнула Ира. – Зрачки появились, а цвет глаз серо-фиолетовый.

– Волнение. И страх.

– Знаю, – вздохнула Иришка, после чего её взгляд перешёл мне на грудь. – Ты ранен?!

– Ерунда, – отмахнулся я. – Лучше скажи, что делать будем. Оборотня спрятать, наверно, надо. А то обнаружат – гулу будет. О Фёдоре точно узнают. А он уж и про нас с тобой расскажет.

Внезапно откуда-то сверху в тело оборотня ударил ослепляющий белый луч.

– Уже… ничего… убирать не надо, – чуть ли не по слогам проговорила Иришка, заикаясь в очередной раз.

Наши взоры обратились к небу. Сияющие фигуры создавали удивительную светотень: в небе парили четыре белых и пять чёрных ангелов.

– Неужели они совсем не заботятся о скрытности? – риторически спросил вслух.

– Видимо, нет, – решила ответить на этот вопрос моя подруга.

– Среди вас преступница! – сказал один из ангелов, так и не успел заметить кто. – Её имя Энжелик. Где она? Мы не можем её увидеть, но чувствуем, что она рядом.

Я вспомнил ангела, которая сегодня спасла меня. Понял, что это была именно та, которую разыскивают, – уж очень много совпадений. Несмотря на то что она оказалась преступницей, я был преисполнен к ней чувством благодарности.

– Не знаю, о ком вы говорите, – обратился я сразу ко всем. – Да, я сегодня видел девушку, похожую на вас, но она спасла мне жизнь. Поэтому не могу назвать её преступницей. И даже если бы и знал, где она находится сейчас, всё равно не сказал.

Иришка почему-то заулыбалась. Взяла за плечо и сказала:

– Ты знаешь, Андрюш, должна тебе кое в чём признаться.

Иришка дотронулась до кулона на шее. Свет, который томился внутри, вырывался наружу, окутывая подругу. Когда свет стал невыносимым для глаз, Иришка расправила крылья, и передо мной предстала ангел.

– Я объясню тебе всё позже, хорошо? А сейчас помоги мне, пожалуйста, отбиться от них.

– Но… – начал было я.

– Прошу! – в отчаянье крикнула ангел.

Разве мужчина может отказать девушке? А если при этом она ещё и ангел? Причём в прямом смысле этого слова. И не стоит забывать, что она спасла вам жизнь и вообще лучшая подруга. Вот и я не смог…

– Хорошо, – вздохнул, не представляя, как смогу одолеть хотя бы одного из новых соперников, не говоря уже о девяти.

Ангелы, парящие над нами, правильно поняли нашу позицию и призвали оружие. У белых ангелов в основном были такие же ослепительно-белые мечи, и только у одного было в руках копьё. Чёрные ангелы пользовались палицами и топорами, которые были темнее ночи, чернее, чем сама тьма. Энжи тоже не осталась в стороне, призвав свой меч.

– Слушай, – обратился к девушке-ангелу. – Они же в воздухе, как я смогу достать до них?

– Используй возможности кинжала, – уже взлетая, сказала Энжи.

На мгновение задумался.

Ну да, кинжал может через одну царапину забрать душу, но что мне это даст? Ведь всё равно не смогу сделать эту царапину.

Размышления прервал сгусток тёмной энергии со стороны ангела. Ударив в грудь отправил меня в сторону ворот. Я врезался спиной, сломав их. Дыхание сбилось. Озарение пронзило вместе с болью в груди, которая сменилась жаром в пальцах, сжимающих кинжал. Клинок ответил пульсацией, будто живой. Кристалл вспыхнул.

Первой шерстью стала покрываться правая рука, после чего шерсть стала расти вверх, переходя на тело. Лицо вытягивалось, покрываясь шерстью. Кинжал испарился чёрным дымом. Я почувствовал, как его сталь впитывается в ногти – они вытягивались, искривлялись, превращаясь в неестественно длинные когти, смертоносные, как само исчезнувшее лезвие. На удивление, штаны не мешали шерсти расти, она спокойно проходила сквозь них, даже не повреждая ткань. Ступни, лишённые обуви и носков, легко трансформировались в мощные волчьи лапы. Они позволяли совершать невероятные прыжки. За считанные секунды я превратился в оборотня, которого недавно убил.

Дико взревев, со всей силой оттолкнулся от земли и прыгнул на ближайшего чёрного ангела. Вцепившись ему когтями в спину, инстинктивно пытался перегрызть горло. С четвёртой попытки мне это удалось. Оказалось, что у ангелов тоже есть физическое тело и кровь. Его окутывала тьма или свет, в зависимости от того, какой это был ангел. А кровь у тёмного ангела была тёмно-красной, практически чёрной. Её не было видно в кромешной тьме, укрывающей ангела, чего не скажешь о белых ангелах. На них светло-красная кровь великолепно выделялась, создавая пятна в ослепительном свете. Сокрушённый ангел упал, и я стал падать вслед за ним, но смог аккуратно приземлиться на пружинистые лапы.

Я взглянул на поле битвы. Энжи была в центре событий и пыталась отбиться от шести ангелов. Одного чёрного и одного белого она уже успела уничтожить. Прыгнул к ней, схватив двух светлых ангелов за грудки и столкнув их лоб в лоб, со всей силы бросил вниз. Оглушённые, они уже не могли раскрыть крылья в воздухе и разбились об асфальт. Приземлился на лапы и обратил внимание, как один из чёрных ангелов пикирует ко мне, пытаясь ударить своим топором. Я отскочил в сторону, а затем стремительно прыгнул на спину промахнувшемуся ангелу, прижав его к земле. Внезапно шерсть стала быстро спадать. Буквально через пару секунд уже снова был собой.

Обратив внимание, что кинжал всё ещё в руке, а под ногами чёрный ангел, пытающийся встать, резко ударил ему в спину. Вся тьма, что окутывала ангела, впиталась в алмаз. В груди кольнуло, а рукоять кинжала потеплела. Чернота от него стала распространяться по телу, и вскоре я распахнул крылья, взлетев в небеса. Вместо кинжала в моей руке теперь был меч, такой же чёрный, как и я. Против нас с Иришкой, по крайней мере, я продолжал думать, что это она, осталось два противника. Белое и чёрное против белого и чёрного. Иришка/Энжи скрестилась в битве против белого ангела. Ну а я напал на чёрного ангела.

У противника в руках была палица. Я плохо умел владеть мечом, но кое-как удавалось отбивать удары. Но это единственное, что мне удавалось. А нужно было нанести удар. В конце концов, мне надоело отступать, и я решился на безумный ход. Сумев отлететь подальше, бросил оружие в противника, заранее зная, что промахнусь, и меч пролетит мимо. Оставалась надежда, что меч – это кинжал, а значит, должен послушаться. Чёрный ангел уклонился от пролетающего мимо меча и с улыбкой посмотрел на меня, как на идиота, кидающего соломинку в слона. Замахнувшись, ангел полетел в мою сторону. Но резко замер в воздухе, закатив глаза, пытаясь достать руками до спины. После чего камнем полетел вниз. Меч, который мне удалось вернуть силой мысли, торчал у него меж лопаток. Справа возникла вспышка света. Из неё, устало держа оружие в руках, вылетела Иришка. Мы опустились на землю, после чего я подошёл к убитому мной ангелу и выдернул из его спины меч, который вновь стал кинжалом, забрав всю черноту, сделал меня мной. Иришка же пока не собиралась меняться – девушка-ангел, опустив голову, тяжело дышала.

– Ты как? – спросил я, стараясь скрыть облегчение. – И кто? – добавил, не удержавшись от ехидной ухмылки.

Девушка печально улыбнулась:

– Меня зовут Энжелик. Для тебя Энжи. В вашем мире таких существ называют ангелами, но ничего общего с Богом и раем я не имею, – проговорила она, посмотрев усталым взглядом, словно извиняясь.

– А моя подруга? – в голосе прорезалась тревога.

– Спроси у неё сам, – устало отмахнулась Энжи, словно уходя в свои мысли. – Я всего лишь одолжила её тело… Ох, подсчитать надо. Где-то на семьсот лет.

– Сколько?! – ошарашенно переспросил я.

Ответа не последовало. Свет стал кружиться вокруг ангела, а крылья растворяться, образуя кулон на шее. Через мгновение передо мной с виноватым лицом стояла моя подруга. Я сложил руки на груди и вопросительно посмотрел на Иришку.

– Ладно, ладно, прости, – воскликнула Ира. – Я тебе всё расскажу, но давай, пожалуйста, дождёмся твоего пробуждения. Тогда, когда мы будем в безопасности, сможем спокойно поговорить.

Я посмотрел на часы.

– Двадцать одна минута, – вслух произнёс. – А потом жду твоего объяснения.

– Я же сказала, что всё расскажу, – кивнула Иришка. – Теперь давай сделаем то, что собирались.

– В смысле?

– Спрячемся! – напомнила подруга. – Мало ли кто ещё на нас нападёт, а Энжи уже вряд ли сможет помочь.

– Хорошо, – согласился я.

Иришка развернулась и пошла в сторону свалки. Ворота были взломаны моим ударом о них, так что больше пролезать не нужно было. Мы прошли около полукилометра, когда в воздухе возникла колесница с четырьмя лошадьми. Она словно сошла со страниц истории Древнего Рима. Лошади символизировали четыре стихии: воздух, огонь, землю и воду. И выглядели соответственно. От огненной валил пар, а из носа вырывались струйки пара. На тех местах, где должны быть волосы, вился огонь. Рядом с ней в первой двойке стояла водяная лошадь. С её хвоста и гривы капала вода, а тело было полупрозрачное, состоящее из воды – было удивительно, как она не растекается. Во второй двойке стояли земная и воздушная лошади. Земная состояла из камня, а каждый её след оставлял глубокий отпечаток в земле. Воздушную было трудно уловить взглядом, казалось, что, если бы не вожжи, она растаяла бы в воздухе. Практически не оставляя следов, она парила в воздухе.

Так же, как и лошади, отдельного описания требовал и воин, управляющий колесницей. Он был в лёгких доспехах, без шлема. В одной руке он держал вожжи, в другой – копьё. Сквозь его вены вырывалось пламя, словно неспособное удержаться внутри. В глазах также горел огонь. Да… Если такой тип вдруг на тебя обидится, то уж точно одним взглядом сожжёт. В чёрных волосах изредка вспыхивал огонь. Идеально прямые и мужественные черты лица делали из этого мужчины красавца.

– Я ларид из племени огненных воинов, – заговорил он. – Меня послали, чтобы убить тебя.

– А можно поинтересоваться, – закрывая собой Иришку, спросил. – Почему я должен умереть?

– Это приказ, – коротко ответил воин и перешёл от прелюдий к действиям.

Одним взмахом руки он отправил в полёт своё копьё, наконечник которого вдруг запылал алым пламенем. Я мысленно захотел, чтобы время снова замедлилось. В груди кольнуло, ещё сильнее, чем раньше, а циферблат часов треснул, освобождая, видимо, заключённую в них магию. Мир замедлился. Наконечник копья был в каких-то двадцати сантиметрах от моей груди. Стекло часов продолжало покрываться трещинами. Их магия скоро иссякнет, поэтому надо действовать быстро. Я попытался отклонить полёт копья, но не смог сдвинуть его с траектории. Тогда я отошёл с пути, но увидел, что оно летит прямо в Иришку, стоявшую у меня за спиной. Раздался предсмертный хруст циферблата. Это часы давали знать, что выбор надо делать быстрее. Я снова встал под копьё… Время вернулось на круги своя. Дикая боль пронзила с головы до ног. Посмотрел вниз. Копьё торчало у меня из груди. Иришка сзади пронзительно закричала, а после без сил упала на колени, плача и не пытаясь сдержать рыдания. Ларид вытянул руку, и копьё, повинуясь этому немому призыву, вышло из моей груди, причинив ещё большую боль. Я инстинктивно зажал рану ладонью. Руке сразу стало тепло. Кровь никак не хотела останавливаться. На часах оставалось 4 минуты, а в затухающем разуме крутилась лишь одна мысль:

Ира снова осталась совсем одна.

Диск солнца появился на горизонте.

Что-то приближалось…

Глава 2. Феникс

Часть 1. Сдвиг сознания

Диск солнца появился на горизонте. Я лежал на земле, зажав рану ладонью, и медленно умирал на рассвете. Боже, как романтично и в то же время чертовски обидно. Каких-то четырёх минут не смог продержаться. Неудачник…Внезапно от солнца отделился луч света и полетел в нашу сторону. Что-то приближалось… В небе раздался звонкий птичий крик. Огненное существо стремительно приближалось к нам. Собравшийся уже исчезнуть ларид озадаченно посмотрел на этот луч.

– Феникс? – риторически спросил он вслух.

Ларид метнул копье в это существо, но оно ловко увернулось.

– Феникс, – теперь уже утвердительно произнес он. – Только существо огня может увернуться от моего копья.

Ко мне подлетела огненная птица. Это и вправду был феникс – сказочное существо, состоящее из пламени. От него исходил жар. Ларид не смел приближаться, этот жар пугал даже его. Феникс медленно подошел и склонил голову к моей груди. Тяжелая капля, медленная, как расплавленный металл, сорвалась с его глаза, упав мне на рану. Жар птицы словно проник внутрь меня. Ещё одна капля, и это уже невыносимое пламя. Феникс плакал, а я сгорал изнутри от его горячих слёз. Когда рана была залечена, я почувствовал это – болезненная стянутость кожи ушла, а на её месте разлилось приятное тепло.

Я едва осознал это, как феникс плавно взмыл ввысь. Его огненное тело мерцало, словно разгорающиеся угли костра. Набрав высоту, огненная птица резко спикировала вниз, нацелившись прямо в меня. Сил не было даже попытаться увернуться. Феникс приближался подобно неумолимому метеориту. Набирая бешеную скорость, он превратился в огненную стрелу, пронзающую небо. Стрелу, что пронзила саму мою суть. Я почувствовал не просто боль, а испепеляющий огонь, который бушевал внутри меня. Чувство было настолько сильным, что казалось, будто тело не выдержит. Жар, который я испытывал раньше, по сравнению с этим ощущением был ничтожным.

Время закончило свой отсчет. Часы тихо звякнули и рассыпались в пепел, который поднялся в воздух и стал кружиться вокруг, поднимая моё безвольное тело вверх. То, что раньше кололо у меня в груди, сейчас вырывалось наружу. Мне было всё равно, пусть вырывается – я никого не держу. Но феникс, поселившийся внутри меня, не дал этому случиться. Пепел, кружащийся вокруг, увеличил свою скорость. Вокруг меня ревел настоящий ураган. Я уже не ощущал своего тела, лишь новая дикая боль, которая разрывает меня изнутри и которой феникс не давал выйти. Внезапно ураган рассеялся, уронив меня на твёрдый пол. Я уже был не на свалке, а лежал на холодном каменном полу. Вокруг было темно и глухо.

Иришка, наблюдавшая за моими метаморфозами, открыла рот. Не каждый день видишь пробуждение Анимы. Когда ураган рассеялся, внутри никого не оказалось. Это стало большим потрясением как для ларида, так и для Иришки.

– Где он? – накинулся огненный воин на мою подругу.

– Не знаю!

Ларид замахнулся, собираясь проткнуть Иришку копьём. Луч света вырвался из кулона Иришки и ударил в грудь воина, отбросив его. За спиной Иришки мгновенно образовались крылья. Лишь резкий взмах успел заметить ларид, а воздух вокруг словно зазвенел, прежде чем его ослепило, а Иришка исчезла. Взревев от гнева, ларид вскочил в свою колесницу, разогнался и растворился в воздухе.

Иришка переместилась благодаря магии Энжи. Очнувшись, Ира обнаружила себя у дома Петра, нашего общего друга. Она встала и отряхнулась. Подошла к металлической двери и набрала знакомые цифры. Заиграл противный звук домофона.

– Кто? – раздался голос из динамика.

– Это я, – ответила Иришка с уверенностью, что друг узнает её голос.

– Кто я? – терпеливо переспросил он.

– Смерть твоя! – не выдержала Иришка. Но то, что ответил Пётр, удивило даже её.

– А… Заходи. Давно уже жду.

Домофон пронзительно запищал. Ошарашенная Иришка поняла, что дверь открыли. Она вошла внутрь и поднялась на второй этаж. Дверь квартиры Петра была распахнута. Ира вошла, закрыв дверь. В комнате работал телевизор.

– Ау!

Ответа не было. Девушка прошла в комнату и увидела друга, который сидел на диване и смотрел в экран. В свете предстоящих событий его внешность не играет роли.

– Петруш, – окликнула Иришка своего друга.

Он обернулся и на его лице отразилось облегчение и изумление одновременно.

– А я думал, смерть пришла… – немного разочарованно протянул Пётр.

– Чего?! – удивилась Иришка.

И Пётр рассказал, что некоторое время назад у него зазвонил телефон. И тихий, холодный голос на другом конце провода сказал, что через четыре дня за Петром придёт смерть. Мол, что пришло его время. Нет, Пётр, конечно, сразу не поверил, но, чёрт возьми, голос звучал так реалистично, что страх всё равно неумолимо поселился в нём, словно ледяная рука на сердце. И с каждым часом он только нарастал, поглощая его. В конце концов, страх достиг уровня безразличия, переходящего в апатию. Именно в таком настрое Иришка и застала друга.

– Значит просто телефонный звонок? – переспросила сидящая в кресле Ира.

– Угу.

– Может всё-таки дети баловались?

– Не… – Пётр почесал щёку, задумываясь. – Не может быть такого. Такой голос нельзя изобразить.

Иришка задумалась: «Может, все эти события связаны между собой?» Необходимо связаться с Энжи. Один её друг исчез в неизвестном направлении, а за другим должна прийти смерть. Весёленький расклад. Иришке срочно нужно зеркало.

– Я в ванну схожу, хорошо?

– Хорошо, – отозвался Пётр, махнув рукой, и уставился обратно в экран телевизора.

Зайдя в ванну, Иришка закрыла дверь и включила воду, чтобы заглушить разговор с Энжи. После всех приготовлений она сняла с шеи кулон и коснулась им зеркала – туман окутал отражение, после чего расступился, а в зеркале появилось лицо Энжи.

– Мне нужна твоя помощь с… – начала Иришка, но Энжи её перебила..

– Где он?!

– Кто? – не поняла сразу Иришка.

– Андрей, где он?

– Ты прям как ларид. Я не знаю, – развела руками Ира. – Он исчез.

– Это хорошо, – вздохнула с облегчением Энжи. – Значит, пробуждение произошло, и он жив.

– Но… там был феникс, – прошептала Ира, чувствуя как её сковывает беспокойство.

– Что?! – воскликнула Энжи, на лице которой отчётливо промелькнула тревога. – А вот это плохо… и необычно… Нет, подожди, а откуда там вообще феникс взялся?

– Копьё пронзило Андрея, он упал… – начала Ира и замолчала на секунду, пытаясь вспомнить последовательность событий. – Потом появился феникс и… Даже не знаю, как правильно сказать-то, вселился, что ли… Короче, феникс просто влетел Андрею в грудь. А! Перед этим он ещё плакал, – закончила Ира, чувствуя, что всё это уже слишком для неё.

– Андрей? – удивилась Энжи.

– Феникс!

– Так бы и сказала. Значит, ему удалось излечить душу мира, это хорошо, – обрадовалась Энжи, но тут же огорчила саму себя. – Но само появление феникса очень необычно, ещё и вселение, да не в абы кого, а в Аниму… Это продлевает мою миссию.

– Я рада за тебя, но мне ещё нужна твоя помощь, – перебила на этот раз Иришка, вкратце рассказав о Петре и о том, что с ним приключилось.

– Это нормально, – ответила Энжи на вопрос Иришки. – Я читала, что каждые шестьсот лет Смерть меняет свою сущность. Она выбирает новую душу и тело для выполнения своих обязанностей. Не знаю, почему так происходит, но это установленный порядок, которому нельзя противостоять.

– Подожди, я правильно поняла, что Смерть действительно существует – с косой, в чёрном балахоне и тому подобное?

– Видимо, да. Мне незнаком её облик. Знаю лишь, что Смерть выбирает таких людей, которые думают только о себе. Надо, чтобы такому человеку на остальных людей было плевать. Наверняка есть ещё условия, но они мне неизвестны.

– Но… Пётр ведь не плохой. Он просто… такой… Если кто-то хочет чаю – пусть сам себе делает, заодно и ему нальёт. Он и правда всегда думает в первую очередь о себе, но не злой же.

– Так я о чём и говорю, – взмахнула руками Энжи. – Смерти не нужен злодей. Плевать не значит ненавидеть. Это не брать на себя чужие заботы и боль.

– И неужели это не остановить?

– Наивный вопрос, конечно нет. Хотелось бы мне посмотреть, как ты будешь бороться со Смертью. Она вечна, как и наши души, – ответила Энжи и вместе с туманом исчезла с поверхности зеркала.

Иришка сполоснула лицо, закрыла воду и вышла из ванной. Петр всё так же сидел на диване, уткнувшись носом в телевизор. Казалось, что он даже забыл о существовании Иришки в его квартире. До тех пор, пока телевизор неожиданно не померк.

– Может с антеной чего? – спросил Пётр у Иришки, повернувшись к ней лицом. – А то как же я без телевизора. Только он мог отвлечь меня от плохих мыслей.

– Спасибо! – возмутилась Иришка. – А как же лучшая подруга, с которой можно поговорить?

– Разговаривая с тобой, я только чаще буду вспоминать о… Ну ты поняла! Потому что снова начнёшь расспрашивать. Я тебе один раз рассказал, хватит с тебя. А постоянно думать и говорить об этом у меня никаких сил не хватит.

– Ладно, ладно… – примирительно отмахнулась Иришка.

Телевизор, погруженный в тишину, вдруг ожил. На экране замелькали помехи, сопровождаемые характерным звуком.

– Мне почему-то вспомнился фильм «Белый шум». Не знаешь, к чему бы? – спросил Пётр.

Шум нарастал. Все тени в квартире словно сошли с ума. Они шевелились, извиваясь, как живые, словно этот звук причинял им боль. Перед Петром сгущалась тень, которая отрывала куски от других, сплетаясь в нечто невообразимое. Через мгновение в комнате стояла Смерть. На ней действительно был чёрный балахон с капюшоном, который напрочь закрывал лицо. В руках, звеня и блестя, словно живёт отдельной жизнью, была коса. Пётр застыл, пристально глядя в капюшон появившейся Смерти. Казалось, он видел там что-то важное. Так они смотрели друг на друга около двадцати секунд, пока балахон не сорвало ветром, а коса не выпала из рук. Всё это закружилось вокруг Петра. Он стоял спокойно, словно ждал, когда это закончится. От прежнего хозяина смертоносных вещей ничего не осталось – даже скелета. Иришка, наблюдавшая за происходящим, была расстроена. Ей всегда было любопытно, что скрывается внутри. Балахон окутал Петра, а в руку сама влетела коса. Он оглядел себя, достал из складок своей новой одежды пергамент, быстро взглянул на него и исчез. Иришка только успела моргнуть, как осталась одна.

– И что же мне теперь делать? – вслух спросила она.

Телевизор снова ожил и зазвучал голос диктора: «А эту трагическую новость мы получили только что. Пару минут назад, в Санкт-Петербурге…»

Открыв глаза, я сразу почувствовал холод твёрдого пола с множеством неровностей. Вокруг было темно. И тихо.

Иришка осталась там совсем одна. Надеюсь, с ней всё в порядке.

Я знал, что она справится, поэтому не очень сильно волновался. Осмотревшись, увидел периодически вздрагивающий тусклый свет вдалеке. Я поднялся на ноги, но всё ещё чувствовал неуверенность. Ковыляя, я направился к свету, словно мотылёк.

Через пару минут ходьбы послышалась тихая музыка, которая теперь сопровождала мой путь. Я прошёл наверное около километра. И мне в голову стали закрадываться смутные сомнения, что до моей цели расстояние так и не изменилось. Мелодия тихим ритмом убаюкивала, казалось, что она издевается надо мной. Словно в том, что я топчусь на одном месте, виновата она. Я невольно задался вопросом: что же мне теперь делать?

Я похлопал по карманам в поисках кинжала, но так его и не обнаружил. Это нехорошо… Нет, это очень даже плохо! Что же мне теперь делать? Вот действительно интересный вопрос. Где оказался – не знаю, как – тоже, что дальше делать – неизвестно. Хоть ложись и помирай. Я в отчаянье рухнул на пол.

– Есть здесь кто-то? – крикнул я. Затем тише добавил: – Ну, хоть кто-то…

Ира стояла в квартире своего друга в полном одиночестве и тоже не знала, что же ей делать дальше. Взглянув в отражение на полированном шкафу, она заметила проявившуюся Энжи.

– Я чувствую опасность, – прошептала та. – Ангелы всё ещё ищут меня и они где-то рядом.

Чтобы понять, почему за Энжи ведётся охота, нужно вернуться назад, к её появлению в нашем мире. Когда Энжи поселилась в теле ведьмы, со временем эти две девушки пришли к определенной договоренности. Но однажды Эвайт влюбилась. Причём настолько сильно, что непременно хотела прожить с избранником всю жизнь и умереть вместе. А значит, состариться самой. Но пока Энжи находилась в теле Эвайт, всё вышеописанное было невозможно. Поэтому ведьма попросила Энжи переселиться в другое тело, чтобы прожить свою жизнь самой. Но это оказалось невозможно. Энжи было дано только одно разрешение на вселение, а нарушение этого правила вело к извлечению и уничтожению души, а потерять вечность не хотелось бы. Но Энжи успела привязаться к своей подруге по телу…

– Может тогда пока затаиться? – озадаченно спросила Иришка.

– Нельзя, – помотала головой Энжи. – Нам надо найти Андрея.

– И? Что ты предлагаешь?

– Пришло время освободиться…

– Нет! – воскликнула Иришка. – Только не опять!

– Придётся.

Освобождение… Кулон был подарком матери и сам по себе не имел особых сил, но он позволял Энжи и Иришке быть отдельными личностями, как бы делая переход между ними. Освобождение позволяло открыть истинную ангельскую природу Иришки. Но по сравнению с другими ангелами, она могла бы в таком состоянии существовать в нашем мире безгранично долго, не уставая, как Энжи. Другие ангелы должны были периодически уходить в свой мир или вселяться в тела людей, чтобы восполнить силы. Если же вовремя этого не делалось, ангел терял свою мощь и, со временем, превращался в обычного человека, а впоследствии умирал от старости. Наш мир умел менять чужие сущности под себя.

Если же Иришка сейчас высвободит свою ангельскую суть, то потеряет человеческую природу и физическое тело. А разум Энжи в этот момент сольётся с разумом Иришки. Явление ангела в материальном мире. Последствия этого ей уже пришлось пережить в прошлом. Иришка не хотела снова становится затворницей, пока она не сможет восстановить свое прежнее тело. И разделить их с Энжи личности. Освобождение оголяет душу, а люди не привыкли такое видеть.

– Скрываться, вот что мне придётся, – возмутилась Иришка. – Ты же знаешь, как долго придётся ждать восстановления физического тела.

– Подумаешь, – с присущими ей нотками эгоизма проворчала Энжи. – Тридцать три года нельзя подождать, что ли? Ну и ещё тридцать три, если не сможешь провести ритуал… Зато Андрея сможешь найти и помочь ему, хотя до конца я в этом как-то не уверена…

– Вот видишь! – показала Иришка пальцем в отражение, где сейчас была Энжи. – Ты ещё и не уверена. Так что давай пока оставим моё тело в покое и просто будем ждать. Тем более что это мы умеем делать лучше всего.

– Хорошо, – отрешенно отозвалась Энжи. – Но если вдруг нападут ангелы, у тебя не будет выхода, потому что сил у меня совсем не осталось. Если бы не последняя телепортация, я бы ещё как-нибудь восстановилась, но сейчас. Нужно время.

– Тогда надо затаиться. Вот бы перебраться незаметно в свою квартиру.

Немного постояв и подумав, Иришка решилась:

– Всё! Иду на абордаж! Ангелы, берегитесь.

Схватив сумочку со стола, Иришка выскочила из квартиры Петра.

Я в это время сидел на полу и сосредоточенно думал всё над тем же извечным вопросом. А то, о чём думал, высказывал вслух:

Интересно, а я как душа мира уже состоялся или нет? И если я Анима, то на что тогда способен? И всё-таки, где же я? И как я сюда попал? Нет! Здесь определенно кто-то есть! Музыка не берётся из ниоткуда. А свет? Его ведь тоже кто-то зажёг. Ладно… Чего сидеть?

Я поднялся на ноги и, отряхнув от грязи то, на чём сидел, пошёл дальше. Но так, разумеется, и не дошел. После получаса ходьбы расстояние до света так и не изменилось.

– Да что же это такое! – возмущению не было предела. – Это издевательство какое-то! Да гори оно всё синим пламенем!

Я в отчаянье вскинул руки и с ужасом обнаружил, что от них действительно исходит синий огонь. Этот раскалённый поток понёсся вперёд, освещая, а заодно и сжигая всё на своём пути. Через считанные секунды послышался треск, затем музыка стала звучать с хрипами, а после вообще прекратилась. Послышался чей-то сдавленный крик, а также звериное рычание. Я сорвался с места и быстро побежал вперед. И практически сразу выскочил на небольшую освещенную площадку. На ней стояла множество предметов, но один сразу привлёк моё внимание. У маленького столика метался светловолосый мужчина, пытаясь потушить пламя, охватившее старинный граммофон. Рядом с ним прыгала чёрная пантера, громко рыча и явно выражая своё раздражение. Как только она заметила меня, её рык стал более угрожающим, и она медленно направилась в мою сторону. В этот момент мужчина, наконец, справился с огнём и тоже обратил на меня внимание:

– Робаст! А ну-ка успокойся! Лучше постереги вход.

Пантера слегка повела ухом, фыркнула и направилась к одному из ответвлений. Всего таких ветвей было четыре: в одну из них ушла пантера, из другой выбежал я, а о двух остальных мне пока известно ничего не было.

– Здравствуй, Анима! – проводив взглядом пантеру, мужчина обратился ко мне. – Я Страж. Меня зовут Сойлгайз, но сокращённо ты можешь называть меня Сой. Пантера – мой друг и охранник, Робаст. Его имя лучше не коверкать, он этого не любит, ведь это всё, что осталось от его человеческого обличия. Я – хранитель этой горы, внутри которой ты находишься, а Робаст – хранитель острова, на котором стоит гора Верп. На острове живут несколько племён. Пожалуйста, не выгоняй их. Когда-то мы были их частью. Они не занимают много территории.

Сой сделал паузу, словно вдохнув воздуха для последующей тирады:

– Ты теперь верхушка этого мира, его душа, его сердцевина. Я у тебя в подчинении. Но для нормальной функциональности нашего мира нужно создать организацию, которая поможет поддерживать порядок в нём. Главное – следить за происходящим здесь. Теперь всё, что в нём происходит, контролируешь ты, а, соответственно, дальнейшее развитие нашего мира тоже зависит от тебя. Можешь считать, что до твоего пробуждения наш мир находился в утробе матери, а сейчас он родился, и воспитание вложено в твои руки.

Увлёкшись, он начал расхаживать туда-сюда.

– Создай, собери свою команду, чтобы они помогали тебе. От горы мне были даны особые знания. Плюс то время, которое у меня было до твоего пробуждения, я тоже не тратил понапрасну – я решил, так сказать, расширить свои навыки. Я испробовал себя во многих ремёслах, а в последние пятьдесят лет увлёкся одним очень интересным делом. Как же это называется…

Сой прищурился, словно вспоминая забытое слово:

– А! Технологии! Ну… не совсем… – замялся он. – Короче, я научился совмещать энергию горы с современной техникой, чтобы следить за нашим миром. И знаешь, что самое интересное? Оказалось, что гора – своего рода прототип современных компьютерных сетей, она соединена со всем миром. Представляешь? Эта связь повсюду! Я создал… Ну, как это правильнее сказать… «живую» карту, которая способна показывать всё необычное, что происходит в нашем мире. На ней пульсируют точки – это своего рода «пробоины» мира – проблемы, аномалии или нечто иное…

Сой хитро подмигнул:

– И всё это обрабатывается современными компьютерами и выводится на экран. А дальше уже вы с ребятами из организации, созданной тобой, будете разбираться с этими проблемами, или просто собирать информацию, или проводить спасательные операции, ну или ловить заблудившихся иномирцев. Понимаешь, почему тебе нужна команда, которая будет помогать, а то одному тебе за всем уследить будет ну очень сложно. Ты только вдумайся, весь мир теперь зависит от нас. Никакие высшие силы больше не будут регулировать его. Только в сказках герои–глупцы, спасающие мир в одиночку. А ведь помимо нашей планеты есть и другие.

Ненадолго задумавшись, Сой почесал нос, вспоминая:

– Плюс, тебе надо ещё посетить другие миры. Не обязательно все, но в один из них ты точно должен попасть. Причём как можно быстрее, отметиться, так сказать. Фоспаут. Этот мир считается самым первым. Там заседает Собрание – старейшие души, их ещё называют Совет. Там тебе расскажут об устройстве Вселенной подробнее. Но сначала всё-таки займись организацией. Тебе дано две недели на то, чтобы полностью взять контроль в свои руки. Как только всё будет готово, ты отправишься в Фоспаут и предстанешь там перед Собранием. После вашего разговора, который непременно состоится, наш мир потеряет сонастройку со Вселенной и дальнейшее его развитие ляжет на тебя. Целиком и полностью. Так что не теряй время.

– Всё? – немного ошарашенно переспросил я.

– Прости. Давно заготовил для тебя это объяснение. Хотя всё равно сбился пару раз… – смутился Сойлгайз. – Да и кроме Робаста, поговорить тут особо не с кем. Туземцы меня не любят.

– Меня зовут Андрей, – усмехнулся я, после чего нашел стул, сел на него и, представившись, попросил. – Это всё очень интересно, но расскажи, пожалуйста, всё заново. Только теперь помедленней.

Иришка осторожно выглянула на улицу из подъезда. Заходящая в этот момент внутрь жительница дома с подозрением посмотрела на девушку. Она нервно засмеялась и выбежала из подъезда, стараясь побыстрей убраться подальше. Денег в кошельке было только на метро. Даже после всего случившегося она каким-то образом не потеряла сумочку. Всё-таки девушки – странные существа. Ира шла к метро, внимательно оглядываясь по сторонам. Надо было проехать всего несколько остановок.

– Если всё пойдет хорошо, я буду дома через двадцать минут, – прошептала она.

Было около девяти утра. Все шли на работу, так что Иришка постоянно была в окружении людей. И это было хорошо, так как ангелы не нападут, когда их могут заметить. В отличие от оборотня, у них есть хоть какой-то интеллект. Не хочется никоим образом обидеть бедных оборотней – у тех тоже есть разум, но, когда звериная сущность берёт верх – пиши пропало. Иришка благополучно добралась до своего дома. Одно жаль – внутрь ей зайти так и не дали…

Я выслушал Сойлгайза во второй раз и более или менее, наконец, сумел разобраться, что же от меня хотят. За время нашего разговора Робаст вернулся в пещеру и теперь изучал меня своим цепким взглядом. За долгие годы звериная сущность взяла своё, и теперь бедному воину приходилось долго соображать, кто перед ним – друг или враг.

– Может, я могу ему как-то помочь? – спросил я.

– Не знаю, – пожал плечами Сойлгайз. – Попробуй. Одному тебе известно, на что ты способен.

Я задумался, вспоминая, как я вызывал все те странные вещи, что творились со мной. Выходило одно – стоило мне чего-то пожелать или сказать это вслух – и моё желание действительно исполнялось. Я вытянул вперёд руку и прошептал:

– Яблоко.

Ничего не произошло. Я повторил попытку.

– Яблоко, – на этот раз я сказал громче.

Опять ничего.

– Яблоко! – с гневом крикнул я.

Ага! Надо не просто говорить, а ещё и вкладывать эмоции в сказанные слова. Я почувствовал, как в руке образуется маленький смерч. Кружась, в руке появилось яблоко. Сочное красное яблоко! Пару мгновений спустя я с улыбкой держал в руках яблоко, радуясь ему, как идиот.

– Вот здорово! – вместе со мной обрадовался и Сойлгайз, подошел ко мне и взял фрукт с моей руки, смачно откусив от него большой кусок. И сказал с набитым ртом. – Вкуфно! На острофе нет яблог.

Жуя яблоко, Сой пошёл в одну из ветвей – в ту, из которой я пришёл. Робаст направился за ним. А я остался и стал осматривать пещеру. Она была почти круглой, с несколькими проходами, расходящимися в разные стороны. То тут, то там среди каменных стен торчали сталактиты и сталагмиты – особенно ближе к ответвлениям. В центре пещеры стоял большой деревянный стол. Видно было, что он используется абсолютно для всего: на нём лежали книги, инструменты, еда, какие-то мелкие предметы. Вокруг стояло одиннадцать стульев. Справа от него располагался граммофон. Я подошёл к нему и, взмахнув рукой, как заправская фея, мысленно восстановил сгоревший инструмент. Пепел осыпался, на его месте проступило дерево, пластинка выпрямилась, а обуглённые края восстановились, как хвост у ящерицы, только намного быстрее.

Ну вот, как новенький.

Я с гордостью опустился на стул и продолжил осмотр. Слева от стола, противоположно граммофону, находилась кухня. Самая обычная: кран с раковиной, холодильник, электрическая плита, пара шкафов и даже стиральная машина в углу. До сих пор удивляюсь, как она работает без электричества. Чуть левее кухни начинался один из проходов – тот, куда ушёл Сой. Ещё один проход находился у стены рядом с… двуспальной кроватью Робаста. Я хмыкнул. Там же стояли две миски. Недалеко – диван, выглядел обычным раскладным, но было видно, что Сой на нём не спит. Несколько других проходов вели в разные направления. Один явно вёл наружу – оттуда тянуло прохладой и свежестью. От другого веяло теплом. Были и такие, которые вели в неизвестность. Всё вокруг мягко освещалось торшерами – у каждого из проходов стояли по два. Пещера внутри горы – центр этого странного нового для меня места.

Сойлгайз вернулся, Робаст медленно шёл за ним. Пантера прошла к своей постели, но перед тем как улечься, всё ещё подозрительно взглянула на меня, но, встретив только мой добродушный взгляд, успокоилась и расслабленно легла. Я подумал, что сейчас самое время помочь ему. Я не спеша подошёл к Робасту – он поднял морду и вопросительно посмотрел на меня.

– Ты не против, если я попробую вернуть твоему разуму чуть больше контроля?

Робаст лишь повернул свою морду набок, не меняя вопросительного выражения. Я не торопился, обхватив его морду двумя руками, я попытался сконцентрироваться. Как лучше это провернуть? Я решил соприкоснуться с ним лбами. Сой с любопытством наблюдал со стороны. Я представил, как внутри моего разума зарождается искра, с каждой секундой разрастаясь всё больше, образуя некий сгусток проекции интеллекта. Посчитав, что он сформировался в достаточной мере, я толкнул сгусток вперёд, внутрь мозга Робаста, немного отстранился и стал наблюдать за изменениями. Звериные глаза Робаста стали меняться, глубокий след осмысленности происходящего появился в них. Робаст недоумённо моргнул пару раз, после чего, окинув меня совершенно другим взглядом, низко склонил голову, выражая свою благодарность.

– Как интересно… – протянул Сой, но тут же его мысль переключилась. – О! Я вижу, ты починил граммофон. Спасибо. Он был не просто музыкальным инструментом, а ещё и хорошим средством защиты.

– Стараюсь, – махнул я рукой, внутренне очень довольный, что меня похвалили.

– А я твой кинжал нашёл, – Сой подошел ко мне и протянул мне оружие.

– Здорово! – обрадовался я. – А я думал, что уж его потерял.

– Береги его. В других мирах он тебе ой как понадобиться, ведь твоя сила там будет минимальна.

– Понятно, спасибо! – кивнул я. – Кстати, а почему меня пытались убить?

– Время перед пробуждением можно сравнить с родами. В этот момент ты был слаб, и те, кто завладели бы твоей душой, заметно прибавили в силе. Расскажи, кстати, как всё прошло?

И я рассказал. А закончил рассказ описанием своего спасения от копья ларида с помощью феникса.

– Что?! – выслушав мой рассказ, воскликнул Сойлгайз, вскочив на ноги. – Этого не может быть! Где-то я про это уже читал. Надо посмотреть в библиотеке. За мной!

Сой рванул в один из неизвестных мне проходов, который был рядом с ложем пантеры. Когда он пронесся мимо Робаста, тот поднял голову и непонимающе уставился на меня. Я пожал плечами и отправился следом.

Часть 2. Отголоски прошлого

Иришка стояла у подъезда в растерянности. Пять тёмных ангелов окружили её.

– Вот чёрт, – пробормотала она, отбрасывая сумочку на скамейку. – Чувствовала же, что двор пустой не с добра…

Далёкое прошлое, в мире Энжи:

– Но почему именно она, уважаемый советник Грей?

– Потому, что никто другой не сможет выжить там так долго…

– А вы не боитесь, что она только всё испортит?

Советник Грей усмехнулся и спустя минуту тихо ответил на этот вопрос сам себе: «Я в этом и не сомневаюсь».

Наше прошлое:

Рассвет озарил небо – солнце было налито краснотой, словно день предвещал что-то нехорошее. Эвайт вышла на крыльцо своей избушки и оглянулась, внимательно осмотрев ближайшие кусты и деревья. Затем, словно успокоившись, она подняла голову вверх и наконец заметила налитое краснотой солнце. Недобро усмехнувшись, Эвайт дотронулась до кулона, висящего на шее. Ослепительный белый свет стал окутывать ведьму, и буквально через пару секунд Энжи распахнула крылья и взлетела в небеса. Неожиданный сильный порыв ветра вдруг пошатнул её в сторону, надломив крыло. Экстренно среагировав, она выровняла свой полёт и направилась по направлению к солнцу.

Двумя неделями ранее:

Мебель стояла по углам. Посередине комнаты, как и в ту роковую ночь, стояло чёрное вычурное зеркало. Лишь свет свечей озарял непроглядную темноту. Эвайт коснулась зеркала кулоном, и отражение затянуло туманной дымкой.

– Ну, привет, подруга! – в тумане проступило счастливое лицо Энжи.

– И тебе здравствуй, ангел, – Эвайт категорично не хотела называть Энжелик по имени. – У меня тревожные новости. Через две недели планеты образуют пентаграмму, в эпицентре которой будет Солнце. Боюсь, что это не останется без последствий.

Энжи свела брови и решила уточнить:

– Каких именно последствий?

– Пятиконечная звезда всегда была магическим символом. Это правило действует не только на Земле. Закон одинаков везде. Я не могу предсказать, как это повлияет на звезду. Любой предмет в центре пентаграммы меняет свои свойства. Он может усилиться, ослабеть или трансформироваться. Это зависит от заклинаний и того, что находится на углах пентаграммы.

– Ну ладно, понятно, что планеты образуют пятиконечную звезду. Но кому в космосе магические слова-то читать?

– Действительно, некому. Но есть определённые вибрации космоса. Вполне вероятно, что они могут сыграть роль этих слов.

– Допустим, – Энжи с недоумением посмотрела на ведьму. – А я-то тут при чём?

Эвайт вздохнула.

– Подумай сама. Если Солнце начнёт терять силу, то остынет. В итоге планета погибнет. Если начнёт светить ярче, мы сгорим. Тоже не лучший вариант. А если Солнце начнёт менять свои свойства… Тут целый полёт для фантазии. Я не думаю, что даже твоя сила поможет мне выжить во льдах или на раскалённой лаве.

– А вдруг? – весело усмехнулась Энжи.

– Моё дело предупредить. Я не знаю, что произойдёт, но боюсь, что это может помешать тебе в ожидании твоего Анимы. Ведь если я погибну – умрёшь и ты.

После этих слов Энжи пришлось стать серьёзней. Ведьма была права. Надо учитывать все возможные последствия.

– Подумай над моими словами, – сказав это, Эвайт разорвала контакт.

Убрав свечи и вернув все элементы своей бедной обстановки на свои места, Эвайт помолилась Господу и легла в кровать. За окном негромко стрекотал кузнечик. Близился рассвет.

– Духи никогда не врут, – вдруг в тишине сказала Эвайт вслух. – В этот день будет пришествие света на Землю. Ох, не знаю я, что они имели в виду…

Красное солнце слепило глаза. Со времени ночного разговора прошло две недели. За это время произошло одно очень важное событие. Эвайт встретила мужчину. Какой-то охотник забрёл в чащу леса, где был ранен диким зверем. Собирая травы, ведьма наткнулась на него и пожалела мужчину. Она донесла раненого охотника до своей лачуги и выходила его. Искра чувств быстро вспыхнула между ними. И к тому времени, как планеты образовали на небе магическую звезду, Эвайт знала, что хочет состариться и умереть с этим мужчиной. Энжи чувствовала это. Но ведьме было суждено пережить свою любовь, пережить детей и внуков и прожить долгие годы, до появления Анимы. Эвайт знала об этом и каждую ночь слёзы завершали её молитвы… Очередной порыв ветра постарался сбить Энжи с пути.

– Странно, словно что-то препятствует мне, – прошептала она. Вдруг полёт стал ровным и спокойным. – Странно, ой как странно, – ещё раз прошептала она.

Несмотря на внешнюю легкомысленность, Энжи всё же догадывалась, что не вправе оставаться в теле Эвайт. А ещё Энжи чувствовала, что внутри ведьмы зарождается новая жизнь.

– Главное – преодолеть земное притяжение.

Энжи увеличила скорость, готовясь к входу в плотные слои атмосферы. Можно ли сравнить это с плаванием в киселе или попыткой пробиться сквозь холодец? Собрав все силы, Энжи преодолела это препятствие и вылетела в открытый космос.

– Путь к Солнцу будет неблизкий, – она оглянулась и посмотрела на нашу планету. – Правда, красиво? Эвайт, мне понадобятся твои силы, чтобы добраться до Солнца быстрее.

Свет Энжи откликнулся на что-то внутри, на мгновение померк, а затем вспыхнул с новой силой, становясь всё ярче и ярче. Энжи превратилась в ослепительный белый луч, который через пару мгновений устремился в сторону Солнца.

– Ты вернёшься? – спросил Кристиан у Эвайт.

– Я не знаю, мой милый, но я очень хочу этого. Ты стал дорог мне, и я не хочу потерять…

– Пожалуйста, вернись. Ради меня и нашей дочери…

Эвайт склонила голову и положила руку на свой живот.

Солнце нещадно палило, обжигая невыносимым жаром.

– Ближе не подлететь, – Энжи зависла недалеко от Меркурия. – Отсюда подействует?

Интонации голоса Энжи стали меняться, и в них стал различаться голос Эвайт:

– Должно. Но пока ещё рано. Не все планеты встали на свои места. Как только пентаграмма замкнётся, у нас будет совсем мало времени, чтобы перебить вибрации космоса и самим задать магическое действо.

В голосе снова стали слышны нотки интонаций Энжи:

– Ты должна переселить меня. Тогда ты сможешь прожить свою жизнь и, наконец, состариться и умереть с Кристианом вместе.

– В кого?

– В свою дочь, – Энжи сказала это так легко, словно решала, какой цветок купить на рынке.

– Нет! – крик Эвайт сорвался, выдавая всю боль и отчаяние. – Это я подписалась на это, мне и страдать! Не смей вмешивать сюда моего ребёнка!

Ведьма не могла успокоиться, в её голосе явно слышалось отчаяние и страх за судьбу своей дочери.

– Это совсем не обязательно, чтобы ты страдала, – мягким, успокаивающим голосом проговорила Энжи. – И твоя дочь тоже страдать не обязана. Если ей надоест носить эту ношу, она всегда сможет переселить меня в свою дочь. Я буду рядом и защищу от всего, – закончила она, и стало видно, что Энжи действительно хотела помочь своей подруге.

– А если это будет сын? Что тогда?

– Пусть заключит меня в кулон, который потом передаст по наследству своей внучке или правнучке.

– Это нелепо! Ты как всегда слишком невнимательна к деталям! Кулон может потеряться. Или того хуже – попасть в недобрые руки. В конце концов его могут просто напросто уничтожить!

– Зато ты не будешь страдать…

– Энжелик! – ведьма впервые назвала ангела по имени. Вдруг Эвайт спохватилась. – Время!

– Действуй!

– Evoco vires antiquas! Oro spiritus fideles ubique praesentes! In huius diei hora…(Призываю древние силы! Молю духов верных, повсюду присутствующих, помочь мне! В этот день и час…).

– Почему ты замолчала?

Эвайт задумалась над словами Энжи. А может, не такая плохая идея – переселить ангела в свою дочь. По крайней мере, Энжи всегда сможет защитить. И когда Эвайт умрёт, её девочка не останется одна.

– Evoco vires antiquas! Oro spiritus fideles ubique praesentes! In huius diei hora, ut radio solis caelum illuminetur et via ad lucem aperiatur! (Призываю древние силы! Молю духов верных, повсюду присутствующих, помочь мне! В этот день и час пусть лучом солнца озарится небо, и дорога свету откроется!), – прозвучали в пустоту космоса слова магического заклинания.

Окончание заклинания явно было не тем, что хотела сказать Эвайт. Энжи сделала свой выбор. Нечто невидимое содрогнулось, словно сама основа материи и всего сущего отреагировала на эти слова. Из Солнца вылетел луч света и пронзил живот ангела, заполняя тело немыслимым жаром. Она безмолвно закричала в тишине космоса и потеряла сознание.

Рассвет озарил небо. Эвайт вышла на порог избушки. Спустилась к ручью, что протекал рядом с домом. Остановилась у воды, посмотрела в её спокойную гладь. В отражении – только она. Энжи исчезла. Эвайт злилась, что в тот решающий миг, когда она колебалась над словами заклинания, подруга выбрала за неё.

Но прямо сейчас она не понимала, как выжила и оказалась вдруг у себя дома, мирно спящей в кровати. И ведь то, что она была в космосе, не приснилось ей, это произошло на самом деле. Кристиан подтвердил это. Всё это очень странно. Что же стало с Энжи? И что они натворили?

Задолго до этого, в ином мире:

– Приведите эту дрянную девчонку ко мне!

– Да, советник Грей.

Грей подошёл к своему столу и со злобой ударил кулаком по нему. Небольшая трещина прошла по поверхности стола. А потом он с грохотом развалился.

– Нахалка, – нервно прошептал он.

В покои советника вошла девушка. Это была Энжи:

– Ты хотел меня видеть, отец?

За день до этого визита:

Вспышка тёмной энергии озарила небеса. Слух пронзил свист рассекающего воздух копья. Недалеко были слышны крики, как мужские, так и женские. Что-то совсем рядом взорвалось. Энжи и молодую девушку, полностью состоящую из камня, накрыло песком. Откашлявшись, Энжи продолжила убеждать незнакомку:

– Ты ведь не обязана воевать! Ну как ты не понимаешь? Вся эта надуманная важность войны между светом и тьмой ничего, кроме удовлетворения моему отцу, не приносит! Ну сама подумай! У тебя ведь есть свой мир! Огромный красивый мир, которому ты нужна, который ты можешь изменить по своему образу и подобию, сделать лучше. Ну вот что ты делаешь? Чего ты добьёшься, участвуя в этой глупой войне?

– Я стану сильнее! Я помогу свету! – кричала каменная девушка в ответ.

– Ты и так очень сильная. В своём мире ты самая сильная из всех, неуязвимая, непобедимая, могущественная. А здесь! Здесь ты можешь погибнуть…

– Я… Это не так! Я…

– Вот видишь! Ты сомневаешься в том, что это правильно. Что вся эта битва и никчемная война нужны тебе.

Сверху на сидящих в укрытии девушек спикировал тёмный ангел. Призывая в одной руке оружие, а в другой образуя сгусток разрушительной энергии, он с ухмыляющимся лицом летел на девушек. Каменная анима оттолкнула Энжи в сторону и вытянула руку. Ухмылку с лица тёмного ангела стёрло в тот же миг, когда его крылья стали превращаться в камень. Полностью окаменев, ангел рухнул вниз недалеко от девушек и с громким гулом разбился на мелкие кусочки, осыпав девушек очередной порцией земли, пыли и осколков камней.

На следующий день:

– Ты хотел меня видеть, отец?

– Да, – коротко ответил Грей, приходя в себя. Но, обернувшись и увидев наглую улыбку Энжи, его лицо вновь скрючило от злобы. Еле сдержав себя, чтобы не разнести половину своего мира, Грей прошипел что-то нечленораздельное.

– С тобой всё хорошо? – сделала глупый вид Энжи.

«Её бы нахальство да в мирные цели – цены бы не было», – подумал советник, но вслух сказал совершенно другое:

– Как?! Как ты посмела молодых Аним убеждать в глупости войны между светом и тьмой? Кажется, я уже много раз объяснял тебе, дочь, для чего идёт эта война и гибнут мои ангелы. И почему гибнут Анимы. Если они умирают, значит, слабы! А значит, их мир не важен для развития Вселенной! Если Анимы выбирают сторону тьмы, то и в будущем от них нельзя ждать мира. Всё! Всё то, что создал я и существует вокруг, придумано не зря. Пойми же это, дитя моё…

Грей обессилено опустился в кресло, стоящее перед остатками его стола.

– В том-то и дело, отец, что всё, что ты придумал, – это война. Жестокая, беспощадная, глупая, нелепая война, уносящая тысячи жизней каждый день! Уничтожающая всё на своём пути! И даже свет меркнет на её фоне! А столько новых миров, красивых миров, интересных миров гибнут только из-за того, что их анима был слабым. Ха-ха-ха! Только из-за того, что их анима был мирным существом, который хотел развивать и совершенствовать свой мир, а не воевать в чужом, где даже не имеет сил! Заранее обречённый на поражение…

– Ты ничего не понимаешь, – махнул рукой советник.

– Да что ты! – Энжи от возмущения стала излучать больше света, чем обычно.

– Да, – Грей поднял голову и посмотрел прямо в глаза своей дочери. – Ты совершенно ничего не понимаешь.

Энжи поперхнулась на полуслове и с полным негодованием на лице вылетела из комнаты, снося со своих мест редкие вазы, стоящие на постаментах в коридоре.

– Ты совершенно ничего не понимаешь, – повторил советник Грей, сжав подлокотники кресла, скрывая дрожь в руках. – Прямо как твоя мать.

Спустя несколько месяцев:

Впервые за долгое время солнце озарило поле, на котором не шла битва. По непонятным причинам на неопределённое время было объявлено перемирие. Энжи не доверяла отцу, который говорил, что это всё это ради неё. Видимо, просто у него закончился приток Аним из других миров. В комнату проник луч света от восходящего солнца. Небольшой солнечный зайчик упал на подушку рядом с Энжи, лежащей на кровати. Девушка открыла глаза. До чего же был прекрасен этот восход. Впервые за долгое время небо не было выткано тёмными тучами и невообразимым количеством пыли. Энжи встала и расправила крылья, дабы размять затёкшие за ночь мышцы. В комнату постучали.

– Войдите.

В комнату вошёл тёмный ангел.

– Советник Грей хочет видеть Вас.

– Хорошо. Передайте, что я скоро буду.

Ангел вышел, а Энжи, взглянув на своё отражение и поправив ниспадающие нити света, что служили волосами, отправилась к отцу.

– Ты отправишься в мир со звездой под названием Солнце и найдёшь планету Земля. Там ты будешь обитать до того момента, пока не возродится душа этого мира. После этого ты должна будешь отправиться с ним в наш мир. Для прохождения испытания.

Это задание поставило Энжи в тупик и полностью подтвердило все её мысли. Война никогда не заканчивается.

– И ты прекрасно знаешь, что подобные задания не обсуждаются и должны исполняться беспрекословно.

– Конечно, отец, неповиновение – смерть. Всё как всегда… Я выполню это задание.

Энжи развернулась и направилась к дверям. Остановившись рядом с ними, и взявшись за ручку, Энжи обернулась и добавила:

– Я больше не могу считать тебя своим отцом. Я презираю тебя.

Энжи вышла из комнаты, громко хлопнув дверью. К советнику подошёл тёмный ангел, который заходил в комнату Энжи.

– Но почему именно она, уважаемый советник Грей?

– Потому, что никто другой не сможет выжить там так долго…

– А вы не боитесь, что она только всё испортит?

Советник Грей усмехнулся и спустя минуту тихо ответил на этот вопрос сам себе: «Я в этом и не сомневаюсь».

Прошло много лет с того момента, когда Солнце оказалось в магической пентаграмме планет. Об Энжи ничего не было слышно. У Эвайт родилась дочь. Ириана. Время шло. Девочка росла, а Эвайт вместе с Кристианом старели и тихо радовались жизни и своей маленькой дочурке. Эвайт ушла из жизни первой, когда Ириане исполнилось двадцать два года. Перед смертью ведьма отдала своей дочери кулон, который остался висеть на шее у Эвайт после того, что произошло в космосе.

– Береги его. И всегда носи с собой. Это память об одной очень доброй и светлой личности. А когда настанет время, передай его своим детям и дай им наказ, чтобы и они берегли его.

Эвайт умерла. Ириана осталась одна с отцом. Смерть жены изменила Кристиана. Он отдалился от дочери и стал всё чаще пропадать в лесу, охотясь за дикими зверями, пока в конце концов так и не вернулся. Когда Ириана осталась одна, она покинула избушку своих родителей и направилась в город.

После долгих скитаний по улицам она нашла работу в таверне. Ей дали маленькую комнату – чердак под крышей. Вскоре люди заметили, что девушка не меняется: не стареет, не болеет, всегда полна энергии. Простой люд знал, что она дочь Эвайт, и молча принимал странности девушки. К тому же Ириана была крайне добра и дружелюбна даже с бродягами. Пожалуй, единственным недостатком был острый язык, который она не умела держать за зубами. Как-то раз в таверну зашёл один из рыцарей короля и в какой-то момент ущипнул нашу героиню за попу. Нет, никакого смертоубийства не было. Но говорят, что этот рыцарь выслушал о себе много интересного, после чего ушёл из города и стал затворником. О дальнейшей его судьбе ничего известно не было. Правда, шли слухи по поводу очень странного мужчины в доспехах, проповедующего мир во всём мире и уважение к женщинам.

Ириана проработала в таверне двадцать лет, совершенно за это время не изменившись ни в фигуре, ни в лице. В конце концов даже добрейший и уже совершенно слепой хозяин таверны что-то заподозрил, обозвав Ириану ведьмой, и погрозил ей костром. Говорят, что он успел вызвать стражников, но после направился по тому же маршруту, что и наш бедный Йорик, эм… в смысле, рыцарь. Но ничего не попишешь, об Ириане прознал местный король и тоже вынес вердикт, что она ведьма. Его выводы были весьма логичны: девушка прожила сорок лет, оставаясь при этом внешне двадцатилетней. Притом ни разу не проболев толком даже насморком за все эти годы, в то время как половину населения выкашивала чума и прочие болезни. Король тоже, конечно же, многое выслушал о себе, но, к счастью для него, положение не позволило ему отправиться за нашими двумя товарищами, насолившими Ириане.

Пока решалось, что сделать с ведьмой: сжечь, повесить или сварить, Ириана провела в тюрьме месяц. Она отправила по путям добра и мира полдюжины стражников, охраняющих её, покуда вокруг камеры, в которой она сидела, не образовалось мёртвое кольцо радиусом в двести метров. Всё-таки решив не отходить от традиций, король решил сжечь ведьму под громкие крики улюлюкающей толпы. День был назначен.

Рассвет озарил небо. Порой кажется, что именно рассвет и начало нового дня играют в нашей жизни большую роль. Луч света упал на столб, окружённый соломой и дровами, стоящий в центре городской площади. Уже через час вокруг собралась огромная толпа – и стар и мал, все были здесь. Жестокость в человеке присутствует во всех возрастах. Когда Ирину вывели из тюрьмы, на минуту она лишилась зрения от ослепляющего света и оглохла от криков толпы. Собрав собой на пути к столбу весь запас испорченных и тухлых овощей за прошлый сезон и услышав много лестного в свой адрес, Ириана с горькой усмешкой позволила себя привязать к столбу. А что ещё оставалось делать? Не улетит же она в конце концов от всей этой жестокой толпы.

– Последнее слово, ведьма! – прокричал король, когда все приготовления были закончены.

Ириана молчала. Ей не хотелось умирать, но что она могла бы сказать?

– Сжечь ведьму! – отдал приказ король.

– Сжечь ведьму! – вторила ему толпа. Даже бродяги, к которым Ириана была добра.

Стражники поднесли факелы к соломе, и огонь быстро стал распространяться, обжигая ноги. Ириана закричала от боли и осознания:

– Я не хочу умирать! Я хочу освободиться!

Вдруг она поняла, что не владеет собой. Освобождение. Изо рта вырвался чужой голос:

– Вы думаете, жалкие людишки, что сможете убить меня? Я есть свет!

Вдруг кулон на шее девушки нагрелся и превратился в тысячи частиц света, а приятное тепло разлилось по телу. Это тепло разительно отличалось от жара костра, словно защищая от него. Мерцание и свет окутали Ириану. И когда нарастающий свет стал невозможен для глаз, распахнулись два ослепительных белоснежных крыла, состоящих из чистого света. Порыв ветра от них враз потушил пламя.

Паника накрыла толпу. Кто-то начал молиться, другие разбегались, пряча детей по домам. Некоторые застыли, словно статуи, или падали на землю, теряя сознание. Король что-то кричал своим стражникам, пытаясь взять ситуацию под контроль.

– Ну, здравствуй, подруга, – услышала Ириана внутри себя чей-то женский голос. – Меня зовут Энжи. Я когда-то была знакома с твоей мамой. Молодец, что ты сберегла кулон. Ну и долго же я спала! Ну ничего себе! Ладушки, не будем терять время. Я тебе всё позже объясню. А сейчас давай выбираться отсюда, – всё это мысленно услышала дочь Эвайт, а толпа услышала иное:

– Я есть свет! И свет мой бесконечен!

Белый ангел одним движением руки рассёк путы и взлетел в небеса.

– И куда же мы полетим?

– К Солнцу! – весело ответила Энжи, скрываясь в бесконечности облаков.

Глава 3. Рождение нового

Часть 1. Осмысление

Иришка сжала кулаки, глядя на темнеющее небо. Пять тёмных ангелов медленно спускались, заслоняя солнце. Их грозный вид заставлял её дрожать. Энжи была слишком слаба после всего случившегося и не могла помочь. Оставалась только надежда на собственные силы.

Мысли метались: «Почему они вдруг стали действовать так смело? Неужели придётся пройти через Освобождение? Это ужасно. Не хочется повторять… Но какой у меня выбор?».

Ангелы опустились, окружив Иришку.

И подняли крылья.

Заперев её в своеобразной клетке.

Один из них сделал шаг вперёд и отчеканил, словно заранее заготовил речь:

– Ты должна сдаться. Тогда тебя оставят в живых. Нам нужна только Энжелик. Если ты позволишь её изъять, мы простим тебе и твоему другу убийство девятерых ангелов. Не забывай: он душа мира. И уже нарушил закон. Ты можешь спасти его. Или погубить. Решать тебе.

– Вот чёрт, – одновременно сказали Иришка и отражение Энжи в луже.

В это время я сидел вместе с Сойлгайзом в библиотеке. Неизвестный мне проход вёл в два места. Одно из них – просторная пещера, которую, по словам Соя, он не трогал. Она предоставлена специально для меня и моей «организации». Там есть места, где работники будут жить, работать и тренироваться. А вторым местом была библиотека невероятно большого размера. Или, по крайней мере, казалась такой. Сплошные стеллажи с книгами. И комната Сойлгайза. Теперь стало понятно, где он живёт.

Я сидел, ожидая, пока он найдёт какую-то книгу про фениксов, и осматривался вокруг. Иногда от стеллажей раздавались приглушенные звуки – восклицания и бормотание Сойлгайза. Минут через пять его довольное лицо показалось из-за стеллажей, в руках он держал толстенную книгу. Он положил её на стол передо мной, раскрыл и начал листать.

– Так, не это. Дальше. Не тут… Вот – нашёл! – комментировал он свои действия. – Значит так, смотри.

Он повернул книгу ко мне и показал пальцем, где надо читать:

«Птица феникс часто упоминается в разных источниках, но большая часть общедоступной информации о ней ложна. Перечислим же достоверные факты:

1. Ребайт – родной мир этих существ. Планета считается блуждающей, её точное местоположение неизвестно.;

2. Во Вселенной зафиксировано существование около десятка таких птиц;

Автор настоящего материала, однако, придерживается мнения, что реальное число фениксов выше.

3. Феникс действительно возрождается из пепла, как символ огня и цикла жизни;

4. Их слёзы обладают целительной силой;

5. Фениксы невероятно сильны и выносливы. Они способны поднимать до 500 килограммов;

А теперь о фактах малоизвестных. Такой факт всего один, но он основной. Можно сказать, что важнее прочих.

Что же означает появление феникса в вашей жизни?

После долгих исследований и обсуждений учёные из нескольких миров пришли к единому выводу, что феникс означает то, что он означает: возрождение.

Появление этой птицы зафиксировано 147 раз. Гораздо реже случается вселение феникса в другую сущность, и до конца об этом явлении ничего не известно. Всего зафиксировано два случая вселения феникса. В первом случае феникс вселился в умирающее дерево, после чего дерево сгорело, а на его месте пробился новый росток. Это дерево до сих пор изучается. Второй случай беспрецедентен. Феникс вселился в умирающую звезду. Она остановилась в состоянии, предшествующем образованию планеты. Эта звезда также изучается.

О вселении в разумную сущность ничего не известно. Но в каждом из случаев появления феникса жизнь видящих его несомненно изменялась. Вот и всё, что известно о данном виде».

– И? – переспросил я, прочитав текст.

– Не понял, что ли? – удивился Сой. – Твой случай исключителен. Феникс ещё ни разу не вселялся в разумные сущности! Я даже представить не могу, что это означает. Но я начну искать и собирать информацию обо всём, что связано с появлением или вселением фениксов. Может, тогда сможем хоть что-то понять.

Сой замолчал, перебирая мысли. Навернув пару кругов вокруг стола, он продолжил:

– А пока я тебе не советую особо распространяться по этому поводу. Не хочу, чтобы тебя посадили в клетку на изучение. Хоть это и трудно, но могут постараться…

– А как же ларид, который всё видел? Он же мог успеть рассказать, – озадачился я.

– Это вряд ли, – отмахнулся Сой, беря книгу в руки, чтобы отнести её обратно. – Лариды – воины по натуре, битва у них в крови. Пока он тебя не убьёт, не будет распространяться о вашей стычке. Вообще. Его отправили убить тебя, а он не справился.

Робаст появился в проходе. Может разговор о воинах и убийствах привлёк внимание.

– Его, так скажем, позор может привести к немилости или даже изгнанию. Поэтому могу заявить тебе с полной уверенностью, что вы ещё обязательно встретитесь. И не могу сказать, что битва будет лёгкой. Ты, конечно, победишь, но это будет тяжело, – Сой окинул меня взглядом, словно оценивая. – Особенно вне своего мира. Эти засранцы не отступают, если только не победят.

Сойлгайз отвернулся от меня и пошёл вглубь библиотеки, чтобы поставить книгу на место. Робаст, зевнув и посмотрев на меня тоже странным взглядом, скрылся. Я терпеливо ждал его, вспоминая о столкновении с ларидом. Вскоре он вернулся, стряхивая с пальцев книжную пыль.

– Пойдём. Покажу место под твой рабочий кабинет. Заодно и попрактикуешься там в своих навыках, чтобы обустроить интерьер по вкусу. Только не перетрудись.

– Кабинет?

– Сейчас всё увидишь, – пообещал Страж горы, странно улыбаясь.

Сойлгайз пошёл обратно в пещеру с четырьмя ответвлениями. Чтоб не путаться, я буду называть это место холлом. Так вот…

Мы вернулись в холл и направились к последнему проходу, о котором я ничего не знал. Пройдя всего метров сорок, мы остановились у пропасти, уходящей далеко вглубь, может быть, прямо к самому центру Земли. О Боже…

– Завораживает?

– Ага, – выдавил я. Теперь стало понятно, почему от этого прохода тянуло жаром. – И где, кабинет-то?

– Да практически у самого центра планеты, – совершенно спокойно ответил Сой, с улыбкой наблюдая за мной.

Я поперхнулся. Мозг начал продуцировать вопросы.

И как мне туда попасть? Или наколдовать вертолёт с каким-нибудь буравчиком надо? А как до меня работники добираться будут? И как нам там дружно не расплавиться? Может Сой просто надо мной издевается?

И всё это я вывалил на Соя.

– Всё очень просто, – отмахнулся он. – Ты постоянно забываешь, что ты теперь – душа мира. И тебе подвластно всё в нём, на что хватает фантазии. Вот и распоряжайся своими способностями. Придумай, как всё организовать. А я пока, с твоего позволения, займусь делами. Тренируйся!

И Сой, улыбаясь, ушел в сторону библиотеки. Тут на своей роскошной кровати проснулся Робаст и с интересом посмотрел на меня.

– И что мне делать? – спросил я у пантеры.

Робаст только зевнул и потянулся, а затем, положив голову на лапу, продолжил наблюдать за мной.

– Эх, – отмахнулся я от пантеры и стал судорожно думать.

А почему бы, просто взять, да не…

– Полететь!

Последнее слово я высказал вслух. Всплеск эйфории продлился недолго.

Только как?

Я стал отмерять шагами край пропасти. Так прошло минут десять. А я всё думал, как же мне подобрать эмоции, чтобы взлететь. Я попрыгал на месте в надежде воспарить в воздух, но это ни к чему не привело. Пока я был полностью погружен в мысли, пантера медленно подкралась ко мне. Я слишком поздно заметил, как Робаст совершил прыжок, толкнув меня мощными лапами в грудь. Я отступился, не удержался и полетел в пропасть. Я, конечно, хотел полететь, но не так.

– А-а-а-а-а-а-а!

Робаст подошел к краю пропасти, чтобы продолжить наблюдать за моими действиями. Я даже не успел разозлиться на него. Понимал, что не столкни он меня в пропасть, сам бы никогда не решился.

Через какое-то время мне надоело кричать. Я стал пробовать замедлить падение.

– Стоп, стоп, – пытался приказать сам себе. – Замереть. Остановиться. Стоп.

Я чувствовал, как жар от магмы приближается. Почему я так быстро падаю? Ядро планеты словно притягивало. По бокам стали появляться месторождения драгоценных камней. В воздух били горячие струи газа. И тут я попал в один из таких потоков.

Пусть хоть он меня задержит, подумал я с отчаянием.

Миг – и падение прекратилось. Правда, теперь мне было очень больно и горячо. Эти потоки воздуха были не просто горячими, как я думал раньше, пролетая сквозь них. Они просто обжигающие! Теперь, замерев в таком потоке, я ощущал, как кожа буквально сползает с тела. Да что там, я видел это! И от этого было ещё больнее.

Я кричал.

Боль пульсировала во всём теле.

По всем известным физическим законам я давно уже должен был погибнуть от полученных ран. Но нет, я не умирал и даже, кажется, не собирался. Но от этого удивительного факта боль нисколько не уменьшалась. Я орал как безумный. Как сумасшедший, сдирающий с себя кожу. Но за меня это делал поток раскаленного воздуха.

Я совсем обессилел от боли и напряжения. Мысль больше не контролировала реальность, и поток перестал держать меня. Мои полуобугленные кости полетели дальше в пропасть.

В конце концов магма поглотила остатки моего тела. Но вот ведь, блин, я всё равно был жив! Но так как все мои нервные окончания сгорели ещё в потоке воздуха, хотя бы боли я больше не чувствовал.

Но вдруг магма вместо полного уничтожения тела, наоборот, стала придавать мне силы. И тут я услышал, как феникс внутри меня громко вскрикнул. Повинуясь его крику, волна магмы подняла меня вверх на сотни метров. К моему удивлению, у меня снова было тело. Всё красное, как из духовки. К тому же я почему-то больше не чувствовал жара, хотя в этом месте температура должна быть просто невероятной. И да, я был голый. Впрочем, ничего удивительного. Или я надеялся, что одежда не сгорит?

Перед собой я заметил небольшую площадку, на стенах которой были огромные наросты из чистейших алмазов! Невероятно красиво! Я шагнул на площадку. Магма словно ждала этого момента и с глухим плеском устремилась обратно. Я оторвался от рассматривания кристаллов и посмотрел вниз.

Удивительно! Я жив! Просто невероятно! Феникс спас меня.

Я закрыл глаза и мысленно сказал спасибо, на что услышал тихий рокот отозвавшегося феникса. Он с радостью принял мою благодарность. Тут я вспомнил, что стою без одежды. И хотя никто не мог меня тут увидеть, быть голым мне было некомфортно.

– Брюки! – громко сказал я, вытянув руку и представив, что держу светлые брюки.

И что же? Облом!

Я повторил несколько раз, но всё тщетно. Обидно, блин… У меня только что тело восстановилось, а я брюки создать не могу. Я почувствовал, как феникс, поселившийся внутри меня, снова оживился. Он словно говорил мне о моей нелепости. От феникса стали исходить волны энергии, несущие информацию в мой мозг.

Это было моё же воспоминание. Осознание, что когда я вызывал яблоко, то отчётливо представлял себе его в мельчайших деталях. При этом я испытал сильную эмоцию. Снова сказав спасибо своей внутренней птичке, я сосредоточился. Эмоции от недавнего пребывания в магме всё ещё бушевали внутри. Я обуздал их. И представил, как одежда появляется на мне. Всё те же вихри, что создали яблоко, закружили вокруг. На мне кусками, словно сшиваясь из невидимых нитей, стала появляться одежда. Когда вихри рассеялись, я был полностью одет. На мне были светлые брюки и шерстяной бежевый свитер. Ну и обувь, разумеется. А то, небось, в спортивных штанах глупо выглядел.

Вот и чудненько. А то негоже без одежды ходить.

Впереди я заметил небольшой проход. Вероятно, за ним и находился мой кабинет. Вздохнув, я полез в узкую щель. Оказывается, узким проход был только вначале. Спустя метров десять обтирания стен плечами проход стал расширяться. Ещё метров двадцать я прошел, прежде чем попал в небольшую пещеру. Стены и потолок в этой пещерке были полностью из наростов кристаллов, подобных тем, которые были перед проходом. Никогда бы не подумал, что челюсть на самом деле может отвиснуть. Любой лучик света, который вдруг проникал сюда, мгновенно был отражен этими драгоценными камнями и создавал светопредставление.

– Потрясающе, – не выдержав, прошептал я.

Всё же сумев отвлечься от невероятного вида, я стал думать, что мне делать с этим помещением. Представив, как из воздуха материализуется стул – появляются ножки, сидение, спинка – я вытянул руку и позволил силе эмоций течь сквозь меня. Из руки стали выходить невидимые потоки энергии. Перед собой я снова почувствовал завихрения воздуха. Там, где только что была пустота, спустя мгновение стоял стул – самый обычный, деревянный, точно такой же у меня на кухне. Сев, я стал обдумывать интерьер своего будущего кабинета.

Иришка тоже полностью ушла в раздумья. Воистину выбор перед ней стоял сложный. Если она сейчас начнёт борьбу, ей придётся пройти через Освобождение. И ещё больше подставить друга, которому потом отвечать за убийство ангелов в его мире. Только плату изымут явно не деньгами. А отдать им Энжи… Даже думать страшно, что будет.

– Позвольте мне поговорить с Энжелик, – попросила Ира.

– Хорошо, – переглянувшись, согласились тёмные ангелы. – У тебя есть одна минута.

Ангелы расступились, чтобы пропустить её. Иришка подошла к скамейке, на которую откинула свою сумочку. Достала зеркальце и коснулась его кулоном. Туман на секунду охватил поверхность зеркала, а затем там проступило лицо Энжи.

– Что мне делать? – взмолилась Иришка.

– Я дура, – виновато потупила глаза Энжи. – Я не думала об Андрее, когда вступала в битву. Да ещё и его втянула. Если бы он не убивал ангелов, наказание не было бы таким… какое теперь должно быть. Если я не сдамся, Андрею предоставят счёт в пятьдесят лет за каждого убитого им ангела.

– Пятьдесят лет чего? – не поняла Иришка.

– Отречения от управления своим миром. Он будет жить как обычный человек, не умирая, дожидаясь окончания срока наказания. Это ужасно…

– И…? – переспросила Ира, уже догадываясь каким будет ответ.

– Соглашайся на их условия, но прошу, не забывай о своей истинной природе.

Туман исчез с поверхности зеркала и лицо Энжи пропало.

Это было единственно правильное решение. Ира понимала это, но никак не могла принять.

– Я согласна на ваши условия, – наконец обречённо вздохнула она.

Круг ангелов вокруг неё сомкнулся. Раздался пронзительный нечеловеческий женский крик. Ангелы одновременно взлетели в небеса и сразу исчезли за облаками. А Иришка осталась сидеть одна на асфальте, громко рыдая. За все эти годы…

Совсем одна.

Тщательно продумав каждую деталь обстановки, я придвинул стул к стене. Снова сев и закрыв глаза, я представил обстановку кабинета. Я представил каждый предмет, каждую мелочь. Энергия мягко выходила из меня, словно волны, наполняя пространство. Я чувствовал, как она кружится вокруг, выходя за пределы маленькой пещерки, устремляясь к холлу. Когда всё было готово, я открыл глаза и с удовлетворением осмотрел результаты своей работы.

Я сидел в уютном вращающемся кресле из чёрной кожи. Передо мной стоял небольшой дубовый стол с многочисленными ящиками и отсеками. На столе были лампа, подставка для канцелярских товаров, телефон и специальная стойка для бумаг. Ну и, разумеется, мощный ноутбук. Один из лучших, что я видел на работе. Слева висел огромный плазменный экран. Драгоценные камни расступились, создав для него пространство. Теперь они обрамляли телевизор, как изящные рамки.

Я встал и подошел к проходу. Он стал значительно шире – да, я поработал и над ним, но это было только начало. Впереди, в десяти метрах от меня, в стене появилось небольшое углубление. Напротив него вырос нарост из драгоценных камней, из которого лился свет. Я встроил внутрь лампу, и стало очень красиво. Под наростом у стены стоял диванчик для посетителей. В углублении находился стол со стулом. На столе – компьютер, принтер «всё включено», подставка для канцтоваров и две папки для бумаг. И телефон.

Это было место для секретарши. Должна же быть у меня секретарша? Но я хотел найти не просто человека с внушительным «резюме». Мне требовался действительно хороший работник. Я подошел к телефону и снял трубку. Связь была! Я улыбнулся, хотя и не особо надеялся на успех.

Положив трубку, я направился к краю пропасти. Здесь мало что изменилось, кроме нескольких важных деталей. Теперь появился лифт с прозрачными дверями. Ещё одно нововведение – стеклянное ограждение, которое защищало от падения в пропасть, где бурлили потоки магмы. Ограждение также создавало невидимый барьер, оберегая от высоких температур и делая место комфортным для пребывания. Я медленно повернулся, оглядываясь. Кристаллы на стенах мягко переливались и освещали получившийся результат.

– Вот теперь я точно научился владеть своей силой, – радостно сказал я вслух, а затем, подумав, добавил: – Спасибо фениксу за это.

Птичка внутри меня радостно отозвалась негромким криком. Я нажал на кнопку вызова лифта, и дверь тут же раскрылась. Я вошёл внутрь и на высоких скоростях, недоступных обычным лифтам, понёсся в холл.

Иришка выплакалась и постепенно начала успокаиваться.

– Возьми себя в руки! Если сидеть на месте, то ничего изменить не сможешь, – внушала она себе вслух. – Люди начнут ходить, будут смотреть на тебя как на ненормальную, так что вставай и иди в квартиру. Умоешься, переоденешься и будешь думать, как найти Андрея. А вместе будет больше шансов спасти Энжи, так что не теряй время.

Подбадривая себя, Иришка медленно встала на ноги и вошла в подъезд. Вызвала лифт и поднялась на восьмой этаж. Зайдя в квартиру, моя подруга сбросила туфли и, скидывая по дороге одежду, пошла к ванной. Помывшись, Ира успокоилась и даже немного повеселела. В конце концов, Энжи знала, на что шла, думала Иришка, прошептав:

– Но ведь мы с ней были вместе так долго и очень сблизились за сотни лет. Я её не брошу. Я обязательно найду её и спасу, – она тяжело вздохнула. – Но сначала надо подумать, куда же делся Андрей.

Ира сделала себе кофе, пару бутербродов и стала есть, размышляя обо мне.

В это время я уже поднялся на лифте в холл и пошёл на поиски Сойлгайза. Робаста, кстати, тоже нигде не было видно.

– Даже спасибо сказать некому, – с огорчением проворчал я.

Войдя в библиотеку, я услышал шум из комнаты Сойлгайза. Пройдя между стеллажами, я заметил небольшой проём, занавешенный бархатной шторой.

– Сой!

Штора открылась, и выглянул Страж горы.

– А! Это ты, Андрей. Всё успешно?

– Угу. Рабочее место готово.

– Прекрасно! – обрадовался Сой. – Подожди, пожалуйста, я сейчас.

– Хорошо, я буду у входа в пещеру. Хочу немного посмотреть остров.

Сойлгайз кивнул и исчез за шторой. А я направился туда, куда назвал. У входа в пещеру я обнаружил пантеру, которая нарезала круги, порой останавливаясь и вглядываясь в джунгли. Я подошёл к ней.

– Спасибо тебе Робаст, я сам вряд ли спрыгнул. Пока я летел вниз с истошным криком, у меня было время это осознать. Поэтому я на тебя не сержусь.

Пантера с ухмылкой посмотрела на меня и продолжила свой осмотр. Я тоже стал наслаждаться открывшимся пейзажем. Здесь стоял жаркий день, но время близилось к вечеру. Солнце красивым закатом скрывалось за горизонтом. Рядом была удивительной красоты поляна, которая очень неестественно смотрелась рядом с горой. А дальше шли джунгли. Непроницаемые, дикие, чужие.

– Твои владения наверняка очень опасны? – спросил я у Робаста.

– Твои тоже не так просты, – отозвался подошедший сзади Сойлгайз. – Рассказывай, как всё прошло. Я заметил, что у нас появился лифт. Я так и думал.

Я описал всё в подробностях. Рассказал и о том, как феникс проявил себя. Надо ли добавлять, что Сой был в шоке?

– Это первое проявление феникса, – пробормотал он, задумываясь над чем-то.

– Скорей всего, всё же второе, – не согласился я, вспомнив кое-что другое. – Первое было, когда из моих рук вырвался огонь, который поджег граммофон.

– Может быть, – не стал спорить Страж. – Может быть… Робаст, проверь пожалуйста остров перед сном.

Пантера качнула головой и стремительной тенью сорвалась с места.

– А мы пошли внутрь, – позвал Сой. – Что-нибудь поедим.

В тишине моей пустующей квартиры раздался звонок. Это была Лидия Васильевна, которая решила вернуть долг. В руках у неё был полиэтиленовый пакет с горстью сахара на дне. Но ей, разумеется, никто не отвечал. Тогда женщина взяла ключи, которые я как запаску оставлял у неё, и сама открыла дверь. Учитывая, что в моей квартире побывал оборотень, картина, которую она увидела… Ну, скажем так, была чересчур. Зажав рот ладонью, Лидия убежала в свою квартиру и стала набирать известный всем короткий номер.

А Иришка в это время сидела у себя дома и смотрела телевизор. Воистину надо сказать спасибо тому, кто его придумал. Иной вещи, так отвлекающей от реального мира не найти.

Она смыла тёмный цвет волос, достигнутый оттеночным шампунем, переоделась и заела стресс приличным куском торта.

– Может, сходить в квартиру к Андрею? – спросила она, глядя в отражение зеркала туалетного столика. – Вдруг он вернулся. А может, переместился туда и лежит без сознания? Почему я раньше не сообразила…

Иришка вскочила и побежала одеваться.

Через пятнадцать минут она уже тряслась в метро, держа курс к моему дому. А во двор влетела вместе с патрульной машиной. И аккурат прямо у подъезда столкнулась с двумя сотрудниками милиции, вызванными Лидией Васильевной. Но Иришка, собственно, как и милиционеры, не подозревала о том, что цель у них общая. Поднявшись на один и тот же этаж и направившись в сторону одной и той же квартиры, двое мужчин в форме и девушка-блондинка с удивлением и по-новому взглянули друг на друга.

– Вы нас вызывали? – решил уточнить один из милиционеров, осматривая Иришку с головы до ног. Собственно, второй сотрудник наших доблестных органов занимался тем же.

– Это я вас вызывала, – послышалось из моей квартиры. На площадку вышла Лидия Васильевна, которая ждала милицию в моей квартире. – Ира, это ты? Где Андрей? Что с ним? Окна в квартире разбиты, дверь в комнату выломана, в комнате следы борьбы. Что творится?

– Подождите, гражданочка, – попросил тот, который спрашивал Иришку. – Помедленней и с подробностями, пожалуйста.

– Проходите, – отошла в сторону Лидия, пропуская посетителей в квартиру. – Вы сами всё увидите.

Иришка поняла, что я здесь не появлялся, и хотела было уже улизнуть, но милиционер вдруг вспомнил про неё и попросил тоже зайти.

– Интересно, – подумала Иришка, входя в квартиру. – А второй разговаривать умеет?

Я сидел вместе с Сойлгайзом за большим кухонным столом в холле и ел отваренные сосиски, щедро политые кетчупом.

– Тебе надо возвращаться и уладить все проблемы в своей жизни, а потом начинать собирать людей для работы в свою организацию. И вообще, придумать название, рассчитать заработную плату, должности и многое другое, ну, ты понимаешь.

– А как мне говорить людям о том, что им надо работать на острове, перемещаться на него с помощью телепортации, к начальнику спускаться в центр Земли и следить за тем, что происходит в мире и во множестве других миров?

– Решать исключительно только тебе, – усмехнулся Сой, очевидно «умывая руки». – Главное помни, что на всё про всё у тебя есть две недели. И спасибо, что напомнил про телепортацию. Я чуть не забыл.

Он достал из нагрудного кармана небольшой деревянный кругляш с неизвестными мне символами.

– Вот. Ещё один подарок горы. Как только понадобится переместиться на остров, брось кругляш на землю. Появится вихрь. Зайдя в него, переместишься сюда. Причём, как только ты зайдешь в портал, он исчезнет, и кругляш переместится вместе с тобой. А до этого ты можешь целыми группами перебрасывать людей на остров. Помни, что портал закрывается только за тобой.

– Понятно, – я взял предмет и положил его в карман. – Спасибо.

– Смотри не потеряй, – предупредил Сой. – Лучше прикрепи к рукояти кинжала.

– Не понял, – у меня на лице, наверно, было написано то же самое.

– Достань сначала кинжал.

Я стал хлопать по карманам, но так и не нашел то, что искал. Скорей всего, кинжал растворился в лаве, в которую я упал. Об этом я и сказал Сойлгайзу.

– О горе, – тяжело вздохнул Сой. – Подумай о кинжале, зови его.

Я так и поступил. Оружие действительно появилось в руке, как ни в чём не бывало. Я взял в другую руку деревянный кругляш и приблизил его к рукояти. Кругляш уменьшился в размере и втянулся в неё, образовав узор. Я коснулся пальцами этого символа, и кругляш отделился, мягко упав мне в ладонь. Я снова соединил их.

– Здорово! – как ребёнок, обрадовался я.

– Ну что? К порталу?

Мы вышли из-за стола и направились в тот проход, из которого я сюда попал. Теперь там было светло, по бокам стояли лампы. В конце прохода был небольшой круглый подиум со знаками, похожими на те, что я видел на кругляше, только по размерам больше.

– Встань посередине и подумай о том месте, где бы ты хотел оказаться, – посоветовал Сой.

Я последовал его совету и, зайдя в круг, подумал о своей лестничной площадке.

– Я скоро вернусь, – пообещал я.

– Буду ждать, – отозвался Сойлгайз.

Вихрь закружил вокруг, я был в центре урагана. Моё тело сначала разорвало на части, а затем и они начали рассыпаться на атомы, втягиваясь в вихрь. Когда он рассеялся, меня уже не было на месте.

– Буду ждать… – повторил Сойлгайз, развернулся и неспеша пошёл в холл.

Я появился на своей лестничной площадке, упав на пол с небольшой высоты. Дверь моей квартиры была открыта, а из неё раздавались голоса. Я критично оглядел себя, потирая ушибленный копчик – вроде чисто, нигде ничего не порвано. Только вот кинжал торчит из заднего кармана, и куртки нет, хотя на улице зима.

– С этим надо что-то делать, – тихо сказал я.

Мысленно представив небольшую бархатную коробочку, я положил в неё кинжал и закрыл крышкой. Будем считать, что это подарок, подумал я, создав пакет и положил в него эту коробочку. После этого я смело зашёл в собственную квартиру. Тихо сняв свою куртку с вешалки и надев её, я вслушался в разговор.

– Я не знаю, где он, – услышал я голос Иришки с кухни.

– Но ты же у него ночевала, – спорила с ней моя соседка. – Товарищ милиционер, я видела, она к нему вчера пришла.

– Как пришла, так и ушла, – в тон ей ответила Иришка. – Ещё ночью.

– Конечно, по ночам шляться…

– Засиделись, и что? Права, не имеем что ли. А где Андрей, я не знаю, – затем, немного помолчав, Иришка добавила. – И что здесь произошло – тоже не знаю.

Я усмехнулся и зашёл на кухню.

– Меня ищите?

Все находящиеся на кухне резко замолчали и посмотрели на меня.

– Это вы Леварин Андрей Максимович? – решил уточнить милиционер.

– Он самый, а что здесь собственно происходит?

Милиционеры расступились и тот, который говорил, показал на выбитое окно.

– И что здесь произошло? – я постарался разыграть искреннее удивление. – Мы с Ирой, это моя подруга, вчера сидели, чай пили, общались, она мне свои зарисовки показала.

– Я дизайнером работаю, – пояснила она обернувшимся к ней милиционерам.

– Так вот, – продолжил я. – Потом, где-то уже за полночь, Иришка домой пошла.

– Не поздновато, ходим то, – снова вмешалась Лидия Васильевна.

– А я не из пугливых, – передразнила Ира. – Такси вызвала и домой поехала.

– Можно продолжить? – скромно спросил я.

– Да, да, – поддакнул милиционер. Почему—то говорил только один из них.

– Спасибо. Иришка ушла, а я спать лёг. Утром рано проснулся и в магазин поехал. Он на другом конце Москвы находится, поэтому рано выехать пришлось. Подарок покупал для друга – вот он, – я показал пакет. Милиционер взял его и открыл доставшую коробку. В ней, разумеется, лежал кинжал. Иришка отвернулась, пряча улыбку.

– Хороший подарок, – заметил милиционер, осматривая оружие.

– Только осторожно с лезвием, – попросил я, переживая, что весь спектакль может разрушиться одним порезом.

– Не переживайте, – милиционер вернул кинжал обратно.

– Вернулся, – продолжил я. – А тут погром и вы.

– Ну что ж, понятно, – проговорил милиционер. – Заявление будете писать?

– Давайте сделаем так, – сказал я. – Я осмотрю всё и приду завтра к вам, если что—то пропало. А если не пропало, то и обращаться я не вижу смысла. Вряд ли выбитые окна мне могут возместить в милиции.

– Ваше дело, – кивнул милиционер. – Тогда мы пойдем. До свидания.

– Всего хорошего.

– Я тогда тоже пойду, – немного помолчав, сказала Лидия Васильевна.

– Да, спасибо, что вызвали милицию и вообще… побеспокоились.

– Ой! Да не за что, – женщина прошла несколько шагов к выходу, после чего обернулась и протянула мне пакет с сахаром, который до сих пор держала в руках. – Вот, я сахар заходила отдать.

– Угу, – кивнул я. – Спасибо.

– Я пошла.

Я проводил Лидию в коридор и закрыл за ней дверь, после чего вернулся на кухню, где меня ждала Иришка. Подруга кинулась ко мне с объятиями, из глаз у неё текли слёзы.

– Я так переживала!

– Зря, – пробурчал я и тоже кинулся в объятия Иришки.

Немного успокоившись, мы сделали себе чаю и рассказали друг другу свои приключения, которые произошли после свалки.

– Здорово! – обрадовалась Ира. – А можно я буду работать на тебя?

– Конечно! Вот только я ещё сам не определился, кого мне искать себе в работники.

– Вот в этом, я тебе как раз и помогу. Насколько я поняла, тебе нужны бойцы “с мозгами”. Таких сейчас трудно найти, но можно постараться. А если взять в расчёт твои новые способности, то найти нужных людей – не проблема. Этим мы завтра и займемся.

– Кстати, а который сейчас час? – спросил я. По моим подсчётам должно было быть около двенадцати.

– Почти девять, – ответила подруга, бросив взгляд на часы, висевшие у меня за спиной, о которых я благополучно забыл. В своей квартире.

– Вечер?

Не дождавшись ответа, я повернулся и посмотрел сам, после чего встал и подошёл к окну. На улице было темно. Странно, что я этого раньше не заметил… Окно же разбито. Кстати, раз уж всё-таки заметил окно. Я мысленно представил, как осколки стекла возвращаются на свои места, сливаясь, заново, в одно целое. Осколки летели отовсюду: с улицы, с пола, из шкафчиков, которые у меня постоянно открыты. Когда всё вернулось на место, я заметил, что не хватает маленькой части, в самом низу окна. Вероятно, этот кусочек застрял в шерсти оборотня и был потерян навсегда. Но внезапно, что-то блеснуло в ночи, отразив свет фонаря. Последний осколок встал на своё место. Я отошёл от окна.

– Если честно, я думал, что провёл на острове часа четыре, не больше.

– У меня две версии, – как обычно, стала рассуждать Иришка. – Либо ты провалялся без сознания намного больше, чем тебе кажется. Либо время на острове течёт иначе.

Немного помолчав, Ира добавила ещё одну версию:

– А может телепортация занимает какое-то время. Хотя, я в этом не уверена. С Энжи никогда подобного не было.

– Мне жаль. Мы обязательно её вернём.

– Спасибо, но это был её выбор. Она знала на что шла. Могу только надеяться, что Энжи жива. Потому что, если это не так, – Иришка всхлипнула.

– Будем надеяться, – я не знал, что ещё сказать.

– Да…

Я молча вышел с кухни и зашёл в комнату. Окно в ней тоже было разбито. Я стал восстанавливать его так же, как сделал это на кухне. В комнату вошла Ира.

– А Пётр, как ты думаешь, что с ним? – спросила она.

– Честно? Не знаю, – я повернулся к двери и стал восстанавливать её. – То, что ты мне рассказала я тоже слышу впервые. Надо будет спросить у Сойлгайза. Может он знает больше.

– Хорошо, – Иришка села на диван. Немного помолчав, она произнесла. – Один день изменил всю мою долгую жизнь. Я надеялась, что всё будет намного проще. Мы с Энжи найдём душу мира, и Энжи сделает свою работу… Не ожидала я никак, что ты Анимой будешь. И когда стало известно, что это ты, я была поражена. Сразу же собралась и приехала к тебе. А там само как-то всё закрутилось.

– Я понимаю, – кивнул я, закончив с дверью. Стоило мне договорить, как раздался звонок.

– Кто-то пришёл, – одновременно произнесли мы с Иришкой и искренне улыбнулись, посмотрев друг на друга.

Я подошёл к входной двери и посмотрел в глазок. Это был уже известный мне почтальон. Я открыл дверь и поздоровался, на что мне ответили взаимностью.

– Вам письмо и посылка. Распишитесь, – почтальон на этот раз был краток. Вероятно, спешил.

– Конечно, конечно, – я поставил две подписи и получил в свои руки письмо и небольшой плотный свёрток. По ощущениям я понял, что там книга.

– До свидания, – попрощался почтальон и, не дождавшись ответа, исчез.

Я вошёл в квартиру и закрыл дверь. Поглощённый посылкой, я не заметил, как в соседней квартире, Лидия Васильевна наблюдала за всем происходящим в глазок. Но об этом попозже. Я зашёл в комнату и, протянув свёрток Ирке, а сам стал открывать письмо:

«Здравствуй, Анима с планеты Земля. С данным письмом вами должна быть получена книга, в которой указаны все сведения об устройстве Вселенной и дана информация обо всех известных мирах. Рады сообщить, теперь и Ваш мир добавлен в книгу. Теперь Вы – часть истории Вселенной. Удачного развития мира.

Искренне Ваш, советник Олин».

Я пробежал письмо глазами, после чего прочитал его вслух для Иришки, которая рассматривала книгу в толстом твёрдом переплёте тёмно-коричневого цвета с необычной гравировкой. Эти узоры светились золотистым цветом и отражали свет люстры. Названия на книге не было.

– Видать интересная книжечка, – протянула Ира. – Я прочту?

– Конечно! Но только после меня, – отобрал я книгу у Иришки.

– Ты же не любишь читать! – удивилась моя подруга.

– Такое – грех не прочитать! Представь, через две недели я предстану перед каким-то советом, и не буду ничего знать. Это же позор будет! Так что хочешь не хочешь, любишь не любишь, а прочитать придётся.

– Я вижу статус Анимы из тебя человека делает, – присвистнула Ира. – Удивительно… Но приятно.

– Я рад за тебя, – произнес я и открыл книгу.

Но страница была пуста. Как и следующая. И последующая. Я пролистал всю книгу, но так и не нашёл ни одной буковки.

– Пусто… Странно, – протянул я.

– А ну-ка дай мне, – Иришка отобрала у меня книгу. Также, как и я пролистала её и закрыла. – Действительно пусто.

Снова раздался звонок в дверь.

– Андрей, – немного нервничая, спросила Лидия Васильевна, стоя на пороге. – Можно с тобой поговорить?

– Конечно, что случилось?

– Я зайду?

– Да, конечно, – посторонился я. Из комнаты в коридор вышла Ира. В руках она держала книгу.

Лидия зашла. Немного помявшись и косо посмотрев на окна, внезапно ставшие целыми, женщина решилась и выдала всё на одном дыхании:

– Сегодня утром, когда я пришла с работы, Коля сказал, что из твоей квартиры шум раздавался. Рычание какое-то, стекло билось, крики. Он в окно выглянул и увидел, как ты падаешь. Потом к тебе ангел подлетел и в девушку превратился. На подругу твою очень похожую. Потом ты встал, и вы вместе к мусороуборочной машине побежали. А за вами зверюга гнался. Ну, я ему не поверила. В компьютере у него игры всякие, там и не такие ужасы показывают. Я его отругала и сказала, чтоб поменьше играл и спать раньше ложился. Но когда вечером к тебе зашла, и сама всё увидела, то вспомнила, что Колечка мне говорил. А сейчас хотела мусор вынести, но, когда дверь стала открывать, заметила…

Женщина потупила взгляд.

– На лестничной площадке почтальон прямо из воздуха появился. Ну, я тихонечко дверь закрыла и стала в глазок наблюдать. Ты уж прости меня, сам понимаешь – не каждый день такое случается. Он тебе вручил чего-то и исчез… Прям в воздухе растворился. Я не знаю даже, зачем сейчас к тебе пришла и всё это рассказываю, может просто любопытство, а может, боюсь, что с ума сходить стала. Вот…

– Даже не знаю… – начал было я.

Но умная Ира меня опередила:

– А кем Вы работаете, если не секрет?

– Раньше я работала в милиции. Потом на военных, а сейчас вот на разведслужбу. Коды, шифры, защита информации – вот моя работа. Там мы и с мужем познакомились.

– А не хотели бы Вы немного сменить место, а может даже и сам профиль работы?

Я, кажется, начал понимать, куда она клонит.

– Я люблю свою работу, и вряд ли… – начала Лидия, но Иришка её перебила.

– Мы можем предложить Вам более комфортные условия работы.

– И вряд ли меня отпустят, – закончила фразу моя соседка. – Сами понимаете. Спецслужбы просто так никого не отпускают.

– А если мы Вам всё расскажем и объясним, что к чему, может вы пообещаете хотя бы подумать, – не унималась Ира.

– Хорошо, – согласилась Лидия, любопытство которой было напряжено до предела.

Иришка посмотрела на меня, после чего пригласила Лидию в комнату и начала рассказ. Она сообщила всё, что происходило со вчерашнего вечера до сегодняшнего момента, подтвердив сомнения женщины. И закончила предложением о работе. Что за должность вредная Иришка предложила Лидии Васильевне? Секретарша. Минут десять Лидия сидела в полной тишине. Мы с Ирой тоже молчали.

– Но ведь это невозможно, всё это невозможно… – прошептала, наконец, она.

– Я могу Вам продемонстрировать, – скромно сказал я.

– Да верю я тебе, верю во всё, что подруга твоя рассказала, – отмахнулась Лидия. – У тебя вон окна целые, словно погрома и не бывало, а всего чуть больше часа прошло. Но всё равно считаю, что это безумие. Даже после того, что на работе повидала. И прочитала. Такое сложно принять сразу. Можно я подумаю, и завтра утром вам скажу.

– Хорошо, – согласился я. – Только, пожалуйста, не распространяйтесь этой информацией.

– Да что я – дура что ли! – воскликнула Лидия. – Даже если кому скажу, всё равно не поверят, только в психушку предложат обратиться. Я сегодня на работу схожу – спрошу об увольнении и, если мне его дадут, то буду работать на вас, Андрей.

– Тогда будем ждать от вас новостей, – кивнул я.

– Да, – согласилась моя соседка.

Она встала и направилась к выходу. Иришка, которая стояла у окна и всё ещё держала в руках книгу, резко обернулась.

– Лидия, подождите!

Соседка, которой я уже открывал дверь, вместе со мной обернулась.

– Лидия, – Иришка подбежала к женщине. – Вы же сказали, что работаете с шифрами? Не могли бы взглянуть на эту книгу. Кстати, именно её принёс почтальон.

– Да?! – удивилась Лидия Васильевна, аккуратно взяв в руки книгу. – Взглянем.

Открыв книгу, соседка пролистала её, посмотрела сквозь страницы на свет, осмотрела пустые страницы с прищуром с разных сторон. Отдав книгу почему-то мне, а не Ире, Лидия, немного подумав, сказала:

– Или в этой книге невидимые чернила, которые можно проявить с помощью различных химических препаратов, которых у меня нет. Или… Скорей всего здесь что-то другое… Андрей, открой какую-нибудь страницу.

Я распахнул книгу наугад.

– Хорошо. Коснись страницы.

Я сделал и это, но ничего не произошло. Я отрицательно помотал головой.

– Хм… – задумалась Лидия. – Первый раз работаю со столь необычным шифром. Ты сказал, что мысленно представляешь и творишь свои чудеса – тогда попробуй коснуться книги, мысленно приказав ей… Ну, не знаю, например, открыть свои секреты. Буквам появиться. Или ещё что-то. Попробуй.

Я сделал и это, но ничего не изменилось..

– Тоже не сработало… – Лидия стала тереть переносицу.

Прошло минут пять молчания. Даже Иришка не произнесла ни слова.

– А если задать книге вопрос? Ведь, как я поняла – эта книга что-то типа энциклопедии. Андрей, попробуй задать книге вопрос. Например, о себе.

– Э… – я не знал, как правильно сформулировать вопрос. – Книга, ты можешь показать всю информацию обо мне.

На пустой странице, которая была открыта мною наугад стали появляться рисунки и сопровождающий их пояснительный текст. Всего рисунков было три: наша Солнечная система, планета Земля и моё лицо. И эти изображения двигались. Планеты крутились вокруг солнца, Земля вокруг своей оси, а я тупо улыбался. Текст был приблизительно следующего содержания:

«Молодая система, в центре которой сияет звезда по имени Солнце, только начала свой путь. Хотя жизнь на Земле существует давно, только сейчас люди готовы вступить в межмировое сообщество.

Анимой этого мира стал мужчина. По человеческим меркам, он еще молод и не обладает ярко выраженными талантами. Однако его пробуждение сопровождалось появлением немалоизвестного феникса – мифической птицы, что вызывает много вопросов. Остаётся только гадать, как это событие повлияло на молодого Аниму и какой вклад он внесёт в межмировую копилку достижений».

Всё это я прочитал вслух. Женщины стояли так, как будто я им только что прочитал конституцию в полном её содержании. Они стояли тихие-тихие, задумчивые и ошарашенные.

– Мне… Мне… Я пошла… – пришла в себя первой Лидия Васильевна.

– Спасибо за помощь, – отозвался я.

– Да… мне… – сумбурно пробурчала Лидия себе под нос, всё ещё находясь под впечатлением от услышанного.

– Да… – в унисон ей отозвалась Иришка.

Похоже я один не ощутил должного эффекта от прочитанного. Ещё раз, быстренько пробежав ответ книги взглядом, я снова не понял, что так поразило женщин. Пока я пытался это понять, Лидия молча вышла, а Иришка закрыла за ней дверь, после чего, молча, зашла в комнату. Я продолжал недоумённо пялиться в книгу.

– Что вас так поразило? – не выдержав, спросил я. – Чего-то я не догоняю.

– Ну, как же, – Ира посмотрела на меня, как на умалишенного. – Ты не понимаешь, что теперь к тебе будет особое отношение. Можно даже сказать, исключительное. И ещё – откуда они могли узнать о фениксе?

– Там был ларид.

– Вряд ли он стал распространяться о своей неудаче, если верить Сою. А значит, о схватке и произошедшем там. Я тоже никому ничего не сообщала. Энжи, я уверена, тоже. А значит неизвестно кто, и неизвестно как, следит за тобой. А значит любой желающий Анима может это прочитать.

– Вряд ли, – задумался я над словами подруги. – Тот, кто добавляет информацию в эту книгу не распространяется о подробностях и не углубляется в личное. Подожди-ка!

Мне в голову пришла одна мысль. Открыв книгу приблизительно на середине, я задал ей вопрос.

– Кто автор этой книги?

На этот раз появился только небольшой текст:

«Уважаемый читатель, данная энциклопедия является свободным и ни от кого не зависящим источником информации. Всё, что указано в этой книге, появляется само по себе и не может быть изменено или исправлено, как не может измениться ход истории. Всё, что было и происходит сейчас, отражается тут, и будет появляться до скончания времён. Время пишет историю, частью которой являемся мы все».

– Я так и думал! – воскликнул я. – Книга пишется сама по себе. Посуди сама, в ней указано ровно то, что должно быть известно. Понимаешь? Ничего лишнего. Голая, правда, в необходимом количестве.

– Но как? – удивилась Ира.

– Не знаю, не знаю… – чуть тише добавил я. – Ну, ладно. Уже поздно. Спать пора ложиться. Сегодня был крайне странный и тяжёлый день. А как известно, утро вечера мудренее.

– Да, пожалуй, – откинулась Иришка на спинку дивана. – Но не думаю что завтрашний день будет попроще.

Пока я ходил в ванну, моя подруга, как заправская жена, расстелила раздвижные диван-кровать для себя и кресло для меня. Это смущает, не правда ли? Хозяин спит на кресле, в то время как там должен спать гость. Хотя Иришке лучше не предлагать такое развитие событий. Как-то раз я решил возмутиться. И… лучше бы я этого не делал. С того момента Иришка безоговорочно спит в моей кровати, как королева, в то время как я теснюсь на кресле. Пожелав друг другу спокойной ночи, мы легли спать.

На острове, Сойлгайз сидел в библиотеке, читая книгу. Большой толстый пыльный фолиант. Вокруг на столе лежало множество похожих изданий.

– Где-то здесь, где-то… здесь, – шептал Сой. – Я помню, что видел, читал…

Неизвестно откуда взялись книги. Когда гора впустила его внутрь – библиотека, полная книг, уже была здесь. Сой прочитал все до единой. Сейчас он искал одну интересную книгу с редким упоминанием о фениксе. И нашёл её. Придвинув лампу поближе, он начал читать вслух:

– Никто не знает, как зародился первый мир. Официально первым считается Фоспаут, но при более глубоком изучении истории возникают сомнения. Известно, что феникс появился в самом начале развития Фоспаута. Логично предположить, что планета-мир, где обитают фениксы, могла возникнуть раньше. Однако этот мир до сих пор не найден, поэтому теория остается недоказанной.

Он перелистнул страницу:

– Так, это не то… Вот! Одно известно точно: фениксы существовали всегда. За всё время их существования никто так и не смог разгадать все их тайны. Даже те, кто их видел, не могут дать однозначного ответа. Известно, что фениксы влияют на тех, кому показались. Но как? Это оставалось загадкой до недавних событий: один из представителей разумных существ обратился в Совет с просьбой о своём сожжении. И он явно был не сумасшедшим. Во время короткой беседы выяснилось, что несчастный недавно встречался с фениксом, который велел ему сгореть. Конечно, никто не позволил бедняге совершить такой глупый поступок. Его заперли и стали наблюдать. Однажды ему удалось сбежать. Через пару часов его нашли на пустынном поле. Он был полностью сожжён. Никто не мог понять, зачем это было нужно. Только спустя тринадцать лет всё прояснилось. В одном мире появилась женщина. Она была одинока, если не считать её беременности. Она ждала ребёнка, который стал Анимой. Какое отношение к этому имел феникс? Женщина призналась, что отцом её ребёнка был тот самый сгоревший человек. Делайте выводы сами.

Сой задумался, почесав нос. Но выводы сделать так и не смог. Поэтому продолжил читать:

– В книге «Начало начал» говорится: «Феникс существовал всегда, его жизнь – это цель, единственная цель – возрождение». В следующей книге, «Первородство», можно найти продолжение этой мысли: «Рождение нового невозможно без гибели. Но иногда старое возрождается. В этом великом процессе мифическая птица феникс – великий помощник миров. Ибо смысл в возрождении».

Кажется Сой видел эти книги на одном из стеллажей, когда искал ту книгу для Андрея.

– Это ещё не всё. Есть ещё несколько любопытных строк, – пробурчал он, продолжив чтение. – К сожалению, невозможно дать ссылку на книгу, так как из-за древности издания название стёрлось, как и большинство информации, содержащейся в ней. Но там сохранились следующие строки: «…за примером далеко ходить не надо. Птицы феникс. Никто и никогда не узнает их тайн. Никто и никогда не найдёт их мир. Ибо они – это то, чего нет, и в то же время то, что было всегда и всегда будет. Феникс не существо, а сущность. Сущность, отражающая устройство вселенной. И сущность эта – возрождение».

Сою очень хотелось почитать это древнее издание. Но без названия… Он вздохнул, перелистнул страницу и продолжил:

– Это говорит о том, что события, связанные с фениксами, непосредственно завязаны на возрождение. Остаётся неясным: почему ни один из процессов не был завершён? Сгоревший бедняга, следуя логике, должен был возродиться, но этого не произошло. Дерево застыло на уровне ростка. А затухающая звезда так и не закончила своё преобразование. Что же происходит с фениксами? Неужели их сила утихает? Бытует мнение, что это действительно так. Мир фениксов и их родная планета Ребайт погибают. И никто не может их спасти. Ведь никто не знает, где они. Они действительно то, чего нет.

Сойлгайз устало откинулся на спинку стула и потёр глаза.

– Нашёл, – вздохнул он с облегчением.

Часть 2. Общий сбор

Утро выдалось ярким. Почему? Да потому что мы с Иришкой, как обычно, забыли задёрнуть шторы. Солнце светило в окно, и от этого просыпаться было намного приятней. Утро буквально чувствовалось в воздухе. После вчерашнего такое пробуждение казалось райским. Сладко зевнув и не менее сладко потянувшись, я вылез из постели и первым делом потопал туда, куда по утрам ходит всё человечество. Оттуда я направился в ванну, а затем на кухню – заваривать кофе. Как только вскипел чайник, на кухню вползла сонная Иришка.

– Кофе, – взмолилась она.

– Садись, сейчас сделаю.

Иришка уселась за стол и уронила голову на руки. Я поставил перед ней кружку с дымящимся напитком и сам сел рядом. Не заметив, что перед ней уже стоит кофе, Иришка со словами «Ну и где кофе?» взмахнула руками, и мирно стоящая кружка со звоном упала на пол.

– Ой! Прости, Андрюш! Я нечаянно, – воскликнула подруга, мигом проснувшись. – Сейчас уберу.

– Не переживай. Я сам.

Усилием воли я представил, как время поворачивается вспять. Осколки соединяются в единое целое, кружка возвращается на стол, Иришка снова кладёт голову на руки.

Вот блин, переборщил. Надо было сосредоточиться только на кружке.

Я поднял и переставил её поближе к себе. Всё с теми же словами «Ну и где кофе?» Ира взмахивает руками, но на этот раз ничего не падает и не разбивается.

– Вот он, – я подвинул кружку подруге. – Ты ничего не помнишь?

– По поводу? – отхлебнув, переспросила Ира.

– Ты только что уронила кружку, из которой сейчас пьёшь, а я вернул время назад и не дал тебе этого сделать, – попытался объяснить я.

– Не поняла…

Я подробнее объяснил Иришке то, что произошло.

– Невероятно! – восхитилась она. – Слушай, как ты думаешь, ты действительно можешь всё? Абсолютно всё, что захочешь?

– Так сказал Сой. В своём мире, я способен на всё, а в других моя сила уменьшается.

– Да уж… Кстати, почти десять часов. Скоро Лида должна вернуться с работы. И тогда мы узнаем её решение. Надеюсь, она никому ничего не рассказывала.

– Даже если и рассказала, ей вряд ли поверят, – немного подумав, ответил я. – Она была права вчера. Её скорей посчитают за сумасшедшую, нежели прислушаются к словам. Так что вряд ли можно переживать по поводу этого. Я сам всё ещё не до конца могу это переварить. Ладно, – решил я отвлечься от рассуждений и перейти к делам. – Допивай кофе и собирайся. Мы пойдём искать работников.

– И куда ты собираешься идти? – спросила Иришка, после того как одним глотком осушила свою кружку.

– Сначала в охранную фирму, а потом на биржу труда.

– На счёт первого я согласна. А на биржу труда-то зачем?

– Подумай, – я взял обе кружки и стал их мыть. – Помимо исполнителей работы нужны и те, кто эту работу будет организовывать. Сой сказал, что придумал особую компьютерную программу. Значит, нам нужны программисты. Кто-то об этой работе должен сообщать, значит нужны… Не знаю как их назвать… Знаешь, когда такси заказываешь, тебе девушка отвечает.

– Операторы, – подсказала Ира.

– Вот-вот. Они самые. Пара уборщиц, я думаю тоже понадобится. Кто-то, типа менеджера… Хотя я думаю тебе эту должность отдать, чтоб за персоналом следила.

– Я согласна, – улыбнулась Иришка, потупив глаза.

– Хорошо, – кивнул я. – Сой будет тебе помогать. Не обижайся, просто он лучше знает остров и пещеру, в которой живёт. Он поможет тебе во всём разобраться. Мало ли, сколько тайн скрывает эта гора.

– Я понимаю.

– Хорошо, – ещё раз кивнул я. – Кого-то я упускаю, тебе не кажется?

– Вроде всех основных назвал… Хотя, я думаю, может понадобится повар. Ну, или кто-то, кто хорошо готовит. Я на эту роль точно не подхожу, – открестилась Ира.

– А что, если найти уборщиц, которые будут ещё и готовить.

– Хорошая мысль, – согласилась подруга, обрадованная, что я не заставил её заниматься готовкой, которую она терпеть не могла.

В дверь позвонили.

– Десять часов, – сказала Ира, посмотрев на часы.

– Наверняка Лидия. Минутка в минутку.

Я пошёл открывать дверь, а Иришка направилась в ванну, приводить себя в порядок. За порогом и вправду стояла соседка.

– Доброе утро, Андрей. У меня хорошие новости.

– Доброе. Я рад. Заходите, – я посторонился и впустил Лидию в квартиру.

– Я уволилась с работы, так что готова работать на тебя.

– Вас отпустили? Вы же говорили, что так просто этого не делают.

– Я сказала, что хочу отдохнуть. С сыном провести побольше времени. Сказала, что вся эта ночная работа мне порядком надоела. Вся жизнь теряется. Ну и, разумеется, написала подписку о неразглашении секретной информации. Правда, из страны теперь нельзя выезжать, и, скорее всего, за мной будут следить, пока идёт проверка.

– Хорошо, что вы будете работать на меня. Добро пожаловать в команду. А с небольшими проблемами по поводу вашей бывшей работы очень легко разобраться, – я закрыл глаза и вторгся в мысли Лидии, через них я увидел всех людей, включая начальство, с которыми она работала. Я приказал забыть, стереть всю информацию о Лидии и больше не беспокоить.

– Вот и всё, – открыв глаза, сказал я. – Вас больше не побеспокоят.

Лидия Васильевна кивнула:

– Происходящее всё ещё сложно принять, но попробую поверить тебе на слово. Когда приступать к работе?

– Мы сейчас с Ирой пойдём искать других работников, а Вы пока отдыхайте. Как только все будут найдены, я объявлю общий сбор. И мы переместимся на остров, где я и Сой дадим дальнейшие указания. И приготовьтесь сразу к тому, что Вам придётся жить на острове.

– Но как же Коля? Я не смогу его одного оставить!

– Понимаю, – я задумался. – А что, если и ему перебраться на остров? Тоже будет работать.

– А как же образование?

Иришка вышла из ванной и, услышав этот вопрос, искренне поразилась:

– Образование? Лидочка, ради чего человек получает это самое образование? Исключительно для того, чтобы найти высокооплачиваемую работу. А уж поверьте, та работа, которую предлагаем мы, будет очень хорошо оплачена. Ведь так, Андрей?

– Да, – согласился я. – Думаю, что да. На деньгах, я не поскуплюсь. А когда вы, Лидия Васильевна успокоитесь и поймёте, что Ваш сын – взрослый человек, тогда он сможет уехать с острова и получить любое образование, которое сочтёт нужным.

– Вы сговорились!

– Нет, – просто ответила Ира, заходя в комнату и закрывая за собой дверь, чтобы переодеться. – Просто мыслим одинаково.

– Не спешите с решением, Лидия, я не тороплю.

– А кем он будет работать?

– Скорей всего, будет следить за происходящим в мире и передавать информацию другим работникам или Вам для меня.

– Хорошо, – согласилась женщина. – Я поговорю с ним. Но сначала он должен всё-таки хотя бы закончить школу!

– Как Вы хотите. К работе мы всё равно приступим не раньше, чем через три дня. У вас ещё есть время подумать. Так что готовьтесь морально и физически. И, Лидия, я действительно буду рад, если Вы будете с нами.

– Я тоже, – растаяла женщина и ушла в свою квартиру, где тут же раздался крик: – Вставай, соня! Быстро! Я уже с работы пришла, а ты всё спишь!

Улыбнувшись, я постучал в свою комнату:

– Ты одета?

– Да! Заходи!

Я открыл дверь. Иришка сидела на диване и наносила на лицо макияж №1 – он практически отрицал существование всякой косметики в мире. Только коррекция. Я тоже стал одеваться. Через десять минут мы были готовы. Как только мы вышли из квартиры, дверь Лидии Васильевны открылась. За ней стояли сама соседка и её сын.

– Мы согласны, – тихо сказала Лидия мне. Её сын молча кивнул. Я никогда не видел его таким серьёзным.

Я улыбнулся и поднёс палец к губам. Иришка первой стала спускаться по лестнице. Я последовал за ней. Дверь за моей спиной захлопнулась.

В одной из частных охранных фирм мы с Ирой были уже через час. И сразу направились к директору. Нас принял человек преклонного возраста, который представился Александром Лаврентьевичем. Он был полковником в запасе и бывшим частным детективом. И горячо заверял нас, что его агентство самое лучшее. Простите, что я не описываю его внешность, так как не вижу в этом смысла. С ним мы всё равно больше не встретимся.

– Мы бы хотели нанять людей для работы, – перешла от любезностей к делу, прямая Иришка.

– Для чего? Сколько именно и на какой срок? – спросил полковник.

Мы с Ирой переглянулись.

– Назовём это борьбой с аномалиями. Я думаю, человек двенадцать. Ну а срок мы обговорим лично с ними. Как и цену работы. От вас мы хотим, только одно. Чтобы вы предоставили самых лучших своих людей. Самых лучших. И уж поверьте, мы отблагодарим вас как следует, – заверил его я, ответив на вопрос.

Перед тем как зайти в эту фирму, я создал небольшой металлический кейс с деньгами. В нём лежало около десяти миллионов рублей. Я не могу назвать точную сумму, так как просто представлял много денег. В рублях, разумеется – я ведь патриот. Поставив его на стол, в подтверждение своих слов, я откинул крышку. После этого, Александр Лаврентьевич готов был сделать для нас что угодно. Как угодно. Когда угодно.

И дабы оправдать свои слова, он пулей выбежал за дверь. Сначала мы с Ирой не поняли зачем, но потом услышали крики полковника и беготню его подчинённых. Заглянув к нам, он попросил немного подождать, а после самолично принёс нам кофе и пирожные. Очень вкусные кстати. Где-то через час, Александр снова заглянул к нам и передал нам ровно двенадцать личных дел, сказав, что сами люди подъедут в течение трёх часов. Кивнув в ответ, я попросил директора удалиться и дать нам ознакомиться с бумагами:

Первым в стопке анкет был Комаров Пётр Алексеевич. 35 лет. Командующий отрядом спецназа. На фото – тёмные волосы, пронзительный взгляд, постоянная щетина на лице, на левой щеке шрам. Хороший стратег, любит собак. Вдовец, есть взрослый сын.

– Может, он тоже захочет забрать сына на остров. Бесплатный курорт, – усмехнулась Ира.

Следующий – Чудаков Михаил Сергеевич. 26 лет. Снайпер. Длинные тёмные волосы, затянутые в хвост, постоянно хмурится. Хороший стрелок, разбирается в оружии. Третья анкета была посвящена Крюкову Станиславу Станиславовичу. 29 лет. Бывший разведчик. Светлые волосы, будто зализаны с избытком геля, небольшие бакенбарды, родинка над губой. Хорошо ориентируется на местности, даже неизвестной. Любит выпить, но контролирует это пристрастие.

Пожалуй на острове будет проще.

Леонтьева Елена Антоновна. 28 лет. Разведчик. Чёрные волосы до плеч, острые черты лица. Стеснительная и молчаливая девушка, очень похожая на гота. Крайне профессиональна. Специалист по метательному оружию.

– Ура, девушка в команде! – обрадовалась Ира. – О, и ещё одна.

Комарова Яна Алексеевна. 27 лет. Бывший разведчик. Короткие тёмные волосы со светлыми прядями. Жизнерадостная девушка, которая найдёт выход из любой ситуации. Постоянно улыбается. Любит футбол.

– Подожди, она не просто однофамилица, это же сестра Петра, – обратил внимание я.

– И правда, – согласилась Ира. – Кто там дальше?

Ливров Максим Юрьевич. 24 года. Спецназ. Светлые волосы ёжиком, высокого роста. Всегда выделяется из толпы. Яркая внешность, которая почему-то не задерживается в памяти, что странно. Любит экстрим в любых его проявлениях.

– Смотри, у этого почему-то имя не указано, – заметил я странность на следующей анкете.

Псевдоним ИньЯн. 27 лет. Бывший член японского элитного отряда. Очень юркий молодой человек, специалист по восточным единоборствам. Специализируется на взрывчатке.

– Так, кто там дальше?

Тигрова Анна. 25 лет. Секретные службы.

– Подожди, – прервала меня Ира. – Почему у неё не указано отчество?

– Сейчас узнаем, – углубился я в чтение анкеты: девушка незаметная, с быстрой реакцией. Стрижка каре, волосы светлые, часто завязаны в маленький аккуратный пучок. Специалист по маскировке. Увлекается восточными единоборствами. Росла в приюте, что очень сильно повлияло на её характер, сделав девушку замкнутой. – Вот, смотри, о её родителях ничего не известно. Её обнаружили у дверей приюта совсем крохой. Вместе с ней была только мягкая игрушка.

– Какая печальная судьба, – вздохнула Иришка, затем, словно стряхнув это с себя, добавила:

– А анкет остаётся всё меньше.

– Да, – перебрал я листки в руках. – Тут у нас Чикаров Игорь Михайлович. 32 года. Чёрные волосы, шрам на подбородке. Специалист по перевоплощению и слежке. Альпинист-любитель. Любит классическую музыку.

– Тут сказано, у него есть жена. Это может стать проблемой, – почесав нос, задумалась Ира.

– Мы не узнаем об этом, пока не познакомимся с ним лично, давай продолжать.

Ренин Александр Сергеевич. 28 лет. Бывший спецназовец. Тёмные волосы, короткая стрижка. Немного полноват, но такое впечатление складывается исключительно из-за большой мышечной массы. Хороший боец. Любит вечеринки и веселье в целом.

Внутри что-то ёкнуло…

Почему сейчас?

– О, а тут снова интересно, – встрепенулся я, отвлёкшись от странного ощущения. – Тут близнецы.

Понаев Алексей Олегович. 24 года. Тёмные волосы, спортивное сложение. Любит лыжи и все зимние виды спорта. Понаева Людмила Олеговна. 24 года. Волосы длинные, затянутые в две косы. Специалист по взлому различных систем. Увлекается кулинарией и поэтому хорошо готовит.

– Ой, – оживилась Иришка. – Она умеет готовить! Это хорошо.

– Я не думаю, что у них будет на это время. Так что ещё люди, умеющие готовить, точно понадобятся.

Вот, собственно, и те, кто будут в дальнейшем именоваться исполнителями и работать на меня. Примерно около часа мы с Ирой провели в изучении бумаг и ещё полчаса обсуждали будущих работников. Иришка предложила, что мою организацию надо как-нибудь назвать. Я тоже об этом думал, но так ни к чему и не пришёл. Иришка заверила меня, что займётся этой маленькой проблемой. А после смотрели какой-то детективный фильм, вкушая новую порцию чудесных пирожных. Прождав нужное время, мы с Иришкой встречали в кабинете вышеописанных лиц, которых завёл Александр Лаврентьевич.

– Спасибо, – я протянул старому полковнику обещанный кейс.

Он взял его трясущимися руками и вышел за дверь, хотя нет… Вернее будет – выбежал, практически вприпрыжку, бурно пуская слюну. Дождавшись, когда он закроет дверь, я обратился к присутствующим:

– Здравствуйте. Меня зовут Андрей. Это моя подруга и ваш непосредственный начальник, Ирина. Та работа, которую я хочу вам предложить, очень необычна. Можно сказать, уникальна…

Я кашлянул, пытаясь подобрать слова. Посмотрел на Иришку, но она скромно молчала, враз растеряв всю свою болтливость. Вздохнув, я продолжил:

– И это не фигура речи. Вы будете перевезены в другое место, где вам придётся постоянно жить и работать. Работа эта затронет всю планету, так что вам придётся много путешествовать. Во время службы на меня вы увидите много…

Какое бы слово подобрать…

– Необычного, так что должны быть готовы к этому. В качестве мотивации, так как работа опасная, оклад каждого из вас будет составлять в районе пяти миллионов рублей за месяц работы. Плюс премии в особо опасных случаях, тоже не маленькие.

Затем, немного подумав, решил попытаться успокоить кандидатов:

– На счёт источника денег… можете не переживать, вы всё поймёте, если согласитесь на условия работы.

У всех, кроме нас с Ирий, челюсти медленно опускались к полу.

– Ого, – присвистнул Станислав. – Каждому? Это что за работа такая? Мы кого такого важного охранять-то должны?

– Наш мир, – коротко ответил я.

– Вы серьёзно? – озадачился Стас.

– Абсолютно. Я всё объясню, но только тем, кто согласиться на мои условия.

– Вы упомянули, что придётся переехать. Куда? – спросил Пётр почти буднично.

Он переглядывался вместе с сестрой и ещё одним мужчиной, которого, кажется, звали Михаил. Словно уже смутно догадываясь о правде. Правда, на сестру Пётр смотрел с более сложным выражением на лице. Впрочем, остальные тоже бросали взгляд друг на друга, будто старые знакомые. Может, по работе пересекались, в одной ведь фирме работают.

– Тропический остров, – Ира решила включиться в разговор. – Сама ещё не была, но думаю, что место потрясающее.

– Вы сказали, что мы можем столкнуться с чем-то необычным? – с небольшим акцентом спросил ИньЯн. – Что именно вы подразумеваете под этим определением?

– Если честно, я сам не знаю, что это будет, – смутившись, ответил я. – Знаю лишь, что это будет обязательно.

– Я поясню, – дотронулась до моей руки Ира, немного покраснев. – Можете считать меня сумасшедшей, но я всё же попробую вам объяснить, с чем и с кем вы можете встретиться по долгу службы. Стихийные бедствия. Существа, которые считаются несуществующими. Различные спасательные и разведывательные операции, а также охрана различных лиц. Мы не можем сказать точно, что это будет, потому что сами до конца не знаем весь объём предстоящей работы.

– Да, как-то так, – согласился я. – Решайте. Поверьте, мы сможем организовать вашу безопасность. И оснастим вас новейшим оборудованием. Питание, жильё, всё, что нужно – бесплатно. Подумайте об этом как о новой жизни, а не просто работе.

В кабинете на какое-то время повисла тишина. Очевидно, что ситуация была странной и многие пытались сейчас переварить услышанное.

– Те, кто не согласен с предложенными условиями, могут выйти. Остальные получат дополнительную информацию, – добавил я.

Никто не шелохнулся.

– Ну что ж. Замечательно. Минимальный срок работы – три года. По истечении этого времени, у вас будет выбор – остаться или уйти. Если захотите уйти раньше, придётся предупредить заранее, чтобы вам нашли замену. С этим условием вы согласны?

Кто-то молча кивнул, кто-то дал согласие утвердительным ответом.

– Полную информацию вы получите непосредственно, когда окажетесь на острове. Устраивает?

Все опять согласились. Меня начало напрягать, что всё идёт так гладко. Здесь что-то нечисто…

– И последнее. На сборы у вас три дня, включая сегодняшний. То есть 26-го числа в семь вечера я буду ждать вас по адресу…

И назвал свой адрес.

– Ну что же, тогда до встречи, – попрощался я.

Когда все стали выходить, у дверей задержалось семейство Комаровых.

– Что ты здесь делаешь? – стал напирать Пётр на свою сестру.

– Работаю, – смело посмотрела девушка.

– Кто тебе разрешил? – не унимался мужчина, закипая всё больше.

– Тебя забыла спросить! Я уже не маленькая, чтобы меня братик защищал! – Яна не уступала Петру по напору, в конце почти прошептав. – К тому же, мы с тобой это уже обсуждали.

– Слушай! Слушай меня внимательно! Ты не должна работать на этой работе. Это опасно.

– Я могу за себя постоять! И ты мне не указ.

– Всё в порядке? – решил вмешаться я в семейную ссору.

– Ты не должен брать её на эту работу! – Пётр схватил меня за грудки. – Слышишь. Не должен!

– Успокойтесь, – попросил я.

Пётр зло смотрел на меня, затем словно что-то щёлкнуло внутри него:

– Простите. Простите. Я потерял жену на одном из заданий. И если не выживет Яна. Если снова… Я…

– Успокойтесь, – ещё раз, чуть мягче попросил я.

– Да, – смягчилась и Яна. – Всё хорошо, братишка. И не неси ерунду. С нами всё будет в порядке. Мы справимся, я уверена.

Яна успокаивающе провела рукой по голове брату и вышла из кабинета.

– Даже если с вашей сестрой что-то случится, – добавил я. – Поверьте, я верну её к жизни. Та работа, которую я предлагаю, действительно опасна, но уникальна. И если бы я не был уверен в том, что смогу обеспечить вашу безопасность, я бы не предлагал эту работу.

– Но это невозможно! Невозможно вернуть человека к жизни! – в ответ зашептал Пётр.

– Вы многое увидите на этой работе. И то, что вы считали раньше невозможным, станет для вас вполне обыденным. Я не могу сказать вам большего сейчас. Простите, – переведя взгляд на подругу, добавил. – Пойдём, Ириш.

Мы вышли, оставив Петра одного. Директора фирмы нигде не было видно. Почему-то я не удивлён этим фактом. Перекусив в одном из ресторанов, мы продолжили поиск работников. По плану была биржа труда. Но, забыв про то, что сегодня воскресенье, а вчера был праздник, мы с Иришкой наткнулись на табличку «Закрыто». Неудивительно, что память нас подвела и мы потерялись в днях, учитывая последние события. Нам ничего не оставалось делать, как отправиться домой. Зайдя в квартиру, Ира сразу побежала в туалет.

– Наконец-то! Вот дура, в ресторане надо было сходить, так ведь постеснялась. Еле вытерпела! – сказала она, выходя.

– А я ведь предлагал, – с иронией потрунил я. – Получается, нам сегодня больше нечем заняться?

– Получается так. Выходной даже ты не отменишь, – усмехнулась Ира.

– Тогда я думаю, надо отправляться на остров. Может, Сой узнал что-нибудь о фениксе.

– Может быть. Кстати, давай сразу возьмём с собой твою соседку. Покажешь ей место работы, – предложила Иришка. – Ей не обязательно ждать, когда мы соберём всех работников. Пусть потихоньку осваивается.

– Да. Думаю, это хорошая идея.

Я вышел из квартиры и постучал в соседнюю дверь. Мне открыл Коля:

– Маму позвать?

– Угу. И сам собирайся.

Парень понимающе кивнул и крикнул вглубь квартиры:

– Мам, это дядя Андрей!

Лидия Васильевна выглянула с кухни, которая длинным коридором соединялась с прихожей:

– Андрей, проходи сюда.

Я закрыл за собой дверь и прошёл на кухню.

– А я тут покушать делаю, – пояснила женщина. – Присоединяйся. Скоро будет готово.

– Нет, спасибо. Мы поели. Я чего зашёл-то, мы с Ирой на остров отправляемся. Вот и решили вас с собой взять. Посмотрите место работы. Может, это поможет принять вам окончательное решение. А вечером вернёмся.

– Хорошо, – немного подумав, согласилась Лидия Васильевна. – Поедим только и зайдём к тебе. Подождёте? Мы быстро.

– Ладно, – кивнул я.

– Я готов! – послышался голос Коли за спиной. Парень стоял в коридоре в шортах и майке, с небольшой спортивной сумкой за плечом. И смотрел на нас.

– Поешь сначала! – возмутилась мать непутёвого сына.

Я снова кивнул, на этот раз парню. Мол, и вправду, поешь, а потом и в путь можно.

– Тогда, мы вас ждём, – сказал я и вышел из квартиры.

Иришка сидела в комнате и читала Вселенскую энциклопедию, так мы решили её называть – это та книга, с пустыми страницами, которую принёс нам почтальон ранее.

– Смотри, – сказала она мне, как только я зашёл. – Здесь про ангелов написано. Ворлдэнжер – мир, где правят зло и добро в их первородном значении. Один из древнейших миров во Вселенной. Мир, где главное слово – война. Испокон веков, ангелы собирают единомышленников на свою сторону. Энжи рассказывала, что молодые Анимы идут на эту войну по глупости или по незнанию. И многие погибают. Но, несмотря на это, Совет не делает ничего, чтобы исправить эту ситуацию. Ведь ангелы входят в Совет, как одна из древнейших рас. Сами ангелы считают, что их война – необходимое испытание для молодых душ других миров и Совет соглашается с этим… – Иришка дочитала и посмотрела на меня. – Получается, что Энжи приходила только для того, чтобы завербовать тебя на свою сторону? И не сказала мне об этом… Даже когда рассказывала про ужасы своего мира. Убью её, когда встречу!

– Вероятно у каждого из миров своя тактика ведения отношений.

– И какой будешь придерживаться ты?

– Нейтралитет, – ответил я без раздумий. – Буду тихо, мирно развивать свой мир и никому не мешать.

– Ага, если тебе дадут тихо и мирно… – без надежды в голосе, парировала Ира.

Надеюсь, подумал я, сказав:

– Дай-ка книгу.

Иришка отдала мне энциклопедию. На страницах до сих пор был текст про ангелов и пара их изображений. Я взял книгу и присел на диван, рядом с подругой.

– Покажи мне всё о Совете, – попросил я.

Текст и рисунки стали меняться. Теперь рисунок остался только один. Да и текста появилось немного. На рисунке был изображён длинный каменный стол на фоне настоящего водопада. За столом сидели четыре существа. Называю сидящих слева направо.

Первым был ангел серого цвета по имени Грей. Он был Анимой мира Ворлдэнжер. И сочетал в себе, как говорилось в тексте, добро и зло в равных количествах.

Вторым был советник Анит, являющийся Анимой мира Фоспаут. Он выглядел достаточно странно. Для человеческого восприятия, по крайней мере. Лицо у него было зелённое, уши напоминали об эльфах, тело – тонкое-тонкое, как спичка. Руки и ноги такие же. Маленькое хрупкое существо. Волосы были тёмно-зелёного цвета, завязаны в хвост. Он был подобен растению, которое оторвалось от общей ветви большого дерева. Как оказалось позже – я был прав.

Третий по счёту был советником Трисом из мира Треворлд, который выглядел как человек. Только кожа была сильно светлей. Очки на носу, длинная седая борода и уставшие глубокие глаза говорили о том, что это существо отражает ту сущность, которой является. Трис буквально излучал истину. И усомниться в его словах казалось невозможным.

Ну, и последним был советник Олин из мира Висдом. Это было полуэфирное существо, похожее на привидение. Казалось, она, да, это было существо женского пола, перетекает с места на место. Трудно было уловить её внешность, могу сказать одно – она была похожа на молодую девушку с очень тонкими чертами лица.

– Вот, оказывается, каков Совет на самом деле, – я показал Иришке картинку.

– Вижу. Вот этот, – она ткнула пальцем в Анита. – Прислал тебе письмо с приглашением. А вот она, – на это раз под палец попала Олин. – Книгу.

– Заботятся, – усмехнулся я.

– Ага, – улыбнулась Ира в ответ.

В дверь позвонили.

– Наверное Лидия. Пора собираться.

Я прошёл в коридор и открыл дверь. В квартиру зашли моя соседка и Коля. Оба были легко одеты, а лица были настолько серьёзны, что казалось, будто они собрались на суд. Я жестом пригласил их зайти в комнату. Они встали около окна. Я зашёл следом за ними. Подошёл к столу и взял подарочную коробочку, в которой до сих пор лежал кинжал. Отделив от рукояти деревянный кругляш, я бросил его на пол. Воздух закрутился вокруг кругляша. Маленький ураган вырос у меня в комнате. Коля присвистнул и получил от матери подзатыльник со словами «Дома не свистят».

– Заходите в вихрь, – сказал я.

Первой прыгнула Иришка, её тут же разбило на атомы, и она буквально рассыпалась в этом маленьком смерче. Немного ошалев от этого вида, второй в вихрь аккуратно зашла Лидия, которую тоже растворило на мелкие частицы. Третьим с радостным криком прыгнул Коля, а за ним с усмешкой зашёл и я.

Мы стояли на небольшом круглом постаменте в уже знакомой для меня пещере. Проход в холл был освещён, и никакой музыки на этот раз не было. Я нагнулся и поднял с пола деревянный кругляш. Пожалуй, далее я буду называть его телепортером. Присоединив его к рукояти, я задумался, куда бы мне убрать кинжал. Недолго думая, я засунул его в карман джинсов и пошёл по проходу к круглой пещере. Иришка и Лидия с сыном направились за мной. В холле нас встречал Робаст, который с подозрением осматривал нашу группу.

– Успокойся, – потрепал я за ухом пантеру. – Скоро здесь будет много народа. Привыкай, затворник.

Робаст хмыкнул, а потом, обнюхав каждого из присутствующих, словно служебный пёс, направился к выходу из пещеры.

– Сой! – крикнул я, и эхо разнесло мой голос по всей пещере.

– Иду! – послышался ответный крик. Он как обычно был в библиотеке.

– Присаживайтесь пока, – предложил я гостям.

Иришка развалилась на диване, а Лидия Васильевна с Колей сели на стулья за столом. А я прислонился к холодной стене рядом с диваном. Через минуту в холл вошёл Сой с толстой книгой в руках. Заметив гостей, он смутился, а затем, прокашлявшись, представился:

– Здравствуйте, меня зовут Сойлгайз, но можете называть меня Сой. Тут где-то бродит пантера. Так вот, его зовут Робаст.

– Очень приятно! – заверила его моя подруга. – Меня зовут Ира.

– Я Лида, а это мой сын Коля, – представилась будущая секретарша.

– Андрей, – отбросив любезности, позвал меня Сой, кладя книгу на стол и открывая её на одной из страниц. – Я нашёл кое-что про феникса.

Я подошёл к столу и прочитал то, что Сой читал в библиотеке, пока мы с Ирой мирно дрыхли.

– И? – не понял я смысл прочитанного.

– Ну как же, – расстроился Сой. – Фениксы непосредственно связаны с сущностью возрождения, а значит, всё, что они делают, связано с этим. Но если взять в расчёт то, что их мир гибнет, то можно понять, что все их действия направлены не на возрождение каких-то отдельных личностей, которым они являлись, а на возрождение своего мира. Они себя спасают!

– Значит, то, что феникс вселился в меня, не просто так? Я должен буду помочь им, что ли, так получается?

– Наверное, – неуверенно протянул мне в ответ Сой.

– Надо найти как можно больше информации об этих птичках.

– Хорошо, я займусь этим, – согласился Страж и перешёл к другой теме, глянув на новых гостей. – Я вижу, ты уже нашёл первых работников?

– Угу, – кивнул я. – Но это ещё не все. Ира будет помогать тебе с персоналом. Лидия Васильевна будет моей секретаршей. А её сын Коля займётся просмотром информации о нашем мире с помощью твоей чудо-программы. И будет сообщать исполнителям, где и что.

– Всё понял, – он махнул рукой, призывая других за собой. – Тогда пойдёмте, я покажу вам рабочие места.

Сой повёл нас по проходу в сторону библиотеки. Помните, я говорил, что рядом с входом в библиотеку есть ещё один. Это было последнее помещение, где я ещё не был. И эта часть пещеры была самой громадной по сравнению с остальными.

Слева от входа по стене стояло восемь рабочих мест с компьютерами. Между ними были невысокие перегородки, словно в каком-нибудь офисе. У каждого стола из стены торчал кристалл, который светился ярким светом. В дальнем углу стояло несколько ящиков для бумаг. Пол был удивительно ровным для пещеры, наверно, чтобы было удобнее кататься на крутящихся креслах.

На противоположной от столов стене висел огромный плазменный экран. Просто громадный, я никогда таких не видел. Рядом с ним стояли три небольших двухместных диванчика, пара кресел и два кофейных столика с электрическими чайниками на них.

Прямо перед входом был постамент высотой всего в пару миллиметров, который являлся аналогом портала, через который мы переместились на остров.

Справа же от входа в стене был небольшой пролом, который играл роль двери. Он вёл в большой зал, напоминающий спортивный из школы, только очень большого размера. Этот тренировочный зал заканчивался стеной с точно таким же проломом, что вёл в него.

За ним шёл длинный коридор, по бокам которого располагались двери, ведущие в жилые комнаты. Коридор заканчивался стеной с кристаллом, выполняющим роль лампы. С потолка этого коридора, как и потолка тренировочного зала, свисали сталактиты, излучающие более мягкий свет.

Ну а Иришка с остальными любовались офисом. Так я буду называть место с компьютерными столами и большим экраном.

– Протяжённость всей этой пещеры примерно 700-800 метров, – пояснил Сой. – Это рабочие места, за первым проходом расположен тренировочный зал, и в самом конце жилые комнаты. Я сделал их под тип гостиничных.

– На нас будет работать человек тридцать или около того, – подсчитал я. – Комнат хватит?

– Не переживай, – усмехнулся Сой. – Ты опять забыл, что душа мира. Мир знал о твоём рождении, а гора обладает большой пророческой силой. Она заранее видела, что и как будет у тебя устроено. И создала всё это, точно зная, что тебе понадобится. Некоторые комнаты двухместные, потому что на тебя будут работать семьи. Но одноместных больше.

– Благодарю за проницательность, гора, – с благодарностью сказал я. – Ну что ж, Коль, один из этих столов твой. Выбирай. Сой объяснит тебе, как работает его программа. Ир, а ты можешь пока выбрать себе комнату. Лидия, а мы пойдём к вашему рабочему месту. Вас ждёт большой сюрприз.

Мы с соседкой направились к лифту, который я создал, чтобы больше не падать к своему офису. Одного раза мне хватило с лихвой. Спустя какое-то время мы стояли около жерла вулкана, и Лидия заворожено смотрела вниз.

– Это просто немыслимо… – прошептала она восторженно.

Мы зашли в проход.

– Вот ваш стол, – показал я. – Чуть дальше мой кабинет. Обживайтесь. Как только все работники соберутся, я объясню каждому его задачу. В том числе и вам. А пока можете выбрать себе с Колей комнату. Сегодня вернёмся домой, соберёте вещи. Что-то мне подсказывает, что вы уже не передумаете. Я пойду наверх. Вы пока обустраивайтесь, потом сами поднимитесь.

– Хорошо, – отстранённо кивнула женщина, завороженно рассматривая россыпи алмазов на стенах. Но, немного собравшись, всё же уселась за стол, включив компьютер.

Я вернулся к лифту и поднялся наверх. За большим столом сидели Ира с Соем и о чём-то болтали.

– Андрей, – окликнула она. – Иди сюда. Я узнала у Сойлгайза про течение времени.

– В смысле? – не понял я.

– Вчера на острове ты провёл около четырёх часов, но на самом деле прошло почти двенадцать. Простая арифметика, и становится понятно, что время на острове идёт медленнее. Где-то в три раза. Прости, забыл тебе вчера об этом сказать…

Сой перехватил объяснение:

– Кстати, – он протянул мне какой-то предмет. – Возьми эти часы. Они будут показывать тебе два времени: одно – на острове, а второе – вне его.

Я взял их – эти электронные часы и вправду показывали два времени с датами – на корпусе было два экрана.

– Верхнее – время на острове, – уточнил Сой.

– Значит, я была права, – радостно воскликнула Ира. – Время действительно на острове течёт медленнее.

– Спасибо, – поблагодарил я за часы.

– Не за что, – отмахнулся он. – Лучше скажи, когда вас всех ждать.

– Через два дня. Послезавтра вечером. Эм… по внешнему времени, – неуверенно протянул я, всё ещё пытаясь осознать разницу.

– Отлично, значит у меня времени ещё меньше. Буду готовиться.

Я ещё раз посмотрел на часы. Чтобы совсем не запутаться, буду называть только нормальное время, привычное мне с детства, что вне острова. Но лучше помнить, что на острове время идёт в три раза медленнее. То есть одна секунда на острове равна трём секундам вне его.

На часах было 14:32. Сзади зашумел лифт, из которого вышла Лидия Васильевна.

– А где Коля? – спросила она.

– Он в офисе, – ответил ей Сойлгайз.

– Выберите комнату, – напомнил я Лидии. – А потом приходите. Я отправлю вас домой.

– Хорошо.

– Сой, слушай, – решил спросить я. – Мой кинжал, конечно, хорош, но уж очень неудобно его с собой таскать. Положить некуда. Того и гляди, снова потеряю. Может, можно что-нибудь придумать?

– Андрей, – усмехнулся Страж в ответ. – Ты можешь в своём мире абсолютно всё. Используй фантазию.

Я задумался. Затем достал кинжал. Силой мысли я заставил его растечься у меня по руке, а затем направил эту субстанцию на запястье. И вывел там узор, напоминающий тату. После я заставил узор перетечь мне в руку и превратиться обратно в кинжал. А затем снова в татуировку.

В холл вошли Лидия с сыном.

– Мы готовы. Комнату выберем потом, когда окажемся здесь со всеми остальными.

– Ты разобрался с программой? – спросил Сой у Коли.

– Не до конца, она довольно сложная, – пояснил подросток. – Но в целом принцип я понял.

– Пойдёмте, – я указал им на проход, ведущий к порталу.

Отправив своих будущих работников домой, я вернулся в холл. Ира с Соем снова болтали. На этот раз об Энжи.

– Неужели её просто возьмут и уничтожат? – с ужасом спросила Ира.

– Да, – с сожалением ответил Сой. – У ангелов строгие порядки. Они олицетворяют добро и зло в чистом виде. И если кто-то из них нарушает закон – это верная смерть. И если Энжи сделала это, значит, была готова к тому, что случится после.

– Но почему? – не понимала Иришка.

– Люди – очень интересный вид. Наши эмоции и чувства – это наша великая сила. Мы умеем подчинять этим чувствам других, которые никогда не испытывали того, что начинают испытывать, попадая в наш мир.

– Она испытала к твоей матери и к тебе такие чувства, что были важнее, чем её жизнь, – сказал я, сам не понимая зачем. Слова просто слетели с языка.

Ира и Сой ошарашенно посмотрели на меня.

– Ты чего это, Андрюш… – протянула Иришка.

– Он прав, – спас меня Сой. – Энжи прониклась особыми чувствами к тебе. Можно даже сказать, что ты ей как дочь.

– Андрей, – немного помолчав, Ира обратилась ко мне. – Мне тоже надо домой. Надо сдать работу, собрать вещи и вообще. Отправь меня. И сходи завтра на биржу один, хорошо? А то мне на студию ехать..

– Хорошо, – согласился я. – Пойдем.

Проводив и отправив Иришку, я вернулся в холл.

– Пожалуй погуляю по острову.

– Будь аккуратней, – ответил Сой. – Не наткнись на туземцев. Может, отправить с тобой Робаста?

– Нет, спасибо. Просто пробегусь вокруг горы. Хочу её осмотреть.

Не дожидаясь ответа, я вышел из пещеры. На острове был вечер. Солнце садилось за горизонт. Небо было оранжевое, но с каждой секундой темнело прямо на глазах. Вдохнув полной грудью, я побежал. Сначала неспеша, а затем набирая скорость всё выше и выше. Пока местность не стала смазанной. Тогда я снизил скорость и побежал во всё ещё быстром темпе, но достаточно комфортном, чтобы не проморгать красоты острова. Когда я вернулся, около входа лежал Робаст.

– Отдыхаешь?

Разумеется, пантера ничего не ответила мне. Я потрепал Робаста за ухом, на что он только фыркнул и продолжил лежать на земле. Я зашёл в пещеру. Сой был на кухне, что в холле.

– Садись, щас есть будем. Кстати, если хочешь, можешь остаться переночевать здесь.

– Ага, – усмехнулся я. – Для нормального сна человеку нужно восемь часов. На острове усну, а снаружи целые сутки пролетят.

– Ошибаешься, – покачал головой Сой и чего-то перевернул на сковородке. Я так и не заметил, что он готовит. – На острове достаточно двух часов сна.

– Мне кажется это так неудобно, – поморщился я. – Время буквально летит на острове. Ничего не успеваешь сделать…

– Время, наоборот, летит в мире. А на острове замедленно. И это очень удобно, – перебил меня Сой, посолив свой шедевр. – Начинаешь ценить. Тем более не забывай, что тебе придётся жить очень долго, а при течении времени вне острова… Даже не знаю, как выразить свою мысль.

Он накрыл сковородку крышкой и повернулся ко мне:

– Ведь не каждый день происходят события, которые потребуют твоего внимания. И порой приходится долго ждать. Остров помогает немного ускорить этот процесс.

Внезапно послышался шум со стороны входа в пещеру. В холл вбежал Робаст и пронзительно посмотрел на Соя. Тот, в свою очередь, медленно выключил плиту, вздохнул и обратился ко мне:

– Когда ты гулял вокруг горы, тебя заметили. И теперь местных очень сильно интересует, кто ты. И так как тебе придётся жить на этом острове очень долго, придётся подумать, как преподнести себя местным жителям.

– Всё понятно.

Я вышел из пещеры и сразу увидел тех, кто нарушил покой Робаста. Человек десять смотрели со страхом и удивлением, не забыв направить на меня свои самодельные копья. Я же стоял и усердно думал, как мне поступить с непрошеными гостями. Каким мне перед ними предстать – добрым помощником или злым тираном. Наконец определившись, я мысленно представил, что разговариваю с ними на одном языке.

– Друзья, не пугайтесь. Я не причиню вам вреда. Я…

Хм, кем бы назваться. Прости меня, Сой.

– Хозяин этой горы. Если вы хотите помощи – обращайтесь ко мне, и я помогу. Хотите дождя?

Подняв руки к небу, я силой воли заставил идти дождь.

– Будет дождь. Хотите солнца?

Я “попросил” дождь закончиться.

– Будет солнце. Хотите еды?

Я позволил силе течь сквозь меня, и повсюду стали появляться горы фруктов.

– Я дам вам её. Я сделаю для вас что угодно, но помните, что не стоит злоупотреблять моей добротой. Иначе я разгневаюсь и покараю жадных и алчных!

Для пущего эффекта, я вызвал удар грома, который поставил финальную точку в моём обращении. Угадайте, какие лица были у туземцев. Побросав копья, эти дикари сами упали передо мной на колени и залепетали, прося не гневаться.

– Идите домой, – махнул я рукой, немного смутившись от их поведения. – И не тревожьте меня понапрасну.

Искоса поглядывая, жители местного острова подобрали копья и стремительно убежали куда-то в джунгли. Сзади послышались аплодисменты и весёлый смех.

– Начало положено, Анима, – с усмешкой сказал Сой. – Смотри не забудь о своих словах и обещаниях.

Он подошёл и положил руку мне на плечо.

– Я один раз уже поплатился за свои слова… Ладно, пойдём, еда готова.

Сой приготовил спагетти и обжарил пару готовых котлет из заморозки. Сытно поев, я завалился на диван в холле и заставил себя уснуть.

Не знаю, сколько я проспал, но, когда я очнулся и посмотрел на часы, было 7:48. Нормального времени, как и обещал, по которому мы все привыкли жить. Пока я умывался и отходил от сна, прошло ещё полчаса. Ни Робаста, ни Соя, нигде не было видно. В полном одиночестве я отправился на биржу труда, чтобы найти людей себе в работники. Мне нужны были ещё программисты, операторы и уборщицы-поварихи. Вот такой вот нехитрый штат.

После тропической жары в городе было морозно. Я вышел из своей квартиры и сразу это почувствовал. Даже тёплая куртка не спасла. Без всякой задней мысли, я пожелал, чтобы потеплело.

Зря я это сделал…

Прямо на моих глазах снег стал моментально таять, а солнце заметно жарче греть. Прохожие с ужасом наблюдали за происходящим. Кто-то пытался заснять всё на телефон, некоторые что-то кричали или звонили кому-то. Спохватившись, я вернул температурный режим назад.

Надо быть внимательней. Теперь мои мысли подобны ядерному оружию.

Почему-то эта мысль меня веселила. Посильнее закутавшись, я с хорошим настроением направился в сторону метро.

На бирже было не так многолюдно, как я думал. Народ в основном устраивался на работу. Я, наверно, был один из немногих, кто пришёл сюда в поисках работников. Женщина лет сорока даже спросила у меня по привычке:

– На работу устраиваетесь?

– Нет, – ответил я, присев на стул рядом. На бейджике, что был криво приколот к её блузке, было написано «Мария». – Я хотел бы найти работников.

Женщина заметно оживилась.

– Нечасто сюда такие, как вы, заходят, – она немного приблизилась ко мне. – Если честно, вся эта биржа труда – полная лажа. Куча анкет, которые никому не нужны. Все больше по объявлениям и по интернету сейчас работников ищут.

– Охотно верю, – заверил я Марию. – Так вы мне поможете?

– Конечно, конечно! Кто вам нужен-то?

– Так, – начал перечислять я. – Во-первых, программисты.

– Ну, – разочаровалась Мария. – Это не к нам. У нас таких нет.

– Ладно, – немного стушевался я. – Тогда операторы. Ну… Кто-нибудь, кто на телефоне будет сидеть и за компьютером. Информацию отслеживать…

– Секретарши подойдут? – спросила Мария, посмотрев на меня как на умалишенного, который сам не знает, что он хочет.

– Ладно, – махнул я. В конце концов, они занимаются практически аналогичной работой. – Только помоложе, пожалуйста.

Мария пощёлкала в своём компьютере и повернула экран ко мне. На экране был длинный список претендентов. Спустя два часа я, наконец, отобрал четырёх необходимых мне человек: Зимова Анна, 21 год. Рыжие волосы, веснушки. Студентка экономического факультета. Ещё одна студентка, только с педа, Перцова Мария, 19 лет. Длинные чёрные волосы до лопаток, тонкие черты лица. Разбавлю-ка женскую кампанию мужчиной – Кернов Александр, 24 года. Тёмные короткие волосы, узкое лицо. Безработный. И Шаманова Дарья, 20 лет. Светлые волосы, носит очки. Тоже студентка, но психологического факультета.

Теперь осталось найти уборщиц, которые должны при этом хорошо готовить. Таких найти было чуть сложнее, молодых – так вообще нереально, спустя ещё час у меня оказались анкеты и этих недостающих работников: их было всего двое, и первая: Подушкина Тамара Геннадьевна, 51 год. Седые волосы, собранные в пучок, моложавая. Бойкая старушка, чем-то напоминающая Шапокляк. А вторая: Залеева Зинаида Юрьевна, 50 лет. Светло-фиолетовые растрёпанные волосы. Полная дама, весёлая и жизнерадостная, выучившаяся в молодости на повара.

Вот и собран практически весь штат. Оставалось только найти людей, дружащих с программированием. Попрощавшись с Марией и поблагодарив её за потраченное на меня время, я вышел на улицу. Достав мобильный телефон, я набрал номер Комарова Петра, одного из будущих исполнителей. Я заранее записал все номера в память телефона.

– Алло, кто это? – ответил мне динамик мобильника.

– Здравствуйте, Пётр. Вас беспокоит Андрей. Мы с вами виделись вчера, когда я нанимал вас на работу, а затем случайно услышал ваш разговор с сестрой. Помните?

– Да, – коротко ответили мне. Вот, что значит военный человек.

– Это хорошо. Мне нужна ваша помощь. У вас случайно нет знакомых, которые великолепно бы разбирались в компьютерных программах и сетях.

– Я могу поискать. Сколько нужно?

– Трое. Желательно, чтобы они пришли завтра вместе с вами в мою квартиру.

– Хорошо. Я сделаю всё, что в моих силах. До свидания.

– До свидания, – попрощался я. – Спасибо.

Я вернулся домой и обзвонил всех, чьи анкеты взял на бирже труда. Назначил им встречу на сегодня вечером и пригласил в свою квартиру.

Перекусив бутербродами с чаем, я взглянул на часы – 14:03. Встреча была назначена на пять. Я позвонил Иришке, но данный абонент был недоступен. Тогда я решил зайти к соседке и узнать, как у неё дела. Лидия была дома, а вот Коли был в школе. Я прошёл на кухню, но от предложенного чая решил отказаться.

– Даже не знаю, что с Колей-то делать, – переживала женщина. – Осталось всего ничего и школу закончит. Никак бросать сейчас нельзя. А он уж больно работой загорелся. Да и я, если честно тоже. Андрей, пойми, разрываюсь я. С одной стороны, ты прав – образование нужно только для того, чтобы потом устроиться на высокооплачиваемую работу. Ну а с другой стороны, школу закончить ведь надо. Хотя бы школу.

– Я понимаю Вас, – заверил я соседку. – Попробую что-нибудь придумать.

Помолчав немного, я предложил:

– Слушайте, а если поговорить с директором. Может Коля сможет окончить школу экстерном?

– Я уже думала об этом. Невозможно. Обычный он у меня, не гений. Так резко нельзя поумнеть – подозрительно будет.

– А что если он перейдёт на домашнее обучение? Причину можно придумать и организовать. А потом, он просто отлучится от работы на пару недель и сдаст экзамены.

– Может ты и прав, – обрадовалась Лидия Васильевна. – Это может сработать. Я уж не дам этому разгильдяю лениться. Всё выучит наизусть и сдаст.

– Ах да, – вспомнил я. – Заранее Вас предупрежу. Время на острове идёт в три раза медленнее обычного. Одна минута там равняется трём минутам тут. Так что не забывайте об этом.

– Я поняла, – кивнула соседка. – Учту.

– Хорошо, тогда завтра загляните в школу и обо всём договоритесь. Если что, необходимые справки организуем. И завтра вечером я жду вас у себя в квартире. Мы будем перемещаться на остров. Народу будет очень много.

Я встал, собираясь уходить.

– И ещё, – вспомнил я. – На счёт ваших зарплат. Я думаю, что одного миллиона рублей для Вас и шестьсот тысяч рублей для сына, будут достаточным количеством денег в месяц.

– Это слишком много! – у Лидии резко расширились глаза. – За что такие деньги?

– Эта работа вполне может быть связана с опасностью. А любая такая работа должна оплачиваться высоко. И не забывайте, что месяц я буду отмерять по времени острова. А это равняется трём месяцам привычного нам времени.

– Тогда всё понятно, да. Конечно, чего тут непонятно… – Лидия не стала дальше спорить, так как от потрясения её отвлёк звонок в дверь.

Коля, который забыл ключи, вернулся из школы. Я поздоровался с ним, а после вернулся в свою квартиру. На сегодня оставалось одно – дождаться будущих работников.

Наконец-то собрать всех.

Глава 4. Гибель и возрождение

Часть 1. Чудо-остров, чудо-остров…

Часы показывали ровно пять вечера. В дверях раздался первый звонок. На пороге стояла Тамара Геннадьевна – старушка, похожая на знаменитую Шапокляк.

– Здравствуйте, – поздоровалась она. – Это вам нужна уборщица?

– Да, – кивнул я. – Проходите в комнату.

Помимо дивана и кресла, в комнате стояли две табуретки, которые были у меня в квартире. Тамара присела на край дивана.

– Я сейчас… – меня прервал новый звонок.

На этот раз за дверью стояли сразу три девушки, которые должны были стать операторами. А по лестнице поднимался четвёртый претендент на эту должность. Я поздоровался с девушками и впустил их в квартиру. Дождавшись, когда Александр поднимется на лестничную площадку, я впустил и его.

– Проходите, располагайтесь, – обратился я к гостям. – Осталось дождаться ещё одного человека.

Вторая уборщица позвонила в дверь через минуту.

– Простите, что опоздала, – не успев зайти, сказала она, косо поглядывая на меня. – Даме в моём возрасте и с моей комплекцией трудновато подниматься по лестнице.

– Не переживайте, – улыбнулся я. Почему-то её лицо казалось мне знакомым. – Проходите.

Когда последняя работница зашла в комнату и уселась на диван, я обратился к присутствующим:

– Ещё раз здравствуйте. Меня зовут Андрей, и я хочу предложить вам уникальную работу. И чтобы вы дослушали меня до конца, не посчитав за сумасшедшего…

До их прихода я создал ещё один кейс с деньгами. Люди верят, когда видят, а не просто слушают.

– Сразу хочу привлечь ваше внимание к, пожалуй, единственному вопросу, который волнует всех поступающих на работу. Это заработная плата.

Теперь я знал про время на острове и поэтому рассчитал выплаты более точно. Надо только не забыть упомянуть про это своим будущим бойцам. Я открыл кейс, который сразу привлёк внимание.

– Вы четверо, – я указал на молодых ребят. – Будете получать по… кхе… двести тысяч рублей за месяца работы.

Чуть не оговорился…

– А вы, – я обратился к двум дамам. – За свой труд будете получать сто тысяч рублей, совмещая уборку и готовку. А теперь о месте работы.

Хм, как бы так помягче подвести.

– Это остров в тропическом океане.

Саша присвистнул.

– Внутри горы есть специально оборудованные помещения для работы, отдыха и житья.

Я наблюдал за абсолютным неверием на лицах гостей. Кажется, даже кейс с деньгами не очень их убедил. Только сейчас я осознал, как глупо выгляжу. Стоит дебил в простой домашней одежде посреди обычной московской хрущёвки и заливает какую-то херню. А в кейс, наверное, деньги банка приколов положил. Хочу рассказать всё как есть. Пусть будет, что будет.

– Ладно… Я просто буду говорить как есть. У острова есть особенность. Время на нём течёт иначе, чем вы привыкли. Один месяц там равен трём месяцев здесь.

Я взмахнул руками, словно пытаясь указать на мир вокруг.

– Поэтому формально ваша зарплата будет в три раза больше. Если считать по жизни на острове. Сам к этому ещё не привык и немного путаюсь.

Я остановился, чтобы взглянуть на лица будущих работников. По их выражению было ясно: каждый размышлял, уйти сейчас или дослушать до конца. Внутренне усмехнувшись, я продолжил:

– Теперь о роде работы. Насчёт уборки и готовки, я думаю, всё понятно. А что касается вас, – я указал на молодых людей. – Программа будет отслеживать происходящие в мире события. А вы будете сообщать о наиболее критических особым людям, которые также будут работать там. Вопросы?

– Вы шутите, да? – Мария фыркнула. – Вы несёте просто лютый бред. Это что ж за остров такой?

– Наверное, как в песне, – рассмеялся Саша, пропев. – Чудо-остров, чудо-остров, жить на нём легко и просто…

– Примерно так, – усмехнулся я. – Остров и вправду особый. Этакая штаб-квартира.

– И чья, если не секрет? – спросила Анна.

– Моя, – со всей возможной скромностью заявил я.

– И кто же Вы такой, что Вам принадлежит целый остров? – удивилась Тамара Геннадьевна, осматривая квартиру и мой внешний вид, пытаясь понять степень моего сумасшествия.

– Я сообщил вам условия работы. Подробности узнаете при согласии. А делать это или нет – решайте сами.

Образовалась тишина. Я вздохнул. Предложи мне ещё на прошлой неделе подобное, тоже сомневался бы в разумности работодателя.

– Я дам вам время подумать. И буду ждать завтра вечером в 19:00. Здесь, у себя. С вещами.

Все кивнули и молча ушли.

Я набрал Иришку, но она всё ещё была недоступна. Не то чтобы я переживал, просто… Раньше такое уже было, когда Ира не брала трубку неделями. Но в свете новых событий это казалось зловещим. Я поборол это чувство и решил вернуться на остров. Звонок телефона. На экране высветилось имя Петра Комарова.

– Да, слушаю.

– Здравствуйте, Андрей. Я нашёл тех, кого Вы просили. Они согласны на все условия.

– Спасибо за помощь, – обрадовался я.

– До встречи.

Мой собеседник отключился.

Ах да, расскажу о последних моих работниках. И вот она, наша тройка игроков. Абсолютный непоседа Жуков Артём, 19 лет. Псевдоним – Жук. Короткие рыжие волосы, которые постоянно торчат вверх, круглое лицо и торчащие уши. Таинственный Карабинов Олег, 20 лет. Псевдоним – Карабин. Чёрные волосы, зачёсанные назад, смазливое лицо, и очень печальные глаза. Не любит говорить о своём прошлом. И последняя, но не по значению. Яркая Гиварова Юлия, 19 лет. Псевдоним – devo4ka. Типичная блондинка с внешностью куклы Барби, но за всей этой обёрткой прячется профессиональный и умный не по годам хакер.

Недолго думая я, телепортировался на остров с помощью незаменимого деревянного кругляша-телепортера. На острове была ночь. Робаст спокойно спал на своём роскошном ложе, но, едва я вошёл, его голова беспокойно дёрнулась.

– Спи, – тихо сказал я. – Прости, что разбудил.

Пантера фыркнула, и голова снова исчезла где-то в темноте. Её выдавали только светящиеся глаза.

Свет в пещере горел, но словно был приглушён. Торшеры светили очень тускло, и я не раз налетел на стену, пока добирался до библиотеки. Но, услышав храп Соя, я передумал его будить и пошёл в офис.

Включил один из компьютеров и запустил программу отслеживания: большую часть экрана занимала модель нашей солнечной системы. Периодически, на разных планетах и звёздах вспыхивали красные пульсирующие точки. Но тут же потухали. Правда, чем больше их вспыхивало одновременно, тем медленней это происходило, создавая ощущение очерёдности. В правом верхнем углу экрана я заметил зелёный восклицательный знак и такого же цвета слово – авторегуляция.

Большая часть точек появлялись на Земле. Когда на экране появилась очередная, я кликнул на неё мышкой. Картинка приблизилась. На этот раз основной экран показывал остров в Тихом океане. Красная точка пульсировала у побережья. Я ещё раз кликнул на эту точку. Теперь крупным планом показывало побережье. В десяти метрах от воды продолжала пульсировать точка. Я навёл на неё, и всплыл небольшой экран с дополнительной информацией: «Замечена аномалия. Неизвестный вид». В нижнем правом углу экрана появилась надпись «Включить портал». Точка стала передвигаться вглубь острова. Внезапно точка исчезла, а от передвигающего объекта повалил дым. Так это выглядело на экране, на самом деле это был пепел, развеянный ветром. На экране появилась надпись «Объект уничтожен». Значит вот что означает авторегуляция. Все аномалии просто уничтожаются. Без разбора. Я вышел из программы и выключил компьютер.

После этого я решил осмотреть офис. Как-то пусто… Чего-то здесь явно не хватало. Внезапно моё внимание привлекла небольшая панель с кнопками, которая находилась на стене, слева от телевизора. Я подошёл к ней. Напротив кнопок были надписи: бассейн, джакузи, баскетбольное кольцо, теннис и боулинг.

Странный набор.

Я нажал на кнопку “бассейн”. Кнопка зажглась зелёным цветом. Обернувшись, я заметил, как в полу образуется большое прямоугольное углубление, постепенно заполняющееся водой. Когда бассейн полностью сформировался, я, ошеломленный происходящим, быстро разделся до трусов и прыгнул в прохладную воду. Поплавав немного, я вышел на подогретый пол пещеры. Мудрая гора предусмотрела даже развлечения для будущих обитателей. Ещё раз нажал на кнопку, и бассейн растворился в воздухе.

Я к этому никогда не привыкну.

Высушив себя, я оделся. Видимо, звуки плескания в воде разбудили Соя, потому что свет, который горел тускло, внезапно засветился чуть ярче. В офисе снова стало светло, как днём.

– Обнаружил бассейн? – заходя в офис, спросил он, помахав мне рукой.

– Ага! – радостно ответил я. – Освежает.

– Кофе будешь?

– Нет, спасибо, – отмахнулся я. – Кстати, Сой, всё время хотел спросить. А где здесь туалет?

– В каждой из жилых комнат. И в начале жилого коридора, за левой дверью, – пояснил он, указывая рукой куда идти.

– Спасибо. Пойду наведаюсь.

– Тогда буду ждать тебя в библиотеке.

Спустя пару минут я вернулся. Сой сидел за одним из столов.

– Иди сюда, – позвал он. – Я хочу тебе кое-что показать.

В руках у него был длинный пергамент.

– Это список миров, в которых пробудилась Анима. Точнее, в которых она выжила и существует в данный момент. Наш мир сейчас 88-й. Теперь этот пергамент твой.

Я пробежал глазами по списку. Первым был Фоспаут, вторым Ворлдэнжер, третий Висдом, а четвёртым был Треворлд. Четыре мира, Анимы которых входили в Совет.

– Чем занимается Совет? – спросил я, вспомнив о том, что в энциклопедии об этом указано не было.

– Трудно сказать, – Сой смутился. – Официально они именуют себя учителями молодых Аним типа тебя. Совет даёт, кхм, советы: объясняет то, чего молодые Анимы не могут понять.

Сой приложил пальцы к вискам и продолжил чуть тише:

– А неофициально… Они тираны, которые хотят удержать всю власть в своих руках, и им это с успехом удаётся. Те, кто не соглашается плыть по заданному ими курсу, несут тяжёлые наказания. Ходит мнение, что именно Совет когда-то давно уничтожил мир фениксов. Не желая больше никого принимать в свои ряды, они истребили фениксов за то, что те претендовали на место в Совете. Да не просто место – Анима фениксов заявил о праве на первенство своего мира.

Сой вздохнул:

– А теперь от их мира остался лишь осколок родной планеты, который дрейфует неизвестно где во Вселенной. Из-за страха никто не хочет даже пытаться его искать. Разумеется, и доказать не в силах. Так что это всего лишь слухи и домыслы.

Феникс внутри меня издал тоскливый стон. Я осознал: это правда. В этот момент сознание затуманилось, и я рухнул.

Открыв глаза, я не сразу понял, где нахожусь. Это было воистину райское место. Надо мной пролетели несколько фениксов. Я последовал за ними и практически сразу вышел к обрыву. Внизу, в долине, которая была полностью окружена высокими пластами земли и камня, находился город. Среди зелени, на высоких деревьях явственно различались ярко-красные домики – небольшие, в них залетели фениксы, за которыми я шёл.

Это был их мир.

Планета Ребайт. Потерянная во Вселенной.

Мирную идиллию прервал звонкий пронзительный крик, который раздался где-то вдалеке от города, в лесу. Фениксы оживились. Птицы стали собираться стаями и вылетать в ту сторону. Внезапно лес стал на глазах осыпаться и иссыхать. Я заметил, что лес уничтожался «волнами», которые исходили от маленького щуплого зелёного человечка, прислонившего руки к земле. В этом человечке я узнал советника Анита. Он распространял вокруг себя какой-то яд, который уничтожал лес.

Небо заполнилось облаками, пошёл дождь со снегом. А потом огромные куски льда стали падать на фениксов, которые пытались отбиться от ангелов, круживших в воздухе, пытаясь уничтожать как можно больше птиц. Высоко в небе, над облаками, которые расступились ненадолго, показался советник Триса. А ангелами управлял советник Грей.

Фениксы умирали прямо у меня на глазах. То здесь, то там вспыхивали и сгорали их тела, не успев долететь до земли. Это чудовищное уничтожение продолжалось около часа, город затопило, и через какое-то время…

Не осталось никого.

Лишь три советника зависли в воздухе над этим огромным озером. Откуда-то появилась советник Олин, взмахом ладони заморозила воду. Все четверо переглянулись и кровожадно улыбнулись. На планете не осталось никого, кроме них и давящей тишины. Они взялись за руки, образовав круг, в середине которого стал появляться ослепительно белый шар. Советники подняли руки вверх, а затем резко опустили. Вслед за этим движением шар резко упал вниз и врезался в центр замёрзшего озера. А советники испарились в воздухе.

Раздался взрыв.

Я зажмурился. Когда снова открыл глаза, то увидел перед собой большую мёртвую глыбу, оставшуюся после гибели планеты. За спиной образовалась чёрная дыра, которая медленно расширялась, затягивая в себя куски разрушенного мира. Но тот осколок, на котором находился я, отнесло взрывом дальше, и чёрная дыра не могла затянуть его.

Видимо, достаточно долгое время осколок блуждал в космосе, пока на нём не появилась трещина. Из этой трещины повалил пар, а затем вырвалась птица феникс, которая, набрав фантастическую скорость, унеслась в неизвестном направлении. Что-то потянуло меня к этой трещине. Я сначала заглянул в неё, но, ничего не увидев, решился спрыгнуть. Я не разбился, а, пролетев несколько километров, завис в воздухе. Передо мной предстала удивительная картина. Среди раскалённой лавы на небольшом кусочке земли росли деревья. А на этих деревьях виднелись несколько ярко-красных домов. Из них вылетали фениксы и ныряли в лаву. Выжившие. Внезапно из лавы вылетела птица, которая была крупнее остальных. Она пронзительно вскрикнула.

Феникс внутри меня отозвался этому крику, и я снова закрыл глаза.

А когда открыл, увидел перед собой удивлённое лицо Сойлгайза.

– Ты потерял сознание, – заметил он. – Только вот не пойму, с чего.

– Я видел гибель фениксов, – прошептал я, поняв что случилось.

Я рассказал Сойлгайзу о том, что только что увидел. Он выслушал меня, а затем стал очень серьёзным.

– Ты хоть понимаешь, что если всё произошло именно так… Я даже не могу представить, что сделает с тобой и нашим миром Совет, если узнает о том, что ты всё знаешь. Хотя нет, могу. Они сделают то же самое, что испытали на себе несчастные фениксы. Так что лучше помалкивай о том, что увидел. Старайся не выделяться. Не лезь на рожон. Они уже знают, что при твоём пробуждении была замечена птица феникс, но то, что она в тебе, не знает никто, кроме ларида. Ты должен будешь найти его и заткнуть навсегда. Правда ни в коем случае не должна всплыть. Иначе нашему миру грозит гибель, – Сой в панике начал расхаживать по библиотеке, затем, тяжело вздохнув, помог мне подняться.

Я сел на стул и создал стакан с водой. Отхлебнув немного, я, наконец, окончательно пришёл в себя:

– Значит, вот почему фениксы не могут полностью завершить ни один процесс возрождения. Их мир уничтожен, а значит, Анима их мира слаб настолько, что может быть в спячке. Или уже мёртв.

– А значит, слабы все в этом мире.

– И что мне с этим делать?

– Пока ничего сделать нельзя, – подумав, ответил Сой. – Можно только ждать.

– А если у фениксов осталось мало времени? Что, если мы не успеем? – воскликнул я и почувствовал, как от феникса исходит тепло.

Он благодарил меня. А затем, снова пронзительный крик. И я опять теряю сознание.

Передо мной снова был осколок планеты Ребайт. Трещин было намного больше, и даже, кажется, сам осколок уменьшился в размерах. Я снова прыгнул в одну из трещин. То, что я увидел, привело меня в ужас. Лес заметно поредел, дома разрушены, лава почти исчезла, местами остыла. Но самое главное – больше не было ни одного феникса. Внезапно всё стало трястись, деревья ломались, островок, на котором был когда-то город выживших, стал погружаться в бурлящую лаву.

Меня вынесло на поверхность осколка. Я увидел, как из многочисленных щелей валит пар. На какую-то долю секунды всё затихло, а затем раздался взрыв. Я инстинктивно зажмурился, а когда открыл глаза, увидел перед собой птицу феникс. Ту, которая была немного больше остальных. Пара слёз скатилась из её глаз, когда она осмотрела то немногое, что осталось от их дома. Феникс вскрикнул, и в этом крике отчётливо были слышны грусть и бесконечная боль. Превратившись в огненную стрелу, птица унеслась в неизвестном направлении. Лишь небольшой кусок когда-то великой планеты остался в космосе.

Остывший и безжизненный.

Я очнулся. Сой с иронией смотрел на меня:

– Тебе не надоело падать в обмороки? Что-то больно впечатлительный ты стал. Чуть что – сразу…

– Подожди, – раздражённо перебил я Сойлгайза. – Я оказался прав. У фениксов действительно мало времени. Осколок планеты, на котором теплились остатки их жизни, остыл в космосе, и был практически уничтожен окончательно. Но самое удивительное то, что Анима не погибла. Душа их мира жива. Она выжила.

– Но это невозможно, – поразился Сой. – Если мир погибает, Анима гибнет вместе с ним, даже если у неё нет ни единой раны.

– Я не знаю, почему феникс выжил… – изнеможённо отмахнулся я и снова отрубился.

На этот раз просто уснув. От всех этих потрясений я очень устал.

Проснулся я на диване в холле. Рядом, в своём ложе лежал Робаст, чутко прислушиваясь к каждому шороху. Свет был снова приглушён. Я посмотрел на часы – 5:23. Я встал и тихо вышел из пещеры. На горизонте уже начинался рассвет. Вдруг я заметил, как из джунглей появляется странно одетый человек, который поспешил ко мне. Это был шаман одного из племён, проживающих на этом острове.

– Приветствую тебя, повелитель горы, – в поклоне обратился ко мне шаман. – Будь благосклонен к народу нашего племени. Прими этот скромный дар, – он махнул в сторону джунглей, и пара крепких воинов вынесла дикого кабана, убитого стрелой в сердце. Воины положили убитое животное у моих ног. – Я от лица всего нашего племени прошу помочь нам. Дочь вождя больна, и я никак не могу справиться с болезнью. Прошу тебя – вылечи её. И мы никогда не забудем твоей добродетели.

Я, недолго думая, кивнул в ответ. Затем, обернувшись, тихо позвал:

– Робаст! Иди сюда.

Через секунду, из пещеры выскочила пантера, явно готовая к бою.

– Тихо, успокойся. Жители обратились ко мне за помощью, – сказал я. – Забери кабана. Это твой завтрак.

Пантера с голодом взглянула на убитого кабана. А затем с благодарностью посмотрела на меня. Жадно схватив убитое животное за шею, Робаст потащил кабана к подножью горы. Немного левее от входа в пещеру виднелось небольшое углубление.

– Неужели Сой тебя плохо кормит? – с улыбкой спросил я пантеру, а затем попросил шамана отвести меня к девушке.

Два часа мы пробирались через джунгли. Наконец, перед нами возникла небольшая деревня. Круглые и прямоугольные хижины, загоны для коз и кур, невысокий забор и хлипкие вышки у ворот, где дежурили наблюдатели. Как только они увидели нас, один из них дунул в трубу. На шум из ворот выбежало всё поселение.

Вперёд вышел вождь. Он провёл меня к одной из хижин, где лежала молодая девушка. Она была вся в поту, её лихорадило. Я понял, что не знаю, как ей помочь. Девушка тяжело вздохнула и потеряла сознание. Ситуация казалась критической.

– Давно? – спросил я у вождя, который с ужасом наблюдал за страданиями своего дитя.

– Третий день, – тихо сказал он. – Её укусил паук.

Вождь показал на две маленькиегноящиеся ранки на правом плече.

Я задумался, как мне быть. Я пожелал, чтобы она выздоровела, но её продолжало лихорадить. Я понял, что так нельзя. Мои действия должны быть последовательными. Внезапно девушка широко раскрыла глаза, вздрогнула, посмотрела на отца и умерла, тяжело уронив голову на землю. Вождь вскрикнул и бросился к дочери. Слёзы текли по его лицу. Он со злостью и болью посмотрел на меня.

– Ты не спас её!

Я был в замешательстве. Мысленно воззвав к помощи, я услышал крик феникса. За доли секунды я понял, что надо делать.

– Готовьте дрова. Мы будем возвращать вашу дочь к жизни, – твёрдо сказал я.

Вождь ошарашенно посмотрел на меня. А затем выскочил из хижины и стал отдавать приказы жителям деревни. Через пять минут он заглянул ко мне.

– Всё готово.

Я взял девушку на руки и вышел из хижины. Посередине деревни, где была площадь, появился алтарь из дров прямоугольной формы. Сверху лежали плоские бревна, на которые я положил девушку.

– Отойдите, – скомандовал я и закрыл глаза.

Мне нужен не просто огонь, а огонь возрождающий. Исцеляющий тело и душу. Мне нужен огонь фениксов. Я почувствовал, как птица внутри меня набирает жар. Я вытянул руки и направил этот жар на дочь вождя.

Дрова под ней загорелись, но пламя не спешило браться за девушку. Феникс внутри меня всё больше разогревался. Вместе с ним росла и температура моего тела. Я увидел, как у меня загорелись руки и ноги. Затем огонь перешёл на плечи, спину и грудь. Это был огонь, который не сжигает, а возрождает, восстанавливает тело. Огонь разливался по моему телу, устремляясь к рукам. Из ладоней вырвалась струя пламени, сжигая дочь вождя прямо на глазах. Последняя искорка с моего тела перешла на девушку. Огонь с огромной силой вспыхнул в последний раз, а затем самостоятельно потух.

Стоящие вокруг жители деревни испуганно ахнули. Из пепла, который остался вместо алтаря, кашляя, вылезла голая дочь вождя. Она была вся в саже. Но она была жива. Не веря своим глазам, вождь бросился к ней. Сорвав с себя шкуру убитого животного, он накинул её на дочь, дабы прикрыть её наготу. Успокоившись, вождь подошёл ко мне.

– Спасибо, – поблагодарил он. – Прости, что сомневался в тебе, повелитель горы. Мы всегда будем рады тебе и твоим друзьям у нас в деревне.

– Спасибо, – тихо сказала дочь вождя, всё ещё кашляя.

– Не за что, – смутился я.

В воротах появилась пантера. Это был Робаст, который всем своим видом показывал, что пришёл за мной.

– Мне пора, – кивнул я в сторону пантеры. – Берегите себя.

Я пошёл к ждущему меня Робасту. Он привёл меня обратно к пещере. Я зашёл, а пантера осталась сторожить вход. В холле сидел Сой и пил чай.

– Ты куда исчез?

– Помогал местным жителям, – присев, ответил я.

Ходьба по джунглям меня утомила, хотя назад мы дошли гораздо быстрее. Видимо, хитрец Робаст свои владения знал намного лучше, чем местные жители.

– У вождя была больна дочь. Её укусил ядовитый паук. Я не успел её вылечить, и она умерла. Поэтому мне пришлось возвращать её к жизни, в чём мне очень сильно помог феникс.

Услышав о том, что произошло, Сой не очень удивился.

– Видимо, живя в тебе, эта птичка набирает силы и постепенно восстанавливается.

– Нет, – не согласился я. – Помнишь, я говорил, что упал в магму, когда первый раз оказался здесь?

– Ну, – кивнул Сой.

– Именно в тот момент феникс во мне возродился вместе со мной в полную свою силу. Он получил подпитку от магмы.

– Может быть, – согласился Сойлгайз.

– Ладно, – встал я. – Мне пора. Сегодня будет полное переселение работников на остров, так что жди много гостей.

– Примем в лучшем виде, – заверил меня Страж.

Мы встали. Сой проводил меня до портала. К моему удивлению, в комнате, за просмотром телевизора меня ждала Иришка.

– Ты на острове был? – спросила она, как ни в чём не бывало.

– Угу, – присел я рядом. – Ты вчера не отвечала, вот я и отправился без тебя.

– Понятно, а я с работой запарилась вчера. Сразу несколько проектов сдавала. Вечером пришла домой и сразу уснула.

– Я переживал за тебя.

– Глупенький! – Ира улыбнулась. – Всё хорошо.

И когда я отвернулся, незаметно опустила глаза, стирая с них слезинку. Я посмотрел на часы – 15:55.

– Через три часа должны прийти работники, – вслух заметил я.

– Ах да, – повернулась ко мне Ира. – Совсем забыла. Как ты вчера день провёл? Всех нашёл? Прости, я сегодня немного заторможена. До сих пор все мысли о работе и новой коллекции. Привычка, – пожала плечами Иришка.

– Ничего страшного, – заверил её я и рассказал обо всём, что произошло за то время, пока мы не виделись.

– Ты врёшь! – воскликнула Ира, когда услышала про гибель фениксов. – Совет разве способен на это?

Вдруг моя подруга вскочила как бешеная и заметалась по комнате. Наконец, подскочив к шкафу, она взяла энциклопедию, которую я засунул к другим книгам. Раскрыв её на середине, Ира спросила: «Как погибли фениксы?». Но всё, что выдала книга, это фразу: «Нет информации».

– Вот видишь, – показала она мне. – А ведь эта энциклопедия пишется независимо от всех.

– Ага, только не забывай, кто её прислал, – напомнил я подруге. – Совет. И лично советник Олин.

– Ты думаешь?

– Да. Я уверен, что, либо она автор книги. Либо цензура всё-таки присутствует. Либо лишнюю информацию удалили. А может, просто закодировали.

– Может, Лидия поймёт, в чём дело? – вслух задумалась Ира. – Смогла же она сообразить, как выуживать информацию из этой книги.

– Я обязательно отдам ей эту книгу на изучение, – заверил я Иру.

И продолжил рассказ о своих приключениях на острове. Почему-то Иру тоже не очень удивил рассказ о воскрешении девушки. Она так и сказала:

– Ничего удивительного. Мало того, что в своём мире ты способен на всё, на твоей стороне ещё и фениксы с их знаниями и мудростью.

За разговором мы провели час. Ещё час мы потратили на приготовление и поедание ужина. А затем я стал собирать вещи. Иришкин чемодан на колёсиках уже был готов и стоял в коридоре. Я же скидывал вещи в обычную спортивную сумку. Вещей у меня было немного. Я вызвал вихрь-портал, и мы с Ирой переместились на остров. Нас встречал Сой.

– Вы рановато, – заметил он.

– Всего лишь вещи забросить, – пояснил я.

Ира отнесла свои вещи в заранее занятую комнату, а я спустился к себе в кабинет. Создав рядом со столиком небольшой стенной шкаф, я забросил сумку туда. Когда я поднялся обратно в холл, Иришка уже ждала меня у портала. Мы переместились обратно в квартиру. Это маленькое путешествие забрало у нас ещё полчаса. До прихода работников оставалось всего тридцать минут. Эти полчаса мы провели с Ирой в разговоре о Совете и фениксах.

Когда раздался первый звонок в дверь, на часах было 18:55. Это были мои соседка с сыном.

– Мы вовремя?

– Даже немного раньше, – заверил я её и пригласил в комнату.

У Лидии с сыном тоже были точно такие же чемоданы, как у моей подруги. Я почувствовал себя немного устаревшим. Сын Лидии изменился до неузнаваемости. Его прежняя лень исчезла без следа. Теперь он выглядел серьёзным и ответственным. По большей части… Подростку для изменений к лучшему нужно было лишь одно – доверие. Раздался ещё один звонок в дверь. На этот раз это были две пожилые женщины, которые держали друг друга под ручки.

– Фух, опять еле поднялась, – пожаловалась полная дама, Зинаида Юрьевна.

– Проходите, – я пропустил женщин в квартиру и помог затащить большие потрёпанные сумки, в которых у женщин были все их пожитки.

Я верил, что они согласятся.

Я остался в коридоре, услышав, как в комнате все друг с другом здороваются и знакомятся. Ровно в семь раздался третий звонок в дверь. Это были все исполнители, которые занимали не только лестничную площадку, но и обе лестницы, ведущие вниз.

– Заходите, – пригласил я их в квартиру. – Постарайтесь все уместиться.

За очередью бывших телохранителей и охранников, оказалось, стояли операторы, которым пришлось ждать на пролёте ниже.

И они тоже пришли… Я, конечно, рад, что не придётся снова искать работников, но то, как эти люди соглашаются на такую авантюру, звучащую как бред из моих уст… Даже не знаю, пугает или вызывает восхищение?

Когда все уместились в квартире, я встал в дверях комнаты и ещё раз со всеми поздоровался. Никогда ещё моя квартира не принимала столько гостей. Я осмотрел присутствующих. Заметив трёх неизвестных молодых людей, которые стояли рядом с Петром, я понял, что это обещанные программисты. Откашлявшись, я начал своё обращение к присутствующим:

– Надеюсь все взяли с собой вещи. Я ещё раз напоминаю, что та работа, которую я вам предлагаю уникальна. То, что вы увидите, может поразить вас, возможно даже поменять ваше мировоззрение. Ещё раз хорошенько подумайте, согласны ли вы.

Все присутствующие согласились, ответив недружно «да».

– Хорошо. Потом не говорите, что я не предупреждал. Я отошёл к ванной и бросил телепортер рядом с входной дверью.

– Просьба соблюдать очередь и не толпиться, – попросил я присутствующих. – Ир, не забудь книгу.

– Хорошо! – крикнула подруга и первой шагнула в вихрь. Вторым был Коля, а за ним Лидия Васильевна. Потом, немного погодя вошли все исполнители. За ними программисты. Потом уборщицы и последними операторы.

На их лицах хоть и был испуг, но совсем не было сомнений.

Я напоследок оглядел пустую квартиру, понимая, что вряд ли сюда ещё вернусь, и шагнул в вихрь, который разорвал меня на миллион кусочков и собрал в другом месте – на острове. Я подобрал кругляш и зашёл в холл. К моему удивлению, за столом поместились все. Сой притащил ещё стульев и стоял немного в стороне, рядом со столом с граммофоном. Иришка развалилась на диване и гладила Робаста, который положил ей голову на колени.

– Теперь здесь вы будете жить и работать ближайшие годы. Время на острове течёт по-иному, и стареть вы будете медленнее своих родных и знакомых. Так что те, у кого есть семья, могут пригласить их сюда. Если они не согласятся, претензии просьба не предъявлять.

Меня накрыла дрожь. Старая жизнь подошла к концу.

– Теперь на наших с вами плечах судьба целого мира. Согласившись на эту работу, вы своим устным согласием подписали со мной договор. Через одиннадцать дней в нашем мире отключится авторегуляция. А значит, помощь нашему миру ложится на наши плечи. У вас есть десять дней, чтобы попрощаться с родными и друзьями или уговорить их приехать сюда. А потом, вы должны будете приступить к работе.

Я указал на двенадцать человек из охранной фирмы:

– Будете называться исполнителями. У вас будет самая сложная и опасная работа.

А после обратился к операторам.

– Вы будете следить за нашим миром с помощью особой программы и сообщать об опасных случаях исполнителям. А если случай будет особо сложный, то мне. Программисты будут следить за компьютерами и, я надеюсь, улучшат изобретённую Сойлгайзем программу.

Все внимательно меня слушали, не перебивая и не задавая ни одного вопроса. Всё чудесатей и чудесатей.

– А вы, – я указал на пожилых женщин. – Должны поддерживать в пещере порядок и готовить для остальных.

Я подошёл к соседке

– Это Лидия, моя секретарша. И её сын Коля, он будет одним из операторов. А эта фифа на диване…

Я усмехнулся посмотрев как она машет мне кулаком.

– Ирина, ваш непосредственный начальник. Все вопросы, связанные с работой и возникшими проблемами, будете решать с ней

Оглянувшись я нашёл главного жителя нашего штаба.

– А это Сой – Страж горы. Он объяснит вам более подробно ваши обязанности, покажет помещения внутри пещеры и расскажет о той системе, куда влился наш мир. И, конечно же, наш общий охранник и Страж острова – пантера Робаст. Располагайтесь. Выбирайте комнаты. Ирин, проводи их, пожалуйста. Добро пожаловать на остров!

Часть 2. Совет

Приближался день, когда наш мир должен был лишиться авторегуляции Вселенной. Это означало, что мне предстояло взять управление миром на себя и выбрать его путь развития.

Накануне я вспомнил, что это ещё и женский праздник. Он удивительно совпал с завершением двух недель. День в день.

Ну а сегодня несколько работников должны были вернуться на остров. Игорь пробыл эти дни с женой, которая согласилась перебраться на остров. Её звали Галина. У неё были голубые глаза и тёмные волосы с рыжими прядями. Она была худенькой, при этом имела большой аппетит и умела хорошо готовить, поэтому присоединилась к персоналу, став поваром. Операторы Мария и Анна вернулись одни, но девушки не очень переживали – у них были большие планы, в которые входили мужчины-исполнители. На остров также должна была вернуться Тамара Геннадьевна, которая провела эти дни с внуками. Эти работники вернулись ближе к вечеру.

Операторы практически в совершенстве изучили программу, а программисты подбирали коды взлома для извлечения секретной информации из Пентагона и прочих баз данных. В этом им усердно помогала Лидия, к которой программисты прониклись искренней симпатией. Исполнители каждый день усердно тренировались.

Сой в один из дней исчез на некоторое время, отправившись за пределы острова. А потом вернулся с большой сумкой, в которой были новейшие прототипы оружия и различной техники. Особенно рад этим игрушкам был Михаил, который обожал оружие. Попросив меня не спрашивать, где он это достал, Сой лукаво подмигнул.

Утро восьмого марта девушки встретили на пляже острова. Они решили устроить себе полноценный выходной: отдохнуть, покупаться и позагорать. Ну а я обеспечил их фруктами, лежаками и хорошей погодой. В честь праздничка, так сказать. Исполнитель Саша умудрился собрать всех мужчин и спел девушкам песню собственного сочинения под аккомпанемент гитары. Сначала я не хотел участвовать, но, увидев осуждающие взгляды, согласился. Девушки сетовали только на одно: на острове восьмое марта прошло уж больно быстро.

Я ничего не почувствовал, когда операторы заявили об отключении нашего мира от Вселенной. Просто из программы исчезло слово «авторегуляция». Как только это случилось, Сой напомнил мне о том, что пора навестить Совет.

«Мир Солнечной системы под общим названием Земля был отключён от АСУ (автоматической системы управления), более известной как авторегуляция Вселенной. Его развитие и дальнейшая судьба пали на плечи новоявленного Анимы. Каким станет мир – теперь зависит только от него.

– Из книги «История миров».

Каждый был чем-то занят. Операторы сидели за компьютерами, отслеживая события в мире, парни-хакеры помогали им. Не было только Юли под ником «devo4ka». Она настраивала для Лидии систему мониторинга у ядра планеты. Она единственная из хакеров не побоялась туда спуститься. Иришка тренировалась с исполнителями, которые учили её самообороне. Без Энжи внутри даже вековой опыт был малополезен. А Сой стоял рядом со мной и давал последние указания:

– И не забудь, что ни в коем случае, ни за что на свете и ни под какими пытками тебе нельзя упоминать о фениксе внутри тебя. Да, – опередил он мой вопрос. – Тебя спросят.

Он на секунду замолчал, почесав нос:

– Нет, я уверен, что у тебя будут выпытывать всё до мельчайших подробностей. Но ты не должен сознаваться. Советник Трис видит истину и при нём соврать практически невозможно, но…

Сой положил мне руку на плечо и посмотрел прямо в глаза:

– Включи дурака.

Он начал ходить, размахивая руками:

– За тобой будут долго наблюдать, будут ждать проявления феникса, но так как этого не случится… Этого ведь не случится?

Он остановился и сурово посмотрел на меня.

– Я надеюсь, – мой голос был неуверенным.

Сой не сводил с меня глаз. Мне оставалось лишь пожать плечами. Я и правда не был уверен. Вдруг фениксу захочется снова показать мне прошлое, и я прямо при Совете хлопнусь в обморок.

– Если не напортачишь, от тебя отстанут. Со временем. Надеюсь… Но всё равно будь осторожен в своих решениях и словах. Удачи.

С этим пожеланием я шагнул в открытый портал, оказавшись в совершенно другом месте. Вернее, в другом мире. Фоспаут.

Я огляделся. Вокруг меня были белые мраморные стены, словно я находился в каком-то храме или замке. Портал, спрятанный в небольшом углублении, выводил в главный зал. По соседству, вдоль стен и напротив, располагалось около десятка таких же углублений с порталами.

Всё в главном зале поражало воображение. Особое внимание привлекали большие массивные двери, которые вели к Совету, в зал Собрания. На них была причудливая резьба, переливающаяся золотом и серебром. Двери сразу приковывали взгляд. Почему? Всё дело в невероятном размере. Если сам зал был высотой метров тридцать, то метров двадцать пять занимали только эти массивные монолиты. Даже представить боюсь, какая сила прикладывается, чтобы их открыть.

На противоположной от них стороне был водопад, падающий почти бесшумно. Журча, вода разливалась по залу, следуя по множеству специальных углублений в полу. Все вместе они создавали невообразимый узор, который был прекрасно виден тем, кто летал в воздухе надо мной.

Кстати, кого здесь только не было…

Разумеется, вездесущие ангелы. Птеродактили… Да, они не вымерли. Просто это были существа другого мира, которые потом вернулись к себе. Взрывающей мозг расцветки огромные птицы. Также я заметил парочку малюсеньких сказочных фей, жужжащих крыльями, словно стрекозы. И подозрительно больших летучих мышей. И, конечно, они оказались вампирами.

По залу ходили маленькие хрупкие зелёные человечки-веточки – жители мира Фоспаут, парили белесые существа, как две капли воды похожие на советника Олин. В дальнем углу стояли и шептались оборотни, которые с недовольством посматривали на летающих мышей-вампиров.

Внезапно из прохода вылетел красный японский дракон. Он напоминал огромную змею с необычной мордой, в которой сочетались черты волка, льва, оленя и сома. У дракона было четыре лапы, но не было крыльев. Он подлетел к водопаду и жадно начал пить воду. Напившись вдоволь, чудовище исчезло в том же проходе, откуда появилось.

Все мифы, все сказки, все фантастические истории, которые известны на Земле – лишь отголоски других миров.

Прикрыв рот, который сам собой открылся, я ещё раз окинул взглядом зал. Белый мрамор, рисунок из воды, серебро и золото, которые тонкими линиями создают узор от дверей по всему залу, формируя удивительное сочетание со струящейся водой, и да… Растения. Невероятное количество растений. Зелень выглядела очень эффектно на белом фоне. Сразу становится понятно, что вода, которая протекает по всему залу, имеет не только эстетическую функцию. Растения росли на полу, на стенах и даже на потолке. В коридорах, кстати, тоже росли растения. Посередине зала была целая цветочная поляна, которая своим благоуханием так и манила полежать рядом с цветами. Небольшие деревья создавали тень, в которой я заметил сидящих на траве жителей мира Фоспаут. Буду называть их эльфами, так как они очень похожи на этих существ.

И всё это великолепие освещало яркое белое солнце сквозь стеклянный купол потолка. Я даже забыл, зачем пришёл сюда. Но мне напомнили. Идиллическую картинку разрушил высокий женский голос, эхом разнёсшийся по залу:

– Анима мира Земля, пройдите в зал Собрания. Совет готов принять Вас.

Очнувшись, я прошагал к массивным дверям. Они чуть приоткрылись с тихим скрипом, приглашая меня войти. Вздохнув, я вошёл и оказался в небольшой затемнённой комнате. На фоне водопада среди выступающих камней за массивным столом из цельной скалы сидели советники.

– Пройдите на середину круга, – попросил меня Анит. – Вас зовут Андрей?

– Да.

Я встал в центр и почувствовал себя очень неловко. Такое ощущение, как будто я находился на суде в качестве обвиняемого. Я нервно сглотнул. Это не осталось незамеченным.

– Не переживайте, хотел бы сказать я, но… – с легкой улыбкой протянул советник Грей. – Это не Ваш случай. Давайте сразу от любезностей: «Добро пожаловать во Вселенскую систему миров», «мы рады Вас видеть» и тому подобного, перейдем сразу к делу. Один очень интересный факт привлёк к Вашей персоне много внимания.

Он опёрся руками на стол и внимательно посмотрел на меня. Остальные тоже не сводили глаза.

– Подтверждаете ли вы, что при пробуждении рядом с вами была замечена птица феникс?

Я внутренне поразился прямолинейности и хамству Анимы ангелов. Я не успел ответить на поставленный вопрос, так как в разговор вмешался Анит:

– Уважаемый советник Грей, давайте не будем пугать новоиспеченного Аниму…

– А я и не пугаю, а вполне конкретно спрашиваю. И до сих пор, кстати, жду ответа.

– Да, – подал голос я. – При моём пробуждении и вправду появился феникс.

Кажется Грея не очень волновал ответ на тот вопрос в отличии от следующих.

– Рядом с вами в этот момент находилась преступница. Существо моего мира. Энжелик. Что Вы знаете о ней?

– Почти ничего. Только то, что она была из другого мира и её цель состояла в том, чтобы дождаться моего пробуждения и завербовать участвовать в войне, которая поглотила Ваш мир.

Советник Трис незаметно для других улыбнулся. Видимо ему понравился ответ.

– Допустим, – не унимался Грей, вена его шее надувалась. – А что Вы скажете в своё оправдание, если я напомню о том, что Вы помогали этой преступнице и сражались с ангелами. И убивали их.

Я не выдержал и разразился тирадой:

– А что Вы скажете в своё оправдание, если я сообщу Вам о том, что на меня напал оборотень с явным намерением убить? В момент, когда я был наиболее уязвим. И что я должен был думать о ранее неизвестных мне ангелах, которые пытались убить мою подругу? Я защищал её. К тому же, Энжелик спасла меня. Я вернул долг.

Советник Трис вовсю улыбался. Даже советник Анит усмехнулся.

– Признай своё поражение в этих дебатах, – повернулся Анит к советнику Грею.

– Никогда! – с яростью отмахнулся Грей, сжимая кулаки. – Он убил ангелов. Детей моего мира. И должен понести наказание.

– Не должен, – тихо заговорил советник Трис. – Всем известно, что оборотни работают на тебя, уважаемый советник Грей. И всем известно, что ты посылал их к беззащитным Анимам. И, кажется, ты больше не имеешь права на такое. Ты нарушил наше соглашение. А значит, этот Анима может предъявить обвинение. Я думаю, нарушения, которые неоспоримо совершались с обеих сторон, взаимопогашаются. Впрочем, мы можем наказать этого Аниму, а потом поговорить и о твоём наказании.

– Не надо, – пробурчал советник Грей и откинулся в кресле, сложив руки перед грудью.

– Простите его, – продолжил Трис. – И попробуйте понять.

Он зачем-то встал.

– Позвольте всё-таки официально поприветствовать Вас и поздравить с пробуждением мира. Ваш мир проснулся и готов расти и улучшаться. А мы желаем ему удачного развития. Ваш мир внесён во Вселенскую систему миров и является 88 в списке. Добро пожаловать.

Он снова сел.

– А теперь можно перейти к главному.

– Вы ведь получили своё особое оружие? – спросила советник Олин.

– Да.

– Хорошо. Прежде чем Вы приступите к испытанию…

– Простите? – не понял я.

– Каждый новый Анима должен пройти испытание, – начала объяснять Олин. – При пробуждении, каждый из миров имеет начальный потенциал. Соответственно, чем выше потенциал мира, тем сильнее Анима этого мира. Данное испытание выявляет это. А значит и судьбоносность вашего мира во Вселенной.

– Чем выше потенциал, тем большую информацию и помощь может оказать Совет. Давайте приступим к испытанию, а затем можно будет понять на какие вопросы мы сможем ответить, а что должно остаться тайной, – закончил Анит.

– Хорошо, – согласился я. – Раз надо.

– Великолепно, – улыбнулась Олин. – Тогда приступим.

Советники встали и прошли к боковой двери. Задержался только Анит, стоящий у другой двери.

– Я первый буду испытывать тебя.

Как-то они резко перешли на «ты». К чему тогда была эта напускная вежливость? Ну да ладно, это не то, над чем стоит сейчас заморачиваться.

Он махнул рукой, приглашая меня войти. Я шагнул вперёд, за мной последовал Анит. Дверь захлопнулась, и комнату озарил резкий свет. Здесь, как и в главном зале, текла вода и росла зелень.

– Я испытаю твою скорость и реакцию, – обратился ко мне Анит.

И тут же исчез. Я в недоумении оглянулся.

– Когда опасность не видна, только реакция может помочь уйти, – послышался голос Анита, который эхом отдавался от стен.

Вдруг сбоку, будто из ниоткуда, прилетел длинный шест и ударил меня по подбородку. Сила удара была такой, что меня перевернуло в воздухе и я рухнул на пол. Честно говоря, я думал, что подобное случается только в кино.

Я подумал, что уже проиграл, раз пропустил удар. Фатальная ошибка…

Следующий удар я еле заметил, когда пытался подняться. На этот раз шест появился прямо над головой. Я резко откатился. Удар ушёл в пол, который покрылся трещинами. Хорошо, что этот удар пришёлся не по моей головушке. Её бы потом долго собирали по мелким кусочкам. Я успел подняться на ноги, прежде чем заметил снова идущий сверху удар. Ловко уклонившись, я постарался схватить шест. Но не смог – он исчез.

С этим надо что-то делать… Как там было в фильмах?

Я глубоко вздохнул и расслабился. И даже, как бы это глупо ни звучало, закрыл глаза. Через пару секунд почувствовал, как воздух за спиной задрожал – шест рассекал пространство. Но самое главное, я наконец почувствовал Анита, держащего шест. Элегантно скользнув в сторону, я позволил шесту пройти рядом с телом, не задев его, а затем резко схватил Анита за руку и отбросил его в стену. Тонкое тело эльфа не смогло противостоять удару, и Анит был вынужден проявиться.

– Хорошо, – поднявшись, сказал он. – Помни, что порой реакция, может опередить опасность, и тогда твой мир не будет знать бед. Доверяй своей интуиции и чутью.

Он поклонился.

– Проходи в следующую комнату.

Анит указал мне на дверь. Там меня ждал советник Грей. В его руках был меч, наполовину сияющий ослепительно-белым светом, наполовину безжизненно чёрный. Комната была пустой. Только голые стены из скалы, такой же, как и стол в зале Собрания.

– Я проверю твою силу и выносливость. Неважно, насколько ты умён, потому что против силы всегда приходится применять силу.

После этих слов ангел встал в позу и взглядом пригласил меня вступить с ним в битву. Я призвал свой кинжал и попытался настроиться – насколько я себя знаю, никогда не любил драться. Если не надо было спасать свою жизнь, конечно.

– Я позволю тебе нанести первый удар, – великодушно разрешил Грей с ухмылкой.

Я крепче сжал кинжал и сделал выпад в сторону противника, надеясь ударить его чуть ниже сердца. Грей легко уклонился и слегка коснулся моей груди свободной рукой. От этого я отлетел так, что промял стену. Упал на колени, грудь ныла. Рёбра мгновенно срастались. Это обрадовало, но радость была недолгой. Грей сразу бросился в атаку. Я отклонился, и удар пришёлся в стену – от неё откололся кусок. Я отбежал в центр комнаты. Грей обернулся.

– Продолжим, – весело бросил он.

Замахнувшись, Грей бросился на меня. Его удар я отразил кинжалом, и началась настоящая битва. Грей атаковал без остановки, его удары следовали один за другим. Я едва успевал парировать, не думая о контратаке. Его натиск был невыносимым. Кинжала не хватало, чтобы, отбив удар, сразу перейти в наступление. В какой-то момент я отпрыгнул подальше и мысленно попросил кинжал превратиться в меч. Лезвие удлинилось, рукоять немного изменилась. Теперь наше вооружение сравнялось. Я закрыл глаза, вспомнив слова Соя о том, что при пробуждении мне откроются все знания мира. Значит, где-то внутри я знаю, как владеть мечом. Но это знание не приходило на ум. Приходилось отбивать атаки Грея, не надеясь контратаковать. Хотя бы с мечом это было гораздо проще. Внезапно я замешкался и пропустил удар. Лезвие полоснуло по груди, и я отступил, зажимая рану ладонью.

– Будь ты обычным существом, а не Анимой, – ухмыльнулся Грей. – Твоя душа уже принадлежала бы мне. Ты ведь знаешь, что наше оружие отбирает души убитых? И чем больше душ ты соберёшь, тем сильнее будет оружие и удары, наносимые им. И тем сильнее будет твоя сила в чужих мирах.

Кровь перестала течь из пореза. Рана покрывалась коркой. Я отвлёкся на неё, и в этот момент Грей нанёс новый удар. На этот раз он резанул мне под коленом, и я рухнул на пол. Грей, не теряя времени, вонзил меч мне в спину, пронзив позвоночник. От адской боли я почти потерял сознание. Говорят, в моменты опасности в человеке просыпаются скрытые силы. Это случилось и со мной. Боль пронзила мой мозг и открыла доступ к знаниям. Всё, что можно знать о боевых искусствах, вспыхнуло в мозгу. Когда Грей вынул меч, я был готов. Медленно поднявшись, я мысленно ускорил заживление раны. Затем, превратив кинжал в самурайский меч, о котором всегда мечтал, я принял боевую стойку и взглядом показал, что готов к новой схватке. Грей улыбнулся и тоже занял боевую позицию.

– Теперь первый удар за тобой, – тихо сказал я.

Грей кинулся в атаку, которую я ловко отбил. Чуть раньше я думал, что началась настоящая битва. Я ошибался. Настоящая битва началась сейчас. Тело двигалось само, нанося удары и исполняя сложные приёмы. Оно ловко уворачивалось от меча противника, выполняя движения, которые раньше казались невозможными. Я вспомнил культовый фильм «Матрица», и тело тут же подстроилось под стиль Нео. Адреналин смешался с восторгом. Я понял, что уже не я, а Грей пытается отразить мои удары. Прямо в пылу битвы я превратил катану обратно в меч. Усилив натиск, я совершил невообразимый приём, который мне даже описать сложно, рукоятью меча ударив Грея в грудь. Теперь уже он отлетел к стене.

Поймав момент, я отбросил меч в сторону, где он завис над землёй. Создав из воздуха несколько метательных ножей, я резко бросил их в Грея, припечатав его к стенке. Затем, призвав меч обратно, подошёл и вонзил его в живот советника. Грей закричал от боли, после чего растаял в воздухе и материализовался на середине комнаты. Я вынул меч из стены и взмахом руки заставил метательные ножи исчезнуть. Обратив меч обратно в кинжал, я отозвал его, превратив в татуировку.

– Могу тебя поздравить, – тяжело дыша, похвалил меня Грей. – И помни, что грубая сила – самое эффективное оружие против такой же грубой силы. Можешь пройти в следующую дверь.

Я поклонился и вышел из комнаты. Оказался в другой. На полу была вода, примерно по щиколотку. Едва переступив порог, я тут же намочил ноги в дешёвых китайских кроссовках. Похоже, после такой ванны они долго не протянут. Над водой, скрестив ноги, в позе йога парил советник Трис:

– Я проверю твой разум и знание. Ты пройдёшь испытание, как только вода коснётся меня.

Я решил попробовать простой способ. Нагнувшись, я позволил воде коснуться пальцев, а затем резко направил поток в сторону Триса. Но в паре миллиметров от него вода врезалась в невидимый барьер, и он остался сухим.

Я человек. Если не выходит с первого раза, нужно пробовать снова.

На этот раз я направил два потока в сторону Триса, но вода вновь врезалась в барьер. Я снова увеличил количество потоков и их длительность, но безуспешно. Потерпев поражение, я задумался. Нагнувшись, я опустил обе руки в воду и медленно стал их поднимать, заставляя воду прибывать. Вода дошла мне до шеи, а советника скрыло с головой, но барьер верно защищал своего творца. Я вернул воду на прежний уровень и был весь мокрый, а Триса ни капли не коснулось. На этот раз я крепко задумался. Я хотел создать воду внутри барьера, чтобы наполнить его изнутри, но не смог. Он был создан не мной. Я не знал, что делать.

– Сдаёшься? – спросил Трис.

– Нет, – помотал головой. – Я думаю.

Внезапно мне пришла гениальная мысль. Ну, по моим меркам. Я вспомнил школьные годы и урок природоведения, где нам рассказывали о том, как вода меняет форму, но остаётся собой. Я снова опустил руки в воду, и она мгновенно закипела, поднимаясь клубами пара. Комнату заполонил густой всепроникающий туман. Трис улыбнулся, наблюдая за происходящим. Когда пол стал полностью сухим, он опустил руки и встал. Лёгкий взмах, и тумана как не бывало.

– Моё почтение, – сказал советник, слегка поклонившись. – Вместе с воздухом я вдохнул частицы воды, и они коснулись меня. Ты справился и можешь перейти к последнему испытанию. И помни, юный Анима, иногда именно простая истина способна одолеть то, что кажется невозможным.

Я вошёл в последнюю комнату и оказался в полной темноте.

– Я испытаю твою мудрость и решительность, – послышался голос Олин. – Попробуй побороть тьму.

Я уже знал – это испытание не будет таким простым, как кажется. Поэтому прежде, чем просто создать свет, надо подумать. Не зря перед началом испытания, советники предупреждают о том, что они проверяют. И для того, чтобы создать свет, явно не нужна мудрость и решительность. А для чего же они тогда нужны? И что именно означает эта тьма? Над этими вопросами я и стал рассуждать. Мне кажется, что прошло очень много времени, прежде чем советник Олин спросила:

– Ты бросаешь борьбу?

– Нет, я хочу продолжить.

– Ты и так далеко зашёл. Поверь, не каждый Анима доходил до последнего испытания. Около семнадцати насколько я помню, а прошли его только девять. Кстати, советник Грей не сумел пройти его с первого раза. Я дам тебе ещё несколько минут. Думай.

Хотелось ли мне пройти это испытание? После того, что сказала Олин, только ещё больше. Но как?

– Прошу, помоги, – попросил я феникса внутри себя, на что услышал вполне понятный ответ, чего раньше не случалось. Феникс впервые заговорил со мной: «Любой свет можно погасить, но свет души не угаснет никогда».

Я стал обдумывать, что имел в виду феникс. Времени оставалось всё меньше. Вдруг меня осенило.

Ну, конечно же!

Я представил, как внутри меня разгорается свет. Он становится всё ярче, и тело уже не может его удержать. Свет вырывается наружу, сияя ярче Солнца и самых ярких звезд. Комната наполнилась светом. Я увидел, что передо мной стоит советник Олин и улыбается.

– Ты молодец, – сказала она. – Я могу тебя поздравить. Ты десятый, кто сумел пройти все испытания. А значит, твой мир имеет особую судьбу. Помни это. И ещё. Любой свет можно погасить, но свет души не угаснет никогда.

Теперь я окончательно понял, что хотел сказать феникс. Он проходил это испытание когда-то.

Внутри меня не просто феникс.

Внутри меня – Анима.

Всё ещё потрясённый открывшейся правдой, я последовал следом за советником Олин к двери в углу комнаты, которая выводила обратно в зал Собрания. На своих местах уже сидели советники Анит, Грей и Трис. Олин присоединилась к ним, после чего Анит заговорил:

– Поздравляем тебя Анима мира Земля. Немного тех, кто сумел пройти все испытания. А значит, твой мир имеет особое значение во Вселенной. Судьбоносное значение. Береги свой мир. И развивай.

– Надеюсь, эти испытания не только показали тебе твою силу, но и сумели кое-чему научить. Помни те советы, что мы дали, – продолжил советник Трис.

– Помни о том, что мы всегда готовы помочь тебе, – дополнила Олин.

– Добро пожаловать, – усмехнулся советник Грей.

– На все вопросы, которые у тебя могут возникнуть, – вспомнила советник Олин. – Ответит книга, которую я тебе прислала. Если же в ней не найдется нужного ответа, мы всегда ждём тебя, чтобы дать совет.

– Всего доброго, – пожелал напоследок Анит.

– Подождите, – не понял я. – Это всё? Вы ничего не объясните про то, как устроены миры, что они из себя представляют? Какие существуют? К чему стремится?

– На все вопросы, кроме последнего, ответит книга, – терпеливо пояснила Олин. – А на последний вопрос не может ответить никто. Каждый сам рисует себе картину своего будущего и меняет мир так, как этого требует нарисованный образ. Ты сам решаешь судьбу своего мира. А судьба твоего мира имеет особое значение для Вселенной.

– Угу. Понятно… – пробурчал я, но не понял ничего.

Выйдя из зала Собрания, я задумался – сейчас во мне бурлили смешанные чувства. Я хорошо понимал, что последнее испытание мне помог пройти феникс. Дал мне подсказку. Но я был рад, что являюсь одним из немногих, кто сумел пройти все испытания. Тем болееповод гордиться у меня всё же был – первые три я осилил сам. Вернувшись к порталам, я переместился обратно на остров. На своих местах сидели только два оператора – Саша и Коля. Девушки отсутствовали.

– Насколько я понимаю, – спросил я. – Ничего не происходит?

– Угу, – повернулся ко мне Саша. – Тишина.

– Ну и хорошо. А где девушки?

– Пошли отдохнуть. Тебя не было около пяти часов. Мы решили смениться, – пояснил Коля.

Не поверите, но я совсем не узнавал этого паренька. Он так сильно изменился за последнее время. Стал серьёзный, исполнительный. Лидия не могла нарадоваться сыном.

– А где Сой?

– В библиотеке, – ответил Саша.

Я направился туда. Сой как обычно читал какую-то книгу.

– Ты вернулся, – поднял он глаза, как только я вошёл в библиотеку.

– Да, – кивнул я. – И у меня много очень интересной информации для тебя.

Я пересказал Сою всё, что со мной произошло в мире Фоспаут.

– Ты… х-хоть понимаешь… – Сой начал заикаться, узнав о том, что во мне находится Анима фениксов. – Ч-что т-ты… ты – уникальное… существо. Симбиоз… двух душ. Это… исключительно. Я… я…

Сой вскочил на ноги, словно помешанный и убежал к себе в комнату с криком:

– Меня не беспокоить! Мне надо подумать. Очень, очень много думать!

Не могу сказать, что весть о том, что во мне Анима фениксов, ничуть не потревожила, просто я совсем не видел повода безумно переживать. В конечном счёте, может, я и эгоист, но раз феникс вселился в меня сам, без моего на то желания, то пусть сам и рассказывает, как ему помочь. Я же всё-таки не совсем плохой человек и помню то, что он для меня сделал, но бегать и искать, как ему помочь, мне совсем не хотелось. Я даже не имел понятия, куда бежать.

Внезапно чей-то крик сбил меня с мыслей. Как оказалось, это кричал оператор Саша, который заметил на экране первую красную точку.

– Все сюда! – истошно кричал он. – Кажется, у нас есть работа!

На крик сбежались все, кроме Соя, которому сейчас было не до нас, и Робаста, который бродил по острову. Меня пропустили поближе к компьютеру. Остальные операторы догадались включить в программах то же самое наблюдение за происходящим событием, так что народ распределился кучками у каждого компьютера.

– Вот, – стал пояснять Саша мне, приближая картинку. – Египет. Падение метеорита диаметром в метр. Жертв быть не должно.

– И, – поднял я бровь. – Ради этого ты устроил весь этот переполох?

– Я, по-твоему, похож на дурака? – с улыбкой спросил Саша. – Посмотри внимательно, куда падает этот камушек.

Я внимательно посмотрел на монитор. Метеорит падал на одно из семи чудес света – на пирамиды.

– Раньше подобные камни сгорали в атмосфере или вовсе не притягивались к Земле, – пояснил Коля.

– Ладно, – начал соображать я. – Сколько у нас есть времени, прежде чем метеорит войдёт в атмосферу?

– Десять минут, – ответил оператор Саша.

– Включайте портал, – приказал я. – Я отправляюсь в Египет.

Прыгнув в кружащийся вокруг своей оси вихрь портала, находящегося в офисе, я появился рядом с великими пирамидами. Но любоваться их видом у меня не было времени. Я поднял голову вверх и вгляделся в небеса. Практически сразу я заметил приближающийся шар огня. Закрыл глаза и задумался.

Интересно, а нужны ли мне крылья, чтобы взлететь? Или лучше, как супермен?

В итоге второй вариант победил. Сначала я легонько оторвался от земли. Хорошо хоть сейчас была ночь и никто меня не видел. Я недолго провисел в воздухе, привыкая к новым ощущениям, а затем, прижав руки к бокам, резво полетел в сторону метеора.

Приближаясь к атмосфере, я мысленно приказал телу не сгореть, не замёрзнуть и вообще остаться целым. А ещё пожелал не дышать. Двигаться сквозь все высшие слои Земли было очень сложно. Создавалось ощущение, словно я двигаюсь сквозь кисель или ещё что-то более липкое и вязкое. Наконец-то преодолев все препятствия, я вылетел в космос. На мгновение у меня захватило дух. Красота неестественная, потрясающая, незабываемая, немыслимая… Вспомнив, ради чего я здесь нахожусь, я обратил своё внимание на приближающийся метеор.

– И как мне от него избавиться? – невольно задался я вопросом.

Почему-то я всё время забывал, что в своём мире способен на всё. Я решил просто превратить этот большой камушек в пыль. Я представил, как метеорит размягчается, замедляется, теряет свой вес и превращается в песок.

Позволив мысли течь сквозь меня, я воплотил её в действие. На моих глазах, метеорит рассыпался на мельчайшие песчинки, которые сгорели при входе в атмосферу. Я собрался, было уже улетать, но в голову пришла замечательная идея. Я подумал, что правильно было бы позаботиться о том, чтобы предотвращать подобные ситуации можно было из офиса.

Я вытянул руки по направлению к планете. А затем представил, как вокруг Земли образуется тончайшая плёнка, которая никак не влияет на солнечные лучи или вылет спутников и тому подобное, а просто будет защищать нас от метеоритов. При столкновении с этой плёнкой метеор будет рассыпаться точно так же, как только что это произошло на моих глазах. Но также я наделил этот новоявленный слой ещё одним свойством – его могут включать и отключать операторы из офиса с помощью программы, в которой только что, по моему желанию, появилась эта опция. Если планете будет угрожать что-либо, мощность этой тончайшей плёнки можно будет усилить, и она закроет нас, как купол, от всех опасностей.

Возвращаться на остров мне пока не хотелось. Там увидели, что опасность миновала, поэтому могут быть спокойны. Я создал из воздуха небольшой наушник с микрофоном, наподобие гарнитуры для мобильных телефонов. А затем, надев его, пожелал связаться с офисом. На мой звонок ответила Лидия.

– Я обследую свой мир, – предупредил я. – Если что-то случится – связывайтесь со мной. Я тут же прибуду. Передай Ире, что она за главную. Соя не беспокойте. До связи.

Я отключился и полетел осматривать космос. Огибая различный космический мусор, я осмотрел все планеты в Солнечной системе. Помниться, Сой говорил, что должны быть планеты, где тоже есть жизнь. Но в данный момент искать их у меня не было желания. Тем более я проголодался. Поэтому пора было возвращаться назад. Но моим мечтам о сытном ужине не суждено было сбыться.

В наушнике, который был на мне, а заодно, как вы поняли, выступал в роли этакого «телефона», раздался треск. После чего я услышал совершенно незнакомый голос, который сказал следующее:

– Прошу прощения за то, что мы связываемся с тобой, великий Анима, таким способом, но ты должен нас простить, поскольку по-другому мы никак не могли связаться с тобой. Мы инкеналы. Народ твоего мира. Наша цивилизация намного древнее твоего рода. Мы живём на далёкой планете Кенал, которая волей судьбы отделилась от Солнечной системы. Мы приглашаем тебя посетить нашу планету и принять бразды правления в свои руки, великий Анима. Мы расскажем тебе всё, что знаем о твоём мире, хотя понимаем, что наши знания ничтожны перед твоими. Наша база находиться и на твоей родной планете под названием Земля. Мы живём глубоко под землёй, рядом с ядром, потому что нуждаемся в высоких температурах для жизни. Посети базу на Земле. Там тебя ждут и помогут найти нашу планету. Вход на базу находиться в нескольких местах. Всю информацию об их месторасположении мы переслали в твой офис. Мы ждём тебя.

Как только связь отключилась, в моём ухе сразу заговорила Лидия:

– Андрей, послушай, тут мне пришла очень интересная информация, которая может тебя заинтересовать.

– Я в курсе, – перебил я её, меняя курс своего полёта, направляясь к Земле. – Просто сообщи мне расположение одного из входов.

– Хорошо, – опешила Лидия. – Запоминай. Наиболее удобный и безопасный – это Тихий океан. Я передаю тебе точные координаты на коммуникатор.

Ах да, я чуть не забыл упомянуть, что Сой раздал всем, включая меня, ультрасовременное оборудование. Он принёс его вместе с оружием. Этакий набор супершпиона. Как только я влетел в атмосферу нашей планеты, я посмотрел точное расположение входа на подземную базу инкеналов в коммуникаторе. А затем, включив GPS-навигацию, я полетел к точке входа.

Через полчаса я висел над океаном, который в данный момент не очень оправдывал своё название. Я сравнил месторасположение с навигатором. Вход находился прямо подо мной. Правда, существовал один нюанс. Вход располагался на глубине в шесть тысяч километров. А желания промокнуть (опять) у меня не было. Я направил сложенные ладони к воде, а затем резко развёл их. Повинуясь моему движению, вода расступилась, создав проход, диаметром в пять метров. Я сделал пике и резво полетел по образовавшемуся туннелю. На нужном мне расстоянии я заметил вход в пещеру. Довольно большой вход. Видимо это и есть та база. Я влетел туда и очутился в воде. Всё-таки промок…

Несколько секунд я плыл в темноте, а затем уткнулся в скалу. Я увидел свет над собой. Что-то ярко сияло. Я поднялся наверх и вскоре оказался в огромном зале. Он был просто гигантским. В последнее время мне везёт на монументальные сооружения. Свет испускали мощные лампы, которые крепились к высокому потолку. Когда я вылез из бассейна, в котором всплыл, то понял, что нахожусь в ангаре. Передо мной висели несколько десятков инопланетных кораблей. Это были полупрозрачные сферы каплевидной формы.

Внезапно одна из сфер засветилась ярким голубовато-белым светом и сорвалась с места. Разглядеть, кто сидел в корабле, было невозможно. Несмотря на то, что корабли были полупрозрачные, при запуске они светились так ярко, что хотелось отвести взгляд. Откуда-то сверху спустилась парящая в воздухе платформа. Её низ также светился ярким голубоватым светом. На платформе стояли… ох… В смысле, каждый же знает, как выглядят инопланетяне? Вытянутое, шарообразно ярко-серое лицо, большие глаза, тонкое тело и так далее. Короче, передо мной сейчас стояли три живых доказательства того, что мы показываем в фантастических фильмах и прячем в секретных американских лабораториях.

Один из них показал мне жестом, чтобы я поднялся на платформу. Платформа взмыла к потолку и полетела по небольшому проходу в неизвестность. Через пару минут я очутился в просторной пустой комнате, где со мной остался тот инкенал, который пригласил меня жестом на платформу. Немного склонив голову, проявляя уважение к моей персоне, незнакомец заговорил:

– Приветствую тебя, великий Анима. Добро пожаловать на тихоокеанскую базу. Между собой мы общаемся не так, как люди, поэтому у нас нет имён. Так что обращайся ко мне инкенал. Так называют всех существ моей цивилизации. Тебя на нашей планете ждёт высший инкенал, который передаст тебе все наши знания. А после чего покинет этот бренный мир. Не переживай по этому поводу, так должно быть. Чтобы попасть на нашу планету, надо пролететь сквозь чёрную дыру на окраине Солнечной системы.

В его мимике появилось беспокойство, словно он боялся произнести следующие слова:

– Несмотря на всю твою силу, уважаемый Анима, ты можешь заплутать в пространстве дыры, поэтому тебе необходим наш корабль. А сейчас можешь задать несколько вопросов, пока мои помощники готовят корабль к твоему отбытию.

Если честно, я даже не знал, что спросить. Увидев моё замешательство, инкенал улыбнулся и посоветовал мне не волноваться.

– Не поймите меня неправильно, – попытался начать я.

Чёрт! Вот почему, когда не надо, столько всего лезет в голову, а когда надо – пустота.

– Я даже не знаю о чём спросить. Хотя… Что Вы можете рассказать о фениксах?

– Удивительно, – восхитился инкенал, вспоминая что-то своё. – Но именно эту информацию вам должен передать высший инкенал. Это ещё раз доказывает, что мы нашли вас вовремя. Прости, великий Анима, но о фениксах я ничего не могу рассказать. Не в моей компетенции.

– А можете хотя бы объяснить, почему тема фениксов запретна?

– Ты и сам знаешь это, великий Анима, – чуть склонив голову, ответил инкенал.

В комнату всё на той же платформе влетели два других моих сопровождающих. Один из них сказал, что капсула готова и ждёт пассажира. Встав на платформу, мы устремились по извилистым коридорам куда-то вглубь здания.

– Я думал, что вылечу из того же зала, в который попал, – удивился я.

– Капсула будет вылетать из недр Земли. Через извержение вулкана, – стал объяснять мне один из инкеналов. – Только так можно придать необходимое ускорение. Так как вулкан подводный, то нет необходимости переживать, что искусственно вызванное извержение негативно повлияет на Землю. Наши технологии перекрывают все возможные риски.

Платформа остановилась в одном из коридоров рядом с глухой стеной. Но лишь на первый взгляд. В стене открылся проём, который вёл в небольшое помещение, где стояла инопланетная капсула, похожая на те, что я видел в большом зале. Капсула была одноместной, маленькой и абсолютно пустой внутри. По крайней мере, мне казалось, что она пуста. Когда же мне предложили в неё залезть, я понял, что ошибался. Внутри капсулы было какое-то непонятное прозрачное вязкое вещество, типа густой манной каши. Сложно было в ней двигаться.

– Это вещество, – объяснил мне инкенал, стоящий у пульта управления и наблюдающий за моими судорожными попытками влезть внутрь. – Уберегает от механических, радиационных и световых повреждений. Благодаря этому веществу физические оболочки не поражаются при световых перелётах и путешествиях через чёрные дыры.

– Угу, – только и мог бурчать я, боясь открыть рот.

Я пытался втянуть в эту дикую смесь левую ногу, которая единственная оставалась на свободе и явно не хотела даже прикасаться к этой дряни. Была бы такая возможность, нога бы убежала подальше от меня и этого вязкого вещества.

Устав наблюдать за моими мучениями, инкенал подошёл и слегка подтолкнул ногу. Сила у него была недюжинная… Меня от этого толчка чуть в стенку капсулы не впечатало! Даже вязкое наполнение капсулы не смогло сопротивляться толчку.

– Прошу прощения, – немного склонился инкенал. – Надо спешить.

Капсула полностью закрылась. Я запоздало подумал: а как здесь дышать?Совершенно забыв, что недавно при встрече с метеором я легко справился с этим. Привычка. Но вы знаете, как только капсула пришла в движение, этот вопрос перестал меня интересовать. Вообще. Теперь я понял, что имел в виду инкенал, когда говорил, что вещество защищает от различных повреждений. Трясло так! Ни в сказке сказать, ни пером описать…

Капсула светилась так ярко, что даже не спасали закрытые глаза. Хотя надо признаться, что вещество действительно сдерживало и тряску, и свет. Насколько это возможно. Тряска закончилась, когда я перешёл на сверхзвуковую скорость. Моё тело растянуло так, что я действительно испугался, что вылезу из капсулы пятиметровым гигантом, только сильно тощим. Я думал, что это весь набор ощущений, которые мне доведётся испытать за период моего путешествия. Но я снова ошибся. Я влетел в чёрную дыру…

Нет слов… Я даже описать внятно не могу.

Меня скрутило, втянуло в самого себя, перевернуло, вывернуло наизнанку и снова скрутило… Жуть! Как только и это закончилось, я снова было подумал, что всё. Но не тут-то было!

Я стал входить в атмосферу другой планеты, а затем продвигаться сквозь невероятно плотную земную кору к ядру. То, что я раньше считал тряской, быстро померкло на новом фоне. Мной играли в пинг-понг. Только внутри капсулы. Вещество как будто растворилось, и меня перекидывало по овальной капсуле, словно бельё в стиральной машинке. От стенки к стенке. Ну и конечно, апогеем стало моё приземление в твёрдые минералы чужой планеты.

Когда я вылез из капсулы, мне было не до удивлений и восхищений, хотя я оказался воистину в красивейшем месте. У меня была только одна мысль и желание – лишь бы не лететь назад этим же путём! Но спустя совсем немного времени я отошёл от потрясения и наконец обратил внимание на место, где нахожусь.

А собственно находился я внутри планеты и повсюду в буквальном смысле росли кристаллы, драгоценные камни, минералы и неизвестные мне породы. Свет исходил из них, а может просто отражался от потоков лавы, которые текли по своим каналам. Куда обычно идёт всякое живое существо? Правильно, на свет. Вот и я пошёл в ту сторону, где ярче всего что-то светилось. И вышел я…

Ох… Сначала лучше перевести дух.

Представьте себе огромный круглый полый шар. Вот это было помещение. А находилось в нём… много чего, но начнём с того, что особенно выделялось. Это было земное ядро. Не менее огромный бешено крутящийся в разные стороны ярко-синий шар, от которого периодически отходили точно такого же цвета волны или импульсы. Чтоб лучше представить – это как Солнце и вспышки на нём. А вокруг этого чуда располагался город. Помните платформу, на которой я недавно летал по базе инкеналов. Точно на таких же стояли дома. Платформы, правда, были немного другого размера, но всё также неизменно парили в воздухе и светились ярким голубым светом, что теперь объяснялось вполне логично. Какое ядро, такая и энергия от него.

Платформы соединялись между собой, и весь город двигался в обратную сторону кружениям ядра. Так как ядро двигалось в хаотичном порядке, то также, но только в обратную сторону, двигался город, который окружал ядро, словно «гасил» кружения ядра.

Теперь поговорим о зданиях. Это были белого цвета, полупрозрачные сооружения конусообразной формы, очень сильно вытянутые вверх. Свет от ядра проходил сквозь них, задевая жителей города, которые ходили внутри зданий. Внезапно из ядра вырвался очень сильный импульс, который странно, но целенаправленно устремился в мою сторону. Он прошёл сквозь меня и наполнил собой весь зал с камнями. Странная энергия поселилась во мне и явно пошла в конфликт. Вот только не со мной, а с фениксом внутри меня – это я чувствовал ясно.

От невыносимой боли бедной птицы я тоже потерял сознание.

Давайте на время перенесёмся обратно на остров. В то время, пока я изучал дальние планеты, чудо-программа Сойлгайза снова показала опасность. На этот раз это был прорыв в нашем мире, то есть кто-то чужой попал к нам.

Оборотень.

Объясняется это тем, что люди, как существа, очень предпочтительны для оборотней в качестве пищи, поэтому последние частенько пытались прорваться в наш мир. Так как меня не было на месте, а на судорожные звонки Лидии я тоже ответить не мог, Иришке пришлось возвращать к реальности Соя, погружённого в свои мысли, и вместе с ним решать проблему. Решено было отправить на выполнение этого задания сразу всех исполнителей. Сой давал указания, рассказывая о слабых местах оборотней и о том, как их победить. Исполнители напряжённо его слушали. Особенно трое: Пётр, Яна и Михаил. А Иришка наблюдала за всем этим и переживала, прекрасно помня недавнюю встречу с оборотнем.

– Открываю портал, – предупредила оператор Мария, которая и заметила появление оборотня.

Сначала обрадовалась, но затем быстро огорчилась, так как проведение операции повесили на неё. Она отвечала за связь с исполнителями.

– Будьте осторожны. Зверюга направляется к ближайшей деревеньке. У вас будет шанс его перехватить.

Комаров сосредоточенно кивнул и первый шагнул в портал офиса. За ним последовали все остальные. Очутились они в очень живописной местности. В стране под название Исландия.

– Ты, ты и ты, – показал Пётр на свою сестру и близнецов Понаевых. – Отправитесь в деревню и проследите, чтобы жители были в безопасности, если мы не сумеем удержать оборотня.

– Я думаю, это лишнее, – усмехнулась Яна, прекрасно понимая, почему её и близнецов, к которым Пётр проникся симпатией, отправляют подальше от гущи событий. – Если оборотень сожрёт всех вас, то в деревню ему всяко идти незачем.

– Она права, – кивнула Люда. – Тем более опыта надо набираться нам всем.

– Хорошо, – разозлился Пётр, негодующе посмотрев на сестру, которая загадочно улыбалась. – Яна… Ты же должна помнить, – затем мотнув головой. – Ладно, тогда всем занять позиции. Давайте подкараулим эту тварь.

Распределившись на территории так, чтобы не пропустить оборотня, а наоборот, взять его в кольцо, исполнители принялись ждать.

– Он уже близко, – послышался голос Марии, которая наблюдала за происходящим из офиса вместе со всеми. Голос раздавался у каждого в персональном наушнике. – Будьте осторожны.

Те исполнители, что затаились лёжа на земле, ясно почувствовали, как зверь приближается к ним с огромной скоростью. Земля дрожала.

– Господи, – прошептал Максим, но его слышали все из-за наушника с микрофоном. – Как будто табун лошадей скачет.

– Приготовились, – подал голос Пётр.

Как только оборотень практически выпрыгнул в «кольцо» исполнителей, Пётр выкрикнул:

– Огонь!

Все мигом вскочили и открыли стрельбу из оружия, выданного им Соем. Не стреляла только Яна, которая молча наблюдала за дальнейшими событиями. Несмотря на исключительность и продвинутость нанооружия, оборотень умело и быстро уходил от атак. Чего-чего, а именно скорости ему было не занимать. Пули свистели вокруг него, уходя мимо. Поэтому огонь срочно пришлось прекратить. Пролетая мимо оборотня, пули, соответственно, никуда не исчезали, а летели в других исполнителей. Вымышленная польза круговой атаки быстро превратилась в минус. Поняв всё это, Пётр отдал команду прекратить огонь.

– Все живы? – спросил он.

Услышав дружное «да», Пётр вздохнул с облегчением. Но тут же ему пришлось напрячься, потому что он услышал голос своей сестры:

– А теперь дайте я попробую.

Яна достала пистолет, а затем, перезарядив его, крикнула оборотню:

– Эй, щенок, иди и возьми меня!

Ну, разумеется, против такой наглости не смог бы устоять никто. К тому же оборотни не любили, когда их сравнивают с собаками. Дико взревев, зверь бросился прямо на Яну, намереваясь совершить свой любимый приём – атака в прыжке. Бедный оборотень и не подозревал о том, что именно на это и рассчитывала девушка. Как только оборотень прыгнул, Яна сама бросилась под него и сделала несколько выстрелов. Нет, она, конечно, попала, но уйти ей не удалось. Тяжеленная туша упала на девушку. Яна сумела ранить оборотня, но пострадала сама.

– Нет! – закричал Пётр, стреляя в зверя.

Нанотехнологии сделали своё дело. Оборотень был убит, но какой ценой. Пётр с заметным усилием скинул с Яны зверя и стал ощупывать свою сестру.

– Жива, – выдохнул он. – Правда, рёбра, скорей всего, сломаны.

– Несите её через портал, – услышали исполнители дрожащий голос Марии. – Не забудьте избавиться от трупа.

Никто не заметил, как Михаил стоял, крепко сжав кулаки. ИньЯн подошёл к телу оборотня и установил на него небольшую бомбу.

– Через минуту не останется никаких следов, – пояснил он.

Портал был открыт недалеко, поэтому на остров исполнители вернулись быстро. Как только Пётр с Яной на руках оказался в офисе, Сой приказал ему положить сестру на диван, который стоял под телевизором. Он сделал девушке укол с особым веществом на основе всё тех же нанотехнологий, которые он где-то надыбал. И никак не хотел признаваться где.

– Это ускорит естественную регенерацию многократно, – пояснил он.

– Не хочу вас расстраивать, – послышался голос оператора Маши. – Но прорыв надо закрыть, иначе ещё кто-нибудь появится.

– Ах да, – стукнул себя по голове Сой и унёсся в сторону своей любимой библиотеки.

Через минуту он прибежал обратно, держа в руке медальон – треугольник с разными символами на серебряной цепочке.

– Эта вещь закрывает прорывы. Надо только держать её рядом.

– А как выглядит этот прорыв? – спросил исполнитель Игорь.

– Вот, – вывела картинку на большой телевизор Мария.

Видели когда-нибудь трещины? Наверняка. А теперь представьте, что вертикальная трещина появилась в воздухе. Растянулась и пульсирует бордовым цветом. Именно так выглядел прорыв.

– Напоминает нарыв, а не прорыв, – пошутила Лена.

– Так вот что это было, – прошептал Игорь тихо, чтобы никто не услышал. А затем решительно произнёс. – Я закрою эту жуть. Открывай портал.

– Хорошо, – кивнула Мария, повернувшись к компьютеру. – Прости, рядом с ним не получается. Что-то мешает. Портал открыт в километре от прорыва.

– Ничего, – отмахнулся Игорь. – Прогуляюсь.

Исполнитель взял медальон и шагнул в портал.

Ну а теперь вернёмся ко мне. Придя в себя, мне пришлось вспоминать где я нахожусь, а потом возник вопрос – как долго. Было темно. Ну, практически темно, если честно. В комнате, где я лежал тускло светился голубоватый огонёк. А рядом с ним можно было различить очертания дверей. Я приподнялся. Огонёк как будто почувствовал, что я проснулся и засветился ярче, полностью освещая комнату. Теперь я мог разглядеть всё.

Я лежал на… можно сказать, кровати – этаком прямоугольнике с мягким верхом. Рядом с дверью, которая выглядела как стена, то есть была из того же материала, стоял а-ля торшер. Тонкая длинная палка белого цвета, причудливо изогнутая кверху и расширенная у основания. Изогнутые линии создавали что-то типа лепестков цветка, над которым парил голубоватый огонёк. Внезапно дверь растворилась в воздухе, и в комнату вошёл инкенал.

– Вы проснулись? – скорей уточнил, чем спросил он. – Следуйте за мной. Высший инкенал ждёт.

Я окончательно встал и пошёл за провожающим. Мы шли извилистыми коридорами, пока не зашли в тупик. Но стена перед нами растворилась, открывая моему взору небывалый вид. Огромный зал, по стенам которого стояли точно такие же лампы, как в комнате, где я проснулся, только другого размера. Побольше. А в центре зала висела круглая платформа с небольшой дырой посередине. Под платформой, в полу, тоже была дыра, размером с платформу. Из пола вверх бил поток яркого синего цвета, проходящий сквозь дыру в платформе, на которую, кстати, можно было взобраться с помощью небольших ступеней, висящих в воздухе. На платформе, смотря на поток, стоял очень старый инкенал. Это было видно сразу. Сгорбившись, он смотрел куда-то вниз, вглубь потока. Инкенал, который провожал меня, исчез, пока я осматривал зал. Так что мне не оставалось выбора, как войти. Поднявшись по ступеням, я подошёл к высшему инкеналу.

– Приветствую тебя, великий Анима, – заговорил старик, не отводя взгляд от потока. – Ты знаешь, зачем ты здесь?

– Вы вроде как должны передать мне знания, – немного опешил я.

– Об этом тебе сказали, – улыбнулся старец, всё ещё смотря на поток. – А сам ты знаешь, зачем ты здесь?

– Меня позвали…

– А ты знаешь зачем? – перебил высший инкенал.

– Чтобы получить знания.

– Зачем они тебе? – гнул своё старец.

Я опешил.

– Не знаю, – признался я. – Меня позвали, вот я и пришёл.

– Тогда мне жаль, – послышалось огорчение в голосе инкенала. – Тебе придётся уйти ни с чем.

Я хотел было развернуться и уйти, но что-то помешало мне. Феникс внутри меня с тоской вскрикнул..

– Мне нужны ваши знания, чтобы помочь фениксам и восстановить справедливость! – выпалил я чужие слова.

– Подойди, – попросил высший инкенал.

Я снова подошёл к краю внутренней дыры. Быстрым и неуловимым движением руки, инкенал столкнул меня вниз.

В поток.

И если ядро наверху было сердцем этой планеты, то я падал в её душу.

От невыносимой боли того, как первородная энергия сжигает меня, я снова потерял сознание. Когда очнулся, было снова темно. Вначале. Я успел только подумать, что мне очень везёт на падения.

Неужели я такой неуклюжий, что меня так легко столкнуть?

Постепенно, загораясь и освещая темноту ярким красным пламенем, передо мной появлялся феникс. Тот, что существовал внутри. Анима мира Ребайт. Потерянного, но не забытого. Когда феникс полностью материализовался, он заговорил со мной. Телепатически, разумеется, клюв он не раскрывал.

– Прости меня, Анима, за то, что я вселился в тебя. Но я не мог ждать дольше.

Его голос звучал печально.

– Мой мир на грани исчезновения, и я нуждаюсь в тебе, чтобы спасти его.

Но в нём почти сразу появились властные нотки.

– Энергии в этой планете слишком мало для длинных речей, так что слушай и не перебивай. Мне удалось сохранить лишь несколько существ моего мира, но они сделали то, что должны были. Один вселился в дерево из нашего мира, которое чудом выросло в чужом. А второй вселился в звезду, которую не затянуло в чёрную дыру, когда она поглощала мой мир. Ты должен найти и посетить эти места. Когда ты окажешься рядом с ними, ты поймёшь, что тебе надо делать. Есть существа, которым фениксы помогли. Найди их. Они станут будущим моего мира. Они отдадут свои жизни, чтобы мой народ существовал. Это неизбежно.

На мгновение замолчал, будто обдумывая, стоит ли говорить следующие слова:

– Тебе тоже придётся погибнуть, чтобы я освободился. Мне жаль.

Я почувствовал не печаль, а хорошо скрытую усмешку в его голосе. Ему не было жаль.

– Жизнь моего народа необходима для Вселенной. Мы олицетворяем возрождение. Миры Совета: Ворлдэнжер воплощает добро и зло, Висдом – мудрость, Треворлд – истину, Фоспаут – роскошь, а твой мир не символизирует ничего. Как и многие другие миры, которым придётся исчезнуть со временем. Ради возрождения и образования других. Твой мир не погибнет – он всего лишь станет другим, новым и чужим для тебя.

– А если я не захочу помогать тебе? – решился перебить я. – Зачем, если это меня погубит?

Но узнать, что тогда будет, мне так и не удалось. Голубовато-серая энергия враз наполнила темноту, поглощая и меня, и феникса, снова объединяя нас в одно целое. Затем меня резко подбросило вверх, закружило в несущемся потоке и выкинуло на площадку. На ней всё также стоял высший инкенал, но на этот раз он смотрел на меня.

– Ты получил то, что хотел? – спросил он, дождавшись, когда я поднимусь на ноги.

– Даже не знаю, – ответил я. – И да, и нет.

– Ты должен справиться с наступающими трудностями. Освободиться и спасти свой мир. Ведь если погибнешь ты – мы тоже обречены на гибель. А моя раса не заслуживает этого. Наши знания не должны быть забыты и потеряны.

– Но как? Как освободиться от феникса?

– Всё возможно, если захотеть. Найди то, чего нет, и может быть тогда, тебе удастся спастись…

Высший инкенал поклонился, а затем, распавшись на сотни голубоватых лучиков, присоединился к потоку. Он исчез, как и было обещано. Но не погиб, а присоединился к ядру своей планеты, своего маленького мира. В зал вошёл другой инкенал, а затем, поклонившись мне, занял место старца и стал смотреть вниз, вглубь потока.

– Что вы видите там, – спросил я, тоже посмотрев вниз, но увидел лишь пустоту и темноту, из которой выходит поток.

– Свет. Как надежду, – не отводя взгляд, ответил мне новый высший инкенал. – Чтобы жить дальше.

Сзади негромко кашлянули, призывая внимание к себе. Я обернулся и увидел инкенала, который провожал меня сюда.

– Прошу за мной, – попросил он.

До своей планеты я добрался точно так же, как и улетел с неё. Корабль приземлился в пустыне, и, чтобы замести следы, я просто превратил его в песок. Мысли мои были заняты новой и неожиданной информацией, где фениксы предстали передо мной в новом и совсем не лучшем свете. Неудивительно, что их уничтожили. Но при этом я чётко понимал, что к Собранию мне обращаться не стоит. Они и феникса, и меня заодно, на всякий случай, с лица Вселенной сотрут.

Я долго обдумывал всё это и просто шёл по пустыне пешком, пока не стало светать. Тогда я почувствовал зной просыпающегося солнца и, очнувшись от мыслей, вспомнил, что умею летать. Хотя лететь было незачем…

Я просто открыл портал на остров. Меня никто не встречал. Только у входа, рядом с тайником, куда Робаст прятал мясо, я обнаружил клочок его шерсти. В пещере тоже было пусто. Отодвинуты стулья в холле, кружка на полу. Я заглянул в офис – рядом с диваном валялся недавно использованный шприц.

Что тут произошло?

Я облетел весь остров, и меня объял ужас. Не осталось никого, даже жители и звери куда-то исчезли. Предполагая страшное, я полетел к материкам, чтобы осмотреть города.

Мои страхи подтвердились. На планете не осталось никого.

Ни единого живого существа…

Глава 5. Встреча со смертью

Часть 1. Воители надежды

Я с ужасом в глазах облетел весь земной шар, но так никого не нашёл. Даже космонавтов в космосе не было! Я не понимал, куда все могли деться. Я приземлился в Париже на их знаменитую башню и стал думать, куда разом могли исчезнуть все люди и животные. Что вообще могло произойти? Оставалось одно – просить помощи у Совета. Иного выхода из этой ситуации я не видел. Но только я хотел открыть портал и отправиться в Фоспаут, как вдруг почувствовал странный холод. А ведь, несмотря на зиму, в Париже было не так уж и холодно, да и одет я был тепло. Но странный холод пробирал до самых костей. Я обернулся и увидел… своего лучшего друга Петра! К своему стыду, совсем забыл о нём. Слишком много всего разом навалилось. Причём он появился не в чёрном балахоне и с косой, а вполне в нормальной одежде без всяких пугающих аксессуаров.

– Привет, – поприветствовал он, а затем подошёл к краю перегородки и посмотрел на Париж. – Все куда-то исчезли. И я не могу понять куда. Что ты сделал не так, Анима?

– Ну здравствуй, дружище! Я не знаю, сам не могу понять, – подошёл я к нему. – Вернулся с другой планеты и не нашёл никого. Что произошло?

– Я тоже не знаю, – пожал плечами Пётр. – Я занимался… э… своей новой работой, как вдруг, на моих глазах, люди, птицы, звери, насекомые стали растворяться в воздухе. И исчезли вовсе. При этом никто не замечал того, что происходит и просто продолжал заниматься своими делами. Даже когда на глазах у кого-то исчезал другой человек, этого не замечали. Просто смотрели недолго на пустое место и уходили или тоже исчезали.

– Но почему?

– Всё в этом мире зависит от тебя… Следовательно, ты что-то сделал не так, вот и исчезли все живые существа. А теперь надо разобраться, где ты напортачил, Андрюха!

Пётр повернулся и с улыбкой посмотрел на меня.

– А я, так уж и быть, тебе помогу! Ты только заметь, бросаю свои прямые обязанности, лишь бы тебе помочь!

– Угу, – буркнул я. – Как будто у тебя в данный момент столько работы…

– Это уже частности, – перебил он меня. – Так что делать будем?

– Не знаю… Хотя, может, проверить базу инкеналов?

– Это кто такие? Моими клиентами ни разу пока не проходили.

– Ты на этом посту всего недели три, а они живут гораздо дольше, чем люди.

– Тогда понятно…

– Так вот, – продолжил я. – Посетим их базу, может, они остались. Всё-таки с другой планеты.

Немного подумав, Пётр кивнул. А затем исчез, словно растворившись в тенях. Я открыл телепорт и с мыслью о базе шагнул в него. Собрало меня в большом белом зале. Я вздохнул с облегчением. Работа шла своим чередом. На удивление тут всё было мирно и спокойно. Если над моей головой исчезли все живые существа, я бы забеспокоился. Пётр был уже здесь. Он ходил по залу и с восхищением осматривал инопланетные технологии.

– Круто, – признался он, подойдя ко мне.

– Не очень, – покачал я головой, с ужасом вспоминая свой полёт в капсуле-корабле.

Я подозвал к себе инкенала, который, отложив какой-то непонятного вида инструмент, с поклоном подошёл ко мне.

– Приветствую тебя, великий Анима. Что ты хочешь?

– Куда исчезли все живые существа на планете? – задал я единственный интересовавший меня вопрос.

– В смысле? – не понял инкенал.

– Люди, животные, птицы, – пытался пояснить я. – Куда все исчезли?

– Но, простите, – ещё раз поклонился инкенал. – Эта планета безжизненна, что странно. Есть города и видно присутствие цивилизации, но уже 4000 лет, как мы открыли здесь базу, мы не видели ни одного живого существа на поверхности. Ни разу.

– Что ж это получается? – пытался сообразить я. – На этой планете никто никогда не жил?

– Да, – ответил инкенал. – Позвольте, я вернусь к работе.

Он отошёл к кораблю и продолжил заделывать дыры с помощью непонятного инструмента.

– Или мы с тобой разом свихнулись, – сказал Пётр. – Либо ты сделал что-то такое, что переписало реальность… кардинально. И эта планета действительно безжизненна. Прости, мне надо отлучиться. Кто-то умирает. Работа ждёт. Кстати, видимо, это инкенал.

– Ты можешь переместить и меня?

– Конечно.

Пётр дотронулся до моего плеча. Пространство вокруг стало дрожать, перескакивать, всплывали другие куски. Вид постепенно заменялся другим. Мы оказались в пещере кристаллов, точно на том же месте, где я упал в обморок. Но та картина, которая предстала перед нами сейчас, могла ввести только в ужас. Затухающее ядро планеты Кенал медленно кружилось, замедляясь с каждой секундой. Платформы падали, здания рушились. Один за другим погибали инкеналы.

– Ого! – протянул Пётр. – Сколько работы…

Ничего не говоря, я кинулся к ядру. Влетев под него, я направился вниз, в зал с высшим инкеналом. Тот поток, что видел я, ни в какое сравнение не шёл с тем, что было сейчас. Тусклый серый лучик поднимался вверх вместо мощного голубого потока. Вот и зал. Рядом с колодцем, на круглой платформе лежал высший инкенал, но его взгляд всё ещё был обращён к потоку. Я приземлился рядом с ним.

– Что происходит?

– Свет затухает, всё рушится, смысл потерян… – прохрипел инкенал. – Найди смысл. Пока не поздно. Пока свет полностью не исчез…

– Что за смысл? – не понимал я.

– То, чего нет… То, что найти невозможно, то, что открыто только тебе. Найди смысл мира… Твоего мира… Анима…

Превратившись в свет, высший инкенал присоединился к тусклому лучику, тянущемуся из глубин планеты. Рядом со мной появился Пётр.

– Это безобразие какое-то! – начал возмущаться он. – Ни одну душу не могу забрать! Они все превращаются в свет и летят к этому непонятному светящемуся шару.

– Это ядро их планеты, – пояснил я. – От которого зависит их жизнь. Они рождаются благодаря ядру и в него вливаются после смерти, поддерживая баланс.

– Это нечестно! – пробурчал Пётр. – Они тоже исчезают. Получается, мы просто так сюда прилетели?

– Нет, – повернулся я к нему. – Кое-что удалось всё-таки выяснить. Надо найти то, чего нет. Смысл мира. Для чего он пробудился. И мне не обойтись без помощи Совета. Спасибо тебе, Петь, за помощь, но дальше я должен искать один.

– Ну что ж, – таинственно улыбнулся мой друг. – Решать тебе. Но мне кажется, что нам ещё суждено свидеться.

Пётр исчез. Я немного постоял, посмотрел на исчезающее ядро, а затем, призвав портал, шагнул в него, чтобы оказаться в мире Фоспаут. Здесь было темно. Кажется, я не учёл того факта, что Собрание принимает непостоянно. А ещё мне не было известно о том, что двери и главный зал охраняются… А ночных посетителей здесь не очень-то любили. Причём настолько, что даже не собирались спрашивать, что здесь такой посетитель забыл. Так что я очень быстро успел пожалеть, что зашёл, судя по всему, без приглашения.

Сойлгайз очнулся в кромешной темноте и пустоте. Долгое время он бродил по ней. Темнота была такая, что невозможно было увидеть даже собственную руку, вплотную поднесённую к лицу. А ещё самое удивительное, что он не мог ничего вспомнить. В голове было так же пусто, как и вокруг. Кто он, где, как здесь оказался и что делать дальше – эти вопросы то всплывали, то исчезали в его голове. Мыслей как таковых не было, как и не было страха или удивления, лишь отголоски… Потому что не было жизни. Лишь пустота. И темнота. И тишина. Лишь иногда в голове возникали вопросы – отголоски чего-то былого. Чего-то исчезнувшего. И Сой не знал, как ответить на эти вопросы.

В меня влетел трёхметровый по высоте и такой же по ширине сгусток огня. А после огромный хвост с шипами ударил меня в грудь, припечатав к стене. После такого удара во мне образовалось несколько дырок и множество сломанных костей. С дикой болью я сполз на пол. Дракон, как бы тривиально это ни звучало, охранял главный зал. Он приземлился, и пол дрогнул под его мощными лапами. Дракон, кстати, был не японский, которого я видел в этом зале ранее, а самый обыкновенный. И он медленно приближался ко мне. А раны всё не затягивались. Мой мир исчезал, а во мне оставалось всё меньше сил. Не поверите, но я умирал. Да! Снова…

И снова не умер. Пол вздрогнул ещё сильней. Раздался рёв дракона, а затем стало тихо. Меня подняло в воздух. Приоткрыв глаза, я увидел Петра, который держал в руках косу.

– Я же говорил, что прощаться рано, – тихо сказал он. Затем, взмахнув косой, Пётр опустил меня на пол.

Ран больше не было, как и того, кто их причинил. Дракон лежал, не шелохнувшись, свесив голову на бок.

– Спасибо, – поблагодарил я.

– Не время, – отрезал Пётр. – У меня есть новости.

Взмахнув косой, Пётр призвал своё одеяние. Темнота слетелась к нему, обернувшись вокруг тела в несколько слоёв, образовав балахон. Капюшон полностью скрывал лицо Петра. Передо мной стояла Смерть. Даже зная то, что это мой друг, я всё равно дрогнул. У него даже голос изменился.

– Я нашёл исчезнувших. Они заперты в так называемом сундуке смерти. В моём сундуке, – тихо усмехнулся он. – Это такое место между жизнью и смертью. В этом месте души отсеиваются и распределяются. Я не могу их достать. Быть может, это получится у тебя.

Подул сильный ветер. Балахон распахнулся, но там ничего не было! И эта пустота затягивала. Как чёрная дыра.

– Не сопротивляйся! – крикнул Пётр.

Ветер усилился, и меня силой затянуло куда-то внутрь балахона.

Вокруг было темно и тихо. Прям очень темно и до боли тихо. А ещё казалось, что в этом месте ничего нет. Пустота. На самом деле, сейчас здесь находились около триллиона живых существ. А может даже больше. Просто я не знаю более высоких чисел. При этом никто ни на кого не натыкался. Для каждого пустота была индивидуальна, хотя сам «сундук» был по размеру чуть больше ладони. Это была маленькая шкатулочка, которая хранилась в балахоне у смерти.

Но сейчас не об этом.

Все исчезнувшие живые существа находились в этом странном месте. Никто ничего не помнил, никто ни на кого не натыкался. Страшно? Совсем нет, потому что чувств в этом месте тоже не было. Но мне повезло, я прекрасно помнил, зачем я здесь оказался. Но, к сожалению, не знал, как отсюда выбраться. Да ещё, к тому же, вытащить всё население планеты. Поэтому мне оставалось только одно – бродить в кромешной темноте и пытаться понять, как спасти свой мир.

Иришка очнулась от дикой головной боли. И сразу же ужаснулась.

– О боже! Где я?

Иришка была испугана, но затем испуг перерос в любопытство, поскольку память стала к ней понемногу возвращаться. Последнее, что она помнила, это как на её глазах стали исчезать все люди на острове. И никто из них не замечал этого. А Иришка замечала… И теперь представьте её потрясение, когда она сама стала исчезать.

Голова невыносимо болела. Боль пульсировала в черепной коробке. Это память возвращалась к Ире. Почему? Напомню, что Ира особенная девушка. Ритуал матери не просто поместил в неё Энжи, он сделал нечто гораздо большее… Внутри неё теплилась иная сущность, которую Ира не выпускала. Но сейчас… Время почти пришло.

Иришка долго бродила по пустоте, но так и не смогла сообразить, где она находится и как сюда попала. Но самое удивительное, что через какое-то время она всё-таки кое с кем столкнулась… Не буду тянуть кота за хвост. Это был Сойлгайз. И самое интересное то, что Иришка каким-то неизвестным способом, абсолютно не задумываясь, влияла на мозг людей в этой пустоте, заставляя вспомнить, кто они и где находятся. Вот и для Соя встреча с Иришкой не прошла бесследно. Теперь он мог ответить на те вопросы, что его мучили. Почему они вообще встретились, если в этом месте это невозможно? Это станет понятно чуть позже. А сейчас:

– Сой! Это ты? Неужели! – обрадовалась Ира. – Хоть кто-то! Где мы находимся? Как мы здесь оказались и где остальные?

Можно удивиться или посчитать неточным, ведь в той кромешной темноте, в которой нельзя увидеть даже собственную руку, Ира с Соем не только нашли, но и увидели друг друга. Всё дело в том, что от Иришки исходил тусклый свет, который немного освещал эту темноту. Именно на этот свет Сой и вышел. И на этот свет, который разгорался всё ярче, шли все, кто находился в пустоте. К моему счастью, я вышел к Ире раньше, чем всё население планеты.

Я нашёл Иру с Сойлгайзом, когда к ним уже вышел Робаст. Чёрная пантера в кромешной темноте выглядела дико, но свет, исходящий от Иры, освещал уже большой участок пустоты, чтобы его можно было хоть как-то разглядеть.

– Андрей! – кинулась ко мне Ира, как только я появился в поле её зрения. – Где мы? Может, хоть ты знаешь?

– Ты удивишься, – заверил я её и рассказал им то, что случилось, когда я разобрался с метеоритом. И вплоть до того, как я оказался здесь.

– И вот теперь мне надо найти смысл моего мира…

– Это легче, чем ты думаешь! – улыбнулся Сой. – Прости Андрей, я совсем забыл об этом. Слишком увлёкся проблемой с фениксом. Смысл нашего мира прост, но я не могу сказать тебе об этом. Ты сам должен найти. Я могу лишь направить. Найди Смерть и спроси её. Она поможет те…

На свет, исходящий от Иришки, стекалось всё больше народа. Голос Сойлгайза был заглушён. Он всё ещё что-то говорил мне, но я уже не слышал.

Поднялся сильный ветер. Я с трудом мог стоять на ногах. Меня стало затягивать куда-то в пустоту, туда, куда ещё не проник свет. Я невольно закрыл глаза. Когда я открыл их, то увидел перед собой Петра. Я снова находился в зале Собрания.

– Ты должен был это увидеть, – пояснил он. – Теперь тебе осталось придумать, как вытащить их оттуда.

– А это ты должен мне сказать, – пришёл я в себя. – В чём смысл моего мира?

– Я ждал этого вопроса, – кивнул Пётр. – Я покажу тебе, а уж тебе решать, что ты увидел. И осмыслить увиденное.

Пётр взмахнул косой, и мы перенеслись обратно в мой мир. В мою квартиру.

– Смотри, – прошептал Пётр и исчез.

Перед глазами всё закружилось, и когда я, наконец, смог сфокусировать взгляд, то поразился увиденному. Это была моя квартира, но всё изменилось. Сейчас она выглядела такой, какой я её запомнил в детстве, когда ещё были живы мои родители. Но то, что меня поразило до глубины души, было не это. Мои родители были живы! Но как только я вслушался в тот разговор, что происходил в коридоре, то вспомнил тот ужасный день. День, когда они погибли…

В маленьком коридорчике моей квартиры было столпотворение. Мама общалась с бабушкой, которая держала маленького меня за руку. Папа копался в сумке.

– Слушайся бабушку! – твердила мама мне. – Не балуйся! Мы скоро вернёмся, – это уже было сказано бабушке. – Кроме одежды, что-нибудь ещё отвезти?

Родители собирались на дачу. И собирались вернуться к вечеру. Кстати, меня, взрослого, никто не видел и не замечал. А мне оставалось только наблюдать.

– Больше ничего не надо, – немного подумав, ответила бабушка. – Андрюшку точно с собой брать не будете?

– Места нет, – ответил отец, взваливая тяжёлую сумку на спину. – Ничего, через пару дней все туда поедем. Потерпит.

– Ну хорошо.

– Пойдём, Люд, – позвал маму отец.

Мама подняла несколько сумок полегче и вышла следом за нагруженным отцом. Бабушка проводила их взглядом и перекрестила воздух вслед моим родителям.

– Нехорошо на сердце, – тихо сказала она, задумчиво посмотрев вдаль.

Закрыв дверь, она прогнала наваждение и весело сказала мне маленькому:

– Пойдём кушать!

Я взрослый, понял, что надо следовать за родителями. Я открыл входную дверь и вышел на лестничную площадку. Но как только дверь захлопнулась, я вдруг оказался совершенно в другом месте. В огромной машине марки КамАЗ. Водитель закурил. Впереди, на встречной полосе, я заметил машину родителей. Они о чём-то горячо спорили. Внезапно у водителя КамАЗа затряслись руки. Он выронил сигарету на штаны. Дёрнувшись, водитель резко повернул руль влево. Прямо на машину моих родителей…

Обстановка снова изменилась. Я стоял рядом с покореженной машиной, смотря на умирающих родителей. Слёзы невольно текли по лицу. Я знал, что ничего не могу поделать, и от этого становилось только гаже. Внезапно кто-то дотронулся до моего плеча. Я обернулся и чуть не упал. Передо мной стояли два расплывчатых призрака, очень похожие на родителей. Они видели меня!

– Не плачь, Андрюшка, – тихо сказал папа, словно ветер принёс его голос издалека. – Смотри, каким ты стал. Великий Анима!

– Но откуда…

– Здесь всё видно и всё понятно, – ответила мама. – Здесь хорошо, если жил правильно.

– А если нет, – продолжил отец. – То пустота и темнота ждут тебя.

– Смерть – не конец, – сказала мама. – Смерть лишь переходное состояние. Всего лишь начало.

– А жизнь – период зародыша.

– Жизнь – это девять месяцев в утробе матери.

– А смерть акушер, – усмехнулся отец.

– Но… – пытался хоть что-то сказать я.

– Ты должен понять, – заговорила мать. – Ты должен найти, ты должен…

– Разобраться, – продолжил отец. – Ведь ты видишь.

– Что мешает тебе сказать?

Я окончательно запутался.

– Что вы имеете в виду?

– То, чего нет, – ответили родители вдвоем и испарились в воздухе.

Мир закружился. Я снова оказался у себя в квартире. Пётр стоял передо мной.

– Я показал тебе, – сказал он. – То, что ты должен был увидеть. Решение искать придётся самому.

Пётр исчез. А я остался в пустой квартире. В пустом городе. На пустой планете. Совсем один…

Хотя… Я ошибался.

Я долго уже бродил по пустой Москве. Но никак не мог сообразить, что все от меня хотят. Что такое то, чего нет? Я пытался осмыслить подсказки, понять их, но… Никак! В голову не шло ни единой мысли. Я начинал злиться.

Да что ж это такое!

Причём здесь сундук Смерти, гибель моих родителей, исчезновение всех живых существ?

Чего от меня хотят? Чего ждут?

Казалось, все знают, что надо искать, все понимают, кроме меня. Что имели в виду родители, когда говорили о том, что смерть – это только начало…

Неужели после смерти есть жизнь? Или как это назвать…

Несмотря на то, что я стал Анимой, я всё ещё оставался человеком, и мой мозг всё подвергал сомнению. Я не понимал, что могу верить во всё, потому что могу всё. Я был ещё слишком молод, чтобы быть мудрым, и, несмотря на все знания, что даны были мне при пробуждении, я почему-то не пользовался ими. Я всё ещё внутренне оставался человеком. А зря…

Но в данный момент мои мысли были заняты другим. Я пытался разгадать предложенную мне загадку. Но не мог. Вдруг в одном из магазинов, мимо которых я проходил, я заметил какое-то шевеление. Это был магазин часов. Я зашёл внутрь и онемел. У стены стоял призрак пожилого мужчины в маленьких роговых очках, с седыми усами и небольшой бородой. Морщинясь и кряхтя, он поправлял циферблат на часах.

– Теперь в городе пусто, – его голос звучал глухо. – Приходится нам заступать на работу.

– Не понял?

– Смотри, – старик обернулся и показал рукой на окно.

Почему я раньше этого не замечал? Улица была заполнена призраками! Кто-то подметал, кто-то мыл окна, призрачные продавцы поправляли товар, покупатели осматривали витрины, редкие прохожие семенили мимо, даже уличные торговцы зазывали покупателей. В одном из закоулков я даже заметил кошку. А в небе кружили несколько призрачных птиц. Только не было привычно ездящих машин. Город жил, но это была призрачная жизнь.

– Но почему? – пытался понять я. – Откуда?

– Мы постоянно присутствуем на Земле, вот только нас не видят и не замечают, но это не означает, что нас нет. А почему? Живые исчезли, так почему бы нам не вспомнить, что такое жизнь. У нас есть свои города и поселения, но там другая жизнь, другое существование. А так иногда хочется вспомнить.

– Я не понимаю, – сокрушался я. – Как это всё связано? Если смерть – только начало, а жизнь – утроба матери, то в чём смысл такого мира?

– Есть такое понятие, как колесо жизни, – помолчав, ответил старик. – Оно очень хорошо было воспроизведено у древнего народа майя. Они называли это колесо календарём. Но в тоже время понимали, что это не просто календарь. Это была целая таблица измерения времени, не как отрезка, а как цикла. Ведь если бы время было отрезком, то никогда б не повторялись времена года, а время не отсчитывало бы круги на часах.

Старик снова повернулся к стене и стал поправлять маятник. Как только механизм часов был отрегулирован и запущен, старик заговорил вновь:

Время идёт по кругу, и от этого возникает дежавю. Повторный момент. Если бы время было отрезком, этого бы просто не было.

Старик замолк, вновь повернувшись к часам.

– И что всё это значит? – спросил я, так и не дождавшись продолжения.

– Подумай, – посоветовал он мне.

– Я думал! Но я не понимаю!

– Тогда ответь на вопрос. Если время идёт по кругу, может человек умереть?

– Наверно, нет, – ответил я.

– Тогда почему Земля не перенаселена?

– Потому что люди умирают, – я почувствовал себя дураком.

– Ты противоречишь сам себе, – усмехнулся старик. – Подумай. И не забывай, кто ты. Ты пытаешься думать, как человек, хотя давно уже им не являешься.

Старик испарился в воздухе, оставив меня наедине со своими мыслями. Я стоял в магазине часов, которые неспешно считали секунды, и смотрел на призраков. Дворник, закончив своё дело, исчез. Вдалеке появилась целая призрачная карета с лошадьми и пронеслась мимо. Кучер ловко хлестал призрачной плетью по призрачным бокам животных. Город тихо, непонятно, но снова начинал жить своей жизнью. Я простоял довольно долго и быстро привык к моему новому миру. Но это не означало, что теперь не надо выручать живых.

Все часы разом пробили двенадцать. Видно, оттого, что это произошло внезапно, я резко мобилизовался. А ещё мне захотелось есть. Причём так сильно, что я невольно схватился за живот. Выйдя из магазина, я направился к ближайшему супермаркету. Призраки не обращали на меня никакого внимания. Словно я был пустым местом.

Спустя десять минут ходьбы я подошёл к цели моей прогулки. Внутри никого не было. Поэтому я беспрепятственно, а главное, очень сытно поел. Курица-гриль, хлеб, сок – вот и весь сытный обед. Главное, что есть больше не хотелось. Кстати, на сытый желудок думалось гораздо лучше. Я почему-то вспомнил слова советника Олин:

Любой свет можно погасить, но свет души не угаснет никогда.

Я вдруг ясно понял, как вытащить всех из пустоты сундука Смерти. Но это не решало проблему смысла моего мира. Подумав ещё немного, я всё-таки решил действовать от простого. Я вышел на улицу и тихо, но очень отчётливо попросил:

– Уйдите.

Улица враз опустела. Я представил, что нахожусь сейчас в двух местах одновременно – на улице города Москва и где-то в пустоте сундука Смерти. Я стал испускать внутренний свет, заполняя им ночной город, всю планету и одновременно всю пустоту.

– Идите на свет, – прошептал я.

Моё сознание было раздвоено. Ко мне, испускающему свет, сходились все живые существа в сундуке Смерти. И этот свет перемещал их каждого на свои места – так, как они находились в момент исчезновения. Стрелки часов в магазине, где я был недавно, стали отсчитывать время назад. Я возвращал всё в тот момент, когда это произошло. Как только свет потух, я понял, что нахожусь в кромешной темноте.

Постепенно, миллиметр за миллиметром, загораясь и освещая темноту ярким красным пламенем, передо мной начал появляться феникс. Кажется, это когда-то уже было… Дежавю… Я неожиданно всё понял, все кусочки мозаики собрались у меня в голове.

Нашёл смысл моего мира.

Всё стало просто и понятно. Я осознал, что все пытались до меня донести. И призраки, и все подсказки встали в голове на свои места. Всё повторяется в моём мире. Всё, что когда-либо было, может повториться. И даже человек, который умер, может вернуться и прожить ещё не одну жизнь. Не родиться заново, а вернуться. Ведь смерть – это не конец. Конца нет. Есть лишь круг, по которому крутится мир. И людей на Земле не так уж и много, мы все возвращаемся жить снова и снова.

Но ещё я осознал самое удивительное – то, что я жил в первый раз. Я не был призраком до моего появления в спектакле под названием жизнь.

И пока феникс медленно появлялся передо мной, информация поступала в мой мозг. Лишь одно оставалось для меня недоступно. Как мне это поможет в борьбе с фениксом.

– Прости меня, Анима, за то, что я вселился в тебя. Но я не мог ждать дольше. Мой мир на грани гибели, и я нуждаюсь…

– Постой, я это уже слышал. И знаю, что ты хочешь от меня. И мой ответ повторится, – горько усмехнулся я. – Нет. Я не хочу погибнуть ради воскрешения чужого мира. А уничтожить мой тебе мир не удастся. У него есть смысл, и он не бесполезен.

– Я удивлён, – помолчав, ответил феникс. – Но ты не учёл одного. Ты обязан мне жизнью. И я имею право потребовать вернуть долг.

Поток синего света яростно пронзил темноту и, снова соединив нас в одно целое, выкинул меня наружу. В главный зал с высшим инкеналом. Я встал и отряхнулся.

– Ты молодец, – сказал инкенал, смотря на меня. – Ты сумел найти смысл мира, но на смену пришла новая задача, не правда ли? Так всегда бывает. Таков наш мир.

– Но откуда?

– Я многое вижу, и от взгляда моего не уходит ни одна альтернативная реальность. Я ищу надежду во всём.

– Зачем? – не понимая, спросил я. – Что даёт вам эта надежда?

– Я видел конец, я видел то, чего просто не должно быть. И пусть мои слова будут повторяться, а это неизбежно, как теперь знаешь ты. Я видел то, чего нет. Чего в нашем мире произойти никак не может. Ибо это нарушает смысл нашего мира. Я видел конец твоего мира. Конец всему. Всей Вселенной. И начало этому положишь ты…

Высший инкенал присоединился к потоку, как это уже было когда-то, но прежде чем в зал зашла замена, я услышал последние слова, раздавшиеся на весь зал:

– Поэтому мы ищем надежду…

Я вышел из зала потрясённый. Я добрался до своей планеты, полностью погружённый в мысли, даже не заметив тряски и прохода сквозь чёрную дыру. На острове я направился сразу в кабинет, не обращая внимания на кричащую мне что-то Иришку.

– Меня ни для кого нет, – сказал я Лидии, проходя мимо её стола. Женщина только молча кивнула.

Я зашёл в кабинет и сел в кресло. Услышав, что к кабинету с громким спором прорывается Ира, я создал глухую стену, полностью отгородившись от внешнего мира. А затем стал тупо крутиться на кресле и думать. За стеной раздавались возмущённые возгласы подруги, а Лидия пыталась её успокоить.

Давайте на время забудем обо мне и вспомним те события, которые происходили на момент моего первого разговора с фениксом. Но в тот раз все исчезли, поэтому события не получили продолжения. Но сейчас, когда время вернулось. Помните, что исполнитель Игорь отправился закрывать прорыв с помощью медальона? Так вот.

Он взял медальон и шагнул в портал. До места прорыва надо было топать километр. Вздохнув, Игорь стал пробираться сквозь лес. Вскоре он набрёл на путь, по которому пробирался оборотень. По нему идти было немного легче. Порой только приходилось перелезать через поваленные деревья.

И, наконец, он увидел прорыв. Через экран он выглядел менее эффектно. В реальности он пугал и вызывал непреодолимое чувство убежать. Но в то же время внутренний голос звал и хотел оказаться по другую сторону. Именно эти чувства сейчас испытывал Игорь. Хотелось закрыть его быстрей и выбраться отсюда, но нечто внутри будто кричало: «Что там? Чем так манит прорыв к себе?». Перед ним стояла непреодолимая дилемма. И, к сожалению, время не стояло на месте, пока Игорь решал. В тот раз он исчез, и ничего не произошло. Но сейчас. Как я и говорил, история получила продолжение. Через прорыв вышли ещё оборотни.

– На Игоря напали! – закричала Мария, наблюдавшая за происходящим у компьютера вместе с оператором Сашей.

– Спасайте парня! – громче Марины закричал он.

Коля сообразил вывести изображение на большой экран, чтобы все снова не толпились у компов. В офис ворвались исполнители во главе с Иришкой. Следом подоспел Сой.

– Их трое, – разложил ситуацию Коля. – Против одного. И, похоже, прорыв расширяется. А это значит, что идёт подкрепление.

– Игорь молодец, – похвалил беднягу исполнитель Пётр.

Игорь и впрямь выкладывался до конца, отстреливаясь и уклоняясь от атак оборотней, что было трудно сделать, учитывая скорость этих созданий.

– Он долго всё равно не продержится, – сделал заключение Сой. – Помогите ему.

– Открываю портал, – сказала Марина. – Помните, что вам ещё километр до места добираться. И советую поспешить.

Исполнители попрыгали в портал.

– Надо попросить Лидию попробовать связаться с Андреем. Без него они могут не справиться, если прорыв откроется в полную силу.

Ира направилась в сторону холла. И как раз в этот момент она увидела меня, входящего в пещеру.

– Андрей! – закричала она, махая мне руками. – Андрей! Подожди! Ты нужен! Андрей!

Но я её не слышал. Возмущённая Иришка побежала следом за мной. Но наткнулась на мою секретаршу, которая преградила дорогу.

– Он просил не беспокоить.

– Что! Я ему сейчас устрою – «не беспокоить»! Андрей!

– Прошу, не надо…

– Люда, послушайте, на исполнителя Игоря напали оборотни, и необходима помощь Андрея. Андрей!

Иришка рванулась в мой кабинет, но наткнулась на стену.

– Нет! Он совсем охамел!

Иришка пыталась достучаться до меня, но только отбила руки. Телефон, который связывал мой кабинет с Лидией, не отвечал.

– И что теперь делать? – спросила Ира у Соя, поднявшись назад в офис.

Исполнители уже подоспели к Игорю на помощь, но справиться с ситуацией так и не могли. Оборотни, несмотря на меньшее количество, превосходили своих соперников многократно по силе и скорости.

– Есть один вариант… – немного подумав, отозвался Сойлгайз. – Где-то на верхушке горы, в одной из верхних пещер, спрятана шкатулка. В ней двенадцать кристаллов, каждый из которых открывает в обладателе особую силу, под стать характеру. Я не знаю, где спрятана эта вещь. Знаю лишь, что она существует и предназначена для тех, кто будет здесь работать. А удивительное совпадение числа исполнителей и кристаллов явно даёт понять, кому они предназначены. Но искать её должен ни Андрей и ни я, а ты.

– Почему это я? – удивилась Иришка.

– Девушка, внутри которой томится ангел, – сказал Сой, глядя Ире в глаза.

– Но… И… А как же… – Ира была растеряна. – Это мне теперь на гору карабкаться? Убью Андрея…

Галина, жена Игоря, с тревогой смотрела на экран большого телевизора. Она обняла Наталью Юрьевну, которая старалась её успокоить. Вместе они подошли к Ире и Сойлгайзу.

– Я могу помочь. У мужа где-то было альпинистское снаряжение. Может пригодится?

– Конечно! – обрадовалась Ира. – Хоть какая-то безопасность.

– Ир, ты ведь понимаешь, что рано или поздно тебе придётся выпустить свою сущность наружу, – Сой устало покачал головой. – Тем более в свете сложившихся обстоятельств тебе надо поспешить. А, несмотря на то, что ты прожила намного больше меня, да и многих в этой комнате, вряд ли за это время ты научилась профессионально и быстро преодолевать горы. Тем более гору Верп. Её высоту не выдержит не один человек.

– А другого выхода нет? – обречённо прошептала Ира.

– Нет, – отрезал Сой. – На Андрея сейчас нет надежды. У него проблем сейчас побольше, чем у нас.

– Пожалуйста, – попросила Галина. – Если ты можешь, спаси моего мужа. Я знаю, на что он соглашался. Его предупреждали. Но… У них ведь ещё нет опыта. Нет таких возможностей, как у Андрея. Они всего лишь люди.

– Хорошо, хорошо! – сдалась Иришка. – Только, чур, потом не смеяться над тем, что я свечусь в темноте и хожу голая! Всем понятно?

Сой только улыбнулся.

– Энжи, – прошептала Ира, закрывая глаза и сжимая кулон сильнее, словно хочет раздавить. – Я обещала спасти тебя, но не делаю этого. Потому что не знаю, где ты, но это ведь не оправдание. Я боялась освободиться и стать тем, кем являюсь. Если бы я раньше приняла свою сущность, я бы нашла и спасла тебя. Прости.

Сжатый кулон с негромким треском лопнул. Свет, который томился внутри Иры, стал вырываться наружу. Энергия вырывалась через рот и глаза. Свет охватывал всё тело, и когда яркость перестал выдерживать человеческий глаз, в ослепительной вспышке раскрылись крылья. Иришка выглядела восхитительно и притягивала взгляд. Длинные прямые волосы, которые стали ярко-белыми, свисали с плеч. Только что рождённые крылья робко трепетали, как будто тело привыкало к новым частям. Иришка подняла голову и осмотрела себя.

– Намного лучше, чем я думала.

– Иди, – сказал ей Сой.

Иришка взмахнула крыльями и полетела к выходу из пещеры.

– Ангел, – перекрестилась уборщица Тамара Геннадьевна. – Боже сохрани.

Остальные в комнате переглянулись. Лишь эмоциональный Александр тихо выдохнул: «Какая красавица».

Иришка вылетела из пещеры и направилась к вершине горы Верп. Путь к верхним пещерам преградил плотный лёд. Ветер бушевал, и без особых крыльев Иришки полёт был бы невозможен. Она приземлилась рядом с заблокированным входом. Удержаться на ногах было трудно. Одним ударом меча она разломала лёд. Войдя в тихую темноту, Ира освещала путь ярким светом своего тела. Медленно, но уверенно, она шла вперёд.

– И где спрятана эта шкатулка? Где её искать-то? – сама с собой разговаривала Ира. – Пещеры немаленькие. А мне надо поспешить.

Спустя несколько минут Иришка наткнулась на стены, окружающие её с трёх сторон. Когда она обернулась, страх подкатил к горлу. Вместо прохода, который только недавно был сзади, теперь находилась стена. Стены окружали со всех сторон. Это был единственный страх Иры. Клаустрофобия. Боязнь замкнутого пространства. Иришке стало не хватать воздуха. Страх подкашивал ноги.

– О, боже, – тихо прошептала Ира.

Давайте пока перенесёмся к беднягам исполнителям, которые отчаянно пытались побороть своих противников. Десять человек против трёх оборотней. Почему десять? Яна, которая пострадала в первой битве с оборотнем, лежала на диване и приходила в себя. А Михаил отделился от команды и куда-то пропал.

Когда исполнители подоспели к Игорю, тот был ранен. Один из оборотней повалил мужчину на землю и хотел перегрызть горло, когда Лена метнула своё оружие. Метательный нож вонзился прямо в длинное мохнатое ухо существа. Дико взревев от боли, оборотень кинулся на девушку. Та позволила оборотню приблизиться на достаточное расстояние, чтобы сделать пару успешных выстрелов. Но так же, как и бедной Яне, Елене не повезло. Поражённое существо уже не могло сбросить набранную скорость, а Лена физически не успевала уклониться. Оборотень сбил её с ног. Но она успела сгруппироваться и при падении ничего не сломала, получив лишь несколько ссадин и царапин. ИньЯн подбежал к Лене.

– Ты в порядке?

Девушка кивнула и оттолкнула японца в сторону. Она быстро выстрелила в поднимающегося оборотня, который хотел отомстить за обидчику. Правильно оценив ситуацию, ИньЯн, не вставая, метнул в оборотня гранату. Через секунду раздался взрыв.

– Минус один, – сказал японец в наушник, встав и подавая руку Лене.

Другие исполнители тоже не скучали. Пока наша предыдущая парочка разделывалась с оборотнем, Максим, прикрывая Анну, отстреливался от одного из оставшихся двух оборотней. Второго взяла на себя оставшаяся пятёрка. Анна пыталась добраться до раненого Игоря, как только увидела, что тот освобождён от давления уничтоженного зверя. Подбежав к Игорю, Анна достала шприц, который «одолжил» ей Сойлгайз.

– Сейчас, – ободряюще прошептала она. – Потерпи. Это должно помочь.

Сделав укол, Анна стала помогать Максиму, отстреливаясь от оборотня, подступающего к ним.

– Нам нужна помощь! – прокричал Максим в наушник.

– Берём его на себя, – отозвался Пётр вместе с Александром, которые отделились от близнецов и Стаса.

Саша, отбросив бесполезный автомат, набросился на оборотня со спины, сдавив тому голову.

– Не стрелять! – приказал Пётр.

Пытаясь помочь товарищу, Пётр, также отбросив оружие, решил побороть оборотня голыми руками. Он схватил зверя за лапу, надеясь помешать ему добраться до Александра. ИньЯн подскочил, чтобы помочь ему, схватив другую. Правда, они не учли одного. Оборотень был сильнее. Столкнув мужчин, друг с другом, зверь отбросил их по разные стороны. ИньЯн сильно ударился головой об дерево и потерял сознание. Лена подбежала к нему, доставая шприц.

Пока Пётр приходил в себя, оборотень схватил Сашу и с силой швырнул его через голову. Саша проскользил несколько метров по земле, поднялся на ноги и с рёвом бросился на противника. Оборотень тоже не стал медлить и побежал навстречу. Столкнувшись, они начали новый виток своей борьбы. Пётр, очнувшись, поспешил к Александру на помощь.

Пока шла вся эта борьба, близнецы вместе со Станиславом боролись с доставшимся им оборотнем. В какой-то момент оборотню удалось прорваться сквозь шквал пуль к Стасу и сильно ударить того в область шеи, столкнув с ног.

– Помоги им! – крикнула Анна Максиму, который издалека пытался попасть в оборотня, сражающегося с близнецами.

Зверь, в свою очередь, устранив, по его мнению, одного из соперников, переключился на Алексея.

– Помоги ему, – успел попросить сестру мужчина, уводя зверя за собой.

– Я иду! – услышали близнецы голос Максима в наушнике. – Спасай Стаса, я помогу твоему брату.

Люда послушно бросилась к раненому товарищу, доставая по пути чудо-шприц, которыми снабдил всех предусмотрительный Сой.

Уводя оборотня за собой, Лёша не заметил ветку под ногами и, споткнувшись, упал на землю. Довольный зверь подскочил к упавшему мужчине, намереваясь совершить сокрушительный удар, но только успел поднять вверх лапы для размаха, когда подоспел Максим. Пустив в зверя несколько прицельных очередей из автомата, Макс успел убить оборотня прежде, чем тот завершил свой удар.

– Спасибо, – поблагодарил Алексей, поднимаясь на ноги.

– У нас остался ещё один, – напомнил Максим, криво улыбнувшись.

Вдруг раздался выстрел, оглушивший всех в тишине леса. Голова оставшегося оборотня взорвалась кровавым месивом. Он несколько секунд простоял в позе с занесённым ударом, который должен был обрушиться на Сашу. А после рухнул на землю.

– Убил… Я убил его, – раздался голос Михаила в наушниках.

– Надо закрыть прорыв, – напомнил Пётр подошедшим исполнителям.

Игорь подошёл сам, ИньЯн под руки держали Лена и Анна, а Станислава на плече принёс Максим. Стас всё ещё находился без сознания.

– Правда, это будет трудно сделать, – неловко заметил Игорь. – Я потерял медальон. Он выпал, пока я отбивался от оборотней.

– Тогда его надо срочно найти, пока сквозь прорыв не пробрался ещё кто-нибудь, – сделала заключение Анна.

Исполнители, включив фонарики, стали методично исследовать распределённую между собой площадь. Повезло ИньЯн. Он обнаружил медальон на месте взрыва, который и устроил. Точнее то, что осталось от медальона. Обугленную часть с остатками разорванной цепочки.

– И что теперь? – безнадёжно, спросил Игорь.

– Замены у меня нет, – отозвался в наушнике Сойлгайз.

Прорыв заиграл новыми красками и стал пульсировать чаще. Все обернулись, пытаясь понять, что происходит.

– Кажется, к вам идёт новый гость, – услышали они оператора Марию. – И он вам очень не понравится.

– Уходите оттуда! – приказал Сой.

Исполнители двинулись в сторону портала. Жаль, правда, что до него было не менее километра, а таинственный гость вылезал из прорыва намного быстрее. Но об этом попозже. А пока вернёмся к Иришке, которая пыталась побороть свой страх и найти выход в окружающих её стенах.

Ире тяжело дышалось. Крылья нервно трепетали. Она призвала меч, пытаясь его ударами пробить стены, но всё было тщетно. Страх холодной паутиной охватывал Иру всё сильнее.

– О боже, боже, боже…

Иришка попробовала телепортироваться, но это тоже не получалось. А стены, казалось, только сужались, смеясь над её попытками выбраться. Отчаявшись, Иришка стала разбрасывать энергетические шары – этакие сгустки чистого света – во все стороны. Внезапно она заметила, что одна из стен при попадании шаров дрожит, как будто это не твёрдый камень, а всего лишь морок. Она сосредоточила всю свою силу в одном шаре и кинула его в эту стену. Морок спал.

Перед счастливой Иришкой открылся проход в огромную пещеру. В центре пещеры, освещённой солнечными лучами, пробивающимися сквозь отверстие в потолке, на заснеженном участке земли лежала золотая шкатулка. Она наполовину утопала в снегу и льду. А рядом стоял старик, облокотившись на палку. Иришка осторожно подошла к нему.

– Здравствуйте.

– Здравствуй, дитя, – отозвался старец. – Пришла за шкатулкой? Я ждал тебя, дитя ангела. Дитя света.

– Э… Кто Вы?

– Когда-то давно я даровал жизнь этой горе, отдав ей свою силу.

– Можно мне забрать шкатулку? – спросила Ира, не понимая, что происходит. – Она нужна мне.

– Я знаю. Твои друзья нуждаются в ней. А сейчас – тем более. Но эту шкатулку нельзя забрать просто так. Её надо заслужить.

– И что я должна делать?

– Просто взять её.

Иришка в недоумении посмотрела на старика и сделала шаг вперёд. Старец поднял палку, и из отверстия наверху подул холодный ветер. Он становился всё сильнее, сбивая Иру с ног. Она упала и ударилась о стену пещеры. Ветер стих. Старец вновь стоял, облокотившись на палку.

– И что это Вы делаете? – возмутилась Иришка.

– Я же сказал, что следует заслужить эту шкатулку.

– Но почему? Если она и так предназначена не Вам.

– В этой шкатулке заключены большие силы. Они помогут сохранить этот мир, но я не могу отдать её просто так. Даже зная, что она предназначена тем, кому ты хочешь её отдать, я не могу отдать её. Шкатулку можно лишь заслужить. И не в моих силах обойти это правило, дитя ангела.

Иришка со злостью взлетела в воздух и, оттолкнувшись от стены, набирая скорость, понеслась к заветной шкатулке. Но стоило старцу поднять руку, как поток снега и льда сразу отбросил Иру в исходную точку – обратно в стену. Помните, как я проходил испытание с водой? Иришка решила поступать также. Пытаться прорваться, пока не получится. Но спустя ещё несколько ударов об стену, Иришке пришлось задуматься, что она делает не так.

К исполнителям из прорыва вырывалось неизвестное существо. Оно было намного больше оборотня и напоминало скорей снежного человека. Вот только один нюанс. Метров так пять в высоту… И комплекция у него была подходящая. Лишь немногие деревья обгоняли это чудище по высоте. Благо, прорыв не позволял этому великану быстро вылезти в наш мир, но и не замедлял существенно этот процесс.

– Я думал, оборотни – страшные существа, – прошептал Максим, увидев чудище.

– Ты ошибался, – успокоила его Лена.

– Лучше давайте выбираться отсюда, а не болтать, – перебил их Пётр. – Сой, как слышишь? Ты видишь, что лезет из прорыва? Нам нужен Андрей. Самим не справиться.

– Вижу, – ответил Сой, наблюдающий за происходящим в офисе у экрана телевизора. – Но на Андрея надежды нет. У него сейчас свои проблемы. Вам пытается помочь Ира. Но пока и от неё нет вестей. Робаст! – позвал Сой пантеру. В офис влетела дикая кошка, готовая к бою. – Помоги исполнителям, пока Ира ищет шкатулку.

Робаст прыгнул в портал. Через пару секунд мимо исполнителей мелькнула чёрная тень. Робаст был стремителен, как молния, и неуловим, словно тень. Пантера старалась добраться до глаз чудища, но тому удавалось сбрасывать его. Но, не долетая до земли, Робаст каждый раз растворялся в тени и снова рвался в бой. Исполнители дошли до портала. Последним остался Пётр.

– Робаст! – громко закричал он. – Уходим!

Спустя минуту рядом с Петром стояла пантера, зализывая рану на передней лапе. Они вошли в портал, который закрылся за ними.

В офисе было шумно.

– Что это за чудище? – спросила Анна.

– Многие из оборотней, – начал объяснять Сой, – отнюдь не такие дикие, как кажется. Даже наоборот. Так же, как и везде, среди оборотней есть обычные горожане, учителя, работники различных сфер, воины, наёмники, с которыми вы уже встречались, исследователи и учёные. Последние когда-то давно совершали эксперименты с ДНК. Некоторые удачные, а некоторые, как вы видите, – нет.

Он начал ходить по офису, словно декларируя строчки из книги:

В одном из таких экспериментов было создано данное существо. Их всего около десятка. Называют их СИДы – совершенные искусственные добытчики. Не спрашивайте, почему именно так, не знаю. Видимо, задумывались эти существа как добытчики пищи, а именно людей. Но, как я уже говорил, что-то пошло не так, и СИДы стали уничтожать всё на своём пути. Тут же были истреблены практически все подобные существа, но несколько выжили. Перед вами один из них.

– И что же нам делать? – осведомился Пётр.

– Как я уже говорил… Ждать.

– Один момент, – перебил Коля. – Судя по размерам этого существа, около ближайшего населенного пункта СИД будет через пятнадцать минут.

– Если Ира не успеет, нам придётся остановить время, – отрезал Сой.

– Это как? – удивилась Яна.

Она очнулась и теперь пыталась вникнуть в ситуацию, перешёптываясь с Людой. Станислав тоже пришёл в себя и вслушивался в разговор окружающих. Уколы действовали быстро.

– В особо критических ситуациях возможно остановить время, но ненадолго. Примерно на двадцать минут по времени острова. И лишь на определённом участке. При этом есть одно но. Данное действие можно совершить лишь раз в месяц, опять же по времени острова. То есть, если потом понадобится остановить время, это будет сделать невозможно, независимо от ситуации.

– Ценная возможность, – сделал заключение Коля. – Но её придётся использовать немедленно. Я ошибся в расчётах. СИД не пошёл в населённый пункт пешком, как я рассчитывал, а побежал и достаточно быстро. И через двадцать секунд он будет там!

– Время – стоп! – отдал приказ Сой.

Коля ввёл специальную комбинацию в компьютер, и программа сделала своё дело.

– Готово, – доложил Коля. – По внешнему времени у нас где-то час. Но здесь, на острове…

– Да, – тихо отозвался Сой. – Ире лучше поспешить.

Люди в маленькой деревеньке спали, и Сой не учёл этого, когда отдавал приказ поскольку остановка времени не влияет на спящего человека. Когда человек спит, он находится вне времени. Но об этом позже.

А теперь снова вернёмся к Иришке, которая, забыв о том, что ей надо спешить, задумчиво сидела на камне и смотрела на шкатулку. Телепортироваться не удавалось, приблизиться тоже.

– Как же её заслужить? Что для этого надо сделать? – не понимала Ира. – Чего вы стоите? Помогли бы! Неужели сложно?

Старец улыбнулся.

– А зачем мне помогать тебе? Ты и так всё знаешь, дитя света.

– Ну что я знаю? Хватит говорить загадками! Не понимаю я ничего…

– Ты наверняка слышала о Пандоре и её ящике.

– Ну?

– Ты знаешь, почему она открыла его?

– Любопытство, что же ещё, – ухмыльнулась Ира.

– Твоя правда, дитя. Пандора была очень любопытна, и в какой-то момент ничто не могло сдержать её от открытия ящика. Но знаешь ли ты, что было в том ящике?

– Болезни, невзгоды и вообще всё плохое.

– Не только, – покачал головой старец. – Всё это было лишь снаружи. Но за этими испытаниями, на самом дне, скрывалась очень большая сила, которую Пандора выпустила в мир. Надежда. Великая сила, данная человечеству. Но, кроме надежды, в ящике было ещё кое-что. Маленькая золотая шкатулка, которую ты видишь перед собой. В ней заключены силы, которые предназначены для особых воинов, которых прозвали в своё время Воители надежды. Догадаешься почему?

– Они боролись…

– Да, – улыбнулся старец. – Они боролись. Со всем злом, что вырвалось из ящика, открытого Пандорой. Они боролись за надежду, боролись против того, что хотело погубить её. Ты уже знаешь о прорывах?

– Да, – ответила Ира. – Я и пришла за шкатулкой, потому что надо закрыть прорыв.

– Я знаю, – кивнул старец. – Знаю. Прорывы появились в мире после открытия ящика. Они, как и многое другое, с чем вам придётся столкнуться, были в нём. А теперь скажи, дитя, ты осуждаешь Пандору?

– Нет, – немного подумав, ответила Ира. – Я её понимаю. Любопытство – главный порок женщины, с которым она никогда не сможет справиться. Но мы умеем даже в плохих ситуациях находить что-то хорошее. Мы всегда надеемся на лучшее.

– Теперь ты знаешь, как взять шкатулку, – улыбнулся старик.

– Знаю? – удивилась Ира.

– Да.

Иришка не понимала, что имеет в виду старец. Вроде ничего о том, как взять шкатулку, он не говорил. Но Иришке необходима была эта шкатулка. Девушка медленно встала и пошла к ней. Старик поднял руку, и в Иру вновь подул сильный холодный ветер. Но Иришка шаг за шагом, несмотря ни на что, шла вперёд, к заветной шкатулке.

– Она… мне… нужна!

Ветер утих. А старик исчез. Иришка беспрепятственно прошла оставшийся путь до золотой шкатулки и подняла её. Не понимая до конца, как она прошла испытание. Вылетев наружу через отверстие вверху, Ира, сжимая драгоценную шкатулку, направилась обратно в нижние пещеры. Когда она вошла в офис, сразу стало тихо. Исполнители смотрели на неё, открыв рты.

– А у меня для вас подарочек есть! – показала им шкатулку Ира. – Скажите доброй тёте Ире спасибо!

Иришка открыла шкатулку и к потолку резко взлетели 12 небольших ярко светящихся и переливающихся всеми цветами радуги шариков энергии. Описав круг, шарики разделились и полетели к исполнителям, влетев им в область сердца. Каждому из исполнителей досталась своя особая сила, отражающая их внутреннюю сущность и черты характера. Но обо всём по порядку.

– В бескрайних просторах нашей Вселенной, – заговорил Пётр.

– Открытые небу приходят на Землю, – подхватила Яна.

– И старое зло, что сгустилось над миром, – вторил им Михаил.

– В великой борьбе побеждает отважный, – продолжила Аня.

Далее каждый из оставшихся исполнителей сказал свою строчку из обращения Воителей надежды.

– Мы воины из крови, внутри нас надежда.

– Что ярко сияет в доспехах из плоти.

– Открытый когда-то ящик Пандоры.

– В смертельной борьбе нашей молча закроем.

– И пусть мы уйдём после этого к Солнцу.

– Вы помните воинов, что бились за правду.

– Тот свет, что сияет в доспехах из плоти.

– Останется в мире, чьё имя – надежда, – закончила Людмила.

– Вот теперь они стали теми, кем должны были быть изначально, – удовлетворённо сказал Сой. – А дитя ангелов – их предводитель. Пророчество исполнено.

– Что? – удивилась Ира. – Ну, уж нет! Я на это не подписывалась.

– Знаешь такую поговорку: чему быть, того не миновать?

Сой обратился он к исполнителям, которые откровенно не понимали, что происходит и зачем они говорили сейчас все эти странные фразы. Как будто клятва давно уже жила в них, но только сейчас выбралась наружу.

– Вы стали другими. Настоящими. И это только начало. Со временем вы отыщете в себе силу, отражающую вашу внутреннюю суть. А сейчас… – повернулся он к телевизору. – Надо разобраться с незваным гостем. Время скоро снова будет не на нашей стороне.

– Даже если мы победим, – сказал Игорь. – Хотя я не понимаю как… Нам всё равно не закрыть портал. Медальон уничтожен.

– Из этой ситуации выход намного проще, чем кажется на первый взгляд, – улыбнулся Сойлгайз. – Победить СИДа вы сможете теперь легко. Надо просто верить в себя. И не терять надежду. Помните, что даёт вам силу. А прорывы может не только закрывать, но и открывать наша обновлённая Иришка. Всем ангелам доступна эта возможность. И ты не исключение.

– Ты меня убиваешь! – её возмущению не было предела. – Мне теперь задания выполнять, что ли, придётся? И каждый раз эти чёртовы прорывы закрывать? А если их за день сто штук откроется? Мне разорваться, что ли, среди них? Нет! Нет! И нет! На это я не подписывалась точно.

– Не переживай так. Надеюсь, я смогу починить медальон. Тем более скоро Андрей вернётся к своим обязанностям. И тогда он создаст каждому исполнителю по медальону.

– Ну, хорошо! – согласилась Ира, продолжая ворчать. – Если так, тогда ладно.

Она первой влетела в портал. Остальные последовали следом. Над деревенькой поднимался рассвет. Практически идиллия, если бы не одно большое но, зависшее в метре от деревни.

– Ты хоть понимаешь, – сказала Ира Сою в наушник. – Если сейчас вернуть время в нормальное русло, СИД просто разнесёт деревню.

– Ты права, – задумался Сой, изучая картинку на экране телевизора.

– И? – не выдержала долгого молчания Иришка.

– У меня два предложения, – отозвался Сойлгайз. – Либо передвинуть его подальше. Либо телепортировать в другое место.

– Второе точно нет, – отказалась от безумной идеи Иришка. – Я сама себя ещё не могу перенести, а такой огромный объект – тем более. А как ты предлагаешь передвинуть вот это?

– То, что время остановилось, – усмехнулся Сой. – Не означает, что нельзя взаимодействовать с предметами. Так что вам придётся поработать руками. Повалить, а затем тащить.

– У вас есть три минуты, после чего время вернётся в привычное русло, – послышался в наушнике голос Коли. – Поспешите.

– Слышали его? – крикнул Пётр. – Приступили!

Исполнители разделились на две группы, а затем попытались повалить СИДа, толкая его под коленки. Повалить огромную тушу удалось, но сдвинуть с места его было нереально.

– Кстати, – задумалась Яна, потирая сломанные недавно рёбра. – А что мы вообще пытаемся с ним сделать, хоть кто-нибудь понимает?

Этот простой вопрос поставил всех в тупик. Исполнители разом посмотрели на Иришку.

– Что? – удивилась моя подруга. – Сой?

– Вам надо избавиться от него, – пояснил он. – Любым путём.

– Тогда зачем мы его двигаем? – спросил ИньЯн. – Не проще его просто взорвать. Сой?

– А почему бы и нет? Правда я не уверен, подействует ли на него наше оружие.

– Надо всего лишь поместить заряд взрывчатки на лоб. Но лезть на него я не собираюсь, – пояснил ИньЯн.

– Давай сюда свою взрывчатку, – возразила Ира.

Иришка взяла заряд C4 и взлетела в утреннее небо. Прицепив взрывчатку на переносицу СИДу, Иришка приземлилась рядом с японцем.

– Запускай свою игрушку.

– Ок, – кивнул ИньЯн.

До взрыва была установлена ровно одна минута. Ровно столько же оставалось до того момента, когда время снова начнёт свой ход.

– Советую отойти, – произнёс ИньЯн.

Исполнители отошли ближе к деревне. И то, что они увидели в одном из ближайших домов, повергло их в шок. Зевая и потягиваясь, из постели вылезала маленькая девочка, лет пяти. Держа за лапу белого медвежонка, девчушка потопала в спальню родителей. С явным намерением их разбудить. Исполнители, все как один обернулись и посмотрели на монстра, лежащего буквально в нескольких метрах. Тот не шевелился. Собственно, как и птицы, зависшие в воздухе.

– Чего-то я не понимаю, – протянула Яна.

– Сой! Почему люди… э… двигаются? – спросил в наушник Пётр.

Кажется, в спешке, останавливая время, мы не учли того факта, что там была ночь. А люди в этот момент обычно спят. А во сне человек находится вне времени. Поэтому остановка никак на него не действует.

– Посмотрите, – прошептала Лена, показывая на другие дома, из которых выходили люди. Кто-то на работу, кто-то заняться хозяйством. Вдали по дороге ехал мальчишка на велосипеде, развозя почту. Тихо, мирно, люди, просыпаясь, начинали новый день.

– Э… 7 секунд! – очнулся ИньЯн, взглянув на таймер. – 6… 5…

– Вот ведь… – выругалась Иришка. – Убью Андрея. Теперь точно убью!

Часть 2. Тургор

Я сидел в своём кресле и даже не догадывался о происходящих событиях. Голова была забита совсем другими мыслями. Мне нужно было узнать об иных жителях нашей планеты. О тех, кто прожил стадию зародыша и переродился в другой, недоступной для моего понимания реальности. Мне нужно было узнать о призраках. Я вспомнил, что старик сказал, мол, у них есть свои города и поселения. Но я понимал, что я не смогу их никогда найти, пока…

Пока сам не стану призраком.

Интересно, а если я умру, смогу потом опять вселиться в тело?

На глаза Сою и Иришке я показываться не хотел, поэтому не мог с ними это обсудить. Моя проблема в том, что я до сих пор не мог осознать, что я не человек. Старые законы и понятия больше не имеют ко мне никакого отношения.

Я создал на столе нож. Кухонный, у меня был дома такой однажды. С длинным лезвием. Не знаю, куда он потом пропал, может, Иришка утащила, она та ещё любительница остро-режущего. Но именно он вспомнился мне сейчас.

А затем, стараясь не задумываться над тем, что делаю, резко схватил его и вонзил в сердце.

Вначале я почувствовал дикую боль. Тело на автомате захотело залечить рану, но я не позволил этого. Сердце остановилось и я почувствовал, будто сбросил с плеч огромную ношу.

Вот дурак, можно же было просто приказать сердцу остановиться…

Сбросив физическую оболочку, я обрёл небывалую лёгкость. Даже не представляете, какое на самом деле тяжёлое наше тело. Если бы я захотел, то парил бы в воздухе, но я предпочёл ходьбу, поскольку просто к ней привык.

Я вышел из кабинета. Лидии не было на месте. Я поднялся наверх. Внезапно сознание помутилось, непонятная боль пронзила меня и стала разрывать на части. От боли я зажмурился.

Спустя несколько секунд мои терзания прекратились. Я открыл глаза и обнаружил, что нахожусь в совершенно другом месте. Здесь не было солнца, постоянно стояли сумерки. Даже не так – представьте себе дождливую погоду, но без дождя, когда небо заволокло тёмными тучами. Вот то же самое было и здесь. Моему взору предстала равнина, уходящая во все стороны за горизонт. Голая, пустынная, неживая. Даже трава, несмотря на то, что была зелёного цвета, выглядела как-то не очень. Не так, как мы привыкли её видеть. Безжизненно. Мне оставалось только одно. Идти. И искать… Что?

Не знаю.

Хоть что-то. Равнина была пустынна, а по размерам казалась бесконечной. Я шёл. Шёл. И снова шёл. Я не знал, почему я это делаю, не знал зачем, как будто невидимая рука управляла мной, как марионеткой, в поисках чего-то… Шёл, пока силы не покинули меня и я упал на землю.

Зачем вообще я захотел умереть? Что я надеялся найти? Кому помочь? Себе или своему миру? О чём я думал? Думал… сделаю что? Что?

Вопросы один за другим рождались в моей голове. И ни на один из них я не мог дать внятного ответа. У меня просто не было сил.

– Поднимайся.

Рядом с собой я почувствовал кого-то. Но не мог поднять голову, чтобы увидеть.

– Поднимайся! – повторил незнакомец, прикрикнув.

Он что, издевается надо мной? Как мне подняться, если мне тяжело даже моргнуть.

– Нечего валяться! Так ты никогда не найдёшь призрачный город.

О чём это он говорит? Какой город? Но причём тут призраки? И вообще, где я? Кто я?

Память покинула меня. У меня было слишком мало сил, чтобы помнить.

– Квинтэссенция! – выкрикнул незнакомец.

Налетевший неизвестно откуда ветер поднял меня в воздух. С трудом, как будто вырывая из земли. А затем «ласково» опустил на ноги.

– Я же сказал, вставай! Почему ты меня не слушал? Ещё бы чуть-чуть, и равнина поглотила тебя в свои недра.

Я наконец смог разглядеть незнакомца. Это был мужчина. Возраст? Не могу сказать. У призрака, а это, безусловно, был он, трудно определить возраст. Тёмные волосы, пронзительный взгляд зелёных глаз – вот что выделялось. Всё остальное оставалось размытым, почти неразличимым. Одет мужчина был в простые штаны из непонятной, но прочной ткани, да рубашку в клетку. И старые, не по состоянию, а по виду, тупоконечные туфли.

– Ты кто такой? – спросил у меня призрак.

Поскольку память была в значительной степени потеряна, я не смог дать ответ на этот вопрос.

– Ты меня хоть слышишь?

– Я не знаю, – отозвался я. – Где я?

– О! – присвистнул незнакомец. – Похоже, ты долго пролежал в земле. Равнина успела выпить из тебя все соки. Ну, ничего! Пойдём. Я отведу тебя к призрачным стенам. Там начинается территория призрачного города. А в городе есть человек, который сможет тебе помочь.

– Спасибо, – отозвался я. – А кто ты?

– Я рейдер. Исследую равнину в поисках потеряшек. Таких призраков, как ты. Можешь звать меня Вильям.

На этом наше общение закончилось, поскольку Вильям развернулся и пошёл в противоположную сторону той, куда шёл до этого я. Мне пришлось последовать за ним. Странно, но равнина больше не иссушала меня так, как раньше. Не могу сказать, что я был полон сил, но больше не терял их.

Вскоре вдали показались стены. Видно, их название происходило отчего-то другого, поскольку ничего призрачного я в них так и не увидел. Стены как стены. Из тёмного камня. Вполне материальные. Но когда мы подошли к ним вплотную, я понял, почему они названы призрачными. Стены и вправду были материальные, но не были статичными, то есть колебались в пространстве. Сквозь них нельзя было пройти, но и прочными они как-то не выглядели, хотя это было совсем не так. Сложно описать… Это надо видеть.

– Неужто новенький! – обрадовано закричал стражник, завидев, как мы приближаемся к стене.

– Да, – откликнулся Вильям. – Нашёл в равнине. Проверяй по своему расчудесному списку. Может, повезло, и мне достанется немного энергии.

Буквально из воздуха стражник достал длинный список. Некоторое время поизучав его, стражник спросил:

– Имя своё точно не помнит?

Вильям посмотрел на меня. Я отрицательно покачал головой.

– Не помнит, – бодро отозвался мой сопровождающий.

– Странно, – протянул стражник. – Сей списочек всегда показывает мне информацию об усопших, стоящих передо мной. Но в твоём случае бумага девственно чиста.

– И что это значит? – спросил я.

– Это означает, что ты жив, – ответил мне Вильям, с интересом рассматривая меня.

– Но, – возмутился я, осматривая себя с ног до головы, которые явно были призрачные. Вряд ли сквозь «живую» руку можно посмотреть насквозь. – Тогда как я здесь очутился?

– А вот это придётся выяснять тебе самому. Я выдам тебе временный пропуск в город, – пояснил стражник, отвечая на вопрос. – Когда окажешься в нём, постарайся сделать всё, чтобы встретиться с главным и выпросить у него аудиенцию с самой Смертью. Она сможет ответить на твои вопросы.

Видимо, стражник не знал, что Смерть теперь мужчина, называя его ею.

Сделав несколько пассов руками, стражник негромко крикнул:

– Квинтэссенция!

Расстояние между нами пронзила короткая вспышка молнии, отпечатавшаяся на моей груди в глубокую, но небольшую царапину. Наверное, это пропуск.

– Всего доброго, – попрощался страж.

– Пойдём! – позвал Вильям и прошёл прямо сквозь стену.

Я вновь последовал за ним. Вначале стена казалась неприступной, но затем, словно заметив разлом в моей груди, оставленный молнией, легко пропустила меня. Перед моим взором открылась воистину потрясающая картина. Целый мир, в котором обитали ушедшие. Живущие настоящей жизнью, а не тем, что мы привыкли называть «жизнь».

Если верить старику из магазина часов конечно…

Хотя, на мой взгляд, особо отличий и не было. Приведу основные из них. Призраку не надо было есть и спать, но зато ему для существования и для других особых целей необходима была энергия. И её можно было получить несколькими путями.

В основном призраки работали, получая вместо привычной нам зарплаты вожделенную энергию. Можно было пойти в рейдеры, как Вильям. Находить потерянных призраков, застрявших в ловушке равнины.

Или переместиться в мир живых и получить энергию от нас с вами. Причём в неограниченном количестве. Вот только есть одно «но». Чтобы вернуться назад, необходим пропуск, который исчезал при добровольном и/или несанкционированном выходе из города, за пределы призрачных стен. Разумеется, новый пропуск никто давать не собирался, а заслужить его было невероятно трудно. Поэтому многие призраки застревали в мире живых и со временем сходили с ума, становясь злыми. Именно о таких полтергейстах мы обычно очень часто слышим. Те же, кто сохраняет рассудок, обычно помогают своим близким, оберегая их от неприятностей.

Следующей отличительной особенностью призраков можно было назвать их способность к «особому волшебству» под названием «квинтэссенция». Вообще, квинтэссенция – это сгусток концентрированной личной энергии, направленный на материализацию мысли. Её ещё уподобляют пятой энергии: эфиру или молнии. Энергии тонкого мира. В призрачном мире за неё можно было получить всё.

К чему сводилась такая жизнь? Объясняю.

Надо было накопить энергии столько, чтобы достичь состояния тургора. Когда каждая клеточка организма переполнена энергией. Тогда становится возможным родиться заново. Думается, и в чём смысл – какой-то замкнутый круг. А нет! Каждая прожитая жизнь даёт душе новые качества и умения. А также отработку бесценной кармы. Только те, у кого карма чиста, могут после смерти выбрать иной путь и не становиться призраком. А уйти в высшие миры.

У призраков была ещё одна забота. Чтобы их мир существовал, также была необходима энергия. Но другая, особенная, отличающаяся от той, что нужна для существования и квинтэссенции. Чтобы лучше понять, энергия для существования призраков – аналог денег, энергия для существования мира – аналог электричества.

Для поддержки города и поселений вокруг необходима была энергия, насыщенная чувствами и эмоциями. А так как призраки не могут вырабатывать эту энергию, поскольку попросту забыли, как это делается, им и приходится работать. Это – имитация жизни. Имитируя поведение и поступки живых, призраки помогают своим воспоминаниям обостриться, что позволяет вырабатывать эмоции, связанные с тем или иным воспоминанием. Следовательно, в этой экосистеме было всё то, что и в жизни: школы и сады, больницы, стража, строители, пожарные и другие различные специалисты. Своя власть, законы и всё, что было до смерти. Всё, что помогает чувствам и эмоциям обостриться.

Но есть и нечто другое, связанное непосредственно с призрачной жизнью. Но об этом попозже. А сейчас вернёмся к тому, что я увидел перед глазами.

Я стоял на широкой дороге без какого-либо покрытия, ведущей к близлежащей деревеньке. Справа и слева равнина, но что-то с ней было не так. Она отличалась от той, что была за стенами этих земель. Всё, как оказалось, гениально и просто – за ней ухаживали крестьяне из деревни. А она, кстати, была немаленькая. Домов тридцать. Плюс школа, медицинский пункт, пост стражи, магазинчики и бар. А также был дом главы деревни. К нему мы и направлялись.

– Этот пройдоха задолжал мне немало энергии. Так что ему придётся найти нам транспорт до города. Кстати, – бойко вёл беседу Вильям. Видимо, у него давно не было слушателей. – Не знаю, из какого ты времени, но хочу предупредить тебя. Это расстраивает многих, но электричества, как и машин, и всех прелестей прогресса здесь нет. Не прижилось. Вместо этого используем лошадей и повозки. Так вот, первых очень трудно достать. К сожалению, души животных, истинных животных, а не людей в животной сущности, не попадают сюда. И достать их можно, только делая забеги на мир живых, лишая жизни бедное животное и забирая его дух с собой. Но это очень трудная работа, и требует затрат большого количества энергии. Здесь животные – редкость. А уж некоторые виды, так вообще раритет.

Я молчал и слушал, но в мыслях был занят другим. Пытался вспомнить хотя бы своё имя.

Что-то на А… Кажется, Артём. Или Алексей? А может Андрей? Да, Андрей!

– Вильям! Я, кажется, вспомнил имя! Меня зовут Андрей! Может быть…

Вильям, который всё ещё болтал о своём, не сразу понял, что с ним заговорили.

– Что?

– Меня, кажется, Андрей зовут. Я имя своё вспомнил.

– Это здорово! – обрадовался Вильям. – Значит, равнина не так сильно подкосила тебя, как я думал. Молодец! Идёшь на поправку.

Мы подошли к деревне. У ворот, а деревня была огорожена деревянным забором, стоял стражник. В простой одежде, с несколькими кожаными и металлическими вставками, защищающими важные части тела. За спиной у него висел меч с широким основанием и немного изогнутым и узким концом.

– Привет, Вил! – поздоровался он с нашедшим меня рейдером.

– Здорово, Дэв! А я думал, сегодня Кирилл на посту.

– Он заболел.

– Призраки болеют? – удивился я.

– Ну не то чтобы… Короче, болезнью называют недостаток у призрака энергии для существования, – пояснил мне Вильям.

– А это кто? – подозрительно посмотрев на меня, осведомился стражник Дэвис.

– Это Андрей. Я нашёл его за призрачными стенами. Равнина выпила у него слишком много сил, и он забыл, кто он такой. Вспомнил только имя. Вот провожу его в город. А до этого надо заглянуть к Петру Васильевичу. Забрать должок.

– Понятно, – немного успокоившись, сказал стражник. – Тогда добро пожаловать в деревню Вэлл.

Он отворил ворота и впустил нас внутрь.

– Ты видишь вон тот высокий дом? Это ратуша. Там живёт и работает глава деревни Пётр. Он, кстати, из твоего времени. Депутатом был, вот и поставили на такую должность.

– Как вы строите здания? Я так и не увидел ни одного дерева.

Вильям развёл руками:

– А на равнине и нет деревьев. На то она и равнина. Деревья растут только на территории призрачных земель. Ты увидишь их, когда будем ехать в город. Целые леса.

Он почесал нос.

– Кстати, рядом с деревней, кажется, тоже были деревья. Но немного, всего пара штук. Уж очень много ушло на строительство. А ведь деревья тоже здесь не в изобилии. Они появляются, когда сгорают в мире живых.

И наконец вспомнил про мой вопрос:

– А строят здания строители. Каждый занимается своим делом.

Ответив, Вил направился к ратуше. Судя по всему, ему нравилось рассказывать об устройстве мира призраков. Чересчур уж подробными были объяснения.

А деревня между тем «жила» своей обычной жизнью. Кто-то колол дрова, значит, здесь был огонь. Кто-то кормил кур, пас свиней и коз – их было немного, но…

Неужели призраки испытывают голод?

Кто-то просто шёл по своим делам или болтал с соседом. Проходя мимо одного из домов, я заметил, как женщина нянчит малыша, уговаривая того поспать.

– А как же маленькие дети? Неужели они не вырастают? – невольно спросил я.

– Ну почему? – отозвался идущий впереди Вил. – Им как раз легче всего. Им требуется гораздо меньше энергии, чтобы родиться вновь. Гораздо меньше.

На этом ответ был исчерпан. А мы подошли к ратуше. Прежде чем зайти, Вильям громко постучал. А затем, не дожидаясь ответа, зашёл.

Здание было двухэтажное. На первом этаже было непосредственно рабочее помещение. Большая гостиная с массивным дубовым столом и такими же стульями. Наверное, здесь проходят заседания старейшин. У стен в два ряда стояли лавки для жителей деревни. У одной из стен не было лавок, поскольку там располагался камин. В нём горел огонь. Судя по стульям, в заседании участвовали двенадцать человек плюс глава деревни.

Мда, интересное число получается. Ну да ладно.

На втором этаже, куда вела лестница за стеной в небольшом коридоре, находились жилые комнаты. Видимо, ратуша использовалась ещё и как гостиница. А стол ещё и как столовый. Значит, где-то тут есть кухня. Практично, ничего не скажешь. С лестницы раздался шум.

– Кто там?

– Это я, Вильям! По делу.

В гостиную вошёл полный мужчина, одетый в дорогой костюм. Одна небольшая деталь – во лбу у него была дырка с кровоподтёком. Похоже, его убили. Увидев, куда я смотрю, Вильям усмехнулся:

– Прости, забыл рассказать. Те, кто умер неестественной смертью, попадают сюда в том виде, какими были в момент смерти. Но со временем следы смерти исчезают. Поскольку наш уважаемый мэр недавно здесь, следы его смерти ещё не сошли.

– Но становятся менее заметными, – заверил нас мужчина. – Здравствуйте! Чем могу помочь?

– Нам нужна повозка, чтобы добраться до города.

– Я бы с удовольствием, но все лошади заняты в поле.

– Ты мне должен, – напомнил Вил. – Могу простить долг взамен на лошадей.

Пётр задумчиво стал расхаживать около стола.

– Нет, – наконец ответил он, шумно выдохнув. – Да, я должен тебе, но не так много, чтобы дать лошадей, пусть даже и на время.

– Нет? – возмутился Вильям. – Вы посмотрите на этого засранца! Лошадей ему жалко! Тогда возвращай долг прямо сейчас.

Было видно, что он в негодовании. Я вдруг почувствовал, что от него исходит непонятная энергия, которую с жадностью впитывает окружающее пространство. Мер тоже заметил это. Спустя секунду Вил успокоился.

– Спасибо, конечно, Вильям, что выпустил в мир эмоции, но я всё равно не могу дать тебе лошадей. Крестьяне истощены. Им нужна работа, и я не могу отнимать у них лошадей сейчас.

– Ладно, – успокоился Вильям. – А что, если мы тебе заплатим.

– Хорошо. Повозку я дам за долг, а лошадей можете приобрести. Но это будет недёшево, – хитрости и нахальства мэру было не занимать.

– Чтоб я ещё раз, – выругался Вильям.

От бурлил эмоциями. Видимо, подобными выходками Пётр в буквальном смысле вырывал из призраков необходимую для деревни и этого мира в целом энергию.

– Хорошо. Нам всё равно ничего не остаётся. Но у меня хватит энергии только на одну лошадь, так что тебе, Андрей, тоже придётся пожертвовать своими силами.

– Хорошо, – кивнул я. – А как это делается?

– Докоснись до этого проходимца и скажи «квинтэссенция».

Вильям пожал вытянутую мэром руку и зло сказал:

– Квинтэссенция.

Я повторил за ним. Из тела как будто выкачали жизненные силы. Очень напоминало то, что со мной происходило на равнине. Вот только сейчас процесс был добровольным. Я заметил, что после рукопожатия мэр заметно поздоровел. У него даже появилось что-то наподобие румянца. И это откровенно странно смотрелось на призрачном лице. А вот Вильям, было видно, ощущает слабость. Он даже стал прозрачнее. Но на мне это никак не отразилось. Подобному парадоксу были удивлены все.

– Я думал, – тяжело дыша, сказал Вильям. – Из тебя равнина все силы выкачала, а ты стоишь сейчас как ни в чём не бывало, хотя энергии за лошадей отдал немало. Не у каждого призрака здесь столько есть.

– Я не знаю, почему, – искренне стал оправдываться я.

Я же не помнил, что являюсь Анимой и силы у меня безграничные.

– Ну ладно, – отмахнулся Вильям. – Странный ты субъект, но это к лучшему. В городе ты точно будешь ценным товаром, так что я сполна верну энергию, потраченную на тебя и наше путешествие.

Теперь стало понятно, почему он со мной так возится. Но его нельзя было упрекать. Каждый в этом мире зарабатывает необходимую энергию так, как умеет.

– Гони наших лошадей, – приказал Вил мэру.

Тот лишь кивнул головой и вышел на улицу. Мы пошли за ним. Выйдя во двор, мэр громко сказал:

– Квинтэссенция!

Прямо из воздуха стала материализоваться повозка, а за ней и лошади. Через минуту наш транспорт был готов.

– Они ваши на неделю.

Наверное, надо пояснить. Как такового времени здесь не было. То есть нельзя было определить год или месяц. Но определённый отсчёт времени всё-таки присутствовал – для удобства. А использовались для этого песочные часы. В каждом населённом пункте были такие. Достаточно громоздкие, стоит сказать. А песка в них было ровно на сутки. И определённые призраки каждый день переворачивали эти часы, а также вели запись.

Мы сели в повозку. Вил взял в свои руки управление лошадьми. Я возражать не стал, поскольку даже не имел представления, как это делать. Мы выехали через вторые ворота деревни, противоположные первым.

Поначалу по сторонам была только равнина. Но затем кусками стали появляться леса. Сначала пара-тройка деревьев, затем небольшие рощицы, а потом пошли леса. Наша дорога, кстати, как раз пролегала через один из них. Деревья выглядели странно, как и всё в этом мире. Цвет присутствовал, но был приглушён, словно всё смешали с серыми красками. Хотя, если подумать, ничего удивительного. Свет солнца не мог пробиться сквозь густые и тёмные тучи. Серость присутствовала во всём. Но, тем не менее, в лесу, в который мы въехали, присутствовала жизнь. Изредка за деревьями, в глубине леса, можно было заметить животных. Они так же, как и призраки, не выглядели плотными, но, несмотря на это, спокойно жили своей маленькой жизнью. Дорогу впереди быстро перескочил заяц. А за ним волк.

– Этот лес является заповедным, – пояснил Вильям. – В нём наши учёные пытаются разводить животных в их естественных условиях.

– Чтоб призраки рождали? – удивился я. – Но как это возможно?

– Кто говорит о рождении? Это невозможно! – рассмеялся Вил. – Я же сказал, разводить. Чтоб животные жили своей привычной жизнью. Это даёт большое количество энергии, необходимой для существования этого мира.

Около пяти часов мы ехали до города. По пути нам встретилось несколько маленьких деревушек. Один раз мы даже проехали довольно большую реку через красивый каменный мост. И наконец, впереди показались высокие каменные стены города. С множеством дозорных башен. На стенах можно было увидеть стражей, которые зорко вглядывались вдаль.

По своему виду город напоминал что-то средневековое. В центре возвышается величественный замок, символизирующий силу и власть. Вокруг него раскинулись разнообразные постройки – от внушительных каменных зданий до уютных деревянных домиков. Рядом с замком раскинулась большая площадь, где разместился рынок. Ближе к стенам замка начали встречаться убогие лачуги бедняков. А возле замка, как и положено, обитала знать – в просторных кирпичных особняках.

Время сыграло с этим местом удивительную шутку. В одном городе жили представители разных народов из разных эпох. Язык у них был общий, так что языкового барьера не существовало. Однако обычаи и традиции сильно влияли на их жизнь. Дома были настолько разные по своему оформлению и архитектуре, что хотелось вопить от восторга. Настолько всё было красиво, необычно, разносторонне. Но всё вместе это создавало непередаваемое ощущение. Всё хотелось посмотреть, пощупать, запомнить каждую мелочь.

Удивительное место.

Порой доходило до смешного. Какой-нибудь деревянный дом из нашего времени выглядел в сто раз лучше, чем кирпичный дом богачей, стоящий прямо рядом с замком. Но, несмотря на подобные казусы, город впечатлял.

Большие массивные деревянные ворота опустились. Нас впустили в город. Рядом с воротами была большая площадь, заставленная лошадьми. Как гордо стоящими в одиночестве, так и запряжёнными в повозки по шесть штук. Найдя свободное место, мы оставили свою повозку и направились в центр города, к замку.

– Пройти внутрь будет легко, – между тем рассказывал мне Вильям, пока я осматривал город. – А вот попасть на приём к необходимой нам личности гораздо труднее. Можно, конечно, подкупить всех, кто перед нами, но я боюсь, что тогда нам не хватит никакой энергии, поскольку в очереди чуть ли не полгорода.

– И что же нам делать? – отвлёкся я от просмотра.

– У меня в знакомых числится один призрак, приближенный к королю. Может, он сумеет помочь, – отозвался Вил. – Но когда ты попадёшь к королю, о встрече с самой Смертью тебе договариваться самому. Я к тому времени, надеюсь, получу свою награду и смогу вернуться к работе.

Я промолчал в ответ. А что тут можно было добавить? Всё предельно ясно и понятно. Беседуя, мы постоянно сворачивали и пробирались то по закоулкам, то по главным улицам. Пока не дошли до рынка. Народу здесь было очень много. Примерно как в метро в час пик. Продавцы громко орали, зазывая покупателей к своей лавке. Продавалось всё. От банальной еды до оружия. И у меня опять возник вопрос.

Неужели призраки испытывают голод и едят? Им же вроде как не нужна еда.

Именно об этом я и поинтересовался у Вильяма.

– Для существования или выживания не нужна, ты прав, – в очередной раз стал объяснять он, воодушевившись.

Может, он был учителем при жизни?

– Мы едим для того, чтобы пробудить эмоции прежней жизни. Я же говорил, что призраки играют в жизнь. Мы воспроизводим её во всех деталях. Выращиваем, продаём, покупаем, готовим, употребляем. Все эти этапы важны и необходимы для того, чтобы наш тонкий и хрупкий мир имел право на существование.

Тем временем мы подошли к ступенькам, ведущим ко входу в замок. Поднялись наверх и беспрепятственно, несмотря на то, что у входа стояла стража, вошли внутрь. Внутри было не менее красиво, чем снаружи. Свечи создавали мягкое, тёплое освещение, позволяя цвету раскрыться во всей своей яркости и насыщенности.

Поплутав по запутанным коридорам, взобрались на какую-то башенку, где нашли старого призрака, изучающего древние фолианты. Он напомнил мне известного колдуна Мерлина. Но, как оказалось, хоть это был и не известный всем волшебник, магическое ремесло он знал как никто другой. То есть, о квинтэссенции этот старик знал всё.

– Здравствуй Линас, – поздоровался Вил.

Старик отвлёкся от книги и посмотрел прямо на меня.

– Здравствуй, Вильям. Я ждал вас.

А между тем, для исполнителей настал тяжёлый момент. Люди, которые не должны ничего знать, сейчас видели всё…

Когда жители начали покидать свои дома и заниматься утренними делами, их внимание сразу привлёк огромный монстр, лежащий на краю деревни. Не успев даже осознать увиденное, сияние парящего над тушей ангела выбило из них дух во второй раз.

И тут тишину оглушительного шока разорвал взрыв.

Бежать!

Он вывел людей из ступора и они бросились обратно в дома, надеясь укрыться.

Ах да. Взрыв, который, по идее, должен был убить монстра, только разозлил его. СИД вскочил на ноги и ринулся за вкусными людишками. Исполнители попытались шквальным огнём задержать его, но, увы. Остановить разрушающего всё на своём пути монстра они были не в состоянии. Исполнителям пришлось отступать. Внезапно Максим споткнулся и упал. СИД был слишком близко. Макс зажмурился, когда монстр занёс над ним ногу. Но, не почувствовав себя лепёшкой, очень удивился. Ещё большее удивление снизошло на него, когда он открыл глаза. Мир замер, время остановилось. Для всех, кроме Максима. Придя в себя, он поднялся, осматриваясь.

– Сой! Ты меня слышишь?

– Да. Слышу прекрасно. Что произошло? Почему время остановилось?

– Я думал это вы, – протянул Макс.

– Нет! – откликнулся Сой в наушнике, тут же сообразив. – Видимо, тебе досталась власть над временем. Это сделал ты. От испуга в твою кровь выбросилось море адреналина. Это позволило твоему сердцу и мозгу, как и организму в целом, работать в разы быстрее. А значит, ты вырывался за рамки времени.

– И что мне теперь делать?

– Видимо, когда действие адреналина пройдёт, время вернёт свой ход. Так что не теряй момент. Твоя власть над временем должна быть безгранична. Попробуй вернуть время назад.

– Но как?

– Мысленно промотай то, что сейчас произошло, назад, до того момента, который покажется тебе разумным.

Максим послушно закрыл глаза и на пару секунд стушевался, всё ещё не понимая «как». Он решил представить, что внешний мир лишь передача на экране телевизора, а в руках пульт. Когда Макс снова открыл глаза, СИД лежал недалеко от деревни, а Иришка взлетала ввысь с взрывчаткой, чтобы установить её. Он снова зажмурился и позволил времени идти для всех, кроме СИДа. Голова кружилась.

– Стой! – закричал он, пошатываясь. – Это не поможет.

Иришка замерла в воздухе:

– Почему?

– Я только что вернулся из будущего. Взрывчатка не нанесла урон, а только разозлила монстра. Он понёсся на деревню и чуть не раздавил меня. Тогда я остановил время, а затем вернулся в этот момент. Сой сказал, что это моя сила.

– Это возможно, – согласился Сой, слушая спутанные объяснения.

– Тогда что нам делать? – подал голос Пётр, который как командир сейчас чувствовал себя потерянным.

– В первую очередь уводить людей. Потому что они спят, а значит, остановка времени на них не действует. Они в опасности, – напомнил о важном моменте Максим.

– Я дурак! – воскликнул Сой. – Он прав. Я совсем забыл об этом. Срочно выводите людей. Ира, с помощью своей силы создай вокруг монстра клетку. Это должно его задержать, пока я не найду способ справиться… со всем этим.

– Я попробую.

– Все слышали, что надо делать? – взял командование в свои руки Пётр. – Тогда вперёд! Выводим людей!

Исполнители кинулись в дома, из которых стал раздаваться шум недовольных жителей. Но как только исполнителям удавалось вывести их на улицу и жители замечали монстра, тут же лишние вопросы отпадали сами собой.

Иришка выбросила мешающую взрывчатку и сосредоточилась. А затем, сконцентрировав всю энергию в руках, направила её на СИДа. Вокруг него стала образовываться ослепительная белая сеть. Адреналин перестал поступать в кровь Макса. Время вернулось на круги своя. Монстр очнулся. Заметив, что он пленён, СИД взревел.

К Иришке вернулись Пётр, Максим и Александр.

– Если не выгорит, остальные защитят людей, – пояснил Пётр.

– Сой! – прохрипела Иришка. – Поторопись! Я не смогу его долго держать!

Прошла минута. Монстр бушевал, а исполнители терпеливо ждали. Иришка дрожала от напряжения.

– Сой! – прокричала она, выбиваясь из сил.

Сеть стала обрываться. Почувствовав это, монстр удвоил усилия и, в конце концов, смог полностью сбросить её. Иришка обессилено падала вниз. Даже без адреналина в крови Максим мог частично влиять на время, поэтому замедлил её падение, а Александр кинулся ловить.

СИД бросился прямо на Петра, который вёл по нему плотный огонь. И когда монстр попытался ударить, Пётр инстинктивно пригнулся, закрываясь руками, но не почувствовав удара, осознал: монстр лупит по воздуху чуть выше, словно наталкиваясь на невидимую преграду.

– А вот и моя сила… – Пётр на секунду замер, прошептав эти слова. – Макс! Замедли монстра, чтоб я успел выйти из-под атаки.

– Хорошо! – закричал Максим в ответ и сконцентрировался.

Монстр и впрямь стал двигаться гораздо медленнее. Пётр отбежал в сторону. А затем, вытянув руки вперёд, заключил СИДа в невидимый замкнутый прямоугольник, который нельзя было пробить. Сила Петра отзывалась на его желание защитить всех.

– Молодец! – похлопал его по плечу подошедший к нему Максим. Саша стоял рядом и держал на руках бесчувственную Иришку.

– Она потеряла сознание от напряжения, – заключил он.

– Сой! Я держу монстра, – сказал Пётр. —Но тоже не смогу делать это бесконечно. Поспеши.

– Ещё немного, – отозвался Сой.

– Я нашла! – услышали вдруг исполнители голос Лидии. – СИДы боятся воды. Она размягчает их ткани, что делает их уязвимыми для любого вида оружия.

– И? Как вы предлагаете окатить его водой?

– Местный житель говорит, – послышался в наушнике голос Яны. – У него дома есть шланг. Подключите его к водопроводу и устройте зверюге банный день.

– Тогда действуй! – приказал Пётр. – Пусть он покажет тебе, где этот шланг.

– Хорошо!

Яна под руководством жителя деревни побежала к одному из домов. Около минуты ушло на поиски шланга и подключение его к водопроводу. Включив воду, Яна, сказав «спасибо» помощнику, кинулась на другой конец деревни, где в данный момент находился её брат, пленивший СИДа.

В своей беспечности и спешке она не учла, что длина шланга и расстояние до места событий несопоставимы. Пробежать ей надо было ещё где-то шестисот метров, когда Пётр закричал, что больше не может сдерживать монстра. Яна катастрофически не успевала.

– Я смогу! – упрямо сказала она.

Её суть откликнулась. Ноги побежали так быстро, что их было трудно различить. Через пару секунд Яна оказалась рядом с братом и направила шланг на монстра. Но вода почему-то быстро закончилась. Яна обернулась и увидела, что шланг порван – его длины явно не хватило. Вода осталась в шланге лишь потому, что Яна развила сверхскорость. Но, к счастью, исполнители, охранявшие до этого момента мирных жителей, решили тоже вступить в битву и подоспели к месту событий вовремя, чтобы сконцентрировать обстрел на мокром участке груди чудовища. СИД яростно взревел, неуклюже потоптался на месте и с грохотом упал на землю, потеряв сознание.

– По крайней мере, он ранен и не может двигаться, – сделал заключение, осмотревший его Максим.

– Молодцы, ребята! – закричал в наушник оператор Александр. – Просто умнички! Премию каждому! Открываю портал для монстра. Сой сказал, его можно засадить типа в тюрьму.

– О боже, Саша, – застонал Сой. – Не в тюрьму, а в клетку.

– Какая разница! Короче, посторонитесь, телепортирую особо здоровый груз.

Вокруг монстра закрутился вихрь телепорта. Мгновение спустя от былой битвы практически ничего не осталось. Жители, услышав, что шум прекратился, вышли из своего укрытия.

– И что теперь делать? – спросила Яна у брата, одновременно обращаясь к Сою через наушник.

– Я не знаю, – ответил брат.

Сойлгайз промолчал.

– Спасибо вам большое, конечно, за спасение, – вперёд вышел испуганный мужчина, говорящий явно не на русском.

Но исполнители его понимали. Это было проявление одной из общих сил Воителей надежды.

– Но нам всем хотелось бы знать, что это такое было?

– Лучше бы всё забыть, – негромко сказал Михаил, словно пытаясь убедить в этом самого себя.

– Лучше бы всё забыть, – послушно повторили неожиданно все жители деревни разом.

– Твоя сила – внушение, – догадался Игорь, почесав ухо. – Интересно, а что у меня?

– Нас здесь не было, монстра здесь не было, – решил закрепить успех Миша.

– Пусть пойдут спать, – посоветовала Анна.

– Вам всё приснилось, – согласно кивнул Миша. – А сейчас вы пойдёте спать дальше. Идите.

Жители, словно зомби, покорно развернулись и побрели к своим домам.

– Вот и чудненько всё разрешилось, – послышался голос оператора Саши в наушнике. – Все домой! Открываю портал.

– А как же прорыв? – напомнил Игорь. – Ведь он до сих пор не закрыт.

– Без медальона это могла сделать только Ира, с помощью исцеления, но она без сознания. А пока ни у кого из вас не открылась сила исцеления, мы бессильны. Так что несите скорей Иру в офис, будем приводить её в чувство, – отозвался Сой.

Исполнители попрыгали в открывшийся портал и оказались на острове.

– Кладите её сюда, – приказал Сой.

Иришку положили на кровать. Но безуспешные попытки привести её в сознание так ни к чему и не привели.

– Миша, – обратился Сой к исполнителю. – У тебя сила владения над разумами других. Ты можешь делать с чужим сознанием всё, что захочешь. А значит, ты можешь войти в сознание Иры и понять, что с ней происходит. И желательно разбудить.

– Хорошо, я попробую.

Михаил сосредоточился, а затем коснулся Иры. Его разум пронзили множество неясных картинок, а затем их сознания слились.

– Привет! – поздоровалась с ним Иришка, которая стояла в белом пустом пространстве перед большим напольным зеркалом. – А как ты сюда попал?

– Это моя способность. Ты в курсе, что лежишь без сознания?

– Угу, – кивнула Ира и пронзительно посмотрела в зеркало. – Правда, никак не могу проснуться. И ещё не могу понять, зачем здесь это зеркало.

– Я, пожалуй, посоветуюсь с Соем, – немного подумав, ответил Михаил и усилием воли разорвал контакт.

Когда он открыл глаза, все взгляды в комнате были направлены на него.

– Кажется, она в ловушке.

В это время я понимал, что старик Линас знал о нашем приходе. А что самое удивительное – он знал, кто я такой. Но и не это поразило меня больше всего. Старик, который внешне выглядел как остальные призраки, на самом деле был жив и не собирался умирать в ближайшее время. Он просто-напросто… спал! Ха!

Этого мужчину звали Иван. Ему было около тридцати лет, и он уже шесть лет находился в коме под наблюдением в одной из больниц. Его сны с самого детства отличались от других детей. Ему всегда снилось одно и то же. Вот этот замок, эта башенка и целый громадный мир за единственным круглым окном. Каждый раз, как он засыпал, он оказывался в этой башне среди старых толстых пыльных книг. От нечего делать он стал изучать эти книги и со временем понял, куда он попал и каким знанием теперь обладает. Из башни выйти он не мог, но зато мог послать весть о себе, чтоб пришли к нему. Такие авантюристы, как Вильям, узнали о нём. Старик давал им задания, дальше изучая этот мир. Даже попадая сюда ребёнком, Иван чувствовал, что быстро стариться. Поэтому, как только он изучил все книги и сумел вызвать к себе первых призраков, он уже выглядел как старик.

А потом он попал в аварию.

И снова очутился в этом месте, подумав, что умер. А нет! Иногда, когда его мозг начинал усиленно функционировать, Иван приходил в сознание на короткое время. Всё это занимало несколько секунд, но давало понять, что он всё ещё жив. Со временем старик привык к своей роли и взял себе новое имя – Линас. В каком-то древнем языке оно означало «спящий».

Однажды, практикуя заклинание провидения, Линас увидел меня. Он увидел, что я стану именно тем человеком, который вытащит его отсюда. Поэтому ждал. Он знал, что меня приведёт Вильям, и когда нашёл его, понял, что и мой приход не за горами.

– Я знаю, что память покинула тебя, – обратился тридцатилетний старик ко мне, рассказав всё. – Как только я узнал, что ты придёшь ко мне, то стал искать способ вернуть её. И нашёл. Но прежде, чем сделаю это, ты должен мне пообещать, что придёшь ко мне в больницу и выведешь меня из комы. Я не знаю, как ты это должен сделать, лишь знаю, что это должен сделать ты.

– Хорошо, – кивнул я, поскольку мне больше ничего не оставалось. – Обещаю.

– Хорошо, – повторил старик, а затем стал делать целую череду пассов руками, в конце которой громко крикнул. – Квинтэссенция!

Светлая голубая полоса оторвалась от его груди и повторила все те линии, что выводил усердно старик перед этим. В итоге образовался сложный и мудрёный знак. Он некоторое время повисел в воздухе. Сияние усиливалось, и в итоге знак превратился в ослепительную шаровую молнию. Она вошла в меня и разошлась по всему телу, заполняя жаром, пробуждающим нейроны. Жизнь пронеслась перед глазами, пронзив мозг острой болью. А когда всё закончилось, я снова помнил и поблагодарил Линаса:

– Спасибо.

– Разбуди меня. Это будет лучшей благодарностью.

– Я обещал, а значит, выполню.

Молча наблюдавший за происходящим Вильям робко осведомился:

– Так память к тебе вернулась, я правильно понимаю? Может, тогда кто-нибудь из вас уделит внимание моей скромной персоне. И тому, что я потратил на это путешествие всю энергию, которую, кстати, копил долгое время непосильным трудом!

– Конечно. Не переживай. Верну тебе всё сполна.

Я дотронулся до плеча Вильяма и тихо сказал: «Квинтэссенция». Энергия, бесконечная и неудержимая, ринулась в его тело. Я не прерывал контакт до тех пор, пока не почувствовал, что «больше не лезет». Тогда я отпустил его плечо и немного отошёл назад.

– Наполнил до отказа… – поражённо оглядел себя Вил и посмотрел на меня тяжёлым взглядом. – Кто же ты такой?

– Душа мира. Ты достиг тургора и теперь можешь…

– Я могу заново родиться…

– Да, – согласился я. – Надеюсь, это стоящая награда за твои труды.

– Спасибо… Спасибо тебе.

Он закрыл глаза, неловкая улыбка тронула его губы. Золотой вихрь закружился, заполняя собой всё помещение. А затем впитался в тело Вильяма, даруя ему цвет. Пока он не стал золотым лучом, который резко устремился вверх минуя все преграды.

Именно этого добивался каждый призрак, копя драгоценную энергию. Состояния тургора. Прорыва. Возможности родиться заново, ибо только новая жизнь позволяет изменить и улучшить карму. А тот, кто полностью очистит свою карму, может сделать выбор: родиться ему мессией, чтобы изменить мир к лучшему, а затем кануть в пустоту, или уйти в высший мир… Где, по преданиям, обитают Боги.

Но обо всем, об этом я как-нибудь расскажу в следующий раз, а сейчас мне надо было выбираться отсюда. Вспомнив, что в этом мире возможно всё, что я захочу, то я просто пожелал вернуться к своему телу. Перед глазами стало рябить, а затем мир на мгновение померк. Когда способность видеть восстановилась, я обнаружил себя рядом со своим телом. Подумав, я просто зашёл в него. Через секунду я очнулся с болью в груди.

Точно, нож.

Как только я вынул его, рана затянулась. Надо выполнить своё обещание. Я мысленно подумал об Иване и захотел переместиться к нему, где бы он ни находился.

Я оказался в просторной белой палате, а судя по оборудованию и виду из окна, больница была не в России. На больничной койке лежал мужчина, не имеющий ничего общего с тем, кого я встретил в башне. Молодой человек с каштановыми волосами и смазливым личиком. Такого помести на какую-нибудь обложку, так весь тираж разберут ради одной лишь этой фотографии. Этот мужчина был очень красив. Да простит меня Аполлон, но в данном случае великий Бог нервно курит в сторонке и зеленеет от зависти.

Как всё-таки порой может разниться внутренний мир человека и его внешний облик. Бедный парень. Ведь стоит открыть ему глаза, как вместо весёлого задорного блеска в них можно будет увидеть печальный и мудрый, потухший взгляд старика. А всё потому, что глаза – зеркало души. Так что, если ему и сниматься на обложки, то только лишь с закрытыми глазами или в линзах. Хотя, в наше время фотошопа…

Ну ладно, надо приступать. Я взял Ивана за руку и позволил силе течь сквозь меня. Я почувствовал, что у парня повреждён позвоночник и задняя часть мозга.

– Исцеляй, – приказал я силе, и она принялась за дело. Сначала энергия напитала позвоночник, выпрямляя его и наращивая недостающие и повреждённые участки. Затем энергия направилась в мозг. После чего волной пронеслась по телу Ивана, напитав все органы. Я понял, что процесс исцеления завершён, и убрал руку.

Я собрался было уже уйти, когда Иван пришёл в себя и тихо позвал меня:

– Слышишь? Вот теперь и я могу сказать спасибо.

Он кряхтя поднялся, опёршись спиной на подушки.

– И ещё. Я должен сказать, что наша встреча не случайна. Когда-то давно, когда я был совсем маленький – я умер во сне. Тогда мне приснился феникс. Именно после этого стал сниться город призрачных стен. В ту ночь, когда я попал в аварию, мне снова приснился феникс. Он сказал мне, что я должен найти тебя и передать следующие слова.

Приборы пищали. В дверь ломились врачи. Но Иван, подняв дрожащую руку, не давал ей открыться. Его глаза помутнели, словно он смотрел в прошлое. А голос становился всё уверенней:

– Слушай и запоминай! Дерево, что ты ищешь, находиться в мире, где Анима ещё не пробудилась. В мир этот попасть невозможно тебе, пока пробуждение мира сего не произойдёт. Но и ждать времени нет. Найди ангела, в которого вселился феникс. Изгнанника, что носит другое обличие. Он поможет тебе.

Иван устало откинул голову на подушку.

– Вот и всё. Позволь мне отдохнуть.

– Да, конечно, – на автомате пробормотал я, поскольку мозг был занят теперь совсем другим.

Теперь я примерно знал порядок дальнейших действий. Беру Иру, находим Энжи, если она жива, и с её помощью ищем изгнанника. Ну что ж. Тогда мне пора на остров.

Почему я слепо следую приказам, хотя отказался помогать фениксам? Поймите меня правильно. Чем больше я узнаю об этой запутанной истории, тем яснее понимаю замысел Анимы, сидящего во мне. Это даёт мне больше шансов помешать ему и выжить. Глупо быть марионеткой, не знающей, за какие нити держит тебя кукловод.

Оказавшись на острове, я направился в офис. Моему взору предстала небывалая картина. Толпа народа собралась вокруг чего-то светящегося, лежащего на диване. Сой, Лидия и трое программистов склонились за одним из компьютеров и о чём-то громко спорили. Дево4ка, которая Юля, сидела за компьютером и поворачивала голову то в одну сторону, то в другую, а затем быстро начинала что-то печатать.

– Э… А что здесь происходит?

Я пожалел, что задал этот вопрос. Внимание и все взгляды в комнате мгновенно собрались на мне. Вдруг вспомнилась картина из прошлого, когда меня ставили на стульчик и заставляли читать стих, а на меня в это время смотрело двадцать пар глаз. Я поёжился. Но оказалось, выдержать взгляды было ничем по сравнению с тем, что обрушилось на меня после нескольких секунд всеобщего молчания. Каждый стал объяснять, кричать, звать, обвинять, одновременно показывая в разные стороны… А затем толпа расступилась, и я наконец смог увидеть, кто лежит на диване. И во вновь наступившей тишине исполнитель Михаил тихо сказал, показывая на ангела рукой:

– Вот. Иришке пришлось превратиться, и теперь она не может проснуться. Она заперта внутри своего сознания.

Спустя какое-то время Сой, которого постоянно исправляли и дополняли исполнители, рассказал мне, что произошло за то время, что я отсутствовал. Въехав, наконец, в ситуацию, я жестом заставил всех замолчать.

– Значит, прорыв открыт?

– Да, – кивнул Сой.

– Тогда первым делом надо его закрыть. А Иришкой я займусь по возвращению. Коля, открывай портал.

Я прыгнул в поднявшийся из платформы вихрь и переместился в место за километр от прорыва. Я побежал, прибавляя себе скорости с помощью энергии и силы мысли. Через двадцать секунд был у прорыва. Я представил, как он начинает стягиваться и уменьшаться, а потом и вовсе исчезает прочь. Направив руку к прорыву, я пустил через неё энергию, и то, что я представлял, стало происходить на самом деле. Когда с прорывом было закончено, я вызвал портал и переместился на остров.

Подойдя к Ире, я попытался проникнуть в её разум. Но что-то меня не пускало.

– Проведи меня, – попросил я Михаила.

Взяв меня за руку, Миша коснулся до Иры. Мы оказались всё в том же белом пространстве, рядом с Иришкой, стоящей перед зеркалом.

– Андрей! – удивилась она, зло посмотрев. – Неужели ваше величество снизошло до нас, простых смертных! А я ведь здесь из-за тебя! Если бы ты помог с СИДом, мне бы не пришлось пробуждать свою сущность и доводить себя до изнеможения! И я бы, в конце концов, не оказалась здесь…

Внезапно налетевший порыв ветра сбил меня с ног, протащив по полу несколько метров. Иришка злилась, от неё исходила сила, с которой не мог справиться даже я. Сила другого мира. А Ира всё не успокаивалась, шаг за шагом наступая на меня:

– То, что ты – Анима, не даёт тебе права бросать друзей в беде. Я тебе ничем не обязана, а спасаю твой, между прочим, мир. И мне пофигу, что Сойлгайз заступается за тебя! Ты нанял людей, а значит, ты в ответе за них, но почему-то спасаю их я! Почему? А, Андрей, скажи мне, почему? А теперь я нахожусь здесь и не могу выбраться…

Иришка разрыдалась. Ветер утих. Я смог подняться на ноги и приблизиться к ней, обняв за плечи.

– Успокойся, – тихо сказал я ей на ухо. – Ты молодец. Ты проявила храбрость. Но и я не просто так оставил вас. В то время как вы сражались с монстром, я действительно был занят. Я был мёртв, если выражаться точнее. Но как только я смог выбраться из своей же ловушки, я тут же направился к вам. Прорыв я закрыл, а теперь надо тебя отсюда вытащить.

– Но как? – немного успокоившись, спросила Ира.

– Это зеркало стоит здесь не просто так. Что ты видишь в нём?

– Ну что я ещё могу видеть в зеркале? Конечно, себя!

– Как человека или как ангела?

– Как ангела, разумеется. Я же сейчас как ангел выгляжу.

– Но кем ты себя чувствуешь?

Иришка задумалась.

– Человеком…

– Вот видишь, – тихо сказал я, внутренне обрадовавшись, что оказался прав.

Опыта общения с высшим инкеналом и Линасом дали свои плоды.

– Пока ты не признаешь, что твоя истинная сущность – это ангел, ты не сможешь вырваться отсюда, поскольку ты сама себя держишь. Твоя сила, которая подвластна ангелу, но не по силам человеку, вывела тебя из себя. Разум не справился с мощью ангела, поэтому ты и потеряла сознание. Ты должна… смириться, что ли, ну или принять себя такой, какая ты есть на самом деле.

– Всё, что я поняла, – хихикнула Ира. – Это то, что я не хочу признавать себя ангелом, поэтому не могу выбраться отсюда.

– Правильно!

– Ох, – тяжело вздохнула Иришка, а затем попросила нас. – Оставьте меня.

Я кивнул Михаилу. Он подошёл и взял меня за руку, после чего мы очнулись в офисе, рядом с Ирой, которая всё ещё лежала без сознания.

– Ну что? – спросил Сой.

– Она должна справиться сама, – я поднялся на ноги.

После чего подошёл к компьютеру, возле которого недавно было устроено совещание.

– Что это?

– А! Это электронная версия той книги, что тебе прислал Совет, – откликнулся Сойлгайз. – Мало того, что мы сумели, правда, не до конца, занести информацию из самой книги, так ещё и нужная информация скачивается из всех существующих источников на планете. Наши хакеры взломали практически все скрытые и защищённые базы данных.

– Молодцы, – похвалил я.

– Андрей, – не выдержал Пётр. – Где ты пропадал? Мы нуждались в твоей помощи.

– Я понимаю. Но никак не мог вас даже услышать. Как только Ира придёт в себя, я обязательно расскажу обо всём, что случилось со мной и нашим миром с того момента, как я отправился останавливать метеор.

Я прислонился к стене и стал ждать. Того момента, когда Ира справится со своими эмоциями, со своими переживаниями и начнёт понимать, что она не человек. Потому что только тогда, когда она примет свою истинную суть, она сможет исцелить свою душу с помощью своей же силы. Я тоже долго не мог смириться с тем, что прошлая жизнь, такая милая и привычная закончена. Но как только я нашёл смысл нашего мира, то уже знал…

Я не человек, а нечто большее. Что-то другое. То, чего нет и не должно быть. И как только я смирился, как только отринул сомнения, я…

Я стал собой.

Глава 6. Причины истинности

Часть 1. Исток всего

Иришка очнулась только через два дня. За это время, к счастью, ничего особого не произошло. За исключением, пожалуй, одного момента. Те исполнители, у которых сила оставалась скрытой, всеми силами пытались разбудить и осознать её. И одному это всё-таки удалось. Угадайте кому?

«Повезло» Александру. Он, как обычно, тренировался. Ему хотелось поднять всё больше и больше, и он стал увеличивать нагрузку. Сначала на пять килограмм, потом еще на десять, а затем на двадцать, сорок, сто… Но ему почему-то всё казалось лёгким. Даже когда Пётр с Игорем навалились на обе стороны штанги, Саша с лёгкостью поднял их.

– Сой говорил, что наши физические возможности улучшатся, – пытался сообразить Саша. – Может, поэтому мне теперь всё кажется легче, чем раньше.

Пётр подошёл к снаряду, нагруженному по полной программе. Ему удалось поднять стокилограммовую штангу, но с большим трудом.

– Я, конечно, стал сильнее, – согласился Пётр, потирая заболевшие плечи. – Но не настолько. Ты вообще всё поднимаешь без напряга. Надо найти что-то совсем здоровое. Прогуляемся по острову? Поищем.

И Пётр с Александром направились на поиски больших и тяжёлых предметов. Недалеко от горы они обнаружили несколько здоровых валунов, которые Пётр не смог поднять. Это и стало проверкой для Саши. Но тот с лёгкостью поднял сначала один валун, а потом и второй. Держать их, конечно, было крайне неудобно, но дело-то в другом. Но он держал их.

Под конец дня они убедились, что Саша может поднять всё. Абсолютно всё. Но только пока он желал всем сердцем. Поднять как можно больше, преодолеть свой предел. Впрочем, удары, которые теперь мог наносить Александр, всё равно разительно отличались по силе от других исполнителей. Короче, все наверняка уже поняли, что ему досталась исключительная физическая сила. Помните про атланта из древнегреческих мифов, который держал небо? Его ещё Геркулес, кажется, заменил ненадолго, чтобы атлант яблочков принёс. С той задачей, которой был занят атлант, Александр мог справиться играючи. Одной рукой. Вот.

А на следующий день очнулась Иришка. Я собрал всех в холле, за большим столом. Только закончился обед, и все сидели сытые и довольные.

Я приступил к рассказу.

Сой, когда услышал про коварный план феникса, был в шоке. Казалось, привычный мир идеалов нагло рухнул прямо на него всем своим немаленьким весом. Он был раздавлен этой новостью, перебив меня:

– Это что же, получается, – вскочил Сой и начал ходить по кругу, высказывая мысли вслух. – Совет мог уничтожить цивилизацию фениксов не только из-за своей гордыни? Получается, что фениксы могли угрожать мирам Собрания. И им пришлось защищаться. А лучшая защита, как известно, – он вздохнул, рухнув обратно на стул, посмотрев на меня. – Нападение. Феникс мог показать тебе лишь то, что ты должен был увидеть, удобный предлог ненависти к Совету – гибель мира Ребайт. Но что произошло до этого, что к этому привело – он скрыл и нам это неизвестно.

Я лишь кивнул:

– Тоже об этом много думал за эти два дня. Но позволь мне довести рассказ до конца.

Но стоило мне поведать о том, что все жители планеты исчезли, то есть оказались в сундуке Смерти, как Сой меня снова перебил:

– Но почему тогда мы об этом не помним? Ты же говоришь, что даже общался с нами.

– Да, – кивнула Ира. – А от меня вообще какой-то свет исходил. Почему?

– Ох, – вздохнул я. – Не помните вы потому, что потом время вернулось назад, а все альтернативные реальности, которые образуются в каждую секунду, человеку помнить нереально. Даже я не научился прослеживать все из них. А свет, Ириш, исходил от твоей души, которая легко могла самостоятельно вырваться из сундука Смерти, поскольку ты существо…

Хм, я сам не до конца понимал… Кто она?

– …не моего мира. А теперь дайте мне наконец закончить. Вопросы потом.

Я рассказал обо всём, что случилось со мной за тот период времени, пока мы не виделись.

– И теперь, Ира, мне необходима твоя помощь. Только ангелы могут проходить в чужие миры беспрепятственно. И не только проходить, но и проводить с собой других. А попасть нам надо в родной мир Энжи.

В комнате наступила тишина. Ира смотрела с недоумением, начав сначала негромко:

– Ты хочешь попасть в мир Ворлдэнжер? А не проще попросить аудиенции у Грея? Так ты получишь тот же отрицательный ответ, только в более официальной форме.

А затем, не сдержавшись, выпалила:

– Конечно же, нет, Андрей! Или я похожа на сумасшедшую? Меня же там уничтожат! В секунду! Как непонятное существо.

– Она права, – согласно закивал Сой как болванчик. – Ей никак нельзя туда. Она там чужая.

– Значит, ты мне не поможешь?

– Прости, Андрей, – опустила глаза Ира. – Но не сейчас. Я ещё не осознала полностью свою силу и то, на что я способна.

– Хорошо, – встал я. – Я сам найду способ. Тогда оставляю тебя за главную. Помогай исполнителям. Меня опять долго не будет.

Я повернулся и направился к выходу из пещеры. Когда я вышел на свежий воздух, на острове был вечер.

Странно, частенько я застаю именно вечер на острове.

Солнце не спеша опускалось в глубины моря. Вздохнув полной грудью, я оттолкнулся от земли, взлетел ввысь и захотел почувствовать себя сильным. По-настоящему могущественным. Узнать, на что я способен, прежде чем решиться на то, что я задумал.

Я завис над океаном. Закрыл глаза и собрал волю в кулак. Пора повеселиться. Я остановил время. Опустив руки ладонями вниз, я сосредоточился, а затем резко поднял их вверх. Вода из ВСЕГО океана поднялась вслед за руками. И зависла в воздухе, под ногами.

После чего я проделал в километрах воды дыру, сквозь которую полетел вниз, к земле, которая скрыта от нас водой. То, что открылось моим глазам, поражало воображение.

Это было… другой мир… что-то неземное!

Здесь были свои растения, своя живность, свой собственный… мир. Большой и очень красивый. Морские обитатели, застывшие во времени и лишенные воды, казались мне невероятно забавными. Вдоволь налюбовавшись и походив по подводному миру без воды, я вернулся в небеса. А затем позволил океану опуститься обратно.

Перемотав время назад, я запустил его ход, как будто ничего не случалось. Опустился к воде и осторожно коснулся её ногой, с желанием не уйти под воду, а остаться стоять на поверхности. Разумеется, это и произошло. Походив по воде, я решил себя увеличить. В размерах. И стал расти, расти и расти. Такое интересное чувство – быть большим. Поскольку я никогда не отличался гуливерским ростом, ощущение было приятное. Приняв первоначальный размер, я ещё раз мотнул время назад, на всякий случай.

Вызвав портал, я переместился в мир Фоспаут. Надеюсь, Совет примет меня и поймёт странную просьбу. А Иришка, надеюсь, меня простит…

Я прошёл в большие двери и увидел перед собой только одного члена Совета, который что-то читал. К сожалению, а может, к счастью, это был не Грей. За длинным каменным столом на фоне ниспадающего водопада сидел советник Трис.

– Здравствуйте, – поприветствовал я Аниму мира Треворлд. Старика, который олицетворял истину. Это хорошо. По крайней мере, он не сможет мне соврать. Жалко одно – он попросту может промолчать в ответ и ничего этим не нарушит. Буду надеяться на его сговорчивость.

– Что ты забыл здесь так поздно? – поднял на меня взгляд советник Трис.

– Мне нужна помощь, и у меня есть пара вопросов.

– Тогда дождись заседания Совета, молодой Анима, и, может, мы примем тебя.

– Скажем так, – я решил действовать нагло, терять-то всё равно нечего. Либо феникс меня уничтожит, либо Совет. – Вопросы, которые я хочу задать, связаны с одним очень деликатным делом. Делом, в котором замешан весь Совет и тщательно скрывает это. А первый мой вопрос звучит так: за что вы уничтожили мир фениксов, создав на его месте чёрную дыру? За что? За что вы уничтожили их?

Трис вскочил. Глаза блестели, а руки дрожали. Сейчас он выглядел как самый настоящий старик, которого можно легко обидеть, всего лишь отняв его трость.

– Что? – вскричал он, пытаясь спрятать нервную реакцию.

Затем подняв руку вверх, выпустил в воздух три маленьких полупрозрачных птички:

– Позвать!

Птицы испарились в воздухе, а через несколько секунд появились другие советники, которые с удивлением уставились на меня. Пожалуй, только Олин смотрела скорей с любопытством и радостью.

– Повтори свой вопрос, Анима, – мягко, но с напряжением попросил советник Трис.

Мне почему-то стало смешно. Древние и самые сильные Анимы Вселенной боялись сейчас меня. Я улыбнулся:

– За что вы уничтожили фениксов?

Представьте себе четыре каменные статуи с абсолютно офигевшими лицами. Примерно такую композицию сейчас представлял собой Совет. Около минуты в комнате стояла абсолютная тишина. Даже загадочная и мудрая Олин не догадывалась о том, что я задам именно этот вопрос. Поэтому на её лице тоже был изображён шок.

Как только Совету удалось побороть внутренние чувства и воспоминания, и к ним вернулась свойственная им наглость, первым заговорил Анит:

– Прости, молодой Анима…

– Прости? – гневно перебил советника Грей. – Прости? Ха! Откуда ты, червяк, взял, что мы уничтожили фениксов? Что за глупость!

– Судя по вашим лицам, – усмехнулся я. – А также по тому, что показал мне феникс, сидящий во мне, я прав.

Ещё на полминуты продлился аттракцион восковых фигур, пока советники осмысливали эту фразу.

– Феникс показал тебе? – переспросила Олин. – Что ты имеешь в виду?

– Именно то, что и говорю. Феникс показал мне отрывок своей памяти. Тот, где вы сначала истребляете, а потом и окончательно уничтожаете фениксов. И мне очень нужно знать – за что вы уничтожили фениксов?

– Зачем? – кажется Трис начал понемногу приходить в себя.

– Иначе сначала погибну я, а мой мир ждёт уничтожение или, как считают фениксы, возрождение. А потом месть фениксов распространится на другие миры. И наверняка, как только Анима фениксов, сидящий во мне, накопит достаточно сил, он ударит и по вам, и по вашим мирам, не считаясь с тем, что они воплощают основы порядка Вселенной.

На этот раз немая сцена затянулась настолько, что мне пришлось тихонько кашлянуть, напомнив о себе.

Трис без сил опустился на стул. Его примеру последовали остальные. Он снял очки, и устало потёр глаза.

– Рассказывать, пожалуй, буду я, ведь ты знаешь, что моя сущность не позволит мне соврать. Эта история началась давно. Так давно, что, пожалуй, только сама Вселенная помнит её начало. Но я попробую рассказать то, что знаю и что нам удалось найти…

Изначально существовала только пустота. Но однажды в ней зародилось нечто – импульс. Исток всего во Вселенной. Только после этого образовались свет и тьма. А вместе с этими непоколебимыми сущностями зародились другие, зависящие от них. Так во тьме начали своё существование сущности миров: зло, хаос, надежда, истина и многое другое. А свет дал жизнь добру, порядку, удаче, мудрости и другим положительным качествам.

– Простите, – перебил я рассказ. – Но разве истина или надежда – тёмные сущности?

– Истина всегда горька. А надежда… Надежда дарит ложные мечты. Кому как не тебе знать это. Ведь именно твой мир олицетворяет надежду. А теперь позволь я продолжу.

Прежде чем погрузиться в тайны устройства нашей Вселенной, важно прояснить: вы, вероятно, запутались, ведь мир казался повторяющимся. Однако вспомните слова высшего инкенала: «Я ищу надежду во всём». Смысл нашего мира в надежде, и даже исполнители стали её воплощением. Повторение и дежавю – лишь один из аспектов надежды. Со временем поймёте, что я имел в виду. А пока…

Итак, образовались свет и тьма, как две первоосновы. И между ними родился мир, который получил название Фоспаут. Первый росток. Мир, который дал начало жизни во Вселенной и формально считается первым.

Хотя одновременно по обе стороны от него – одна планета во тьме, одна в свете – был образован и мир Ворлдэнжер. Две планеты, две первоначальные сущности. Добро и зло. Поскольку они не могут существовать друг без друга, между ними постоянно идёт война. Впрочем, иногда ангелы обоих сторон объединяются для выполнения сложных задач.

Затем одновременно образовалось ещё два мира – Треворлд во тьме и Висдом в свете. Наступило затишье. Между мирами была гармония. Но ненадолго – со временем стали появляться другие миры. И тогда Анимы первых четырёх решили объединиться, чтобы контролировать процесс.

Так появилось Собрание совета. Для контроля сил во Вселенной Совет придумал испытания. И вот однажды, впервые, эти испытания сумел преодолеть Анима одного из миров. Это был феникс. И когда Олин сказала, что её испытание пройдено впервые после них, феникс заявил, что его мир особый. И именно его следует считать первым. Мол, именно появление его мира было тем «нечто», что образовало свет и тьму, а затем и все остальные миры.

Феникс попросил главенствующее место в Совете, а также особые полномочия, позволяющие ему влиять на все миры и право изменять их по собственной воле. Разумеется, Совет не мог согласиться с подобными заявлениями. Фениксу было отказано. Совет обосновал отказ тем, что нет доказательств того, что именно рождение мира Ребайт стало тем, что дало начало первоосновам. Совет согласился, что Ребайт олицетворяет некую сущность, но все склонялись к мнению, что это огонь. Анима фениксов был разозлён и ушёл ни с чем, пригрозив, что однажды он докажет.

И вот, через множество веков, одному из миров пришло время умереть. Поскольку Совет впервые столкнулся с подобным явлением, все четверо находились в напряжённом состоянии, готовясь предотвратить взрыв, способный уничтожить соседние миры.

В решающий момент появился феникс. Он стал огромным огненным лучом и устремился в центр мира, которому предстояло исчезнуть. Обычно это планета, где родился Анима. За несколько минут планета сгорела, а после короткой вспышки на её месте засияла звезда.

Феникс подлетел к Совету и сказал, что вот оно, доказательство его правоты. Ибо только тот, кто создал первоосновы, может дать начало новому миру. Но и тут Совет не согласился с ним. Миру Ребайт дано было соответствующее название, и был определён окончательный смысл этого мира – возрождение и огонь как один из аспектов. Феникс бушевал. Его вновь проигнорировали. С этого началось противостояние миров.

Однажды Анима фениксов сделал предательский ход. Он пригрозил уничтожить первоосновы и создать Вселенную заново, где признают силу мира Ребайт и его истинное значение. Этому не придали значения…

Всё изменилось, когда начали исчезать миры. Совет испугался. Фениксу задали вопрос об исчезновениях. От глупости и стремления подчеркнуть свою власть он ответил утвердительно. Советник Трис тогда уловил в словах феникса ложь, но не придал этому должного значения, поскольку виновник был выявлен.

Мир фениксов был уничтожен. Исчезновения миров прекратились. Тогда Трис отбросил все сомнения.

– Но я зря сделал это, – тяжело вздохнул советник. – Поскольку недавно снова исчез мир. Исчезают те миры, где Анимы не пробудились. Но от этого потеря не становится меньше. Это утрата потенциала. И нельзя быть уверенным, что однажды не исчезнет мир, где Анима пробудилась. Никто не может дать таких гарантий.

– Но ведь Анима фениксов снова появился. Именно он сейчас сидит во мне, – стал рассуждать я. – Может есть связь. Хотя… я ведь не уничтожал никаких миров…

Надеюсь… Я же не хожу во сне?

– Это и не мог быть ты. Мир исчез задолго до твоего пробуждения. Просто понятие «недавно» имеет для нас с тобой разные временные отрезки. И я знаю точно, что это не феникс. Ни тогда, ни сейчас. Но я не знаю, что это.

Трис снова надел очки.

– Мы рассказали тебе то, что ты хотел услышать. А теперь ответь на наш вопрос – что ты хочешь делать?

– Я хочу найти как можно больше информации о фениксах и о том, что они задумали. Для этого мне надо найти дерево с их родной планеты, которое выросло в чужом мире, и затухающую звезду, застывшую в ожидании. Если я пойму, как феникс задумал вернуться, я смогу помешать ему в этом.

– И что тебе надо от нас?

– Похоже, я догадываюсь, – повернулся Грей к Трису. – Только ангелам позволено проходить в чужие миры без Анимы. Другим для этого требуется прорыв, но ждать, когда он появится видимо у тебя нет времени и настроения.

Грей приложил пальцы к губам, задумавшись.

– Я не могу провести тебя к дереву. Мы оба не можем попасть в миры, где Анима не проснулась. А даже если я пошлю своих людей, их помощь будет небольшой, поскольку им неизвестно, что искать и где именно. Да и ты тоже не знаешь. Миры большие… Я не вижу выхода из этой ситуации.

– Есть ангел, которого изгнали, потому что в него вселился феникс. Мне нужно найти его. Он может помочь.

– Я помню его, – сказала Олин. – Но больше не в наших силах найти его. Даже Анима мира, куда был сослан ангел, не до конца помнит всех заключённых. Да и для того, чтобы попасть туда, а также заниматься поисками, тебе всё ещё нужна помощь со стороны ангелов.

– Что вы сделали с Энжи? – резко спросил я, посмотрев Грею в глаза, вдруг вспомнив о ней.

Немного помолчав, он наконец ответил:

– Она жива, но наказана. Ты хочешь, чтобы я позволил ей помогать тебе? Логично. Но я не могу этого сделать. Она должна понести наказание за свой поступок.

– Я догадывался, что всё будет не так просто. Взамен на Энжи, я отдам вам её оболочку. Аномалию.

– Неожиданно, слышать от тебя такое, – поразился Грей. – Она же вроде как твоя подруга.

– Судьба моего мира важнее, – я опустил глаза.

– Ну что ж. Её будет интересно изучить… Тогда по рукам. Ира будет нести наказание за Энжи до тех пор, пока твои дела в чужом мире не завершатся, и ты не найдёшь изгнанника.

– Хорошо, – кивнул я.

– Прекрасно! – подытожил Грей. – Когда совершим сделку?

– Прямо сейчас.

На острове готовились ко сну. В офисе остались Коля и Александр, зорко следящие за происходящим в мире. Ира сидела на диване и разговаривала с Соем. А рядом Игорь и Алексей играли в настольный теннис.

Наше появление с Греем нарушило эту почти семейную идиллию. С ним шли два ангела – светлый и тёмный.

– Взять её, – приказал Грей, указав на Иру.

– Что? – крайне удивилась она, непонимающе глядя то на меня, то на Грея, то на приближающихся ангелов. – Андрей помоги! Я не понимаю!

Игорь кинулся было к тёмному ангелу, но успел только коснуться его рукой, когда я заморозил движения всех, кроме нашей группы. Даже Сой, не в силах двинуться, с удивлением смотрел на меня.

– Так надо, – мысленно сказал я ему. – Потом вы всё поймёте. Береги мой мир, а я попытаюсь спасти его…

Я, Грей и два ангела, крепко держащие Иришку, исчезли. Оставшиеся снова смогли двигаться. Как только это произошло, Игоря стало бить в конвульсиях. Что-то ломалось внутри – не только кости, а форма бытия. Через минуту из спины Игоря стали кусками вырываться крылья. Чёрные крылья. Как только они вылезли в свою полную длину, крылья накрыли Игоря, скрыв его от чужих глаз. Когда крылья распахнулись, перед всеми предстал тёмный ангел.

– Похоже, это твоя способность, – сказал Сой, глядя на озадаченного Игоря. – Ты фантом. Можешь менять облик и, вероятно, перенимать силы того, кого касаешься.

Игорь внутренне усмехнулся, оглядев себя:

– А обратно как?

– Усилием мысли.

– Круто, – протянул оператор Саша. – Слушай! Игорёк, докоснись до меня. Всегда хотел увидеть себя со стороны.

– А никто не хочет обсудить, что сейчас произошло? – кашлянул Коля. – Почему Андрей так поступил с Ирой?

– Когда её забирали, – тихо сказал Сой. – Он мысленно сказал мне, что так надо.

– Ну, раз надо… – протянул Коля. – Хотя я всё равно не понимаю.

– Я тоже. До конца. Но это потому, что мне не известны все кусочки мозаики, – сказал Сой и на несколько секунд замолчал, словно собираясь с мыслями. – Игорь, Лёша, позовите остальных. Коля, вызови маму. А ты, Саша, операторов и хакеров. У нас срочное собрание.

– В холл? – спросил Алексей.

– Нет. Сюда. Нельзя бросать компьютеры. Нужно следить за происходящим. Сейчас… особенно внимательно.

Часть 2. Мир – тюрьма

В компании ангелов я переместился в другой мир. Мир, который являлся тюрьмой для всех, кого Совет посчитал преступниками. Здесь отбывала наказание Энжи, здесь где-то был изгнанник, которого мне надо найти. Здесь теперь суждено было быть Ире, которая, кстати, находилась без сознания. Видимо, держащие её ангелы оказывали пагубное влияние.

Мирок, скажем, был ещё тот. Даже не знаю, как лучше описать, чтобы было понятнее. Представьте себе поле. Огромное поле, на котором идёт война, с множеством окопов и различных заграждений. Поле, с которого не убирают павших. И над всем возвышаются огромные здания, похожие на пирамиды из тёмного камня, хмуро стоящие в застывшей в этом мире полутьме.

Я присвистнул.

– Добро пожаловать в мир-тюрьму Гаол. В мой мир. Меня зовут Пирсон, – послышалось у нас за спиной.

– Хватит пафосных речей, – отмахнулся Грей. – Ты знаешь, что я их не люблю.

– Тогда к делу, – не стал спорить Пирсон.

– Нам нужна заключённая, разумеется, не просто так. Обмен. Но с условием. Как только уважаемый, – съехидничал Грей, посмотрев в мою сторону. – Анима Андрей закончит здесь свои дела, он вправе обменяться обратно, если захочет, конечно.

– Хорошо, – немного подумав, согласился Пирсон. – Тем более если просит член Совета, как же я могу отказать.

– Вот и чудненько, – потёр руки Грей. – Нам нужна Энжи.

– Ну что же, ладно, – кивнул Пирсон. После чего он вытянул руку вперёд, и перед нами появилась Энжелик.

Видок у неё был потрёпанный. Видимо, за ней кто-то гнался, когда её переместил Пирсон. Она удивлённо осмотрелась. Когда она увидела меня, она удивилась ещё больше. А когда она увидела Иришку, буквально впала в оцепенение. Пирсон взмахнул рукой, и два браслета слетели с запястий Энжи и заняли своё место на Иришкиных руках.

– Обмен завершён.

Пирсон подошёл к Ире и взял за плечо. Та очнулась, но единственное, что Иришка успела увидеть, прежде чем исчезнуть вместе с Пирсоном, – это безумный взгляд Энжи.

– Наслаждайся прогулкой в этом диком мире, – сказал Грей, прежде чем тоже исчезнуть.

Мы с Энжи остались вдвоём. Как только она очнулась от оцепенения, сразу набросилась на меня со свойственной ангелам наглостью и кулаками, бьющими мне по груди:

– И как это понимать! Я спасала её, я спасала тебя именно от этого всего, – Энжи попыталась пошире раскинуть руки, указывая на пространство вокруг. – А ты, мало того, приходишь сюда сам, так ещё и приводишь её как пленницу! Потрудись объяснить!

– Хорошо, – вздохнул я. – Только успокойся и попытайся меня понять.

Я начал свой длинный рассказ, который попытался передать покороче, ибо место, где мы находились, не очень располагало к беседе. А если Энжи не будет понимать, в чём дело, поиски могут стать безрезультатными. Постоянно путаясь и сбиваясь, я, наконец, рассказал то, что хотел.

– Мда… Понятно, что ничего не понятно, – протянула Энжи. – Нам нужно найти укромное местечко, где бы нас не беспокоили, пока ты мне всё нормально не расскажешь.

Энжи взяла меня за руки и переместилась вместе со мной в небольшую пещеру.

– Вот здесь я и живу, – показала рукой на все свои небольшие пожитки Энжи. Вместо кровати – груда тряпок, вместо стула – какой-то пень, а вместо стола – крупный камень с прибитой к нему деревянной доской. На этом импровизированном столе горит свеча, а рядом пустая тарелка с грязной вилкой.

– Ты давно не ела? – спросил я.

В ответ Энжи лишь кивнула. Мне стало её жалко.

– Пожалуй, у меня хватит сил создать тебе еду.

Помните, как я создавал яблоко? Сейчас я попытался создать жареную курицу. Почему-то именно это первым пришло мне на ум. Сил на это ушло гораздо больше. Я даже устал, хотя физическим трудом не занимался. По пещере разнёсся дразнящий запах. После этого, с большим трудом, но мне удалось создать стакан с водой. Фух! После такого надо не истории рассказывать, а спать ложиться. Я устал так, словно смену грузчиком отпахал.

Как давно это было…

Но мой организм быстро адаптировался к новым правилам, и силы постепенно возвращались. Я привыкну. Со временем. Можно сказать, это мой первый опыт в применении своих способностей в чужом мире, где моя сила ограничена. Да и в кинжале всего-то несколько душ, а ведь именно они отвечают за мою силу вне родного мира.

Энжи с жадностью набросилась на курицу, предварительно не забыв сказать мне спасибо. Я лишь улыбнулся в ответ. Когда Энжи наелась, я приступил к рассказу. На этот раз я в подробностях описал всё то, что случилось с нашей последней встречи на свалке. И когда я уже было хотел рассказать о причине моего появления здесь, чтобы попросить Энжи мне помочь, в проёме пещеры появились несколько фигур.

– Ой! – вскочила Энжи на ноги, призывая меч. – Не думала, что они вернутся сюда.

– Кто это? – встал я, призывая и своё оружие.

– Какой неожиданный сюрприз! – раздался знакомый голос из-за спин стоящих.

Они расступились, и в пещеру вошёл ларид. Тот, который пытался меня убить.

– Сразу две мышки попались в одну мышеловку. И одна мышка ценнее другой, – ларид зло посмотрел на меня. – Очень, очень приятный сюрприз…

А дальше…

Дальше резко началась битва. На стороне ларида было четверо его сотоварищей. Таких же существ, владеющих стихией огня. И каждый, не скупясь, пустил её в ход. Стены пещеры быстро раскалились докрасна. Кислород, соответственно, убывал, дышать становилось всё тяжелее, а уж об ответной атаке даже думать было некогда. Приходилось бешено скакать кроликом, уклоняясь от огненных сгустков, летящих в тебя. Или пытаться отражать их оружием, как это делала Энжи. Мы были в ловушке, выход из которой был закрыт чокнутыми ларидами. Становилось жарче, а кислород уходил всё быстрее и быстрее…

Резко вскинув руку, ларид, знакомый по свалке, пустил в меня сгусток чистого пламени. Из-за короткого расстояния между нами пришлось не отскакивать в сторону, а просто падать вбок. Что я и сделал. Больно ударившись о камень-стол, я вспомнил все нехорошие слова, что нельзя употреблять в нашей жизни. Но почему-то именно они моментально пришли мне на ум, когда я дико заорал, чётко приземлившись в этот злополучный камень локтем. Пронзительная агония охватила всю руку. Наверное, гнев и боль придали мне сил, поскольку от последующих двух сгустков я увернулся очень ловко, резво вскочив на ноги.

А Энжи удавалось грациозно отражать их, ловко парируя мечом. Она медленно, но верно, шаг за шагом, приближалась к трём ларидам, неустанно атакующим её. Главный же и ещё один его товарищ сражались против меня. Ну как сражались… Они яростно атаковали снова и снова, а мне оставалось только уклоняться. Было трудно дышать. В пещере было настолько жарко, а лариды, стоящие у прохода, настолько плотно его закрывали, что воздух попросту выгорал.

Неожиданно для меня и для ларида, стоящего в проходе, мне удалось отразить кинжалом его огненный сгусток, но он не взорвался в воздухе, как это происходило у Энжи, а полетел обратно к хозяину. Несмотря на то, что огонь ларидам не страшен, стоящий в проходе рефлекторно увернулся, толкнув плечом стоящего рядом. А поскольку стояли все они очень плотно, то их вереница пошатнулась, что на миг остановило беспрерывные атаки. Воспользовавшись моментом, Энжи быстро бросилась вперёд и пронзила мечом одного из противников. Затем, развернувшись на сто восемьдесят градусов, она атаковала второго.

Я в это время тоже не скучал. Главный решил пойти в ближний бой и призвал копьё, которым теперь мог достать меня в любом углу этой небольшой пещерки. Так что я не стал ждать и кинулся в атаку первым. А Энжи в этот момент отбивалась от оставшихся двоих, у которых почему-то были мечи. Не подумайте, я не жалуюсь.

Ларид сделал выпад, пытаясь меня нагло проткнуть. Но благодаря схватке с Греем я многому научился, поэтому небрежно оттолкнул копьё рукой в сторону и одним прыжком настиг противника. Ларид инстинктивно выбросил руку вперёд и схватил меня за шею. Его рука стала нагреваться – он пытался меня сжечь. Я почувствовал дрожь в руке, держащей кинжал, а хватка врага стала ослабевать. Мы одновременно посмотрели в область живота.

Мне всё же удалось вонзить кинжал. И теперь его душа и его сила переходили ко мне. Рука, держащая кинжал, стала гореть, а затем пламя перешло на всё тело, после чего впиталось в меня. Энжи в этот момент удалось отрубить одному из ларидов руку с мечом, и она готовилась добить раненого. И так этим увлеклась, что позабыла о втором, который намеревался с размаха отрубить ей голову.

– Нет! – крикнул я, на уровне инстинктов указывая на врага.

Из ладони, а показывал я свободной левой рукой, вырвался сгусток пламени и в последнюю секунду успел выбить меч из рук ларида. Это дало Энжи шанс отскочить назад и проткнуть безоружного в грудь. Я добрался до однорукого, вонзая кинжал ему в череп. С трудом вытащив его обратно, я осмотрелся, а затем отозвал оружие, превратив его обратно в тату.

– Неплохо подрались, – улыбнулась Энжи, тяжело дыша. – Этот гад преследует меня с тех пор, как сюда попал.

– Почему?

– Может, ещё со свалки запомнил. Ведь именно я спасла Иру, когда ты исчез. А лариды очень не любят, когда жертва уходит от них. Даже если она случайная. Хотя его заказом был ты, гордость не позволила ему оставить меня в покое.

– Ну, теперь вроде всё хорошо и за нами больше не будет вестись охота?

– Честно? Не знаю. Навряд ли нас просто так оставят. И не потому, что мы убили тех, которые пользовались здесь авторитетом. Пусть и не так, как оборотни или, скажем, вампиры, но всё же. А потому…

Энжи пыталась подобрать слова:

– Пойми, Андрей, этот мир держится на постоянных войнах и неугасающей борьбе. Тут нельзя просто так встретиться и разойтись. Не получится. Уходит только кто-то один, будь то одиночное существо или группа. Единственное мирное место здесь – вот эти большие пирамиды.

Мы с Энжи стояли у входа в пещеру, и с этой высоты прекрасно было видно всё. Она указала на них:

– Там сосредоточена более-менее мирная жизнь, хотя немногочисленные стычки случаются каждый день. Торговля, больницы, рестораны… При этом каждое здание принадлежит определённой группировке. Их пока четыре, как ты видишь. Вампиры, оборотни, ангелы и демолины. Последние – что-то наподобие киборгов. В них ещё сохранились живые органы, но практически всё остальное заменено искусственными имплантатами. Страшные создания, как по своей сути, так и по внешнему виду. Хотя иногда можно встретить достаточно мирных. Что очень удивляет. Ты поймёшь, когда увидишь.

– Понятно, – протянул я, переваривая внезапно полученную информацию. – Энжи, послушай, нас перебили, и я не успел объяснить тебе, зачем оказался здесь, почему мне пришлось обменять тебя на Иру. Не знаю, слышала ли ты об ангеле, в которого вселился феникс…

– Ну да. Слышала. Он был изгнан. А зачем он тебе? И причём тут я?

– Мне нужно его найти. Он в этом жутком мире.

Энжи оглянулась и, не найдя ничего подходящего, уселась на землю, подперев голову руками.

– Это будет сложно. Если он здесь, то очень давно. Его сущность угасала, и он мог перестать быть ангелом. Следовательно, если он жив, как ты говоришь, то ему пришлось присоединиться к одной из группировок.

Она посмотрела на пирамиды, переводя взгляд с одной на другую:

– При этом актуальными остаются все четыре. Он мог пойти к ангелам, поскольку когда-то был им. У них есть специальные камни, наполненные энергией нашего мира. С помощью такого камня можно вернуть себе силу, пусть и на время. Но его очень трудно заслужить.

Ухмыльнувшись, она обнажила клык.

– Вампиры. Тут просто. Один укус, и он один из них. С ними проще – они принимают любого.

Энжи загибала пальцы.

– Ха! А вот с оборотнями сложнее. Их сила не передаётся через укус. Но ему могли бы найти там применение, – Энжи замолчала, задумавшись о чём-то своём. – И, наконец, он точно также мог пойти к демолинам. Делать из обычных людей себе подобных им проще простого.

Она встала, стряхнув грязь.

– Всё зависит от того, какую судьбу избрал наш изгнанник. Он мог просто где-нибудь спрятаться, что, в общем-то, нереально. Вся территория прослеживается определённой группировкой, и рано или поздно его бы всё равно нашли.

Энжи подошла ближе, показывая на возвышающиеся здания. Я невольно следил за её рукой, осматривая каждое из них.

– Следовательно, у нас четыре пути, четыре пирамиды. И если повезёт, мы обнаружим его не в последнем здании. А ещё лучше – сразу. Надо только определиться, к кому мы пойдём в первую очередь.

Положив руку на моё плечо, она посмотрела прямо в глаза:

– Выбирай: вампиры, ангелы, оборотни или демолины.

– А куда бы пошла ты на его месте?

– Хм… – она задумчиво стала накручивать локон волос на палец. – К ангелам. Но это потому, что остальных я недолюбливаю, – поспешила заверить, презрительно сверкнув глазами. – И это не значит, что он поступил точно так же.

Энжи замолчала, пытаясь вспомнить.

– Он был тёмный. А в их голову лучше не лезть с логикой – заплутаешь. Так что, я даже предположить не могу, к кому он мог обратиться или кто его завербовал раньше. Не забывай, что он мог и не сам сделать выбор. Его попросту могли поймать. И если это так, то выбирать логически вообще невозможно, как понимаешь.

Энжи развела руками и уставилась на меня.

А я думал. Наш изгнанник всё-таки ангел, а значит, ангелы точно должны были слышать о нём и знать больше Энжи. А значит надо наведаться к ним. Об этом я ей и поведал.

– Тогда вперёд! – выкрикнула Энжи, расправив крылья, чтобы полететь к одному из зданий.

– Подожди, – остановил я её.

Мне на ум пришла очень хорошая мысль. Я призвал кинжал и с помощью души захваченного ещё на свалке ангела превратился в него. Кинжал при трансформации стал мечом. Смотрелись мы с Энжи экстравагантно. И отличались кардинально. Если бы кто-то наблюдал за нами со стороны, у него бы зарябило в глазах. Ну и ладно. Зато к нам будет меньше вопросов. Просто два ангела ищут своего старого друга. Ну или как-то так…

Мы взлетели и направились к пирамиде. По мере приближения я заметил, что сооружение разделено на две части. Одна была из светлого кирпича, другая из тёмного.

– Мы привыкли жить отдельно, – пояснила Энжи, заметив мой растерянный вид. – Ты ведь знаешь, что даже наши планеты находятся в разных частях Вселенной. Хотя вместе мы единый мир.

– Да. Добро и зло. Вместе не могут. Раздельно тоже не получается, – отозвался я.

Приземлившись у входа, Энжи направилась к массивной двери. Она достала меч и решительно постучала рукоятью.

– Приготовься и призови оружие, – предупредила она. – Если ты хочешь, чтобы нас впустили, нам надо победить в схватке. Но запомни: без убийств. Мы просто должны показать свою силу, а противник – сдаться. Им ещё потом вход охранять.

Двери открылись, и к нам вышла пара тёмных ангелов. Заметив, что нас тоже двое и мы при оружии, один из них сказал, обращаясь почему-то ко мне, совершенно игнорируя Энжи:

– Значит, знаешь правила. Честный бой. Победите – пустим. Проиграете – дадим выбор. Уйти восвояси навсегда или стать рабами.

Тот, что обращался ко мне, призвал здоровенный топор. А его напарник был с мечом и встал напротив Энжи.

Ну что за непруха!Ну почему ей так везёт!

Ей всегда достаются противники слабее. Хотя чего это я разнылся? Надо не забывать, что она девушка и не является, как я, Анимой. Так что в бой.

Энжи на удивление быстро расправилась со своим противником. Отразив несколько ударов, она сделала потрясающей красоты пируэт, перелетев ему за спину, и обхватила за плечи, прислонив меч к горлу. Тому осталось лишь бросить своё оружие и признать поражение.

Я даже не пытался пробовать отразить удар. Несмотря на величину топора, ангел размахивал им так яростно и так быстро, что оставалось только уклоняться. Наконец мне это надоело, а после того как Энжи крикнула: «Хватит скакать, нападай», я решил действовать.

Вместо того чтобы уклониться, я подставил под удар меч. Руку свело. Чуть было не выронив оружие, я навалился на него всей силой и оттолкнул топор в сторону, что дало мне шанс для удара. Я толкнул плечом. Мой удар, а также топор, который ангел держал над головой, нарушая равновесие, заставили противника упасть на спину. По удивительному стечению обстоятельств топор вошёл в землю и плотно припечатал обе руки ангела. Мне осталось только подойти и прислонить меч к горлу противника. Ему пришлось признать поражение. Я выдохнул. Вход для нас был свободен.

А в офисе на острове в это время шло собрание. Диванчиков на всех не хватало, и мужчинам-исполнителям пришлось постоять.

– Я собрал вас здесь…

– Господа, чтобы сообщить пренеприятнейшее известие – к нам едет ревизор! – расхохоталась Яна.

Пётр бросил испепеляющий взгляд на сестру, сдерживая руки, чтобы не подойти и не дать ей затрещину.

– Нет, – смутился Сой. – Ревизора не будет. Но известие действительно пренеприятнейшее. Вы остались на неопределённый срок сами по себе. Со стороны Андрея помощи ждать нельзя. Он занят своими проблемами.

– Опять? – закатил глаза оператор Саша.

– А что сейчас произошло? Кто-нибудь наконец объяснит внятно? Почему Иру забрали? А Андрей даже не возразил, а наоборот помог, – окинула взглядом окружающих Лидия.

– Я тоже хочу знать, – согласился с ней Игорь, который принял прежний облик. – Я пытался остановить ангела, но Андрей помешал мне.

– Так нужно. Мы многое не понимаем, несмотря на то, что Андрей нам всё рассказывает. Я знаю лишь, что наш мир в огромной опасности и опасность эта исходит от фениксов. Поэтому я хочу разделить вас всех по новым обязанностям.

Сой стал раздавать команды:

– Операторы Даша, Коля и Саша начинают заниматься поисками фениксов во Вселенной.

Он показывал на каждого пальцем, словно озвучивая давно составленный в голове список.

– Юля помогает им. В их группы входят также исполнители Яна, Максим, ИньЯн, Анна и Игорь.

А в голосе появились непривычные ему командные нотки:

– Лидия, я и Артём занимаемся поисками информации о фениксах на Земле, а также анализируем информацию, полученную от вышеописанной группы. Остальные занимаются своими прямыми обязанностями. То есть спасают мир от различных катаклизмов.

Сой ещё раз оглядел всех присутствующих:

– Всё понятно? Тогда приступим!

Пётр лишь горько вздохнул.

Мы с Энжи шли по большой площади. Несмотря на то, что это было здание ангелов, на заполненном рынке находились существа из различных миров. В одной из палаток я заметил непонятное существо с множеством металлических частей и вставок вместо тела.

– Это и есть демолин, – прошептала Энжи, проследив мой взгляд. – Самая мирная версия этих существ – торговец. Оружия на теле – минимум, но, тем не менее, тоже опасен. С демолинами-воинами лучше вообще не встречаться.

– Куда мы идём? – тихо спросил я.

– Туда, где обычно можно узнать все сплетни и слухи, крутящиеся в этом мире. В бар! – усмехнулась Энжи, ускорив темп.

Теперь и я заметил яркую вывеску, в сторону которой направлялась Энжи. Внутри было людно. Неудивительно, что в такой суматохе постоянно случаются ссоры. Даже случайный шаг может обернуться дракой. Как раз рядом двое тощих и ужасно бледных мужчин выясняли отношения.

– Ты потерял своё место в очереди! – кричал один.

– Ничего подобного! – вторил ему другой. – Меня потеснили!

– Ха! И что теперь? Мне надо тебя пожалеть?

– Я тебе горло перегрызу… – прошипел второй.

Они накинулись друг на друга. Минута, и уже первый стоял на ногах и довольно облизывал окровавленные губы. После перекуса товарищем очередь стала ему безразлична, и он вышел из бара.

– Дикое место, – ужаснулся я.

– А ты как хотел? – горько улыбнулась Энжи. – Ненавижу это место и этот мир. Тут главный закон – каждый сам за себя. Даже группировки держатся на этом принципе. Так что не удивляйся, если вдруг один вампир перекусил вторым, хотя недавно они были лучшими друзьями. Пищи здесь мало. И чтобы поесть – надо убивать. Выбор невелик. И если не убьёшь ты – убьют тебя.

Я промолчал. Не услышав реакции, Энжи решила продолжить объяснять правила этого мира – пищевые предпочтения существ, обитающих в нём:

– Ангелы питаются духом и эмоциональной энергией. Именно поэтому в этом баре так много народу. Тело остаётся нетронутым и его можно продать другим существам. Вампиры пьют только кровь. Оборотни поедают органы, а демолины практически всё – органы, мышцы, мягкие ткани, пожалуй, правда, кроме выделительной системы. Хотя особенно у них ценится мозг. Ну ещё у вампиров можно встретить много народа. У них тоже тело не страдает. Но ангелы всё равно к ним не захаживают. Дух в высушенном досуха теле, без крови, совсем не тот. Нам нужны исключительно живые существа для пищи.

– Вы варвары.

– Нет, дорогой мой. Мы такие же, как и все. У нас на планете мы ведь никого не убиваем и не съедаем, поскольку есть специальные источники необходимой для нас энергии. Глубокие колодцы, связанные с ядром планеты. А здесь этого нет. Поэтому выбор невелик. Либо так, либо труп.

– Хорошо! Хорошо, – отмахнулся я. – Всё понял. И зачем ты мне всё это рассказала?

– Для общего образования, – со серьёзным видом Энжи похлопала меня по спине.

Мы, наконец, протиснулись к стойке. Бармен тяжёлым взглядом посмотрел на нас.

– Нам нужен совет, – тихо сказала Энжи, поближе наклонившись к бармену.

Тот кивнул и указал на дверь рядом с ним.

Энжи нагло перелезла через стойку и пошла к двери. Я последовал её примеру. Комната, в которую мы вошли, была пуста: четыре голые стены. Нащупав на одной из стен небольшую выпуклость, Энжи с силой надавила на неё. Рядом открылся проход, ведущий к лифту. Поднявшись на нём вверх, мы зашли в большой, роскошно обставленный кабинет. Наверняка все видели нечто подобное в дорогих американских фильмах. За столом сидел светлый ангел и что-то читал. Энжи кашлянула, давая о себе знать. Ангел удивлённо поднял глаза..

– Да? Я могу чем-то помочь?

– Прими свой настоящий вид, – прошептала мне Энжи.

Я призвал кинжал – за спиной, чтобы он не решил, будто я собираюсь атаковать, и, превратившись в себя, отозвал обратно.

– Здравствуйте. Меня зовут Андрей, я Анима мира Земля. И мне нужна помощь.

Ангел понимающе кивнул:

– Очень разумно превратить себя в ангела, чтобы попасть ко мне. Меньше внимания к своей персоне. Так что же вам нужно?

– В одного из тёмных ангелов вселился феникс, и он был изгнан сюда. Нам нужно найти его.

– К сожалению, ничем не могу помочь, – развёл руками ангел, встав с кресла. – Я слышал о нём, но его местоположение мне неизвестно.

– Кто может знать? – спросила Энжи, деловито сведя руки на груди.

– Пожалуй, демолинам может быть что-то известно. Но взамен на информацию, я боюсь, они могут потребовать с вас суровую плату. Их любимое лакомство… – ангел кровожадно улыбнулся. – Впрочем, как вариант, их может устроить ценная информация. Они вообще ценят новые знания и ради них готовы на всё. Советую воспользоваться этой их маленькой слабостью.

– Спасибо за помощь, – сказал я, собираясь уйти.

– О нет, – возразил ангел. – Моя помощь не бесплатна. Я даю советы, и за это мне платят свою цену.

– И что за цена? – спросил я.

– Энергия духа. Пища.

– Помни, – прошептала Энжи. – Каждый сам за себя. Ты не обязан быть добрым.

Я кивнул.

– Хорошо, – сказал я, призвав кинжал снова.

Ангел насторожился.

– Не переживайте, – успокоил я его. – В кристалле заключены души убитых. Я отдам вам одну из них. Для этого мне надо коснуться до Вас рукоятью кинжала.

Ангел немного успокоился и подошёл ближе. Я медленно стал подносить перевёрнутый кинжал к ангелу. И когда тот полностью расслабился, я резко развернул кинжал и ударил его в грудь. Он даже пикнуть не успел. Я ощутил, как сила наполняет меня, и я становлюсь светлым ангелом. Вытащив лезвие, я мысленно отменил превращение в светлого ангела и снова стал тёмным.

Мы как ни в чём не бывало снова зашли в лифт.

– Ловко сработано! – похвалила Энжи.

– Мне надо набирать силы, – отзывая оружие, сказал я. – Чтобы стать сильнее в чужих мирах.

Войдя в бар, мы снова перепрыгнули через стойку и направились к выходу. Теперь нам предстояло посетить здание демолинов.

Часть 3. Внутри чужого мира

– Я что-то засекла! – прокричала Даша, отслеживая большой булыжник на мониторе.

Она подняла руки вверх, растянувшись на кресле в экстазе:

– О, да! Наконец нашла! Он всё это время был в нашем мире. Всё, что осталось от родной планеты фениксов, когда Анима последним покинул её. Чёртов потухший кусок камня.

К ней подошёл Сой, задумчиво глядя на экран:

– Его просто никто не искал… Боялись. Надо изучить, вдруг внутри могло что-нибудь остаться.

– Я, кажется, знаю, как это сделать! – воскликнула Юля, став копаться в столе в поисках нужной вещи. – Мы можем его телепортировать… Единственное – надо найти достаточно места для этой каменюки. И мы его переместим сюда прямо из космоса.

– На острове есть большая открытая местность, – Сой задумчиво поднял глаза к потолку. – Там раньше жило моё племя, но сейчас они перебрались поближе к воде.

– Хорошо, – кивнула Юля и завопила на всю пещеру. – Яна!

Рядом сразу появилась Яна. Как только открылась её сила, девушка перемещалась исключительно бегом и со скоростью звука.

– Да?

Сой недовольно тёр ухо, пострадавшее от крика Юли, тихо пробурчав:

– И зачем я вам только передатчики выдавал…

А Юля протянула Яне кругляш, очень похожий на тот, что Сой дал мне для вызова телепорта. Только мой был из дерева, а этот был металлический и под завязку нашпигован электроникой.

– Отнеси это туда, куда скажет Сой и положи в центр, а затем беги оттуда со всех ног, чтоб ненароком не придавило. Понятно?

– Нет! Куда нести то?

– Робаст покажет, – махнул Сой. – На острове он по скорости от тебя не отстанет. Скажи ему, чтобы он проводил тебя к поляне, где раньше находился его дом. Он поймёт.

– Хорошо, – кивнула девушка, взяв кругляш.

И тут же сорвалась с места, обдав всех волной воздуха.

– Хорошо, теперь, как только ТПЮ будет установлен… Что?

Все смотрели на неё.

– Что, я не могу дать название своему изобретению? Вообщем, как только всё будет готово…

– Готово! – сказала появившиеся из ниоткуда Яна. – А Робаст действительно тот ещё гонщик.

– Даш, открывай портал и нажимай на кнопку телепортации.

Даша нажала на необходимый символ, и в офисе открылся портал. Немного покружившись, вихрь исчез, как и булыжник с экрана монитора.

Остров сотрясло.

– Упс! – неловко извинилась Юля. – Немного не рассчитала. Это прототип.

– Зовите остальных. Нам предстоит работа, – Сой покачал головой, направляясь к выходу.

А мы с Энжи направлялись ко входу в пирамиду демолинов. Здесь нас пустили без всяких проблем и испытаний боем. У нас лишь поинтересовались, к кому мы, и указали, куда именно идти.

И вот мы в очередном кабинете. Хотя это место больше напоминало морг. Около десятка столов, некоторые из которых свободны, а остальные занимают мерзкие полуразвалившиеся и сгнившие существа, непонятно к кому относящиеся. Запах разложения ударил в нос.

В стены были вмонтированы морозильные камеры, от которых веяло холодом. Но мурашки бежали не от этого, а от хозяина этого места. Про которого лучше вообще промолчать. Но сделать это не удастся, поскольку вы должны понимать, с кем нам довелось пообщаться. Постараюсь смягчить детали.

Итак, возьмите от человека половину грудной клетки без кожи, с торчащими рёбрами. Вторая половина – металлическая, с разными лампочками и заклёпками. Вместо ног у него нечто похожее на паучьи лапы, но их шесть, а не восемь, кто знает почему… Одна рука – похожа на человеческую, только металлическая. Располагалась она со стороны настоящей груди. А из металлической части туловища торчал целый агрегат с различного вида насадками, в число которых входили все известные режуще-колющие приспособления.

Ох. А теперь голова. Представьте, что взяли череп и воткнули окуляры камеры вместо глаз. Носа нет и в помине, вместо ушей локаторы, крутящиеся во все стороны. А рот… Непонятный передатчик, напоминающий каким-то образом сплав радио и модулятора голоса. И всё это обтянули кожей, вывернутой наизнанку. С выбивающим дух запахом медицинского спирта.

Представили?

Теперь присоедините это к туловищу и полюбуйтесь на того, кто предстал перед нами.

А теперь лучше забудьте.

– Что надо? – спросил демолин, кровожадно, но с каким-то детским любопытством осматривая нас.

– Нам нужна информация, – весело ответила Энжи. Её крайне забавляло моё лицо в данный момент.

– О, как интересно! – воскликнул демолин, вытаскивая из своего агрегата, служащего левой рукой, скальпель и подходя к одному из столов с трупом. – Мне тоже нужна информация. У нас одинаковые цели.

Демолин сделал на трупе надрез и стал вытаскивать наружу внутренние органы, с любопытством рассматривая их, изучая миллиметр за миллиметром.

– Хотите сыграть в игру? Я задам вопрос, вы дадите ответ. Затем сможете задать свой и, возможно… Ха! Возможно, получите нужный ответ.

– Хорошо, – поморщился я.

– Это и впрямь хорошо! – расхохотался демолин жужжащим механическим смехом, а окуляры камеры сфокусировались на нас. – Только предупреждаю. Я почувствую ложь. Итак, мой первый вопрос: что за информация вам нужна?

– Это связано с изгнанником. Тёмным ангелом, в которого вселился феникс, – Энжи попыталась перехватить контроль над «игрой». – Вам известно, где он может быть?

– Я могу сделать несколько предположений, – кивнул демолин, переходя к другому трупу, разрезая и его. – Зачем он вам?

– Мы ищем его, – схитрила Энжи, решив не вдаваться в подробности, как это делал демолин. – Так что на счёт предположений?

– Он может быть мёртв, – со смехом ответил демолин. – Зачем вы ищете его?

– Нам нужна его помощь, – я был раздражён, и всё это начинало утомлять. – А если предположить, что он жив, где он может быть?

– Да где угодно, – развёл руками демолин, но, уловив мой взгляд, решил всё-таки дать более подробный ответ. – Его могли поймать другие группировки. У нас он точно не появлялся. Что за помощь, а точнее с чем она связана?

– С фениксами, – ответил я. Мне окончательно надоели эти непонятные ответы со стороны демолина. И вся эта игра – тоже.

– А где он сейчас? – задала вопрос Энжи.

Демолин улыбнулся. Если это можно было назвать улыбкой. Кожа у передатчика натянулась, сделав лицо ещё более уродливым.

– Умная девочка. Если я отвечу сейчас на этот вопрос – вы уйдёте и оставите меня без ответов на те вопросы, которые я ещё не задал. А вы ведь очень интересные собеседники и один из вас знает очень многое. Так много, что я не могу просто так отпустить такого гостя, – демолин смотрел на меня.

После этого монстр нажал на небольшую кнопку на своей механической руке, и дверь в помещение наглухо закрылась, отрезав все пути к спасению. Ещё одна кнопка, и трупы, до этого лежащие без движений, резко встали. Стало понятно, что ковырялся он всё это время в них не просто так. Я призвал кинжал и сбросил личину ангела. Мне надоел этот маскарад.

– Я так и знал, Анима… Ко мне пришёл необычный тёмный ангел, который и не ангел вовсе… В тебе не было их наглости. А ведь тёмный никогда бы не дал отвечать светлому, даже если они в одной упряжке.

– Мне плевать, – я был зол. – Слишком долго. Слишком сложно. Я узнаю всё, что мне нужно другим путём.

– Андрей, – воскликнула Энжи, хватая меня за руку.

Она начала передавать мне свою энергию. Я успокоился, не понимая, почему собственно разозлился.

– Ты слишком долго был тёмным ангелом, – пояснила Энжи, отпуская моё предплечье. – Ваши души стали сливаться. К тебе стала переходить его сущность.

– Взять их, – приказал демолин ожившим трупам.

Энжи призвала меч и с размаху ударила ближайшего врага, срубая ему голову одним грациозным движеньем. Но тот почему-то не упал и продолжил свой ход. Энжи проткнула безголового. Но это тоже не остановило оживший труп. Я вонзил кинжал в подобравшегося ко мне мертвеца. Надо же! В них ещё была душа! Камень на рукояти впитал её, и труп обессилено упал на пол морга. Демолин удивлённо хмыкнул и нажал ещё одну кнопку на своей руке. Двери морозильных камер открылись. Трупов становилось всё больше.

– Андрей, помоги! – воскликнула Энжи. Её обступили сразу пятеро трупов. У некоторых не было рук, ног или голов. Энжи отрубила их, но это не помогало.

Зарезав по дороге ещё парочку выскочивших на меня трупов, я прорвался к Энжи, забирая души у обступивших её врагов. Силы потихоньку, но прибывали. Ведь они зависели ни от того, кого я убью, а скольких я убью. Я ускорил свои действия, нанося удар за ударом, поглощая ещё больше душ, пока не обнаружил, что в помещении остался только демолин, пытающийся сообразить, что теперь ему делать. Я подошёл к нему и приложил кинжал к горлу:

– И кто теперь в ловушке? Сыграем в игру? Я задаю вопросы и слушаю ответы. Только предупреждаю – я почувствую ложь.

– Хоть ты и Анима, – прохрипел демолин. – Ты ещё не набрался мудрости, поэтому беспомощен передо мной.

Меня пронзила дикая боль в области живота. Я опустил взгляд вниз и увидел, что все колющие инструменты из агрегата демолина воткнуты мне в живот. Демолин резко повернул руку и отломил эти инструменты, оставив их во мне. Я упал.

– Нет, Андрей! – кинулась Энжи ко мне на помощь.

Демолин направил на неё свой многофункциональный прибор, служащий заменой руки, и в Энжи полетели несколько дротиков. Попав в неё, они выплеснули некое вещество в тело Энжи, и она упала как подкошенная, выронив меч из рук. И почему-то её свет стал угасать.

Я не мог даже подняться на ноги. Демолин между тем подошёл ко мне. Пока сломанные инструменты торчали из меня, я не мог регенерировать. А вытащить их не хватало сил. Их было слишком много. И повредили они буквально каждый орган в брюшной полости. Часть его паучьих лап стала расковыривать мою рану, залезая всё глубже, и глубже…

Острая боль пронзила всё моё существо и я потерял сознание.

Восемь человек собрались вокруг огромного булыжника вытянутой формы. В офисе остались Юля и операторы, продолжающие поиски присутствия фениксов во Вселенной. А группа по изучению фениксов сейчас стояла у остатков планеты Ребайт, решая, как начать то самое изучение.

– Нам нужно проникнуть внутрь, – задумчиво сказал Сой, разглядывая метеор.

– И как? – Яна перевела взгляд с Соя на метеор и обратно, ожидая ответа.

– Андрей говорил, что на обломке есть трещины, ведущие внутрь. Но многие из них наверняка исчезли, поскольку слишком долгое время прошло с событий из видений. Ведь они открывались от жара, что исходил от фениксов. Стоит поискать трещины, которые не закрылись.

– Тогда в путь! – ухмыльнулась Яна и стремительно сорвалась с места.

Через пару минут она снова появилась. Переведя дух, она сделала заключение:

– По бокам трещин нет. Надо лезть наверх.

– Кто-нибудь из вас умеет летать? – то ли пошутил, то ли всерьёз спросил хакер Артём у исполнителей.

– Пока нет, – ответил ИньЯн. – Но вот снаряжение для альпинистов нам понадобиться. Яна, не поможешь? Оно у меня в комнате, в шкафу.

– Конечно! – Яна унеслась к пещере.

– Вы с Игорьком не в одном клубе случайно? – хихикнула Лидия.

– Кто знает… – серьёзно задумался ИньЯн.

На этот раз Яны не было минут пять. Когда она вернулась, за её спиной был здоровенный рюкзак.

– Спасибо! – поблагодарил ИньЯн.

А затем, достав и надев из рюкзака всё необходимое, полез наверх.

– Всего каких-то сотня метров, подумаешь, – вздохнул он.

– Может, пока поедим? – беззаботно спросила Яна.

Остальные посмотрели на неё с укором и продолжали наблюдать за ловкими движениями ИньЯн.

– Для фениксов главное было выжить, – Сой снова ушёл в размышления. – Но я не понимаю, как мог Анима оставить свою родную планету, тем более, если это всё, что осталось от его мира.

– В смысле? – Анна вопросительно подняла бровь.

– Анима берёт силу от своего мира. Отсюда вытекает вопрос… А откуда Анима фениксов берёт силы сейчас?

– О Боже… Андрей… – прошептала Лидия. – Неужели… Сой? Но как же тогда?

– Я не знаю, – ответил Сой, наблюдая за ИньЯн не моргая. – Я лишь знаю одно. Теперь для нас главное… выжить.

Даже Яна понуро опустила голову.

Начинался дождь. Небо уже давно потемнело, но мне всё равно не верилось, что дождь пойдёт. Такая погода стояла уже несколько дней. Теперь же сомнений не оставалось. Да ещё к тому же раздался гром. Я побежал обратно к своему подъезду. Так и не успел дойти до магазина.

И что теперь есть? Почему ты не пошёл?

Эта мысль крутилась у меня, пока я поднимался по лестнице на третий этаж. Открыв дверь, я зашёл в маленькую однокомнатную квартиру. Мне сразу вспомнилась бабушка. Воспоминания были ещё слишком свежие, и я никак не мог забыть о ней пока. А ведь её больше нет. И родителей давно уже нет. Я один. И кроме моих друзей, у меня больше никого нет. Точно…

Совсем один…

Ещё у меня есть моя работа. Несмотря на все мои попытки, познакомится с девушкой, это никак не удавалось. Дальше постели девушки со мной не задерживались, как только слышали от меня предложение о серьёзных отношениях. Что собственно удивительно, поскольку обычно всё происходит наоборот, и парни бегут от девушек, услышав это грозное словосочетание.

Сделав из остатков сахара и кофе обжигающий напиток, я стал медленно пить, попутно догрызая последнюю корочку хлеба из хлебницы. Я даже был не уверен, какой возраст у того, что я ем.

Вроде деньги есть, но с продуктами у меня вечная проблема. Никогда не мог заставить себя набить холодильник едой, ограничиваясь исключительно быстрой пищей на один раз. Но при этом ненавидел все эти «Ролтаны», «Дошираки» и иже с ними. Пусть то, что я ем, и полуфабрикат, но это, по крайней мере, должно напоминать еду. В кружке оставалось ещё половина «нечто» под названием кофе, а несчастная корка была давно уже съедена.

Внезапно мне пришла замечательная идея, хоть и запоздалая.

В этом весь я.

Если гора не может прийти к Магомеду, пусть он тащится к горе. Я взял телефон и позвонил в пиццерию.

– Ваш заказ будет доставлен в течение тридцати минут, – сообщила милым голоском девушка на том конце трубки.

Оставалось дождаться и не помереть с голоду в эти ближайшие полчаса. А ещё на душе было горько от того, почему я раньше не догадался заказать еду на дом. Наверное, потому, что привык готовить, пусть и не очень хорошо. Иронично, я забываю покупать продукты, но при этом предпочитая готовить сам.

Дождь неспешно капал за окном. Я подошёл к нему и прислонился лбом к стеклу. Сразу стало холодно.

Холодно…

И от этого приятно.

Да, приятно… Вот так.

Я словно попал в прокрастинацию. Так пролетели полчаса. Лбу было уже очень холодно и не слишком приятно. Я отошёл от окна, потирая лоб рукой, пытаясь согреть. Бросив взгляд на часы, я возмутился:

– И где моя пицца?

Я, конечно, всё ещё хотел есть, но желудок уже бурчал не так сильно, как раньше, видимо, решив безнадёжно махнуть на хозяина и переварить сам себя. Кофе в кружке остыл, и я вылил его в раковину. Сполоснув кружку, я открыл холодильник и посмотрел на пустые полки с надеждой, что там вдруг что-то появится. Чуда не произошло, и я закрыл дверцу холодильника. До ужаса хотелось есть…

А дождь, как назло, даже не хотел уменьшаться. За окном был настоящий осенний ливень со всеми вытекающими последствиями. Даже если я решусь выйти на улицу под дождём, я всё равно не смогу дойти до магазина.

Нельзя.

Во-первых, он не близко, а во-вторых, есть вероятность, что я утону по дороге к нему. По лужам впору было плавать, а не ходить. А водолазного костюма у меня не было. В бессмысленных скитаниях по квартире я провёл ещё час. Пиццы всё ещё не было. Дождь тоже не хотел прекращаться.

– Может, он утонул по дороге? – невольно задался я вопросом, поглядывая в окно, думая о доставщике пиццы.

Бедный несчастный студент, а скорей всего, это именно он. Бедная моя мясная пицца. Бедный я. Ещё немного, и разрыдаюсь! Живот уже не возмущался. А зачем, если возмущаться уже нечему. Желудок благополучно справился со своей задачей по самостоятельному перевариванию.

Я включил телевизор. Ну конечно! Не работает! Сегодня самый ужасный день в моей жизни. Я позвонил Ире, но она не отвечала. Петра лучше вообще не трогать. Каждый день до семи часов он на работе, и, если в это время его хоть кто-нибудь побеспокоит фразой «как дела», лично я не завидую этому бедолаге.

Балконная дверь открылась, и мне в лицо ударил холодный ветер и звук дождя. Поёжился. Даже если пиццу мне доставят в эти сутки, я сильно сомневаюсь, что она будет хотя бы тёплой. Меня вообще берут сомнения, что она будет…

Я сел на диван и закрыл глаза. Не знаю, сколько прошло времени, наверно, я задремал, но проснулся я от звонка в дверь. Зевнув, я встал и открыл её.

На пороге, поёживаясь и понуро опустив голову, стоял худенький парнишка в грязной куртке и порванных штанах и крепко держал в руках упаковку с пиццей.

– Простите, пожалуйста, – заикаясь от волнения, залепетал парень. – Я ехал на скутере, а на улице дождь… Но вы не переживайте, пиццу мы возим в непромокаемых контейнерах! А потом я упал, дождь на улице и… Но пицца не повреждена! А скутер больше не заводился, и телефон я утопил… А денег у меня нет. Поэтому я добирался до вас пешком. И, в общем, вот.

Парень протянул мне пиццу. Я обречённо вздохнул:

– Проходи! Найдём тебе сухую одежду и заодно вместе перекусим.

Парень поднял голову и радостно улыбнулся. Он зашёл, и я закрыл за ним дверь.

Что тут у нас?

На пустой лестничной площадке появились два существа, отдалённо напоминающие человека. Почему отдалённо? Потому что выглядели они как призраки, но ими не являлись. Скорее они напоминали советницу Олин. Но были мужского пола.

– Он молодец, – сказал один другому.

– Согласен, – кивнул тот. – Его мир будет добрым, несмотря на то, что находится в тёмной части Вселенной.

– Надежда – светлая сущность, хоть и существует во тьме, – вдруг раздалось в пустоте, и на площадке появилась сама советница.

Те двое склонились в поклоне.

– Этот мир изменит всю Вселенную, – добавила она. – Или погубит всех нас.

Все трое переглянулись и исчезли.

Я очнулся от воспоминаний на холодном металлическом столе. Демолин нависал надо мной, увлечённо копошась у меня внутри. Я испытал двойственные чувства, но всё же сумел сохранить самообладание и сделал вид, что всё ещё без сознания. Краем глаза я уловил, что Энжи лежит рядом целая и невредимая. Видимо, демолин решил оставить её на десерт. Ну а основным блюдом был я.

– Удивительно, – проскрежетал демолин, склонившись у меня над ухом. – Можешь больше не делать вид, что находишься без сознания.

Он продолжал копошиться в ране:

– Твои внутренние органы показывают совершенно обратное. У тебя удивительная периферическая нервная система, и мне не терпится добраться до главного её звена.

Он бы облизнулся, если мог. Или может? Брр…

– В твоём мозге немыслимое количество различной информации, скрытой от обычных смертных. От нас. Я буду первым, кто копошится в сознании Анимы. Тем, кто видит воспоминания мира. Судьба благосклонна ко мне.

Я не мог ничего поделать. Все мои мышцы были отключены. Я даже ответить не мог. Язык не слушался меня, как и всё остальное тело. Демолин зашёл мне за голову, и я услышал, как мне пилят черепную коробку. Боли я не ощущал. Я ничего не ощущал. Приглушённая боль кольнула меня лишь в ту секунду, когда демолин влез в мой мозг.

– Сыграем в игру? – прошептал он, и это было последнее, что услышал я, прежде чем снова потерять сознание.

ИньЯн был уже на вершине. По пути он закрепил несколько опор и сбросил верёвочную лестницу. А сам направился по поверхности метеора в поисках трещин. Отсюда был виден весь остров, лишь некоторые деревья доставали до сюда вершинами. И только гора Верп, возвышалась над островом ещё выше, теряясь в облаках.

Спустя какое-то время послышался шорох. ИньЯн обернулся и увидел, как, кряхтя и ругаясь, по сброшенной лестнице забирается Сой.

– Надо дождаться остальных, – сказал он, отряхнувшись.

– Зачем? – удивился ИньЯн. – Чем раньше мы найдём трещину, тем быстрее сможем спуститься вниз и всё изучить.

– Хорошо, – вздохнул Сой, втайне сам желавший спуститься в недра чужого мира поскорее, что даже рискнул забраться на такую высоту. – А я пока помогу Лидии.

Моя секретарша самозабвенно лезла вверх, словно совсем не пугаясь высоты в тридцать три этажа. Любопытство – страшная вещь.

ИньЯн пожал плечами и пошёл дальше, оглядывая нетронутую поверхность метеора.

– Они хоть здесь вообще есть? – задался вопросом он, когда под ногами раздался треск. – Сой! – только и успел крикнуть ИньЯн, провалившись в злополучную трещину, которую искал.

Она затянулась лишь у поверхности, а дальше проход расширялся. ИньЯн летел и думал о том, что сейчас он расшибётся в лепёшку, и спасти его не успеют. И даже укол не поможет. Внезапно падение замедлилось. А потом ИньЯн потянуло вверх, обратно на поверхность метеора. И вот он уже стоит на поверхности, а под ним снова образуется относительно твёрдый пласт.

– Фу, – выдохнул Максим с напряжённо колотящимся сердцем, держа пальцы у висков. – Еле успел повернуть время назад. Яна, хватай его, чтобы он снова не упал, я не смогу держать долго. Давай!

Как только Максим это выкрикнул и убрал пальцы от висков, Яна сорвалась с места и в мгновение ока схватила ИньЯн, оттащив подальше. А место, где он только что стоял, снова обрушилось.

– Нам надо безопасно спуститься внутрь, – сказал Игорь, подойдя к краю обрыва, и заглянул вниз. – И тут не хватит никакой верёвки. От земли до вершины, конечно, высоко, но внутри… Как такое возможно?

Сой понял, что вопрос, видимо, адресован к нему, но вдруг ответила Лидия:

– Очень уж похоже на то, как всё устроено внутри горы. Пятое измерение?

– Да, – кивнул Сой, удивлённо взглянув на женщину. – Внутрь этого метеора помещён целый мир. Пока Анима жив, а от его мира осталась хотя бы песчинка – всё можно восстановить. При достаточном упорстве.

– И всё же, как нам попасть внутрь? – спросил Артём. – У меня нет никаких супер-пупер способностей, а прыгать туда, надеясь, что не разобьюсь, совсем не хочется. Точнее, очень не хочется.

– У кого есть идеи? – спросила Яна, оглядывая присутствующих, но все молчали.

– Давайте я прыгну, – вдруг заявила смелая Анна, сделав шаг вперёд, готовая прыгнуть по первому кивку. – А Максим потом вернёт время назад. И меня вместе с ним.

– Э… – протянул Максим, неуверенный в своих возможностях. – Лучше придумать что-нибудь другое.

– Сама не верю, что говорю как брат, но я тоже против этой сумасбродной идеи, – поразилась Яна, открывшая в себе новые грани характера. – Но зато, кажется, знаю, как нам следует поступить. Ведь то, что другие исполнители не занимаются фениксами, не означает, что они не могут помочь. Пусть Пётр создаст вокруг нас защитный барьер, и можно смело прыгать вниз. Барьер возьмёт весь удар на себя.

– В целом идея хорошая, – сказала Лидия. – Но не забывай, что нам надо выбираться как-то обратно. Но если использовать силы других исполнителей, то у меня, кажется, есть другой претендент. Яночка, позови-ка лучше Сашу.

– А его зачем? – удивилась девушка. – Вы хотите, чтобы он расколотил этот камушек в пыль?

– Нет. Он просто перевернёт его набок.

– И то, что сейчас пропасть, – догадался Сой, краснея и уже с нескрываемым восхищением глядя на женщину. – Станет проходом. Лидия, вы просто… Гениально!

Я неторопливо брёл вдоль берега Царицынского пруда. Красное солнце вальяжно развалилось в его прохладных водах, и хотя это было лишь отражение, хотелось коснуться солнца, пока оно здесь, рядом, а не где-то высоко в небесах. Говорят, если солнце красное, завтра будет дождь. Но синоптики обещали ещё две недели солнечной погоды. Июль выдался жарким, и даже вечером на берегу загорали люди. Я не спеша шёл, наблюдая за всем вокруг. Рядом с водой я заметил одинокую девушку, мирно лежащую на животе и загорающую в открытом купальнике. Я решился с ней познакомиться. Недавно очередная девушка ушла от меня, как только речь зашла о серьёзных отношениях, она ушла. Сев рядом на траву, тихо кашлянул. Девушка подняла голову и посмотрела на меня.

Я с криком отшатнулся. Вместо девушки на меня смотрело лицо изуродованного монстра, а потом и тело девушки приняло его формы. Чудовищное зрелище.

Передо мной загорал демолин.

Я открыл глаза, охваченный ужасом. Продолжая лежать на холодном столе, не в силах пошевелиться, я осознал…

Это было очередное воспоминание.

Демолин копался в моей голове.

– Ты был одинок и несчастен. Бедный щеночек. Посмотрим, что ещё приготовила тебе судьба.

Я снова погрузился в своё прошлое, словно в бездну с паучьими лапами демолина.

Метеор, тем временем, был аккуратно перевёрнут заботливой рукой Александра, и все, кроме него, направились вглубь чужого мира. Неудержимая Яна умчалась вперед, и теперь её голос глухо разносился в туннелях.

– И почему мы не догадались взять фонарики, – сокрушался Сой. – Иногда я просто поражаюсь, насколько мы плохо организованы.

– Уж очень все хотели изучить побыстрее чужой мир изнутри, – посмеялась Лидия, прикрыв рот рукой.

– Лучше не отставайте, – напомнил ИньЯн.

Он шёл первым и единственный из всех был подготовлен, держа в руках фонарь, который достал из рюкзака. К счастью, там отыскался ещё один – запасной, и он теперь был у Игоря, который замыкал процессию. Нетерпеливая Яна решила обойтись без света и пару раз по дороге споткнулась об торчащие камни. Тогда на весь туннель раздавался её вопль, и остальные невольно обогащали лексикон. Один раз даже Сой присвистнул:

– Сколько живу, а такого ещё не слышал!

После блуждания по тоннелям все благополучно догнали Яну и ахнули от увиденного. Помните моё описание мира фениксов из воспоминаний, когда я провалился вглубь обломка умирающего мира? В отличие от тоннелей, здесь почему-то было светло, и можно было рассмотреть открывшееся…

Остров, некогда возвышавшийся над лавой, теперь превратился в большую гору с плоской вершиной. Озеро исчезло, оставив лишь застывшие куски магмы. Остров был безжизненным и пустым. Ни одного дерева. Повсюду виднелись полуразрушенные красные дома фениксов, потускневшие от времени. Тишина и пустота царили вокруг.

– И что здесь искать? – спросила Яна, скучающе сидящая на камне. – Я уже всё здесь осмотрела и ничего интересного не нашла. Здесь всё мертво.

– Но не пусто. Это их последнее пристанище. В домах фениксов обязательно должны были остаться записи. Нам предстоит найти их и расшифровать. Тогда, возможно, мы сумеем раньше Андрея выяснить и понять, что задумал Анима фениксов. И как его остановить, – Сой стал осторожно слезать вниз, туда, где раньше была магма.

Свет ударил мне в лицо. Я сплю? Где я? Если это сон и я дома, то почему так холодно? Словно лежу не в уютной постели, а прямона полу.Нет, на голом железе, с пронзительным холодом, пробирающимся в кости. Я окончательно проснулся. Солнце светило мне в глаза, а за окном весело пели птицы. Странный сон.

Или не сон.

Всё правильно, ты спишь.

В дверь позвонили. Я отбросил одеяло и встал. Открыв дверь, язастыл в немом ужасе. За порогом стояло чудовище.

Я очнулся в морге.

– Твой разум начинает бороться, – удивлённо сказал демолин, возящийся у меня в голове. – Как интересно!

– Как интересно, – протянул ИньЯн, вертя в руках табличку с отломанным краем и крикнул. – Сой! Я, кажется, что-то нашёл!

Внезапно табличка стала излучать свет. ИньЯн от неожиданности зажмурился и на всякий случай отбросил её подальше. Но это не сильно ему помогло. Подбежавший Сой увидел невероятную картину. Как из одного ИньЯн получается двое. Второй близнец вырастал прямо из тела. Знаете, как размножаются плоские черви? Делением. То же самое происходило с ИньЯн. Через минуту перед Соем стояли абсолютно одинаковые на вид близнецы.

– Ты кто? – повернувшись, друг к другу спросили они одновременно и тут же одновременно ответили. – Я – это я! Ну, нет! Ты – это не я!

– Тихо! – воскликнул Сой.

У него сразу заболела голова от того, как одинаковые голоса одновременно отразились от стен. Подняв табличку, выпавшую из рук ИньЯн во время деления, Сой прочитал её:

«Во Вселенной существует гармония: свет и тьма разделены на две части. И никогда одна не сможет победить другую. Без света не будет тени, а без тьмы незачем гореть свету. Свет и тьма, зло и добро. Инь и Ян – равновесие во всём. И мы – часть её. Пока существует смерть и жизнь, пока горит огонь, будем существовать мы, как символ возрождения. Смерть, идущая через огонь в жизнь».

– А почему э… вас… тебя прозвали ИньЯн? – наконец решился спросить Сой. Никто ведь не спрашивал, откуда у него это прозвище и есть ли у него настоящее имя. ИньЯн был слегка… неразговорчив.

– Мне дали это имя в храме, где я жил какое-то время. Мастер говорил, что надо отринуть прошлую жизнь, забыть старое имя, – ответили близнецы одновременно и посмотрели друг на друга с негодованием.

– Кажется, я понял, что произошло, – сообразил Сой. – Проявилась твоя особая сила, а катализатором стала найденная тобой табличка. В ней сказано о равновесии, о свете и тьме. Видимо, твоя сущность неосознанно впитала информацию с таблички и решила разделиться. Так что теперь вместо ИньЯн у нас Инь и Ян. Познакомьтесь.

– То есть, один из нас злой, а второй – добрый? – спросил Ян.

– Не обязательно, но вполне вероятно. Вы олицетворяете свет и тьму, добро и зло, мужское и женское начала.

– И что теперь? – озадачился Инь. – Нам так всю жизнь ходить? Не собираюсь! Нашлись мне тоже, Чук и Гек! Ха! Я ухожу отсюда.

Инь повернулся и пошёл к выходу. А Ян озадаченно остался стоять на месте. Но как только Инь преодолел озеро и хотел войти в туннель, Ян внезапно упал. Подкосились ноги и у Инь. Обоим стало трудно дышать, и явственно ощущалась внутренняя тяжесть, сдавливающая органы.

– Вам нельзя друг без друга. Как нет света без тени, и тьмы без лучика света.

Инь тоже понял это и, как только начал ползти обратно, сразу обоим стало лучше.

– Ну совсем весело, – сказал он, подойдя к своему близнецу. – Спать тоже в одной кровати будем?

Ян лишь улыбнулся. В комнате ведь действительно стояла лишь одна кровать.

Был обычный рабочий день. Но что-то было не так. Я доставал из фуры большие коробки. В магазин завезли холодильники. Моя работа заключалась в том, что надо было подвинуть из глубин фуры холодильники ближе к дверям, где их могла подцепить погрузочная машина. Я заметил, что одна из коробок порвана. А холодильник приоткрыт. Так! Надо вызывать главного, а то потом опять всё на нас свалят. Мол, что руки у нас особые. И растут по-особенному.

– Миш! Зови Кузьминова! Коробка повреждена!

– Хорошо! – отозвался водитель погрузочной машины.

Я стал ждать. Никто не приходил.

Меня это насторожило.

Я вылез из фуры и удивился. Вокруг было пусто – ни одного работника. Я подошёл к двери, ведущей на склад. Чувство тревоги усилилосьи прямо-таки вопило об опасности. Внезапно руку объял огонь. А потом в ней откуда-то взялся необычный кинжал с изогнутым лезвием. Я удивился, но обрадовался неожиданному подарку.

Выбрось!

Я не стал задумываться, откудапоявился кинжал. Чувствотревоги было так велико, что заглушало всё остальное. В том числе и голос разума. Почему-то всё казалось нереальным, и появившийся из воздуха кинжал хорошо вписывался в общую атмосферу происходящего. Я открыл дверь и от ужаса пошатнулся.

Колени невольно затряслись. Передо мной стояло паукообразное чудовище, и я откуда-то знал, что его следует называть демолин.

– Твой разум очень необычен, – сказал демолин. – Словно он не один. В тебе есть ещё кто-то. И я докопаюсь до истины.

Я снова очнулся в морге. Демолин читал меня как открытую книгу, но никак не мог нащупать недавние воспоминания, особенно связанные с фениксом. Что-то или, скорее, кто-то его не пускал.

– Кажется, нашёл! – обрадовано прокричал демолин, и я снова погрузился в воспоминания.

На этот раз я очень чётко понимал, где я нахожусь. В бездонном колодце на планете Кенал. Именно здесь феникс появился передо мной и высказал свою просьбу. Если это можно так назвать.

В темноте стали появляться пылающие красным очертания феникса. Я знал: где-то здесь демолин, нахально следящий за происходящим. Прислушался. Кинжал сам появился в руке. Он чувствовал опасность. Я резко развернулся и ударил темноту. С криком появился демолин, в груди которого торчал кинжал.

Воспоминание сразу рассеялось, и я снова очнулся на операционном столе в морге. Демолин отшатнулся от меня.

– Ты очень силён, – поражённо сказал он. – Ты первый, кто сумел прогнать меня из мыслей. Но я не намерен останавливаться.

Демолин подошёл и попытался проникнуть в мои воспоминания. Но ему больше не удавалось это сделать. Это, разумеется, злило.

– Как же так! Почему? Знаю! – он всё же умел облизываться… – Я просто съем твой мозг!

– Хрен тебе, а не мозг, – прошептала Энжи, с трудом поднимая руку.

Демолина сбило лучом света из руки Энжи и она буднично спросила:

– Ты как? Жив?

Я не мог ответить. Тело всё ещё не слушалось меня.

– А! – протянула Энжи. – Понятно. Сейчас, подожди. Я попробую встать.

Энжи сделала усилие подняться, но не смогла.

– Тогда ещё полежим, – заключила Энжи, оставшись без сил, и закрыла глаза.

Инь сидел на краю острова внутри мира фениксов и разглядывал, как другие работают. Рядом с ним были сложены таблички и осколки скал с различными рисунками.

– Тут пусто! – прокричала Яна. – Пятый круг по пещере навернула – ничего нового. И фонарикам почти кирдык. Всё, на сегодня я уже набегалась.

Подбежав к Инь, девушка упёрла руки в боки и заявила:

– А ты, с какой стати прохлаждаешься? Круче нас?

– Ну, уж всяко покруче тебя буду, – не поднимая головы, ответил Инь. – Тем более я не нанимался в археологи.

– Твоя наглость меня поражает! – Яна впервые в жизни встретила кого-то, кто по наглости превосходил её.

– Завидно? – Инь хитро прищурился и окинул её взглядом.

– Я тебе сейчас покажу, завидно, – прошипела Яна и бросилась на японца.

Он поднял руку, и девушку окружил сгусток темноты. Непроницаемый шар, чернее самой тьмы.

– Ко… зёл, – прохрипела Яна. – Я… зады… – ха… юсь! От… пу…

Но Инь и не думал. Он с ухмылкой начал сжимать шар.

– Отпусти её! – прокричал Ян, и Инь сбило с ног потоком света.

Шар лопнул и выпустил девушку, которая жадно стала глотать воздух. Ян подбежал к девушке:

– Ты в порядке?

– Я его убью, если ты не усмиришь свою вторую половину!

– Не говори гоп, – усмехнулся Инь, поднявшись на ноги. – А ты, Ян, хоть и моя часть, не смей нападать на меня.

– А ты не смей нападать на моих друзей! – возмутился Ян. – И если ты хоть раз…

– Что? Что ты тогда сделаешь? – расхохотался Инь. – Убьёшь меня? Тогда умрёшь сам. Запрёшь? Будешь сидеть рядом!

– Зато я в любой момент могу снова объединить нас в одно целое. И ты не сможешь творить зло!

– Ерунда! Ты тоже тогда потеряешь свою сущность.

– Я готов пойти на этот шаг. Так что выбирай. Или ты ведёшь себя культурно. Или поверь, я больше никогда не позволю нам разделиться.

– Это ты типа мир заключить хочешь?

Инь и Ян злобно смотрели друг другу в глаза, словно между ними происходила невидимая дуэль.

– Хорошо. Ладно! Так и быть, я согласен. Но не заставляйте меня спасать кошек с деревьев, иначе меня стошнит, – Инь подошёл к Яне. – Прости красотка. Мир?

– Сунешься ещё раз, и… Я. Тебя. Убью! – каждое слово Яны сопровождалось тычком пальца ему в грудь.

– Значит, мир, – выдохнул Сой.

Все давно замерли, наблюдая за этой перепалкой. Но основная битва между Инь и Ян ждала впереди.

Я пытался пошевелить хотя бы пальцем руки. Но всё тщетно. У Энжи тоже не хватало сил, чтобы подняться, но она хотя бы могла говорить:

– Я придумала! – воскликнула она. – Андрей, попробуй призвать кинжал и превратиться в светлого ангела. Мы обладаем силой исцеления. Если тебе удастся вылечить себя, может тогда, ты сможешь встать.

Я мысленно вызвал кинжал и тут же почувствовал, как он появился у меня в руке.

Светлый ангел.

Светлый ангел.

Светлый ангел.

Про себя. Снова и снова.

Магия кинжала сначала не хотела действовать, но потом, словно с неохотой, решила откликнуться. Свет от оружия стал распространяться вверх по руке, пока всё тело не было охвачено им. Крылья с трудом вырвались из спины, сразу стало неудобно лежать. Но вдруг я почувствовал, что силы возвращаются ко мне.

– Получилось, – прохрипел я. И тут краем глаза уловил, что демолин начал приходить в себя и пытаться встать.

Вот чёрт!

Новая игра началась.

Часть 4. Мир, что вышел изнутри

Сой сидел за большим столом в холле и изучал таблички. Рядом лежало несколько довольно толстых книг. Послышались шаги.

– Ну что?

– Пока ничего нового. Описывается их история и философия, но ни строчки о планах на будущее.

Лидия села рядом и взяла табличку из стопки ещё не изученных. Многие были повреждены. Подвинув к себе поближе одну из толстых книг, служивших словарём, она взялась за перевод.

«Образовавшись, свет и тьма дали всякому живому свой особый смысл. Ведь у всего во Вселенной должен быть смысл. Должна быть роль, которая…

Когда образуются пустые миры, смысл которых утерян, это работа для нас. Священный огонь должен … миры, чтобы они возродились вновь. Без пустоты внутри. Насыщенные… смыслом, …дал священный огонь».

Лидия взяла следующую табличку, отложив в сторону прочитанную.

«Огонь горит… живущий во Вселенной … от нас. Не это ли доказательство первородства нашего мира? …смысл утерян. Существующие миры давно… своего существования. Значит, они пусты.

Священный огонь должен поразить их.

Всех их».

– Кажется, я нашла, – сказала Лидия, протягивая табличку Сойлгайзу.

Тот быстро прочитал её и ужаснулся:

– Значит, вот чего хочет Анима фениксов. Не просто свой мир возродить, а все остальные уничтожить. Надо срочно предупредить Андрея!

– Но как? Мы ведь даже не знаем, где он находится.

– Значит, нам надо его найти.

Я лежал на холодном столе и со страхом наблюдал за попытками демолина подняться, молясь, чтобы свет исцелил меня раньше. Мне повезло. Поняв, что могу двигаться, я соскочил со стола и на неслушающихся ногах подошёл к демолину. Тот посмотрел на меня и хмыкнул:

– Хочешь меня убить? Тогда ты никогда не узнаешь, где прячется изгнанник.

– Давай поиграем в игру, – прошептал я, принимая прежнее обличье и хватая его за голову. – Покажи мне!

Я использовал всю силу собранных душ и прорвался в разум демолина, увидев всё, что мне было нужно. И что не нужно…

Зато теперь я знал, где тот, кто нам нужен. Я призвал кинжал и вонзил его прямо в лоб демолину. Отменив превращение, я подошёл к Энжи и вынул из неё дротики. К ней сразу стали возвращаться силы. Я помог ей встать на ноги.

– Пора нам навестить вампиров, – сказал я.

– Он там?

– Да.

К логову вампиров мы добрались быстро. Проблемой, оказалось, войти внутрь. Незнакомых ангелов не хотели впускать, пока мы не докажем свою полезность.

– И как это сделать?

– Поймайте и приведите нам оборотня. Они наши враги, и вполне сойдут за входной билет.

Мы с Энжи отошли за угол.

– Что будем делать? Оборотня поймать нереально. Убить проще. А вот живым взять, – сокрушалась Энжи.

Я призвал кинжал. Его первой жертвой насколько я помню, был оборотень. Превратившись в дикого зверя, я протянул руки Энжи.

– Свяжи их, – прорычал я. – Встретимся у бара. Тут наверняка тоже должен быть бар.

Создав из воздуха белую нить, Энжи обвязала ею мои запястья. Мы направились обратно к входу.

–Ты его за углом без сознания что ли нашла? – удивился охранник-вампир. – А где тёмный?

– Погиб. Вот ваш оборотень. Теперь мне можно пройти?

Охранник лишь пожал плечами, подошёл к двери и что-то прокричал. Вход был открыт. Оттуда вышли двое других вампиров и, взяв меня под плечи, повели через коридоры.

Вскоре мы вышли к клеткам, в которых томились другие создания. Большинство, правда, занимали оборотни. Меня подвели к пустой клетке. Я оглянулся. Кроме этих двоих, больше никого не было. Хищно улыбнувшись, я стал принимать своё прежнее обличие, одновременно призывая кинжал и мысленно создавая купол тишины. Даже если они закричат – никто ничего не услышит. Мгновенно ударив одного, я резко обернулся и кинул кинжал в спину убегающему вампиру. Вытянув руку, я призвал оружие обратно. Пленники загудели, как только я вновь вернул звук.

– Тихо! – прикрикнул я.

– Выпусти нас, мы поможем тебе, – прорычал один из оборотней.

– В чём же? – улыбнулся я.

– Ты же здесь, чтобы получить силу главного вампира?

– Нет. Я здесь по другой причине.

– Он ведь Анима, – прорычал другой оборотень. – Разве ты не видишь, Лин? Ему твоя помощь не нужна!

– Тут я не соглашусь, – покачал головой я. – Помощь нужна всегда. И если вы знаете об ангеле-изгнаннике, в которого вселился феникс, я с удовольствием приму эту помощь. И отплачу в ответ.

– А разве ты не знаешь? – удивился Лин.

– Знаю что? Демолин, которого я убил, знал лишь, что изгнанника следует искать здесь. Его давным-давно взяли в плен оборотни, а вампиры отбили его у них вместе с другими рабами.

– Я участвовал в той битве, – кивнул оборотень Лин. – Они не просто его отбили. Они укусили его. И сейчас, спустя сотни веков, он глава этого дома. Изгнанник и есть главный вампир. Выпусти нас. Всех нас. Иначе тебе его не найти.

– Почему?

– Никто не знает, где он, – ответил второй оборотень.

– Опять? – я устало вздохнул.

– Но он обязательно появится, когда поймёт, что все узники сбежали и уничтожают его подданных, – закончил Лин.

Я задумался. Если всё действительно так, как они говорят, то без их помощи мне не обойтись.

– Хорошо, – я принял решение. – Мне нужен только изгнанник. С остальными можете делать всё что угодно.

– Мы согласны, – кровожадно улыбнулся оборотень Лин.

Остальные узники, прислушивающиеся к разговору, согласно загудели. Я отошёл чуть назад и усилием мысли открыл все клетки. После поглощённых за последние часы душ я стал значительно сильнее. И мне это нравилось.

– Бежим на главную площадь, – сказал Лин. – Мы начнём битву, а ты жди появления главного. Поверь, ты его не пропустишь.

Я ринулся за остальными, чтобы их обогнать. Надо было предупредить Энжи, чтобы она ненароком не ввязалась в драку.

Энжи и впрямь ждала меня около бара.

– Андрей! – обрадовалась она, махая мне рукой. – Ты вырвался! Куда нам теперь?

– Энжи, сейчас здесь будет битва, – отдышавшись, сказал я. – Мне пришлось выпустить заключённых. Изгнанник теперь главный вампир. И единственный способ его выманить – сделать что-то грандиозное. Узники нападут. Это заставит главного появиться, и вмешаться в происходящее. Наша задача – прорваться к нему и схватить.

– Понятно, – кивнула Энжи, и тут же раздался звук тревоги.

– Узники сбежали! – пронеслось по толпе.

И тут в зале началось невообразимое. Оборотни кидались в толпу, мгновенно раздирая всех на части. Демолины пронзали всех лезвиями и расстреливали толпу из подобия пулемётов и огнемётов. Среди узников также была пара тёмных ангелов, которые парили над толпой и с помощью своей разрушающей тёмной магии испепелили существ. Энжи ужаснулась, наблюдая за происходящим.

– Надеюсь это необходимая жестокость, – прошептал я.

На секунду, всего лишь секунду стало тихо.

А потом по залу пронёсся ультразвуковой писк. Я невольно зажал уши. У некоторых в зале полопались головы – ультразвук не различал своих и чужих.

Главный вампир появился.

Он мгновенно трансформировался в нечто напоминающее огромную летучую мышь, гораздо более ужасающую, чем другие вампиры, и бросился на противников. За ним в зал ворвался легион вампиров, стремительно движущихся между врагами.

– Пора, – выдохнул я.

Превратившись в светлого ангела, взлетел вверх, направившись к главному вампиру. Тот разбрасывал оборотней по сторонам. Я схватил его за грудь и так пролетел ещё пару метров, пока не впечатал в стену.

– Ты тот изгнанник из ангелов, в которого вселился феникс? – спросил я, тяжело дыша.

Но вампир был в ярости и не слышал. Он стал вырываться.

Тут подоспела Энжи. Она соорудила из света клетку и заключила в неё главного вампира. Это не сильно помогло. Сдержать его не удалось. Вырвавшись почти сразу, он раскидал нас с Энжи по разным сторонам и снова полетел в толпу. Оборотни, как красная тряпка, привлекали его внимание.

Надо было остановить их.

Призвав кинжал, я принял своё обличие и, взлетев в воздух, завис над толпой.

Надеюсь, душ в камне достаточно для того, что я собираюсь сделать.

Превратив кинжал в чистый сгусток энергии, я стал медленно расширять его. Собрав всю волю в кулак, я разорвал шар. Волна энергии прошла по всему залу.

– Стоп, – мысленно пожелал я.

Но я переоценил свои силы. Остановить бой мне не удалось. Но я значительно его замедлил. Энжи подлетела ко мне.

– Что ты сделал?

– Я хотел остановить бой, но сил не хватило.

– Прости Андрей, но твои узники хоть и помогли вызвать главного вампира, но теперь…

– И что ты предлагаешь?

– Я не знаю. Но теперь они только мешают нам.

Я тяжело вздохнул. А затем устремился в толпу в поисках оборотня Лина. Уничтожив, а заодно и впитав силы пары вампиров, которые с перепугу напали на меня, я, наконец, обнаружил оборотня. Но он, как назло, дрался с главным вампиром. У обоих уже были глубокие раны, но гнев и боль лишь подгоняли их. Время уже вернулось в нормальное русло, и драка не была замедлена. Прорваться к ним не было ни единого шанса. Оставалось ждать. Но тут Лин заметил меня.

– Ты говорил, что тебе нужен изгнанник, – прорычал он, а затем ловко ногами оттолкнул главного вампира в мою сторону.

Вампир сбил меня, и мы оба врезались в пол.

– Так забирай его!

Лин скрылся в толпе, направившись к выходу. За ним, как будто ожидая этого, устремились уцелевшие узники. А главный вампир теперь избрал меня целью номер один.

– Ну вот, – я горько вздохнул. – За что боролся, на то и напоролся.

Вампир кинулся в мою сторону. А я даже не мог ударить его кинжалом, поскольку он нужен мне живым. Превратившись в светлого ангела, я взлетел в воздух и стал улетать.

Энжи не могла мне помочь, поскольку отбивалась от вампиров рангом помладше.

А мы с главным играли в догонялки. Заметив в потолке небольшое отверстие, я влетел в него. Это была вентиляционная шахта. Поплутав по ней немного, я вылетел к тупику. Кажется, наша игра сменилась на прятки. Только вот неизвестно, кто от кого прячется. Тут вентиляцию пронзили когти, чуть не задев меня. Я метнулся в другую сторону. Но и там когти преградили мне путь. Меня загоняли в ловушку. Поплутав по шахте и чуть не наткнувшись на когти ещё пару раз, наконец увидел свет в конце тоннеля.

И зачем я сюда полез?

Вылетев наружу и приземлившись, я огляделся, пытаясь понять, где нахожусь. Внезапно стена сзади меня рухнула, и ворвался главный вампир вместе с приспешниками. Я принял своё обличье и призвал кинжал. Теперь надо быть внимательным. Убивать только простых вампиров и уклоняться от атак главного. Сжав рукоять покрепче, я бросился вперёд.

На острове тоже скучать не приходилось. Инь и Ян не могли найти общий язык, и между ними снова вспыхнул конфликт, переросший в грандиозное противостояние света и тьмы.

Всё началось с самого простого – с комнаты. Точнее, с того, кто будет в ней жить. Инь ни в коем случае не хотел даже находиться в одной комнате с Ян, а уж тем более спать в одной кровати. Это было унизительно для Инь. И он атаковал Ян.

Сломав дверь, Ян вылетел в коридор и ударился об стену. Инь нанёс следующую атаку. Из рук он выпускал потоки тёмной энергии. Ян еле успел поставить блок, иначе его просто бы размазало по стенке.

Постепенно битва перешла в зал, где как раз тренировались Пётр, Стас и Анна. Пётр вовремя сориентировался и воздвиг барьер для защиты себя и товарищей.

Свет и тьма мелькали и менялись каждую секунду. В зале происходило целое светопреставление. Игра света и тени в непередаваемых масштабах. Где Ян, а где Инь, невозможно было разобрать. Казалось, они просто превратились в те сущности, которые олицетворяли. И когда глазу стало просто невыносимо наблюдать за мельканием белых и чёрных красок, когда цвет слился во что-то серое…

Всё прекратилось.

Посреди зала остался лежать ИньЯн, один – единственный и неповторимый.

Я тяжело дышал. Главный вампир немного растерял свою безумную ярость и сейчас кровожадно улыбался, пристально наблюдая за мной. Кинжал был весь в крови, как и правая рука, крепко держащая его. Расправившись с сотней вампиров, я, наконец, остался один на один с главным.

– Это ты изгнанник? – прокричал я, что стоило мне огромных усилий.

Дышать было трудно. Я физически устал. Вероятно, главный вампир наконец выбился из сил и решил принять человеческое обличье.

– Кто ты? – ярость всё ещё сочилась в каждом звуке.

– Так ты изгнанник из ангелов, в которого вселился феникс? – не унимался я.

– Да. Теперь ответь на мой вопрос.

– Я Анима мира Земля. Во мне Анима мира Ребайт. Во мне феникс. И я знаю, что ты должен мне помочь найти дерево из мира Ребайт, выросшее в чужом мире.

– Отзови оружие, – попросил вампир, унимая ярость. – Нам надо поговорить, молодой Анима.

Мы прошли в соседнюю комнату, каким-то чудом уцелевшую. Там он предложил мне присесть и поведал свою историю:

Много тысяч лет назад его послали в чужой мир. Он был точно таким же посланником, как и Энжи. Все ангелы действовали по одной схеме. Выждать, когда родится Анима, найти, познакомиться и в итоге подружиться, чтобы в один прекрасный момент предложить поучаствовать в вечной битве между добром и злом, светом и тьмой, которая идёт в родном мире ангелов.

Но, как и у Энжи, у Витлайя всё пошло не по плану. Анима не хотел даже слушать его. И в один из дней, когда Витлай попытался предпринять ещё одну попытку, случилось невероятное. Анима попытался убить тёмного ангела.

Но тут появился феникс и сжёг неопытного Аниму, вселившись после этого в Витлайя.

Так я не был первым…

В тот момент феникс сказал лишь одну фразу: «Не волнуйся о смерти глупого Анимы, этот мир был создан только для одной цели. Чтобы вырастить плод нашего мира».

Когда Совет прознал об этом, смерть Анимы повесили на Витлайя. Его изгнали, отправили в это ужасное место, где однажды ему пришлось отказаться от сущности ангела в пользу сущности вампира, чтобы выжить.

Однажды Витлаю приснился сон. Ему привиделся феникс, который за долгое время молчания снова обратился к нему: «Ты путеводная нить, которая должна показать путь к ростку из нашего мира. Придёт Анима, который напитает росток силой. И дерево из нашего мира снова будет жить. Мы будем жить. Жди». Пожалуй, это было самое длинное обращение феникса к Витлаю.

Иногда феникс просыпался вновь, но давал лишь советы, как правильно поступить в той или иной ситуации. Недавно феникс снова пришёл к Витлайу во сне. И сказал лишь несколько слов. «Совсем скоро».

Через пару дней появился я.

– Прости, что не понял сразу, кто ты. Я был в ярости, чувствовал боль моих потомков, которые умирали от рук узников, и ярость эта заглушала голос разума.

– Это я виноват, – признался я. – Я выпустил их. Ведь это был единственный способ тебя выманить из логова, в котором ты скрывался.

– К сожалению, это действительно так. Я бы появился на люди только через несколько месяцев, на очередное обращение к подданным. Вряд ли бы ты стал ждать так долго. Поэтому я не держу на тебя зла…

Он встал.

– Тем более нам надо поспешить. Росток стремительно увядает с каждым днём. Ты пришёл позднее, чем рассчитывали фениксы.

– Лучше поздно, чем никогда, – вторил я.

Витлай выпустил когти и порезал себе вену.

– Пей, – приказал он.

– Зачем? – не понял я.

– Я ключ. В тебе должна быть моя кровь, чтобы пройти в мир, где хранится росток.

Я с содроганием втянул в себя несколько капель крови главного вампира.

– Теперь держись, – Витлай схватил меня за предплечье, и мир закружился.

Когда я готов был уже выплюнуть все внутренние органы, мир замер, но это уже был чужой мир. Пустынный мир. Я посмотрел на небо и увидел лишь звёзды и соседние планеты. Атмосферы здесь не было. Собственно, как и плодоносящей почвы. Посреди пустыни лишь чах небольшой росток. Ветер нещадно гнул его в разные стороны.

– Этот мир умирает, – пояснил Витлай.

Подойдя чуть ближе, я понял, что тело мне больше не принадлежит. Феникс взял его под свой контроль. Словно манекен, я подошёл к ростку и с ужасом осознал, что горю. Боль пронзила спину – из неё вырывались огненные крылья. Огонь горел не только снаружи, он выходил из меня.

Я стал огнём.

Хотелось кричать, но вместо этого я лишь услышал крик феникса вместо своего. Насколько я ничтожен и слаб перед ним. А потом… я… окончательно стал фениксом.

Остатками разума я увидел, что с Витлай происходит то же самое. Его феникс тоже высвобождался.

Я перестал существовать. Моего тела уже не было, и лишь остатки разума жили где-то в фениксе. Также как он жил во мне. Но у меня не было сил вырваться. Я был слишком слаб. Слишком молод. Слишком глуп.

Я был…

Анима фениксов царственно подошёл к ростку и обнял его крыльями. Жар, исходящий от них, согрел росток, придал ему сил.

– Возьми его, – приказал Анима фениксу, что был раньше Витлайем. – Отнеси к звезде. А затем облети всех. Я скоро присоединюсь к вам. Надо навестить старых друзей.

В чёрных зрачках Анимы фениксов отразился огонь злобы и мести. Его охватило пламя и перенесло его в мир Фоспаут. В главный зал, прямо к дверям Совета.

Появление в зале феникса произвело эффект разорвавшийся бомбы. Народ притих, после чего все бросились кто куда. Не было даже криков, чтобы не привлечь к себе внимание.

Одного взгляда фениксу хватило, чтобы огромные ворота зала Собрания слетели с петель. Члены Совета, которые выслушивали донесение какого-то существа, повскакивали со своих мест. В их глазах отразился страх и ужас, ненависть и злоба. Все те чувства, что испытывали советники к фениксам. Бедный докладчик незаметно куда-то исчез.

– Приветствую, уважаемые члены Совета, – насмешливо обратился феникс к советникам, не сводящим с него глаз.

Им всё ещё не верилось, что всё происходит на самом деле.

– Давно мы с вами не виделись. Неразумно было отпускать молодого Аниму мира Земля одного. Я давно уже мог захватить над ним власть, поскольку он ещё не достиг нужной силы, чтобы противостоять мне. Но было одно но. Я бы тогда никогда б не смог попасть в мир, куда вы спрятали уцелевший росток. Вы, вероятно, не ожидали, что молодому Аниме удастся обнаружить изгнанника. А если и удастся, то тот просто не станет слушать, а убьёт. Но вы ошиблись. Росток найден. Уцелевшие фениксы по всей Вселенной пробуждаются от сна. Скоро мой мир будет возрождён. И тогда наступит час мести. Для всех вас.

Превратившись в поток уничтожающего пламени, феникс бросился на Совет.

Советница Олин попыталась заморозит его, но тщетно. Советники переглянулись и одновременно исчезли.

– Бегите! – прохохотал феникс. – Прячьтесь! Священный огонь всё равно достанет вас.

Пламя охватило Аниму фениксов, и он исчез в неизвестном направлении.

Между тем на острове оператор Даша не без помощи Юли засекла происходящее в Совете и транслировала это на большой экран в офисе. Все собрались и в очередной раз просматривали повтор.

– Значит, Анима фениксов приступил к исполнению своего плана, – тяжело вздохнул Сой, закончив просмотр. – У нас мало времени.

– Ты прав, Страж, – услышали все голос советницы Олин.

Советники стояли в круге для телепортации. Она сделала шаг вперёд:

– У нас слишком мало времени.

Когда все успокоились и уселись, Олин начала долгий рассказ:

– Феникс выбрал для вселения уникального по своим свойствам и устройству мира Аниму. Андрей – тот, кого все так давно ждали. Ваш мир давно уже существует во Вселенной, и мы думали, что Анима этого мира пробудится вместе с нами. Ведь смысл вашего мира – это надежда. Мы надеялись, что Анима мира Земля присоединится к нам и будет пятым, заключающим членом Совета.

Она вздохнула и переглянулась с остальными советниками. Трис кивнул, чтобы она продолжила рассказ.

– Прошли века… Тысячелетия… Эпохи сменялись одна за другой, а долгожданный Анима не пробудился. Но ваша цивилизация продолжала развиваться и эволюционировать, что само по себе удивительно. Сама планета, её внутренняя энергия словно направляла вас. И в конце концов, когда все уже перестали ждать, Андрей пробудился. Ваш мир, наконец, позволил родиться Аниме. Именно тогда, когда Вселенной понадобилась надежда. Что бы мне ни говорили, я не поверю в случайность. Ваш мир уникален, – повторилась Олин. – Феникс понял это, вселившись в Андрея и побыв здесь какое-то время. И Анима фениксов знает, что ему нельзя здесь появляться. Стоит ему показаться в этом мире хоть на секунду, и Андрей снова сможет взять верх над своей сущностью и над сущностью феникса.

– Значит, – развела руками Лидия. – Всё, что нам нужно, – это вынудить феникса появиться здесь?

– Это невозможно при любом раскладе, – возразил советник Анит. – Феникс не дурак и прекрасно понимает опасность появления здесь.

– Уважаемый советник, – послышался голос Ивана/Линаса, стоящего у входа в офис. – Я хочу с вами поспорить. Фениксу очень надо в наш мир.

– Кто ты такой? И с чего это взял? – спросил Анит.

– Меня зовут Ваня. Я встречался с Андреем в городе призрачных стен. Он нашёл меня и вывел из комы. Именно я рассказал ему об изгнаннике. Так мне велел феникс. Но в то время, что я находился в городе призрачных стен, я собирал буквально по крупицам всё, что только можно знать о фениксах. И сумел-таки найти одну интересную деталь. Они не раз посещали наш мир. Их называли по-разному: жар-птица, священный огонь, возрождающее пламя или очищающее и тому подобное. Но сомнений нет. Фениксы не раз навещали наш мир. Встаёт вопрос – для чего?

– Ну и? – не выдержала затянувшегося молчания Яна, не сводя взгляд с появившегося красавчика.

– Я не знаю, – пожал плечами Иван. – Могу делать только предположения. Но без упора на какие-либо факты.

– А тебе, Иван, не кажется, что фениксы навещали этот мир по одной простой причине. Они ждали пробуждения Анимы, – внесла своё мнение Олин.

– Вряд ли. Предугадать точное время пробуждения почти невозможно. При этом фениксы появлялись на планете лишь на несколько минут, после чего исчезали. А для того чтобы обнаружить Аниму, нужно больше времени. Да и ни к чему им это. Анима фениксов вселился в Андрея только по одной простой причине – его время выходило, а Андрей – единственный Анима, которому требовалась помощь феникса. До Андрея, как мне известно, тысячи лет никто не пробуждался. А фениксу необходим был именно Анима. Специально феникс ничего не выбирал и не выжидал…

– Он прав, – перебил Ивана ещё один чужой голос.

Это был высший инкенал, впервые покинувший колодец, где бьёт источник ядра их планеты. Он впервые не смотрел вниз и не искал надежду. Потому что надежда была утеряна. Он стоял в круге портала, тихо смеясь:

– Судьба сыграла с Анимой фениксов злую шутку. Он сам себя поставил перед чудовищной проблемой. Наш мир, а точнее энергия ядра планеты Земля, сходна с энергией ядра планеты Ребайт. И фениксы выжили только благодаря нашему миру. С помощью нашего ядра они поддерживали существование. А теперь представьте всю полноту иронии, что выпала на долю фениксам. Для окончательного восстановления своего мира фениксам необходима затухающая звезда, росток родного дерева и… ядро этой планеты.

– А изъять ядро может только сам Анима фениксов. А для этого ему необходимо появиться в нашем мире! – догадался оператор Александр. – А сделать это он не может, иначе Андрюша сможет вырваться и показать фениксу кузькину мать!

Саша закрутился на стуле и захлопал в ладоши.

– Радоваться рано, – улыбнулся высший инкенал. – Но можно. У нас действительно есть шанс всё повернуть в лучшую сторону. К большой моей радости, надежда в мире есть всегда. В этом смысл нашего мира.

Немного помолчав, высший инкенал оглядел исполнителей и улыбнулся:

– Как я понимаю, это новые Воители надежды? У вас ведь не у всех открылась внутренняя сила?

– Да! – кивнули те, у кого особые способности действительно отсутствовали.

– Я могу помочь. Вы ещё сыграете в спасении Вселенной весомую роль.

Он задумчиво поджал губы, словно взвешивал все за и против.

– Я вправе помочь вам.

Направив руки к исполнителям, высший инкенал выпустил из ладоней голубовато-белую энергию. Стаса, Лену, Анну и близнецов подняло в воздух и стало кружить в потоке небесного цвета. Когда исполнителей опустило на пол, они ахнули.

Но обо всём по порядку.

Станислав не заметил никаких изменений в себе, по сравнению с другими, у которых сила была видима. Высший инкенал подошёл к нему и, достав из складок одежды кинжал, нанёс ему глубокую рану в области груди. Стас отшатнулся, вскрикнув от боли. Но рана стала невероятно быстро затягиваться.

– Ты регенерируешь как никто другой, и можешь исцелять других.

После этого высший инкенал подошёл к Анне. Та мерцала. У девушки пропадала то рука, то нога, то голова, то она вся исчезала из виду.

– Ты можешь быть невидимой. И скрывать с чужих глаз всё чего коснёшься.

Подойдя к Лене, высший инкенал улыбнулся:

– Ясновидение. Но ты ведь уже знала? Просто боялась признать и использовать. И ты ведь любишь метать ножи? Теперь их не обязательно брать с собой. Буквально из воздуха ты можешь создать специальный метательный нож. Убийственный нож. Это подарок, ты сама знаешь от кого.

– А вы, – повернулся инкенал к близнецам. – Удивительны.

И правда, то, что творилось с близнецами, поражало воображение. Алексей парил в воздухе, превратившись в земляного человека. Его мотало в воздухе, словно земля и небо спорили за право обладать им. Люду окружали потоки воды и огня. Они яростно сталкивались друг с другом, создавая клубы пара.

– Вы олицетворяете стихии. Брату досталась власть над землёй и воздухом. А сестре – огонь и вода. Каждому из вас достались две непримиримые между собой стихии. И когда вы сможете примирить их в себе, вы сможете объединиться между собой и стать единым целым. Тогда все стихии будут под вашим контролем.

Высший инкенал вернулся к порталу.

– Вы Воители надежды. Однажды вы поймете, что от вас, а не от Андрея зависит, выживет ли этот мир и надежда вместе с ним. Ведь если исчезнет надежда… Вселенная обречена.

Инкенал исчез в вихре портала. Иван осмотрел присутствующих:

– Думаю, мне тоже пора. Я рассказал вам всё, что знал.

И тоже исчез. Растворился в воздухе.

– Пожалуй, нам надо отдохнуть и всё как следует обдумать, – Сой встал и хлопнул в ладоши. – Слишком многое мы узнали. Надо всё систематизировать и упорядочить. Чтобы понять, как поступить.

– Позвольте нам остаться у вас, – напомнила о себе советница Олин.

А после сказала то, что никто и никогда не слышал от Совета:

– Мы боимся за наши жизни.

Даже Грей стоял с опущенными плечами, не сводя взгляда с пола. Ему было сложно признать свою трусость и страх. Против феникса им нечего было противопоставить. Казалось, они справились в прошлый раз, но на деле… Фениксы смогли возродиться.

– Конечно, – понимающе кивнул Сой. – В ваших мирах сейчас небезопасно. А в надвигающейся войне каждый союзник ценен.

Я спал. А может, и нет. Просто состояние моё было очень плохим. Как будто я не отдыхал лет десять, и всё это время таскал тяжёлые холодильники. Туда-сюда. Туда-сюда. Не останавливаясь. Даже сейчас мне, почему-то приходили в голову сравнения с моей прежней работой. А я Анима. И работа у меня теперь другая. Но я не хочу работать. Я устал. Я так устал, как будто не спал лет десять, и всё это время таскал тяжёлые холодильники…

Анима фениксов прислушался к себе. Но я был надёжно подавлен, и опасности не было. Феникс успокоился. Повернувшись к своим поданным, выжившим фениксам, он обратился к ним:

– Я, Холифайр. Я рад, что вы выжили, дети мои, чтобы нести слово моё в иные миры. Возрождение нашего мира близко как никогда. А после… Тех, кто уничтожал нас, кто усомнился в истинном смысле нашего мира… Тех, кто не хотел слушать нас… Ждёт наказание. И священный огонь должен поразить их. Всех их.

Глава 7. Нашествие огня

Часть 1. Это ещё не конец

Мой мозг был пуст. Только усталость. Бесконечная, нестерпимая ус

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.