Лина Фей
Кровь и проклятье

Пролог

Тени сгущались над деревней Блекстоун, проглатывая последние лучи солнца. Алисия торопилась по узкой тропинке, сжимая в руках корзину с травами – мать будет ругаться, если она опоздает к ужину. Ветер шептал что-то странное, будто предупреждал, но она отмахнулась.

– Эй, ведьма! – донеслось сзади.

Она обернулась. На дороге стоял Томас, деревенский кузнец, с перекошенным от злости лицом.

– Опять колдовством занимаешься? – он пнул корзину, и сушеные листья рассыпались по земле.

– Это просто ромашка, – сквозь зубы процедила Алисия. – Для чая.

– Врешь! – Томас схватил ее за руку. – Все знают, что у тебя глаза горят, когда злишься.

Она резко дернулась, и в тот же миг воздух вокруг вспыхнул. Не огнем – скорее, синим мерцанием, будто молния ударила в самое сердце тьмы. Томас отпрянул с диким воплем.

Алисия замерла. Это сделала я?

Но раздумывать было некогда – с холмов донесся вой. Не волчий. Нечеловеческий.

– Демоны! – кто-то закричал на улице.

Деревня взорвалась хаосом. Люди бежали, дети плакали, а над крышами уже кружили черные тени с огненными глазами. Алисия бросилась к дому, но было поздно – что-то огромное и когтистое рухнуло перед ней, перекрывая путь.

– Какая удача, – прошипело существо. – Ведьма.

Ее схватили так быстро, что она даже не успела вскрикнуть. Последнее, что она увидела перед тем, как мир поглотила тьма – как деревня Блекстоун горит, а в небе кружатся крылья демонов.

Глава 1

Я очнулась от противного ощущения – что-то холодное и многоногое ползло по моей ноге. Сердце бешено заколотилось, когда я осознала: это не сон. Резко дёрнувшись, я вскрикнула и отползла в угол, судорожно смахивая с себя огромную сороконожку. Её хитиновое тело блестело в тусклом свете, а множество лапок будто намертво впивались в мою кожу.

Где я? Как я здесь оказалась?

– Проснулась, ведьма?

Голос прозвучал из темноты – низкий, обволакивающий, как тёплый дым, но с едва уловимой угрозой. Я не видела его лица, только смутный силуэт в нише камеры.

Демон. Настоящий демон.

Мама всегда говорила, что их голоса похожи на рычание зверей. Но этот… этот звучал так, будто собирался прочесть мне стихи у камина, а не держал в плену.

– Молчишь? У тебя что, нет языка? – Он вышел из тени.

Мои глаза скользили по нему снизу вверх, цепляясь за каждую деталь:

Чёрные сапоги из кожи, которой не бывает у обычных животных – слишком идеальной фактуры, будто выдуманной. Брюки, облегающие мощные бёдра. Рубашка, расстёгнутая ровно настолько, чтобы показать татуировки на груди – странные символы, которые словно двигались при свете. Лицо…

Богиня, его лицо.

Высокие скулы, будто выточенные резцом мастера. Губы – полные, но с хищной изогнутостью. И глаза… аметистовые, холодные, но с каким-то странным внутренним огнём, который заставлял меня забыть, где я.

А потом я увидела крылья.

Огромные, перепончатые, чуть шевелящиеся, как у летучей мыши, но в тысячу раз величественнее. Они занимали полкамеры, отбрасывая на стены пугающие тени.

Так вот каковы демоны на самом деле. Не горбатые рогатые чудовища из сказок, а… это.

Он приблизился, и я не смогла пошевелиться – загипнотизированная его взглядом.

– Отпусти! – прохрипела я, когда его пальцы сжали моё горло, прижимая к стене.

Его когти – чёрные, слегка изогнутые – едва касались моей кожи, но я чувствовала их остроту.

– А, так ты всё-таки говоришь, – он усмехнулся, вдыхая мой запах, как будто пробуя на вкус. – Хорошо. Твой ангельский голосок нам ещё пригодится.

Нам? Кому ещё? Что они задумали?

Он отпустил меня так же внезапно, как и схватил, развернулся и направился к выходу.

Я осталась стоять, дрожа от ярости и страха.

Он просто… уйдёт? Как будто я ничего не значу?

И тогда я увидела камень у своих ног.

Один удар. Всего один.

Я схватила его и швырнула демону в спину.

Тук.

Попадание в голову.

Он замер.

Вечность.

Потом медленно повернулся.

Страх сковал меня, но было уже поздно.

– Интересно, – прошипел он, и на его губах появилась улыбка, от которой стало ещё страшнее.

Потом он ушёл, оставив меня в тишине.

Стража пришла не сразу.

Я успела осмотреться: камера была высечена из чёрного камня, на стенах – царапины и странные символы, светившиеся тусклым синим светом. Воздух пах серой и чем-то ещё – металлическим, как кровь.

Как долго я здесь?

Двое в чёрных доспехах, напоминающих драконью чешую, сковали мне руки и повели через лабиринт подземелья.

Запомни повороты. Лестница. Ещё лестница. Три двери…

Мы поднялись наверх, и я замерла:

Небо.

Я задрала голову, и сердце сжалось от странного беспокойства. Созвездия располагались не так, как учила мать – Большая Медведица отсутствовала, а вместо Полярной звезды горел какой-то двойной огонёк, мерцающий кроваво-красным. Луна висела низко, её привычный серебряный свет казался мутным, словно сквозь дымку.

Где я?

Этот континент явно находился далеко от родных земель – возможно, за морем, о котором рассказывали лишь страшные сказки. Ветер принёс запах незнакомых цветов, а вдали, за колоннами, угадывались очертания гор, которых не было на картах королевства.

Мама говорила, что за морем живут другие народы… Но демоны?

Я сглотнула ком в горле. Если даже небо здесь другое – что ещё в этом мире окажется иным?

Колоннады, утопающие в зелени сада, где цвели незнакомые цветы – одни переливались, как опалы, другие пульсировали слабым светом. Воздух был густым, сладким, почти одурманивающим.

Но красота исчезла, как только мы вошли в тронный зал.

Готические своды, стены, расписанные сценами битв – демоны, сражающиеся с людьми в сияющих доспехах. Длинные столы, за которыми сидели они – существа с рогами, клыками, крыльями… Некоторые с кожей цвета свежей крови, другие – с чешуйчатыми конечностями.

Все смотрели на меня.

– Рад, что ты смогла присоединиться к нам, – раздался грубый голос.

Король.

Он восседал на чёрном троне, его крылья – ещё массивнее, чем у того демона – были сложены за спиной. Седина в бороде и костяная корона выдавали возраст.

– Эту ведьму зовут Алисия, – объявил он, – и скоро она станет женой моего сына.

– Что?! – я вырвалась вперёд. – Я не выйду замуж за вашего принца!

Это бред. Кошмар. Я проснусь сейчас, в своей кровати…

– Твоё мнение не учитывается, – рыкнул король.

Платок впился в мои губы, завязанный намертво.

И тогда я увидела его.

Тот самый демон с аметистовыми глазами.

– Кайл, – сказал король, – твоя невеста строптива.

– Так даже интереснее, – он прошёл мимо, бросив на меня взгляд, от которого по спине побежали мурашки. – Но я не хочу, чтобы она была в таком… неподобающем виде к свадьбе. Отправьте её в мою резиденцию.

Его улыбка была последним, что я увидела перед тем, как тьма поглотила меня снова.

Почему он смотрит на меня так, будто я уже принадлежу ему?

И самое страшное – почему часть меня ответила на этот взгляд?

Глава 2

Я открыла глаза – и первое, что увидела, был черный бархатный балдахин, нависающий над кроватью.

Где я?

С трудом поднявшись, оглядела комнату. Стены, пол и даже потолок были отделаны темно-синим мрамором с серебряными прожилками, создавая иллюзию звездного неба. Высокое окно во всю стену прикрывала легкая тюль, за которой угадывались очертания незнакомого пейзажа. В углу стоял резной шкаф из черного дерева, рядом – туалетный столик с зеркалом в серебряной оправе.

Но больше всего меня поразили цветы – черные с фиолетовыми прожилками, стоящие в вазах у кровати. Их лепестки переливались, словно драгоценные камни, напоминая…

Его глаза.

Я резко встала – и только тогда заметила, что на мне короткая черная сорочка, почти прозрачная.

Богиня, кто меня переодел?

Сжав зубы, направилась к приоткрытой двери. За ней оказалась ванная – просторная, отделанная молочным мрамором. В центре – встроенная в пол купель, у стены – полки с пушистыми полотенцами и халатами.

Подойдя к зеркалу, я увидела свое отражение:

Взъерошенные рыжие волосы. Бледная кожа с синяками под глазами. Изумрудные глаза, полные страха.

– Черт… – прошептала я, хватая первый попавшийся халат.

Ткань оказалась неожиданно мягкой – черный шелк с вышитыми серебряными узорами. Завязав пояс потуже, я направилась к выходу – нужно было проверить, заперта ли дверь.

Но едва я коснулась ручки, дверь распахнулась.

Он.

Кайл стоял на пороге, одетый в черную атласную пижаму, босой. Его аметистовые глаза скользнули по мне – от взъерошенных волос до босых ног – и что-то вспыхнуло в их глубине.

– Вот, – он протянул халат, который я уже надела. – Гардероб в твоем распоряжении.

Его губы искривились в той самой ухмылке, от которой у меня сжались кулаки.

– Спаси— – я резко замолчала. Что я говорю? Он же мой похититель!

– Ты не имеешь права держать меня здесь! – выпалила я вместо благодарности.

Кайл лениво прошел мимо и сел на край кровати, развалившись с неприличной грацией.

– Как видишь, имею.

– Я видела короля! Он сказал… – голос предательски дрогнул.

– Что ты станешь моей женой, – закончил он, изучая мою реакцию.

– И ты считаешь это нормальным?!

Он наклонился вперед, и я невольно отступила.

– Норма – понятие относительное, – его голос стал тише, опаснее. – Твоя семья думает, что ты у бабушки в Силеме.

– Откуда вы знаете про бабушку?! – я шагнула к нему, забыв про страх.

– Мы изучали тебя, – он пожал плечами, словно говорил о погоде. – Нам нужна именно ты.

– Зачем?!

– Завтрак остывает, – демон встал, явно закончив разговор. – Идем.

Я колебалась, но урчащий желудок решил за меня.

Гостиная поразила своим размахом: высокие потолки, стеллажи с книгами до самого верха, массивный стол у окна, накрытый к завтраку. Запах бекона и свежего хлеба заставил мой желудок предательски заурчать.

– Это Сара, – Кайл кивнул на брюнетку с маленькими рожками, разливающую кофе. – Обращайся к ней, если что-то понадобится.

Сара улыбнулась мне так тепло, что я на мгновение забыла, где нахожусь.

– Еда не отравлена, – Кайл подал мне тарелку. – Мне нужна здоровая невеста.

Я покраснела до корней волос.

– Это твой метод? – прошипела я. – Похитить, напугать, а потом накормить завтраком?

– Эффективнее, чем темница, – он откусил кусок фрукта. – Хотя отец со мной не согласен.

Под его пристальным взглядом я наконец взяла булочку.

Надо есть. Надо набираться сил.

А потом – бежать.

Глава 3

После завтрака я вернулась в спальню вместе с Сарой. Молча наблюдала, как она перебирала наряды в огромном шкафу, где каждый предмет выглядел дороже, чем вся наша деревенская лавка.

Как отсюда сбежать?

Мои пальцы сами потянулись к платью, расшитому золотыми нитями.

– Хотите выбрать наряд сами? – голос Сары прозвучал, как колокольчик.

Я вздрогнула.

– Нет, я… не знаю, как это носить.

Что за чушь я несу?

Сара лишь улыбнулась и помогла мне снять халат. Я застыла, когда ее пальцы коснулись моих плеч – так близко я еще не видела демона. Ее маленькие рожки блестели, как полированный оникс, а в черных глазах не было и капли злобы.

– Это корсет из драконьей чешуи, – пояснила она, затягивая шнуровку. – Легкий, но прочнее стали.

Я задохнулась – и не только от тугости корсета. Каждый камень на нем переливался, словно живой.

Сара ловко распутала мои вечные спутанные волосы (как?! даже мама тратила на это часы!) и закрепила их заколкой в виде дракона.

– Готово.

Я повернулась к зеркалу и не узнала себя:

Изумрудное платье под цвет глаз. Черный чокер, мягко обнимающий шею. И эти проклятые каблуки, делающие походку такой… женственной.

В гостиной мой взгляд сразу притянула приоткрытая дверь напротив.

Его спальня.

Его спина была покрыта татуировкой – дерево, пронзенное молнией, ветви которого тянулись к мощным плечам. Когда он повернулся, я увидела рельефный пресс и кожаный ремешок на шее с огромным клыком.

– Понравилось? – Его голос заставил меня вздрогнуть.

Я отвела взгляд, чувствуя, как жар разливается по щекам.

– Ты оставил дверь открытой специально.

– Привычка, – он лениво застегивал рубашку. – Но теперь, когда у меня есть зритель…

Я скривила губы, но он лишь рассмеялся

Когда Кайл повел меня по резиденции, я старалась запомнить каждую деталь:

Главный холл с двойной лестницей, где хрустальные люстры бросали радужные блики на стены. Библиотека с книгами в кожанных переплетах, пахнущими древней магией. Бальный зал с зеркалами во всю стену – в них отражалось мое испуганное лицо среди всей этой роскоши.

Но настоящим откровением стал сад.

Мы вышли через стеклянные двери на террасу – и я замерла. Передо мной расстилался парк, который казался рукотворным лесом.

– Это… невозможно… – прошептала я.

Деревья с серебристой корой склоняли ветви, образуя живые арки. Дорожки были вымощены не камнем, а чем-то вроде перламутра, мерцающего под ногами. Фонтаны струились не водой, а жидким светом, переливающимся всеми цветами радуги.

– Нравится? – Кайл наблюдал за моей реакцией.

Я не ответила, слишком пораженная. Вдоль аллей росли цветы, которые меняли окраску при нашем приближении. Кусты сами собой расступались, пропуская нас. А вдали, за прудом с лилиями, я увидела…

– Это же…

– Древо Лунного Света, – кивнул Кайл. – Ему тысяча лет.

Исполинское дерево с корой цвета ночного неба и листьями, светящимися мягким голубым светом. От него исходило тихое гудение, как от натянутой струны.

– Осторожнее с Хитсами, – предупредил Кайл, когда я потянулась к странным цветам у беседки.

Цветы действительно шипели, обнажая алые шипы. Но что поразило меня больше – земля под ними слегка пульсировала, как живая.

– Весь сад… он дышит?

Кайл улыбнулся своей хищной ухмылкой:

– Ты начинаешь понимать.

Мы подошли к беседке, увитой золотистыми лозами. Отсюда открывался вид на всю долину – резиденция стояла на холме, и вдалеке виднелись очертания столицы.

– Это Вельзенгар? – спросила я, чувствуя, как сжимается сердце.

Город казался игрушечным с этой высоты. А за ним…

– Море Моргот, – подтвердил Кайл, следуя за моим взглядом.

Там, на горизонте, темнела полоса воды. Моя свобода. И непреодолимая преграда.

Чай в беседке оказался с необычным вкусом – пряным, с медовыми нотками. Я пила его, украдкой изучая Кайла.

– Ты все еще хочешь знать, зачем ты здесь, – сказал он вдруг, ловя мой взгляд.

Я поставила чашку с дрожащими руками.

– Я хочу знать, как отсюда выбраться.

Его аметистовые глаза потемнели.

– Это невозможно.

– Зачем вам я? – голос дрогнул.

Кайл замер. Впервые его лицо стало серьезным.

– Дело в том…

Но тут подошел другой демон. Кайл встал:

– Я скоро вернусь.

Когда его шаги затихли, слезы наконец вырвались наружу. Я сжала кулаки, чувствуя, как корсет давит на ребра.

Нет. Я не сдамся.

Глава 4

Я все еще сидела в саду, вокруг меня по-прежнему ветер разносил цветочный аромат, птицы все так же дивно пели, только теперь мне не казалось все это прекрасным сном, это был кошмар, который поразил меня.

Я далеко от родных и как мне добраться до дома, когда я даже не знаю где он?

Я встала и пошла, сначала медленно, потом мой шаг ускорился, и я побежала, я не знаю как, но я выбежала через открытые ворота, стражники не сдвинулись с места при виде меня.

Странно, почему они не погнались за мной, может это ловушка?

Меня это не волновало. Я бежала, сама не знаю куда, впереди был лес, не задумываясь ни на секунду я вбежала и продолжила пробираться через него, перепрыгивая через камни и поваленные деревья. Мой бег замедлился, силы покидали и я остановилась, опершись рукой о дерево чтобы отдышаться. Гнев вперемешку с усталостью осели в желудке. Я села на грязную землю, прижалась спиной к дереву.

Что дальше? Куда идти? Озираясь по сторонам, думала я. Немного передохнув, я тихонько встала и пошла дальше в чашу леса. В голове не умолкал голос напоминающий голос Кайла, он говорил, что я в другой стране без друзей и родных, абсолютно одна среди своих похитителей. Что им нужно от меня? Одной только Богине известно.

Через некоторое время я дошла до ручья, упала на колени и начала жадно поглощать воду, взгляну на себя в отражении, встретилась со своим потерянным взглядом, волосы вновь стали взъерошенными и выглядели так будто по моей голове прошелся ураган.

Я услышала треск, кто-то или что-то наступил на сломал ветку. Я перевела взгляд по направлению от куда исходил звук.

– Кто здесь? – но никто не ответил. Я вскочила на ноги и начала смотреть по сторонам, кто-то определенно следил за мной. Схватившись за палку, которая лежала рядом, решаю использовать ее вместо оружия. Я пыталась найти взглядом того, кто решил меня напугать.

– Что ты хочешь с ней сделать? Боюсь этой веточкой ты никого не напугаешь. – голос был не знаком мне.

– Выходи и проверь, как я собираюсь использовать ее. А не прячься в тени, как трус. – Злость бурлила во мне, я нахмурила брови смотря туда от куда шел звук.

И он вышел. С загорелой кожей, каштановыми волосами до плеч. Его грудь и торс были покрыты темными волосками, он был одет в простые, свободные штаны, а ростом был таким же как Кайл. На плече он нес тушу кабана.

Как он завалил такого огромного кабана? Туша была с него величиной и весила килограммов 100 -150. Оглядев его я не заметила при нем даже ножичка.

– Так что ты хочешь сделать с этой веточкой? И что тут делаешь? Он положил тушу на землю и наклонился чтобы попить и умыться из ручья.

Я потеряла дар речи, поскольку не думала встретить кого-то здесь и тем более полуголого мужчину.

В этот момент налетел ветер, мне пришлось прикрыть глаза не понимая, что произошло. А когда ветер стих я увидела, что напротив меня стоит Кайл, его крылья были раскрыты и я смогла оценить их величину, похоже это ими он поднял такой ветер, не удивительно что мне захотелось прикрыть глаза.

Кажется, незнакомца такое появление нисколько не смутило, он по-прежнему пил из ручья.

– Я же просил не убегать из поместья. Здесь может быть не безопасно – сказал Кайл. Незнакомец встал и повернулся, его мокрые волосы разметались по его красиво точеному лицу, массивная челюсть, острые скулы, пухлые губы и глаза цвета янтаря с золотыми крапинками.

– Здравствуй брат – сказал незнакомец. – Давно не видел тебя, не заметил, как близко подошел к границе твоего поместья, надеюсь ты не будешь держать зла на меня за это. Встретил здесь эту девушку, кажется, она хотела избить меня этим прутиком.

– Уверен ты это заслужил – Кайл перевел взгляд с меня на незнакомца – Смотрю ты так и не любишь носить одежду. Это Алисия моя невеста.

– Я не твоя невеста – пространство вокруг меня зашипело и заискрило белыми огоньками, а потом рассыпалось как маленькие угольки на землю. Оба перевели взгляд на меня. В груди все еще кипел гнев и злость, а страх которой я испытала усиливал эти чувства. Не знаю, что они увидели, но оба смотрели на меня с интересом.

Кайл начал тихонько подходить, взял осторожно палку у меня из рук и отбросил ее в строну. Я не сопротивлялась, не было смысла, если они оба демоны, то драться в рукопашную с ними было бесполезно.

– Похоже твоя невеста с характером и нравом подобно пламени, как и ее волосы. – с улыбкой на лице сказал незнакомец – Поскольку он сам не представит меня, это сделаю я. Меня зовут Микаэл, я брат Кайла.

– Сводный брат – прорычал Кайл.

– Верно.

Кайл положил свою руку мне на спину и слегка подтолкнул идти вперед. Я пошла, а он последовал за мной. Мы возвращались в поместье. Я повернула голову чтобы еще раз посмотреть на Микаэла, он стоял на том же месте и смотрел как мы удаляемся, смотрел на меня.

Что-то явно было не так.. Кайлу не нравилось находиться рядом с братом и поэтому он быстрее уводил меня подальше от Микаэла

Когда мы шли через лес, Кайл внезапно прервал мои размышления касательно отношений его с братом.

– Почему ты сбежала? – спросил Кайл. Его голос звучал…искренне? Я сжала кулаки

– Ты держишь меня в золотой клетке и ждешь «благодарности»?

Он остановился, и вдруг его пальцы коснулись моей ладони – там, где от палки остались занозы.

– Ты ранена – прошептал он. И странно: его прикосновение обожгло сильнее, чем щепки.

– Я не желаю говорить об этом. Мне нужно было просто вырваться и побыть в одиночестве, это все что тебе нужно знать. – слова жгли горло, хотелось кричать, выпустить ярость которая сидит внутри меня наружу.

Он проводил меня в спальню, и сказал, что позовет Сару помочь мне с одеждой и обработать рану от занозы. Я упала на кровать, уставившись пустым взглядом на потолок, который скрывал черный балдахин кровати и который колыхался при дуновении ветра.

Безнадежность вот что я чувствовала в этот момент. Как выбраться от сюда и попасть домой я не знаю. Остаётся выживать, я человек, а значит могу адаптироваться. Мне нужно лучше узнать место и людей вокруг меня и тогда возможно появится шанс сбежать домой. Значит нужно найти карту этого государства, тогда я пойму в каком направлении мне двигаться. В кабинете Кайла наверняка есть, то, что мне нужно. А пока я буду притворятся и делать вид, что я подчинилась, и когда от меня не ожидают я нанесу удар.

Глава 5

Я не заметила, как провалилась в сон – усталость взяла верх, несмотря на тревожные мысли. Проснулась от скрипа двери: в комнату вошла Сара.

Лунный свет струился через окно, смешиваясь с теплым светом небольшой лампы на прикроватной тумбе – странно, но я не помнила, чтобы она там стояла раньше. На столике красовалась хрустальная птица с огненным сердцем: пламя пульсировало внутри, расходясь алыми волнами по прозрачным крыльям, оставляя лишь легкое мерцание на кончиках перьев.

Сара стремительно подошла к гардеробу и начала лихорадочно перебирать наряды, швыряя отвергнутые вещи на пол. Ее движения были резкими, почти нервными.

– Сара, что случилось? – спросила я, чувствуя, как ее раздражение передается и мне. Не в силах усидеть на месте, я вскочила и подошла к ней.

Лампа на тумбе разгорелась ярче, будьто прислушиваясь к нашему разговору

– Король здесь, – прошептала она, и ее обычно нежный голос звучал напряженно. – Мне нужно переодеть вас. И… Кайл – то есть принц – сказал, что вы ранены

Она назвала его по имени? Между ними что-то было? Или это просто фамильярность? Сара действительно выглядела очаровательно для демонессы – хотя, признаться, других я не видела.

– Что он здесь делает? – Я остановилась рядом с ней и стала забирать у нее вещи, которые она отобрала для меня.

– Зачем он пришел? – Я выхватила у нее платье, которое она держала. – Я сама справлюсь. Принеси щипцы и иглу – надо вытащить занозу. И…можешь звать меня Ли́са.

Союзники не помешают. Если она ко мне расположена, стоит попробовать заручиться ее поддержкой. Я попыталась улыбнуться искренне, глядя в ее бездонные черные глаза.

– Хорошо, Лиса. – она ответила улыбкой и направилась в ванную.

Пока Сара искала инструменты, я сбросила корсет и платье, затем – испачканные колготки и белье. Боги, от меня пахнет пылью, потом и страхом. В таком виде перед королем демонов появляться точно не стоит.

Я шагнула в купель, и горячая вода мгновенно обволокла тело, смывая напряжение. Тепло разливалось по мышцам, на мгновение заставив забыть о тревоге. Черт с ним, с королем….

– Мы над горячими источниками, – пояснила Сара, возвращаясь с пинцетом и склянкой. – Вода всегда будет такой, если вовремя подливать.

Она взяла мою руку и капнула прозрачной жидкостью на рану. Боль ударила, как ножом, перед глазами мелькнули искры – то ли от боли, то ли от магии. Сара ловко подцепила занозу и вытащила ее, затем снова обработала ладонь. На этот раз жжение было терпимым.

– Так зачем король пришел? – не унималась я.

– Не знаю точно. Наверное, чтобы удостовериться, что ты все еще здесь… и что ты с принцем придешь на праздник.

– Какой еще праздник? – Я разглядывала работу Сары на своей руке

– В честь вашей помолвки. Соберутся все правители, а тебя объявят принцессой.

У меня отвисла челюсть. Принцессой демонов? После того как меня похитили, бросили в темницу и выдают замуж без моего согласия? Этот мир явно сошел с ума.

Сара фыркнула, и ее смех прозвенел, как крошечный колокольчик – странно, ведь ее голос был низким и бархатистым.

– Кайл – принц, значит, его жена станет принцессой. Логично, разве нет?

Я вздрогнула, несмотря на горячую воду.

– Лиса нам нужно поторапливаться. – Сара налила на мочалку гель с ароматом сирени, и я невольно расслабилась.

Я расслабилась, предоставив Саре помыть меня, а после причесать и накрасить. Волосы на этот раз она собрала в изящный пучок с выбивающимися прядями. Стрелки подчеркнули глаза, а бальзам сделал губы мягкими и блестящими. В зеркале отражалась уже не пленница, а… будущая принцесса.

Мы вернулись в комнату, где Сара помогла мне надеть наряд – этот роскошный наряд скорее напоминал боевое облачение, чем вечернее платье.

Нижнее белье – алого цвета, как предупреждение. Платье – графитовое, тяжелое и роскошное, сотканное из кружев, опутывающих меня с шеи до пят. Верх был полупрозрачным, и лишь корсет, туго стягивающий талию, прикрывал то, что полагалось скрывать. Но сквозь узоры просвечивала бледная кожа, намекая больше, чем показывая. Низ платья постепенно терял плотность, и к полу кружева превращались в дымку, будто я медленно растворялась в воздухе.

Туфли были красными, с вышитым цветком Хитс. Такие же цветы я видела в саду – их сладкий аромат смешивался с едва уловимым запахом крови. Сара одобрительно кивнула, заметив мой выбор.

Удачно – только и сказала она, поправляя пряжку. В ее взгляде мелькнуло что-то нечитаемое.

Я не стала спрашивать о значении. В этом мире даже прекрасные вещи таили в себе угрозу.

Я повернулась перед зеркалом.

Отражение было безупречным – изысканным, соблазнительным, чужим. Но чем прекраснее выглядела я снаружи, тем сильнее сжималось что-то внутри. Безысходность обвилась вокруг горла, как удавка.

Соберись.

Я закрыла глаза, сделала вдох.

– Ты готова? – тихо спросила Сара.

– Да.

Мы вышли в коридор.

Каждый шаг отдавался в висках. Ты уже встречалась с ним. Ты знаешь, как это бывает.

Но знала ли?

Стены, покрытые фресками с незнакомыми пейзажами, будто дышали чужими воспоминаниями. Причудливые горные цепи, багровые закаты над невиданными морями – всё это мерцало в тревожном свете факелов, заставляя тени шевелиться на краю зрения. Мне чудилось, будто в этих картинах скрыты глаза, неотрывно следящие за каждым моим шагом.

Ты справишься.

Я повторяла это, как молитву.

Но в глубине души сомнение шептало: а если нет?

Мы вошли в зал. Король, спиной ко мне, оживленно рассказывал кому-то о тонкостях охоты. Кайл стоял у окна, играя бокалом с темной жидкостью. При моем появлении он резко обернулся – его взгляд медленно скользнул по мне, а в уголке рта дрогнула тень улыбки.

Сделав шаг вперед, я наконец увидела собеседника короля – Микаэля. Брат Кайла.

Король прервал рассказ. Я совершила реверанс, как учила Сара – сначала монарху, потом принцу. Подойдя к Кайлу, почувствовала его напряженное молчание.

– Рад, что все в сборе – голос короля прозвучал как удар хлыста. – И вдвойне рад, что тебе удалось усмирить ведьмину натуру. Похоже, ты был прав насчет методов.

Горячая волна гнева подкатила к горлу, но я опустила ресницы, изображая покорность. Встретившись взглядом с Микаэлем, поразилась их сходству – та же хищная ухмылка.

– Микаэл – король повернулся к младшему сыну. – тебе пора подыскать невесту. Хочу сыграть две свадьбы разом.

– Уже присматриваюсь, ваше величество. – Его взгляд снова скользнул по мне, заставив сжать кулаки.

Кайл разом осушил бокал. Вспомнив графин в его кабинете, я тихо предложила:

– Я долью

Схватив бокал, проскользнула в соседний кабинет. Дверь едва закрылась – я уже металась по комнате, высоко подняв подол, чтобы не споткнуться.

Я влетела в кабинет, едва сдерживая дрожь. Просторное помещение с высокими окнами было залито холодным лунным светом. Бросившись к массивному дубовому столу, я лихорадочно перебирала бумаги – и вдруг узнала бабушкины закорючки. Сердце заколотилось так, что звенело в ушах.

Конверт уже был в моих руках, когда дверь скрипнула. Я судорожно сжала письмо в кулаке, прижав к груди.

– Ты долго отсутствовала. – Кайл вошел, бесшумно закрыв дверь. Его взгляд скользнул по моему сжатому кулаку. – Я начал беспокоиться.

– Я… не смогла открыть графин, – соврала я, голос предательски дрожал. Графин на столике действительно был открыт – моя ложь висела, между нами, глупая и очевидная.

Кайл медленно взял бокал из моих пальцев.

– А теперь правду. – Он внезапно оказался передо мной, упершись руками в стол по обе стороны. Я чувствовала, как письмо прилипает к потной ладони.

– Врунья – прошептал Кайл. Его дыхание пахло виски и чем-то металлическим – будто кровью. Я сжала кулаки, но он уже вытащил письмо. Вдруг за дверью раздались шаги…

Я действовала на автомате: схватила его за шею, притянула к себе. Наши губы столкнулись – и в груди вспыхнуло пламя. Он не оттолкнул меня. Но когда дверь открылась, я почувствовала: его рука на моей талии дрожит. От гнева? Или от чего-то ещё?

Глава 6

Мой первый поцелуй. И он достался Кайлу.

Мысли путались, но одно я осознавала отчетливо – это была ошибка. Безумная, импульсивная ошибка. Я никогда раньше не целовалась, и теперь мой разум отчаянно пытался осмыслить происходящее, пока губы сами вели свою собственную войну.

Когда наши рты соприкоснулись, по телу пробежала электрическая волна. Кайл сначала замер от неожиданности – я видела, как его аметистовые глаза расширились в изумлении. А потом…

Он ответил.

Внезапно его руки обхватили меня так крепко, что между нами не осталось ни миллиметра пространства. Несколько черных прядей упали ему на лицо – последнее, что я увидела перед тем, как веки предательски сомкнулись.

Его губы оказались удивительно мягкими, а поцелуй – неожиданно нежным. На языке смешался вкус дорогого виски и чего-то неуловимо-металлического, что было сугубо его. Одна его рука все еще сжимала мою талию, в то время как другая запуталась в моих волосах, направляя движение головы.

Я замерла, разрываясь между желанием вырвать спрятанное письмо и… продолжить этот безумный поцелуй. Тело предательски реагировало на каждое его движение, и вскоре я уже не могла думать ни о письме, ни о зрителях, ни о чем-либо кроме его губ.

Резкое покашливание прозвучало как удар хлыста. Кайл отстранился так же внезапно, как и начал, оставив меня дезориентированной. Мои губы горели, тело протестовало против этой внезапной разлуки.

Открыв глаза, я увидела, что вся комната уставилась на нас. В тишине громко стучало только мое бешено колотящееся сердце – предательски громкое свидетельство того, что произошло.

– Простите за вторжение – голос Микаэла прозвучал как лезвие, скользящее по коже. Он стоял в дверях, брови насмешливо приподняты. – Мы начали думать, что вас похитили. Но, кажется, вы прекрасно развлекаетесь и без нас.

Эти слова вонзились в меня, как лезвие. Они правда застали нас за этим… Горячая волна стыда накрыла с головой. Микаэл смотрел на Кайла с холодным презрением, а я стояла, словно голая перед всеми. Может, он прав? Может, мы и впрямь вели себя как последние глупцы, забыв обо всем на свете? Я украдкой взглянула на Кайла – не жалеет ли он теперь? Не кажется ли ему, что я слишком легко… Нет, лучше не думать.

Король прервал тягостное молчание – Мне пора. Кайл, нам есть что обсудить. – Его голос не терпел возражений.

Мы молча двинулись к выходу. Шаг в шаг с Микаэлом, я чувствовала его тяжелый взгляд, будто физически ощущая, как он изучает мои опухшие от поцелуя губы.

В холле король жестом отсек нас: "Оставьте нас." Микаэл с театральным поклоном взял меня под руку, его пальцы впились в локоть с демонической силой. Я обернулась к Кайлу – он стоял, сжав кулаки, взгляд, прикованный к отцу.

Столовая встретила нас запахом увядших цветов. Вырвавшись, я бросилась в сад – мне невыносимо нужен был воздух.

Сумерки преобразили сад. Цветы Хитс раскрыли свои клыки, светясь зловещим алым светом, заманивая насекомых в смертельные объятия. Я замерла, зачарованная их смертоносной красотой.

– Будь осторожна. Микаэл возник позади, как тень. Лунный свет выхватывал из темноты его профиль – Мой брат – мастер носить маски. Но под ними… – Он резко оборвал.

– А ты чем лучше? – голос дрожал. Демон передо мной видел мой позор, видел слабость…

Ветер шевельнул его волосы, открывая глаза – золотые, как у хищника

– У нас разные матери. Когда-то мы были близки… пока он не изменился. – В его голосе звучала подлинная боль.

Он сделал шаг вперед – Тебе нужно бежать. Я помогу.

– Зачем? – прошептала я.

– Чтобы еще одна невинная душа не погибла из-за него. – Его челюсть напряглась, в глазах вспыхнуло что-то дикое.

Ледяной ужас сковал меня. – Еще одна…?

Тень промелькнула за спиной – Сара возникла бесшумно, как призрак.

– Принц требует вашего возвращения.

Кайл встретил нас в холле, лицо – каменная маска. Но в сжатых челюстях, в жилах на руках читалась буря. Жар нашего поцелуя угас, оставив лишь леденящий страх – что за монстра я целовала?

Проводив короля и Микаэла, я направилась в свою комнату. Одним движением сбросила платье, распустила волосы, стряхнула с лица остатки макияжа и обмякшей тенью опустилась на кровать. Мысли возвращались к разговору с Микаэлом – его слова, тяжелые, как камень, давили на сердце. Воспоминания о том, что произошло в кабинете, о том поцелуе, спутывались в голове в плотный клубок, из которого не было выхода. Я уставилась в потолок, наблюдая, как по нему пляшут тени – причудливые силуэты, отбрасываемые лампой в форме феникса у моей кровати.

Глава 7

Солнце прокралось в мою спальню, а за окном зазвучали птичьи трели. Бессонная ночь наконец уступила место утру, но мое тело так и не обрело покоя. Мысли путались: поцелуй с Кайлом, слова Микаэла о его брате – все это не давало мне передышки. И хуже всего – я ни на шаг не приблизилась к побегу. Хоть Микаэл и предлагал помощь, как я могу доверять демону? Ведь это он и ему подобные отняли меня у семьи и заперли здесь против моей воли.

Я поднялась с кровати и направилась в ванную, вздрогнув при виде своего отражения. Волосы спутались, словно гнездо, под глазами залегли темные тени, а взгляд потускнел от усталости. Глубоко вздохнув, я взяла расческу, стараясь распутать узлы на голове и в мыслях одновременно. Что сказать Кайлу? О том поцелуе… О письме бабули… В груди сжался тугой комок тревоги. Наспех умывшись, я заплела волосы в косу и начала одеваться.

Гардероб встретил меня привычным выбором: длинная черная туника с золотой вышивкой и прорезями по бокам, а к ней – такие же темные лосины. Приоткрыв дверь, я прислушалась – в гостиной было тихо. Но аромат кофе витал в воздухе, и я, крадучись, выскользнула из комнаты. На столе уже ждал завтрак: душистые булочки с шоколадом, овсянка, ветчина, сыр и – главное – чашка дымящегося кофе. Однако прибор лежал только один. Дверь в спальню Кайла была закрыта. Неужели он уже ушел?

Я принялась за еду, машинально отмечая, как вкусно приготовлено. Надо бы поблагодарить повара… Если, конечно, он не очередной демон. Через открытое окно врылся ветер, неся с собой запах сирени и шевеля непослушные пряди волос. Вдруг мой взгляд упал на смятый листок на полу. Протерев пальцы салфеткой, я подняла его – и кровь застыла в жилах. Конверт. Мое имя, выведенное знакомым изящным почерком.

Письмо бабули.

То самое, что я нашла в кабинете Кайла.

Как оно оказалось здесь?

Горло сжалось, а пальцы дрожали, разрывая конверт. Сердце колотилось так, будто рвалось наружу, пока я жадно впитывала строки…

Дорогая Алисия,

Как странно читать твои строки о школьных занятиях, когда за окном тычется в стекло первый осенний лист. Помнишь, как мы вместе собирали искры светлячков в банку в прошлом году? Теперь они горят так тускло без тебя.

Наш огород зарос что-то уж очень быстро – даже разожжёт ли моя старая спина костер из этих сорняков? А твоя любимая грядка с мятой вся пожелтела, будто после войны с суховеями.

Вчера перебирала твои детские вещи. Нашла тот платок с вышитыми – (помнишь, ты никак не могла ровно этот значок сделать?). Паук в углу комнаты сплел паутину прямо на твоей старой кукле – жду не дождусь, когда ты приедешь и прогонишь этого наглеца.

Твоя бабушкаС любовью,

P.S. Ключевое – вороны перестали прилетать на крышу с тех пор, как ты уехала.

Я перечитывала письмо снова и снова, но так и не смогла понять ни строчки. Бабулины слова были бессвязными, будто наспех набросанными под диктовку сумасшедшего. Особенно последняя фраза – про ворон на крыше – не имела никакого смысла. Почерк был её, но мысли явно принадлежали не ей.

Сжав в руках злополучный листок, я нервно расхаживала по гостиной, когда дверь скрипнула.

– Привет! – Сара сияла улыбкой, переступая порог.

Я машинально сунула письмо за спину.

– Д-доброе утро, – мой голос прозвучал неуверенно.

Она направилась к столу у окна и принялась собирать грязную посуду.

– Где Кайл? – спросила я, стараясь казаться непринуждённой.

– Уехал по делам. Не сказал, когда вернётся. – Сара бросила взгляд на мои руки, спрятанные за спиной. – Просил передать извинения за пропущенный завтрак… и вручить тебе письмо от бабушки.

Я непроизвольно приподняла брови.

– Я не была уверена, что тебе известно, – призналась я.

– Принц хотел отдать его лично, но неожиданный визит короля и его брата спутал все планы.

Я закусила губу. Интересно, знает ли Сара о том, что произошло в кабинете? Нет, лучше не проверять.

– Чем займёмся сегодня, Лиса? – Сара вырвала меня из раздумий.

– Я… не знаю, – соврала я. Конечно, мне нужно было найти ту карту, а значит – снова пробраться в кабинет Кайла. Если только он не запер его…

– Скоро праздник летнего солнцестояния, – продолжила Сара. – Можешь помочь с подготовкой. В деревне будет гулянье – танцы, угощения, игры…

– Звучит чудесно, – я неожиданно для себя улыбнулась, вспомнив праздники в Блэкстоуне. Но тут же нахлынула тоска – те дни казались теперь частью другой жизни. Улыбка сошла с лица. – Но… мне разрешено покидать поместье?

– Со мной – да. Деревенские добродушны, хоть и не видели смертных много лет. – Её лёгкий смешок заставил меня ёгнуться.

Возможно, это мой шанс разузнать дорогу домой.

– А Микаэл… он часто здесь бывает? – спросила я, вспомнив его предложение о помощи.

– Редко. – В голосе Сары зазвучала предостерегающая нотка. – Он и принц… не в лучших отношениях. Тебе не стоит вмешиваться.

– Почему?

– Микаэл – второй сын короля и полукровка. Кайл – наследник. Демонская политика – опасная игра. А твоё любопытство может навредить… – Она сделала паузу, пристально глядя на меня. – И ему, и тебе.

Комок подступил к горлу. Я сглотнула, снова глянув на письмо.

– Чем я могу помочь с праздником? – поспешила сменить тему.

– Приведи себя в порядок, – Сара усмехнулась, оглядывая меня. – Выглядишь так, будто проглотила пирог, даже не разжевав.

Я дотронулась до рта и подошла к зеркалу над камином. В уголках губ застряли крошки, а подбородок был измазан шоколадом.

– Пожалуй, не стоит пугать деревенских таким видом, – рассмеялась я, ловя в зеркале смеющиеся глаза Сары.

– Встретимся у конюшни, – бросила она на прощание, унося тарелки.

Я вздохнула. Сара начинала мне нравиться – а это было опасно. Она враг. И всё же… иногда мне казалось, что в ней можно найти союзника для побега. Чем дольше я здесь находилась, тем сильнее путались мои мысли и чувства.

Глава 8

Я умылась, смыв с себя остатки крошек и шоколада, и выбежала на улицу. Погода была чудесной: солнце грело кожу, мягкий ветерок подгонял меня в сторону конюшни и играл с выбившимися прядками из косы. Цветы в саду, как всегда, были прекрасны и ухожены, а тень под раскидистой ивой манила прилечь и насладиться моментом.

Сара ждала меня у входа, сменив привычный скромный фартук горничной на дорожный костюм. В обтягивающих темных бриджах, белой рубашке с расстегнутым воротом и высоких сапогах до колен она выглядела совсем иначе – из скромной служанки превратилась в уверенную в себе наездницу. Особенно меня поразило, как новый наряд подчеркивал ее женственные формы: округлые бедра, тонкую талию и пышную грудь, которые раньше так искусно скрывались под мешковатой униформой.

– Готова к поездке верхом? – улыбнулась Сара.

– Редко ездила, но попробую. Хотя, возможно, только до первой кочки или поваленного дерева, – рассмеялась я в ответ.

Её улыбка стала ещё шире.

– Ничего, значит, поедем вместе.

В этот момент конюх вывел кобылу, держа её под уздцы. Сара ловко перехватила поводья, перекинула их через спину лошади и принялась проверять крепления седла. Я подошла к пепельной кобыле, осторожно погладила её по морде – и в ответ получила лёгкий толчок носом.

– Осторожнее, она кусается, – предупредил молодой конюх, подходя ближе и успокаивающе проводя рукой по шее лошади.

Он был невысоким – чуть выше меня – с маленькими рожками и медного цвета волосами, в которых застряли соломинки. Россыпь веснушек делала его почти похожим на человека, если бы не глаза – чёрные, как бездна. На нём были простые штаны, поношенная рубаха и жилетка, в карман которой лошадь тут же попыталась сунуть морду – видимо, привыкла к угощениям.

– Это Сиренити. «Наша «дама» с характером и темпераментом медведя», —конюх достал из кармана кусочек сахара и протянул кобыле.

– Я – Ант. Ухаживаю за лошадьми да присматриваю за лесной живностью неподалёку. Слышал, вы новая хозяйка поместья?

Я резко повернулась к нему, чувствуя, как на щеках вспыхивает румянец. Все вопросы, крутившиеся в голове, мгновенно испарились.

– Я…

– Ант, не отвлекай, – перебила Сара. – Мы и так опаздываем, в деревне работы невпроворот.

В тот момент я была ей благодарна как никогда.

– Ладно, ладно, – затараторил конюх. – Давайте хоть помогу вам в седло взобраться, госпожа.

Я так и не нашлась, что ответить, поэтому молча позволила ему помочь мне оседлать Сиренити. Сара уже сидела впереди, уверенно сжимая поводья. Без лишних слов она тронула лошадь вперёд, и мы двинулись в путь.

Как только ворота поместья остались позади, Сара обернулась:

– Ант парень хороший, но язык у него без костей. Если вовремя не остановить – заболтает кого угодно. Да ещё и сплетник страшный.

– Это правда, – кивнула Сара. – Он готов приютить любое животное, какое только найдёт.Я удивилась, насколько это было… по-человечески? – Мне он показался довольно милым. И, похоже, Сиренити он тоже нравится.

Мы продолжили путь в молчании, пока не свернули на извилистую тропу, ведущую вглубь леса. В прошлый раз мне не удалось как следует рассмотреть его красоту, но теперь, пока мы двигались неспешно, я могла насладиться видом в полной мере.

Лес выглядел словно сошедшим со страниц сказки. Гигантские деревья вздымались к небу, их могучие стволы, частично покрытые мхом, невозможно было обхватить даже вдвоём. Раскидистые ветви образовывали над головой густой зелёный полог, сквозь который пробивались лучи солнца. Ели и другие древние исполины стояли, как неприступные стражи, а по обочинам дороги росли кусты с тёмными ягодами – Сиренити то и дело норовила схватить пару штук, но Сара твёрдо держала поводья.

– Ты давно работаешь в поместье? – наконец нарушила я тишину.

– О, очень давно, – задумчиво ответила Сара, взглянув вверх, будто пытаясь вспомнить. – Кажется, в этом году исполнится… сто двадцать четыре года.

– Что?! – я невольно раскрыла рот. – Так много?

– Или сто двадцать пять. После определённого момента перестаёшь считать. А что тебя удивило?

– Люди обычно столько не живут!

Сара рассмеялась, и её смех раскатился эхом по лесу, вспугнув птиц, сидевших на ближайших ветках.

– Для нас это как для тебе несколько лет, – улыбнулась Сара, поправляя поводья. – Первое столетие вообще пролетает незаметно. – Она задумчиво покачала головой. – Хотя высшим демонам вроде принца или короля и вовсе не стоит беспокоиться о времени. Они могут жить девять веков, а то и дольше. Нам, низшим, повезло меньше – наш предел около трёх с половиной веков. Мне, например, уже двести три, а Анту и вовсе всего сто сорок – ещё ребёнок по нашим меркам.

– А Микаэлу и Кайлу? – спросила я, не успев подумать, не слишком ли личный вопрос задаю.

– М-м… – Сара на секунду задумалась. – Кайлу двести пятьдесят семь, а Микаэлу – двести тридцать пять. Они почти ровесники.

– Богиня! Да они же старики по сравнению со мной!

Сара снова рассмеялась, её пышные формы подрагивали в такт смеху.

– После двадцати пяти мы почти не меняемся внешне. Для людей это выглядит так, будто мы застыли во времени. Но внутри мы продолжаем расти – накапливаем внутреннюю силу, учимся…

– Внутреннюю силу? – моё любопытство вновь взяло верх.

– Да. Магию. Большинство из нас владеет магией перевоплощения, но есть и другие способности – например, ясновидение.

– Как крылья, которые призывает Кайл?

– В каком-то смысле, да.

– Значит, у тебя тоже есть такая сила?

– Конечно. Я суккуб. Мы можем питаться чужими эмоциями… или направлять их в нужное русло.

– Ты… когда-нибудь использовала это на мне? – не удержалась я.

– Нет, – Сара повернулась ко мне, и в её улыбке промелькнуло что-то тёплое. – Кайл запретил мне применять способности на тебе.

Что ж, за это ему можно сказать спасибо. Быть марионеткой в руках демона – не входило в мои планы.

Разговор на время угас. В голове роились вопросы: насколько же могуществен Кайл после стольких лет совершенствования? Сколько лет королю? А Микаэл, будучи полукровкой – каков его потенциал? Какие ещё силы они скрывают? Но задавать всё это сейчас не хотелось – не дай богиня Сара сочтёт меня слишком любопытной.

– Расскажи мне о празднике, – решила сменить тему я.

– В этот день мы благодарим землю за урожай и исполняем желания друг друга, – объяснила Сара. – Так мы поощряем свои труды.

– Никогда бы не подумала, что демоны едят овощи, – не удержалась я от улыбки.

– За кого ты нас принимаешь? – удивлённо подняла бровь Сара.

– Ну… я думала, вы приносите человеческие жертвы, питаетесь сырым мясом, пьёте кровь…

Не дав мне договорить, Сара залилась таким искренним смехом, что эхо разнеслось по всему лесу. Её смех оказался заразительным – в груди распустилось тёплое, невесомое чувство. Было так легко рядом с ней… Может, она всё-таки использовала свою суккубью силу?

– Прямо как в страшных сказках! – сквозь смех выдохнула Сара.

– Ну так и есть, – пожала я плечами. – Ты первый демон, с которым я подружилась.

Она повернула ко мне лицо, и я увидела нежную улыбку. Её взгляд, несмотря на чёрную, непроницаемую пелену глаз, излучал искреннюю доброту.

Когда мы выехали из леса, вдали уже виднелись первые дома деревни. По дороге Сара рассказывала о праздничных традициях – о специальных блюдах, танцах, нарядах. И снова я не могла не удивляться, насколько всё это напоминало праздники в Блэкстоуне…

Глава 9

Мы въехали в деревню через главные ворота, направляясь к ратуше. Воздух был наполнен предпраздничной суетой – демоны всех мастей украшали дома и улицы к предстоящему торжеству. Одни щеголяли внушительными рогами, другие – блестящими копытами, а оттенки их кожи представляли собой всю палитру от нежно-сиреневого до глубокого багрового. Детишки носились между взрослых, запуская в небо пестрых воздушных змей.

По мере нашего продвижения все больше взглядов обращалось в нашу сторону. Вскоре стало ясно – рассматривают именно меня. Демоны перешептывались, бросая на меня любопытные взгляды, будто перед ними было какое-то диковинное существо. Что, впрочем, соответствовало действительности – мои светлые глаза и человеческая кожа явно выделялись среди этой демонической пестроты.

У здания ратуши нас встретил староста – внушительного вида демон с кожей цвета спелого граната. Его мощные плечи и руки были подчеркнуты безрукавной туникой, а темно-коричневые рога изящно закручивались, как у горного барана. Аккуратно собранные в хвост волосы, обтягивающие зеленые брюки и, конечно же, блестящие копыта завершали его величественный облик.

– Не ожидал вас так скоро. Хотя лишние руки нам точно не помешают.Староста заметил наш подход и широко улыбнулся, обнажив ряд острых клыков. Скрестив мощные руки на груди, он произнес басовитым голосом, который, казалось, исходил прямо из груди:

– Д-добрый день, – сдавленно прошептала я, делая неуверенный кивок. Его изучающий взгляд остановился на мне. Я нервно сглотнула и попыталась изобразить подобие улыбки.

– Приветствую, Грахам, – куда более уверенно поздоровалась Сара.

Пока один из местных демонов принимал под уздцы Сиренити, мы с Сарой благополучно спешились. К моему удивлению, Сара стремительно подошла к старосте и крепко обняла его, как родного отца. Мощные руки Грахама легко подняли её в воздух, отвечая на объятие.

– Давненько не виделись, птенчик, – пробасил он, ставя её обратно на землю. – Что-то ты осунулась. Раньше твои формы могли затмить солнце, а теперь… даже обнять-то нечего. Неужто принц держит тебя на хлебе и воде?

Я увидела, как челюсть Сары напряглась, а глаза сузились до опасных щелочек. Казалось, ещё мгновение – и она вцепится старосте в глотку.

– Старый извращенец! – зашипела она. – Твои комментарии о моей фигуре совершенно неуместны! Или ты забыл, что у тебя есть жена?

– А ещё есть глаза, – невозмутимо парировал Грахам. – Последний раз проверял, я всё ещё мужчина. И любоваться прекрасным – не преступление, даже для женатого демона.

Сара лишь фыркнула в ответ. Их дружеская перепалка невольно заставила меня расслабиться – в этой демонической деревне вдруг стало чуть менее страшно.

– Давай лучше представим тебя Алисии, – перевела тему Сара. – Она любезно согласилась помочь с подготовкой к празднику.

– Алисия – невеста нашего принца Кайла.Затем добавила с лёгким акцентом:

Мои щёки мгновенно вспыхнули, а взгляд сам собой устремился к земле. Титул всё ещё звучал непривычно и будто бы не про меня.

– Уже слышал о вас. Рад знакомству, леди Алисия.Грахам степенно подошёл и протянул массивную ладонь:

Подняв глаза, я встретилась с его тёмным, непроницаемым взглядом, но улыбка старосты казалась искренней. Пожимая его руку, я отметила необычное строение – четыре пальца с чёрными, слегка изогнутыми когтями, твёрдыми как рог.

Грахам поручил нам заняться праздничными угощениями, и создание причудливых сахарных фигурок оказалось одновременно увлекательным и испытанием для моей выдержки. Сладкие демоны, драконы и фантастические звери манили не только меня – местная ребятня так и норовила утащить парочку, пока мы с Сарой увлечённо лепили новую партию.

Затем мы принялись за шоколад. Бобы, которые Сара достала для варки, выглядели не так, как я привыкла: их аромат был густым, пряным, с острой ноткой, напоминающей чёрный перец…

– Будь здорова! – фыркнула Сара, когда я чихнула.

– Спасибо… – проворчала я, вытирая нос. – Странный запах для шоколада, не находишь?

– Это дымный шоколад, – с гордостью пояснила она. – Самый вкусный на свете. Скоро сама убедишься.

Сара глубоко вдохнула, прикрыв глаза, словно вдыхала не резкий перечный дух, а тончайшие ноты дорогих духов. Меня поразило, как легко она его переносила – видимо, демонские рецепторы устроены иначе.

– Здесь мы почти закончили, – сказала она, окинув взглядом наши творения. – Основное блюдо – вепря на вертеле – будем готовить прямо в день праздника, как и закуски. А пироги лучше испечём в поместье и принесём готовыми… Иначе эти воришки не оставят ни крошки!

Она строго посмотрела на пару мелких демонят, которые как раз тянули лапки к сахарным медвежатам. Заметив наш взгляд, они тут же изобразили невинные мордашки, от чего я не смогла сдержать смех.

Внезапно внимание малышей переключилось на что-то другое – они сорвались с места и побежали туда, где уже собиралась шумная толпа. Мы с Сарой, заинтересованные, последовали за ними.

Пробираясь сквозь зевак, Сара ловко расчистила путь и вытянула меня вперед, чтобы я могла разглядеть причину всеобщего ажиотажа. И я сразу узнала его.

Широкие, как ночь, крылья с изящными острыми когтями на концах были распахнуты – будто он только что опустился с небес. Демонята вокруг разинули рты, заворожённо глядя на него. Кайл медленно повернулся, сложив крылья за спиной, и с лёгкой улыбкой поприветствовал собравшихся. Грахам подошёл к нему, что-то сказал – и оба рассмеялись, обменявшись крепким рукопожатием.

Когда старейшина повёл принца к ратуше, их путь пролегал прямо мимо нас. Кайл замедлил шаг. Его аметистовые глаза встретились с моими – холодные, но в глубине будто тлел тот самый огонь, что я видела в кабинете. Легкий кивок. И вот он уже проходит дальше, оставляя после себя лишь шелест крыльев и дуновение ветра.

Я стояла, провожая их взглядом, пока их силуэты не скрылись в толпе. В груди странно сжалось: трепет от встречи смешался с горечью. Всего сутки мы не виделись – а между нами уже будто выросла стена. Мы так и не поговорили о том, что произошло тогда… Почему он отдал письмо? Что случилось между ним и Микаэлом? Останутся ли эти вопросы без ответа?

Глава 10

Несколько дней подряд мы с Сарой приезжали в деревню, чтобы помочь местным. Работы хватало: то костёр сложить, то венки сплести. Время пролетело незаметно и даже весело. Я познакомилась с другими демонами – некоторые оказались на удивление приятными, хотя большинство по-прежнему обходило меня стороной, будто я прокажённая.

С Кайлом мы так и не поговорили. За всё это время я встретила его лишь однажды – на лестнице, когда возвращалась в спальню. Он кивнул, пробормотал приветствие и быстро скрылся.

Он избегал меня? Или это я сама не решалась встретиться с ним взглядом?

Завтракала я в компании Сары, и за эти дни мы успели сблизиться ещё больше. От этого на душе скребли кошки – ведь чем больше я узнавала её, тем сложнее было думать о побеге. Как-то раз, отдыхая в садовой беседке после тяжёлого дня, Сара между делом обмолвилась, что наша с Кайлом помолвка состоится через месяц. Уже шли приготовления, и, честно говоря, было досадно осознавать, что даже на собственной свадьбе мне не позволят ничего решать. Портниха должна была приехать сразу после праздника летнего солнцестояния – снимать мерки.

А я… я за это время так и не придумала, как отсюда сбежать. Что-то постоянно останавливало меня, не давало покоя.

Сегодня, измотанная дневными хлопотами, я лежала на кровати, наблюдая, как лампа в виде феникса отбрасывает причудливые тени по стенам. Все приготовления к празднику были закончены, и завтра, наконец, наступит долгожданный день. Торжества начнутся вечером, а значит, нужно хорошенько выспаться, чтобы не пропустить ни одного момента.

На створке шкафа висело подготовленное платье – алое, с глубоким вырезом, облегающее бюст, с лёгкими воланами на рукавах и струящимся подолом. Как объяснила Сара, этот цвет был неслучаен: он символизировал кровь и пот, пролитые ради урожая.

Я потянулась, чувствуя, как ноют мышцы после долгого дня. Тени от феникса на тумбе уже сливались в размытые пятна – пламя в лампе догорало, и комната постепенно погружалась в полумрак. За окном давно стихли голоса, лишь сверчки трещали в темноте, словно напоминая, что даже ночь здесь живёт своей таинственной жизнью.

«Нужно спать», – приказала я себе, но мысли, как назойливые мухи, кружили вокруг одного: завтрашний праздник, Кайл, эта проклятая помолвка… Я перевернулась на бок, вжавшись лицом в прохладную подушку. Возможно, утро принесёт ясность. Или силы для побега. Или…

Сознание начало уплывать, цепляясь за обрывки образов – алые лепестки, мерцающие огни, чужие настороженные взгляды. Последнее, что я успела подумать – как же странно, что самый важный праздник в году начинается именно тогда, когда солнце умирает.

А потом наступила тишина.

Тьма сгустилась вокруг, тяжелая и зловещая, будто сама ночь дышала мне в спину. Я стояла на черной, потрескавшейся земле, под ногами – пепел и холод, будто почва впитала в себя все страхи мира. Над головой бушевала буря: молнии рвали небо на части, а гром гремел так, будто небеса рушились. И среди этого хаоса, нависая надо мной, стояло Древо Лунного Света – его серебристые листья мерцали, как последние искры перед гибелью.

А потом – луна.

Она висела в небе, огромная, кровавая, словно вырванное из груди сердце. Ее багровый свет лился на землю, окрашивая все в оттенки кошмара. Я посмотрела на себя – белое свадебное платье, чистое, невинное, будто насмешка.

И тогда раздался рев.

Это не был гром. Это было что-то живое, чудовищное, рвущееся из самой преисподней. Звук прокатился по земле, заставив дрожать кости, и в тот же миг молния ударила в Древо. Огненный клинок рассек его пополам, кора вспыхнула, листья обратились в пепел, а из страшной раны хлынули реки крови. Густая, алая, она текла прямо ко мне, заливая ноги, поднимаясь выше, окрашивая подол платья в тот же багровый цвет, что и луна.

Я отпрянула, сердце колотилось так, будто рвалось наружу. Развернулась, чтобы бежать – и замерла.

На другом берегу черного пруда стоял Он.

Силуэт, объятый пламенем, но не сгорающий. Огонь лизал его тело, как покорный зверь, и сквозь маревно жара я видела, как он смотрел на меня. Лица не было – лишь пустота, обрамленная пылающим ореолом.

И все же… я чувствовала его взгляд.

Ноги сами понесли меня вперед, к нему, словно влекомые неведомой силой. Но едва я сделала шаг – земля дрогнула. Трещины разбежались под ногами, камни рушились в бездну, и я поняла: это конец.

Я побежала, но пропасть уже раскрыла свою пасть. Последнее, что я увидела перед падением – его пылающие глаза, горящие сквозь огонь. Они смотрели.

И тогда тьма поглотила меня.

Я вскочила с кровати, сердце бешено колотилось, а тело было покрыто липким потом. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь шторы, говорил, что уже полдень. "Всего лишь сон…" – убеждала я себя, но в горле стоял ком, а на губах – привкус пепла.

Ванная встретила меня холодным мрамором под босыми ногами. Я плеснула воды в лицо, резко вдохнула – и замерла перед зеркалом.

В глазах, всего на миг, будто тлел огонь.

Я моргнула – и отражение стало обычным. "Показалось…"

Накинув шелковый халат, я вышла в гостиную. Пусто. Даже дверь в спальню Кайла была плотно закрыта. "Или его нет, или он просто не хочет меня видеть."

Сегодняшний день я решила посвятить продумыванию побега. Прихватив с кухни чашку крепкого кофе и пару свежих булочек, я вернулась в спальню, удобно устроилась среди подушек и разложила перед собой чистые листы бумаги.

Перо замерло над пергаментом. С чего начать?

Мысли путались, как клубок змей. Существуют ли в этом королевстве порты? Ходят ли торговые корабли через море Моргот? А если ходят – кто их экипаж? Люди, демоны, или те загадочные существа, о которых шепчутся служанки? И что скрывает эта темная вода – может ли обычное судно пересечь ее, или морские чудовища разорвут любого смельчака на части?

Я представила себе порт – наверняка он охраняется. Как незаметно пробраться туда? Даже если мне удастся добраться до берега, Кайл в прошлый раз нашел меня с пугающей легкостью. Значит, демоны обладают какими-то способностями к выслеживанию.

А припасы? Сколько еды и воды нужно взять с собой? Как долго может занять путь? Что если я заблужусь в чужих землях?

Я сжала перо так, что костяшки побелели. В голове были лишь вопросы. Ни одного ответа.

Остается только одно – найти союзников. Но кто из них действительно сможет помочь?

Я медленно вывела имя: Микаэл?

Могу ли я ему доверять? Он демон, как и все здесь. А что, если это ловушка?

А Сара… Мы стали ближе за эти дни, но если я вовлеку ее в свои планы, что будет, если ее заподозрят в помощи мне? Неужели я, дочь человеческого рода, действительно беспокоюсь о судьбе демона?

Беспокойство гнало меня с кровати. Я начала медленно ходить по комнате, словно пойманная в ловушку пантера. Каждый шаг отдавался глухим стуком в висках.

Кому можно верить в этом мире? Кто действительно поможет мне вернуться домой?

За окном беззаботно щебетали птицы, и их веселые голоса казались жестокой насмешкой над моими терзаниями.

Сара застала меня в купели, куда я забралась в тщетных попытках придумать хоть какой-то план. Водная гладь отражала мое растерянное лицо – единственной мыслью, крутившейся в голове, было сближение с Микаэлом, тем более он сам не раз предлагал помощь.

– Привет, как ты? Готова хорошенько повеселиться? – ее звонкий голос вырвал меня из раздумий.

Я машинально улыбнулась, водя ладонями по мыльной пене. После кошмарного сна и бесконечных мыслей о побеге я совсем забыла о предстоящем празднике.

– Привет, само сабой! – ответила я, стараясь, чтобы моя улыбка выглядела естественной. Пена мягко обволакивала пальцы, когда я осторожно спросила: —Скажи, а Микаэл будет на празднике?

Сара грациозно прошлась по комнате и устроилась на мраморном бортике. "Обычно он избегает таких мероприятий, – задумчиво сказала она, – но кто знает… Возможно, ради одной рыжеволосой красавицы сделает исключение". Ее хихиканье прозвучало слишком многозначительно.

–Что? – я резко повернулась к ней, и брызги воды разлетелись по сторонам. – О чем ты? Между мной и Микаэлом ничего нет!

–Он когда-то ухаживал за демонессой из деревни – Эврикой, – Сара лукаво улыбалась, – тоже рыжей. Теперь я точно знаю, о ком ты думаешь.

– Сара! – лицо мгновенно вспыхнуло, и я в сердцах плеснула в нее водой. —Ты что, специально меня подлавливаешь?

– Эй, это моя любимая форма! – она вскочила, отряхивая мокрые пятна. – Эврику я, конечно, придумала. Но будь осторожнее с ним. Ты ведь невеста Кайла и будущая принцесса.

– Я просто спросила! – слова вылетали пулеметной очередью. – Ничего такого я не имела в виду!

– Конечно, конечно, – ее голос капал сладким сарказмом. – Ладно, пойду переоденусь, а то теперь вся в мыле. Когда закончишь, помогу тебе одеться и причесаться.

– Хорошо, – кивнула я, а затем неожиданно добавила: – И… пожалуйста, не говори об этом Кайлу.

Не знаю, что заставило меня попросить об этом. Сара замерла, ее взгляд внезапно стал серьезным, глаза сузились на мгновение. Не сказав ни слова, она развернулась и вышла, оставив меня наедине с пеной и тревожными мыслями.

Глава 11

Мы приближались к воротам деревни, и чем ближе подъезжали, тем отчетливее слышались шум толпы и звуки музыки. В воздухе витали ритмичные удары барабанов, мелодичный перезвон домбры и серебристые переливы флейты. Но больше всего меня пленил голос – ангельский, проникновенный, то едва слышный, то набирающий силу, заставляющий сердце замирать. Я прислушивалась, затаив дыхание. Слов разобрать не удавалось, но по тому, как звучала песня, по её страстным взлётам и нежным спадам, я поняла – она пела о любви.

Когда мы подошли ближе к импровизированной сцене, я наконец увидела исполнительницу. Её внешность оказалась столь же поразительной, как и голос. Белоснежные волосы, часть которых была убрана в изящную причёску, а остальные струились водопадом, касаясь пола. Смуглая кожа отливала бронзой, а широко посаженные бирюзовые глаза с лёгким кошачьим разрезом придавали её лицу загадочное очарование. Уши, острые и подвижные, как у кошки, и изящный нос лишь подчёркивали её природную грацию. Золочёные когти и сверкающие клыки без слов говорили о её принадлежности к этому миру. Алое платье на тонких бретельках струилось по её фигуре, лёгкое и воздушное, будто сотканное из самого ветра, и так же, как её волосы, спускалось до самого пола.

– Кто она? – прошептала я, спрыгивая с лошади и не отрывая взгляда от певицы.

– Их племя кочует по восточным пустыням. Городов не строят – только шатры да дороги. Иногда заглядывают к нам, чтобы подарить немного магии.Сара, поправляя плащ, бросила короткий взгляд в сторону сцены: – Альвара. Она Рамаарий. Её голос звучал так, будто она объясняла что-то очевидное.

Она ушла в толпу, растворяясь среди смеха и музыки, а я шагнула ближе к сцене.

Альвара заметила мой взгляд. Её бирюзовые глаза сверкнули, губы дрогнули в улыбке, обнажив позолоченные клыки. Легкий кивок – едва уловимый, но преднамеренный. Будто знала, что я приду.

Вокруг царило веселье. Влюблённые кружились в танце, их пальцы сплетались робко и жадно. Кто-то краснел, не решаясь пригласить партнёра, кто-то смеялся за столами, осушая кубки с терпким дымным напитком. Костер в центре деревни пожирал сухие колосья, брошенные демонами в пляшущее пламя, и тени взмывали к небу, как чёрные птицы.

Но вдруг Альвара замерла. Её взгляд скользнул выше моего плеча, зрачки резко расширились – и в них вспыхнул огонёк, будто искра с костра. Она грациозно присела в поклоне, и я обернулась.

Кайл.

Чёрные штаны, чёрная шёлковая рубашка, чёрная маска, скрывающая всё, кроме глаз. Аметистовых, холодных – но сейчас в них плясали отражения огня. Казалось, даже правила праздника не властны над ним: он отказался от красного, будто бросая вызов.

– Для тебя сделал исключение, – его пальцы коснулись моих волос, завязывая алую маску. Шёлк скользнул по коже, и по спине пробежал жар – то ли от песен Альвары, то ли от того, как его дыхание обожгло шею.

– Остальные же без масок.Я фыркнула, стараясь скрыть дрожь в голосе:

Его рука легла на мою талию. – Будущая принцесса.Он наклонился ближе. Губы в уголках дрогнули. – Именно так. Пусть все видят, кто ты.

Сердце ударило в рёбра. Он никогда не называл меня так.

И пусть он не видел, как учащённо дышит моя грудь, как дрожат пальцы и горят щёки – я-то чувствовала. Каждый вздох, каждый взгляд… Каждый намёк.

Альвара запела снова – но теперь её голос звучал иначе.

Будто она пела про нас.

Кайл уверенно повёл меня к самому центру, ближе к пылающему костру, где уже кружились другие пары. Толпа почтительно расступилась, освобождая нам пространство. Его сильная рука плотно обхватила мою талию – будто боялся, что я могу исчезнуть, оставив его одного посреди танца. Второй рукой он держал мою ладонь с нежностью, словно это был хрупкий фарфоровый цветок. Мы плавно раскачивались в такт мелодии, но мой ум лихорадочно искал ответы.

Что за игра? Сначала он меня игнорировал, а теперь называет принцессой и приглашает танцевать? Гнев медленно закипал во мне. Я твёрдо решила выяснить правду.

– То письмо… – голос предательски дрогнул, когда я вспомнила наш поцелуй в кабинете. Я намеренно перевела взгляд на соседнюю пару. – Почему ты так легко отдал его? Я думала, ты хотел его скрыть, поэтому и забрал… – я сглотнула, – в кабинете.

Танцующая рядом пара явно не стеснялась проявлять чувства. Девушка, прижавшись спиной к партнёру, соблазнительно извивалась под музыку, а его руки жадно скользили по её полуобнажённому телу.

– Я бы и так тебе его отдал, – Кайл слегка притянул меня ближе. – Там не было ничего важного. Но когда я увидел тебя, роющуюся в моих вещах… – мой взгляд снова встретился с его, и я почувствовала, как гнев поднимается из глубины души, – мне стало интересно, как ты будешь оправдываться. Но то, что ты решишь поцеловать меня… Это было неожиданно. И чертовски интригующе.

Я на мгновение потеряла дар речи. Пусть он и был прав, но его тон выводил меня из себя. Слова сорвались с губ прежде, чем я успела их обдумать:

– Ты-то сам не лучше! Не припомню, чтобы ты сопротивлялся… этому поцелую. – Моя грудь учащённо вздымалась, но теперь от ярости, а не от возбуждения. – Напротив, прекрасно сыграл на публику. – Я намекнула на Микаэла с королём, которые вошли как раз в самый неподходящий момент.

Кайл ухмыльнулся, обнажив острые клыки. Лёд в его глазах растаял, сменившись озорными искорками.

– Я просто решил, что должен научить свою невесту целоваться. А лучший способ обучения – практика. Только практика.

Я глубоко вдохнула, пытаясь совладать с эмоциями.

– Тоже мне учитель нашёлся! И если я раньше ни с кем не целовалась, значит, уже не гожусь в невесты его высочеству?

– Напротив, – его голос стал низким и соблазняющим. – Я с радостью повторю урок, чтобы закрепить твои навыки.

– Только попробуй, и я…

– Что сделаешь? Палкой ударишь, как в лесу? – он ехидно напомнил о моём неудачном побеге.

Его улыбка стала ещё шире – ему явно нравилось выводить меня из себя.

Я бешено искала достойный ответ, когда моё внимание снова привлекла та пара. Девушка уже обвивала ногами талию парня, а его руки крепко сжимали её ягодицы. Она вцепилась в его волосы, откинув его голову назад, и страстно прильнула к его губам.

Кайл проследил за моим взглядом и наклонился к самому уху, его горячее дыхание обожгло кожу:

– Хочешь так же? Здесь никто не осудит за проявление чувств.

По непонятной причине – то ли из-за музыки Альвары, то ли из-за близости Кайла – внизу живота возникло тянущее тепло. Сердце бешено заколотилось, а пламя костра внезапно показалось ещё яростнее. Я непроизвольно прикусила губу, едва улавливая его слова сквозь нарастающее возбуждение.

– Хочу пить! – резко вырвалась я из его объятий и направилась к столам, пытаясь заглушить странное волнение.

Схватив первую попавшуюся чарку, опрокинула её одним глотком. Незнакомая жидкость обожгла горло, заставив меня скривиться.

– Осторожнее, – раздался голос слева. Кайл забрал у меня чарку. – Демоническое вино крепковато для смертных. Особенно если пить залпом.

– Разве тебе не нужно куда-то? – я нарочно огляделась вокруг. – К старейшинам? Или может, к той демонице в прозрачном платье?

– Ни одна демоница не сравнится по развлекательности с тобой. Да и праздник на дворе – даже Грахама не стану беспокоить делами. – Он шагнул ближе. – Зачем мне другие, когда можно получше узнать свою невесту?Его губы искривились в усмешке:

Я не собиралась сдаваться – он явно вёл в этом поединке. Схватив другую чарку, я снова осушила её до дна. На этот раз вкус оказался огненным, с нотками цитруса и хвои. Тёплое пламя начало растекаться по телу от самого низа живота.

Как раз в этот момент Альвара закончила песню, и музыканты грянули весёлую плясовую. Толпа оживилась, демоны бросились в пляс. Мельком заметив Сару, кружащуюся с высоким демоном, я решила присоединиться.

Мы схватились за руки, образовав шумный хоровод вокруг костра. Руки вверх-вниз, быстрые шаги, смех. Винный жар поднялся уже к груди, делая движения лёгкими, а голову – весёлой. Когда круг распался на пары, моей партнёршей оказалась та самая демоница, что так страстно целовалась с парнем ранее. На миг я позавидовала её раскрепощённости.

Она ловко обхватила мою талию, и я машинально повторила жест. Мы кружились, смеялись, потом меня перехватил демон с ветвистыми рогами. Вино окончательно ударило в голову – я беззаботно смеялась, когда он поднял меня и закружил в воздухе.

И вот снова смена партнёра – и знакомые холодные аметистовые глаза.

"Не дам тебе испортить мне праздник", – промелькнуло в голове.

– Я ужасный собственник, – его голос прозвучал низко и предостерегающе.

– Мне плевать. Танцую с кем хочу, – бросила я вызов.

Наш поединок явно входил в новую фазу. Я нарочно провела руками по его плечам, остановившись на груди. Внезапно захотелось повторить ту страстную сцену, которую я видела ранее. Его тело было горячим даже сквозь ткань рубахи.

Следующей смены партнёров не случилось – Кайл не отпустил меня, прямо глядя в глаза разочарованной демонице.

И… мне это неожиданно понравилось. Мысли о том, что в этот момент он принадлежал только мне.

Он схватил мои руки, и мы снова закружились в бешеном ритме танца. Голова кружилась, демоны мелькали как в калейдоскопе, жар пронизывал каждую клеточку. Музыка ускорялась, приближаясь к кульминации.

Внезапно Кайл резко притянул меня, подняв на руки. Я инстинктивно обвила его бёдра ногами. Наши лица оказались в сантиметрах друг от друга, я чувствовала его дыхание…

И в этот момент музыка оборвалась. В небо взмыли разноцветные огни праздничного салюта. Крики восторга донеслись как сквозь вату. А я… я замерла в ожидании, кто же из нас сделает первый шаг. Пару чарок что я ранее опрокинула придавали немного смелости я поддалась вперед и прикрыла глаза прижавшись лбом к его.

– Похоже ты хочешь еще один урок поцелуев – прошептал он и накрыл мои губы своими.

Наши губы встретились сначала легко, почти нерешительно – лёгкое, едва ощутимое прикосновение, словно пробующий шёпот. Его губы были тёплыми и мягкими, слегка влажными от вина, с едва уловимым привкусом дыма и чего-то пряного. Я замерла, ощущая, как по моей спине пробежали мурашки, а дыхание перехватило где-то в груди.

Но затем его рука скользнула в мои волосы, пальцы впутались в пряди, и поцелуй стал глубже. Уже не просто касание – а настойчивое, но неспешное исследование. Его губы двигались увереннее, сильнее прижимаясь к моим, заставляя сердце бешено колотиться. Я ответила ему, слегка приоткрыв рот, и тогда он захватил мою нижнюю губу, нежно зажав её между своими, прежде чем отпустить.

Жар разлился по всему телу, когда его язык скользнул по моей губе, требуя большего. Я впустила его, и поцелуй превратился в нечто ненасытное – глубокое, влажное, полное невысказанной страсти. Он будто хотел запечатлеть каждый уголок моего рта, а я, отвечая ему, кусала его губы, слыша, как он тихо стонет в ответ.

Его руки опустились ниже, прижимая меня к себе так сильно, что я чувствовала каждый изгиб его тела через тонкую ткань платья. Дыхание стало прерывистым, губы – чуть отекшими от страсти, но мы не могли остановиться. Каждый новый поцелуй был глубже предыдущего, каждый вздох – горячее. Мир вокруг перестал существовать, остались только мы – сплетённые в этом бесконечном, жгучем танце.

Мы разомкнули губы неохотно, и несколько долгих секунд просто стояли, прижавшись друг к другу, пытаясь перевести дыхание. Я чувствовала, как его грудь вздымается в том же неритмичном темпе, что и моя – наши сердца, казалось, выстукивали один и тот же бешеный ритм. Или это лишь мне так хотелось думать? Хотел ли он продолжения? Буду ли я сожалеть об этом завтра?

Резкий выкрик где-то рядом вырвал меня из этих мыслей. Я повернула голову, всё ещё не выходя из его объятий, и увидела, что костёр – наш костёр – вдруг разгорелся вдвое сильнее, взметая языки пламени к самому небу. Демоны, заметив, как огонь угрожающе рвётся к ближайшим постройкам, бросились тушить его, поднимая крик.

Кайл медленно опустил меня на землю, его пальцы на мгновение задержались на моей талии – будто не в силах отпустить окончательно, – а затем он рванул к костру, растворяясь в суматохе.

А я… я не могла оторвать взгляд от бушующего пламени. Оно манило меня, дышало, двигалось, словно живое. Мне вдруг страшно захотелось прикоснуться к нему, ощутить эту дикую, первобытную стихию на своей коже. Рука сама потянулась вперёд – но чьи-то пальцы резко сомкнулись вокруг моего запястья.

– Очнись!

Я моргнула несколько раз, словно выныривая из глубокого транса. Передо мной стояла Альвара, её глаза горели тревогой.

Глава 12

– Возьми, выпей воды.

Альвара протянула мне кружку. Её голос звучал мягко, но в нём чувствовалось лёгкое напряжение. Мы прошли за сцену и расположились на деревянной скамье, пока другие занимались тушением кострища.

– Ты произвела впечатление… своим поцелуем.

Она слегка наклонила голову, и в её глазах вспыхнул любопытный огонёк.

– Казалось, между вами и вправду пробежала искра. Даже воздух вокруг стал горячее.

Её слова обволакивали, как дым, и даже обычные фразы звучали мелодично. Взгляд Альвары скользил по моему лицу, задерживаясь то на волосах, то на глазах, будто искал что-то скрытое.

– А то, что ты сделала с костром… меня и вовсе поразило.

Я чуть не поперхнулась.

– Я не могла такого сделать!

– Могла. Ещё как могла.

Она усмехнулась, и в её голосе прозвучала непоколебимая уверенность.

– У тебя сильная кровь. И сильный дар огня. Разве ты не знала?

От её слов по спине пробежали мурашки. Магия? Это же бред.

– Ты не в себе, если думаешь, будто у меня есть какая-то «магия».

Альвара внезапно шагнула вперёд, ловко подхватила мой подбородок и пристально вгляделась в глаза. Её пальцы были тёплыми, почти обжигающими.

– В твоих глазах горит огонь. Такое было лишь у древних существ… тех, кого истребили.

Моё внимание вдруг привлекла подвеска на её шее – странный амулет в форме глаза с узким, как у кошки, зрачком. Он будто смотрел прямо на меня, немигающий и загадочный.

Альвара медленно разжала пальцы, отпуская мой подбородок, и отступила на шаг. В её движении была театральная плавность, словно она разыгрывала какую-то роль.

– Моя семья – самые обычные люди.

Я сжала кулаки, чувствуя, как по спине бегут мурашки.

– Мы держим аптечную лавку. Торгуем травами, лечим недуги. Ничего… ненормального.

Голос дрогнул на последнем слове.

– И никаких магических способностей.

Тишина повисла на мгновение, а затем Альвара рассмеялась – низко, почти шёпотом, но в этом смехе было что-то леденящее.

– Тогда почему ты здесь?

– Я…

Я захватила воздух, но ответа не нашлось.

Альвара наклонилась ближе, её горячее дыхание коснулось моего уха.

– Ты им нужна именно из-за твоей крови. Из-за той магии, что прячется внутри.

Она резко отпрянула, озираясь по сторонам с внезапной настороженностью. Её пальцы нервно сжали подол платья.

– Они хотят держать всех под контролем. Быть самыми могущественными на континенте…

Пауза. Взгляд Альвары потемнел.

– Да что там – во всём мире.

Чувство, будто она что-то скрывает, не покидало меня, а тревога с каждой минутой разгоралась сильнее.

– Как… как именно они хотят меня использовать? Ты знаешь?

– Тише, – прошипела Альвара, прикладывая палец к губам. – Здесь опасно говорить об этом. Стены имеют уши. Я все объясню… и помогу. Пойдем.

Она схватила меня за руку и потянула за собой. Мы петляли по узким переулкам, Альвара нервно оглядывалась, будто ожидая подвоха. Наконец мы остановились у небольшого двухэтажного дома. Три стука в дверь – и на пороге появился еще один Рамаарий. Высокий, крепкий, с такими же острыми ушами и пронзительным взглядом, как у Альвары. Но его белоснежные волосы и бледная кожа выдавали в нем альбиноса.

Мы вошли в крохотную гостиную, освещенную дрожащим светом масляной лампы. Простая мебель – деревянный стол, стулья, сервант, пара бордовых кресел – и потрескивающий в углу камин создавали уют, который, впрочем, не мог заглушить мое напряжение.

– Садись, – кивнула Альвара на одно из кресел. – Алисия, это Виктор. Мой… спутник.

– Ты обещала рассказать мне правду.

– И расскажу. Я не привыкла бросать слова на ветер. Что тебе известно об этом месте? О демонах, что правят здесь?

– Почти ничего, – усмехнулась я. – Только то, что они различаются силой, способностями… и внешностью.

– Верно. Но знаешь ли ты, почему они так непохожи друг на друга?

– Нет.

Альвара опустилась в кресло напротив, а Виктор тем временем разлил по чашкам густой травяной чай.

– Их сила – наследие древней войны, – начала она, уставившись в стену, будто читала по ней забытую историю. – Когда-то этот мир принадлежал истинным королям – существам, которых почитали как богов. Их мощь была безгранична. Одно лишь их пламя могло стереть с лица земли целые города, оставив после себя лишь пепел. Они казались бессмертными.

– И что с ними случилось?

– Демоны. Они возжелали этой силы. Начали охоту, убивая одного за другим, упиваясь их кровью и выставляя тела как трофеи. Их останки до сих пор можно увидеть – в замке, на улицах Вельзенгара… Она перевела на меня тяжелый взгляд.

– Но какое это имеет отношение ко мне?

Альвара сделала вид, будто не расслышала мой вопрос, и продолжила, словно зачарованная собственной историей.

– Когда боги были почти истреблены, демоны принялись делить трон. Каждый жаждал власти, каждый мечтал подчинить себе королевство…

Она сделала паузу, её пальцы сжали ручку чашки так, что костяшки побелели.

– Демоны разделились на кланы, и каждый выбрал себе вожака. Они плели интриги, строили козни, но война не угасала – лишь разгоралась, сея хаос и смерть по всему континенту.

– Кровь богов… – её голос понизился до шёпота, – давала силу тем, кто её вкусил. Ненадолго. Но те, кому удавалось испить её, становились в десять раз сильнее и яростнее любого воина.

– А Заракс… – её губы искривились в подобие улыбки, – был самым жестоким. И самым хитрым. Это он предложил объединиться, чтобы добить последних древних. Собрал вожаков на совет – якобы для переговоров. А затем… уничтожил их всех. Так он и стал первым Королём Демонов.

Я почувствовала, как веки наливаются свинцом. То ли от усталости, то ли от чего-то другого…

– А что с теми, кого ты называла богами? – пробормотала я, с трудом подавляя зевок.

Альвара задумалась, её взгляд скользнул по тени на стене.

– Кто-то говорит, что их уничтожили. Кто-то – что они бежали с континента. А есть те, кто верит, что они просто ждут момента, чтобы вернуться и сжечь своих убийц дотла.

Она вдруг улыбнулась – странно, почти нежно.

– Но перед тем, как исчезнуть… они даровали частичку своей силы тем немногим демонам, что встали на их защиту.

Её голос стал резче.

– Заракс узнал об этом. И решил… улучшить свою кровь. Мужчин он вырезал. Непокорных женщин – тоже. Но тех, кто подчинился, он раздал своим генералам в награду. Так появились Высшие Демоны.

Тьма подступала мягкими волнами, но сквозь её пелену я успела заметить – Альвара и Виктор переглянулись слишком понимающе. Её губы шевельнулись, произнося слова, которые мое сознание уже не могло ухватить.

– Кайл… Он носит в себе кровь Заракса, но ему нужна… твоя искра…

Голос Альвары растворился в гуле нарастающего звона в ушах. Я попыталась поднять руку, но пальцы лишь слабо дрогнули на коленях.

– Что… вы… сделали…

Комната поплыла, масляный свет лампы растекся золотистыми бликами по стенам. Альвара склонилась ко мне, её дыхание пахло полынью и чем-то металлическим.

– Ты даже не представляешь, какое сокровище носишь в себе, глупышка. Та искра, что тлеет в твоей крови… последний дар тех, кого мы называли богами.

Её пальцы коснулись моего виска, и мир перевернулся.

– Спи. Когда проснешься… ты наконец узнаешь, кто ты на самом деле.

Последнее, что я увидела перед тем, как тьма поглотила меня целиком – холодный блеск того самого амулета в форме кошачьего глаза, теперь светящегося изнутри кровавым огнём.

Глава 13

Дым ел глаза, горький и едкий, заполняя лёгкие до самого дна. Где-то рядом рвались огненные всполохи, ослепляя, оставляя на сетчатке кровавые пятна. Крики. Так много криков – хриплых, отчаянных, сливающихся в один сплошной гул, бивший по вискам. Воздух был пропитан железом и гарью, и каждый вдох обжигал, заставляя давиться.

Я рухнула на колени, пытаясь откашляться, но вместо этого втянула ещё больше дыма. Где я? Что происходит?

Перед глазами проплывали силуэты – чёрные, искажённые, с рваными крыльями и горящими глазами. Демоны. Их тела усеивали землю, будто пепел после пожара. Я рванулась вперёд, спотыкаясь, и прислонилась к стене, едва не падая. Сердце колотилось так сильно, что казалось, вот-вот разорвёт грудную клетку.

Из-за угла донесся боевой клич – хриплый, звериный. Отряд демонов бросился вперёд, растворяясь в клубящемся дыму, и на секунду всё замерло.

А потом раздался рёв.

Нечеловеческий. Глухой, как удар грома, но живой, яростный.

И следом – огонь.

Адское пламя вырвалось из ниоткуда, волной накрыв землю. Оно лизало камни, пожирало демонов, закручивалось в спирали, будто живое. Кто-то кричал – может, это была я.

Я зажмурилась.

А когда открыла глаза – лошадь подо мной шагала резво, а чьи-то руки сжимали мою талию, не давая упасть.

– Всё в порядке, ты в безопасности, – голос Микаэла прозвучал прямо у уха, низкий и спокойный. – Это был просто кошмар.

Я резко обернулась. Его глаза, обычно светящиеся золотыми искрами, теперь потемнели от напряжения.

– Как ты здесь оказался?! – голос сорвался на хрип. Я огляделась: степь, безлюдная и серая, узкая дорога, вьющаяся змеёй. Где я? Память возвращалась обрывками. Она.

– Ты меня опоила?!

Альвар и Виктор ехали чуть поодаль, но даже не повернулись.

Микаэл вздохнул.

– Я сомневался, что ты согласишься идти «по-хорошему», как вы говорите. Доказывать, что мы не враги – долго. Усыпить – быстрее.

– Ты меня похитил?! – я рванулась, но его рука тут же сжала меня крепче.

– Шесть часов. Этого хватило, чтобы уйти незамеченными. Твой выброс магии отвлёк остальных.

– Куда ты меня везёшь?! – я снова попыталась вырваться. – Останови коня!

– Прекрати дёргаться, – он притянул меня ближе, и его дыхание обожгло шею. – Мы ещё не в безопасности. Мой брат по-прежнему угроза. А я, – он наклонился, – обещал помочь тебе сбежать. Разве забыла?

– В безопасное место, где мой брат нас не достанет.Я на мгновение замерла. – Куда ты меня везешь?

Голова гудела не только от вопросов – демоническое вино, смешанное со снотворным, обернулось адской мигренью. Мысли путались, не давая сосредоточиться. Я поерзала в седле, пытаясь устроиться поудобнее, но тело уже затекло от долгой дороги.

– Скоро остановимся на привал, – сказал Микаэль, будто уловив мой дискомфорт. – А пока можешь перекусить. – Он кивнул на сумку у моего бедра. – Там сыр, мясо и орехи.

Желудок предательски урчал, напоминая, что последний раз я ела вчера. Я потянулась за провизией, но вдруг вспомнила, как меня уже обманом напоили снотворным, и замерла, сжимая в пальцах полоску вяленого мяса.

– Не травили бы дважды.Микаэль фыркнул:

Я приподняла бровь, не скрывая недоверия.

– Серьёзно, – он наклонился и откусил прямо у меня из руки, его губы слегка коснулись моих пальцев. Прожевав, он усмехнулся: – Ну что, теперь веришь?

Я всё ещё сомневалась, но после осторожно принюхалась и откусила. Мясо оказалось невероятно вкусным, и, хотя голод сводил живот, я старалась есть медленно, сохраняя видимость сдержанности.

Через несколько часов пути мы добрались до озера, окружённого лесом. Под раскидистым дубом разбили лагерь. Всё было подготовлено с такой тщательностью, что казалось – либо это заранее продуманный план, либо для них такие побеги в порядке вещей.

Мешки, палатки, бурдюки с водой, припасы, аптечка, запасная одежда, оружие… Мой взгляд зацепился за арбалет. Деревянная основа покрыта искусными обожжёнными узорами, металлические части отливали бронзой. Стрелы – длиннее обычных, с наконечниками, смазанными чем-то тёмным. Яд? Оружие выглядело одновременно смертоносным и прекрасным, будто созданным не только для убийства, но и для восхищения.

Пока остальные возились с обустройством лагеря, я решила наконец привести себя в порядок после изматывающей дороги и унизительного похищения. Альвара передала мне свёрток со сменной одеждой – слава богине, на этот раз меня хотя бы не переодевали, пока я была без сознания.

Я стянула с себя измявшееся праздничное платье, и вдруг вспомнила: маска. Та самая, что Кайл надел на меня перед тем, как всё пошло под откос. Грубый шёлк скользнул по коже, оставляя ощущение чего-то липкого, чуждого – будто я сбрасываю не просто ткань, а следы его прикосновений.

Новая одежда оказалась на удивление практичной – чёрные облегающие легинсы и короткая туника без рукавов, не стесняющая движений. Я быстро ополоснула лицо в ручье, смывая пот, дорожную пыль и остатки снотворного, после чего туго заплела волосы, стараясь не думать о том, что ещё вчера они были уложены для бала, а не для бегства.

Когда я вернулась к костру, лагерь уже был готов: палатки стояли ровным полукругом, а над котлом клубился ароматный пар. Альвара с Виктором что-то спорили у очага, но мой взгляд сразу выхватил Микаэль – он сидел на обугленном бревне, с лёгким скрежетом водя точильным камнем по клинку.

Я осторожно присела напротив, не спуская глаз с лезвия.

– Тебе стоит начать доверять мне, – без предисловий сказал он, заметив мой взгляд.

– Как я могу доверять человеку, который опоил и выкрал меня, как мешок с мукой?

Клинок с лязгом встал в ножны.

– Я не причинил тебе вреда. Наоборот, стараюсь уберечь от опасности, которую несёт моя семья. – Его губы растянулись в улыбке, обнажая удлинённые клыки. – И, строго говоря, человеком меня назвать сложно.

Сердце ёкнуло где-то в районе горла.

– Завтра к вечеру будем в Пристанище, – он бросил в костёр сухую ветку, и искры взметнулись к небу. – Там можно передохнуть. А потом двинемся дальше.

– Куда? – я нарочито медленно разминала онемевшие пальцы, стараясь скрыть дрожь.

– Даже если бы ты сбежала и добралась до столичного порта – какой корабль тебя возьмёт? – он хмыкнул. – От тебя за версту разит человечиной. Да и Моргот не переплывёшь на рыбацкой лодчонке – море кишит тварями, которые обожают таких, как ты.

Я стиснула зубы.

– Можно было бы податься к Альваре на родину – Король их редко беспокоит, – он бросил взгляд на Рамаарийку, – но сейчас важно залечь на дно. Кайл не успокоится быстро.

Огонь трещал, между нами, отбрасывая дрожащие тени на его резкие черты.

– Едем в Игнисар. У меня там есть дом – ни души на много миль вокруг, да и семья о нём не знает. – Его глаза, отражавшие пламя, на миг стали похожи на звериные. – Горы там… особенные. Как раз для тех, кому нужно исчезнуть.

Он был прав – меня, судя по всему, действительно не оставят в покое. Кайл уже доказал, что может найти меня за считанные секунды. Возможно, Микаэл – мой единственный шанс выбраться с этого проклятого континента. Но как я могу доверять тому, кто действует ровно теми же методами, что и мой похититель?

Я уставилась в костер, и вдруг перед глазами всплыло воспоминание: мы с Кайлом кружимся в танце, его рука на моей талии, а потом… тот самый поцелуй. Щеки мгновенно вспыхнули, и пламя передо мной резко дернулось в мою сторону, будто отвечая на внезапный прилив эмоций.

– Будь аккуратнее со своей силой, – раздался спокойный голос Альвары. Она присела рядом, переодетая в практичные коричневые штаны и тунику. Ее длинные волосы были туго заплетены в две косы, лежавшие на спине, как серебристые змеи.

– Что? – я оторвалась от огня, сбитая с толку.

– Огонь слушается тебя, – она взяла мои ладони в свои и внимательно изучила их, словно пытаясь прочесть тайные знаки. – Ты чувствуешь это?

– Я не понимаю, как…

– Закрой глаза. Загляни внутрь себя и попробуй найти источник своей магии.

Я послушно закрыла веки, сосредоточившись. Но внутри была только черная, бездонная пустота – ни вспышек, ни тепла, ни намека на что-то сверхъестественное.

– Ничего не выходит, – разочарованно прошептала я, открывая глаза. Огонь между тем спокойно пожирал сухие ветки, будто и не реагировал на меня секунду назад.

Альвара мягко улыбнулась:

– Не переживай. Ты найдешь его. И когда найдешь – научишься управлять им.

– Почему ты решила помочь меня похитить? – неожиданно для себя спросила я.

– Я слишком хорошо знаю, что ждёт тех, кого демонический король отметил, как свою собственность, – её голос звучал тихо, но в нём чувствовалась стальная твёрдость. – Микаэл предложил шанс спасти тебя. Я не могла отказать.Альвара отложила в сторону деревянную ложку, её бирюзовые глаза отражали трепещущие языки пламени.

В этот момент Виктор приблизился, держа в руках дымящиеся чаши с мясным рагу. Аромат специй и тушёного мяса мгновенно наполнил рот слюной. За ужином я узнала, как Микаэл познакомился с этой необычной парой во время своих странствий по пустынным землям. Альвара, оказывается, была знаменитой певицей среди кочевых племён, а Виктор – её верным спутником и защитником, следующий за ней как тень за светом. Их кочевая жизнь, полная музыки и приключений, казалась мне невероятно романтичной. На мгновение я почувствовала острое чувство зависти к этой гармонии, которой так не хватало в моей собственной жизни.

После ужина влюблённые удалились в свою палатку, оставив нас с Микаэлом наедине с потрескивающим костром.

– Тебе нужно отдохнуть, – забрав мою пустую чашу, произнёс Микаэл. – Я останусь на страже. На случай… незваных гостей.

– Ты думаешь, они уже ищут меня? – мои пальцы непроизвольно сжали край плаща.

– Без сомнений. Но дело не только в этом, – его губы растянулись в опасной ухмылке. – Эти леса кишат голодными тварями. Вряд ли тебе понравится, если в твой спальный мешок заберётся, скажем, медведица. Хотя… – он намеренно сделал паузу, – может, я ошибаюсь насчёт твоих предпочтений?

Я широко раскрыла глаза, ощущая, как жар возмущения поднимается к щекам. Готовая разразиться гневной тирадой, я вдруг осознала, с кем говорю, и с трудом сдержалась.

– Надеюсь, как раз к тебе заберётся медведица, раз уж тебя так заботят подобные перспективы! – Резко вскочив, я чуть не опрокинула котёл, прежде чем стремительно направилась к палатке.

– Сладких снов, Алисия, – его насмешливый голос преследовал меня в темноте.

Забравшись в спальный мешок, я уставилась в потолок палатки. Мысли кружились, как осенние листья на ветру. Где сейчас Кайл? Представлял ли он себе, что я могла сбежать добровольно? А если найдёт нас… Я содрогнулась, представляя его гнев.

Ворочаясь на импровизированной кровати, размышления невольно переключились на слова Альвары о магии. Если во мне действительно есть искра древней силы… что это значит? Ни мать, ни бабушка никогда не проявляли подобных способностей. Но отца… отца я не помнила вовсе.

И снова, вопреки всем усилиям, мысли возвращались к Кайлу. К его рукам на моей талии. К тому роковому поцелую. Я сжала кулаки, но образы не исчезали, продолжая терзать моё сознание в темноте ночи.

Глава 14

Сон не приходил ко мне всю ночь. За закрытыми веками, сквозь густую пелену усталости, неотступно стоял он – Кайл. Его холодные аметистовые глаза, сжатые челюсти, жесткие складки у губ. Я представляла, как он в ярости крушит мебель в своём кабинете, как его крылья вздымаются в порыве гнева, как он приказывает страже разыскать меня. А потом – ещё хуже – ловила себя на мысли: а если ему всё равно?

Я резко перевернулась на бок, сжимая кулаки до боли. Почему я вообще об этом думаю? Он – мой похититель, мой тюремщик, тот, кто лишил меня свободы, семьи, всего! Но вместо праведного гнева в груди клубилось что-то другое – жгучее, колючее, не дающее покоя.

К утру раздражение на себя, на Кайла, на весь этот проклятый мир достигло предела. Я вырвалась из палатки, словно из ловушки, и чуть не сбила с ног Альвару, которая как раз раздувала костёр.

– Чёртов демон! – прошипела я себе под нос, с такой силой тряхнула головой, что рыжие пряди выбились из небрежной косы. – Пусть сгорит в своём высокомерном королевстве!

Альвара приподняла бровь, но ничего не сказала. Виктор лишь поспешно отошёл подальше, делая вид, что не слышит моих бормотаний. Даже Микаэл – обычно такой насмешливый – предпочёл заняться палатками, бросив на меня лишь короткий оценивающий взгляд.

Я наскоро умылась ледяной водой из ручья, резкими движениями заплела волосы и села к костру, стиснув зубы так, что аж заныли скулы. В руке я сжала кусок хлеба с мёдом, но даже сладкий вкус не смягчил гнев, пульсирующий в висках.

– Ты выглядишь так, будто готова поджечь весь лес, – наконец нарушила молчание Альвара, её голос звучал спокойно, но в бирюзовых глазах читалось любопытство.

Я лишь резко откусила ещё кусок, не удостоив её ответом. Да, может, и подожгу. И пусть этот Кайл попробует меня найти тогда.

Но даже в ярости я чувствовала – где-то глубоко внутри, под слоем злости и страха, таилось нечто большее. Что-то, что заставляло моё сердце биться чаще при одной мысли о нём. И от этого я злилась ещё сильнее.

– Что случилось, дорогая? – Альвара разлила чай по чашкам, и пар, словно дымка тревожных мыслей, поднялся между нами. Её взгляд, острый и проницательный, снова пытался проникнуть за броню моего молчания.

– Ничего такого, о чем я хотела бы говорить. – Я процедила сквозь сжатые зубы, крошки хлеба царапали горло, но горечь в голосе была не от еды.

– Твои эмоции читаются, как раскрытая книга. Ты злишься. – Её пальцы замерли на ручке чайника. – Но на кого? – Взгляд скользнул к Микаэлу, затем вернулся ко мне. – На него? – Лёгкий кивок в сторону принца. – Или… на Кайла?

Имя, как раскалённый клинок, вонзилось в сознание. Челюсти сжались до боли, а костёр перед нами вдруг взметнулся вверх, осыпая искрами, будто вторя моему гневу.

– Ясно. Значит, наследный принц – причина твоего настроения. – Альвара прищурилась, в её глазах заплясали золотистые блики. – Интересно, чем же он умудрился разозлить тебя на таком расстоянии? Неужели… скучаешь?

– Ещё чего! – Слова вырвались резко, как удар хлыста. – Я злюсь, потому что он выкрал меня из дома, а теперь я не могу даже вернуться – он будет искать, преследовать, возможно, навредит тем, кто мне дорог!

В пальцах заныло, кожа головы закололась тысячей игл, а пламя костра внезапно пожелтело, будто усмехнулось мне в ответ – не веря, насмехаясь.

– Всё будет в порядке. Вот увидишь. – Губы Альвары дрогнули, уголок рта приподнялся, обнажая острый клык. В её взгляде плелась паутина тайных мыслей, а в улыбке читалось что-то такое, от чего по спине пробежал холодок.

Свернув лагерь, мы вновь двинулись в путь. Я по-прежнему делила седло с Микаэлом, и каждое его движение отзывалось в моём теле – горячая твердь его груди прижималась к спине, сбивая любые вольные мысли, словно ветер осенние листья. Дыхание его ровное, спокойное, обжигало шею, заставляя сердце биться чаще.

Чтобы отвлечься, я решила заговорить.

– Альвара и Виктор… «Они пара?» —спросила я, стараясь звучать равнодушной, но голос предательски дрогнул.

– Да.

Ответ был сух, как треск сухой ветки под копытом. Микаэл натянул поводья, заставив лошадь обойти камень, и я воспользовалась моментом, чтобы слегка отстраниться, вцепившись в луку до побеления костяшек.

– Не бойся, я не дам тебе упасть.

Его рука обвила мою талию, властно притянув обратно. Тёплые пальцы впились в бок, и я раздражённо фыркнула, закатив глаза.

– Я так и не поняла, почему Альвара решила помочь мне сбежать.

– Скажем так… она не сторонник моего отца. И готова на многое, чтобы насолить ему.

– А ты? – осторожно спросила я. – Это же твой отец, твоя семья…

Тишина повисла на мгновение, и лишь стук копыт по каменистой тропе нарушал её.

– Он убил мою мать. Просто за то, что она не была той, кто ему был нужен.

Слова ударили, как обух по голове. Я машинально сжала в пальцах медальон, который Микаэл вручил мне утром – пятиконечный амулет на кожаном шнурке, наполненный травами с терпким, древесным ароматом. "Это скроет твой запах… Кайл не сможет найти тебя какое-то время", – сказал он тогда.

Теперь же его признание висело, между нами, тяжёлым облаком.

– Мне очень жаль… – прошептала я, и горечь подступила к горлу, обжигая изнутри.

Он не ответил. Только расслабил хватку, отпустив мою талию, будто давая понять – теперь я могу сидеть как хочу. Но почему-то от этой свободы стало только тяжелее.

Мы сделали лишь одну остановку перед тем, как въехать в извилистый зев каньона, змеившийся на нашем пути. Мои спутники пояснили: здесь нельзя задерживаться – только короткий привал, чтобы перевести дух и перекусить, иначе к вечеру мы рискуем не выбраться из этой каменной пасти живыми.

– Скакать придётся быстро. Будьте настороже. – Голос Микаэла прозвучал резко, словно удар клинка о камень. – Это место кишит разбойниками и тварями, которые не прочь поживиться путниками.

Он повернулся ко мне, и в его глазах, обычно холодных, мелькнула тревога.

– Особенно ты, принцесса. Не верь тому, что увидишь. Держись крепче и не отставай. Я смогу тебя защитить, только если ты будешь рядом.

Его пальцы слегка сжали мою руку, когда он помогал мне взобраться на лошадь. В этом жесте было что-то большее, чем просто предостережение – словно незримая нить страха за меня, которую он не мог скрыть.

Мы приблизились ко входу в каньон. Он зиял перед нами, словно разверстая пасть чудовища, а его стены, вздымающиеся к небу, напоминали чёрные, обугленные кости исполинского зверя. Я прислушалась – тишина. Глухая, мёртвая, будто само время застыло в этом месте. Лишь бешеный стук сердца напоминал, что я ещё жива, что мой слух не обманывает.

Здесь царила смерть.

Она раскинула свои владения меж этих скал, терпеливо поджидая неосторожных путников, чтобы увлечь их в вечный мрак. Кто же, кроме отчаянных безумцев, добровольно ступил бы сюда?

Но у нас не было выбора.

Это был единственный путь к тайному убежищу Микаэла.

Едва копыта наших лошадей коснулись проклятой земли каньона, оба всадника резко пришпорили коней. Я вцепилась в луку до побеления костяшек, чувствуя, как ветер свистит в ушах. Гулкий топот копыт, многократно усиленный эхом, превратился в оглушительный гром, рикошетящий от древних стен, будто невидимые великаны перебрасывались каменными ядрами.

Микаэл внезапно придавил меня всем весом, заставив согнуться в седле. Когда он отстранился, над нашими головами со свистом пронесся град стрел. "Уже?!" – пронеслось в голове. Мы только въехали, а ловушка уже захлопывалась.

– Разделяемся. Встретимся на выходе. – рявкнул Микаэл, резко дернув поводья. Наша лошадь рванула в левый туннель, в то время как спутники исчезли в правом.

В полумраке мелькали лишь черные тени – бесшумные, как призраки, стремительные, как пауки на каменной паутине. Они легко поспевали за нами, выпуская новые смертоносные залпы. Микаэл лихорадочно маневрировал, и я едва удержалась в седле, когда лошадь резко рванула в сторону, уклоняясь от стрел.

Внезапно из темноты выпрыгнула фигура, целясь прямо в брюхо нашей кобылы. Щелчок спускового крючка – и арбалетный болт намертво пригвоздил нападавшего к скале. Но едва безжизненное тело рухнуло на землю, как новый враг впился клыками в шею нашей лошади. Пронзительный, полный агонии ржание разорвало тишину каньона, эхом отражаясь в его каменных утробах.

Конь встал на дыбы, ослепленный болью. Я уже ощущала холодное дыхание смерти, когда железная хватка Микаэла вырвала меня из седла. Мы кубарем покатились по камням, и даже в падении он прикрывал меня своим телом.

Поднявшись, я насчитала дюжину теней, сжимавших нас в смертельном кольце. Микаэл, оскалившись, швырнул пустой арбалет. Мой взгляд скользнул к издыхающей лошади, ее алая кровь медленно растекалась по серому камню.

В этот момент волосы на затылке встали дыбом. Глухой рык, хруст костей – и я почувствовала, как ледяная волна страха сковала все тело. Оборвав дыхание, я медленно обернулась…

Там, где минуту назад стоял Микаэл, теперь возвышался волк. Исполинский, в человеческий рост, с шерстью медового цвета спелой ржи, которая светилась в кромешной тьме. Его клыки, длинные как кинжалы, обнажились в смертельном оскале, а золотистые глаза горели холодным обещанием – смерть будет долгой, и она будет сладостной.

Глава 15

Шок парализовал меня. Микаэл – оборотень. Его огромный волчий силуэт двигался с хищной грацией, каждый мускул играл под коричневой шерстью, переливающейся в тусклом свете каньона. Он расправлялся с нападавшими легко, будто это была не смертельная схватка, а изощренная игра.

Один из бандитов, воспользовавшись моей оцепеневшей завороженностью, ринулся ко мне с поднятым кинжалом. Я даже не успела вскрикнуть – в следующий миг волк уже впился клыками в его горло. Резкий хруст, и голова с мокрым звуком отлетела в сторону. Желудок сжался, но рвотные позывы я подавила, стиснув зубы.

Последний выживший попытался бежать. Микаэл медленно повернул к нему морду, окровавленные клыки сверкнули в полумраке. Два мощных прыжка – и он настиг добычу. Играл с ним, как кот с мышью: то прижимал к земле, то отпускал, давая ложную надежду. Когда жертва в очередной раз попыталась вырваться, волк одним рывком оторвал ему руку.

Я отвернулась, но пронзительный стон все равно пронзил тишину.

Когда все стихло, я почувствовала на себе тяжелый взгляд. Инстинкт самосохранения сработал раньше разума – ноги сами понесли меня прочь, куда угодно, лишь бы подальше от этого зверя.

Но он догнал меня мгновенно. Мощные руки обхватили талию, подняв в воздух. Я вскрикнула, зажмурилась – и только тогда заметила: шерсть исчезла.

– Я же сказал держаться поближе.

Голос был низким, хриплым, но уже человеческим. Открыв глаза, я увидела знакомые карие глаза – тревожные, напряженные. Микаэл. Нагой, весь в крови, с алыми подтеками на губах и груди. Его дыхание было горячим, а тело – обжигающе теплым даже сквозь мою одежду.

– Если будешь бегать, – он притянул меня ближе, так что нашлись нос к носу, – я не смогу тебя защитить.

Запах меди, пота и чего-то дикого ударил в ноздри. Но странное дело – страх начал отступать. Может, потому что в его глазах, несмотря на всю их свирепость, читалась не злоба, а.… забота?

Убедившись, что я не собираюсь снова бежать, Микаэл опустил меня на землю и направился к телу лошади. Я старалась не смотреть, но взгляд предательски скользил по его фигуре – мощные плечи, узкая талия, рельефные мышцы спины, еще не остывшие от недавней трансформации. Каждое движение заставляло мускулы играть под кожей, и я, завороженная, невольно проследила взглядом, как его силуэт плавно сужается к бедрам…

– Ты меня смущаешь, – вдруг раздался его голос, и я резко вдохнула, отводя глаза. Щеки вспыхнули, будто меня подловили на чем-то неприличном.

– Не очень-то ты смущен, – пробормотала я, стараясь сохранить хоть каплю достоинства. – Судя по тому, как стоишь, будто позируешь для портрета, я делаю вывод, что часто проделываешь этот трюк перед девушками. Превращаешься в волка, пугаешь их до полусмерти, а потом эффектно появляешься… в таком виде.

Уголок его губ дрогнул.

– Только перед самыми симпатичными, – парировал он, подбирая с земли рюкзак и бросая его мне. И, конечно, даже не подумал прикрыться.

Я упорно смотрела куда-то за его плечо, но периферией все равно видела больше, чем хотелось бы.

– Ты вообще собираешься надеть штаны? – спросила я, скрестив руки.

– Мне показалось, так я тебе нравлюсь больше, – он сделал шаг ближе, и я невольно отступила, наткнувшись на скалу. Его улыбка стала шире. – И кстати, если будешь вести себя хорошо, я даже покатаю тебя… на спине.

Он наклонился, и его дыхание обожгло ухо:

– В обоих обличьях.

Яростный всплеск эмоций пронзил меня, и я резко оттолкнула Микаэла, пройдя мимо с высоко поднятым подбородком. Мои шаги гулко отдавались в каменных стенах туннеля.

– Постой, ты же не знаешь дороги.

Его голос остановил меня. Я замерла, стиснув зубы. Больше всего бесило то, что он прав.

И тут раздался хруст.

Тихий, влажный, будто ломаются не кости, а сама плоть перестраивается изнутри. Я обернулась – и застыла.

Микаэл стоял, смотря прямо на меня, и его тело менялось.

Сначала зрачки – они расширились, поглотив радужку, став огромными, черными, как бездонные колодцы. Потом кожа – она зашевелилась, будто под ней копошились тысячи невидимых существ, и из-под нее проросла шерсть. Каштановая, густая, с медным отливом, она покрывала его, как доспехи.

Спина выгнулась дугой, позвонки выступили наружу, перестраиваясь под новую форму. Челюсть с хрустом раздвинулась, удлиняясь в смертоносную пасть, из которой торчали клыки – белые, как северный лед, и острые, как отточенные кинжалы. Ногти почернели, превращаясь в когти, впивающиеся в камень.

Он опустился на четвереньки, и теперь передо мной стоял не человек, а зверь.

Но самое странное – его глаза. Они остались прежними – карими, человеческими, с тем же насмешливым золотым блеском.

Он подошел и ткнулся мордой мне в плечо, как обычный дворовый пес, ждущий ласки.

Я замерла в противоречии.

Почесать за ухом огромного волка, который только что разрывал противников?

Или бежать, пока он не передумал?

Осторожно подхватив меня, так что его когти лишь слегка коснулись кожи, Микаэл рванул вперёд по-чёрному как смоль каньону. Он двигался стремительно – будто и не нуждался никогда в лошади, перепрыгивая через валуны с грацией дикого зверя. Вскоре мы вырвались на круглую площадку, где скалы расступились, словно гигантские каменные врата. В центре стояло мёртвое белое дерево, иссохшее без солнечного света, его кривые ветви напоминали кости давно погибшего исполина.

Внезапно он замер.

Уши насторожились, ноздри дрогнули, улавливая невидимую угрозу. Что-то его беспокоило.

Аккуратно, словно фарфоровую куклу, он поставил меня на землю, а сам принял боевую стойку – шерсть встала дыбом, клыки обнажились в низком, вибрирующем рыке.

– Кого это к нам занесло? – шипящий голос прополз по камням, будто скользнул по спине. – Мои детки не прочь полакомиться свежим мясом…

Я замерла, пытаясь понять, откуда исходит звук.

Тик-так. Тук-тук.

Лапки.

Сотни лапок, перебирающих по камням.

Сначала из теней выползли мелкие паучки – не больше ладони. За ними показались крупнее, с мою руку. Потом ещё больше, и ещё…

И наконец Он.

Два метра в высоту.

Чёрный, блестящий, как мокрая смола. Глаза – бездонные пустоты. Из разодранной пасти капала слизь, а клыки щёлкали, словно кастаньеты смерти.

– Я лично решил проверить, кто нас навестил… – зашипел монстр. – Запах ваш… соблазнителен. Вперёд, дети! Ужин подан!

Рой хлынул на нас.

Микаэл бросился на вожака, разрывая пауков на пути. Но остальные уже облепили его – карабкались по спине, впивались в шерсть.

Я отчаянно лупила рюкзаком, давила ногами этих мерзких тварей, но их становилось только больше. Отступая, я наткнулась на сухое дерево – спиной к смерти.

Они окружили меня.

Кольцо сжималось.

Я успела заметить лишь вспышку медной шерсти среди черной шевелящейся массы – Микаэл, словно демон из преисподней, рвал клыками тело паучьего вожака, когда волна мелких тварей окончательно накрыла меня. Холодные лапки уже ползли по шее, когда сознание начало уплывать в липкий черный туман…

Тьма. Абсолютная, всепоглощающая. Я зажмурилась сильнее, пытаясь заглушить панику, но она накатывала волнами, с каждой секундой становясь все сильнее. Сердце бешено колотилось, а в ушах стоял гул, будто я погружалась на дно океана.

– Помни, ты не жертва, а искра.

Голос. Тонкий, как паутина, но такой знакомый. Где-то вдалеке мелькнула крошечная искорка, и странное спокойствие разлилось по телу. Сердцебиение замедлилось, дыхание стало ровнее.

– Кто ты? – мысленно позвала я, цепляясь за этот голос, как за спасительную нить.

– Ты – искра, что разожжёт войну.

Бабушка.

Её голос звучал так, будто доносился из самого детства – сквозь сон, сквозь время.

– Ты – искра, Алисия.

Я стиснула зубы. Не жертва. Никогда не была и не буду.

Искра вспыхнула снова – ярче, увереннее. Она разгоралась, превращаясь в живое, тёплое пламя, мягкое, как бабушкины объятия. Я протянула руку, и огонь приветливо лизнул пальцы, будто узнавая меня.

– Помоги мне защитить себя и друга, – прошептала я.

Пламя взметнулось в ответ, и я открыла глаза.

Грудь пылала.

Не болью – силой.

Я огляделась: вокруг кружились золотые искры, а сухое дерево, что ещё минуту назад было мёртвым, полыхало, пожирая пауков, осмелившихся подойти слишком близко. Огонь лизал кору, перекидывался на тварей, и те вопили, сгорая заживо.

Я подняла руки – они горели, но не обжигали. Пламя обвивало пальцы, как послушный зверь, не трогая кожу и ткань. Лишь лёгкое покалывание в затылке напоминало, что это не сон.

Пауки отступали.

Я улыбнулась.

И направила ладонь в сторону самых крупных.

Огонь ринулся вперёд, жадно поглощая их, и это было…

Так естественно.

Будто я всегда умела это делать.

Я шагнула сквозь пелену дыма, пламя танцевало на моих ладонях, оставляя за собой лишь обугленные останки пауков. Впереди Микаэл сражался с вожаком – огромное чудовище рвануло к нему, клыки блеснули в полумраке, но волк ловко увернулся. Хитиновые челюсти сомкнулись в пустоте.

С размаху Микаэл врезал лапой в морду твари, отшвырнув ее в сторону. Паук зашипел, пытаясь подняться, но я уже была рядом. Его черные, как смоль, глаза отразили меня – мое тело пылало, волосы развевались огненными языками, будто корона из пламени.

Я подняла руку.

– Гори, – прошептала.

Огненный смерч ворвался в его разинутую пасть. Чудовище взвыло, его брюхо вспучилось, затем лопнуло, извергая сгустки пламени. Запах горелого хитина ударил в нос. Остальные твари в ужасе поползли прочь, их тени метались по стенам каньона.

– Ты… удивительна. – Микаэл стоял надо мной, его шерсть опалена, но взгляд светился восхищением. – Ты спасла нас.

– Похоже, Альвара не шутила про мой дар, – я сжала кулак, и пламя послушно погасло.

– Нам пора. Этот запах привлечет не только пауков.

– Не хочу проверять, кто еще обитает в этих скалах, – кивнула я.

Микаэл легко подхватил меня, и мы устремились к выходу. Альвара с Виктором ждали нас у края каньона. Их взгляды скользнули по обгоревшим краям моей одежды, окровавленной шерсти Микаэла, отсутствию лошади.

– Ваша прогулка оказалась… жаркой, – Альвара приподняла бровь, но в ее глазах читалось одобрение.

– Расскажем в пути, – ответила я, чувствуя, как наступает изнеможение.

Сумерки окутали местность. Пока мы двигались, я закрыла глаза, ища внутри тот самый огонь. Он был там – живой, теплый, свернувшийся у меня в груди, как ручной феникс.

– Спасибо, – мысленно прошептала я.

Пламя ответило ласковым теплом, обещая быть рядом. Всегда.

Глава 16

Остаток пути до убежища Микаэла прошёл без происшествий. Пока мы ехали, я, жестикулируя руками, рассказывала Альваре и Виктору о нашей схватке – о том, как паучий вожак чуть не разорвал нас своими клешнями. При этих воспоминаниях по спине пробежали мурашки, и Микаэл инстинктивно прижал меня крепче, его тёплая шерсть слегка защекотала кожу.

Дом оказался спрятан в самой глубине леса, куда вела лишь едва заметная тропинка, известная, видимо, только хозяину. Небольшое бревенчатое строение почти сливалось с пейзажем – крыша, поросшая изумрудным мхом, делала его похожим на древний курган, выросший среди деревьев.

Внутри пахло смолой и сушёными травами. Скромное убранство включало две спальни, объединённую с кухней столовую и просторную гостиную с камином. Альвара с Виктором без лишних слов заняли одну из комнат, а Микаэл, кивнув в сторону второй двери, промолвил:

– Это твоя. Я буду в зале.

Его спальня оказалась удивительно аккуратной – деревянная кровать с лоскутным покрывалом, резной комод и даже небольшое трюмо. Но больше всего поразило внимание к деталям: на подоконнике стояли засушенные цветы, а у изголовья – свеча в самодельном подсвечнике. Неожиданно тепло для свирепого оборотня.

Гостиная дышала уютом: массивный дубовый стол, кресла с оленьими шкурами и камин, в котором уже потрескивали дрова. По стенам были развешаны причудливые деревянные фигурки – то ли детские поделки, то ли древние обереги.

– Их вырезала мама. Все, что осталось…Когда мои пальцы скользнули по деревянной фигурке, воздух словно застыл. Микаэл, стоявший у окна, произнес тихо, почти шепотом:

Голос его дрогнул той самой болью, о которой он когда-то упомянул вскользь. Я резко отдернула руку, будто обожглась – эти хрупкие фигурки вдруг показались мне бесценными реликвиями.

– Расскажешь о ней? – осторожно спросила я.

– Она… была как пламя. Яростная, неукротимая. – Его взгляд скользнул по моим рукам. – Ты сегодня в каньоне… так на нее походила.Тени заиграли на его лице, когда он повернулся.

Пауза. Глубокий вдох.

– И любила. Безрассудно, до безумия. Даже когда он… – Голос сорвался, суставы побелели от напряжения. Внезапно он сделал шаг ко мне, сократив расстояние. – Но я о другом. С того самого дня в лесу ты не перестаешь меня поражать.

Карие глаза пылали золотыми искрами, зрачки расширились, словно в темноте. Его пальцы осторожно отстранили прядь волос с моего лица.

– Демоны, оборотни, чудовища – тебе хоть бы что. Ты сражаешься, когда другие давно бы сдались. – Голос стал глубже, теплее, словно мёд, стекающий по коже. – Это… завораживает.

Я застыла, пойманная в этот золотисто-коричневый водоворот его взгляда. Тепло разливалось по груди, смешиваясь с накатывающей усталостью. Веки предательски тяжелели.

– Мне… нужно отдохнуть, – прошептала я, с трудом выныривая из этого гипноза. – И… спасибо. За сегодня. За то, что пошел против своей семьи…

Его рука замерла в сантиметре от моей кожи.

– Спи, искорка. – Он отвел взгляд к камину, прерывая момент. – Сегодня ты спасла нас обоих. Долг теперь мой.

В последний миг перед тем, как я закрыла дверь спальни, краем глаза я заметила, как его пальцы снова потянулись к деревянной фигурке – единственному наследию женщины, которая любила слишком сильно.

Усталость накопилась во мне куда сильнее, чем я предполагала. Едва голова коснулась подушки, как я провалилась в глубокий, беспробудный сон.

Проснулась я лишь тогда, когда за окном уже сгущались сумерки. Похоже, проспала целые сутки. Потянувшись, я с удивлением осознала, насколько легко и свежо чувствует себя тело – будто кто-то вычерпал всю усталость, оставив лишь приятную тяжесть в мышцах. Может, сказался этот глухой, тихий дом, а может, просто накопившееся истощение взяло свое.

Перевернувшись на бок, я задумалась о разговоре с Микаэлом. Его мать… Как жестоко – лишить жизни женщину, подарившую тебе сына. Неужели король не испытывал к ней ничего? Ни капли жалости, ни искры любви?

Размышления прервали приглушенные голоса за дверью. Альвара и принц о чем-то спорили, но слов разобрать не удавалось. Знаю, что подслушивать нехорошо, но любопытство – мой давний грех. Бесшумно подкравшись к двери, я прислушалась.

– Ты знаешь, что нужно сделать. И чем скорее, тем лучше – если мы хотим покончить с королем, – голос Альвары звучал не бархатно, а остро, как отточенный клинок.

– Всему свое время. Артефакт мы найдем, – ответил Микаэл. – Сейчас меня больше беспокоит брат. Я отправил за ним шпионов, но они не вернулись. Думаю, он их вычислил.

– Кайл – искусный охотник. Признаю, у него талант, – вставил Виктор.

При упоминании Кайла я невольно шагнула ближе. Половица под ногой предательски скрипнула, и я замерла, мысленно взывая к Богине, чтобы меня не заметили. Быстро отскочив от двери, я плюхнулась на кровать, изображая сонную невинность.

Не прошло и мгновения, как в дверном проеме возник Микаэл. Он стоял, скрестив руки, плечом прислонившись к косяку, и смотрел на меня с легкой усмешкой.

– Доброе утро, соня! – промурлыкал он. – Или, точнее, добрый вечер.

– Добрый вечер, – нарочито зевнула я, потягиваясь.

– Магия вытянула из тебя все силы. Как самочувствие?

– Отлично, – только сейчас я вспомнила о приобретённом огне. Заглянув внутрь себя, я обнаружила тот самый огонек – он по-прежнему танцевал где-то в глубине, будто даже разросшись за время моего сна.

Микаэл окинул меня оценивающим взглядом, будто проверяя на повреждения.

– Ладно, идем ужинать. Ты наверняка голодна.

Желудок отозвался рычанием на упоминание еды.

– Голодна как волк… Ой, – я вдруг вспомнила, с кем говорю.

Микаэл лишь рассмеялся.

– Тогда пойдем быстрее – а то еда остынет.

Гостиная встретила меня теплым светом и аппетитным ароматом. Альвара, улыбаясь, жестом пригласила меня к столу, где она с Виктором уже закончили сервировку. В центре красовалось блюдо с запеченным кроликом, окруженным румяными овощами – мясо буквально таяло в воздухе пряным дымком, от которого у меня непроизвольно потекли слюнки.

Микаэл ловко разделил тушку, раскладывая куски по тарелкам, а Альвара наполнила бокалы темно-рубиновым сливовым вином. Первый же кусок распадался во рту, а вино оставляло сладковато-терпкое послевкусие. Внутри меня огонек встрепенулся – будто и он оценил этот пир, отозвавшись теплой волной где-то под ребрами.

– Завтра я сам наведаюсь к брату, – Микаэл нарушил тишину, откладывая нож. – Пока он не знает о моем участии в твоем исчезновении, можно разведать обстановку. Ты останешься здесь с Альварой и Виктором.

– Ты уверен, что он не догадывается? С вашей-то историей… Ты первый, на кого падет подозрение. И шпионы…Рамаарийка нахмурилась:

– На них не было моих меток. Никто не выдаст. – Его голос стал жестче. – Я просто проверю, что ему известно.

– Это опасно. Ты лезешь прямо в пасть к зверю. Что станет с ней, если тебя…не станет – она кивнула в мою сторону.

– Значит, ты считаешь, я не справлюсь? – В его тоне зазвучало холодное раздражение. – Он не единственный здесь хищник.

Спор разгорался. Виктор и я переглядывались, не решаясь вмешаться. В конце концов Альвара отступила, но не без яда.

– Займись лучше обучением Алисии. Ей понадобятся силы, – он встал, отодвинув стул с резким скрипом.

– Как прикажете, ваше высочество, – Альвара проговорила сквозь зубы, сверкнув глазами.

В комнате повисло тяжелое молчание. После ухода Микаэла Виктор и Альвара удалились, оставив меня одну. Я уставилась на камин. Пламя танцевало завораживающе, и я, будто загипнотизированная, протянула к нему руку.

Пламя коснулось кожи, но вместо боли – лишь нежное тепло, словно солнечный луч скользнул по ладони. Я замерла, ожидая ожога, но его не было. Вместо этого где-то глубоко внутри, в самой сердцевине моего существа, магия встрепенулась, будто дремавший зверь, учуявший добычу.

Тысячи крошечных искр запульсировали под кожей, пробежав по руке, словно невидимые молнии. Мурашки побежали по спине, волосы на затылке встали дыбом. Это было… восхитительно.

Я сжала пальцы, и пламя отозвалось – не как бездушная стихия, а как живое существо, прильнувшее к моей ладони. Оно не горело, оно… впускало себя в меня.

Жар хлынул в вены.

Словно раскаленный мед, огонь растекался по руке, заполняя каждую клеточку липким, сладким теплом. Он пульсировал в такт сердцу, проникал глубже, растворяясь в крови, в плоти, в самой душе. Тело наполнялось силой, тяжелой и густой, как расплавленный металл.

Я вдохнула – и воздух обжег легкие, но не болью, а опьяняющей мощью.

Камин потух.

Огонь исчез, втянутый в мою ладонь, оставив после себя лишь тлеющие угли, багровые, как закат. Я коснулась их.

Кончик пальца едва скользнул по пеплу – и искра сорвалась вниз, крошечная, но ослепительно яркая.

Пламя вспыхнуло вновь.

Оно взметнулось вверх, живое, послушное, мое.

Голова слегка закружилась, плюхнувшись на зад я засмеялась.

Это было прекрасно.