Анна Шаенская
Лёд в твоих глазах-2, или Растопи моё сердце

ГЛАВА 1: Дева холодной крови

Дракон был сказочно красив. Белые как снег волосы, идеально правильные черты и глаза, словно вобравшие в себя небесную синеву. Такие как он пленяли с первого взгляда, одним изгибом брови заставляя девичьи сердца трепетать от восторга и предвкушения.

Только сейчас его прекрасное лицо было хмурым, а чувственные губы сомкнулись в напряжении. Дракон не замечал меня, неотрывно наблюдая за границей Проклятого леса.

Скучно…

Не удержавшись, я призвала ветер и сдула с крыши горку искрящегося снега. Она упала прямо на голову красавца, оседая в его волосах серебристым крошевом. Но вместо того, чтобы разозлиться, он неожиданно рассмеялся, тревожа душу бархатными переливами, а затем ладонью смахнул снег.

Я вновь жадно уставилась на него, скользя по совершенному лицу пристальным взглядом и отчаянно пытаясь вспомнить, где я могла видеть его раньше?

Этому чудесному занятию посвятила последние два часа, кружась призраком над башней Стражи, но воспоминания ускользали.

– Кто же ты такой?! – возмутилась, подлетая ещё ближе. – Почему моё сердце так бешено бьётся, когда смотрю на тебя?

Дракон, разумеется, не ответил.

Он не слышал меня и не видел. Ведь я – Хольда. Призрак Зимы и её Вечный Страж.

Изредка я могла показываться живым. Но в этом году моё время ещё не пришло. Силы слишком мало, чтобы тратить её на подобные фокусы. А ведь у меня ещё полно работы…

– Хорошего дежурства, мой прекрасный страж, – вздохнула, легко коснувшись щеки дракона.

Он вздрогнул, но не отпрянул.

Только в глубине сапфировых глаз вспыхнули серебристые искры, а моё запястье неожиданно зачесалось и печать Зимы стала ярче. Словно мы с ним и впрямь как-то связаны.

Странно…

– Тиль! – позади раздался гулкий бас и на обзорную площадку поднялся ещё один дракон. – Командир приказал усилить защитные руны. Нечисть в пятом секторе зашевелилась. Риск прорыва третьей степени…

Я невольно поморщилась. Нечисть и её Мертвую королеву ненавидела всей своей ледяной душой. Ведь именно из-за неё я стала призраком.

Вздохнув, бросила прощальный взгляд на Тиля и спрыгнула с парапета, улетая прочь от Башни Туманной стражи. Я и так задержалась. Позже вернусь и снова попытаюсь вспомнить, а сейчас лучше заняться делом.

Бреши в защитном куполе сами себя не найдут, а патрулирование границы – моя прямая обязанность. Я помогала Туманной страже сдерживать нечисть.

Они знали об этом и каждую зиму молились на меня как на Богиню, принося в храм щедрые дары. Это было приятно. Только… с годами холод в моём сердце стал невыносимым, а бремя Стражницы казалось непосильным.

Я отчаянно искала ту, что сможет заменить меня, но… внезапно нашла Тиля.

Впервые за последние тысячу лет моё ледяное сердце билось так сильно. Словно рядом с ним я вновь стала обычным человеком.

– Кто же ты… – вновь прошептала, и в этот же миг ветер донёс до меня отчаянный детский крик.

Не испуганный, а полный пронзительной боли. Он звал меня… Молил о помощи так неистово, что я не выдержала и полетела в сторону Ледового храма.

Он находился за городом, неподалёку от штаба Туманной стражи. Обычно туда приходили за благословением воины, посвятившие свою жизнь борьбе с нечистью, или охотники за Смертью – те, кто убивал немёртвых ради денег.

Не самое подходящее место для ребёнка. Особенно сейчас, в разгар Мёртвого сезона, когда купол слаб и твари могут покидать пределы Проклятого леса.

Но если малыш забрался так далеко ради молитвы, то дело серьёзное.

До храма долетела за пару минут и сразу заметила у подножия других детей. Я насчитала шестерых. Мелкие… Лет по восемь, от силы десять. Они зачем-то обвязали лица платками и вырядились в застиранные, серо-желтые простыни, накинув их словно плащи с капюшоном.

Кажется, они очень гордились своей изобретательностью и мнили себя едва ли не Туманными стражами. Вот только белая форма стражей была зачарованной и позволяла им сливаться с метелью. А детвора выделялась на фоне сугробов и напоминала солнечные грибы.

– Даже оружие и амулеты взяли! – удивилась, заметив на поясе самого младшего рогатку и мешочек с сушеной рябиной.

Где же были глаза городской стражи, когда выпускали этих воителей за стену?!

Из храма вновь послышался отчаянный зов. Похоже, ребятишки сопровождала того, кто пришёл помолиться и возложить на мой алтарь дары.

Вздохнув, полетела к нему.

Я нередко исполняла желания, особенно, детские. А ещё частенько помогала девушкам встретить свою любовь. За это меня называли Хранительницей детского смеха и Госпожой разбитых сердец.

Но сейчас в душе росла странная тревога.

– Мамочка, ты только живи! Живи, умоляю! – звонкий детский голос пронзил сердце стрелой и перед глазами вспыхнули воспоминания из прошлой жизни.

Моей жизни…

Когда тысячу лет назад я также стояла на коленях и отчаянно молила всех Богов не забирать мою мать.

– Я обязательно найду деньги, заплачу долг и приведу хорошего лекаря! – продолжил склонившийся у алтаря мальчишка.

Он был чуть старше остальных, навскидку лет двенадцать. Болезненно худой, явно от недоедания. Бледный, с синевой под глазами и потрескавшимися губами. Одетый в залатанный тулупчик и широкие штаны, а на ногах вместо сапог намотано тряпьё. Рядом лежал неплохой арбалет. Слишком большой и тяжелый для ребёнка. Скорее всего, он взял его у кого-то из старших.

При виде оружия беспокойство усилилось. Я надеялась, что ошиблась и он захватил его для обороны, а не ради охоты.

– Мамочка, я обязательно справлюсь и никогда не брошу тебя, как отец! – порывисто прошептал мальчишка. – Только продержись ещё немного! Если госпожа Хольда и удача будут на моей стороне, я добуду деньги…

Подлетев ещё ближе, провела ладонью над его курчавой макушкой, считывая воспоминания.

Я увидела статного, красивого мужчину и бедно одетую, осунувшуюся женщину. Они о чём-то спорили, стоя у дверей богатого дома.

Мужчина кричал, а бедняжка оправдывалась, заламывая руки, и горько плакала. Только тот заводился всё сильнее и вдруг наотмашь ударил женщину по лицу. Она упала, и прятавшийся за углом мальчик выскочил из укрытия, набросившись на мужчину с кулаками.

Похоже, это и был тот самый «отец», о котором он говорил.

– Вот же… тварь! – зло прошипела, когда мужчина с силой отшвырнул парня и пнул.

Его лицо я запомнила и пообещала себе, что впредь ни одна зима не пройдёт для него без падений и переломов.

Воспоминания неожиданно сменились. Теперь мальчик сидел у постели матери и бережно протирал её лицо мокрой тряпкой и тихонько плакал.

Женщина выглядела плохо. Без помощи Светлого целителя долго не продержится. И я, увы, ничего не могла с этим сделать.

Моя магия не способна лечить живых.

– Прости… – с болью прошептала, коснувшись детских, переплетенных в молитве пальцев.

Малыш вздрогнул и в его серых глазах вспыхнула надежда.

– Хольда… – произнёс одними губами.

Он почувствовал моё касание. Также, как и Тиль. Но у дракона колоссальный по силе Дар и его магия близка к моей.

А этот парень…

Неужели, он тоже «туманный» маг?! Как Башня пропустила его?

Те, кто мог стать Стражем, ценились на вес золота и никогда не нуждались в деньгах. А этот парень бедствует и давно.

– Госпожа Хольда, помогите нам, молю! – спешно произнёс мальчишка, словно боясь, что я исчезну. – Отведите от нас нечисть и помогите найти снежный гриб!

Дурные предчувствия не обманули.

Снежные грибы росли на Серебряной опушке у границы с Проклятым лесом. Они обладали уникальными магическими свойствами, но собрать их можно только зимой, накануне Ночи снежных лилий, а найти – невероятно сложно.

Они сами выбирали кому показаться, и за каждый гриб Башня магов готова выложить больше тысячи золотых.

Этого хватит, чтобы оплатить услуги любого целителя, только детвора не продержится на опушке и пары минут. Там же полно нечисти!

– Я никогда не забуду вашей милости, госпожа Хольда! И обязательно отплачу за помощь!

Мальчишка трактовал моё появление по-своему.

Накинул на голову ветхую ткань и, подхватив лежащий на земле арбалет, он побежал к выходу.

– Куда?! – закричала я и рванула следом.

Но кто же меня услышал?

Парень реагировал только на прикосновения, а схватить его за шиворот и уволочь обратно в город я не могла. Он замёрзнет насмерть быстрее, чем дойдём.

Мне нужна помощь…

– Тиль! – воскликнула, осененная догадкой. И изо всех сил понеслась в штаб.

К счастью, до Серебряной опушки добираться дольше, чем до смотровой вышки. Я надеялась, что успею привести помощь до того, как малышня привлечёт внимание нечисти.

Долетела за миг. Дракон обнаружился там же, где и расстались. Его хмурый взгляд был по-прежнему устремлён в сторону Проклятого леса.

Нечисть или безумцев, решивших поохотиться в Мёртвый сезон, он засечёт сразу. Но беда в том, что дети направились к Слепому оку. Тиль увидит их слишком поздно, когда вплотную приблизятся к границе, а выловить их экстренным порталом, как взрослых нарушителей, не сможет. Слишком мелкая цель.

Призвав снежный Дар, сосредоточилась на мальчике. На его ауре остались всполохи моей магии, и я быстро обнаружила всю банду. Они как раз вошли в зону Ока.

– Туда смотри! Туда! – воскликнула, уронив на Тиля охапку снега и привлекая его внимание.

А затем мазнула инеем по парапету, указывая нужное направление.

Моих воплей дракон не услышал, зато снежные знаки понял моментально и призвал магические экраны. Над Оком они не работали, но увеличив ведущую к нему тропу, Тиль заметил свежие детские следы и сдавленно выругался.

– Да! – оживилась я, поднимая вокруг него столп снежных искорок. – Спаси их, молю! Я одна не справл…

Остаток фразы утонул в раскатах сигнального колокола, и со стороны леса повалил ядовитый Туман.

Прорыв…

Тиль рванул в коридор и моё сердце пропустило удар. Я испугалась, что он забудет о детях, но дракон позвал другого патрульного, чтобы тот подменил его, и открыл экстренный портал.

Переместиться вместе с ним я не могла и, обернувшись ветром, полетела к опушке.

Нечисть пока лезла с другой стороны. Если повезёт, все твари рванут к бреши, а мы успеем увести малышей.

До леса добралась быстрее Тиля. Детвора уже была там. Мальчишка с арбалетом и ещё двое с рогатками стояли на страже. Остальные рыскали по поляне, выискивая заветный гриб.

Я заметила его раньше и спешно заморозила магией, чтобы не исчез, а затем слегка подсветила, привлекая внимание мальчишки. Тот среагировал моментально.

В серых как сталь глазах блеснули слёзы.

– Госпожа Хольда… – выдохнул он ошарашенно, и зайцем метнулся к добыче.

Отложив арбалет, осторожно срезал гриб, бережно обмотал платком и спрятал в потёртую котомку.

– Я нашел его! Уходим! – скомандовал.

Но не успела я облегчённо выдохнуть, как почувствовала неподалёку нечисть. К опушке мчалась стая снежных вурдалаков!

– Бегом! Ну же! – поторопила, подгоняя малышей сильным порывом ветра.

Только твари оказались быстрее.

Дети добрались до середины поляны, когда из-за кустов с рёвом вылетел первый вурдалак. Здоровенный, жуткий, с мощными когтистыми лапами и острыми как лезвия зубами. Из его пасти капала ядовитая слюна, а глаза горели мертвенно-зелёным пламенем.

Утробно зарычав, он бросился на детей. И в этот же миг я призвала магию. Снег вокруг меня взметнулся в воздух, превращаясь в острые шипы. Они обрушились на чудовище ледяным дождём, пробивая плотную шкуру насквозь и замораживая плоть.

Его рычание слилось с отчаянным визгом детей и свистом болтов. Мальчишка тоже не растерялся и выстрелил в следующего вурдалака. Но тварей было слишком много…

– Рра-ар-р-ргх! – над поляной разлетелся мощный драконий рёв и окружающий мир растворился в перезвоне зачарованной стали и воплях умирающих монстров.

Тиль ворвался в их ряды смертоносным ураганом. Взгляд не успевал за его движениями. Удар, поворот, рывок! Росчерк стали и кровь на снегу… Дракон за миг оттеснил вурдалаков от перепуганных детей.

Монстры успели задеть лишь одного и, к счастью, раны были не глубокими. Остальные помогли ему подняться и потащили прочь, оставляя на снегу багровый след. А старший мальчишка спрятался за деревом, стреляя по тварям из арбалета.

Безумец!

Но в отличие от меня он мог хоть чем-то помочь. Я же потратила всю Силу и могла только наблюдать, как Тиль скользит между разъярёнными чудовищами, высекая своими клинками симфонию смерти и лихо уклоняясь от ответных ударов.

Бой словно танец, из которого лишь один выйдет живым.

Я никогда не видела подобного мастерства и заворожённо наблюдала за каждым движением дракона. Он почти добил вурдалаков, как вдруг ему за спину попыталась зайти новая тварь!

Внезапно поляну озарила магическая вспышка и раздался удивлённый, отчаянный крик. Дар мальчишки пробудился так не вовремя, сжигая уцелевших немёртвых зачарованным пламенем и… привлекая всех монстров в округе флером живой Силы.

Я чувствовала их ярость и злобу. Голод, который невозможно утолить, и желание любой ценой напиться горячей крови…

– Беги! Приведи помощь! – воскликнул Тиль.

Мальчишка сорвался с места и со всех ног помчался в штаб. Только я знала, что это бесполезно. Никто не придёт. Все стражи сейчас на прорыве.

Дракон просто жертвовал собой, уводя ребёнка с линии огня… Как тогда…

Тогда?!

Висок прострелило болью и окружающий мир на миг заволокло беспросветной Тьмой. А в мыслях грозовым раскатом прогремел хриплый шёпот. Такой знакомый и родной…

– Живи, моя Снежная королева! Живи и дождись меня… Я обязательно найду тебя в следующей жизни.

Память, утерянная тысячу лет назад, возвращалась урывками, раздирая душу на части и причиняя невыносимую боль.

Я вспомнила маму и брата-предателя, убившего мою семью. Сумасшедшую погоню и нечисть, загонявшую меня словно дикого зверя… Я убегала, я сражалась и… проиграла.

Тогда мне не хватило силы. Я потеряла всё и даже больше…

– Живи, моя Снежная королева…

И снова этот голос… Он всё ещё ускользал от меня. Я никак не могла вспомнить лицо того, кому принадлежали эти слова. Видела лишь сапфировое марево драконьих глаз. Таких же бездонных и невозможно прекрасных, как у Тиля…

– Нет… нет! – закричала, вырываясь из этого безумного омута.

Вот только реальность оказалась более жестокой. Тиля окружили стрыги!

Они теснили его к краю опушки, пытаясь зайти со спины. А земля вокруг была залита кровью и усеяна телами поверженной нечисти. Дракон сражался отчаянно, но против такого количества монстров ему не выстоять.

Во имя Зимы, почему он не оборачивается?!

Здесь достаточно места. Он ведь может перекинуться и улететь! Так почему же медлит?

Я слышала вдали разъярённое рычание. Другие туманные стражи давно превратились в огромных ящеров и выжигали нечисть зачарованным дыханием, но Тиль лишь призвал ледовую чешую, превратив свою кожу в броню.

Это помогало выгадать время, но не спасало от чудовищных ран. Когти стрыги вспарывали даже драконью шкуру…

Тиль отступал. Если не вмешаюсь, его же загрызут… Но чем помочь, я не знала.

Час Живой вьюги ещё не настал, мои верные помощники не пробудились и Силы едва хватало, чтобы поддерживать купол над Проклятым лесом. Если использую остатки магии, Печати рухнут и нечисть окажется на свободе…

Кулон на груди неожиданно раскалился. Я носила его ещё в прошлой жизни, а после забыла вместе со всем остальным. Но сейчас вдруг осознала, что украшение наполнено чужой магией!

Я могу использовать его как резервный источник!

– Элгейн сэвейра эйн арколес! – спешно произнесла, досуха выпивая магию из украшения и обрушивая на окруживших Тиля стрыг ледовый ураган.

Замораживая их заживо и тут же разбивая на куски новым плетением.

– Сдохните! – закричала, яростно ударяя вновь и вновь, кроша ненавистную нечисть.

Я больше не наблюдала, а сражалась вместе с Тилем, спина к спине, как и тысячу лет назад. Теперь знала наверняка, что всё это уже было…

Истошный рёв чудовищ, перезвон клинков и дракон, танцующий с ветром и Смертью…

Шаг, поворот… и голова очередной стрыги летит на землю, окрашивая снег алыми брызгами.

Вспышка! Отблески рун, моя магия замораживает ещё двух тварей, и кажется, победа уже близко. Но не успела я призвать новое плетение, как последняя стрыга бросилась на Тиля, впиваясь клыками в его горло…

Сердце остановилось, разлетаясь на осколки, как и тысячу лет назад, а воспоминания обрушились штормовым потоком. Я вспомнила всё, о чём мечтала забыть навсегда…

– Нет! – закричала, рванув к истекающему кровью дракону.

Он всё же сумел сбросить с себя стрыгу, а затем без чувств рухнул на землю, так и не выпустив из рук клинок…

– Умоляю, нет! Не умирай! Не оставляй меня снова одну! – воскликнула в отчаянии, упав на колени рядом с Тилем, и вытягивая из кулона остатки Силы. – Не позволю!

Я не владела магией исцеления, но теперь отчётливо вспомнила, что в прошлой жизни он был моей парой. А значит, я могу спасти его!

ГЛАВА 2: Титан зимнего неба

– Яар нотэгрэ сэль вейрэг! – заклинание сорвалось с губ словно молитва, сплетаясь с пронзительным свистом вьюги и гулкими ударами моего ледяного сердца.

Надломленного, израненного, но всё ещё хранящего искру истинной любви. Единственной в мире магии, способной превратить даже зимнюю стужу в живительное пламя.

Она стремительно растекалась вокруг нас, скользя по коже дракона зачарованным туманом. Просачиваясь в раны, «замораживая» их изнутри и наполняя тело спасительной энергией.

Её оказалось очень много…

Воспоминания принесли не только боль, но и вернули мне Силу, утраченную тысячу лет назад вместе с памятью. Я едва справлялась с магическими потоками, и голова раскалывалась от боли и напряжения. Но какое это имело значение, когда на кону жизнь Тиля?

– Ты не можешь умереть! Я слишком долго ждала и не собираюсь терять тебя вновь, – прошептала, склонившись над драконом и осторожно касаясь кончиками пальцев раны на шее.

Кровь уже остановилась и заледенела, осыпаясь на землю рубиновым крошевом, но затягивающийся на глазах рубец всё равно выглядел жутко.

Мне хотелось как можно скорее стереть эти следы. Только ветер неожиданно донёс отголоски продолжающейся битвы, и я спешно выставила снежные щиты.

Нам очень повезло, что за это время не подошли новые твари! Похоже, мы перебили всех, кто был поблизости, а остальные отвлеклись на Туманную стражу.

Тиль неожиданно застонал от боли. Я влила в его тело ещё немного магии, но едва вторая ипостась с рычанием потянулась к источнику моей Силы – мгновенно разорвала связь.

Отдавать всё не рисковала. Пусть он и ледяной дракон, но моя энергия всё же опасна для живых и лишь истинная связь защищала Тиля от её губительного флёра.

Ещё немного… его дыхание наконец выровнялось, а удары сердца звучали гулко и ровно. Тиль больше не умирал. Драконья регенерация вступила в свои права, залечивая оставшиеся раны. Через пару дней от них не останется и следа.

Только кое-что не давало мне покоя.

В прошлом Тиль отдал жизнь и своего дракона, чтобы защитить меня и подарить нам шанс встретиться вновь спустя тысячу лет. Теперь помнила это так ясно, словно всё произошло вчера…

Это объясняло, почему Тиль не обернулся в бою. Он просто не мог этого сделать. Из-за меня его связь с драконом была нарушена. Так почему же сейчас я слышу зверя лучше, чем человека?

Вдали послышались голоса и всполохи поисковой магии стражей.

Мальчишка всё-таки привёл помощь, и если заморозить Тиля я не могла, то для других моя магия сейчас смертельно опасна. Она слишком мощная. Стражи превратятся в ледышки быстрее, чем почувствуют моё присутствие.

– Я найду тебя снова, любовь моя, – с тоской прошептала, склонившись над Тилем и коснувшись его губ своими.

Всего на миг, но сердце сорвалось в пляс от пронзительных воспоминаний и оглушительной нежности. Я слишком хорошо знала, какими обжигающе-горячими могут быть эти губы и как сладко умеют целовать.

Хотелось продлить ускользающие мгновения, понежиться ещё немного в потоке штормовых воспоминаний… Да только на ресницах дракона уже осел белый иней. Моя магия выходила из берегов и лишь одна леди в этом мире могла помочь мне совладать с новой Силой.

Голоса стали громче. Туманные стражи стремительно приближались.

Я упорхнула и спряталась за вершинами древних елей. С такого расстояния моя магия не навредит живым, а оставлять Тиля одного боялась. Он ещё не пришёл в себя. Я должна убедиться, что помощь подоспеет до того, как на поляну забредёт очередной немёртвый.

– Вот он! Быстрее! – из-за деревьев появились мужчины в белоснежной форме.

Четверо сразу рванули к моему дракону, и я услышала всполохи мощных лекарских плетений. Среди них был Светлый целитель.

Я больше здесь не нужна. Только тревога всё равно не отступала, и с каждой секундой становилась лишь сильнее.

Странно…

Может, это из-за воспоминаний?

Картины прошлого вернулись быстрее, чем связанные с ними эмоции. Поэтому я всё ещё держалась, а не билась в агонии из-за нахлынувших чувств. Но откат не за горами. Мне лучше вернуться в Нижний мир и встретиться с Джайной.

Именно она помогла мне запечатать воспоминания тысячу лет назад, она же сделала так, чтобы Тиль вновь переродился в этом мире…

– Думаешь, победила? – чужой голос раздался у самого уха, и кожа в миг покрылась ледяными мурашками.

Я рванула в сторону, спешно выставляя щиты, но моим противником оказался ветер.

Он принёс послание из чащи Проклятого леса.

– Твой дракон уже мой, принцесса, – вновь просвистело рядом.

Теперь я узнала голос.

Мерзкий и сиплый. Похожий на треск заледенелых веток под ногами. Наполненный чужой болью, страхом и вековой ненавистью.

Мёртвая вьюга. Королева немёртвых. Мой злейший враг.

– Почему же ты молчишь, принцесса? – вкрадчиво поинтересовался ветер. – Боишься? Признаёшь поражение?

Я не ответила. Только настороженно прислушалась к всполохам своего Дара.

Нечисти поблизости не чувствовала, как и присутствия самой королевы. Но эта тварь никогда не появлялась просто так. И эта странная провокация совершенно не в её стиле.

– Бедная девочка, – в голосе Мёртвой вьюги проскользнули насмешка и снисхождение. – Ты ещё не знаешь, что проиграла. Радуешься, что залечила его раны и вернула память, но главный сюрприз впереди…

Смех твари ударил по нервам отравленной плетью.

Я действительно не понимала, что происходит и вновь, как и тысячу лет назад, чувствовала себя дичью, на которую спустили свору борзых.

– Скоро ты увидишь знаки на его теле и всё поймёшь, – продолжила королева, – тогда ты придёшь ко мне, чтобы спасти своего дракона.

Знаки? О чём она?

Яд стрыги действительно оставлял на теле жертвы черные разводы, похожие на жуткие татуировки. Но на Туманных стражей он не действует…

– Речь не о яде, – Мёртвая Вьюга не слышала моих мыслей, но легко догадалась о чём я думаю.

– Чего ты хочешь? – спросила, заранее зная ответ.

– Джайна хорошо спрятала твоё тело, принцесса. За тысячу лет мне так и не удалось до него добраться, но ты знаешь, где искать, – слова королевы подтвердили догадки.

Ей по-прежнему нужна кровь одного из потомков Софии.

Ведь лишь она может разрушить купол над Проклятым лесом и вызволить немёртвых из тысячелетнего плена.

– Принеси мне свою кровь и кулон Софии. Тогда я, так и быть, верну сердце твоему дракону!

Последние слова слились со свистом вьюги и разлетелись над опушкой ледяными осколками.

Я осталась одна, снедаемая отчаянием и страхом.

Верить Мёртвой вьюге – значит заранее проиграть. Но почему-то сейчас я не сомневалась, что тварь не блефует. Она сумела заполучить какой-то козырь и нужно срочно выяснить, о чём именно речь!

Только после её слов я не рискнула оставлять стражу и проводила их до самого штаба. Лишь когда за ними закрылись ворота и я убедилась, что Тилю и детям ничего не угрожает, помчалась на поиски Джайны.

Обычно она появлялась моментально, едва называла её имя, но сегодняшний день оказался богатым на сюрпризы. Смерть не отвечала, сколько ни зови. Пришлось спускаться на дно Мёртвой реки. В храм Вечности, где все эти годы хранилось моё несчастное тело.

Но даже здесь меня ждала лишь леденящая душу тишина.

– Появись, умоляю! – воскликнула, в отчаянии ударив кулаком по ледяной колонне. – Ты нужна мне, Джайна! Я всё вспомнила… я…

Дыхание перехватило и воспоминания нахлынули с новой силой, а мой крик превратился в отчаянный вой.

Яростный, надломленный. Я кричала изо всех сил, вновь и вновь ударяя по замёрзшей стене и содрогаясь от рыданий. И лишь когда боль в груди стала невыносимой, полетела в центральный зал.

Словно в бреду, не разбирая дороги… Я вихрем ворвалась внутрь, уставившись на огромную глыбу льда.

Хрупкая фигурка в центре – это я. Вечный призрак, Снежная королева и стражница Зимы.

А позади мои хранители. Те, кто тысячу лет назад согласился разделить со мной бремя сражений.

Рауд, Гард, Млада с Боженой и мои верные снежные волки…

Не хватало только Тиля… Он отдал жизнь, чтобы однажды мы смогли выбраться из своей ледяной тюрьмы и вернуться в мир живых.

– Во имя Стихии, почему всё повторяется?! – закричала, задыхаясь от тоски и безысходности, но ответом мне стало лишь гулкое эхо.

На мгновение показалось, что я вновь слышу пронзительный смех Мёртвой королевы.

Я знала, что это фантом, обман… Сюда ей нет хода, но в мыслях вновь и вновь гремели слова, что сердце Тиля принадлежит ей.

– Тысячу лет я верно служила тебе! – воскликнула, подняв взор к искрящимся серебром рунам Зимы. – Тысячу лет я сторожила Печати над Проклятым лесом, а взамен ты обещала мне жизнь и возрождение Тиля!

Одно чистое желание. Любое. Даже самое невозможное. Такова плата за службу Стихии.

Я загадала Тиля.

Второй шанс для нас и возможность прожить смертную жизнь вместе со своим истинным.

Загадала и… попросила Джайну стереть мне память на тысячу лет. До тех пор, пока не встречу его вновь.

Встретила. Вспомнила… и душа разбилась на осколки от оглушительной боли и невозможности быть вместе с ним.

– Он дракон, а я призрак. И в этом мире нет той, кто может заменить меня! – прошептала обреченно и подошла к своей ледяной тюрьме.

Коснулась ладонью глыбы и… отшатнулась от неожиданности.

Холод…

Я снова чувствовала холод! Будто живой человек…

– Ты вспомнила его и вернула часть души, – Джайна появилась, как всегда, неожиданно. Её хриплый голос разлился по храму шелестом опавших листьев. – Ты оживаешь, но ещё слишком рано. Вы не должны были встретиться сейчас…

– Не должны?! – опешила. – О чём ты говоришь? Я ждала тысячу лет…

– Новая Вьюга уже пришла в этот мир, я чувствую её душу, но она ещё не набрала Силу и не может заменить тебя, – Джайна подошла ближе и бережно обхватила моё лицо ладонями, стирая пальцами горючие слёзы. – Запасись терпением. Зима никогда не нарушает клятв, Шарлин.

Шарлин…

Настоящее имя резануло слух, отзываясь внутри болезненной симфонией.

Я так давно не слышала его…

– Мёртвая королева сказала, что может отобрать Тиля!

Джайна помрачнела и её золотые глаза стали почти чёрными.

– Она… не соврала? – прохрипела, чувствуя как в груди вновь образуется пустота. – Ты знаешь, о чём она говорила? Джайна, молю…

– Душа королевы успела вселиться в последнюю стрыгу. Она прокляла Тиля, а после завладела оставшейся на снегу кровью, – ответ Смерти прозвучал подобно приговору. – Мёртвая вьюга намеревается использовать её, чтобы разрушить одну из Вечных Печатей…

– Но это безумие! Тиль туманный страж, его и раньше ранили…

– Твоя магия окончательно пробудила его дракона и магию Стихии, – перебила Джайна, – теперь кровь Тиля особенная и может стать ключом к одной из Печатей. Но до тех пор, пока у Мёртвой Вьюги нет твоей крови, это не имеет значения. Купол выстоит…

– Мою кровь эта падаль никогда не получит! И Тиля я ей тоже не отдам!

Отчаяние сменилось злостью. Тогда, тысячу лет назад, мне не хватило Силы, но в это раз я не уступлю!

– Мне нравится твоя решительность, но не позволяй эмоциям взять верх, – сразу осадила Джайна. – Мёртвая королева слишком опасный и хитрый противник, нам нужен план и союзники.

– С последним сложно, – вздохнула, – но если Тиль всё вспомнит…

– Нет! Об и думать не смей! – перебила Смерть. – Ты вернула воспоминания раньше срока. Это нарушение контракта с Зимой, и если расскажешь Тилю правду, потеряешь шанс на воскрешение и право быть с ним.

– Ты сейчас издеваешься надо мной?! – вспыхнула.

– Шарлин! Приди в себя! – Джайна схватила меня за плечи и встряхнула словно куклу. – Тебе больно, ты зла, обижена и имеешь на это право. Только времени на всё это нет! Как и выбора. Не нам менять правила Равновесия, даже у Зимы нет такой возможности.

– Хочу увидеть его снова, – прошептала, – я ничего не скажу, не раскрою себя, но мне это необходимо…

– Плохая идея. Сейчас в его крови слишком много твоей магии и последствия могут оказаться непредсказуемыми, – возразила Джайна.

– Не понимаю… – умолкла, вспомнив странности с его драконом. – Хотя, нет! Ты права. До моего вмешательства его дракон был почти не ощутим, а сейчас такое чувство, что вторая ипостась Тиля стала сильнее человеческой!

– Так и есть. В прошлой жизни он отдал своего дракона, чтобы магия Мёртвой реки не выпила из тебя жизнь, а душа не попала в плен к Проклятой королеве, – подтвердила Смерть. – В результате он родился с дефектной Искрой и практически не способен накапливать магическую энергию.

– Так вот почему в бою он полагался только на клинки, – задумчиво протянула.

– Да, зато в этом ему нет равных, – усмехнулась Джайна.

Это точно. Стоило вспомнить поляну, усеянную трупами нечисти…

– В дракона Тиль оборачивался лишь раз, и после едва смог вернуть контроль над телом, – продолжила Смерть. – После он усыпил вторую ипостась и отказался от её Силы, не желая однажды превратиться в безумное чудовище. Но твоя магия вновь пробудила дракона. И если повезёт, она поможет Тилю исправить дефект искры и решить проблему с обратным оборотом.

– Тогда почему нам нельзя увидеться?

– Потому что Тиль не обычный дракон, а Ледяной Титан. Истинное дитя и живое воплощение Стихии. Ваша магия слишком похожа и сейчас зверь может невольно выпить тебя.

– Дракон не способен навредить паре, – напомнила.

Хотя уверенности резко поубавилось.

Титаны действительно отличались. Их мощь была колоссальной, а размеры второй ипостаси в десять раз превышали размеры обычного дракона.

Каждый из них стоил целой армии, но цена за подобную Силу слишком велика. Зверь постоянно пытался взять верх над человеком, а если у Тиля дефектный Дар – магический голод Титана может пересилить связь пары.

К тому же, он не помнит меня…

– Вот тут ты ошибаешься, – Джайна легко прочитала мои мысли, – его зверь прекрасно помнит ту, ради которой отдал жизнь. Но как раз в этом и заключается главная проблема. Почувствовав тебя, дракон может взять верх над человеческой ипостасью. Пока его состояние и магия не стабилизируются, вам лучше избегать встреч.

– А как же проклятие Мёртвой королевы? – нахмурилась. – Что делать с ним?

– Я пока не знаю, в чём его суть, но учитывая недавнюю провокацию, тварь рассчитывала, что в ближайшее время ты не отойдёшь от постели Тиля и будешь защищать его.

– А значит, проклятие как-то связано с моей магией, – подытожила. – Да, очень похоже на это!

– Я выясню подробности, – кивнула Джайна. – А ты пока займись чем-то другим. Не думай о Тиле, тебе нужно совладать с эмоциями и проснувшейся Силой.

Легко сказать! А впрочем…

– Как насчёт детей? – оживилась, вспомнив об одном незаконченном дельце.

– Если ты о спасённых малышах, им уже оказали помощь…

– Мальчик, который искал снежный гриб, хотел спасти мать. Она серьёзно больна и…

– Ей уже выделили целителя от штаба, – ответила Джайна.

– Замечательно! Значит, осталось как следует наказать отца мальчишки и выяснить, откуда у парня редчайший магический Дар, – усмехнулась, показывая ей картины, считанные из памяти ребёнка. – Ты со мной?

ГЛАВА 3: Дитя золотой тени

– Наказать подонка, посмевшего поднять руку на женщину и ребёнка? Я в деле! – в глазах Смерти вспыхнули недобрые огни. – Только это лицо… – Джайна окинула иллюзию матери задумчивым взглядом. – Она очень похожа на Габриэллу Авелини – покойную главу Торговой гильдии. Я забирала её душу пятнадцать лет назад, – добавила, припоминая детали. – Габриэлла, её муж и старший сын погибли во время нападения нечисти на караван купцов. Выжила только дочь, которая осталась дома из-за болезни.

Хм… интересно.

Джайна обладала абсолютной памятью и могла не только назвать имена всех, кого проводила в Нижний мир, но и рассказать о их прошлом. В её словах не сомневалась, но кое-что насторожило.

Если речь и впрямь о дочери Габриэллы, то как она оказалась в столь бедственном положении? И какую роль в этом сыграл тот мужчина?

– Что ж, давай познакомимся поближе, – задумчиво протянула, коснувшись иллюзии горе-отца и призывая метель. – Отведи нас к нему!

Снежинки, сорвавшиеся с моих пальцев, вспыхнули и заискрились, а затем стрелой взметнулись ввысь. Мы с Джайной последовали за ними и вскоре очутились в самом богатом квартале столицы.

Метель привела меня к дому из воспоминаний мальчика. Заглянув в окно, увидела пару.

Мужчину узнала сразу. Сейчас на нём красовались шёлковые шаровары и распахнутая рубаха, позволяющая рассмотреть литые мышцы и загорелую кожу. Рядом, откинувшись на подушки, полулежала ухоженная рыжеволосая женщина. Она была намного старше, но выглядела весьма привлекательно.

Они курили кальян и что-то обсуждали.

От этой картины к горлу подступила тошнота. Вот значит, чем он занят в то время, когда мать его сына сгорает в огне лихорадки, а ребёнок, рискуя жизнью, пытается раздобыть деньги на её лечение.

– Джайна, подсоби мне, – усмехнулась, коснувшись оконной рамы и с лёгкостью взламывая замок.

Смерть в это время призвала сонные чары. Женщина охнула и без чувств упала на подушки, а мужчина рывком подскочил на ноги. Он был в отличной форме и точные движения выдавали опытного воина. Только магии я в нём не чувствовала.

Видимо, мальчишка унаследовал Дар не от него.

Я влетела в окно с мощным порывом ветра, обрушивая на голову обалдевшему от удивления мужчине охапку снега.

– Поговорим? – усмехнулась.

Ответом стали судорожные хрипы и кашель. Ещё бы! Не каждый день в гости приходят Вьюга и Смерть.

– Нет, моя дорогая Хольда, с такими не разговаривают, таких допрашивают, – Джайна щёлкнула пальцами и мужчину охватила чернильная дымка.

Что ж, я собиралась просто считать его память, но Смерть решила иначе и призвала Дар Судьи. Теперь он всё расскажет и не сможет соврать или что-то утаить.

– Итак, Реймонд Диас, – добавила Джайна, едва его взгляд остекленел и он рухнул на колени, – в каких отношениях ты состоишь с дочерью Габриэллы Авелини?

– Мы были женаты, у нас есть ребёнок, – голос мужчины звучал бесцветно и тускло, а в глазах плескалась пустота.

– Почему ты бросил их?

– Я нашел другую. Гораздо богаче и с титулом.

Гнев вспыхнул как сухая солома. Хотелось треснуть Реймонда увесистой сосулькой или отморозить то место, которым он думал, с лёгкостью меняя женщин. Но это успеется, а для начала неплохо бы знать историю целиком.

– Расскажи всё с самого начала, – приказала.

И он рассказал…

Как служил наёмником и попал в дом Авелини в качестве личного охранника Габриэлы. Как сопровождал караван купцов и не стал помогать раненой хозяйке, хотя мог спасти её после нападения стрыг…

– Её дочь, Марион, давно была влюблена в меня, но семья никогда бы не одобрила этот брак, а я быстро смекнул, как сорвать большой куш. Убедившись, что вся семья Авелини погибла, я убрал свидетелей и стал единственным выжившим. А вернувшись в город, лично сообщил Марион об ужасной трагедии.

Голос негодяя изменился и в нём проскользнули насмешливые нотки. Даже под гипнозом его мерзкая сущность давала о себе знать.

– Я окружил Марион заботой. Убедил порвать все отношения с друзьями и приближёнными к семье Авелини торговцами. Взял на себя организацию похорон, всячески поддерживал её, и после окончания траура сделал предложение. А когда она стала моей женой, постепенно переписал имущество на себя и убедил передать мне все дела.

– Тварь… – зло прошипела.

– Хольда, успокойся, он за всё ответит, – на плечо легла рука Джайны, – и что дальше?

– Марион оказалась удобной женой, я не планировал избавляться от неё, но когда нашему сыну Риану исполнилось три года, я встретил Джаннет. Богатую вдову, способную подарить мне то, чего отродясь не водилось у Марион – титул и власть. Я с лёгкостью соблазнил её. Оставалось лишь обрести свободу, – продолжил Реймонд. – Развод по правилам меня не устраивал. Я не планировал делиться с женой деньгами и до конца своих дней содержать ненужного мне ребёнка. А подстроить несчастный случай или заказать убийство Марион и Риана я не мог из-за долгого траура. За это время Джаннет могла найти себе другого, а я не собирался упускать такую выгодную партию.

С каждым словом желание придушить эту погать или заморозить насмерть становилось всё сильнее. И, видит Зима, я имела на это право! Ведь он – порченая душа. Грязная, прогнившая насквозь. Практически, нечисть.

Но… нет!

Быстрая смерть – слишком легкая расправа. Вначале он должен испытать боль, равноценную той, что причинил семье Авелини.

– Чтобы быстро избавиться от этой обузы, я обвинил Марион в неверности и подкупил свидетелей, подтвердивших наличие у неё любовника. Затем нанял лекаря, который за приличную сумму засвидетельствовал, что моя аура и аура сына слишком сильно различаются, а значит он не от меня, – продолжил Реймонд. – Получив развод, я выгнал на улицу её и Риана, выдав десять золотых монет на первое время.

– Надо же… какая щедрость, – скривилась. – Ты знал, что Риан маг?

Глаза мужчины расширились от удивления и алчности.

Понятно… Хорошо, что не знал. Иначе нашел бы способ заработать и на ребёнке.

– Продолжай, – приказала.

– Став свободным, я сразу женился на Джаннет и использовал её связи, чтобы войти в высший свет. Но старушка отыграла свою роль и ей пора уйти на покой.

– Нашёл ещё богаче? ядовито уточнила.

– Разумеется. Ведь я по-прежнему хорош собой. Зато Джанет стала слишком жадной и ревнивой, а мне срочно нужны пятьсот тысяч золотом.

– Зачем тебе столько? – опешила.

За такие деньги можно купить трехэтажный особняк в Королевском квартале!

– В прошлом месяце я знатно проигрался в “Изумрудном драконе”. Если не верну долг, меня убьют.

Скорее бы… Мир вздохнет с облегчением.

– Свои деньги я давно потратил, а Джаннет стала давать слишком мало, – продолжил Реймонд, – поэтому я подстроил ограбление нашего дома. Украл бриллиантовое колье и три рубиновых гарнитура жены. Хотел отдать их в качестве залога, но эта дура подняла такой шум, что сбыть их сейчас нереально.

– Значит украшения всё ещё у тебя? – задумчиво протянула.

План мести и наказания созрел мгновенно.

– Ну конечно. Я спрятал их в тайнике в своём кабинете.

Вот же тварь бесстрашная…

– Думаю, мы услышали достаточно. Одолжишь мне немного управляющей магии? – обернулась к Джайне.

– Что ты задумала? – в её глазах вспыхнули озорные искорки.

– Скоро узнаешь. А пока, прикажи ему одеться и написать на бумаге всё, что он только что нам рассказал. И пусть добавит побольше раскаяния в содеянном!

– Ты меня пугаешь, – хмыкнула Смерть.

Но просьбу выполнила. И даже не стала читать мои мысли, чтобы не портить сюрприз.

Едва Реймонд собрался, я приказала ему положить письмо и украшения в карманы пальто. Затем попросила Джайну отправить героя-любовника на центральную площадь к штабу городской стражи.

Мы полетели следом.

Добрались быстро, и как только мужчина подошел к лестнице, я заморозила ступеньки.

– Развей управляющее плетение, – попросила. – Он должен сполна ощутить все грани шока и отчаяния.

Джайна тихонько рассмеялась и щелкнула пальцами. Она уже поняла, что я задумала.

Миг! И Раймонд вздрогнул, недоуменно замотав головой.

Он ничего не помнил: ни нашего появления, ни допроса под гипнозом, ни написания чистосердечного признания во всех грехах.

– Именем Зимы, признаю тебя виновным в нарушении присяги наёмника, убийстве заказчицы и свидетелей, обмане, мошенничестве, воровстве и лжесвидетельствовании! – воскликнула. – Кайся, но Боги никогда не услышат твои мольбы!

В спину мужчины ударил штормовой порыв ветра, буквально сталкивая его с лестницы.

– А-а-а-а! – крик Реймонда оглушил.

Он кубарем слетел по скользким ступеням, упав прямо под ноги стражников. Они тут же бросились помогать, но когда тот попытался подняться, нашими стараниями из его карманов выпали украденные украшения и чистосердечное признание.

– Что… я не… – он в ужасе уставился на рассыпавшиеся по снегу драгоценности.

– Эй, капитан, это же те самые бриллианты графини! – воскликнул молодой страж. – Их сейчас вся столица ищет!

– Какой улов! – присвистнул капитан, оплетая Реймонда парализующим плетением.

Тот кулем осел на землю, а маг поднял украшения и письмо.

– Нет… нет! – в ужасе завопил Реймонд. – Я не…

– Заткнись, – страж прочитал первые строки и помрачнел. – В казематы его.

– Остановитесь! Умоляю, это какая-то ошибка… Я граф Диллоу! Свяжитесь с моей супругой!

– Заткнись, я сказал! – рявкнул командир, запечатав рот Реймонда магией. – И вызовите инквизицию, нужно просканировать память этого подонка. Если написанное здесь правда, его ждёт виселица!

– Кажется, о его судьбе можно не волноваться, – усмехнулась, наблюдая как стража волочет Реймонда по земле.

– Отлично ты с письмом придумала! – рассмеялась Джайна.

– Ну, если бы из кармана выпали только украшения, он наверняка сумел бы выкрутиться, – пожала плечами. – Упал бы на колени перед женой, целовал туфли и клялся, что его опоили, угрожали… Ты же знаешь, такое не тонет.

– Согласна. Зато инквизиция легко вскроет его память. А за умышленное убийство полагается смертная казнь, – кивнула Джайна.

– Надеюсь, Марион и Риану выплатят компенсацию, – вздохнула.

– Учитывая, что у мальчика проснулся Дар и теперь он под опекой Туманной стражи, об этом можно не переживать, – ответила Джайна. – Но… если хочешь, можем их навестить. Заодно проведаешь Тиля.

– Ты же сказала…

– Шарлин, я знаю тебя тысячу лет. Ты же всё равно не угомонишься, пока не увидишь всё своими глазами, – усмехнулась Смерть. – Долгую встречу не обещаю, слишком опасно, но на минутку можешь заглянуть. Я заблокирую твою магию и подстрахую.

– Я никогда не рассчитаюсь с тобой за помощь, – рассмеялась, порывисто обнимая её. – Во всём мире просто не найдётся столько шоколада и вишнёвого чая!

Слабостей у Джайны было немного, но на первом месте стояли сладости и… сериалы – странная штука из другого мира. Смерть обожала их, и когда в Паутину межмирья попадали новые души, старалась привести в наш мир на перерождение именно дев с Земли и подсмотреть в их памяти новые серии.

Добыть сериалы я, увы, не могла. Зато знала, кто в совершенстве владел не только мечом, но и кулинарной магией, и готовил самые вкусные шоколадные торты в этом мире.

– Презент не поможет тебе продлить время посещения, – фыркнула Джайна, – ровно минута! Но торт в следующий раз захвати, нужно ведь отпраздновать возвращение твоих воспоминаний?

– Достану самый вкусный! – пообещала и, обернувшись ветром, полетела к лазарету.

Смерть мгновенно догнала меня, а затем и перегнала, оставляя за собой след их алых листьев.

Вызов?! Ну держись!

Я рванула следом, искря снежинками и рассыпаясь над городом зачарованной метелью. Крылья тут же наполнились энергией детской радости и смеха. Малышня обожала снегопад, и её чистые эмоции дарили мне Силу.

– Жульничаешь? – усмехнулась Смерть, когда я пошла на обгон.

– Скорее, использую все возможности! – вновь ускорилась, стрелой вылетая из города.

Быстрее, ещё быстрее и ещё… Мы с Джайной неслись как сумасшедшие, поднимая в воздух вихрь снежинок и со свистом пролетая мимо случайных прохожих. А они то сильнее кутались в меха, то просто веселились и шептали: зима шалит.

Шалит, да! Чудесит и… живёт.

Впервые за последнюю тысячу лет чувства захватили с головой и даже страх, навеянный словами Мёртвой вьюги, отступил. Я знала, что она безгранично коварна и опасна, но теперь мне есть за кого сражаться.

Я вспомнила того, кто в прошлой жизни стал моей силой.

– Ты слишком много думаешь, – Джайна неожиданно щёлкнула меня по призрачному носу, и стремительно спикировала на заснеженную крышу, сметая сугробы на головы дежурным стражам. – Я победила!

– Ладно, признаю поражение! Но после требую реванш! – фыркнула, приземляясь рядом.

Я пришла второй, но полёт и месть Реймонду взбодрили и помогли совладать с эмоциями.

Сердце больше не ныло, грозя разлететься на осколки, а вместо болезненных воспоминаний пришли счастливые. И каждое оказалось дороже золота и чистейших бриллиантов.

Я могла пересматривать их вечно…

– Ты наконец улыбаешься, – Джайна облегчённо выдохнула.

Она не подавала виду, но я знала, как сильно она беспокоилась обо мне.

– В прошлой жизни было много боли и тьмы, но света всё же оказалось больше. Я рада, что вспомнила Тиля, себя и семью… – осеклась, коснувшись опустевшего кулона.

Память тут же подкинула последнюю клятву.

Я обещала расправиться с Марком Ингаско и отомстить, но проиграла, а теперь это невозможно. Брат давно мёртв, и я несу бремя неисполненного предназначения.

– Не совсем, – Джайна прочла мои мысли, – Марк стал личем на службе Мёртвой королевы, так что у тебя есть все шансы исполнить обещание. А что касается проигрыша, я бы не раскидывалась подобными заявлениями.

– Но ведь это правда! – воскликнула. – Я…

– Ты стала Живой Вьюгой, но не проиграла, – перебила Джайна. – Твоя жертва спасла тысячи людей от Дикой Охоты и навсегда отрезала Марка и его потомков от Сердца Льда. Да, он остался королём и продолжил служить нечисти, но так и не смог вызволить Мёртвую королеву и её брата. Нечисть оказалась в большем проигрыше, Шарлин. И даже их ставка на Вечные Печати не сыграла.

– Вечные Печати? – удивилась.

– В прошлом Марк не просто продался нечисти, он подставил весь свой род, – пояснила Джайна. – Клятва верности Мёртвой королеве передалась и его потомкам. Они рождались рабами, не способными сопротивляться воле немёртвых повелителей. Но благодаря тому, что ты перехватила управление над королевским источником Силы, ни один из наследников Ингаско не сумел подчинить его. Без магической подпитки Печати начали слабеть и нынешнее дитя проклятой крови уже способно сопротивляться приказам Мёртвой королевы. Но… это лучше обсудить в другой раз. Мы ведь пришли проведать детей и Тиля, верно?

ГЛАВА 4: Владыка Вечной ночи

Резкая смена темы удивила, но спорить не стала. Информации и так слишком много. Лучше обдумать всё позже, а может – подкараулить принца Роберто и лично проверить Печати…

– Не вздумай! – пригрозила Джайна. – Это не наш бой. Он должен сам решить, чью сторону хочет принять. До тех пор, пока принц колеблется, ни мне, ни тебе нельзя приближаться к нему. Стихия может посчитать это нарушением Права о невмешательстве.

Я понуро вздохнула.

Древняя магия дарила нам уникальную Силу, но и накладывала море ограничений. Главным из них было Право невмешательства – закон, запрещающий напрямую влиять на судьбы смертных, находящихся на перепутье.

Я могла помочь Риану, ведь он уже принял решение и рискнул собой ради спасения матери. Либо покарать Реймонда – он давно сделал свой выбор и осознанно ступил на тропу зла.

Но если юный принц ещё сомневается, мне нельзя приближаться к нему. Тем более, подсказывать, ведь это может повлиять на его выбор.

– Дурацкое правило! – воскликнула, пнув сугроб. – Ну почему Марк смог лишить своих потомков права выбирать, а мы…

– Марк был человеком, когда совершил преступление и пошёл против Рода, – напомнила Джайна.

В отличие от меня, она в совершенстве чувствовала магию Равновесия и понимала его законы, а ещё знала, как хитро и аккуратно обойти их, если очень нужно.

Правда, это работало не всегда, обмануть стихию еще никому не удавалось. Но Джайна умело балансировала в шаге от нарушения, и я не сомневалась, что даже в случае с принцем она найдёт способ подтолкнуть его к верному решению.

– Нет, – отрезала Смерть. – Я не стану вмешиваться сейчас. Но если он найдёт в себе силы отречься от магии и возможностей, которые дарует союз с Мёртвой вьюгой, то сделаю всё, чтобы помочь.

– Я буду верить в него и молиться Зиме, – прошептала, с горечью вспоминая, с чего всё началось.

Тысячу лет назад мой сумасшедший брат заключил тайный союз с нечистью и с помощью Мёртвой королевы взошёл на ледяной престол. За это он должен был освободить её и других тварей, разрушив Печати над Проклятым лесом. Но я и мои соратники сумели предотвратить катастрофу, хотя и заплатили за это чудовищную цену.

Увы, тогда мы сорвали лишь один план из множества.

Всё это время нечисть не оставляла попыток выбраться на волю, а потомки Ингаско делали всё, чтобы ослабить Печати. Спасало лишь то, что они не могли действовать открыто.

Правители других империй объявили бы королевству Серебряного льда войну, едва получив доказательства, что династия Ингаско служит нечисти. Но если принц Роберто начнёт сопротивляться Зову Мёртвой королевы, это может переломить ход тысячелетнего противостояния в нашу пользу!

– Хольда, у нас мало времени, – поторопила Джайна, – если передумала навещать Тиля…

– Нет! – я сорвалась с парапета и сквозняком влетела в открытое окно. – Но сначала навестим детей!

Нужную палату нашла с помощью магии и, увидев смеющуюся малышню, сама не сдержала улыбки.

Раненому мальчику уже оказали помощь. Остальные окружили его словно растрепанные воробушки и во всю обсуждали случившееся. Они даже кровати сдвинули, чтобы собраться вместе, а в середине поставили подносы с едой. Сердобольные стражи решили как следует откормить детвору.

Не удержавшись, я подлетела к одному из них и провела ладонью над головой.

Приютские, как я и думала… И простыни для «плащей» украли из прачечной, но собирались честно вернуть деньги после продажи снежного гриба.

– Вот бы навсегда здесь остаться! – мечтательно вздохнул чернявый мальчишка с красивыми янтарными глазами, обрамлёнными по-девичьи длинными и пушистыми ресницами. – Тепло, кормят вкусно и не бьют…

Сердце болезненно сжалось, и я бросила умоляющий взгляд на Джайну. Та поняла меня без слов. Похоже, нам придётся наведаться и к настоятелю приюта.

– Думаешь, у нас есть шанс остаться? – продолжил мальчик. – Я согласен на любую грязную работу! Могу полы мыть, стирать…

– А я воевать мечтаю! – воскликнул рыжий курносый парнишка. – Может и у меня магия проснётся, как у Риана, а?

Все взгляды устремились на сосредоточенного и бледного Авелини. Он был слаб из-за отката после первой инициации, но кроме этого, я чувствовала его тревогу. Ребенок переживал о матери больше, чем о себе.

– И всё же, где он взял арбалет и у кого научился стрелять? – прошептала.

Подлетев ближе, я считала его память.

Оказалось, что после того, как бедняжку Марион и её сына выгнали из дома, их приютил старый конюх, работавший раньше на Габриэллу Авелини. Благодаря ему они выжили, а не погибли на улице от голода и холода.

Старик Элвин был хорошим охотником и, когда Риан подрос, научил его всему, что умел. Мальчишка часто помогал ему ставить силки на кроликов и ходил с ним в лес за ягодами и грибами. Если улов оказывался хорошим, они продавали часть на базаре, вместе с вышивкой Марион.

Жили дружно, но бедно. Риан недоедал, поэтому не мог накопить Силу для инициации. Его Дар медленно угасал, и при обычных обстоятельствах никогда бы не проснулся.

Но случилось то, что случилось.

Когда дедушка Элвин пошёл к знахарю, пытаясь обменять шкуру волка на лекарства, отчаявшийся мальчишка украл арбалет и, заручившись помощью друзей, отправился на поиски снежного гриба. И оказался на краю гибели.

В критической ситуации магия проснулась и оказалась очень мощной. Если обучить его, из Риана получится прекрасный Туманный страж.

– Им заинтересовался командир штаба, – ко мне подлетела Джайна, – Эрвейг хороший человек, о детях можешь не беспокоиться. Уверена, остальных он тоже не бросит.

– Надеюсь, – вздохнула.

– И нам пора, – продолжила Смерть. – Твой дракон вот-вот придёт в себя…

– Уже лечу!

Тиля обнаружила через три палаты от детворы, и едва Джайна поставила купол, защищающий его от моей магии, я впорхнула внутрь.

От одного взгляда на бледного и перемотанного бинтами дракона, перехватило дыхание, а татуировка пары на моём запястье вновь зачесалась. Я чувствовала, что сейчас его жизни ничего не угрожает. Целители хорошо поработали, но из головы не шли слова Мёртвой вьюги…

– Принеси мне свою кровь и кулон Софии. Тогда я, так и быть, верну сердце твоему дракону!

Что она имела в виду?

Из коридора послышались шаги. Кто-то приближался к плате. Судя по ауре – ещё один дракон, а может и Титан. Я слышала невероятно мощную магию, но времени выяснять, кто он не было.

Мне дали всего минуту и, подлетев ближе, я обернулась в привычную форму. А затем бережно скользнула пальцами по лицу Тиля, убирая прилипшие ко лбу волосы и спускаясь ниже.

Висок, скула, губы…Такие любимые и желанные…

Не удержавшись, я наклонилась к дракону и поцеловала его. И в этот же миг он судорожно вздохнул и… распахнул глаза.

Незадолго до этого, Тиль Тангарра

Дракон сходил с ума. Яростно бился в ледовых цепях, пытаясь разрушить мои печати и вновь перехватить контроль над телом.

Он отчаянно рвался к кому-то, и перед глазами то и дело вспыхивал смутный образ девушки с белыми как снег волосами и улыбкой, разбивающей сердце на осколки.

Я видел её впервые, но казалось, что знал целую вечность…

Та, ради которой хотелось жить и за которую не страшно умереть.

Фантом, иллюзия, мечта…

Я пытался догнать её. Поймать чарующий образ, но призрак красавицы ускользал словно песок сквозь пальцы. Сколько ни пытался, так и не сумел рассмотреть и вспомнить, но дракон стремился к ней с такой силой, будто от этого зависела его жизнь.

Я с трудом удерживал его, балансируя на грани оборота.

Как тогда… Впервые я перекинулся в Титана в четырнадцать лет и потерял связь с человеческой ипостасью.

Моё тело оказалось не готово к подобному. Из-за болезни отца я получил Силу Стихии на четыре года раньше срока, и магия оказалась слишком мощной. Она не поддавалась контролю. Лишь вмешательство других Титанов помогло мне вновь обернуться в человека.

С тех пор я запечатал Силу дракона, а его самого погрузил в магический сон.

Пять лет он мирно спал, а я постепенно привыкал к его энергии, пытаясь восстановить связь со второй ипостасью, повреждённую преждевременным оборотом. Но сегодня Титан снова проснулся…

Та девушка пробудила его своей магией. И я очень хотел узнать: кто она и как сумела провернуть подобное?

– Рр-ра-а-а-ргх! – дракон вновь зарычал и ударил по щитам.

Он снова чувствовал её. Незнакомка была рядом, дурманя голову ароматом вереска и меда, едва уловимым и сладким как грех. Я готов поклясться, что уже слышал его, но никак не мог вспомнить.

Кто же ты? Призрак из снов или образ из забытого прошлого?

Аромат вереска неожиданно усилился, и дракон притих. А через миг моих губ коснулся морозный ветер. Колючий и свежий, леденящий… или, наоборот, обжигающий?

Ощущения внезапно усилились. Я чувствовал холод, но память подкидывала другие воспоминания. Жаркие, будоражащие. Сводящие с ума и утягивающие в сладкую пучину…

– Тиль…

Меня кто-то звал.

Та девушка с белыми волосами…

Это она звала меня и целовала?

Хороший повод проснуться!

– Кто же ты? Я должен вспомнить! – мысленно прошептал, цепляясь за ускользающие ощущения и распахнул глаза, растворившись в льдистом мареве чужого взгляда.

Совершенное лицо, белые волосы и припорошенные инеем ресницы, обрамляющие невозможно красивые глаза. Пронзительно-синие и ясные как безоблачное небо.

Хольда…

Страж Зимы и её истинное воплощение.

Вот уж кого точно не ожидал увидеть!

– Холь…

Договорить не успел. Снежная красавица вспыхнула и залилась призрачным румянцем, а затем рассыпалась серебристыми искрами. Если бы не упавшие на меня снежинки, решил бы, что всё это мне привиделось.

– Кхм… – растерянно кашлянул, проведя ладонью по волосам и с удивлением рассматривая снег на ладони.

Он пах вереском и мёдом, а ещё фонил стихийной магией.

– Хольда, – позвал, невольно поморщившись от собственного голоса.

Он звучал грубо и сипло.

Рана на шее давала о себе знать, но теперь ясно вспомнил, что Снежная королева была со мной и до лазарета! Она помогала в бою со стрыгами и… лечила меня?

– Кажется, я твой должник, – прошептал.

Но ответа не последовало. Да и её магии я больше не слышал.

Зато чувствовал другую. Невероятно мощную и прекрасно мне знакомую.

– Аид! – обрадовался, когда двери в палату распахнулись и внутрь вошёл владыка Вечной ночи. – Ты очень вовремя. Не одолжишь мне немного магии? Нужно призвать одну прекрасную леди, и кое-что прояснить.

– Учитывая твоё плачевное состояние, лучше начать с целителя, – хмыкнул тёмный. – Это, конечно, не так приятно, но…

– Ты неправильно понял. Она была здесь только что. И я намерен вернуть её.

Аид нахмурился. Кажется, он решил, что я брежу. А доказать обратное я не мог, все улики уже растаяли.

– Тиль, мы в лазарете Туманного штаба. Тебя мог навестить только кто-то из стражи…

– Нет, речь о Хольде, – перебил его и тут же согнулся пополам от чудовищной боли в груди.

Услышав вожделенное имя, мой дракон вновь яростно зарычал и ударил магией, пытаясь перехватить контроль над телом.

– Проклятье… Какого вурдалака ты не сказал, что Титан проснулся?! – тёмный мгновенно оказался рядом, призывая Дар и оплетая меня своей магией.

Его дракон был намного сильнее и опытнее. Но мой за время спячки накопил немало Силы и сопротивлялся отчаянно и зло. Слишком отчаянно… Словно считал меня угрозой, а не хозяином.

– Что-то здесь не так… – прохрипел, едва мне удалось временно перехватить контроль над телом, и спешно призвал ледовые ципи. – Не усмиряй его! Просто выруби!

Аид засомневался. Драконы очень злопамятны, так просто мне это не сойдёт с рук. Но выбора нет. Если в прошлый раз мой Титан сам пошёл на сделку, чтобы спасти меня, то сейчас был готов перекусить пополам.

Боль оглушала. Зверь ломал меня, с каждым ударом всё сильнее разрушая нашу связь и удерживающие его цепи дрожали, угрожая вот-вот разлететься на осколки.

– Аид!

Тёмный наконец решился. Ударил магией по моему дракону, парализуя его и давая мне время.

И как только я закончил плетение, ледяной рухнул без чувств, провалившись в магический сон. Вопрос лишь в том, надолго ли?

– Проклятье… – я без сил откинулся на подушку.

Она была мокрой и липкой. Рана снова кровила.

– Я приведу целителя…

– Нет, нельзя! – отрезал.

Тёмный вздохнул, но спорить не стал.

В королевстве Серебряного льда дефектных магов убивали или ссылали в дома Скорби, а после продавали как рабов. Если о проблемах с драконом станет известно, меня не спасёт ни титул, ни военные заслуги, ни заступничество других Титанов.

– Тогда я сам тебя вылечу. Терпи, – скомандовал Аид, вновь призывая магию и обрушивая на меня всю мощь своей Искры.

Я сцепил зубы, чтобы не заорать… Хотелось умереть.

Даже укусы стрыг и боль, причинённая мне драконом, не шли ни в какое сравнение с беспощадным лечением Аида. К счастью, всё закончилось быстро.

– Не зря говорили, что страшнее смертельной раны может быть только тёмный, который решил тебя подлечить, – прохрипел, едва пелена перед глазами рассеялась.

– Ещё одно слово, я тебе и бока подлатаю, – ядовито фыркнул друг.

– Не стоит беспокоиться, – криво усмехнулся.

– А я и не беспокоюсь. Я хочу знать правду, – парировал Аид. – Когда проснулся Титан, почему ты молчал и какое отношение ко всему этому имеет Хольда?

– Если бы я знал… – вздохнул и принялся рассказывать всё с самого начала.

О том, как Живая вьюга хотела спасти детей и указала мне на их следы. Как вступилась за них, а после помогла мне отбиться от стрыг и залечила раны.

Я рассказал всё, умолчав о поцелуе. Об этом я готов говорить только с Хольдой. А вот о странном поведении Титана пришлось упомянуть.

– Драконья ипостась не перерождается в привычном смысле этого слова и помнит все прошлые жизни своей человеческой формы, – задумчиво протянул Аид, едва я закончил рассказ. – Возможно, зверь знал её раньше.

Судя по пронзительному и полному смутной тоски поцелую, Хольда его тоже помнила.

Но отношения между Живой вьюгой и простым смертным невозможны. Любовь Снежной королевы может заморозить сердце её избранника. Исключением из правил была королева София. Она единственная сумела подчинить Стихию и стала не призраком Зимы, а её живым воплощением.

Но София умерла пять тысяч лет назад и за всё время больше не рождались маги такого уровня. А Хольда…

Похоже, я знал её ещё до того, как она стала воплощением Вьюги. Это объясняло притяжение между нами, но не странное поведение дракона.

Почему он пытался убить меня?

Ведь сама Хольда не желала мне зла! Наоборот, всячески пыталась помочь… Нет, сам я этот клубок точно не распутаю. Я обязан снова встретиться с ней и всё узнать!

ГЛАВА 5: Цветок Нижнего мира

Через две недели, Хольда

План был прост.

Я избегаю Тиля и сосредотачиваюсь на обязанностях Живой вьюги, а заодно подменяю Джайну при патрулировании Завесы. А она в это время собирает информацию о проклятии Мёртвой королевы.

Казалось бы, что может пойти не так?

Всё! Всё может пойти не так, если за дело берутся драконы.

Тиль не отступал. Не собирался мириться с отказом и вознамерился найти меня, чего бы это ни стоило.

Он шёл по моему следу с азартом охотничьего пса и пытался докопаться до правды. Вспомнить, обойти древние правила и вернуть утраченное тысячу лет назад.

С одной стороны, такое упрямство грело душу. Тиль ничуть не изменился, остался таким же, как и в прошлой жизни. Разве что стал ещё настойчивей.

И именно это было проблемой!

Я хотела ответить ему, но не могла. Правило Невмешательства связывало меня по рукам и ногам. А дракон продолжал наступление, и с каждым отказом его манёвры становились всё изощрённее.

Мы с Джайной с трудом держали оборону!

Вначале Тиль пытался призвать меня при помощи Аида. Затем сам провёл два ритуала, намереваясь телепортировать меня к себе, используя для этого Силу, которую я влила в его дракона.

Я чудом отбилась и отправила ему порталом парочку сугробов. Но Тиль воспринял это как вызов и сменил тактику.

Теперь он вёл осаду по правилам и после выписки из лазарета каждый день приносил в мой храм подарки и цветы. А я пряталась за ледовой колонной, украдкой наблюдая за ним и пытаясь понять, насколько быстро прогрессирует проклятие.

Пока удалось выяснить лишь одно – плетение Мёртвой королевы влияло на Титана, сводя его с ума и разрушая связь между драконом и человеческой ипостасью.

Теперь зверь считал Тиля угрозой и соперником, пытающимся отобрать его истинную.

До тех пор, пока Джайна не выяснит, как заблокировать эту пакость, наши встречи под строжайшим запретом. В противном случае, дракон может вырваться из ледовых оков и причинить вред Тилю. А при худшем раскладе и убить его, исполнив замысел Мёртвой королевы.

Тварь изначально не собиралась договариваться. Её цель – кровь и душа Тиля. И если первую добыть удалось, то заполучить душу Титана нечисть могла только в том случае, если он умрёт от её проклятия.

Поэтому королева и провоцировала меня. Надеялась, что я ринусь защищать дракона и ни на шаг не отойду от него. А после – умру вслед за ним, ведь за это время узы нашей истинности окрепнут и меня тоже зацепит проклятием.

Если бы не Джайна, у нечисти всё могло бы получиться, и даже больше.

Купол над Проклятым лесом удерживали три Великие руны, а наша с Тилем смерть – шанс одним ударом уничтожить сразу две Печати. Ведь я – потомок Софии, а он – наследник Ольгреда Стальнокрытого и Луноликой – великих героев древности, помогавших моей легендарной прабабушке запечатать нечисть.

Если две Печати падут, немёртвым не составит труда разрушить и последнюю…

Метка пары неожиданно зачесалась и Зов усилился.

Тиль снова пришёл в храм…

– Во имя Зимы! И что мне с тобой делать?! – воскликнула обречённо.

Очень хотелось ответить. Я держалась из последних сил, пытаясь сосредоточиться на проверке купола над Проклятым лесом.

Прорывов в эти недели стало меньше. Похоже, Мёртвая вьюга потратила много Силы на проклятие, но лучше не терять бдительность. Это может оказаться ловушкой!

– Хольда! – в мыслях неожиданно прозвучал голос Джайны. – Есть новости! Встречаемся через два часа в моём храме!

Сердце пропустило удар. За две недели это была первая зацепка, но не успела я открыть рот, как Смерть оборвала связь, не дожидаясь вопросов и благодарности. Мне ничего не оставалось, как вернуться к патрулированию.

Работа помогала отвлечься от постоянных мыслей о Тиле. Я держалась лишь благодаря этому. А ещё часто навещала спасённых детей и в один из дней «случайно» уронила настоятеля приюта с лестницы и сломала ему обе ноги, которыми он так любил пинать несчастную малышню.

На место пострадавшего прислали временную замену – дотошную и кристально честную леди.

Она пришла в ужас от состояния приюта и условий содержания детей. И быстро разобралась в финансовых махинациях и чудовищных хищениях, подав жалобу на своего предшественника. Теперь его, как и Реймонда, ждал суд.

После огласки дела, Туманные стражи официально взяли приют под опеку и заключили контракт с Рианом. Мальчишка с радостью согласился обучаться, а штаб полностью оплатил лечение его матери и решил вопрос с жильём. Они с Марион и стариком Элвином готовились переехать в небольшой, но уютный дом неподалёку от Академии стражей.

Если не считать проблем с проклятием, всё шло хорошо. Но и этого хватало с головой, чтобы отравить мою жизнь.

Скорей бы встретиться с Джайной и всё разузнать!

Меня снедала тревога и любопытство. Едва закончив с работой, я стрелой рванула в Нижний мир.

До встречи оставалось всего ничего. Мы с Джайной прибыли почти одновременно и я сразу же закидала её вопросами.

– Что удалось узнать? Есть шанс разрушить проклятие? – выпалила на одном дыхании.

Только ответить Смерть не успела.

Её сигнальные сети зазвенели, сообщая, что в Нижний мир вторглись чужаки.

– Бездна! Кого там нелёгкая принесла? – возмутилась Джайна, призывая обзорный кристалл.

Вскоре я увидела Аида. Он магией отбивался от призраков. Вместе с ним явился Тиль. С цветами и… мечом наперевес.

Их окружили неупокоенные. Врагов было очень много. Но мой дракон уже оправился от ран, а Аид и вовсе сильнейший некромант четырёх империй. Твари не задержат их надолго и вскоре эти отчаянные безумцы продолжат пробиваться к святилищу Смерти.

Ведь именно к нему вела тонкая мерцающая нить, тянущаяся от руки Тиля.

Он использовал нашу связь как путеводную звезду…

– Катастрофа… – протянула Смерть.

Только восхищения в её голосе было больше, чем осуждения.

– Ну, почему из всех Титанов он сдружился именно с этим психом?! – обречённо воскликнула я.

Аид… Владыка царства Вечной ночи и чудовище Чёрного пламени, о силе которого ходили легенды. Но я знала его не только как великого воина.

Когда-то он ухаживал за Джайной.

Упрямая подруга сумела устоять и отбиться, но серенаду Владыки и его пылкие признания до сих пор помнил весь Нижний мир. Как и то, сколько неупокоенных он положил, пробиваясь к возлюбленной.

Впрочем, даже он не забирался так далеко. Тем более с цветами.

– Букет примялся, – задумчиво произнесла Джайна, увеличивая картинку. – Аид что-то знал, когда брал с собой гитару.

Вспомнив, как этой же гитарой он отбивался от местных тварей, а после разбил её о голову лича, я тихонько вздохнула.

– И что нам делать? – перевела взгляд на подругу.

– Можно попробовать выкинуть их обратно в Верхний мир. Так мы выгадаем немного времени, – предложила Джайна. – но они же всё равно вернутся, а могут ещё и подкрепление в лице Дамиана притащить.

Точно. Ещё один Титан. Он казался самым спокойным и рассудительным. Но на самом деле стоил этих двоих.

– Я могу запереться в твоём святилище, – робко предложила. – Сюда они точно не пробьются…

– Но могут разбить лагерь у входа, – подытожила Смерть. – Нет, это не вариант.

Да…

На души этих двоих слишком много охотников. Сейчас неупокоенных собралось не так уж много. Но скоро на их магию слетится половина Нижнего мира…

– Ненормальные! – сокрушённо воскликнула, вновь покосившись на кристалл.

Тиль и Аид уже отбились и продолжили свой путь.

– Я не понимаю… Хотя нет, понимаю, – покачала головой. – Он не помнит меня, но знает, что я спасла его. Мы связаны и при этом я как-то замешана в странностях, которые происходят с его драконом. На его месте я бы тоже искала встречи.

– Значит, придётся её организовать, – вздохнула Джайна.

– Но как? – опешила. – Ты же сказала…

– Есть идея, – перебила Смерть. – В Нижнем мире существует несколько амагичных зон, рядом с ними проклятие временно ослабнет, как и твоя магия. Вы сможете поговорить. Но нужно решить, что именно ты скажешь. Нельзя, чтобы он вспомнил тебя раньше срока!

В это же время, Тиль

– Мне казалось, ты умеешь обращаться с женщинами, – фыркнул Аид, развеивая по ветру очередного неупокоенного.

– Ты о чём?

– Не представляю, что ты сказал Хольде, раз она сбежала от тебя к чудовищам в Нижний мир.

– Она не сбежала! – зарычал, одним ударом разрубая бросившегося на меня духа и приподнимая букет повыше, чтобы следующая тварь не задела его своей когтистой лапой.

Впрочем, это не особо помогло.

Букет изрядно потрепало и дарить его прекрасной даме можно лишь вставив вместо вазы в пасть поверженному монстру.

Хм… Неплохая идея!

Я покосился на ближайших тварей. Увы, никто из них не выглядел достаточно солидно, чтобы претендовать на роль охотничьего трофея.

Ладно, на крайний случай, цветы можно просто бросить под ноги. Благо, это не единственный подарок.

– И сколько раз тебя отвергали? – ядовито поинтересовался Аид, возвращая мне мои собственные колкости.

Когда мне было пятнадцать, он активно и безуспешно ухаживал за Джайной. Я не упускал возможности пошутить, но и подумать не мог, что спустя четыре года окажусь на его месте!

– Ты долго ждал реванша, да? – прошипел, расправившись с очередным призраком.

– Как можно, я просто беспокоюсь о лучшем друге, – фыркнул тёмный. – Если бы я знал, что у тебя такие проблемы с женщинами…

– У меня нет никаких проблем! – вспылил. – Просто… у нас с Хольдой особые обстоятельства.

– Настолько особые, что ты заставил меня, владыку Бездны, открыть для тебя Тропу и ввалился в мир мёртвых с мечом и цветами? – уточнил Аид, бросив взгляд на мой окровавленный клинок и изрядно пострадавшие в бою ледяные розы.

Он предупреждал. Но я намеревался поразить Хольду и ничего не хотел слышать. А о том, что отбиваться от призраков Нижнего мира букетом будет неудобно, даже не подумал…

– Говорил же, нужно брать гитару, – вздохнул Аид, – Но ты никогда не слушаешь старших и опытных…

– Ты старше всего на десять лет, – парировал. – И опытом я бы не щеголял. Помнится, некоторых гитара не спасла, и от тебя любимая также удрала в Нижний мир…

– Джайна не сбегала, – огрызнулся Аид. – Она изначально местная. Я просто наведывался в гости…

– Тебя ни разу не пустили на порог, – напомнил, бережно поправляя букет. – К слову, может снова споёшь? В прошлый раз твоя серенада имела оглушительный успех и распугала всех монстров…

– Их распугала магия, – на лице тёмного заходили желваки. – И вообще, нам лучше поторопиться. Скоро здесь будут новые призраки.

Дальше шли молча.

На самом деле ситуация была совсем невесёлой. Моё состояние ухудшалось, дракон сходил с ума, а найти проблему не получалось.

Я чувствовал, что разгадка кроется в моей связи с Хольдой и хотел поговорить, а заодно и поблагодарить за спасение. Но Снежная королева упорно избегала встреч, хотя я постоянно чувствовал её незримое присутствие.

Она следила за мной, видела, что я прихожу в храм каждый день. Но ни разу не ответила.

Обидеть красавицу я ничем не мог. Разве что она смутилась из-за того поцелуя в лазарете…. Хотя, вряд ли. Наверняка у неё есть другие причины. И я очень хотел их узнать.

Аид неожиданно остановился и жестом подал знак. Но едва я перехватил меч поудобнее и приготовился сражаться, перед нами открылся портал и из него вышла Джайна собственной персоной.

– Какая радушная встреча, – Смерть окинула моё оружие смешливым взглядом. – Но от меня меч не спасёт. Я как раз пришла за вами.

– Моя душа и сердце навеки ваши, прекраснейшая, – Аид галантно поклонился.

– Льстец, – лениво отмахнулась Джайна. – Но готовность следовать за мной безусловно радуют. Я ведь не шутила.

– Вы проведёте нас к Хольде? – спросил прямо.

Смерть была сильнейшим телепатом этого мира. Живые не могли скрыть от неё свои мысли и намерения. Это же касалось и тех, кто покинул Верхний мир и собирался на Тропу Перерождения.

Исключение составляла нечисть. Эта погань находилась за гранью обоих миров. Ни живая и ни мёртвая, питающаяся чужой магией и жизненной энергией. Её мысли невозможно прочитать, только упокоить окончательно и после выудить из головы фрагменты воспоминаний. Да и то, на практике провернуть такое удавалось очень редко.

Но наши с Аидом мысли – для Смерти открытая книга. И если она появилась перед нами в такой момент, значит мои проблемы с драконом намного серьёзнее, чем я предполагал. И все дороги действительно ведут в прошлое. К Хольде.

– Верно, – ответила Джайна. – Вы связаны, но есть две проблемы. Первая, мы ограничены Правилом Невмешательства и не можем раскрыть вам большую часть информации. Второе, ты проклят и близость Хольды усугубляет твое состояние. Поэтому она избегала встреч.

– Проклятье? – нахмурился. – Я ведь Туманный страж, у меня абсолютный иммунитет к любым ядам и проклятиям!

– Мёртвая королева изобрела новый аркан, – пояснила Джайна. – Но разговор предстоит долгий, а я не люблю повторять, поэтому если согласны принять мои условия, перемещу вас к Хольде и мы обсудим всё вчетвером.

– О каких условиях речь? – уточнил.

– Магия Хольды невольно ускоряет развитие проклятия, поэтому я не оставлю вас наедине. Вы сможете увидеться только в моём присутствии и на самом нижнем ярусе храма Вечности, – ответила Смерть. – На время разговора я заблокирую как её Силу, так и вашу. Это поможет обойти проклятие. Но как только я скажу прекратить разговор и покинуть святилище, вы сделаете это незамедлительно.

Не совсем то, на что я рассчитывал. Но выбирать не приходилось.

Для начала нужно разобраться с проклятием. Если мы с Хольдой связаны, её тоже может задеть, а этого нельзя допустить.

Дракон утробно зарычал, соглашаясь с моими мыслями.

Иногда он приходил в себя и не пытался убить нас обоих. С каждым разом светлые промежутки становились всё короче, а приступы ярости наоборот, длиннее. Но сейчас я чувствовал связь с Титаном удивительно ясно.

Похоже, дело в специфическом фоне Нижнего мира. Он вытягивал из меня магию. Сейчас я мог полагаться только на меч и навыки берсерка. И если мне стало лучше, значит проклятие отравляет мою Силу.

Мёртвая вьюга знала, куда бить…

Но даже если я прав, для контрмер всё еще недостаточно информации. Вначале нужно послушать, что расскажут о проклятии Джайна и Хольда.

– Мы согласны на ваши условия, – ответил.

Смерть тут же открыла портал.

Аид вошёл в него первым. Я убрал меч и, с тоской расправив примявшиеся лепестки роз, последовал за ним.

Свидания с Хольдой не получилось. Жаль… Я надеялся, что разговор наедине поможет мне во всём разобраться.

В любовь с первого взгляда никогда не верил. Считал это глупостью, поэтому и посмеивался над Аидом. Ведь для дракона важен Зов пары, а на его руке так и не вспыхнули знаки истинности.

Только тёмному было плевать на знаки. Он почти три года осаждал Нижний мир, пытаясь добиться расположения Джайны. И даже сейчас я не знал наверняка, действительно ли друг отступил, или научился скрывать свои чувства и выжидал.

Аид никогда не делился личным. И сейчас я хорошо понимал его.

Хольда стала моим наваждением. Но если поначалу эти чувства напоминали пылкую влюблённость, то теперь сердце ныло от боли и пронзительной тоски.

Я задыхался без неё. Умирал, вспоминая её растерянность и смущение, и свои пылающие от ледяного поцелуя губы.

Я не мог думать ни о ком, кроме неё. И даже узнав о проклятии, в первую очередь вспомнил не о себе, а о ней. Боялся, что плетение Мёртвой вьюги может навредить Хольде.

Безумие… или всё же отголоски прошлого? Когда-то я слышал, что любовь с первого взгляда на самом деле ни что иное, как зов прошлых жизней.

Тогда это казалось смешным. Но сейчас я не сомневался, что это правда. Ведь мой дракон помнил её и считал нашей парой.

Хотел бы и я всё вспомнить…

Джайна неожиданно остановилась у древней арки. Обветшалой и покрытой вереницей трещин. Она выглядела так, словно вот-вот развалится. Но я знал, что это иллюзия. За неказистым фасадом скрывался портал в обитель Вечности.

– Мне нужно немного времени, чтобы изменить защитные плетения. Иначе вы не сможете пройти внутрь, – пояснила Смерть, – затем мы спустимся на самый нижний ярус. Там находится одна из трёх амагических зон Нижнего мира. Ваша магия перестанет работать, как только пройдёте сквозь арку.

Теперь в случае опасности мы не сможем ни колдовать, ни оборачиваться. Но я знал, что переживать не о чем. В обители безопасно. Никто не может попасть туда без разрешения Джайны.

Наоборот, это хорошая возможность проверить мои догадки.

Из-за врождённых проблем с Даром, я не мог накапливать Силу как обычные маги. Моя искра была дефектной и с каждым годом становилось труднее скрывать правду.

Лечение не помогало и казалось, что выхода нет. Так было до тех пор, пока Дамиан не придумал, как закольцевать энергию в моём теле.

Благодаря тренировкам берсерков я научился превращать магию в физическую силу, увеличивая с её помощью скорость и ловкость. Я стал лучшим мечником королевства, а после создал дополнительный источник, связанный с эмоциями.

Я трансформировал их в магию, используя для создания ударных плетений и щитов.

Если догадки верны и проклятие отравляет мою Силу, не удивительно, что дракон пытается уничтожить человеческое тело. Ведь оно насквозь пропитано «ядовитой» энергией.

– Ты многое понял сам, – задумчиво протянула Джайна. – Но и мне есть что рассказать, – добавила, открывая портал.

Мы переместились в храм, и когда развеялись алые всполохи, на меня нахлынула слабость. Амагический щит давал о себе знать, и чем ближе подходили, тем отвратительнее себя чувствовал. Зато связь с драконом становилась сильнее.

Титан больше не пытался убить меня и виновато рычал. Извиняясь и пытаясь всё объяснить.

Я хотел сказать, что не держу на него зла. Но едва вошли в просторный зал, я увидел Хольду и из головы вмиг вылетели все мысли.

Даже дракон притих. И его губительная одержимость сменилась трепетной нежностью.

Пронзительной, болезненной, она отзывалась в моём сердце всполохами неясных воспоминаний. Я не видел ни лиц, ни силуэтов, не помнил имен. Но чувства нахлынули мощным потоком.

Слишком яркие и многогранные, сотканные из тысячи оттенков и полутонов.

Чувства, которые не могут возникнуть в один миг.

Я больше не сомневался, что когда-то мы с Хольдой были истинными. А ещё начал догадываться, что произошло.

Стражницей Зимы может стать либо Дева холодной крови, либо чистая душа, погибшая в канун Ночи Снежных лилий. Выходит, тогда я был слаб и не сумел защитить свою пару…

– Ти-и-и-иль, – вкрадчиво, но одновременно и предупреждающе протянула Джайна, – сейчас тебе нельзя вспоминать прошлое. Ещё рано. Поэтому перестань издеваться над своей памятью и драконом.

– Я не… – осекся, увидев как побледнела Хольда.

В отличие от меня, она знала о запрете и возможных последствиях. И наверняка помнила всё, что произошло.

– Ты тоже вспомнишь, когда придёт время, – с нажимом повторила Смерть, – и ты не был слабым. Ни тогда, ни теперь, – добавила уже мысленно, чтобы слышал только я. – В прошлом ты спас душу Хольды. Благодаря тебе она не стала пленницей Мёртвого генерала и Проклятой королевы. Но, увы, большего сказать не могу. Поэтому не испытывай мою доброту и терпение. Отдай любимой цветы и помолчи. Мне нужно многое рассказать.

Спорить не стал, как и задавать вопросов, хотя смирение далось нелегко.

– Моя Снежная королева, надеюсь однажды я смогу вернуть дорогие сердцу воспоминания, – произнёс, всё же приблизившись к Хольде.

Она вздрогнула, но не отступила, и в пронзительно-синих глазах вспыхнула тоска.

Я хотел бросить цветы к её ногам, но Хольда неожиданно остановила меня, забирая потрёпанный букет и бережно прижимая к груди.

Её тонкие, изящные пальчики на миг коснулись моих и тело словно пронзило магической вспышкой. А перед глазами возникла странная картина… Погружённая в полумрак комната, оглушительный свист метели за окном, и мы с Хольдой.

Я сразу узнал её, хотя в видении волосы красавицы были каштановыми или рыжими? Точно сказать не мог, слишком уж темно было. Зато я увидел, как она повязывает на мою руку платок с обережной вышивкой.

Похоже, это наше прощание… И судя по тому, что на мне была форма Туманного Стража, я и тогда боролся с нечистью. И погиб достойно, защищая ту, которую любил больше жизни.

– Спасибо… – мысленно обратился к Джайне.

Я не сомневался, что именно она нарушила правила и всё же приоткрыла завесу прошлого.

Это катастрофически мало, но теперь я хотя бы знал, что не виновен в случившемся и имею право бороться за свою любовь.

ГЛАВА 6: Печати вечного мира

Хольда

Аромат ледовых роз пьянил и сводил с ума, дурманя своей запретной сладостью и заставляя мечтать о большем. Я невольно вспоминала прошлое и меня знобило от избытка чувств.

Хотелось шагнуть навстречу Тилю. Вновь поцеловать его и хоть на миг коснуться желанных губ… Скользнуть ладонью по его лицу, очертив кончиками пальцев точёные скулы и волевой подбородок.

Сейчас Тиль выглядел моложе, чем в нашу первую встречу в прошлой жизни. Джайна говорила, что ему девятнадцать. А тогда, кажется, было двадцать пять, и он успел отличиться в семи крупных военных кампаниях и стать самым молодым командиром Туманного штаба в истории королевства.

Герой, безумец…

Он ничуть не изменился. Я любовалась его шальной улыбкой, благородным, красивым лицом, и снова влюблялась. Хотя казалось, куда уж больше?

Нас связывала вечность и истинность, но от одного взгляда на подаренные им розы сердце начинало биться в сумасшедшем ритме и я вновь чувствовала себя не тысячелетним призраком и могущественной Стражницей Зимы, а юной принцессой.

Той, что в один миг лишилась всего, а после обрела целый мир в лице одного сумасшедшего дракона.

– Моя королева, я сделаю всё, чтобы уничтожить предателей, присягнувших Ингаско, и вернуть вам Ледяной престол. Даже если ради этого придётся изменить весь мир…

В мыслях эхом прозвучали его слова.

Эта клятва навеки связала наши судьбы. А после и я преподнесла ему подарок, ставший нашей Путеводной звездой…

На секунду закрыв глаза, я вспомнила вышивку, наполненную магией холодной крови и моей жизненной энергией. Серебряные стежки, стелющиеся по льдисто-голубому шёлку будто молитва или вязь истинной пары. Парящего в небе дракона и белоснежную метель, окутавшую его мерцающим коконом.

Так я изобразила себя.

Хотела уберечь любимого, стать его щитом и ветром, наполняющим крылья. Но Боги распорядились иначе, хотя вышивка и впрямь оказалась пророческой.

Теперь меня помнил только дракон, а к человеческой ипостаси я могла приблизиться лишь в обличье ветра или в присутствии Джайны.

– Кхм… – Смерть тактично кашлянула. – Мне жаль торопить вас, но времени мало, а обсудить нужно многое.

Тиль не стал спорить и отступил, хотя по прежнему не сводил с меня взгляда. Но теперь в нём плескалось отражение моей собственной печали и тоски. Словно он сумел что-то вспомнить.

Бездна… только не…

– Хольда, успокойся! – в мысли ворвался голос Джайны. – Я позволила ему увидеть ваше прощание в штабе стражи. Это не дало ему подсказок и не стало ключом к остальным воспоминаниям, зато успокоило душу.

– Значит… Закон не нарушен? – уточнила.

– Нет. Я бы никогда не показала того, что может лишить вас памяти, – с укоризной ответила Джайна. – Но я знаю Тиля: и прошлого, и нынешнего. Он бы не успокоился и продолжил попытки вернуть память во вред себе. А так мы выиграли время.

– Надеюсь…

– Предлагаю перейти к делу, – уже вслух добавила Джайна. – Информации много, поэтому прошу не перебивать. Все вопросы зададите после.

Мы молча кивнули.

– Новости очень плохие, – продолжила Смерть, – Мёртвая королева научилась использовать стрыг в качестве резервных оболочек.

– Но это невозможно! – опешил Тиль. – Руна Луны до сих пор нерушима, я чувствую её Силу!

Одним из самых опасных умений Мёртвой королевы и её брата была способность на время занимать чужие тела.

Пять тысяч лет назад Луноликая сумела запечатать эту магию и с тех пор её плетения слабели лишь раз. Увы, я слишком хорошо помнила этот случай, ведь именно он оказался роковым для нас с Тилем.

Тогда мой сумасшедший брат добровольно отдал своё тело Мёртвому генералу и стал временным вместилищем его души. Но Ингаско был смертным, заключившим контракт с немёртвым. Их связывала Вечная клятва, а для ритуала они использовали жертвенную кровь и мощь Сердца льда – королевского источника магии.

Неудивительно, что при таком раскладе генералу удалось обойти запрет и ненадолго вселиться в чужое тело. Но как только я отрезала его от источника Силы, тварь тут же вернулась обратно в ледовую ловушку.

Магии Ингаско не хватало, чтобы удержать мощного древнего духа в своём теле.

– Я могу представить обстоятельства, при которых Мёртвая королева способна вселиться в тело живого существа, – задумчиво произнёс Аид, – но использовать в качестве резервной оболочки низшую нечисть невозможно. Их тела не способны накопить достаточное количество Силы!

– Постой! Кажется, я понял о чём речь! – воскликнул Тиль. – Среди стрыг изредка встречаются мутанты с двойной искрой. Эти твари способны накапливать большое количество чужой энергии и временно притворяться живыми магами. Поэтому их ещё называют двудушницами или архистрыгами.

– Верно. Речь именно об этих тварях, – кивнула Джайна. – Это умение позволяет им покидать пределы Проклятого леса, а ещё заманивать в ловушку людей или более слабую нечисть.

– И если Мёртвая королева нашла способ вселяться в таких тварей, то теперь и она может выбираться за пределы купола?! – ужаснулась.

– К сожалению, да. И это вторая плохая новость, – вздохнула Джайна. – Но давайте обо всём по порядку, – продолжила, переведя взгляд на Тиля, – тварь, укусившая тебя, действительно была архистрыгой. Мёртвая королева вселилась в её тело и впрыснула в твою кровь яд, отравляющий магию и дурманящий разум дракона. А после дополнила его замысловатым проклятием, поражающим твою Искру и разрушающим связь между человеческой и звериной ипостасью. Если ничего не предпринять, то скоро на твоём теле появятся чернильные руны. Они будут отражать степень прогрессирования проклятия. И как только “щупальца” заклинания доберутся до твоего сердца – ты умрёшь.

От этих слов пробрала оторопь и вновь вспомнился жуткий смех и предупреждение немёртвой королевы.

Сердце дракона принадлежит мне… Вот, что она имела ввиду.

– Значит, я не ошибся, – помрачнел дракон. – И как с этим бороться?

– Может запечатать Искру до тех пор, пока не найдём другой вариант? – предложила.

Для любого одарённого – это сродни самоубийству! Но Джайна говорила, что у Тиля с рождения проблемы с Даром, поэтому в бою он не использует плетения, полагаясь только на ловкость и клинки.

Зато ко мне скоро вернётся Сила. Тёмное время Зимы подходит к концу, вот-вот наступит Час Серебряной вьюги и Равновесие Стихий покачнётся в мою пользу. Я смогу призвать остальных стражей и приставить к дракону магическую охрану.

Так что может сработать!

– Мысль здравая. Только боюсь, это невозможно из-за особенностей моей Искры, – Тиль помрачнел.

Говорить о дефекте при мне он не хотел. И дело было не в недоверии.

Закон в королевстве Серебряного льда беспощаден к слабым. Аристократам с детства вбивали в голову, что Сила – их главная ценность. Рождённые с проблемной Искрой или вообще без Дара, считались позором и проклятием Рода.

От дефектных наследников избавлялись, чтобы не навлечь беду на остальных членов семьи.

Эти зверские правила касались именно знати, ведь они являлись главными носителями и хранителями магии. Дар каждого Рода был особенным, поэтому и ценился столь высоко. А слабая магия считалась «болезнью» и признаком вырождения семьи.

И чем выше по статусу семья, тем страшнее наказание за попытку утаить такой позор и сохранить жизнь ребёнку.

Если о секрете Тиля станет известно, его отправят в Дом Скорби, а близких казнят за измену. Возможно, это затронет половину Туманного штаба. Власти могут обвинить стражей, что те намеренно прикрывали дефектного мага. Король и Совет давно точили зубы на штаб, ведь он и Титаны – последняя линия обороны в борьбе с немёртвыми.

Тиль привык скрывать правду от всего мира, доказал, что можно стать великим воином даже без сильного Дара. Но говорить об этом перед своей парой – для него слишком унизительно.

Ведь он клялся защищать меня, и пусть сейчас не помнит слов обещания, но его суть навсегда отпечаталась на сердце.

– Моя Искра изначально дефектная, – Тиль всё же решился, – с самого рождения я не мог копить Силу как обычные маги и, если не тратил ману сразу, она просто «вытекала», создавая вокруг меня нестабильный магический фон и привлекая паразитов из Нижнего мира. Родители пытались помочь. Отец, рискуя всем, нашёл способ отправить нас с матерью в Тёмную империю. Мною занимались лучшие целители и шаманы, но тщетно.

Законы о дефектных магах существовали только в двух государствах: королевстве Серебряного льда и Сумеречной империи. И на самом деле служили ширмой для грязных дел и кровавых ритуалов их правителей.

Нам очень повезло, что родители Тиля оказались нормальными и рискнули пойти против этого безумия.

– Маги Тёмной империи и царства Вечной ночи пять лет искали способ восстановить мою Искру, – продолжил Тиль, – а выход предложил Дамиан. Благодаря ему я стал изучать техники берсерков и научился перенаправлять энергию в собственное тело, многократно усиливая его. Я стал выносливее, быстрее и сильнее любого из ныне живущих драконов. Но моё тело изменилось и, если сейчас я полностью заблокирую Искру, меня парализует из-за отката.

– К тому же, вторая ипостась связана с дефектным источником и черпает оттуда жизненную Силу, – добавил Аид, – даже если погрузить дракона в спячку, он всё равно останется привязан к Искре хозяина. Блокировав её, мы обречём зверя на медленную и мучительную смерть.

– Нет, этого точно нельзя допустить! – запротестовала я.

Самый простой и логичный способ выгадать время, отпал сразу. И что делать дальше я не представляла…

– Сейчас мне лучше из-за магии Нижнего мира, – задумчиво протянул Тиль, и я тут же прислушалась к татуировке истинной связи.

Благодаря ей я хорошо чувствовала дракона и могла отслеживать скорость прогрессирования проклятия. Правда, боялась делать это слишком часто, чтобы случайно не навредить ему.

Но сейчас явственно чувствовала улучшение!

– Аура Мёртвого мира убрала из моего тела излишки магии, поэтому связь с драконом окрепла, и ядовитая энергия больше не дурманит его разум, – продолжил Тиль, – но я на грани. От полного «осушения» меня спасает лишь магия Джайны и Аида. Их щиты не позволяют Полуночнице завершить начатое.

– Но при последующих посещениях Нижнего мира, она будет выпивать тебя всё быстрее, – закончила за него. – Это тоже не вариант… – и с надеждой посмотрела на Джайну.

– Я искала способ снять проклятие, но получила лишь туманное предсказание, – тяжело вздохнула Смерть, – оно звучит так: лишь Сердце знает правду, лишь Пламя может провести сквозь Тьму, и лишь Живая Вьюга способна победить любое пророчество. Таков ответ Стихии. В нём кроется разгадка, способная помочь не только Тилю, но и окончательно уничтожить Мёртвую королеву с её безумным братом.

Последнее обнадёживало и одновременно пугало. Если спасение дракона связано с победой над нечистью, легко точно не будет. Нам предстоит долгое и опасное противостояние, где любая ошибка может стать последней.

Да и само пророчество не подразумевало короткого пути. Слишком расплывчатое и туманное. Я не поняла ни слова, и судя по напряжённым лицам Тиля и Аида, они тоже зашли в тупик.

– Предлагаю отталкиваться от очевидного, – владыка Ночи первым нарушил затянувшееся молчание, – под Сердцем может подразумеваться как название одного печально известного амулета, так и чувства, а может и вовсе настоящее живое сердце.

– Например – моё, – мрачно уточнил Тиль, и я вновь вспомнила слова Мёртвой вьюги.

Сердце дракона принадлежит мне…

– Именно, – кивнул Аид, – с пламенем тоже всё неоднозначно, зато Живая Вьюга может означать только Хольду или магию королевы Софии. Не исключаю, что это завуалированная отсылка к Печатям над Проклятым лесом, но всё же, склоняюсь к первому варианту.

– Или речь об этом, – я призвала кулон прабабушки, – это амулет с магий Софии. Хотя я уверена, что он хранит не просто частичку её Силы, но и часть души. Иначе никак не объяснить, что он способен самостоятельно восстанавливать запасы магии.

– Хм… не знал о существовании подобной вещи, – удивился Аид, – можно полюбопытствовать, откуда…

– Происхождение кулона относится к запрещённым темам, – отрезала Джайна, – но с вашими версиями насчёт Живой Вьюги я согласна. И, пожалуй, поддержу мысль с амулетом.

– Мнения разошлись, – усмехнулся Аид, – Тиль, что скажешь?

– Я умру, если плетение Мёртвой королевы доберётся до моего сердца, – задумчиво протянул дракон, – близость Хольды ускоряет развитие проклятия, при этом мы соединены нерушимой связью и… моё сердце действительно знает правду, хотя память стёрта. Но в тоже время, такая трактовка слишком очевидна, а Стихия любит сложные, многогранные загадки. Думаю, речь о Хольде и Сердце Бездны.

– Проклятый бриллиант Луноликой? – удивилась.

Алмаз, размером с небольшое голубиное яйцо, по форме напоминающий человеческое сердце. Он обладал уникальными магическими свойствами. Никто и поныне не знал всех его способностей, но достоверно известно, что камень – частичка души какого-то иномирного божества и может влиять на будущее.

Он давал хозяину шанс исполнить одно чистое желание. Любое, даже самое безумное. Но при условии, что маг готов поставить на кон свою жизнь.

– Да, речь о нём, – кивнул Тиль, – Ольгред подарил этот камень любимой после победы над нечистью, и Луна не расставалась с ним. Она так и не огранила его, чтобы алмаз не изменил своих свойств, и ни разу не использовала с целью повлиять на будущее. Наоборот, постоянно наполняла своей Силой и быстро сдружилась с духом, запертым в камне. А после, когда она и Стальнокрылый приняли Судьбу Богов-покровителей, оставила камень в одном из своих храмов и сделала его главным хранителем Печатей.

– С тех пор алмаз постоянно перемещался, оказываясь в месте, где был нужен больше всего, – добавил Аид, – он поддерживал стабильность купола над Проклятым лесом и стоял поперёк горла у Мёртвой вьюги. Поэтому две тысячи лет назад она переманила на свою сторону Итана Лойда и заставила выкрасть камень из храма.

Об этом я знала. Лойд был известным расхитителем гробниц и охотником за редкими артефактами.

Он сумел выкрасть алмаз, а после нашёл Марио Дьянни – мастера-ювелира. Приказал ему огранить камень в форме трилистника и нанести на один из фасетов руну Тьмы. Так он намеревался запечатать Силу реликвии и привязать её к Мёртвой вьюге.

Ювелир не знал сути древних рун и не разбирался в магии. Он не осознавал, какой камень попал к нему в руки, поэтому взял заказ. Но вскоре погиб при странных обстоятельствах, не сумев закончить работу. В это же время умер и сам Лойд.

Камень убил их, тем самым нарушив один из Законов Равновесия и изменив судьбу тех, кто не был связан с ним контрактом. За это Стихия лишила его части способностей. Зато бриллиант не стал рабом Мёртвой вьюги, хотя с тех пор и был связан с ней замысловатым проклятием…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.