Aleksey Nik
Тайна усадьбы Бычкова

Глава 1. Возвращение в усадьбу

Дождь хлестал по лобовому стеклу, превращая дорогу в размытое пятно. Старый «Урал» Андрея Вязова, упрямо рокоча шестицилиндровым мотором, уверенно пробирался через ливень. Полумрак летнего вечера сгущался, превращая подмосковные леса в таинственные силуэты, теряющиеся в водяной пелене. Стрелки на приборной панели тускло светились в темноте, показывая семь часов вечера. Дворники работали на пределе возможностей, но вода всё равно заливала стекло.

– Чёртова погода, – пробормотал Андрей, напряжённо всматриваясь в дорогу. – Как будто небо специально не хочет, чтобы мы туда доехали.

Мария Громова, сидевшая рядом на пассажирском сиденье, поёжилась и плотнее закуталась в лёгкий плащ. Её рыжие волосы, собранные в хвост, выбивались из-под капюшона. Она посмотрела на бывшего возлюбленного с беспокойством:

– Андрей, ты уверен, что хочешь брать это дело? – спросила она, стараясь перекричать шум дождя и двигателя. – Эта история с усадьбой звучит… мягко говоря, странно.

Андрей бросил на неё быстрый взгляд, прежде чем снова сосредоточиться на дороге:

– Да. Что-то тянет туда, как магнит, – он сжал руль крепче. – Три необъяснимых смерти за полгода в одном месте – это не совпадение. Тем более, усадьба была заброшена почти пятьдесят лет, а теперь, как только её начали реставрировать…

– Несчастные случаи случаются, – перебила его Мария. – Особенно в старых домах. Гнилые перекрытия, обрушения, короткие замыкания в проводке…

– Ты же сама не веришь в то, что говоришь, – усмехнулся Андрей, ловко объезжая глубокую лужу. – Иначе не попросилась бы со мной. Чую, здесь будет отличный материал для твоей статьи.

Мария отвернулась к окну, скрывая лёгкую улыбку. Восемь лет они знали друг друга, четыре из них были вместе, и ещё два провели врозь после расставания. Но профессиональное чутьё у обоих работало безотказно.

– Ты всё ещё читаешь меня как открытую книгу, – признала она. – Только не забывай: я еду как журналист, а не как твоя помощница.

– Как скажешь, – кивнул Андрей, вглядываясь в указатель на развилке. – Нам направо. Скоро приедем.

Узкая асфальтовая дорога сменилась грунтовкой, и машину начало потряхивать на ухабах. Высокие сосны с обеих сторон словно смыкались над ними, образуя тёмный коридор. Где-то в глубине леса мелькнул призрачный огонёк, но тут же исчез, будто его и не было.

Внезапно лес расступился, и перед ними раскинулось обширное поле, за которым на холме высилась усадьба Бычкова. Даже сквозь дождь и сумерки её силуэт выглядел внушительно: двухэтажное каменное здание с колоннами у центрального входа, двумя боковыми флигелями и почерневшей от времени черепичной крышей.

– Впечатляет, – прошептала Мария, доставая телефон, чтобы сделать фото. – Прямо декорации для фильма ужасов.

– Дом с историей, – пожал плечами Андрей, направляя машину по размокшей подъездной аллее к усадьбе. – Построен в 1878 году купцом Семёном Бычковым. Потом его сын расширил, а внук оформил в том виде, который мы видим сейчас. После революции здесь был детский дом, потом санаторий, потом склад, а в девяностые всё забросили.

– А ты подготовился, – заметила Мария с лёгким удивлением.

– Я всегда готовлюсь, – спокойно ответил Андрей, заглушив двигатель перед парадным крыльцом. – В отличие от тебя, я не импровизирую.

Мария открыла было рот для колкого ответа, но тут на крыльце усадьбы показалась стройная фигура, закутанная в тёмно-зелёный дождевик. Женщина держала над собой большой чёрный зонт, и её лицо было почти не разглядеть.

– Похоже, нас встречают, – сказал Андрей, высматривая в бардачке фонарик. – Готова промокнуть до нитки?

Выйдя из машины, они оба тут же ощутили всю мощь ливня. Вода заливала лицо, а грязь чавкала под ногами. Подхватив дорожные сумки, они поспешили к крыльцу, под защиту широкого навеса.

Женщина в дождевике отступила на шаг и откинула капюшон, позволяя рассмотреть себя. Ольга Бычкова выглядела моложе своих двадцати восьми лет – хрупкая, с бледным лицом и тёмными кругами под глазами, выдающими бессонницу. Длинные каштановые волосы были собраны в небрежный пучок, а серые глаза настороженно изучали гостей.

– Андрей Вязов? – спросила она негромко, протянув руку. – Спасибо, что приехали в такую погоду. Я Ольга.

– Очень приятно, – Андрей пожал её холодную ладонь. – А это Мария Громова, журналист «Вестника». Она будет помогать в расследовании.

Ольга напряглась, но коротко кивнула:

– Проходите, пожалуйста. Я приготовила для вас комнаты.

Они вошли в просторный холл усадьбы. Внутри пахло сыростью, деревом и чем-то неуловимо тревожным. Высокие потолки терялись в полумраке, а стены были увешаны потемневшими от времени портретами. Несколько ламп давали тусклый свет, отбрасывая причудливые тени.

– Впечатляюще, – прокомментировала Мария, оглядываясь. – Вы здесь живёте постоянно?

– Только последние полгода, – ответила Ольга, запирая массивную дверь на ключ. – С тех пор, как начали реставрацию. До этого усадьба пустовала много лет.

– И вы прямой потомок тех самых Бычковых? – продолжила расспросы Мария, доставая диктофон.

Ольга мягко, но настойчиво отодвинула её руку с устройством:

– Давайте сначала устроимся, обсохнем и поужинаем. У нас будет время для интервью.

Андрей внимательно наблюдал за хозяйкой дома. За показной собранностью он чувствовал её напряжение и страх. Профессиональная привычка – всегда анализировать язык тела собеседника – не подводила его и сейчас.

– Вы здесь одна? – спросил он, снимая мокрую куртку.

– Нет, – Ольга покачала головой, принимая их верхнюю одежду. – Со мной Семён Петрович, смотритель. Он работал здесь ещё при советской власти, знает каждый угол. И бригада рабочих приезжает днём на реставрацию, но они живут в посёлке.

– А прислуга? – Мария осмотрелась. – Дом огромный.

– Была домработница, но… – Ольга запнулась, – она уволилась две недели назад. После того, как…

– После третьего несчастного случая? – уточнил Андрей.

Ольга молча кивнула и повела их по широкой лестнице на второй этаж.

– Я подготовила для вас комнаты в восточном крыле. Оно в лучшем состоянии, – пояснила она. – Сейчас отремонтирована только треть усадьбы, остальное в процессе. Будьте осторожны, если решите исследовать дом.

Они прошли по длинному коридору, освещённому старинными настенными бра. Под ногами поскрипывали половицы, а стены были украшены выцветшими обоями с растительным орнаментом. Мария незаметно делала фотографии на телефон, пока Ольга не видела.

– Вот ваши комнаты, – Ольга остановилась перед двумя дверями напротив друг друга. – Ванная в конце коридора. Через час буду ждать вас к ужину в малой столовой, это на первом этаже, налево от лестницы.

Когда Ольга удалилась, Андрей и Мария обменялись взглядами.

– Ну и местечко, – прошептала Мария. – Чувствую, здесь будет о чём написать.

– Не торопись с выводами, – предостерёг её Андрей. – И постарайся не слишком давить на хозяйку. Она напугана.

– Я профессионал, Андрей, – Мария закатила глаза. – Встретимся через час внизу.

Андрей кивнул и вошёл в свою комнату. Просторное помещение с высоким потолком и большим окном, выходящим на задний двор. Антикварная мебель, четырёхпостельная кровать с балдахином, старинный шкаф и письменный стол у окна. Всё выглядело чистым, но каким-то нежилым, словно комната стояла в музее, а не была приготовлена для гостя.

Распаковав вещи, Андрей достал небольшой блокнот и сделал первые заметки. Затем подошёл к окну. Дождь постепенно стихал, сквозь тучи пробивался слабый свет заходящего солнца, окрашивая мокрый парк за домом в зловещие красные оттенки.

Внезапно его внимание привлекло движение внизу. Кто-то в тёмной одежде быстро пересёк лужайку и скрылся за старым полуразрушенным фонтаном. Андрей напрягся, пытаясь разглядеть фигуру, но в следующий момент она исчезла, словно растворившись в сумерках.

Бывший милиционер нахмурился. Интуиция, отточенная годами работы, подсказывала, что с этим домом действительно что-то не так. И дело было не только в трёх необъяснимых смертях, о которых рассказала Ольга в телефонном разговоре. Сама атмосфера усадьбы говорила об опасности.

Решив осмотреться до ужина, Андрей вышел в коридор. Напротив комната Марии была приоткрыта, но её самой там не было. "Наверное, уже начала своё расследование", – подумал он с улыбкой. Журналистская хватка Марии всегда впечатляла его, даже когда они расстались.

Спустившись на первый этаж, Андрей медленно двинулся по коридорам усадьбы, изучая обстановку. Закрытые двери, пыльные углы, старые фотографии на стенах – всё хранило следы богатой истории этого места. В одной из ниш он заметил маленькую фарфоровую статуэтку: девушка с корзиной цветов, удивительно живая и яркая среди общей мрачности интерьера.

Андрей повернул за угол и неожиданно вздрогнул от резкого звука – словно скрежет металла по камню. Звук прекратился так же внезапно, как и начался. Частный детектив ускорил шаг, двигаясь на источник шума, и оказался у приоткрытой двери, ведущей, судя по всему, в подвал.

– Есть кто-нибудь? – громко спросил он, прислушиваясь.

Тишина в ответ. Только капли дождя стучали по оконным стёклам где-то вдалеке.

Андрей потянулся к выключателю у двери, но свет не зажёгся. Достав из кармана фонарик, он осторожно начал спускаться по каменным ступеням вниз. Холодный воздух ударил в лицо, принося с собой запах плесени и чего-то ещё… металлического. Луч фонаря выхватывал из темноты старые деревянные стеллажи, пыльные бутылки, какие-то ящики.

Внезапно что-то блеснуло на полу. Андрей наклонился и увидел свежую царапину на каменном полу подвала. Она была чёткой, глубокой и… неслучайной. Присмотревшись, Вязов понял, что это не просто след, а символ – крест, заключённый в круг, с какими-то странными зазубринами по краям.

– Что вы тут делаете? – резкий голос за спиной заставил Андрея резко обернуться.

В проёме двери стоял сухопарый старик в потёртом свитере и брюках. Его морщинистое лицо выражало недовольство, а седые брови сошлись на переносице.

– Я Андрей Вязов, детектив, – спокойно представился Андрей. – А вы, должно быть, Семён Петрович?

– Он самый, – старик недоверчиво осмотрел незнакомца. – Ольга предупреждала, что вы приедете. Но не говорила, что вы будете шнырять по подвалам.

– Я услышал странный звук, – объяснил Андрей, поднимаясь по ступеням. – Решил проверить. А вы не слышали ничего необычного в последние минуты?

– В этом доме всегда что-то скрипит или стучит, – отмахнулся старик. – Старые стены, сырость, температура меняется – вот и звучит по-всякому. Привыкнете.

Когда они вышли из подвала, Андрей заметил, что Семён Петрович немного прихрамывает и держится за перила.

– Вы здесь работаете давно? – спросил детектив, пытаясь разговорить старика.

– С 1976 года, – ответил тот уже мягче. – Ещё когда здесь был санаторий для партийных работников. Потом склад, потом… – он махнул рукой. – Потом никто не нужен был, дом забросили. Я только приглядывал иногда, чтобы совсем не разворовали. А полгода назад объявилась эта девочка, Ольга. Сказала – прямой потомок Бычковых, хочет восстановить родовое гнездо.

– И как, многое уже сделали?

– Кое-что, – кивнул смотритель. – Крышу перекрыли, проводку поменяли частично, отопление наладили. Но работы ещё… – он не договорил, потому что из коридора донеслись быстрые шаги, и перед ними появилась взволнованная Мария.

– Андрей! Ты должен это увидеть! – она говорила быстро, явно возбуждённая находкой. – В библиотеке, на втором этаже!

– Что случилось? – Андрей сразу подтянулся, готовый к действию.

– Дневник! Я нашла старый дневник одного из Бычковых, и там… – она запнулась, заметив смотрителя. – Извините, мы можем поговорить наедине?

Семён Петрович нахмурился:

– В этом доме нет запретных мест для меня, молодая дама, – произнёс он с достоинством. – Я знаю все его секреты.

– Тогда может быть, вы объясните, почему в дневнике Георгия Бычкова от 1912 года описаны точно такие же смерти, как происходят сейчас? – выпалила Мария. – Три человека погибли при странных обстоятельствах, и везде фигурирует какой-то странный крест!

Андрей заметил, как смотритель побледнел и схватился за стену, будто ему стало плохо.

– Семён Петрович, вы в порядке? – Андрей поддержал старика.

– Я… я должен идти, – пробормотал тот. – Ужин скоро будет готов.

Когда смотритель, шаркая, удалился, Мария схватила Андрея за руку:

– Он что-то знает! Ты видел его реакцию? А ещё я видела этот символ – крест в круге – нацарапанным на двери чердака. И судя по дневнику, это знак проклятия.

– Спокойнее, – Андрей положил руки ей на плечи. – Давай сначала посмотрим на этот дневник, а потом делать выводы.

Они поднялись на второй этаж и направились в библиотеку – просторную комнату с высокими книжными шкафами, заполненными старинными томами в кожаных переплётах. Большой дубовый стол стоял у окна, а в углу располагались два кресла и торшер.

На столе лежала небольшая потрёпанная книга в тёмно-синей обложке. Мария открыла её на закладке:

– Вот, смотри. 20 апреля 1912 года: «Сегодня случилось несчастье – Михаил сорвался с лестницы и сломал шею. Все считают это несчастным случаем, но я видел знак на ступенях. Оно вернулось за нами».

– Кто такой Михаил? – нахмурился Андрей.

– Судя по более ранним записям, слуга семьи Бычковых, – пояснила Мария. – А теперь читай дальше. 14 мая: «Садовник Егор утонул в пруду. Говорят, выпил лишнего и пошёл купаться. Но я видел тот же знак на мостках. Это не совпадение». И наконец, 3 июня: «Гувернантка моей сестры Анфиса выпала из окна третьего этажа. На подоконнике – снова крест в круге. Я должен рассказать отцу правду, пока не стало слишком поздно».

– А что дальше? – спросил Андрей, чувствуя, как по спине бежит холодок.

– Дальше пусто! – Мария перевернула страницу. – Следующая запись только через месяц и совсем о другом. Как будто автор специально вырвал страницы или… или не смог больше писать.

Андрей взял дневник и внимательно осмотрел его. Действительно, между страницами был заметен след от вырванных листов.

– Интересно, – пробормотал он. – А что говорила Ольга о недавних смертях?

– То же самое! – воскликнула Мария. – Рабочий упал с лестницы в марте, садовник утонул в том же пруду в апреле, а две недели назад домработница разбилась, выпав из окна! Андрей, это полное повторение событий столетней давности!

Дверь библиотеки тихо скрипнула, и они оба резко обернулись. На пороге стояла бледная Ольга.

– Вижу, вы уже начали расследование, – сказала она тихо. – И нашли дневник дяди Георгия.

– Вы знали о нём? – спросил Андрей, внимательно наблюдая за реакцией женщины.

– Нашла два дня назад, – Ольга подошла ближе, её руки слегка дрожали. – И да, я заметила сходство. Это… это невозможно объяснить совпадением.

– Почему вы сразу не показали его нам? – поинтересовалась Мария с профессиональной настойчивостью.

– Я боялась, что вы сочтёте меня сумасшедшей и откажетесь от дела, – ответила Ольга, опускаясь в кресло. – Когда начали гибнуть люди, я думала, это просто несчастные случаи. Старый дом, опасные условия работы… Но потом я нашла дневник и увидела эти знаки…

– Крест в круге, – кивнул Андрей. – Я только что видел такой же в подвале. Свежий.

Ольга резко подняла голову:

– Вы тоже его видели? Значит, я не сошла с ума! Этот символ появляется перед каждой смертью!

– Вы говорили, что вы прямой потомок Бычковых, – сказал Андрей, присаживаясь напротив неё. – Расскажите подробнее о своей семье. Что вы знаете о событиях 1912 года?

– Очень мало, – призналась Ольга. – Мой прадед Николай был младшим братом Георгия, автора дневника. После революции семья распалась. Кто-то эмигрировал, кого-то расстреляли. Николай сменил фамилию и жил под чужим именем. Только моя бабушка хранила память о настоящем происхождении, но боялась говорить об этом открыто. А перед смертью передала мне документы на усадьбу и семейный архив…

Внезапно по дому разнёсся громкий звон – кто-то звонил в старинный колокольчик.

– Ужин готов, – пояснила Ольга, поднимаясь. – Пойдёмте. За столом я расскажу вам больше.

Когда они спустились в малую столовую, там уже был накрыт стол на четверых. Семён Петрович хлопотал вокруг, расставляя блюда. Увидев гостей, он кивнул:

– Присаживайтесь. Сегодня у нас борщ, жаркое и пирог с яблоками.

– Выглядит аппетитно, – улыбнулась Мария, садясь за стол. – Вы сами готовили?

– Конечно, – гордо ответил старик. – В моём возрасте не разучиться бы.

Во время ужина разговор тёк неспешно. Ольга рассказывала о своих планах восстановить усадьбу, превратить её в музей и культурный центр. Однако Андрей замечал, как она то и дело нервно оглядывается, вздрагивая от каждого звука.

– После таких происшествий сложно найти рабочих, – призналась она. – Люди в посёлке уже шепчутся о проклятии.

– А что говорила полиция? – спросил Андрей. – Они ведь должны были расследовать смерти.

– Формально – да. Приезжали, составляли протоколы, – Ольга пожала плечами. – Но вынесли стандартное заключение – несчастные случаи. Никто не хотел вникать глубже.

– Но вы не верите в несчастные случаи, – утвердительно произнёс Андрей.

– Нет, – тихо ответила Ольга. – Особенно после того, как я начала видеть… – она замолчала, словно не решаясь продолжить.

– Что видеть? – мягко подтолкнул её Андрей.

– Тени, – почти прошептала Ольга. – Движение там, где никого нет. Силуэты в окнах верхнего этажа, хотя там никто не живёт. И… этот холод. Иногда в комнате становится так холодно, что видно дыхание, даже когда на улице тепло.

Семён Петрович громко фыркнул:

– Старый дом, вот и мерещится всякое.

– А вы никогда ничего странного не замечали? – спросила его Мария.

Смотритель помедлил, прежде чем ответить:

– За столько лет чего только не бывало. Но призраков не существует, это я вам точно скажу.

– А что насчёт истории с Георгием Бычковым и событиями 1912 года? – продолжил расспросы Андрей. – Вы что-нибудь об этом знаете?

Старик отложил вилку и посмотрел на Андрея долгим взглядом:

– Слухи ходили разные. Говорили, что семья Бычковых связалась с чем-то нехорошим. Какие-то ритуалы проводили в подвале. Искали бессмертие или богатство – кто теперь разберёт. А потом случилась беда.

– Какая беда? – подалась вперёд Ольга.

– В ночь на Ивана Купалу 1912 года в доме случился пожар. Погибло несколько человек, в том числе и Георгий. Говорят, он сам устроил поджог, – Семён Петрович понизил голос почти до шёпота. – А ещё говорят, что перед смертью он что-то замуровал в стене подвала. Что-то, что никогда не должно было выйти наружу.

За окном громыхнуло – начиналась новая гроза. Свет в столовой мигнул раз, другой и погас, погрузив всё в темноту.

– Чёртова проводка! – проворчал Семён Петрович. – Сейчас принесу свечи.

В темноте раздался звук его шаркающих шагов. Через минуту он вернулся с зажжённой керосиновой лампой и несколькими свечами.

При дрожащем свете пламени лица присутствующих казались призрачными масками. Тени плясали на стенах, создавая иллюзию движения там, где его не было.

– Ольга, – тихо позвал Андрей, глядя хозяйке прямо в глаза. – Вы ведь пригласили меня не только из-за смертей. Что ещё вас беспокоит?

Ольга долго молчала, нервно перебирая салфетку в руках. Наконец, она решилась:

– Мне кажется, что кто-то следит за мной. В доме постоянно пропадают вещи, а потом появляются в странных местах. Я нахожу свои фотографии разорванными. А ещё… – она сделала глубокий вдох. – Недавно я проснулась ночью и увидела у своей кровати силуэт. Высокий человек в старинной одежде. Я закричала, и он… растворился в воздухе.

– Кошмар приснился, – пробормотал Семён Петрович, но его голос звучал неуверенно.

– Нет, – твёрдо возразила Ольга. – Я не спала. И потом нашла на полу это.

Она достала из кармана и положила на стол маленький золотой медальон на цепочке.

– Он старинный, с гербом Бычковых. Такие носили только члены семьи.

Андрей взял медальон и внимательно осмотрел его. На овальной поверхности был выгравирован герб – дуб с могучими корнями и инициалы "Г.Б."

– Георгий Бычков? – предположил он.

– Да, – кивнула Ольга. – Я проверила по семейным фотографиям. Он носил точно такой же.

– И вы думаете, что призрак вашего родственника оставил вам свой медальон? – скептически спросила Мария.

– Я не знаю, что думать! – в голосе Ольги зазвенели слёзы. – Знаю только, что что-то происходит в этом доме. Что-то, связанное с прошлым моей семьи. И я хочу понять, что именно, пока не погиб ещё кто-нибудь!

Неожиданно все вздрогнули от резкого звука – где-то наверху с грохотом захлопнулась дверь.

– Ветер, – неуверенно пояснил Семён Петрович. – Наверное, окно где-то открыто.

– Я проверю, – Андрей встал из-за стола и взял одну из свечей.

– Я с тобой, – быстро сказала Мария, поднимаясь.

Они вышли в тёмный коридор и направились к лестнице. Свеча давала совсем мало света, и тени вокруг казались живыми существами, готовыми в любой момент наброситься.

– Ты веришь во весь этот мистический бред? – шёпотом спросила Мария, крепко держась за руку Андрея.

– Я верю в факты, – спокойно ответил он. – А факты говорят, что три человека погибли при странных обстоятельствах. И точно такие же смерти случились здесь сто лет назад.

Они поднялись на второй этаж. В темноте коридор казался бесконечным, а двери по обеим сторонам – входами в неведомые миры.

– Откуда мог быть звук? – Мария осматривалась, поёживаясь от холода.

– Попробуем методом исключения, – предложил Андрей. – Начнём с ближайших комнат.

Они проверили несколько помещений – все пустые, с затхлым воздухом и пылью на мебели. В одной из них Андрей заметил детскую кроватку и игрушки, словно здесь когда-то была детская.

В конце коридора они обнаружили приоткрытую дверь, за которой оказалась узкая лестница, ведущая на чердак.

– Может, звук был отсюда? – предположила Мария. – Дверь на чердак могла хлопнуть от сквозняка.

Андрей кивнул и начал подниматься по скрипучим ступеням. Мария следовала за ним, держа свечу и стараясь не выдать своего страха.

Чердак был огромным, тянущимся на всю длину усадьбы. Скошенная крыша, балки, заросшие паутиной, и множество старых вещей, накрытых пыльными простынями. Лунный свет проникал через небольшие слуховые окна, создавая причудливый узор на полу.

– Смотри, – Андрей указал на одно из окон. Оно было открыто, и ветер трепал старую штору.

– Мистика разоблачена, – усмехнулась Мария, но её голос звучал натянуто.

Андрей подошёл к окну, чтобы закрыть его, и вдруг замер. На подоконнике, в лунном свете, чётко виднелся свежий символ – крест в круге.

– Мария, – тихо позвал он. – Посвети сюда.

Когда она подошла и увидела знак, то невольно отступила:

– Господи, это же тот самый символ! Андрей, кто-то был здесь только что!

Детектив внимательно осмотрел чердак, но не заметил ничего подозрительного. Закрыв окно, он сделал несколько фотографий символа на телефон.

– Давай спустимся, – предложил он. – Я хочу поговорить с Ольгой ещё раз.

Когда они вернулись в столовую, то застали хозяйку дома одну – Семён Петрович уже ушёл к себе. Ольга сидела, обхватив себя руками, словно ей было холодно.

– Мы нашли открытое окно на чердаке, – сообщил Андрей. – И кое-что ещё.

Он показал ей фотографии символа на своём телефоне. Ольга побледнела ещё сильнее:

– Это он! Тот самый знак! – она в отчаянии посмотрела на детектива. – Что это значит, Андрей? Кто-то хочет напугать меня? Или… или действительно что-то сверхъестественное происходит?

– Пока рано делать выводы, – ответил Андрей. – Но я обещаю вам, что выясню правду. Что бы здесь ни происходило.

В этот момент свет внезапно вернулся, словно в подтверждение его слов. Лампы осветили столовую, изгоняя тени по углам. Но тревожное чувство не исчезло.

– Уже поздно, – сказала Ольга, поднимаясь из-за стола. – Предлагаю всем отдохнуть. Завтра у нас будет трудный день.

Проводив Ольгу до её комнаты, Андрей и Мария остались вдвоём в коридоре.

– Что думаешь? – спросила Мария. – Всё это как-то… чертовски странно.

– Определённо, – кивнул Андрей. – Но у меня есть теория. Кто-то явно пытается напугать Ольгу, используя семейную историю. Вопрос – зачем?

– Может быть, дело в деньгах? – предположила Мария. – Она богатая наследница, вкладывает средства в реставрацию… Кто-то хочет, чтобы она отказалась от усадьбы?

– Возможно, – согласился Андрей. – Но есть и другие варианты. Например, здесь может быть что-то спрятано. Что-то ценное. И кто-то очень не хочет, чтобы это нашли.

Они стояли у двери в комнату Марии, глядя друг на друга в тусклом свете настенного бра. На мгновение Андрею показалось, что время повернуло вспять – они снова вместе, снова доверяют друг другу…

– Спокойной ночи, Андрей, – мягко сказала Мария, прерывая его мысли. – Завтра начнём серьёзное расследование.

– Спокойной ночи, – ответил он. – И… будь осторожна.

Вернувшись в свою комнату, Андрей долго не мог заснуть. Он лежал на кровати, слушая, как старый дом живёт своей таинственной жизнью – поскрипывает, вздыхает, шепчет. За окном шумел дождь, а в голове детектива роились вопросы без ответов.

Где-то в глубине усадьбы часы пробили полночь, и Андрей наконец провалился в беспокойный сон. Ему снились тёмные коридоры, бесконечные лестницы и странный символ – крест в круге, который медленно превращался в человеческое лицо с пустыми глазницами.

И сквозь сон ему казалось, что кто-то стоит у его кровати и смотрит – долго, пристально, не мигая. Фигура в старинной одежде, с золотым медальоном на шее…

Глава 2. Знаки прошлого

Андрей проснулся от странного звука – тихого скрежета за стеной. Ещё не до конца выбравшись из сна, он инстинктивно потянулся к прикроватной тумбочке, где когда-то, в прошлой жизни, хранил табельное оружие. Пальцы нащупали только мобильный телефон. Часы показывали 5:17 утра.

Звук повторился – словно кто-то медленно проводил металлическим предметом по кирпичной кладке. Андрей сел на кровати, напряжённо прислушиваясь. Звук исходил из-за стены напротив кровати. Он встал, накинул джинсы и футболку, и осторожно подошёл к источнику шума. Прижав ухо к обоям, Андрей закрыл глаза, концентрируясь.

Скрежет… пауза… скрежет… Повторяющийся узор, почти ритмичный. Не случайный шум старого дома, а что-то осознанное.

Стена соединяла его комнату с соседней, которую он ещё не видел. Андрей взял с тумбочки телефон и вышел в коридор. Полумрак раннего утра делал длинный коридор похожим на туннель. Дверь в соседнюю комнату была приоткрыта.

– Есть кто-нибудь? – негромко спросил Андрей, толкая дверь рукой.

Тишина в ответ. Только еле слышный скрип половиц и шум ветра за окном. Комната выглядела нежилой: пыльная мебель, накрытая белыми простынями, занавески, задёрнутые так давно, что, казалось, слиплись от времени. В воздухе пахло сыростью и чем-то ещё… чем-то металлическим.

Андрей включил фонарик на телефоне и осветил помещение. Судя по всему, это была спальня: широкая кровать с высоким изголовьем, туалетный столик с треснувшим зеркалом, массивный шкаф в углу. Ничего необычного.

Он подошёл к общей с его комнатой стене и внимательно осмотрел её. Обои местами отклеились, обнажая кирпичную кладку старинной работы. Проведя рукой по поверхности, Андрей замер. Пальцы нащупали свежие царапины на кирпиче. Он направил луч фонаря на это место и увидел всё тот же символ – крест в круге, только теперь с дополнительными линиями, образующими что-то вроде солнечных лучей.

– Интересно… – пробормотал Андрей, фотографируя находку на телефон.

Внезапно позади раздался шорох. Детектив резко обернулся, но никого не увидел. Только колыхнулась занавеска у окна, хотя оно было закрыто.

– Кто здесь? – громко спросил Андрей, направляя свет фонаря в разные углы комнаты.

Никакого ответа. Только тяжёлая тишина старого дома.

Андрей методично обследовал комнату: заглянул под кровать, проверил шкаф, осмотрел закутки. Ничего подозрительного. Тогда он подошёл к туалетному столику и отодвинул пыльную простыню, накрывавшую его. В тусклом свете фонаря блеснул стеклянный флакон духов и серебряная расчёска. На поверхности столика лежала пожелтевшая фотография в деревянной рамке.

Андрей взял снимок и поднёс ближе к свету. На фото была запечатлена молодая женщина в платье начала XX века. Красивое лицо с правильными чертами, высокая причёска, ясные глаза, смотрящие прямо в объектив. На шее – подвеска, очень похожая на медальон, который показывала Ольга.

Перевернув фотографию, Андрей увидел выцветшую надпись: «Елизавета Бычкова, 1911 год».

– Вы не должны здесь находиться.

Голос Семёна Петровича, раздавшийся от дверей, заставил Андрея вздрогнуть. Старый смотритель стоял, опираясь на трость, и неодобрительно смотрел на детектива.

– Извините, – спокойно ответил Андрей, возвращая фотографию на место. – Я услышал странные звуки и решил проверить.

– В этом доме всегда что-то скрипит и стучит, – проворчал старик. – Не стоит обращать внимания.

– Кто эта женщина на фотографии? – спросил Андрей.

Семён Петрович помедлил, прежде чем ответить:

– Елизавета Бычкова, сестра Георгия. Это была её комната.

– А что с ней случилось?

– Умерла молодой, – старик отвёл взгляд. – Как и многие в этой семье.

– Как именно она умерла? – настаивал Андрей.

– Говорят, покончила с собой в 1912 году, вскоре после пожара, – нехотя ответил смотритель. – Теперь идёмте отсюда. Это крыло дома ещё не отреставрировано, здесь небезопасно.

Они вышли в коридор. Утренний свет уже проникал сквозь высокие окна, рассеивая ночные тени. Семён Петрович выглядел утомлённым, словно не спал всю ночь.

– Вы давно встали? – поинтересовался Андрей.

– Старики мало спят, – отмахнулся тот. – Пойду готовить завтрак.

Когда смотритель ушёл, Андрей вернулся в свою комнату. Открыв окно, он глубоко вдохнул свежий утренний воздух. После ночного дождя природа словно ожила – деревья сверкали каплями воды, птицы радостно щебетали, а над парком стелился лёгкий туман.

Взгляд Андрея скользнул по территории усадьбы. Позади дома раскинулся старый парк с заросшими дорожками, беседкой и высохшим фонтаном. Дальше виднелась небольшая каменная постройка, похожая на часовню или склеп. Справа от основного здания находился пруд, затянутый зелёной ряской. Всё вместе создавало атмосферу запустения и упадка, хотя кое-где уже были видны следы начавшейся реставрации.

Стук в дверь прервал размышления Андрея.

– Войдите, – сказал он, поворачиваясь от окна.

На пороге стояла Мария, уже полностью одетая и с блокнотом в руках.

– Доброе утро, – она прошла в комнату, оценивающе осматриваясь. – Как спалось в этом милом мавзолее?

– Интересно, – уклончиво ответил Андрей. – А ты, я вижу, уже при полном параде?

– Профессиональная привычка, – улыбнулась Мария. – Рано вставать и быть готовой к сенсациям. И, кажется, я уже нашла кое-что интересное.

Она протянула Андрею свой телефон с открытой веб-страницей местной газеты.

– Смотри. Статья пятилетней давности о возможной продаже усадьбы Бычкова девелоперской компании. Они планировали снести старый дом и построить здесь развлекательный комплекс с гостиницей. Но сделка сорвалась из-за протестов местных жителей и проблем с документами.

– И при чём тут наше дело? – нахмурился Андрей.

– При том, что владельцем компании был некий Игорь Резников, – торжествующе сообщила Мария. – А теперь угадай, кто пытался купить усадьбу месяц назад, когда Ольга уже начала реставрацию?

– Дай догадаюсь… тот же Резников?

– Именно! – Мария забрала телефон и открыла другую статью. – И Ольга ему отказала. Представляешь, какой это был бы куш – снести старый дом и отстроить здесь элитный комплекс. Земля в двух часах от Москвы, красивое место…

– И ты думаешь, что Резников может стоять за странными происшествиями?

– Это было бы логично, – кивнула Мария. – Напугать наследницу, заставить её отказаться от реставрации и продать усадьбу по сниженной цене.

Андрей задумчиво почесал подбородок:

– Возможно. Но это не объясняет совпадений с событиями 1912 года. И эти символы…

– Может быть, кто-то нашёл дневник Георгия раньше Ольги и теперь использует его, чтобы создать иллюзию проклятия? – предположила Мария.

– В любом случае, нам нужно больше информации, – решительно сказал Андрей. – Я хочу осмотреть места, где произошли несчастные случаи, а потом поехать в деревню и поговорить с местными жителями.

– Тогда пойдём завтракать и начнём расследование, – Мария двинулась к двери, но вдруг остановилась и посмотрела на Андрея с любопытством: – Кстати, ты не заметил ничего странного этой ночью?

– Почему ты спрашиваешь? – насторожился Андрей.

– Потому что я слышала шаги в коридоре. Кто-то ходил взад-вперёд почти час примерно в три часа ночи. Я выглянула, но никого не увидела.

– Может быть, это была Ольга? Или Семён Петрович?

– Шаги были… странные, – Мария нахмурилась, подбирая слова. – Неравномерные. И словно человек был в жёстких ботинках или… не знаю, как объяснить.

– В любом случае, нам нужно быть начеку, – серьёзно сказал Андрей. – Кто бы ни стоял за всем этим – человек или что-то иное – он явно опасен.

Они спустились в столовую, где уже были сервированы завтрак и кофе. Ольга сидела за столом, просматривая какие-то бумаги. Увидев гостей, она поспешно убрала документы в папку.

– Доброе утро, – сказала она с натянутой улыбкой. – Надеюсь, вы хорошо отдохнули?

– Более-менее, – ответил Андрей, внимательно глядя на хозяйку. – У меня к вам несколько вопросов, если не возражаете.

– Конечно, – Ольга кивнула, наливая себе чай. – Я для того вас и пригласила.

– Что вы знаете об Игоре Резникове? – спросил Андрей, наблюдая за реакцией женщины.

Ольга вздрогнула, едва не расплескав чай:

– Откуда вы… – она замолчала, собираясь с мыслями. – Господин Резников действительно пытался купить усадьбу. Дважды. Сначала пять лет назад, ещё до того, как я получила наследство. Потом – месяц назад. Он предлагал хорошие деньги, но…

– Но вы отказались, – закончил за неё Андрей.

– Да, – твёрдо сказала Ольга. – Это моё наследство, моя семейная история. Я не могу позволить снести дом и построить здесь очередной развлекательный центр.

– А Резников настаивал? Угрожал? – продолжил расспросы Андрей.

– Не напрямую, – Ольга опустила глаза. – Но его представитель намекал, что я пожалею о своём решении. Что усадьба принесёт мне одни неприятности.

– И вскоре после этого начали происходить несчастные случаи? – уточнил Андрей.

– Да, – почти шёпотом ответила Ольга. – Первый рабочий погиб через неделю после моего окончательного отказа.

Мария, записывавшая разговор в блокнот, подняла голову:

– Вы допускаете мысль, что Резников может быть причастен к смертям?

– Я… не знаю, – Ольга растерянно посмотрела на них. – С одной стороны, это слишком жестоко даже для бизнеса. С другой… что ещё может объяснить эти совпадения? Но как тогда быть с историей 1912 года? С этими символами?

– Кто-то мог найти дневник раньше вас и использовать информацию оттуда, чтобы напугать вас, – предположил Андрей. – Нам нужно больше узнать о вашей семье и о событиях того времени. Вы упоминали семейный архив?

– Да, – Ольга кивнула. – Бабушка оставила мне коробку с документами и фотографиями. Я ещё не разобрала всё как следует. Можем посмотреть после завтрака.

– Отлично, – кивнул Андрей. – А ещё я хотел бы осмотреть места, где произошли несчастные случаи.

– Конечно, – согласилась Ольга. – Я покажу вам всё. И… спасибо вам. За то, что не считаете меня сумасшедшей.

После завтрака Ольга повела их по усадьбе, показывая места трагедий. Сначала они осмотрели лестницу в западном крыле дома, где погиб первый рабочий.

– Николай ремонтировал проводку, – рассказывала Ольга, указывая на крутые деревянные ступени. – По словам свидетелей, он поднимался наверх с инструментами, вдруг закричал и упал. Сломал шею. Никто не понимает, что произошло. Ступени были сухими, перила крепкими.

Андрей внимательно осмотрел лестницу. На первый взгляд – ничего подозрительного. Но присмотревшись к нижней части перил, он заметил едва различимый знак, процарапанный на дереве.

– Этот символ был здесь до несчастного случая? – спросил он, показывая Ольге находку.

– Не знаю, – она побледнела. – Я не замечала его раньше.

Следующим пунктом стал пруд за домом. В апреле туда упал и утонул садовник, работавший над восстановлением парка.

– Его звали Михаил, – Ольга остановилась у края заросшего водоёма. – Старый человек, очень опытный. Он занимался озеленением многих парков в области. Не пил, был аккуратным. И вдруг утонул в пруду, глубина которого всего полтора метра.

– Кто нашёл тело? – спросил Андрей, обходя пруд и осматривая берег.

– Рабочие, утром следующего дня. Михаил не вернулся домой, начали искать и… – Ольга замолчала, глядя на мутную воду.

– А где именно нашли тело? У какого берега? – продолжил Андрей.

– Там, – Ольга указала на противоположную сторону пруда, где виднелись остатки старого деревянного мостика. – Он лежал лицом вниз, прямо у мостков.

Андрей пристально осмотрел указанное место. Затем достал телефон и сделал несколько снимков.

– Мария, подойди сюда, – позвал он.

Журналистка приблизилась и увидела то, что заметил Андрей: на одной из досок мостика был вырезан тот же символ – крест в круге.

– Чёрт возьми, – прошептала Мария. – Это не может быть совпадением.

Последним местом, которое они посетили, была комната на третьем этаже, где произошла третья трагедия.

– Домработница Анна выпала из этого окна две недели назад, – голос Ольги дрожал, когда она показывала на широкое окно, выходящее на фасад усадьбы. – Она убиралась здесь, готовила комнату для будущих гостей. Я была внизу и услышала крик. Когда выбежала, она уже… – Ольга закрыла лицо руками.

Андрей подошёл к окну и внимательно осмотрел его. Деревянная рама была старой, но крепкой. Стекло – новым, недавно вставленным. Подоконник – широким, с мраморной поверхностью. И на внутренней стороне оконной рамы, почти невидимый глазу, был всё тот же знак.

– Всегда один и тот же символ, – задумчиво произнёс Андрей.

– Что это значит? – спросила Ольга, с тревогой глядя на детектива.

– Пока не знаю, – честно ответил тот. – Но собираюсь выяснить. Мария, ты не могла бы сфотографировать все найденные знаки и сравнить их? Может, есть какие-то отличия, которые мы не замечаем.

Пока журналистка выполняла просьбу, Андрей обратился к Ольге:

– Вы упоминали семейный архив. Можно его посмотреть?

Ольга кивнула и повела их в свой кабинет на первом этаже – небольшую, но уютную комнату с книжными полками и антикварным письменным столом. Из ящика она достала старую деревянную шкатулку.

– Вот всё, что осталось от прошлого семьи Бычковых, – сказала она, открывая крышку. – Фотографии, письма, вырезки из газет, какие-то документы. Я начала разбирать, но это занимает много времени.

Андрей и Мария погрузились в изучение содержимого шкатулки. Пожелтевшие фотографии показывали историю семьи: торжественные портреты мужчин и женщин в старинной одежде, групповые снимки на фоне усадьбы, семейные праздники.

– Смотрите, это Георгий Бычков, – Ольга указала на фотографию молодого мужчины с тонкими чертами лица и проницательным взглядом. На шее у него висел тот самый медальон с гербом семьи.

– А это, видимо, его сестра Елизавета, – Мария показала другой снимок, на котором была запечатлена девушка, чью фотографию Андрей видел утром в закрытой комнате.

– Да, – подтвердила Ольга. – Бабушка рассказывала, что они были очень близки. Георгий был старшим братом, всегда заботился о сестре.

Среди бумаг нашлись вырезки из газет начала XX века. Одна из них сообщала о пожаре в усадьбе Бычкова в ночь на 7 июля 1912 года. В статье говорилось о трёх погибших, включая хозяина дома Георгия Бычкова. Причиной возгорания назвали непотушенную свечу.

– «Трагедия в усадьбе Бычкова», – прочитала вслух Мария. – «Пожар, вспыхнувший в ночь на Ивана Купалу, унёс жизни троих человек. Среди погибших – владелец имения Георгий Бычков, 32 лет, известный в губернии коллекционер древностей и меценат…» Интересно, что имеется в виду под «коллекционером древностей»?

– Георгий увлекался археологией и оккультизмом, – пояснила Ольга. – Я нашла упоминания об этом в его дневнике. Он путешествовал по Европе и России, собирал артефакты, изучал легенды и предания.

– А что случилось с Елизаветой после пожара? – спросил Андрей.

Ольга снова порылась в шкатулке и достала ещё одну газетную вырезку:

– Вот… Через месяц после гибели брата она покончила с собой. Выпила яд. В статье пишут, что она тяжело переживала смерть брата и впала в меланхолию.

Андрей внимательно прочитал заметку. В ней сообщалось, что тело Елизаветы Бычковой было найдено в её комнате, рядом с ней лежала записка: «Я иду к тебе, брат мой. Спаси меня от круга».

– «Спаси меня от круга», – задумчиво повторил Андрей. – Что бы это могло значить?

– Может быть, это связано с символом? – предположила Мария. – Крест в круге.

– А что случилось с усадьбой потом? – спросил Андрей, продолжая перебирать документы.

– Она перешла к младшему брату, Николаю, моему прадеду, – ответила Ольга. – Но он почти не жил здесь. После революции бежал с семьёй на юг, потом сменил фамилию. Дом национализировали.

Среди бумаг Андрей заметил старинный конверт с печатью. Внутри оказался пожелтевший лист с текстом, написанным выцветшими чернилами. Почерк был мелким и неровным, словно писавший торопился или был в состоянии сильного волнения.

– Что это? – спросил Андрей, показывая находку Ольге.

– Не знаю, – растерянно ответила та. – Я не видела этого раньше.

Андрей начал читать вслух:

«Милый брат, если ты читаешь эти строки, значит, меня уже нет рядом. Я не могу больше молчать. То, что мы нашли в подземелье под старой часовней, никогда не должно было увидеть свет. Знак уже повсюду, он преследует нас. Трое погибли – это только начало. Он требует жертв, хочет вырваться. Я слышу шаги за дверью каждую ночь, вижу его лицо в зеркале. Только круг сдерживает его, но я не знаю, надолго ли. Если ты получишь это письмо, умоляю – не ищи меня, не пытайся понять. Просто убегай отсюда как можно дальше. И никогда, никогда не входи в круг. Твоя сестра, Елизавета».

Письмо датировалось 6 июля 1912 года – днём перед пожаром.

– Боже мой, – прошептала Ольга. – Что же произошло в этом доме на самом деле?

– Похоже, Георгий и Елизавета нашли что-то под часовней, – задумчиво произнёс Андрей. – Что-то опасное. И это как-то связано с символом креста в круге.

– В письме упоминается подземелье под часовней, – заметила Мария. – Ольга, вы знаете об этом месте?

– В парке действительно есть старая часовня, – кивнула хозяйка. – Но я не знала ни о каком подземелье. Часовня сейчас в аварийном состоянии, я даже не заходила внутрь.

– Нам нужно осмотреть её, – решительно сказал Андрей. – И как можно скорее.

Они собрались идти, когда в кабинет вошёл Семён Петрович с подносом, на котором стояли чашки с чаем и тарелка с печеньем.

– Решил, что вы захотите перекусить, – сказал он, ставя поднос на стол. Заметив разложенные документы, старик нахмурился: – Что вы тут изучаете?

– Семейную историю, – ответил Андрей, наблюдая за реакцией смотрителя. – Особенно интересуют события 1912 года. Вы что-нибудь знаете об этом, Семён Петрович?

Старик пожал плечами:

– Так ведь сто с лишним лет прошло. Откуда мне знать? Только слухи всякие ходили.

– Какие слухи? – мгновенно подхватила Мария.

– Да всякое болтали, – неохотно ответил смотритель. – Что Бычков этот, Георгий, связался с нечистой силой. Что в старой часовне обряды проводил. А потом будто бы нашёл что-то под землёй – то ли клад, то ли могилу языческую. И выпустил что-то… – он махнул рукой. – Глупости всё это, конечно. Сказки для детей.

– А вы давно здесь работаете, Семён Петрович? – спросил Андрей.

– Уже говорил вчера – с 1976 года, – проворчал старик. – Почти пятьдесят лет.

– И никогда не замечали ничего странного? – продолжил Андрей.

Смотритель помолчал, словно что-то обдумывая:

– Всякое бывало, – уклончиво ответил он. – Но я человек практичный. Не верю в привидения и прочую чертовщину.

– А в часовню вы заходили? – не отставал Андрей.

– Зачем? Там пусто и крыша обвалилась, – ответил Семён Петрович. – Я бы туда и вам не советовал соваться. Опасно это.

– И всё же мы хотим взглянуть, – твёрдо сказал Андрей.

Старик покачал головой:

– Воля ваша. Только осторожнее там.

Когда смотритель ушёл, Мария внимательно посмотрела на Андрея:

– Он что-то скрывает, я уверена.

– Согласен, – кивнул детектив. – Но пока сосредоточимся на часовне. Ольга, вы покажете нам дорогу?

Они вышли из дома и направились через парк к часовне. День выдался ясный и тёплый – полная противоположность вчерашней грозе. Солнечный свет пробивался сквозь листву старых деревьев, создавая на земле причудливые узоры. Воздух пах влажной землёй, травами и чем-то неуловимо свежим и чистым.

Парк находился в запущенном состоянии: дорожки заросли травой, скамейки покосились, мраморные статуи были разбиты или опрокинуты. Но даже в таком виде чувствовалась былая красота этого места.

Часовня находилась в дальнем углу парка, почти у самой границы владений. Небольшое каменное строение в неоготическом стиле с высоким шпилем и узкими стрельчатыми окнами. Крыша частично обрушилась, стены поросли плющом, а дверь выглядела так, словно её не открывали десятилетиями.

– Вот она, – сказала Ольга, останавливаясь в нескольких метрах от часовни. – Построена в 1890-х годах прадедом Георгия, Семёном Бычковым. По семейным преданиям, он основал её на месте древнего капища.

Андрей внимательно осмотрел строение:

– Выглядит заброшенной, но не такой уж ветхой. Попробуем войти.

Он подошёл к двери и дёрнул за ручку. К его удивлению, дверь легко поддалась, словно её недавно открывали. Внутри часовни было прохладно и сумрачно. Свет проникал через узкие окна и дыру в крыше, освещая небольшое пространство. Пол был каменным, стены – украшены потускневшими фресками. Алтарная часть пустовала, лишь каменный постамент указывал на место, где когда-то стояла икона или распятие.

– Довольно хорошо сохранилось, – заметила Мария, осматриваясь. – Учитывая, сколько лет здание стоит без присмотра.

Андрей медленно обошёл часовню, внимательно изучая каждый угол. Вскоре его внимание привлекла странная особенность каменного пола: в центре часовни плиты образовывали почти правильный круг. Приглядевшись, он заметил тонкие бороздки между плитами – словно они могли сдвигаться.

– Мария, посвети сюда, – попросил Андрей.

Журналистка включила фонарик на телефоне и направила луч на указанное место. В свете ясно виднелся тот же символ – крест в круге, искусно вырезанный в центральной плите.

– Думаю, мы нашли вход в подземелье, – сказал Андрей. – Нужно попробовать сдвинуть эту плиту.

– Подождите! – воскликнула Ольга. – А что если это опасно? Вы читали письмо Елизаветы – там что-то говорилось о том, что нельзя входить в круг.

– Возможно, она имела в виду что-то другое, – ответил Андрей, хотя сам не был в этом уверен.

Он опустился на колени и внимательно осмотрел плиту с символом. По краям были едва заметные углубления, словно для пальцев. Андрей попробовал нажать на крест в центре, затем на разные части круга. Ничего не происходило.

– Должен быть какой-то механизм, – пробормотал он.

– Может быть, нужен ключ? – предположила Мария. – Или определённая последовательность действий?

Андрей замер, вспомнив о медальоне Георгия:

– Ольга, тот медальон, который вы нашли… он с вами?

Хозяйка дома кивнула и достала из кармана золотой овал на цепочке:

– Всегда ношу его с собой. Не знаю почему.

– Можно? – Андрей протянул руку, и Ольга передала ему медальон.

Внимательно осмотрев его, Андрей заметил, что герб Бычковых на медальоне имеет те же очертания, что и крест в круге на полу часовни. Основной элемент герба – дуб – своими контурами образовывал крест, а овал медальона дополнял образ круга.

– Я попробую, – сказал он и осторожно вставил медальон в углубление в центре каменной плиты.

Мгновение ничего не происходило. Затем раздался тихий скрежет, и плита со символом начала медленно опускаться, открывая ход вниз. Прохладный затхлый воздух поднялся из темноты.

– Боже мой, – прошептала Ольга. – Там действительно что-то есть.

Андрей посветил фонариком вниз. Каменные ступени спирально уходили под землю, теряясь в темноте.

– Я спущусь первым, – сказал он. – Мария, подожди здесь с Ольгой. Если через пятнадцать минут не вернусь – звони в полицию.

– Нет уж, – решительно возразила журналистка. – Я иду с тобой. А вот Ольга действительно должна остаться здесь.

– Я тоже хочу спуститься, – возразила хозяйка дома. – Это моя семейная история.

– Это может быть опасно, – начал Андрей, но по решительному лицу женщины понял, что переубедить её не удастся.

– Хорошо, – сдался он. – Но держитесь позади меня и будьте предельно осторожны.

Андрей первым начал спуск по спиральной лестнице. Ступени были каменными, старыми, но на удивление крепкими. Воздух становился всё холоднее и влажнее по мере того, как они углублялись под землю. Луч фонарика выхватывал из темноты только несколько ступеней впереди, остальное терялось во мраке.

– Здесь должны были быть факелы или фонари, – заметил Андрей. – Бычковы явно использовали этот ход регулярно.

– Как думаешь, насколько это глубоко? – спросила Мария, стараясь говорить спокойно, хотя в её голосе чувствовалось напряжение.

– Судя по количеству ступеней, мы уже на глубине примерно пяти-шести метров, – ответил Андрей.

Внезапно лестница закончилась, и они оказались в небольшом круглом помещении с низким сводчатым потолком. По стенам шли странные письмена, похожие на древние руны или иероглифы. В центре стоял каменный алтарь, на котором лежали какие-то предметы, покрытые многолетним слоем пыли.

– Что это за место? – прошептала Ольга, озираясь с явным страхом.

Андрей осветил фонариком стены. Помимо непонятных письмен, здесь были нарисованы символы – круги с крестами внутри, но не совсем такие, как они видели раньше. Эти были более сложными, с дополнительными элементами.

– Похоже на какое-то ритуальное помещение, – предположил Андрей, подходя к алтарю. – Любопытно…

На каменной плите лежали несколько предметов: старинная книга в кожаном переплёте, бронзовый нож с гравировкой, несколько хрустальных флаконов с высохшим содержимым и странный деревянный ящичек, украшенный резьбой.

– Не трогайте ничего! – предостерёг Андрей женщин. – Неизвестно, что здесь происходило. Я сделаю несколько фотографий, и мы уйдём.

Он начал фотографировать всё вокруг – стены с символами, алтарь с предметами, надписи на полу. Мария, не удержавшись от журналистского любопытства, осторожно подошла к алтарю и наклонилась над книгой.

– Она на латыни, – сказала она, всматриваясь. – И очень старая. Возможно, средневековая.

Ольга стояла в стороне, обхватив себя руками, словно ей было холодно:

– Мне не нравится это место. Здесь… нехорошая энергетика.

– Ещё минуту, – сказал Андрей, продолжая фотографировать.

Внезапно раздался странный звук – словно шорох или тихое дыхание. Все трое замерли.

– Вы это слышали? – прошептала Мария.

Звук повторился, теперь более отчётливо. Он исходил откуда-то из-за стены напротив входа. Андрей направил туда луч фонаря и заметил небольшую арку, ведущую куда-то дальше.

– Там есть ещё помещение, – сказал он. – Я проверю.

– Андрей, не надо! – схватила его за руку Мария. – Мы должны уйти отсюда. Сейчас же.

Но детектив уже направился к арке. Перешагнув невысокий порог, он оказался в комнате поменьше. Здесь не было ни символов на стенах, ни алтаря – только большой каменный саркофаг посередине. Крышка саркофага была сдвинута, открывая часть внутреннего пространства.

Андрей осторожно приблизился и заглянул внутрь. Саркофаг был пуст. На дне виднелись лишь остатки какой-то ткани и… свежие царапины на камне. Очень свежие, словно сделанные недавно.

Внезапно луч фонарика выхватил из темноты движение – что-то скользнуло по полу за саркофагом и исчезло в щели между камнями. Андрей резко отступил.

– Есть кто-нибудь? – громко спросил он, озираясь.

Тишина. Только его собственное сердце громко стучало в груди.

– Андрей! – голос Марии из соседней комнаты звучал испуганно.

Он быстро вернулся и увидел, что женщины стоят, прижавшись друг к другу, и смотрят на что-то на полу. Луч фонарика Марии освещал странные следы – словно цепочка влажных пятен, ведущая от алтаря к выходу.

– Что это такое? – прошептала Ольга.

Андрей наклонился и осторожно коснулся одного из пятен. Оно было влажным и… тёплым. Он поднёс пальцы к носу: запах был металлическим и солёным.

– Похоже на кровь, – сказал он, вытирая пальцы о платок. – Свежую кровь.

– Боже мой, – Ольга отшатнулась. – Нам нужно уходить отсюда. Немедленно!

Андрей кивнул:

– Согласен. Возвращаемся наверх.

Они быстро направились к лестнице, стараясь не наступать на странные следы. Когда они почти достигли первых ступеней, внезапно сверху раздался громкий скрежет, и луч дневного света, проникавший из часовни, исчез.

– Что происходит? – в панике воскликнула Ольга.

Андрей бросился вверх по лестнице, перепрыгивая через две-три ступеньки. Достигнув верха, он упёрся руками в каменную плиту, которая теперь закрывала выход.

– Нас заперли! – крикнул он, пытаясь сдвинуть плиту. – Помогите мне!

Мария и Ольга поднялись следом и все вместе они попытались отодвинуть тяжёлый камень. Тщетно – плита не поддавалась.

– Должен быть механизм, – Андрей водил руками по стенам вокруг, пытаясь нащупать рычаг или кнопку. – Что-то, что открывает выход изнутри.

Мария осветила стены фонариком:

– Вот! – она указала на небольшое углубление с символом креста в круге. – Может быть, это?

– Попробуем, – Андрей снова достал медальон и вставил его в углубление.

Ничего не произошло.

– Чёрт! – выругался он. – Должен быть другой способ.

– А если надавить? – предложила Ольга. – Или повернуть?

Андрей попробовал повернуть медальон в углублении. На этот раз раздался тихий щелчок, и плита над их головами начала медленно подниматься. Свежий воздух и дневной свет ворвались в затхлое подземелье.

Они поспешно выбрались наружу, в часовню, тяжело дыша и озираясь. Здесь никого не было – только ветер шелестел листвой за разбитыми окнами.

– Кто мог нас запереть? – спросила Мария, когда они немного пришли в себя.

– Кто-то, кто не хотел, чтобы мы увидели то, что внизу, – ответил Андрей. – Или… кто-то, кто хотел напугать нас.

– Нам нужно вернуться в дом и вызвать полицию, – решительно сказала Ольга. – После всего, что мы увидели…

– Пока не будем торопиться с полицией, – остановил её Андрей. – У нас всё ещё слишком мало конкретных фактов. Вернёмся в дом и всё обдумаем. А потом я съезжу в посёлок, поговорю с местными жителями. Возможно, они знают что-то, что поможет нам.

Они быстрым шагом направились обратно к усадьбе. Андрей шёл немного позади, внимательно осматривая парк и прислушиваясь. У него было стойкое ощущение, что за ними наблюдают.

Когда они вышли на главную аллею, ведущую к дому, Андрей заметил на старой скамейке Семёна Петровича. Смотритель сидел, опираясь на трость, и смотрел на приближающуюся троицу с каким-то странным выражением лица.

– Вы ходили к часовне, – утвердительно сказал он, когда они поравнялись с ним. – И нашли подземелье.

Это был не вопрос, а утверждение. Андрей внимательно посмотрел на старика:

– Откуда вы знаете?

Семён Петрович усмехнулся:

– Я же говорил – я здесь очень давно работаю. И знаю все секреты этого места. Даже те, о которых хозяева не догадываются.

– Вы знали о подземелье под часовней? – возмущённо спросила Ольга. – И ничего мне не сказали?

– Вы не спрашивали, – просто ответил смотритель. – К тому же, есть вещи, которые лучше оставить в покое. Особенно то, что касается семьи Бычковых и событий 1912 года.

– Что вы знаете об этом? – Андрей сел рядом со стариком, внимательно глядя ему в глаза. – Пожалуйста, Семён Петрович. Люди погибли. И ещё могут погибнуть, если мы не разберёмся, что происходит.

Старик долго молчал, глядя куда-то вдаль. Наконец, он тяжело вздохнул:

– Хорошо. Но не здесь. Пойдёмте в дом. И мне понадобится что-нибудь покрепче чая для этого разговора.

В малой гостиной усадьбы Семён Петрович устроился в старинном кресле у камина. Ольга налила ему рюмку коньяка, которую старик выпил одним глотком, прежде чем начать говорить.

– То, что я вам расскажу, я узнал не сразу, – начал он. – Часть – из документов, которые нашёл в усадьбе, когда здесь был санаторий. Часть – от старожилов деревни, которых уже давно нет в живых. Часть… – он запнулся, – часть я видел своими глазами.

Андрей, Мария и Ольга слушали, затаив дыхание.

– История семьи Бычковых не так проста, как кажется, – продолжил смотритель. – Их богатство появилось не просто так. В середине XIX века Семён Бычков, прадед Георгия и основатель рода, был обычным зажиточным крестьянином. Но в 1850 году он неожиданно разбогател – открыл фабрику, купил земли, построил эту усадьбу. В деревне говорили, что он нашёл клад или продал душу дьяволу. Правда, как всегда, где-то посередине.

Семён Петрович помолчал, словно собираясь с мыслями:

– Бычков действительно что-то нашёл. На месте, где сейчас стоит часовня, раньше было древнее капище. Языческое место силы. При распашке поля рабочие Бычкова обнаружили там странные камни с символами и какой-то саркофаг. А в нём – артефакты, очень ценные и очень древние. Золото, драгоценные камни, но главное – книга. Старинный фолиант с формулами и заклинаниями. По крайней мере, так считал Бычков.

– И он использовал эту книгу? – спросил Андрей.

– По преданию, да, – кивнул старик. – Он проводил какие-то ритуалы, читал заклинания. И его дела пошли в гору – неестественно быстро. Но вместе с богатством пришла и беда. Жена его умерла при странных обстоятельствах, младший сын утонул, а сам Семён начал видеть и слышать странные вещи. Тогда он построил часовню на месте капища – надеялся, что христианская святыня успокоит древних духов. И под часовней устроил тайник, где спрятал находку.

– А потом? – тихо спросила Ольга.

– Потом Семён умер, дело перешло к его сыну, потом к внуку – Григорию, отцу Георгия. Тот был практичным человеком, в мистику не верил, капищем не интересовался. А вот Георгий, его сын… – Семён Петрович покачал головой. – Георгий был другим. С детства увлекался оккультизмом, историей, древними культами. Получил образование в Европе, много путешествовал. А когда вернулся и унаследовал усадьбу после смерти отца, первым делом вскрыл тайник прадеда.

– И что было дальше? – спросила Мария, записывая рассказ в блокнот.

– Дальше началось то, что местные называют «проклятием Бычковых», – ответил смотритель. – Георгий начал проводить какие-то ритуалы в подземелье часовни. Говорят, он искал бессмертие или власть над чужими душами. Но вместо этого… он что-то пробудил. Что-то древнее и злое. Сначала стали гибнуть животные в округе – находили их с перерезанным горлом и странными символами, вырезанными на шкуре. Потом начали умирать люди – те самые трое, о которых писал Георгий в дневнике. И везде был этот символ – крест в круге.

– Что означает этот символ? – спросил Андрей.

– По одной из версий, это знак древнего существа, которое наши предки заточили под землёй, – ответил Семён Петрович. – Существа, питающегося страхом и кровью. Круг – это печать, удерживающая его. Крест – это жертва, необходимая для его освобождения. Когда Георгий начал свои ритуалы, он нарушил печать. И… что-то начало выходить наружу.

– Вы верите в это? – скептически спросила Мария.

Старик пожал плечами:

– Я видел многое за свои годы в этом доме. Вещи, которые сложно объяснить рационально. Шаги в пустых комнатах. Двери, закрывающиеся сами собой. Предметы, меняющие своё положение, когда никто не смотрит. И кровь. Свежую кровь на полу подвала каждое утро 7 июля – в годовщину пожара.

– И что случилось в ночь пожара? – тихо спросила Ольга.

– По официальной версии, всё началось от непотушенной свечи, – ответил Семён Петрович. – Но старожилы рассказывали другое. В ту ночь, на Ивана Купалу, Георгий проводил какой-то особенно важный ритуал в часовне. С ним были его сестра Елизавета и ещё несколько человек. Что-то пошло не так. Из подземелья раздались крики, а потом Елизавета выбежала оттуда одна, в разорванной одежде и с безумными глазами. Она бросилась в усадьбу, а через час начался пожар. Говорят, это она сама подожгла дом – чтобы уничтожить то, что выбралось из подземелья вслед за ней.

– Но Елизавета выжила в том пожаре, – заметил Андрей. – И покончила с собой месяц спустя.

– Да, – кивнул смотритель. – И перед смертью написала записку: «Я иду к тебе, брат мой. Спаси меня от круга». Многие считали, что она просто не пережила гибель брата. Но были и те, кто верил, что она бежала от чего-то… или к чему-то.

– А что с теми странными смертями? – спросила Мария. – Это всё совпадения?

– Не знаю, – честно ответил старик. – Но когда в марте погиб первый рабочий, я сразу вспомнил историю 1912 года. А когда нашли утонувшего садовника в том же пруду… – он покачал головой. – Слишком много совпадений.

– Почему вы ничего не рассказали полиции? – строго спросил Андрей.

– И что бы я им сказал? – усмехнулся Семён Петрович. – Что виной всему древнее проклятие или существо из подземелья? Меня бы сочли выжившим из ума стариком. А если бы я показал им подземелье… – он замолчал.

– Что? – подтолкнула его Ольга.

– Кто-то уже использует его, – тихо сказал смотритель. – Я видел свежие следы около часовни. Слышал странные звуки по ночам. Кто-то продолжает ритуалы Георгия. И я боюсь, что это… не человек.

В комнате воцарилась тяжёлая тишина, нарушаемая только треском поленьев в камине. Андрей пристально смотрел на старика, пытаясь определить, говорит ли тот правду или намеренно запутывает их.

– Семён Петрович, – наконец произнёс он, – я понимаю, что вы верите в эту историю. Но мы должны рассмотреть и рациональное объяснение. Кто мог бы быть заинтересован в том, чтобы напугать Ольгу или заставить её отказаться от усадьбы?

– Сложно сказать, – старик задумался. – Резников, конечно, хочет получить эту землю. Но убивать людей ради этого… я не знаю.

– А кто ещё знает о подземелье и истории семьи? – продолжил Андрей.

– Немногие, – ответил смотритель. – В посёлке есть несколько старожилов, которые помнят легенды. Да ещё библиотекарь Анна Сергеевна – она собирает местную историю, у неё может быть информация.

– Хорошо, – Андрей поднялся. – Я поеду в посёлок прямо сейчас. Хочу поговорить с этой Анной Сергеевной и другими местными жителями.

– Я с тобой, – быстро сказала Мария. – Это отличный материал для статьи.

Ольга нервно посмотрела на них:

– А как же я? Мне оставаться здесь одной?

– Вы не одна, – напомнил Андрей. – С вами Семён Петрович. А мы вернёмся до темноты. И… – он достал из кармана небольшой предмет, – вот, возьмите. Это мини-камера с датчиком движения. Установите её в своей комнате. Если что-то случится, когда нас не будет рядом, у нас будет запись.

Ольга благодарно кивнула, принимая устройство.

До ближайшего посёлка было около пяти километров. Андрей и Мария решили поехать на машине – так они могли бы успеть вернуться в усадьбу до наступления темноты.

Перед отъездом Андрей отвёл Семёна Петровича в сторону:

– Присмотрите за Ольгой, – тихо сказал он. – И будьте осторожны. Кто бы ни стоял за этими событиями – человек или нечто иное – он опасен.

– Не беспокойтесь, – кивнул старик. – Я знаю этот дом лучше, чем кто-либо другой. И умею защищать тех, кто мне доверен.

В машине, направляясь в посёлок, Мария внимательно изучала сделанные в подземелье фотографии:

– Странно, что книга и другие артефакты всё ещё были там, – заметила она. – Если они такие ценные, почему их никто не забрал за все эти годы?

– Может быть, никто не знал, как открыть вход, – предположил Андрей. – Или… боялся.

– А ты веришь во всё это? – Мария внимательно посмотрела на него. – В древнее существо, проклятия, мистические ритуалы?

Андрей задумался:

– Я видел многое за годы работы в милиции. Вещи, которые сложно объяснить логикой. Но я всегда искал рациональное объяснение и обычно находил его.

– Но не всегда? – уточнила Мария.

– Не всегда, – признал Андрей. – Иногда остаются… вопросы без ответов.

Посёлок Лесной оказался типичным подмосковным населённым пунктом: несколько улиц с частными домами, магазин, школа, администрация, библиотека и клуб в одном здании. Они припарковались на небольшой площади перед администрацией и направились в библиотеку.

Анна Сергеевна, местный библиотекарь, оказалась приветливой женщиной лет шестидесяти с живыми глазами и седыми волосами, собранными в аккуратный пучок. Узнав, что гости интересуются историей усадьбы Бычкова, она оживилась ещё больше:

– О, это моя любимая тема! Я десять лет собираю материалы о Бычковых и их усадьбе. У меня даже есть небольшой архив. Проходите, я покажу вам.

Она провела их в маленькую комнатку за основным залом библиотеки. Здесь стояли стеллажи с папками, а на стенах висели фотографии усадьбы в разные периоды.

– Вот, смотрите, – Анна Сергеевна достала несколько папок. – Здесь газетные вырезки начала XX века, воспоминания местных жителей, которые я записывала, копии документов из областного архива. Даже фотографии есть – настоящая редкость для того времени!

– А что вы знаете о событиях 1912 года? – спросил Андрей. – О пожаре и смертях, которые ему предшествовали?

Библиотекарь внимательно посмотрела на него:

– Вы из-за недавних происшествий интересуетесь? – проницательно спросила она. – В посёлке уже шепчутся, что проклятие вернулось.

– Мы просто собираем информацию, – уклончиво ответил Андрей. – Что вам известно?

– Официально – немного, – Анна Сергеевна открыла одну из папок. – Вот газетные сообщения о пожаре и жертвах. Вот свидетельские показания о странных звуках и огнях в часовне накануне. Но есть и то, что не попало в официальные документы. Народная память хранит больше, чем архивы.

– И что говорит народная память? – заинтересовалась Мария.

– Что Георгий Бычков был не просто коллекционером древностей, – понизила голос библиотекарь. – Он был оккультистом, изучал тёмные искусства. И что в его коллекции были не только безобидные артефакты, но и настоящие предметы силы. В частности, древний фолиант, который он якобы нашёл в Трансильвании.

– «Некрономикон»? – полушутя предположил Андрей.

– Нет, нечто более локальное, – серьёзно ответила женщина. – Книга, связанная с верованиями древних славян. С культом существа, которого наши предки называли «Стрибоню» – нечто среднее между божеством и демоном. Согласно легенде, это существо могло исполнять желания, но требовало кровавых жертв. И с каждой жертвой становилось сильнее.

– И вы верите в эти истории? – спросил Андрей.

– Я историк по образованию, – улыбнулась Анна Сергеевна. – Стараюсь относиться ко всему критически. Но иногда самые фантастические легенды имеют под собой реальную основу. В данном случае, факты таковы: в 1912 году в усадьбе действительно произошли три странных смерти, затем случился пожар, в котором погиб хозяин, а его сестра через месяц покончила с собой. И сейчас, сто с лишним лет спустя, история повторяется – три смерти при схожих обстоятельствах. Совпадение? Возможно. Но очень странное.

– А что случилось с наследниками Бычковых после революции? – поинтересовалась Мария.

– Николай, младший брат Георгия, бежал на юг России, позже сменил фамилию на Быков и затерялся среди беженцев, – ответила библиотекарь. – Его дети и внуки, вероятно, даже не знали о своём происхождении. А усадьба была национализирована, в ней сначала устроили детский дом, потом санаторий для партийных работников, потом склад. В девяностые она стояла заброшенной, пока не объявилась эта девушка, Ольга.

– Вы знакомы с Ольгой? – спросил Андрей.

– Не лично, – покачала головой Анна Сергеевна. – Она приезжала в библиотеку несколько месяцев назад, интересовалась историей усадьбы. Я дала ей копии некоторых документов. Она показалась мне искренне увлечённой идеей восстановления родового имения. Жаль, если эти трагические события заставят её отказаться от своих планов.

– А местные жители как относятся к усадьбе? – продолжил расспросы Андрей. – Есть ли какие-то суеверия, связанные с ней?

– О, множество, – усмехнулась библиотекарь. – Дети пугают друг друга историями о призраках Бычковых. Подростки устраивают там «испытания храбрости». Старики обходят то место стороной, особенно часовню. А в ночь на Ивана Купалу никто из местных даже близко не подходит к усадьбе.

– А что насчёт бизнесмена Резникова? – спросил Андрей. – Мы слышали, что он хотел купить усадьбу.

– Не только хотел, но и почти купил, – ответила Анна Сергеевна. – Пять лет назад ему не хватило совсем немного, чтобы оформить сделку. А потом объявилась наследница. Резников, конечно, был в ярости. Он уже строил планы по созданию там развлекательного комплекса, вложил деньги в проект.

– Вы думаете, он мог быть причастен к недавним смертям? – прямо спросил Андрей.

Библиотекарь помолчала, обдумывая ответ:

– Не знаю. Резников – жёсткий бизнесмен, но до убийства… это серьёзное обвинение. Хотя кто знает, на что люди способны ради денег?

– А вы знаете Семёна Петровича, смотрителя усадьбы? – сменила тему Мария.

– Конечно, – кивнула Анна Сергеевна. – Он работает там с советских времён. Знает усадьбу лучше, чем кто-либо. Странный старик, конечно, немного нелюдимый, но безобидный.

– Он рассказал нам о подземелье под часовней, – сказал Андрей, наблюдая за реакцией женщины.

Библиотекарь заметно напряглась:

– Вы… были там?

– Да, – кивнул Андрей. – Сегодня утром.

Анна Сергеевна тяжело вздохнула:

– Не стоило этого делать. Это место… нехорошее. Говорят, что после пожара 1912 года туда спустились двое полицейских, чтобы осмотреть подземелье, которое обнаружили случайно. Один вышел оттуда седым и немым – так и не заговорил до самой смерти. Второй не вышел вообще. Официально считается, что он погиб от обрушения, но тела так и не нашли.

– И вы всё ещё скажете, что не верите в мистику? – усмехнулась Мария.

– Я не говорю, что верю, – осторожно ответила библиотекарь. – Но… есть места, которые лучше не тревожить. Усадьба Бычкова – одно из них.

Они поблагодарили Анну Сергеевну за информацию и попрощались. Она дала им копии некоторых документов и свой телефон на случай, если понадобится дополнительная помощь.

Выйдя из библиотеки, Андрей предложил зайти в местный бар – поговорить с жителями посёлка и узнать, что они думают о недавних событиях в усадьбе.

Бар «У Михалыча» оказался типичной деревенской забегаловкой с парой столиков, стойкой и телевизором в углу. Несмотря на будний день, здесь было несколько посетителей – в основном мужчины средних лет, потягивающие пиво после работы.

Андрей и Мария заняли столик в углу и заказали чай. Разговор поначалу не клеился – местные с подозрением смотрели на незнакомцев. Но когда Мария представилась журналисткой, интересующейся усадьбой Бычкова, лёд был сломан.

– А, так вы про проклятый дом, – усмехнулся бармен, протирая бокал. – Чего тут рассказывать-то? Все знают, что место нехорошее.

– Почему нехорошее? – поинтересовался Андрей.

– Да сколько себя помню, там всегда что-то происходило, – ответил мужчина. – То шаги слышат, когда никого нет. То огни видят в окнах заброшенного крыла. А теперь вот люди гибнут.

– Вы знали погибших? – спросил Андрей.

– Садовника знал, – кивнул бармен. – Михаил Степаныч, хороший был мужик. И пловец отличный, между прочим. Как он мог утонуть в таком мелком пруду – непонятно.

К разговору присоединился пожилой мужчина с соседнего столика:

– Я вам так скажу: это всё из-за того, что место проклятое. Мой дед ещё рассказывал, что при Бычковых там что-то нечистое творилось. Хозяин якшался с тёмными силами. Вот они теперь и мстят.

– А может, это всё Резников устроил? – предположил молодой парень у стойки. – Хочет усадьбу заполучить, вот и пугает новую хозяйку.

– Глупости, – отмахнулся пожилой мужчина. – Резников, конечно, тот ещё хищник, но до убийства не опустится. Ему это ни к чему. У него и так денег куры не клюют.

– А домработницу погибшую кто-нибудь знал? – спросила Мария.

– Анну-то? – бармен кивнул. – Местная она была, из соседней деревни. Тихая женщина, работящая. Муж у неё умер пару лет назад, детей нет. Обрадовалась, когда её эта новая хозяйка на работу взяла – и платила хорошо, и недалеко от дома.

– Она когда-нибудь говорила, что боится чего-то в усадьбе? – продолжил Андрей.

Бармен задумался:

– Была у неё пару раз. Говорила, что в доме неуютно, словно кто-то всё время смотрит в спину. А за неделю до… того случая была сама не своя. Сказала, что видела какую-то фигуру в старинной одежде в коридоре, а когда окликнула – та исчезла.

– А вы сами бывали в усадьбе? – спросил Андрей, обращаясь ко всем.

– Давно, ещё пацаном, – ответил молодой человек. – Мы туда на спор лазили. Жуткое место, особенно ночью. Стены будто дышат. И звуки странные… словно кто-то ходит, а никого нет.

– А часовню видели? – продолжил расспросы Андрей.

– Туда никто не ходит, – серьёзно сказал пожилой мужчина. – Даже самые отчаянные. Там нечисто.

Разговор продолжался ещё некоторое время. Местные рассказывали разные истории об усадьбе – некоторые явно преувеличенные, другие звучали вполне правдоподобно. Общее впечатление сводилось к одному: усадьба Бычкова имела дурную репутацию, и недавние смерти только подтвердили её.

Когда они наконец вышли из бара, солнце уже клонилось к закату. Андрей взглянул на часы:

– Нам пора возвращаться. Не хочу, чтобы Ольга оставалась там одна в темноте.

– Даже если с ней Семён Петрович? – спросила Мария с лёгкой иронией.

– Особенно если с ней только Семён Петрович, – серьёзно ответил Андрей. – Я до сих пор не уверен, что он рассказал нам всё, что знает.

По дороге обратно в усадьбу они обсуждали собранную информацию.

– Что думаешь? – спросила Мария. – Всё ещё считаешь, что за всем этим стоит обычный человек?

– Не знаю, – признался Андрей. – История с древним существом звучит фантастически, но три смерти, совпадающие с событиями столетней давности… это слишком странно для простого запугивания.

– А этот символ – крест в круге? – продолжила Мария. – Если верить легенде, круг сдерживает существо, а крест символизирует жертву. Три жертвы уже есть. Сколько ещё нужно?

– Надеюсь, мы не узнаем, – мрачно ответил Андрей, сворачивая на дорогу к усадьбе.

Солнце почти скрылось за горизонтом, окрашивая небо в тревожные оранжево-красные тона. Старый дом на холме выглядел зловеще в этом освещении – чёрный силуэт с тёмными окнами, словно глазницами огромного черепа.

Подъехав ближе, Андрей заметил, что в доме горит свет только в одном окне первого этажа. Парадная дверь была закрыта.

– Странно, – нахмурился он. – Ольга знала, что мы возвращаемся. Почему так темно?

Они вышли из машины и направились к крыльцу. Звонок не работал, и Андрей громко постучал в дверь. Никакого ответа.

– Ольга! – позвал он. – Семён Петрович!

Тишина. Только ветер шелестел в парке и где-то вдалеке ухала сова.

– Может быть, они в другом крыле дома? – предположила Мария, но в её голосе чувствовалось беспокойство.

Андрей попробовал открыть дверь – она оказалась незапертой. Они вошли в тёмный холл. Запах сырости и пыли казался сильнее, чем утром. А ещё к нему примешивался какой-то новый, тревожный запах – словно металл и озон.

– Ольга! – снова позвал Андрей, включая фонарик на телефоне.

Внезапно из глубины дома раздался крик – отчаянный, полный ужаса. Женский крик.

– Это Ольга! – воскликнула Мария.

Они бросились на звук, пробираясь через тёмные коридоры. Крик повторился, теперь ближе – он исходил из малой гостиной, где они утром разговаривали с Семёном Петровичем.

Андрей первым ворвался в комнату и замер на пороге. Ольга стояла в углу, прижавшись к стене, её лицо было искажено от ужаса. А в центре комнаты, освещённый лишь тусклым светом настольной лампы, лежал Семён Петрович. Он был мёртв – его горло было перерезано, а кровь образовывала под ним странный узор.

– Боже мой, – прошептала Мария позади Андрея.

Детектив быстро подошёл к Ольге, которая словно застыла у стены:

– Что случилось? – спросил он, взяв её за плечи. – Ольга! Вы меня слышите?

Хозяйка дома смотрела широко раскрытыми глазами куда-то за его плечо:

– Он… он был там… – прошептала она. – В старинной одежде… с медальоном… и глаза… такие пустые…

– Кто? – Андрей слегка встряхнул её. – Кого вы видели?

– Георгия, – выдохнула Ольга. – Моего прадеда. Он стоял над Семёном Петровичем… и улыбался.

Глава 3. Портреты с чердака

Андрей мгновенно переключился в режим профессионала:

– Мария, останься с Ольгой, – твёрдо сказал он, указывая на диван подальше от тела. – Я осмотрю дом.

Он достал из кармана маленький фонарик, который всегда носил с собой – привычка, оставшаяся со времён работы в органах. Луч света выхватил из темноты жуткую картину: тело Семёна Петровича лежало на спине, глаза были открыты, а на шее зияла глубокая рана. Кровь растеклась вокруг, образуя тот же странный символ – крест в круге.

Опустившись на одно колено рядом с телом, Андрей внимательно осмотрел рану, стараясь не нарушить картину места преступления. Горло было перерезано одним уверенным движением, как у профессионала. Рядом с рукой старика лежала его трость, но на ней не было крови.

– Сколько времени он мёртв? – тихо спросила Мария, которая, вопреки указанию, подошла ближе, оставив Ольгу сидеть на диване с закрытыми глазами.

– Не больше часа, – ответил Андрей, осматривая остывающее тело. – Кровь ещё не полностью свернулась.

Он внимательно осмотрел комнату. Признаков борьбы не было – ничего не перевёрнуто, не сломано. На столике стояли две чашки с остывшим чаем. Создавалось впечатление, что Семён Петрович знал своего убийцу и не ожидал нападения.

– Ольга, – обратился Андрей к хозяйке дома, подходя к дивану, – расскажите, что произошло. С самого начала.

Молодая женщина глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями:

– После вашего отъезда мы с Семёном Петровичем пообедали. Потом я ушла к себе – работала над документами по реставрации. Около пяти часов спустилась, чтобы выпить чаю. Семён Петрович был здесь, в гостиной, читал газету. Мы немного поговорили, потом я снова поднялась к себе. А примерно полчаса назад услышала странный звук внизу – не то стон, не то скрежет. Спустилась посмотреть и… нашла его… таким.

– И вы увидели… кого-то ещё? – осторожно спросил Андрей.

Ольга нервно кивнула:

– Да. Он стоял над телом. В старинной одежде – такой, знаете, сюртук, жилет, высокий воротничок. И лицо… – она потёрла виски, словно пытаясь прогнать видение, – точно как на портрете Георгия, который висит в моём кабинете. Но бледное, почти прозрачное. Он посмотрел на меня… и улыбнулся. А потом просто… растворился в воздухе.

– Вы могли принять за призрака обычного человека в костюме, – заметила Мария. – Учитывая шок от увиденного…

– Нет! – воскликнула Ольга. – Я видела, как он исчез! Просто… растаял, как дым. Такое невозможно подделать.

Андрей внимательно наблюдал за ней. Ольга выглядела искренне напуганной, но её рассказ казался слишком фантастическим.

– Нам нужно вызвать полицию, – решительно сказал он. – Здесь произошло убийство.

– Нет! – снова воскликнула Ольга. – Полиция ничего не сможет сделать. Они не поверят в то, что я видела. Решат, что я сошла с ума… или что это я убила Семёна Петровича.

– Ольга, – Андрей говорил спокойно и твёрдо, – произошло убийство. Мы обязаны сообщить об этом властям.

– Дайте мне время до утра, – умоляюще посмотрела на него Ольга. – Пусть Мария останется со мной, чтобы я не была одна. А вы… вы же профессионал. Может быть, вы найдёте что-то, что полиция не заметит. Что-то, что прояснит всю эту историю.

Андрей задумался. С профессиональной точки зрения он должен был немедленно вызвать полицию. Но его интуиция подсказывала, что в этом деле есть нечто большее, чем просто убийство. И если полиция приедет сейчас, они могут упустить важные детали, сосредоточившись только на очевидном.

– Хорошо, – наконец решил он. – Мы дождёмся утра. Но с условием: никто не должен входить в эту комнату и тем более трогать тело.

– Конечно, – кивнула Ольга.

– И ещё, – продолжил Андрей, – нам нужно проверить дом. Убийца мог всё ещё быть здесь.

– Я пойду с тобой, – вызвалась Мария.

– Нет, оставайся с Ольгой, – возразил Андрей. – А я быстро проверю все комнаты. Если что-то случится, сразу звони в полицию.

Он посветил фонариком на пол возле тела:

– Интересно… здесь нет никаких следов. Никаких отпечатков обуви в крови, никаких капель, ведущих к выходу. Как будто убийца подлетел к Семёну Петровичу, перерезал ему горло и испарился.

– Или кровь натекла уже после его ухода, – предположила Мария.

– Возможно, – кивнул Андрей. – Оставайтесь здесь и заприте дверь.

Он быстро, но тщательно осмотрел первый этаж дома. Входная дверь была не заперта, но следов взлома не было. В кухне – идеальный порядок, никаких признаков присутствия постороннего. В кабинете Ольги все бумаги аккуратно разложены, ничего не тронуто. Столовая, библиотека, малая гостиная – везде то же самое. Ничто не указывало на проникновение в дом.

Поднявшись на второй этаж, Андрей методично осматривал комнату за комнатой. Спальня Ольги была нетронута. Его собственная комната – тоже. Комната Марии, несколько гостевых спален, ванные комнаты – всё в идеальном порядке.

Когда он дошёл до запертого крыла дома, то заметил, что дверь, которая должна была отделять жилую часть от заброшенной, приоткрыта. Осторожно войдя, Андрей оказался в длинном тёмном коридоре с несколькими дверями по бокам. Здесь было холоднее, чем в остальном доме, и пахло сыростью и пылью.

Первая комната оказалась пустой – только старая кровать и комод, накрытые пыльными простынями. Вторая – бывший будуар с потрескавшимся зеркалом и выцветшими обоями. Третья – детская с поломанной деревянной лошадкой и рассохшимся шкафом.

В четвёртой комнате Андрей обнаружил нечто странное – она выглядела обжитой. Постель была застелена свежим бельём, на столике лежали книги, а в углу стоял небольшой электрический обогреватель. Всё указывало на то, что кто-то использовал эту комнату, причём совсем недавно.

– Чьё это логово? – пробормотал Андрей, осматривая книги на столе.

Это были старинные издания по оккультизму, истории славянских верований и мистическим ритуалам. Одна из них была открыта на странице, описывающей ритуал вызова душ умерших. Рядом лежал блокнот с какими-то записями, но почерк был настолько мелким и неразборчивым, что Андрей не смог прочитать ни слова.

Он сфотографировал комнату и книги, затем продолжил осмотр. В конце коридора находилась узкая лестница, ведущая на чердак. Андрей поднялся по скрипучим ступеням и оказался в большом пыльном помещении с низким потолком и маленькими окнами.

Чердак был заставлен старой мебелью, ящиками и коробками. Луч фонарика выхватывал из темноты странные силуэты, создавая жуткие тени на стенах. В дальнем углу что-то блеснуло – Андрей направился туда и обнаружил большое старинное зеркало в тяжёлой бронзовой раме. Поверхность зеркала была тусклой от времени, но всё ещё отражала свет.

Рядом с зеркалом стояли прислонённые к стене картины – портреты в старинных рамах. Андрей посветил фонариком на первый из них и увидел знакомое лицо – Георгий Бычков, молодой мужчина с тонкими чертами лица и пронзительным взглядом. Тот самый, чью фотографию они видели в архиве Ольги.

На втором портрете была изображена Елизавета, его сестра – красивая молодая женщина с печальными глазами. Третий портрет изображал пожилого мужчину с окладистой бородой и суровым взглядом – вероятно, отца Георгия.

Но самым интересным оказался четвёртый портрет, закрытый тканью. Андрей осторожно снял покрывало и замер. На картине был изображён человек в чёрном одеянии, напоминающем монашескую рясу, но с языческими символами вместо креста. Лицо его было наполовину скрыто тенью, но видимая часть выглядела искажённой, нечеловеческой. В руках он держал странный предмет – что-то вроде жезла с символом креста в круге.

– Что за чертовщина? – пробормотал Андрей, вглядываясь в портрет.

Внизу на раме виднелась маленькая табличка с надписью: «Хранитель круга. 1891 год».

Андрей сфотографировал все портреты и продолжил осмотр чердака. В углу он обнаружил старый сундук с медными уголками. Замок был сломан, и Андрей легко поднял крышку. Внутри лежали старинные книги, свитки пожелтевшей бумаги и странные предметы – амулеты, кристаллы, засушенные травы в мешочках.

Среди книг он заметил одну особенно старую, с обложкой из тёмной кожи, украшенной металлическими накладками. На корешке не было названия, только выгравированный символ – крест в круге. Андрей осторожно открыл книгу. Страницы были заполнены текстом на непонятном языке, похожем на смесь латыни и древнеславянского. Между страницами он нашёл вложенный лист бумаги с текстом на современном русском – похоже на перевод фрагмента.

«…И когда круг будет завершён, а жертвы принесены, Хранитель явится в мир, чтобы исполнить желание призвавшего. Но помни, ищущий власти: цена за каждое желание – жизнь, и не твоя, а того, кто тебе дорог. Пять жизней за пять десятилетий власти. И когда последняя жертва будет принесена, не останется никого, кто мог бы защитить тебя от Хранителя, ибо он заберёт и твою душу в качестве последней платы…»

Андрей сфотографировал текст и положил книгу обратно в сундук. Его внимание привлёк ещё один предмет – небольшая шкатулка из тёмного дерева, украшенная искусной резьбой. Открыв её, он обнаружил внутри странный амулет – круг из тёмного металла с крестом посередине, точно такой же, как на портрете «Хранителя круга».

– Похоже, мы нашли источник нашего символа, – пробормотал Андрей, осторожно беря амулет в руки.

Металл был неожиданно тёплым на ощупь, словно живой. И хотя это казалось невозможным, Андрею почудилось, что амулет слегка пульсирует в его руке, как маленькое сердце.

Внезапно за спиной раздался шорох. Андрей резко обернулся, выхватывая фонарик и направляя его в темноту. Луч света метнулся по чердаку, выхватывая из темноты куски мебели и странные тени.

– Кто здесь? – громко спросил Андрей, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.

Тишина. Только ветер завывал за окнами да скрипели стропила старого дома.

Андрей медленно обошёл чердак, проверяя каждый угол. Никого. Но ощущение чужого присутствия не покидало его. Словно кто-то стоял прямо за спиной, наблюдая, изучая, выжидая.

Решив не рисковать, Андрей положил амулет обратно в шкатулку, закрыл сундук и направился к лестнице. Уже на последней ступеньке он обернулся и бросил последний взгляд на чердак. Ему показалось, что в тёмном углу, среди теней, мелькнуло что-то – силуэт человека в старинной одежде. Но когда он направил туда свет фонарика, там ничего не было.

– Проклятое воображение, – пробормотал Андрей, спускаясь в коридор.

Вернувшись к Марии и Ольге, он обнаружил их в том же состоянии – напуганные, сидящие рядом на диване. Только теперь они переместились в библиотеку, подальше от комнаты с телом.

– Что-нибудь нашёл? – спросила Мария, подняв на него усталые глаза.

– Возможно, – кивнул Андрей. – Одна из комнат в заброшенном крыле выглядит обжитой. А на чердаке я нашёл портреты семьи Бычковых и странную книгу с амулетом.

Он показал им фотографии на телефоне. Ольга побледнела, увидев портрет «Хранителя круга»:

– Боже мой… это же он…

– Кто? – насторожился Андрей.

– Человек, которого я видела над телом Семёна Петровича, – дрожащим голосом ответила Ольга. – Только у него было лицо Георгия, моего прадеда. Но одежда… эта чёрная одежда с символами… точно такая же.

– Это какой-то бред, – покачала головой Мария. – Призраки, древние существа, ожившие портреты… Мы должны мыслить рационально. Кто-то убил Семёна Петровича обычным ножом. И этот кто-то – человек из плоти и крови.

– А комната в заброшенном крыле? – предположил Андрей. – Может быть, там живёт наш убийца? Кто-то, кто тайно проник в дом и обосновался там?

– Но зачем? – спросила Ольга. – И кто это может быть?

– Мне нужно ещё раз взглянуть на тело, – решил Андрей. – Может быть, я упустил какую-то деталь.

Они вернулись в малую гостиную. Тело Семёна Петровича лежало в той же позе, но кровь вокруг уже полностью свернулась, образуя тёмную корку.

Андрей наклонился над телом и внимательно осмотрел рану на шее. Она была необычной формы – не просто прямой разрез, а скорее зигзагообразный, словно нож двигался не плавно, а рывками.

– Странно, – заметил он, показывая на рану. – Такой разрез сложно сделать обычным ножом. Больше похоже на какой-то ритуальный кинжал с зазубринами.

– Как этот? – тихо спросила Ольга, указывая на что-то блестящее под креслом.

Андрей опустился на колени и заглянул под мебель. Там действительно лежал нож – или, скорее, кинжал с волнистым лезвием и костяной рукоятью, украшенной странными символами.

– Не трогайте его! – предостерёг Андрей. – Это орудие убийства, на нём могут быть отпечатки.

Он достал из кармана носовой платок, обмотал им руку и осторожно вытащил кинжал. Лезвие было покрыто засохшей кровью, а на рукояти виднелся всё тот же символ – крест в круге.

– Я никогда не видела этот кинжал раньше, – сказала Ольга, разглядывая находку. – Он не из моего дома.

– А вот это интересно, – заметил Андрей, указывая на небольшое клеймо у основания лезвия. – Это музейный шифр. Такие ставят на экспонаты в музеях или частных коллекциях.

– Ты думаешь, кинжал украли? – спросила Мария.

– Возможно, – кивнул Андрей. – И я даже начинаю догадываться откуда.

Он достал телефон и набрал номер:

– Алло, Виктор? Это Андрей Вязов. Да, давно не виделись. Слушай, мне нужна твоя помощь. Помнишь, ты рассказывал о коллекции Бычкова, которую передали в исторический музей после революции? Да, именно. Можешь проверить, не числится ли там ритуальный кинжал с волнистым лезвием и символом креста в круге? И ещё – не было ли в последние годы краж из этой коллекции?

Пока Андрей разговаривал, Мария осматривала комнату в поисках других улик. Ольга сидела на диване, обхватив себя руками и глядя в одну точку.

– Спасибо, Виктор, – закончил разговор Андрей. – Да, я понимаю, что сейчас поздно. Просто узнай, что сможешь, и перезвони утром. Это очень важно.

Закончив звонок, он повернулся к женщинам:

– Виктор работает в Историческом музее, в отделе, где хранится коллекция, конфискованная у Бычковых после революции. Он обещал проверить каталоги и сообщить, есть ли там информация о таком кинжале.

– И что это нам даст? – спросила Мария.

– Если кинжал действительно из музея, это сужает круг подозреваемых, – объяснил Андрей. – И подтверждает версию о том, что за всем этим стоит человек, а не призрак.

– Но я видела его, – упрямо повторила Ольга. – Видела, как он растворился в воздухе.

– Наш разум часто играет с нами злые шутки в моменты сильного стресса, – мягко сказал Андрей. – Вы нашли тело человека с перерезанным горлом. Это огромный шок, который мог вызвать галлюцинацию.

– Я знаю, что видела, – настаивала Ольга, но уже менее уверенно.

– Что мы будем делать дальше? – спросила Мария. – Оставаться на ночь в доме с мёртвым телом… не самая приятная перспектива.

– У нас нет выбора, – ответил Андрей. – Сейчас уже слишком поздно ехать куда-либо. Предлагаю вам с Ольгой устроиться в одной комнате – так будет безопаснее. А я проведу ночь здесь, в библиотеке, чтобы следить за домом.

– Я не смогу заснуть, – покачала головой Ольга. – Каждый раз, когда закрываю глаза, вижу его лицо…

– Попробуйте, – Андрей положил руку ей на плечо. – Вам нужны силы. А мы с Марией будем рядом, ничего не случится.

Они проводили Ольгу в её комнату на втором этаже. Мария решила остаться с ней – расстелила импровизированную постель на диване у окна.

– Я буду внизу, – сказал Андрей, стоя в дверях. – Если что-то услышите или увидите – сразу зовите. И не выходите из комнаты до утра, что бы ни случилось.

– А ты? – с беспокойством спросила Мария. – Не боишься остаться один… с ним?

– Мёртвых я не боюсь, – криво усмехнулся Андрей. – Беспокоят только живые.

Вернувшись в библиотеку, он устроился в кресле, откуда был хороший обзор входной двери и коридора. Положив рядом импровизированное оружие – тяжёлую бронзовую настольную лампу – Андрей приготовился к долгой ночи.

Тишина старого дома давила на уши. Изредка слышались звуки, присущие всем старым зданиям – скрип половиц, потрескивание дерева, шорох ветра в дымоходе. Но иногда Андрею казалось, что он слышит и другие звуки – тихие шаги в дальнем коридоре, шёпот, словно кто-то разговаривал за стеной, металлический скрежет, доносящийся откуда-то снизу, из подвала.

Чтобы отвлечься, он решил ещё раз просмотреть фотографии, сделанные за день – подземелье под часовней, странная комната в заброшенном крыле, портреты на чердаке, страница из старинной книги. Все улики указывали на связь нынешних событий с тем, что произошло в 1912 году. Но как это возможно? Кто воспроизводит столетние преступления в наше время?

Телефон Андрея завибрировал – пришло сообщение от Виктора: «Нашёл упоминания о кинжале в каталоге. Называется "Кинжал Хранителя", культовый предмет XV века, предположительно использовался в языческих ритуалах. Пропал из музея три года назад вместе с несколькими другими артефактами из коллекции Бычкова. Кража не раскрыта».

Андрей задумался. Три года назад – примерно тогда же Ольга начала искать информацию о своих предках и усадьбе. Совпадение? Или часть какого-то плана?

Ещё одно сообщение от Виктора: «Посмотрел информацию о символе "крест в круге". В коллекции Бычкова он связан с культом существа по имени Стрибоню – древнего славянского духа времени и жертвоприношений. По легенде, он мог исполнять желания, но требовал взамен пять жизней за пять десятилетий власти или богатства. Круг символизирует печать, удерживающую духа, крест – жертвы, необходимые для его освобождения».

Пять жизней. Три уже есть – рабочий, садовник, домработница. Теперь ещё и Семён Петрович – четвёртый. Значит, осталась ещё одна жертва. Кто? Ольга? Или кто-то ещё, связанный с усадьбой и семьёй Бычковых?

Андрей почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он не верил в призраков и древних духов, но не мог отрицать странные совпадения и тревожные знаки. Что-то происходило в этом доме, что-то зловещее и опасное.

Часы показывали три часа ночи – самое тёмное время суток. За окнами завывал ветер, облака закрыли луну, погрузив сад в непроглядную тьму. В комнате горела только одна лампа, отбрасывая причудливые тени на стены.

Внезапно Андрей услышал отчётливый звук шагов в коридоре – медленных, тяжёлых, словно человек в жёстких ботинках или с тростью. Детектив замер, прислушиваясь. Шаги приближались к библиотеке.

Он бесшумно поднялся с кресла, взял в руки бронзовую лампу и встал за дверью. Шаги остановились прямо за порогом. Наступила тишина.

А затем дверь начала медленно, со скрипом, открываться.

Андрей напрягся, готовый ударить незваного гостя. Дверь открылась полностью, но… за ней никого не было. Только тёмный пустой коридор.

– Что за чертовщина? – пробормотал Андрей, осторожно выглядывая наружу.

Коридор был пуст. Ни следа человеческого присутствия. Держа лампу наготове, Андрей вышел из библиотеки и осмотрелся. Никого.

Он прошёл по коридору до холла, прислушиваясь и вглядываясь в темноту. Тишина. Только ветер за окнами да тиканье старинных часов в углу холла.

Внезапно из гостиной, где лежало тело Семёна Петровича, донёсся странный звук – что-то среднее между стоном и скрипом. Андрей замер, прислушиваясь. Звук повторился.

Осторожно, держа лампу как оружие, Андрей приблизился к двери гостиной. Она была приоткрыта, и через щель проникал слабый свет – хотя Андрей точно помнил, что выключил там всё, когда они уходили.

– Кто здесь? – громко спросил он, распахивая дверь.

Гостиная была пуста. Только тело Семёна Петровича лежало на полу, освещённое странным голубоватым светом, исходящим словно ниоткуда. А рядом с телом, на полу, среди кровавых разводов, отчётливо виднелись чьи-то следы – мокрые отпечатки босых ног, ведущие от тела к дальней стене… и исчезающие прямо в ней.

Андрей медленно подошёл ближе, держа лампу наготове. Следы были чёткими, человеческими. Но как они могли исчезнуть в стене?

Он внимательно осмотрел стену в том месте, где обрывались следы. На первый взгляд – обычная стена с обоями. Но когда Андрей постучал по ней, звук был странным – не глухой, как от кирпича или дерева, а звонкий, металлический.

– Ложная стена? – пробормотал он, ощупывая поверхность.

Под его пальцами что-то щёлкнуло, и часть стены беззвучно отъехала в сторону, открывая узкий проход. За ним виднелась крутая винтовая лестница, уходящая вниз, в темноту.

– Тайный ход, – прошептал Андрей. – Вот как убийца входит и выходит незамеченным.

Он колебался лишь мгновение. Идти в неизвестность, в темноту, одному, без оружия, кроме бронзовой лампы – безумие. Но если он упустит этот шанс, убийца может скрыться навсегда.

Андрей включил фонарик на телефоне и осторожно шагнул в проход. Лестница была старой, но крепкой – каменные ступени, выщербленные от времени, железные перила, покрытые ржавчиной. Он начал спускаться, стараясь двигаться бесшумно. Лестница уходила глубоко вниз – он насчитал более тридцати ступеней, прежде чем оказался в тесном коридоре с низким потолком.

Коридор тянулся прямо, постепенно расширяясь. Стены были каменными, влажными на ощупь. Воздух становился всё холоднее и затхлее по мере продвижения вперёд. Андрей не знал, как долго шёл – может быть, минуту, может быть, десять. Время в этом подземелье словно растягивалось, играло странные шутки с восприятием.

Наконец коридор закончился небольшой круглой комнатой с куполообразным потолком. В центре стоял каменный алтарь, очень похожий на тот, что они видели в подземелье под часовней. Но здесь на алтаре лежал странный предмет – небольшой круг из тёмного металла с крестом посередине. Точная копия амулета, который Андрей видел на чердаке.

По стенам комнаты шли надписи на том же непонятном языке, что и в книге с чердака. А прямо напротив входа, на стене, висел большой гобелен с изображением всё того же символа – креста в круге.

Андрей осторожно приблизился к алтарю. Вокруг амулета были расставлены пять небольших чаш. Четыре из них содержали какую-то тёмную жидкость – похожую на кровь. Пятая была пуста.

– Четыре жертвы, – прошептал Андрей. – И место для пятой.

Внезапно за его спиной раздался тихий смех. Андрей резко обернулся, направляя луч фонаря на источник звука. В дверном проёме стоял человек в тёмной одежде, но свет не достигал его лица.

– Кто вы? – твёрдо спросил Андрей, сжимая в руке бронзовую лампу.

– Ты не узнаёшь меня? – голос был странным – словно говорили одновременно двое, мужчина и женщина. – А ведь мы встречались сегодня.

Человек сделал шаг вперёд, входя в круг света. Андрей замер от изумления. Перед ним стояла Ольга – но как будто не совсем она. Её лицо выглядело иначе – черты заострились, глаза стали тёмными, почти чёрными, а на губах играла странная улыбка, совершенно не свойственная ей.

– Ольга? – неуверенно произнёс Андрей. – Что вы здесь делаете? Как вы нашли этот проход?

– Ольга, Ольга… – насмешливо повторила она. – Бедная, напуганная Ольга, которая так боится призраков своих предков. Она сейчас крепко спит в своей постели, убаюканная снотворным, которое я подмешала в её чай. А я… я здесь по делу.

– Кто ты? – Андрей отступил на шаг, крепче сжимая лампу.

– Ты всё ещё не понял? – она рассмеялась, и этот смех эхом отразился от каменных стен. – Меня зовут Елизавета Бычкова. По крайней мере, так меня звали при жизни, более ста лет назад.

– Это невозможно, – покачал головой Андрей. – Елизавета умерла в 1912 году. Вы больны, вам нужна помощь.

– О, я получила помощь, – усмехнулась женщина. – От самого Хранителя круга. Он дал мне новую жизнь в обмен на пять жертв. И сегодня я принесу последнюю – твою, Андрей.

Она сделала шаг вперёд, и в её руке блеснул уже знакомый кинжал с волнистым лезвием.

– Вы убили Семёна Петровича, – утвердительно сказал Андрей, стараясь выиграть время. – И остальных. Но зачем?

– Всё началось сто лет назад, – начала она, медленно приближаясь к нему. – Мой брат Георгий нашёл древний артефакт и книгу заклинаний. Он вызвал Хранителя круга, чтобы получить богатство и власть. Но не знал цены. Цены в пять жизней – его близких. Первой была наша мать. Затем дядя. Потом младший брат. Я должна была стать четвёртой жертвой, но узнала о его планах и помешала ему. В ту ночь, на Ивана Купалу, я убила Георгия его же кинжалом. А потом подожгла дом, чтобы уничтожить все следы.

– И инсценировала своё самоубийство? – спросил Андрей.

– Нет, – покачала она головой. – Я действительно умерла. Но перед смертью я заключила свою сделку с Хранителем. Я попросила его дать мне возможность вернуться, когда усадьба снова будет принадлежать Бычковым. И он согласился – в обмен на пять жизней.

– И вы… что? Вселились в тело Ольги? – Андрей старался говорить спокойно, хотя весь этот разговор казался безумием.

– Не совсем, – она снова усмехнулась. – Ольга – моя дальняя родственница, но не прямой потомок. Я просто… позаимствовала её тело время от времени. Она ни о чём не подозревает – думает, что у неё провалы в памяти от стресса. А я тем временем готовлю ритуал, который вернёт меня в мир живых навсегда – в молодом, сильном теле.

– И для этого вам нужны жертвы, – закончил Андрей. – Именно вы украли кинжал из музея. Вы нашли старинные книги на чердаке и узнали о ритуале.

– Ты умный, – она кивнула. – Жаль, что тебе это не поможет. Ты станешь последней жертвой, и ритуал будет завершён. А Ольга даже не вспомнит, что это сделала она… то есть я, используя её тело.

Андрей понимал, что говорит с безумцем. Эта женщина – кем бы она ни была на самом деле – явно страдала от тяжёлого психического расстройства. Она действительно верила, что является духом Елизаветы Бычковой. И она была опасна.

– Послушайте, – начал он примирительным тоном. – Вам нужна помощь. Я понимаю, что вы верите в это, но…

– Ты всё ещё думаешь, что я сумасшедшая? – она рассмеялась, и её смех отразился эхом от стен, словно говорили сразу несколько человек. – Позволь мне доказать тебе обратное.

Она закрыла глаза и начала что-то шептать на странном языке. А затем… её тело начало меняться. Черты лица исказились, кожа стала бледнее, волосы потемнели и удлинились. Через несколько секунд перед Андреем стояла уже не Ольга, а совершенно другая женщина – та самая, которую он видел на старом портрете. Елизавета Бычкова собственной персоной, словно сошедшая с полотна столетней давности.

– Теперь ты веришь мне? – спросила она голосом, который был уже полностью чужим – более глубоким, с лёгким старомодным акцентом.

Андрей почувствовал, как по спине пробежал холодок. То, что он видел, нельзя было объяснить рационально. Человек не может так измениться за считанные секунды – ни с помощью грима, ни с помощью какого-либо устройства.

– Что вы такое? – прошептал он.

– Я уже сказала тебе, – улыбнулась она, обнажая зубы, которые казались острее обычных. – Елизавета Бычкова. Или то, что от неё осталось после века в компании Хранителя круга.

Она сделала ещё один шаг к нему, поднимая кинжал.

– Почему я? – спросил Андрей, пятясь назад. – Почему не Мария или кто-то другой?

– Ты слишком близко подобрался к правде, – ответила она. – Слишком многое понял. К тому же, ты мне нравишься, Андрей. А Хранитель любит особенные жертвы – те, к которым испытываешь симпатию. Так жертва ценнее.

Она бросилась вперёд с неожиданной скоростью. Андрей едва успел отскочить, ударив её лампой по руке. Кинжал со звоном упал на каменный пол. Но женщина, казалось, не почувствовала боли – она лишь усмехнулась и атаковала снова, на этот раз голыми руками.

Её сила была нечеловеческой. Она оттолкнула Андрея к стене с такой мощью, что у него перехватило дыхание. Лампа выпала из его рук и откатилась в сторону.

– Не сопротивляйся, – прошипела она, приближая своё лицо к его. – Так будет только больнее. Позволь мне закончить то, что я начала.

Её пальцы сомкнулись на его горле, перекрывая доступ воздуха. Андрей пытался бороться, но она была невероятно сильна. Перед глазами начали плясать тёмные пятна.

В отчаянии он нащупал рукой что-то на полу – оказалось, это был амулет, упавший с алтаря во время борьбы. Как только его пальцы коснулись металла, по телу прошла странная волна энергии.

Он направил амулет прямо в лицо нападавшей. Реакция была мгновенной и шокирующей – женщина отпрянула с диким криком, словно от сильной боли. Её лицо начало меняться обратно – исказилось, поплыло, как воск, постепенно возвращаясь к чертам Ольги.

– Нет! – закричала она голосом, который был уже наполовину её собственным, наполовину – чужим. – Ты не можешь! Не сейчас, когда я так близка!

Андрей продолжал держать амулет перед собой, как щит:

– Уходи, – твёрдо сказал он. – Оставь Ольгу в покое. Убирайся туда, откуда пришла.

– Ты не понимаешь, что делаешь, – прохрипела она, отступая. – Он найдёт другой способ. Он всегда находит. И тогда никто из вас не будет в безопасности.

С этими словами она упала на колени, запрокинув голову. Из её рта вырвался нечеловеческий крик, а затем… тело Ольги обмякло и упало на пол, неподвижное, как тряпичная кукла.

Андрей бросился к ней, проверяя пульс. Он был слабым, но стабильным. Ольга была жива, но без сознания.

Осторожно подняв её на руки, Андрей поспешил обратно по коридору, вверх по лестнице, через тайный проход – обратно в мир живых, прочь от этого кошмарного подземелья с его алтарём и чашами с кровью.

В гостиной он уложил Ольгу на диван и позвонил Марии:

– Спускайся в гостиную, быстро! С Ольгой что-то случилось.

Мария примчалась через минуту, растрёпанная и испуганная:

– Что произошло? Где ты её нашёл?

– Это долгая история, – ответил Андрей, всё ещё тяжело дыша. – Помоги мне привести её в чувство.

Они приложили к носу Ольги нашатырный спирт, который Мария нашла в аптечке. Хозяйка дома медленно открыла глаза, моргая и оглядываясь с видимым замешательством.

– Что… что случилось? – спросила она слабым голосом. – Как я здесь оказалась?

– Вы не помните? – осторожно спросил Андрей.

– Последнее, что я помню – как легла спать в своей комнате, – растерянно ответила Ольга. – А потом… темнота. И какие-то странные сны.

Андрей и Мария переглянулись.

– Что это значит? – прошептала Мария. – Она правда ничего не помнит?

– Похоже на то, – тихо ответил Андрей. – И возможно, это к лучшему.

Он помог Ольге сесть и дал ей стакан воды:

– Всё в порядке. Вам просто стало плохо ночью, вы спустились вниз и потеряли сознание. Ничего страшного не произошло.

Ольга недоверчиво посмотрела на него:

– Правда? Тогда почему у вас такой вид, словно вы видели призрака?

– Просто испугался за вас, – солгал Андрей. – Уже светает. Я думаю, нам всем нужно немного отдохнуть, а потом…

– А потом мы вызовем полицию, – твёрдо закончила Мария. – Хватит игр. В доме мёртвое тело, и мы обязаны сообщить об этом властям.

– Да, конечно, – кивнул Андрей. – Но сначала я хочу кое-что проверить.

Он помог Ольге подняться на ноги:

– Вы можете идти? Мария проводит вас в вашу комнату, а я присоединюсь к вам через несколько минут.

Когда женщины ушли, Андрей вернулся к тайному проходу. Он должен был убедиться, что всё, что произошло, было реально, а не галлюцинацией от усталости и стресса.

Проход всё ещё был открыт. Андрей спустился по лестнице и прошёл по коридору до ритуальной комнаты. Всё было так, как он помнил – алтарь, чаши с кровью, гобелен на стене. И амулет, лежащий на полу там, где он его выронил.

Он поднял амулет и внимательно осмотрел его. Обычный металлический круг с крестом посередине, ничего особенного. И тем не менее, этот предмет каким-то образом остановил… что бы это ни было.

Звук шагов за спиной заставил его резко обернуться. В дверях стояла Мария.

– Я так и знала, что найду тебя здесь, – сказала она. – Не могу поверить, что под домом всё это время было тайное подземелье.

– Ты должна была остаться с Ольгой, – с упрёком сказал Андрей.

– Она заснула, – пожала плечами Мария. – Похоже, она действительно ничего не помнит о том, что произошло. А что произошло, Андрей? Что всё это значит?

Детектив тяжело вздохнул:

– Я не уверен, что ты поверишь мне, если я расскажу.

– Попробуй, – она скрестила руки на груди. – После всего, что я видела в этом доме, меня сложно чем-то удивить.

Андрей кратко пересказал ей события ночи – как нашёл тайный проход, спустился в подземелье, встретил там Ольгу, которая утверждала, что она – дух Елизаветы Бычковой, как она изменилась прямо у него на глазах и как амулет каким-то образом изгнал эту… сущность из тела Ольги.

Мария слушала молча, не перебивая. Когда он закончил, она долго молчала, глядя на алтарь и чаши с кровью.

– Знаешь, – наконец сказала она, – неделю назад я бы сказала, что ты спятил. Но сейчас… я не знаю, что думать. Слишком много странностей, слишком много совпадений.

– То, что я видел, невозможно объяснить рационально, – признал Андрей. – Или я схожу с ума, или в этом мире существуют вещи за гранью нашего понимания.

– Что мы будем делать дальше? – спросила Мария.

– Вызовем полицию, – решительно сказал Андрей. – Расскажем им о Семёне Петровиче, покажем это подземелье, кинжал, все улики. Но… – он замолчал.

– Но не станем упоминать о призраках, одержимости и древних существах, – закончила за него Мария. – Иначе нас отправят в психиатрическую лечебницу вместо допроса.

– Именно, – кивнул он. – Мы скажем, что нашли тайный проход случайно, исследуя дом. И что здесь, вероятно, кто-то проводил некие ритуалы, возможно, связанные с убийствами.

– А Ольга? Что с ней?

– Надеюсь, что то, что я видел – действительно было изгнанием этой сущности, – серьёзно сказал Андрей. – И что больше она не вернётся.

Они поднялись наверх и закрыли тайный проход. Затем Андрей достал телефон и набрал номер полиции:

– Здравствуйте, я хочу сообщить об убийстве в усадьбе Бычкова…

Полицейские прибыли через сорок минут – два патрульных автомобиля и следственная группа. Дом наполнился людьми в форме, фотовспышками, голосами. Тело Семёна Петровича было осмотрено, сфотографировано и увезено. Андрея, Марию и проснувшуюся Ольгу допросили по отдельности.

Как и договаривались, они рассказали почти всё, что знали, опустив лишь самые невероятные детали. Следователь – немолодой усталый мужчина с седыми висками – отнёсся к их рассказу с профессиональным скептицизмом, но заинтересовался, когда они показали ему тайный проход и подземелье с алтарём.

– Похоже на какой-то культ, – сказал он, осматривая ритуальную комнату. – Возможно, связанный с предыдущими смертями. Мы проверим кинжал на отпечатки и сравним кровь в чашах с кровью жертв. Это хорошая зацепка.

К полудню полиция закончила осмотр и уехала, взяв с Андрея, Марии и Ольги обещание не покидать область до окончания расследования. Троица осталась в опустевшем доме, сидя за кухонным столом и в молчании потягивая крепкий чай.

– Что теперь? – наконец спросила Ольга. – Я не уверена, что смогу оставаться здесь после всего, что случилось.

– Возможно, вам стоит на время уехать, – предложил Андрей. – Остановиться в гостинице или у друзей, пока полиция не найдёт убийцу.

– Если найдёт, – мрачно заметила Мария.

– Я не могу просто бросить усадьбу, – покачала головой Ольга. – Это моё наследство, моя ответственность. К тому же, реставрация уже началась, есть обязательства перед подрядчиками…

– После четырёх смертей вряд ли найдутся рабочие, готовые здесь работать, – сказала Мария.

– К тому же, – осторожно начал Андрей, – мы не уверены, что опасность миновала.

– Что вы имеете в виду? – напряглась Ольга.

Андрей обменялся взглядом с Марией.

– Ольга, – мягко сказал он, – вы ничего не помните о прошлой ночи, верно? О том, как оказались в гостиной?

– Нет, – она нахмурилась. – Я уже говорила вам. Последнее, что помню – как легла спать. А потом проснулась на диване, и вы были рядом.

– А были ли у вас раньше такие… провалы в памяти? – продолжил Андрей. – Моменты, когда вы не помнили, что делали или где были?

Ольга побледнела:

– Откуда вы знаете? – прошептала она. – Я никому не говорила об этом. Боялась, что меня сочтут сумасшедшей.

– Когда это началось? – спросил Андрей.

– Примерно полгода назад, – ответила она после паузы. – Сначала это были короткие эпизоды – час или два выпадали из памяти. Потом дольше. Врач сказал, что это от стресса, прописал успокоительные. Но они не помогали. А потом… начали погибать люди, работавшие в усадьбе. И каждый раз, когда это происходило, у меня был очередной провал в памяти.

Она подняла на них испуганные глаза:

– Вы думаете, что… что это я?

– Не вы, – твёрдо сказал Андрей. – Но что-то или кто-то мог использовать вас, не оставляя воспоминаний.

И он рассказал ей то, что видел ночью – о том, как её тело и лицо изменились, как она называла себя Елизаветой Бычковой, как говорила о жертвоприношениях и ритуале.

Ольга слушала с возрастающим ужасом на лице. Когда Андрей закончил, она закрыла лицо руками:

– Боже мой… значит, все эти смерти… это из-за меня? Я… убийца?

– Нет! – решительно сказал Андрей. – Если то, что я видел, правда, то вы были лишь инструментом, сосудом. Настоящий убийца – эта сущность, Елизавета, или что бы это ни было.

– И вы считаете, что изгнали её с помощью амулета? – Ольга посмотрела на металлический круг, который Андрей положил на стол.

– Я надеюсь на это, – честно ответил он. – Но не уверен. На всякий случай, вам стоит держать этот амулет при себе.

– Мне кажется, я схожу с ума, – Ольга покачала головой. – Всё это звучит как сюжет фильма ужасов, а не как реальная жизнь.

– Я понимаю, – кивнул Андрей. – Но после того, что я видел своими глазами… я не могу отрицать, что здесь происходит что-то за гранью обычного понимания.

– В любом случае, – вмешалась Мария, – вам не стоит оставаться здесь одной, Ольга. Это слишком опасно.

– Я могу остаться с вами на несколько дней, – предложил Андрей. – По крайней мере, до тех пор, пока мы не будем уверены, что опасность миновала.

– А я вернусь в Москву, – сказала Мария. – Нужно написать статью и проверить кое-какие факты. Обещаю, я не буду публиковать ничего о… сверхъестественном аспекте этой истории. Только факты, которые можно подтвердить.

– Спасибо, – благодарно кивнула Ольга. – Я ценю вашу помощь. Оба вы… вы спасли мне жизнь. И, возможно, душу.

В течение следующих нескольких дней Андрей оставался в усадьбе с Ольгой. Они запечатали тайный проход и подземелье, заперли заброшенное крыло дома. Ольга носила амулет на шее, не снимая. Никаких новых «провалов в памяти» у неё не было.

Полиция продолжала расследование. Кинжал действительно оказался экспонатом из музея, украденным три года назад. На нём нашли отпечатки пальцев Ольги, что поначалу сделало её главной подозреваемой. Но когда следователи обнаружили, что в крови жертв содержалось сильное снотворное, а в чашах в подземелье – та же самая смесь крови и снотворного, дело приняло новый оборот.

– Они думают, что кто-то накачивал вас лекарствами и использовал как орудие преступления, – объяснил Андрей Ольге после очередного визита в полицию. – Возможно, гипнотизируя вас или используя другие методы контроля над сознанием.

– Своего рода объяснение одержимости на современный лад, – невесело усмехнулась она. – Но кто мог это делать? И зачем?

– Пока не ясно, – признал Андрей. – Но следователь упомянул, что они проверяют всех, кто имел доступ к дому в последние месяцы. Включая строителей, реставраторов, даже курьеров и почтальонов.

Неделю спустя Мария вернулась из Москвы с новостями:

– Я нашла кое-что интересное, – сказала она, раскладывая на столе распечатки и фотографии. – Во-первых, музейная кража трёхлетней давности. Среди украденных предметов был не только кинжал, но и другие артефакты из коллекции Бычкова – амулеты, книги, ритуальные предметы. И знаете, кто был главным подозреваемым, хотя его так и не смогли арестовать за недостатком улик?

– Кто? – одновременно спросили Андрей и Ольга.

– Некий Виктор Резников, – торжествующе сообщила Мария. – Брат нашего знакомого бизнесмена Игоря Резникова, который хотел купить усадьбу. Виктор – историк, специализирующийся на оккультных практиках древних славян. И угадайте, чья фотография висит на доске почёта в историческом факультете МГУ?

Она положила на стол увеличенную фотографию из университетского альбома. На ней был запечатлён молодой мужчина с тонкими чертами лица и проницательным взглядом – удивительно похожий на портрет Георгия Бычкова, который они видели в архиве Ольги.

– Удивительное сходство, – пробормотал Андрей. – Словно реинкарнация.

– Или родственник, – заметила Мария. – Я провела небольшое расследование. Оказывается, Резниковы – дальние потомки Бычковых по женской линии. Прабабушка братьев была внучатой племянницей того самого Георгия Бычкова.

– То есть они тоже мои родственники? – удивилась Ольга.

– Очень дальние, – кивнула Мария. – И, похоже, с нездоровым интересом к семейной истории. Особенно Виктор. Он годами изучал оккультные практики своих предков, публиковал статьи о «Хранителе круга» и ритуалах жертвоприношения. А три года назад он внезапно исчез из публичного пространства. Перестал преподавать, не выходил на связь с коллегами.

– Примерно тогда же произошла кража в музее, – задумчиво сказал Андрей. – И, вероятно, тогда же он обнаружил связь между собой и Бычковыми.

– И именно тогда его брат Игорь начал попытки купить усадьбу, – добавила Мария. – Сначала через официальные каналы, потом – пытаясь запугать Ольгу.

– Вы думаете, Виктор Резников стоит за всем этим? – спросила Ольга. – Но как он мог… контролировать меня? Заставлять делать эти ужасные вещи?

– Возможно, с помощью наркотиков и внушения, – предположил Андрей. – Или, если верить в сверхъестественное, он действительно нашёл способ вызвать дух Елизаветы Бычковой и позволил ему временно овладевать вашим телом.

– Но зачем? – недоумевала Ольга. – Какой в этом смысл?

– Власть, – просто ответил Андрей. – Если верить тому, что я слышал в подземелье, ритуал с пятью жертвами должен был дать Хранителю круга возможность исполнить желание – дать Елизавете новую жизнь. А Виктор, возможно, надеялся получить свою награду – власть, богатство, бессмертие, кто знает?

– И что нам теперь делать? – спросила Ольга. – Рассказать полиции о Викторе Резникове?

– Обязательно, – кивнул Андрей. – Я свяжусь со следователем сегодня же. Они должны проверить его как возможного организатора всех этих событий.

Но судьба распорядилась иначе. Вечером того же дня в новостях сообщили о странном происшествии в Москве: профессор истории Виктор Резников был найден мёртвым в своей квартире. По предварительным данным, он покончил с собой – перерезал себе горло странным ножом с волнистым лезвием, очень похожим на тот, который использовался в убийствах в усадьбе Бычкова. Рядом с телом была найдена записка: «Круг должен быть завершён. Пять жертв за пять десятилетий. Последняя – моя».

– Пятая жертва, – прошептал Андрей, выключая телевизор. – Он завершил ритуал сам, собственной смертью.

– Значит, всё кончено? – с надеждой спросила Ольга. – Кошмар закончился?

– Я не знаю, – честно ответил Андрей. – Я больше ни в чём не уверен.

Через три дня полиция закрыла дело об убийствах в усадьбе Бычкова. Официальная версия гласила, что Виктор Резников, страдавший от психического расстройства и одержимый историей своих предков, организовал серию ритуальных убийств, используя Ольгу как орудие преступления. Он вводил ей сильнодействующие препараты и под гипнозом заставлял совершать преступления, о которых она потом не помнила. А когда понял, что его вот-вот раскроют, покончил с собой, став последней жертвой в своём извращённом ритуале.

Для всех, кроме Андрея, Марии и Ольги, это было логичным завершением жуткой истории. Но они знали, что правда была сложнее и страшнее. И что некоторые тайны лучше оставить нераскрытыми.

Андрей остался в усадьбе ещё на неделю, помогая Ольге привести дом в порядок и найти новых работников для продолжения реставрации. Они заложили кирпичами вход в тайное подземелье, запечатали часовню в парке, убрали с чердака все странные артефакты и книги. Мария помогла связаться с музеем, чтобы вернуть украденные экспонаты.

Наступила осень. Дни становились короче, листья в парке усадьбы окрасились в золотые и багряные тона. Реставрация медленно, но верно продвигалась – новые рабочие, не знавшие о трагической истории этого места, трудились над восстановлением старинного дома.

В последний вечер перед отъездом Андрей стоял на террасе, глядя на закат, окрашивающий небо в тревожные красные тона. К нему подошла Ольга, кутаясь в тёплую шаль.

– О чём задумались? – спросила она, встав рядом с ним.

– О том, что иногда лучше не знать всей правды, – ответил Андрей. – О том, что граница между реальным и нереальным тоньше, чем мы думаем.

– Вы всё ещё не уверены, что все эти события имеют рациональное объяснение? – улыбнулась Ольга.

– Я видел то, что видел, – просто ответил он. – И это… изменило меня. Изменило моё восприятие мира.

Они помолчали, глядя на темнеющий парк, где между деревьями уже клубился туман.

– Вы будете навещать нас? – спросила Ольга.

– Обязательно, – кивнул Андрей. – Хочу увидеть, как преобразится усадьба, когда реставрация будет завершена.

– И убедиться, что ничего странного больше не происходит? – понимающе улыбнулась она.

– И это тоже, – признал он. – Хотя я надеюсь, что кошмар действительно закончился.

– Знаете, – задумчиво сказала Ольга, касаясь амулета, который всё ещё носила на шее, – иногда мне кажется, что я всё ещё чувствую её – Елизавету. Не так, как раньше, не как чужое присутствие в моём сознании. Скорее… как воспоминания, которые не мои, но почему-то знакомые. Лица людей, которых я никогда не встречала. Места, где никогда не была. Чувства, которые не испытывала.

Андрей внимательно посмотрел на неё:

– И что вы чувствуете по этому поводу?

– Странно, но я не боюсь этого, – ответила она после паузы. – Если часть Елизаветы действительно осталась со мной, возможно, это не так уж плохо. Она была сильной женщиной, пусть и сломленной трагедией. Может быть, теперь она наконец обретёт покой.

– Я надеюсь на это, – кивнул Андрей. – И надеюсь, что усадьба Бычкова станет тем, чем должна была быть всегда – домом, а не местом боли и страха.

– Я сделаю всё для этого, – твёрдо сказала Ольга.

На следующее утро Андрей уехал. Когда его машина отъезжала от усадьбы, он бросил последний взгляд в зеркало заднего вида. Ольга стояла на крыльце, провожая его. А рядом с ней, почти прозрачная в утреннем свете, словно тень или игра воображения, стояла другая женщина – в старинном платье, с высокой причёской и печальной улыбкой на губах. Когда Андрей моргнул, видение исчезло.

– Прощай, Елизавета, – прошептал он, выезжая на основную дорогу. – Надеюсь, ты наконец нашла то, что искала.

А в усадьбе Бычкова жизнь продолжалась. Реставрация шла полным ходом, старый дом постепенно возрождался, сбрасывая с себя груз прошлого. И если иногда по коридорам проносился странный сквозняк, а в тёмных углах мелькали неясные тени – что ж, у каждого старого дома есть свои призраки. Главное, что они больше не требовали крови.

Глава 4. Круг замыкается

Андрей проснулся от настойчивого звонка телефона. Нащупав мобильный на тумбочке, он с трудом разлепил веки и взглянул на экран – без пятнадцати шесть утра. Звонила Мария.

– Да? – хрипло ответил он, садясь на кровати.

– Андрей, прости за ранний звонок, – голос Марии звучал встревоженно. – Тебе нужно срочно включить телевизор. Любой новостной канал.

– Что случилось? – Андрей уже шёл к телевизору, на ходу натягивая футболку.

– Игоря Резникова нашли мёртвым. В его офисе. Горло перерезано.

Андрей застыл с пультом в руке. Новость свинцовой тяжестью легла на плечи. Он включил телевизор и переключил на круглосуточный новостной канал.

На экране репортёр стоял на фоне оцепленного полицией бизнес-центра: "…известного бизнесмена Игоря Резникова обнаружил сотрудник охраны около четырёх утра. По предварительной информации, смерть наступила от глубокой резаной раны на горле. Полиция рассматривает версию самоубийства, однако очевидцы утверждают, что на месте преступления были найдены странные символы…"

– Ты видела это место? – спросил Андрей, не отрываясь от экрана.

– Нет, я сейчас мчусь туда. У меня есть знакомые в полиции, может, удастся что-то узнать. Ты приедешь?

– Буду через сорок минут, – ответил Андрей, уже натягивая джинсы. – Встретимся у входа в бизнес-центр.

Выключив телефон, он замер на секунду, обдумывая ситуацию. Игорь Резников, брат Виктора – мёртв. Горло перерезано. Точно так же, как у всех жертв в усадьбе Бычкова.

Но дело было закрыто. Виктор Резников признан виновным посмертно. Ольга больше не страдала провалами в памяти. Как это возможно?

Бросив последний взгляд на заголовки новостей, Андрей поспешил к выходу. Мрачные мысли не давали ему покоя всю дорогу до центра города. Что если они ошиблись? Что если Виктор был не причиной, а лишь одной из жертв чего-то более страшного? И что, чёрт возьми, происходит сейчас?

Бизнес-центр "Сити-Плаза" кипел как растревоженный улей. Полицейские кордоны, машины скорой помощи, репортёры с камерами – всё смешалось в хаотичную картину. Андрей нашёл Марию у бокового входа, где было чуть меньше людей.

– Что удалось узнать? – спросил он вместо приветствия.

– Немного, – она выглядела бледной и осунувшейся. – Охранник нашёл его сегодня на рассвете. Резников всю ночь работал один в своём кабинете – это подтверждают камеры. Никто не входил и не выходил после полуночи.

– Самоубийство?

– Похоже на то, но… – Мария понизила голос, – мой знакомый из криминалистов сказал, что это физически невозможно. Рана слишком глубокая, она почти отделила голову от тела. Человек не смог бы нанести себе такую рану самостоятельно.

Андрей нахмурился:

– А оружие?

– В том-то и дело. Никакого оружия в кабинете не нашли. Только кровь и… – она запнулась, – символ на полу. Крест в круге.

Андрей почувствовал, как по спине пробежал холодок:

– Тот же самый?

– Да, – Мария кивнула. – Мой знакомый сказал, что их начальство уже связалось с отделом, который вёл дело в усадьбе Бычкова. Они считают, что появился подражатель, знающий детали нераскрытых убийств.

– Или убийства продолжаются, – мрачно заметил Андрей. – Нужно поговорить с Ольгой. Сейчас же.

Он достал телефон и набрал номер. Долгие гудки, но никто не отвечал. Плохое предчувствие усилилось.

– Она не берёт трубку, – сказал он, прерывая звонок. – Это может ничего не значить, но…

– Но может значить очень многое, – закончила за него Мария. – Едем в усадьбу?

– Да, немедленно, – кивнул Андрей. – У тебя есть машина?

– Припаркована за углом.

Они быстро двинулись к стоянке, но не успели сделать и нескольких шагов, как Андрей остановился, глядя через дорогу. Там, возле газетного киоска, стояла высокая фигура в тёмном пальто. Несмотря на тёплую осеннюю погоду, человек был одет не по сезону тепло, а лицо его оставалось в тени широкополой шляпы. Но Андрей мог поклясться, что незнакомец смотрит прямо на них.

– Что такое? – спросила Мария, проследив за его взглядом.

– Видишь того человека у киоска?

Мария прищурилась:

– Да, и что?

– Мне кажется, он наблюдает за нами.

В этот момент фигура, словно поняв, что её заметили, развернулась и быстро пошла прочь, скрываясь в переулке.

– Подожди здесь, – бросил Андрей и, не дожидаясь ответа, бросился через дорогу.

– Андрей! – крикнула ему вслед Мария, но он уже не слышал.

Лавируя между машинами, Андрей пересёк проезжую часть и побежал к переулку. Завернув за угол, он увидел тёмную фигуру, быстро удаляющуюся к концу улицы.

– Эй! – крикнул Андрей. – Стойте!

Незнакомец, не оглядываясь, свернул за очередной угол. Ускорив шаг, Андрей последовал за ним, но когда добрался до поворота, обнаружил, что узкий проход между домами пуст. Человек исчез, словно растворился в воздухе.

– Чёрт, – выругался Андрей, пытаясь отдышаться.

– Кого ты увидел? – Мария догнала его, тяжело дыша.

– Не знаю, – Андрей покачал головой. – Но у меня было странное ощущение… словно я его знаю. И он словно испарился прямо здесь.

Мария обвела взглядом пустой переулок:

– Может, он свернул в какой-то двор или подъезд?

– Возможно, – нахмурился Андрей. – Но у меня очень плохие предчувствия. Нужно срочно ехать к Ольге.

Дорога до усадьбы показалась бесконечной. Андрей несколько раз пытался дозвониться до Ольги, но безрезультатно. Это усиливало его тревогу с каждой минутой.

– Как думаешь, что происходит? – нарушила молчание Мария, сосредоточенно глядя на дорогу. – Если Виктор Резников мёртв, кто убил его брата? И каким образом?

– У меня есть теория, – медленно проговорил Андрей, – но она настолько безумна, что я боюсь её озвучить.

– После всего, что мы видели в усадьбе, меня сложно чем-то удивить, – горько усмехнулась Мария.

– Помнишь, что сказала та… сущность в теле Ольги? Пять жертв за пять десятилетий власти. Семён Петрович был четвёртой жертвой. А пятой стал сам Виктор, который совершил ритуальное самоубийство.

– Да, и что?

– Что если ритуал действительно сработал? – Андрей поморщился, произнося эти слова. – Что если это существо, Хранитель круга, действительно было вызвано и теперь исполняет желание призвавшего?

Мария бросила на него быстрый взгляд:

– Ты серьёзно? Ты веришь в эту мистическую чушь?

– После того, что я видел собственными глазами, я не знаю, во что верить, – признался Андрей. – Но считай это рабочей гипотезой. Если Виктор Резников действительно провёл ритуал и принёс пять жертв, включая себя, он мог вызвать нечто… что теперь исполняет его посмертное желание. И я боюсь, что это желание связано с местью всем, кто помешал его планам.

– Игорь… – начала Мария.

– Был его братом, но не поддерживал его одержимость оккультизмом, – закончил Андрей. – А Ольга…

– …не продала усадьбу, из-за чего Виктору пришлось прибегнуть к крайним мерам, – Мария резко свернула на просёлочную дорогу, ведущую к усадьбе. – Но кто тогда тот человек, которого ты видел возле бизнес-центра?

– Не знаю, – покачал головой Андрей. – Но у меня было странное ощущение, что я его где-то видел раньше.

Они замолчали, погружённые каждый в свои мысли. Дорога петляла между холмами, приближая их к усадьбе Бычкова. И чем ближе они подъезжали, тем сильнее становилось гнетущее ощущение надвигающейся беды.

Наконец показались знакомые очертания парка и кованая ограда усадьбы. Но что-то было не так. Обычно в это время суток на территории уже работали строители – шла полным ходом реставрация главного здания. Сейчас же усадьба казалась вымершей. Ни звука работающей техники, ни голосов рабочих.

– Что-то не так, – пробормотал Андрей, когда Мария остановила машину у ворот. – Слишком тихо.

Они вышли из машины и направились к дому. Огромные двери главного входа были приоткрыты, но внутри царила тишина. Андрей осторожно толкнул дверь и вошёл в просторный холл. Никого. Только эхо их шагов по мраморному полу.

– Ольга! – позвал Андрей. – Вы дома?

Тишина в ответ.

– Проверим её кабинет, – предложила Мария. – Она могла работать с документами и не слышать телефон.

Они поднялись на второй этаж и направились к кабинету Ольги. Дверь была открыта, но внутри никого не оказалось. На столе лежали разложенные бумаги, стоял открытый ноутбук. Экран давно погас, но когда Андрей коснулся тачпада, устройство ожило – последний файл, с которым работала Ольга, был открыт. Это оказался старый документ – отсканированные страницы какой-то рукописи на незнакомом языке.

– Что это? – Мария заглянула ему через плечо.

– Похоже на ту книгу, которую я видел в подземелье, – нахмурился Андрей. – Но где она взяла эти сканы?

– Смотри, – Мария указала на заголовок документа. – Файл получен по электронной почте четыре дня назад. Отправитель…

Андрей вгляделся в адрес отправителя и похолодел: v.reznikov@hist.ru.

– Это же…

– Почта Виктора Резникова, – кивнула Мария. – Но как? Он мёртв уже больше месяца.

– Может быть, это автоматическая рассылка? – предположил Андрей, но сам не верил в это. – Или кто-то получил доступ к его аккаунту. Нужно проверить, что в этом письме.

Он открыл почтовый клиент на ноутбуке Ольги и нашёл сообщение от Резникова. Оно содержало всего несколько строк:

"Дорогая кузина,

Круг почти замкнулся. Ты была права насчёт семейного проклятия. Я нашёл способ его разрушить, но времени мало. Вышли тебе последние страницы из книги, которую мы обсуждали. Ключ к разгадке – в пятой жертве. Она должна быть добровольной.

Береги себя,

В."

– Кузина? – Мария непонимающе посмотрела на Андрея. – Ольга никогда не говорила, что они родственники.

– Возможно, она сама не знала, – задумчиво ответил Андрей. – Или не хотела признавать родство с человеком, которого считали безумным убийцей. Но что значит "семейное проклятие"?

Он продолжил просматривать переписку Ольги с Виктором. Оказалось, что они начали общаться около года назад – вскоре после того, как Ольга получила наследство и занялась восстановлением усадьбы. Виктор представился историком, изучающим род Бычковых, и предложил свою помощь в исследовании семейных архивов. Постепенно их переписка становилась всё более интенсивной, а темы – всё более странными.

Виктор писал о древнем проклятии, которое якобы преследовало род Бычковых с XV века. О том, что каждые пятьдесят лет кто-то из семьи должен приносить пять жертв Хранителю круга, иначе род будет уничтожен. О том, что история с Георгием и Елизаветой была не первой попыткой избавиться от проклятия, но и она закончилась трагически.

– Безумие какое-то, – пробормотала Мария, читая эти строки через плечо Андрея. – И Ольга верила в это?

– Судя по её ответам, вначале нет, – Андрей прокрутил несколько писем. – Но постепенно Виктор убедил её, что в этом что-то есть. Особенно после того, как начали погибать люди в усадьбе.

Последний обмен сообщениями состоялся за день до смерти Виктора. Он писал, что нашёл способ разорвать порочный круг, но для этого ему нужно встретиться с Ольгой лично. Назначил встречу в старой часовне на территории усадьбы. А на следующий день его нашли мёртвым в собственной квартире.

– Чёрт, – Андрей оторвался от экрана. – Что если Ольга встречалась с ним в тот день? Что если она была там, когда он… совершил самоубийство?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.