Анна Бигси, Екатерина Аверина
Прости, я буду подонком

Пролог

Ляйсан

Стою у открытого окна, нервно ломаю пальцы и терпеливо жду Егора. Сегодня у нас свидание. Не знаю, что он мне приготовил, но не терпится узнать. Обещал прийти еще полчаса назад, но до сих пор не появился. Уже совсем стемнело. С улицы веет прохладой, и стрекочут цикады, где-то вдалеке слышны голоса. Возможно, это мои соседки по комнате, они ушли гулять и пока не вернулись.

А что, если Егор не придет? От этой мысли озноб охватывает тело. Растираю плечи ладонями и обнимаю себя. Нет, он не может так со мной поступить. Невольно вспоминаю взгляды Егора. Он так на меня смотрит, что внутри все трепещет и сжимается. Говорит такие слова, что кожа покрывается мурашками, а сердце стучит где-то в горле.

Прикрываю глаза и глубоко втягиваю свежий воздух, остужая горячие мысли. Обязательно придет. Сжимаю в руке телефон, ожидая хотя бы звонка или смс.

Слышатся шаги, и сердце уже привычно сбивается в галоп. Это Егор. Улыбка невольно трогает мои губы. Распахиваю глаза и отхожу от окна, освобождая место. Спустя несколько секунд он влезает на подоконник, а потом спрыгивает на пол.

– Наконец-то, – радостно шагаю к нему, но осекаюсь, заметив недовольство на его лице. Улыбка сама по себе стекает с моих губ. – Что-то случилось?

– Все в порядке, – сухо отзывается Егор и смотрит прямо в глаза.

Лицо суровое, а между бровей залегла складка. Я ни разу не видела его таким.

– Егор, мы идем? – все еще пытаюсь как-то прояснить ситуацию.

– Нет. – Его голос звучит абсолютно безэмоционально. – Я здесь не для этого.

– Я не понимаю… – растерянно хлопаю ресницами. – Егор, почему ты такой?

Еще вчера мы жарко любили друг друга. Я отдала ему свою невинность, подарила всю себя. Потому что доверяю безгранично и люблю. Больше всего на свете. А сегодня передо мной словно другой человек. Чужой, незнакомый. От него веет холодом и плохо скрываемой агрессией.

– Ч-что я сделала не так? – едва сдерживаю подступившие слезы. – Объясни.

Искренне не понимаю, почему Егор злится на меня. Вчера же все было хорошо. Ему понравилось. Обещал любить меня и никогда не оставлять.

– Ты мне надоела. Я больше не хочу быть с тобой, – взъерошив волосы, заявляет он.

– В смысле? – испуганно роняю из рук мобильник.

– В прямом. Поиграли в отношения, и хватит. Мне стало скучно, – разворачивается и смотрит на меня, как на пустое место.

– Егор, что происходит? Ты же говорил, мы навсегда… Ты обещал!

– А ты, наивная дурочка, всегда веришь тому, что вешают на твои милые ушки?

– Подонок… – шепчу беззвучно, глядя, как мой мир разлетается вдребезги.

Жесткая усмешка, хлопок двери, и я остаюсь одна.

Глава 1

Егор

– Гаранин, Авдеев, заткнитесь уже! Уши вянут, – рявкает тренер и швыряет в нас маленьким мячом-попрыгунчиком. Ловлю его на подлете к гитаре друга и крепко сжимаю в кулаке со стесанными костяшками, а Демон, хмыкнув, коварно улыбается и снова ударяет по струнам, под дружный взрывной гогот выдавая нечто только что придуманное и максимально нецензурное.

Тренер тоже тихо посмеивается и закатывает глаза. Забираю у дурачащегося друга гитару, наигрываю простенький мотив и слушаю разговоры, доносящиеся до задних сидений из разных уголков автобуса.

Пацаны пялятся в окна, разглядывая новый спортивный лагерь, в котором пройдут сезонные сборы по нескольким видам спорта. Говорят, он больше, современнее, будут мастер-классы от именитых спортсменов.

Демон толкает меня локтем в ребра и показывает свой мобильник.

– Мало получил, видимо, – хмыкаю, разглядывая пост с разбитой рожей одного придурка, о которого, собственно, перед отъездом мы костяшки и стесали.

– Вернемся – добавим, – пожимает плечами Демьян, увеличивая особенно красочные ссадины. – Чего там сестра твоя? Больше не ноет, что мы подпортили фейс любви всей ее жизни?

– Она со мной вообще теперь не разговаривает, – криво ухмыляюсь.

– Ты убит горем? – стебет меня Дёмыч.

– Ага, ночами не сплю, – хохотнув, ладонью набиваю ритм по корпусу гитары.

На самом деле мы с Демоном просто знаем об этом типе чуть больше, чем моя сестра. А он что-то вроде первого парня у нее, но до кровати еще не дошло. Мы вовремя тормознули эту историю и объяснили челу, где его место. В прямом смысле этого слова. Разукрасили и окунули башкой в самый вонючий мусорный бак. Вот он теперь в социальных сетях и ноет. Жалкий придурок!

В автобусе снова начинается активное движение. Парни пялятся в окна на уже припарковавшиеся автобусы с девчонками.

– М-м-м, свежая кровь, – облизнув губы, лыбится Демьян.

– Кто такие? – разглядываю подтянутые, загорелые тела в коротких шортах, сарафанах, мини-юбочках.

Одна из новеньких наклоняется за сумкой. Ветер залетает ей под подол, и по нашему автобусу разлетается радостный звонкий свист при виде упругих ягодиц, обтянутых ядовито-розовым бельем.

Отчаянная! Интересно, она в курсе, что ее уже практически сожрали?

– То ли акробатки, то ли танцовщицы. – Дёма листает сайт лагеря. Где-то были общие списки заезжающих в этом сезоне. – Прикинь, как они тянутся и изгибаются.

– О да, – довольно урчу, вновь пробегая пальцами по струнам и предвкушая шикарный месяц вдали от дома.

Демьян забирает у меня гитару, упаковывает в чехол и одним из первых направляется к выходу. Я забираю свой рюкзак и следую за ним. С передних сидений никто особо не возражает.

– Авдеев, давай к своим. – Тренер отсылает Демона к хоккеистам. – Бойцы, никто никуда не расползается. Слюни вытерли, на меня смотрим, иначе завтра вас ждет двухчасовой забег в детских слюнявчиках. Сейчас заселение, час на отдых, завтрак и небольшая экскурсия по лагерю, знакомство с персоналом. Потом расскажу о дальнейших планах на день и скину вам расписание. Для тех, кто забыл: мы не в пионерском лагере. За несоблюдение режима буду наказывать вплоть до отправки домой и последующей дисквалификации. Пока свободны.

Парни подбирают сумки, брошенные на землю, высохшую до трещин под палящим июльским солнцем, и направляются к нашему жилому бараку. Я притормаживаю и осматриваюсь, щурясь от слишком яркого света после полумрака автобуса. Красивые девочки улыбаются, проходя мимо.

– Не поможешь? – кокетливо спрашивает одна из них.

– Нет, – скольжу по ней равнодушным взглядом и отворачиваюсь.

– Козел, – летит в меня. Мимо. Так себе из нее снайпер. Не зацепила.

Подбираю сумку, вешаю на плечо и замечаю чуть отставшую от остальных девушку с небрежно лежащими на плечах пшеничными волосами. Корни темные, она явно перекрасилась, но ей классно. Цвет красиво оттеняет загорелую кожу. Горячий ветер треплет ткань свободного топа, заканчивающегося аккурат над широким поясом «алладинов». И все самое интересное закрыто, и смотреть хочется не отрываясь. У девочки точно есть кавказские корни или что-то близкое, как у моей матери. Метисочка, может?

Она проходит мимо меня, ничего и никого не замечая вокруг. На голове большие стильные наушники, на плече такая же сумка, как у многих, а свободная рука двигается, словно танцуя под трек, который она слушает.

Залипнув на этом движении, пропускаю момент, когда новенькая влетает в капитана хоккейной команды. Телефон выпадает у нее из кармана и летит на землю. Злой какого-то хрена Мот сдергивает с девчонки наушники и отшвыривает их в сторону.

– Ты не видишь, куда идешь? – рявкает на нее. Девочка теряется, едва не плачет. – Или так не терпится оказаться в моей койке? – пафосно хмыкает Матвей, явно вновь претендуя на соревнования за внимание противоположного пола.

– Эй! – Бросив сумку, врываюсь между ним и девчонкой. – Охренел, что ли? Телефон ее подними. И наушники тоже, – толкаю Мота в грудь. Он тут же толкает меня в ответ.

– Защитник нарисовался. Гаранин, свали, мы тут общаемся.

– Со своими подстилками так разговаривай. Перед моей девочкой придется извиниться. – Чувствую, как подскочивший в крови адреналин требует выхода.

– И когда она успела стать твоей? – Мота тоже заводит это противостояние. Не первый раз мы с ним сталкиваемся.

– Да сейчас и стала, – разворачиваюсь к девочке, все еще стоящей за моей спиной.

Ловлю за талию, дергаю на себя, чувствуя приятный аромат ее духов. Завожу руку на затылок, чтобы не сопротивлялась, и жадно врезаюсь в чертовски красивые, так удачно приоткрытые губы, ощущая на языке ее испуганный стон и мятно-клубничный вкус, а по телу проносится дрожь. Тоже ее.

Воу, какая!

Не отвечает. Упирается в меня обеими ладонями и пытается отодвинуть. Отпускаю. Вставило меня нехило. Кровь отлила от головы сильно ниже, а в затылке застучало. Чертова жара!

Она смотрит на меня в ужасе. В глазах мерцают молнии.

– Никогда больше такого не говори, – возмущенно шипит она. – И не смей так делать, – едва не клацает зубами и демонстративно вытирает губы.

Глава 2

Егор

Мот точно не слышал, а я, кажется, оглох на пару мгновений. Шаркнув подошвами по сухой земле, разворачиваюсь к хоккеисту:

– У тебя еще есть вопросы или претензии? – вскинув голову, с вызовом смотрю ему в глаза.

– У меня? Нет. А вот твоя подружка, походу, не впечатлилась тем, как ты засунул язык ей в рот. – Оглядываюсь. Девчонки нигде не видно. Да твою же мать! – Теряешь хватку, Гаранин, – продолжает разгонять Матвей. – Могу преподать тебе пару уроков.

– Себе преподай, придурок! – шагаю на него. Мот на инстинктах отшатывается.

Мы все еще кипим, и я, сделав еще один резкий шаг вперед, провоцирую его специально, чтобы дать выход этой адской смеси из неожиданного возбуждения и горячего адреналина. Матвей ведется и бросается на меня. Тут же выхватывает кулаком в лицо. Отвечает так, что я едва успеваю увернуться. Хватаю его за футболку. Ткань трещит в кулаке, когда этот придурок пытается увернуться от удара под дых.

– Стоп! Остыли, я сказал! Вы озверели?! – Нас, как котят, за шкирки растаскивают в стороны наш Беляев Ян Викторович и Александр Евгеньевич, тренер хоккеистов. – Двадцать минут как приехали! За мной, оба. – Отпустив меня, Беляев резким движением головы указывает на тренерский барак.

Подбираю сумку с земли, поправляю лямку рюкзака, одергиваю футболку и снова оглядываюсь в надежде, что виновница стычки высунется из-за одного из автобусов.

Конечно, сейчас! Хрени мне какой-то наговорила вместо «спасибо» и свалила с концами. Очень по-женски. Провокаторша хренова!

Психуя, подбираю ее технику с земли, на автомате засовываю в сумку. Потом решу, что с нее спросить в качестве компенсации.

Целовать нельзя. Пф! Тоже мне. Будто я не найду, кого поцеловать, если мне приспичит. А еще лучше – сделаю так, чтобы эта девчонка сама попросила.

– Гаранин! – орет ушедший вперед тренер. – Мне тебя за шкибот тащить?

– Да иду я. – Застегнув замок, бегом догоняю Беляева, все время озираясь по сторонам.

Облизываю губы, все еще ощущая ее мятно-клубничный вкус. Засунув руки в карманы, оттягиваю штаны так, чтобы сильно не палить, как мне понравилось. По венам все еще гуляет адреналин, и я зло смотрю в спину Мота.

– Отлично начали, – выговаривает Александр Евгеньевич. – С нарушений правил пребывания в лагере. Чего делать с ними будем, Ян? Пусть домой едут?

– Из-за чего сцепились? – спокойно интересуется тренер.

Косо смотрю на него. Хмыкаю.

– Гаранин, отец не спасет тебя от вылета за нарушение дисциплины, – напоминает он.

Я и не надеюсь. За это отец меня не только не спасет, еще и сам добавит мне проблем, как раз до конца лета. Но я бы все равно поступил так, как поступил, и не считаю, что мне надо за это оправдываться.

– Чего ты молчишь, Егор? – требовательно смотрит на меня Ян Викторович.

А я думаю, как оба тренера так вовремя оказались на стоянке? Они точно ушли к баракам вместе с командами. Там всякие административные вопросы, распределение по комнатам. Пацаны бы не стали сдавать. Они скорее бы прикрыли. Те девчонки, что приезжают сюда не первый год, тоже. Ночью еще и пожалеть бы пришли раненых и разгоряченных, а вот новенькие …

– Гаранин, я с тобой разговариваю, – вновь напоминает о себе тренер.

– Ян Викторович, че вы от меня хотите? – завожусь я. – Это личное. Мы уже разобрались.

– Нарушив главное правило лагеря.

– Ну накажите меня. Я не собираюсь оправдываться. Раз подрались, значит, за дело.

– Словами решить никак, да? – хмыкает он.

– Я же не виноват, что этот дебил на матчи без шлема выходит. Башку о лед отбил, наверное. Вот и не доходит словами.

– Ты че сказал, эй?! – Резко развернувшись, Матвей делает рывок ко мне, но его ловит Александр Евгеньевич. Я усмехаюсь, хоккеист кипит.

– Тихо, вам сказано! – повышает голос Ян Викторович. – Да уж. Весело начинается сезон. Может, и правда домой их отправим от греха подальше?

Скрипя зубами, мысленно прокручиваю все, что хочется им сказать. Подходим к баракам. Взгляд цепляется за копну светлых волос и хрупкую фигурку в «алладинах» с рюкзаком наперевес.

– Я сейчас, – буркнув тренеру, бросаю сумку на землю и направляюсь прямиком к новенькой.

– Гаранин! – летит мне вслед. – Да чтоб тебя!

Но я уже за спиной у той, кого хочется и прибить, и еще раз жадно поцеловать. Схватив ее за локоть, резко разворачиваю к себе.

–Ты что опять делаешь? – шипит девчонка.

– Ты нахрена нас тренерам сдала?

– Я? – Ее красивые глаза увеличиваются в размере. – С ума сошел? Я никому …

– А кто тогда? – перебиваю ее. – Больше некому. – Взгляд то и дело падает на ее губы. Они еще слегка припухшие и от того еще более желанные.

Воу-воу-воу, остановите Землю, я сойду. Противозаконно быть такой офигенной. Но злость на нее не дает утонуть в невинном взгляде. Хотя сорвать еще один поцелуй в качестве морального ущерба, почему бы и… да!

Склоняюсь к ее лицу. Она отшатывается.

– Что тут происходит? – К нам выходит тренер девчонок. Грозная такая, аж смешно. Особенно с ее миниатюрной комплекцией.

Как вас много-то сегодня!

– Ляйсан, это тот нахал, который тебя напугал? – прячет от меня девочку за своей спиной.

– Эй, полегче, – возмущенно скалюсь я, а сам смакую кайфовое имя. Ей идет. Как я и думал, девчонка с восточными корнями.

– Беляев, держи своего парня в узде, – кричит она. – А то мигом вылетит с базы за домогательство.

– И тебе, Зоя, привет. – Ян Викторович подходит к нам, и воздух вокруг раскаляется до треска. – Виновница вашей драки и предстоящего отчисления? – подбородком указывает на Лясю.

– Нет, – вырывается у меня.

– Да, – неожиданно встревает девчонка и выходит вперед. – Да, это я виновата. Не отчисляйте их, пожалуйста.

Ну звездец. Приехали!

Глава 3

Ляйсан

– Все интереснее и интереснее …

Беляев небрежно засовывает руки в карманы и в упор смотрит на Зою Марковну. Начинает казаться, что между ними что-то личное. Но все взгляды вновь возвращаются ко мне. И этот нахал, как назвала его тренер, даже не пытается раскаиваться за содеянное. Он прожигает во мне дыру. Становится очень неловко и неуютно. Не люблю повышенное внимание, уж лучше слиться с серой массой. Гораздо меньше проблем.

– Ты своего пацана не выгораживай, Ян. Сюда посмотри. – Зоя Марковна протягивает ему телефон, на котором включается видео, и сцена, где меня поцеловал незнакомый парень, транслируется во всей красе.

Меня словно ошпаривает волной кипятка. Щеки мгновенно вспыхивают от стыда, а испуганное сердце с размаха впечатывается в ребра. Нет-нет-нет, только не это!

– Не надо, – в панике кидаюсь к ней. – Удалите, пожалуйста. Нельзя, чтобы это попало в сеть.

– Лясь, оно уже там, – качает головой тренер. – Пока всего тридцать просмотров. Сорок… – разворачивает экран своего мобильного ко мне.

– Что же теперь будет? – закрываю лицо ладонями.

Это какой-то страшный сон. Если это увидит отчим… Я с таким трудом уговорила отпустить меня в этот лагерь.

Разворачиваюсь и захожу в дом. Предательские слезы застилают глаза. Все, о чем я так долго мечтала, рушится буквально на глазах, как карточный домик при порыве ветра. Мне нельзя обратно домой. Я обязана быть здесь и выиграть спонсорский кубок. Это мой единственный шанс вырваться из грязных лап отчима. Иначе… даже думать страшно, что меня ждет. Он, как мерзкий паук, давно сплел вокруг меня паутину и обязательно сожрет. У меня нет против него шансов. Мама не желает ничего слышать, а папа три года назад пропал без вести.

Вхожу в комнату, которую делю еще с двумя девочками. Правда, познакомиться еще не успела, как раз заняла одну из кроватей, когда тренер попросила подойти. Падаю на постель и утыкаюсь лицом в подушку. Беззвучные рыдания раздирают горло. Неужели все закончится, так и не начавшись? Это несправедливо! Столько тренировок и побед. Столько сил, чтобы выгрызть этот единственный шанс.

– Эй, ты чего? – Кто-то касается моих волос. – Что с тобой?

Вздрагиваю от неожиданности и замираю. Одна из соседок оказывается рядом. Как-то некрасиво вышло. Поднимаю голову и шмыгаю носом. Девушка с прямыми рыжими волосами склонилась надо мной. Ее зеленые глаза смотрят немного настороженно, но не агрессивно. Скорее, с искренним сочувствием, и это подкупает.

– Ничего, – сажусь и вытираю нос рукавом. – Переволновалась, наверное.

Неопределенно пожимаю плечами.

– Ой, какие все нервные, – фыркает вторая девушка и закатывает глаза. Она совсем другая. Манерная и дерзкая. Смотрит свысока, а на чуть подкачанных губах играет насмешка.

– Гель, иди, а? – огрызается на нее первая. – Нечего подслушивать.

– Да больно надо. – Выписывая эффектную восьмерку бедрами, та идет к двери. – Дал же тренер соседок. Пойду попрошу перевод.

Дверь закрывается, и дышать становится легче. Возможно, из-за того, что пропадает приторно-сладкий аромат, а может, аура у Гели такая давящая.

– Так. – Рыжая соседка беспардонно плюхается на кровать, рядом со мной. – Давай рассказывай, что случилось?

Она такая настоящая и необычная, искренне интересуется моими проблемами. Сама не замечаю, как все ей выкладываю. Про стычку у автобуса, про видео, которое теперь в интернете. Делюсь, а она смеется.

– Нашла из-за чего расстраиваться.

– Ты не понимаешь, – качаю головой, не зная, как донести правильно. – Для моей семьи это позор. Отчим будет в бешенстве.

– Все так серьезно? – с сомнением хмыкает девушка.

– Более чем, – вздыхаю обреченно.

Как выкрутиться, ума не приложу. И ведь никто не будет слушать мои оправдания. Никому не интересно, что все произошедшее – простая случайность. Для матери я сразу стану распутной девкой, которая сама во всем виновата. А отчим с большой радостью заберет меня домой.

– Ла-адно, – тянет соседка и звонко шлепает себя по бедру. – Тогда надо выяснить, кто у нас такой охрененный папарацци, и попросить удалить видео.

– Думаешь, получится? – с сомнением спрашиваю я.

– Пф-ф, конечно. – Соседка снисходительно закатывает глаза. – Зовут-то тебя как?

– Ляйсан, – улыбаюсь ей. – Ляся. А тебя?

– Дина, – хмыкает довольно и ловко спрыгивает на пол. – Переодевайся. Пойдем, прогуляемся по базе. Все равно время свободное, надо же его как-то скоротать.

Она утыкается в телефон, а я переодеваюсь в белоснежное хлопковое платье с короткими рукавами. Оно мягко очерчивает линию груди и талии, а затем стекает вниз до самых икр, скрывая меня от мужских взглядов.

Мельком смотрю на себя в зеркало, и даже настроение немного поднимается. Может, и правда еще не все потеряно?

Дина подходит то к одним, то к другим парням и девушкам, узнавая информацию и попутно знакомя меня с коллективом.

– Ты откуда их всех знаешь? – удивляюсь я. Невозможно ведь за пару часов перезнакомиться.

– Столько лет на сборы гоняем, состав старичков почти не меняется, – пожимает она плечами и снова кому-то машет.

– Ясно, – смущенно улыбаюсь и отворачиваюсь, чтобы не мешать разговору.

Идем дальше, впереди волейбольная площадка и открытый бассейн. Его моют двое парней. Из одежды на них только плавки и кепки. Крепкие мышцы перекатываются под кожей, а накачанные тела блестят от пота. Нервно сглатываю и отвожу смущенный взгляд. Нельзя смотреть на обнаженных мужчин, но и не смотреть не получается. Они такие красивые и сильные. Взгляд будто примагничивает.

– О-о-о, кто-то уже встрял, – хихикает Динка. – Или вы так, торсами решили посветить перед новенькими? – повышает голос соседка, и парни оборачиваются.

С ужасом для себя понимаю, что это те самые, которые подрались из-за меня. Дина переводит взгляд на меня. В ее шкодных глазах отражается понимание, что мы пришли по адресу.

– Кто из них «кинозвезда»? – шепчет на ухо Дина. – Гаранин?

Мне хочется промолчать, но я тут же представляю, что видео с нашим поцелуем прямо сейчас набирает все больше просмотров, а значит, Дина все равно его увидит, а там и отчим…

Зажмурившись на секунду, открываю глаза и стреляю взглядом в кареглазого, подтянутого, загорелого и безмерно борзого виновника надвигающихся проблем. А он смотрит на меня. Недовольно и очень странно. Невольно провожу ладонями по предплечьям, пытаясь скинуть мурашки.

– Да, – беззвучно отвечаю Дине.

– Ясно. – Ее глаза озорно вспыхивают.

– Что тебе ясно, рыжая? – оскаливается парень, разбивший мне наушники. Мот, кажется. Тут же получает толчок в плечо от кареглазого. Его глаза вспыхивают агрессией.

Вновь накаляющуюся ситуацию спасает Дина. Она наклоняется и резко дергает на себя шланг с водой. Поднимает конец выше, рассматривая струю воды с коварной улыбкой.

– Что вы придурки, – показывает им язык, – которые все еще меряются своими причиндалами.

– Только попробуй! – хищно ухмыляется мой персональный кошмар. – Динка, я тебя…

Договорить он не успевает. В него попадает струей воды из шланга. Натренированные мышцы тут же приходят в тонус, прорисовываются кубики на прессе, а загорелая кожа покрывается мурашками.

– Фак! Холодная же! – орет он.

– Самое то, чтобы остудить мозг. Может, тогда до вас дойдет, что перед Лясей надо извиниться.

– За что? – Встряхиваясь, как молодой хищник, кареглазый снова смотрит на меня.

– А ты сам не догадываешься, Егор? – И новая струя холодной воды летит в парня.

В этот раз он успевает отреагировать и увернуться.

– Ай! – Шланг вдруг вылетает из рук Дины.

В этой перепалке мы упустили из виду Мота. Он успел выбраться из бассейна и добраться до шланга.

И в этот момент парни вдруг перестают быть врагами. Рассмеявшись, они окружают нас с двух сторон. Мот поднимает край шланга выше, зажимает пальцами тугую струю, и в нас летят холодные, искрящиеся на солнце капли.

Взвизгнув и рассмеявшись, Дина отскакивает в сторону, а я оказываюсь «под обстрелом». Платье моментально намокает и становится прозрачным.

Нет-нет. Только этого мне и не хватало!

Стою почти полностью обнаженная посередине базы. Какой позор, мамочки. Пытаюсь прикрыть все, что можно. Мои щеки пылают от стыда, к горлу подкатывает горький ком, а за спиной уже ощущается присутствие кареглазого парня.

Ну почему это все случается именно со мной?

Глава 4

Егор

Мокрая ткань прилипает к ее фигуре, подчеркивая все изгибы от груди до бедер, ранее скрытых под свободным платьем. Светлые волосы сосульками лежат на плечах. На них прилипли крупные кали воды, в лучах солнца больше похожие на золотые бусины. Капли стекают по щеке к линии челюсти и сползают на шею. Слежу за самой медленной, опуская взгляд все ниже, ниже… и «спотыкаюсь» о ворот платья.

Динка убегает от Мота со шлангом, а я сквозь ее визг слышу, как тяжело дышит Ляся. Поджав губы, она прикрывается руками. Отмираю. Кручусь на месте в поисках своей футболки. Она вместе с шортами валяется на бортике бассейна. В брызгах, но точно суше, чем платье этой бесячей девчонки.

Капитан хоккеистов возвращается к нам и залипает на Лясе. Закрываю ее собой, внезапно ощущая неприятное жжение в венах и сильную злость, что этот придурок пялится.

Протягиваю Лясе футболку. Не берет, отшатываясь, как от прокаженного. За спиной раздается довольный смешок долбаного хоккеиста.

– Гаранин, мне кажется, это моя девочка, – цепляет он.

Не оглядываясь показываю ему фак и грубо надеваю свою футболку на Лясю.

– Идем, – хватаю ее за запястье и тяну за собой мимо отфыркивающейся от воды Динки.

– Отпусти! – упирается Ляся, выворачивая руку из моих пальцев.

– Ты вообще «спасибо» говорить умеешь? Или в твоем словарном запасе нет такого слова? – огрызаюсь на нее.

Второй раз спасаю, хотя девчонка сама нарывается, а она еще и злится.

Молча идем к женскому жилому бараку. Солнце припекает голую спину и затылок. Провожу по нему ладонью, пропуская Лясю чуть вперед, чтобы рассмотреть вид сзади. Моя футболка доходит до середины ее бедра, скрывая все самое интересное, но вкусного мне все же перепадает. Там, где ткань платья еще не высохла, можно разглядеть ноги. Уверен, они стройные и сильные. Она ведь танцует.

Доходим до комнаты. Вламываюсь вслед за ней и плюхаюсь на первую попавшуюся свободную кровать.

– Ты слишком много себе позволяешь. – Развернувшись, Ляся сверлит меня недовольным взглядом, пока я едва ли не облизываюсь, вспоминая, какая она красивая под этим балахоном. – Выйди. Мне необходимо переодеться.

Сижу, кайфуя от возмущенных искорок в ее глазах. Они готовы испепелить меня вместе с простыней, но что-то мешает ей сделать это. Вероятно, воспитание.

– Гаранин, выйди немедленно, – требует Ляся.

– Егор, – напоминаю ей.

– Мне все равно. Выйди, иначе я закричу.

Поднимаюсь. Она тут же отводит взгляд. Непривычно. Девчонки обычно, наоборот, пялятся. На мне из одежды все еще только черные плавки-шорты с лейблом крутой спортивной компании, которая их выпускает.

Выхожу в коридор, прикрываю за собой дверь и приваливаюсь к ней спиной. Динка шлепает по коридору в мокрой обуви и трясет шевелюрой. С этой рыжей занозой мы знакомы еще со школы. Сразу сдружились и много всякого вытворяли вместе, поэтому ей позволено гораздо больше, чем остальным.

Подруга толкает меня в грудь.

– Ты чего делаешь, дебил?! Нельзя развлекаться с теми, кто сам хочет с тобой развлекаться и с удовольствием попадет на камеру в компании популярного парня?

– Ты о чем? – ни черта не понимая, смотрю на Дину.

– Об этом! – достает из кармана мокрый, но работающий мобильник. Быстро мажет пальцами по экрану и разворачивает ко мне, показывая видос.

– Воу, точно! Тренер наших танцовщиц тыкала в него Беляеву. Я успел забыть, а зря… – Сглатываю, глядя, как мы целуемся с Лясей и очень быстро жалею, что шорты так и остались у бассейна.

Они бы здорово помогли скрыть резкий прилив крови в пах и оттянутые плавки. Благо, Динке плевать на это. Она меня и не в таком виде лицезрела, например, когда мы с Дёмычем перебрали отцовского коньяка и купались голыми в озере закрытого поселка, где живет моя семья.

– Эй! – Получаю новый толчок в грудь от подруги. – Это свинство, ты понимаешь, Егор?

– Кто это снимал?

– То есть ты не в курсе? – Дина забирает у меня свой мобильник.

– Прикинь, нет. Зачем мне это? – задаю ей встречный вопрос.

– Может, у вас какие-то новые соревнования? – стреляет взглядом в сторону выхода, намекая на Мота.

– Я с ним не соревнуюсь. Это к Демону. Скинь мне ссылку, я разберусь.

– Сейчас. – Вздохнув, Динка пересылает мне видео. – Только на ночь много не смотри, – смеется язва.

– Иди в задницу! – Психанув, резко выдыхаю, разворачиваюсь и без стука вламываюсь в комнату Ляси.

– Гаранин! – вскрикивает она.

– Егор, – напоминаю в который раз. – Не кричи, ты все равно уже оделась.

– А если бы нет? – складывает руки на груди.

Это было бы охрененно…

– Вряд ли я увидел бы там что-то новое, – закатываю глаза. Ее щеки заливаются краской, а я снова залипаю.

Мать его! Чего она такая красивая-то?!

– Футболку верни, – киваю на кровать.

– Она мокрая. – Ляся слишком заметно радуется, что я перевел тему. Это цепляет.

«Поцелую» – проносится в голове забавная угроза.

Никогда бы не подумал, что поцелуи можно применять в таком ключе.

– Плевать. Просто верни футболку, – протягиваю руку.

– Я ее постираю, высушу… – растерянно бормочет девчонка.

– Это моя счастливая футболка, и она нужна мне прямо сейчас, – несу полную чушь, шагая к кровати.

Мы одновременно хватаемся за несчастный предмет одежды, соприкасаясь кончиками пальцев.

Черт, где там мои шорты?

По руке проносится приятное электричество. Я напяливаю на себя мокрую футболку. Дверь распахивается, и Динка, с усмешкой уперев руки в бока, ехидно заявляет:

– А там Зоя Марковна идет. Прямо сюда, – раскачивается с пятки на носок.

– Мамочки, – зажмуривается Ляся.

– Писец, – стреляю взглядом то на одну девчонку, то на другую.

Кажется, чисткой бассейна в этот раз мы не отделаемся.

Глава 5

Ляйсан

– Мамочки, – зажмуриваюсь от страха, отчетливо слыша шаги тренера в коридоре.

Прекрасно понимаю, чем нам грозит наличие парня в комнате, и покрываюсь холодным потом. Не хватало только вылететь из лагеря в первый же день. Да еще и по такой постыдной причине.

– Давай сюда, – командует Динка Егору. – Быстро.

– Как будто муж из командировки вернулся, – хмыкает он, проходит мимо меня, едва ощутимо задевая плечом.

Кожу в месте касания обдает жаром, и мурашки растекаются по всему телу. Выдыхаю и распахиваю веки. Егор уже у открытого окна. Смотрит на меня и провокационно усмехается.

– Прыгай, юморист, – подталкивает его Дина.

Подмигивает мне, одним ловким движением перемахивает через подоконник и летит вниз. По инерции дергаюсь за ним и выглядываю из окна. Егор самодовольно улыбается и скрывается за углом барака, а я слышу громкий галоп собственного сердца и все же улыбаюсь в ответ.

– Что здесь происходит? – Строгий голос Зои Марковны проносится, как раскат грома, и заставляет вздрогнуть от неожиданности.

– Ничего, – как ни в чем не бывало отвечает Динка, а меня потряхивает изнутри. Врать я не умею совершенно и от этого боюсь вообще рот открывать.

– Ляйсан, что там интересного? – Тренер вопросительно изгибает бровь и пронзает меня подозрительным взглядом.

– Где? – выдавливаю из себя.

– В окне. – В ее голосе явно сквозит насмешка. Кажется, что читает мысли. Но это ведь паранойя?

Не знаю, что сказать. Я будто в ступоре. Перевожу растерянный взгляд на Дину, та знаками подсказывает мне.

– Воздух… свежий…

Щеки мгновенно вспыхивают, а сердце делает кульбит в груди и перемещается в горло.

– Ах воздух, – усмехается Зоя Марковна, но дальше не продолжает разнос. Поверила? Или только сделала вид? – Мама твоя мне звонит. Говорит, до тебя дозвониться не может. Вот возьми, – передает мне свой телефон. – После вернешь.

– Спасибо, – отвечаю на автомате и провожаю тренера взглядом до двери. Она уходит, и мы остаемся втроем. Я, Дина и моя мама в динамике.

– Да, мам, – начинаю осторожно и дышу ровнее, как перед выступлением.

– Ляйсан, что происходит? – возмущается она. – Почему твой телефон выключен?

И снова приходится врать, потому что правду сказать невозможно.

– Это случайность. Села батарейка, а зарядку я не нашла, – сочиняю на ходу и говорю первое, что приходит в голову, очень стараясь, чтобы голос звучал убедительно. – Может, дома забыла?

– Мена это не интересует, – строго отрезает мама. – Твой телефон должен быть доступен двадцать четыре на семь! И геолокация включена!

– Да, мам, – привычно вздыхаю я.

– Не зря отец не хотел тебя отпускать. Исправь немедленно!

«Он мне не отец!» – хочется крикнуть, но я благоразумно проглатываю дерзость. Будет только хуже.

– Хорошо, мам. Я все исправлю, – обещаю ей.

– Вечером позвоню и проверю.

Звонок обрывается, а я облегченно выдыхаю. Это не день, а какие-то американские горки.

– Мда-а, вот это у тебя жесть, – качает головой Дина. – Так всегда?

– Бывает хуже…

– Да куда уж?

Неопределенно пожимаю плечами. Я привыкла. От меня и так требуют не очень много по сравнению с другими семьями в нашем роду. Все потому, что отчим русский. Хоть какая-то польза от него. Он не позволяет матери прятать меня под платком и настаивает, что в его семье мы должны жить по его правилам. Мама против, но не смеет перечить мужу. Воспитание не позволяет. А я балансирую между ними, как между двух огней. С одной стороны все то же традиционное воспитание, а с другой – желание жить без ограничений, как мои сверстницы.

Остаток дня проводим в поисках решения моей проблемы. Но тщетно. Ничего гениального придумать не получается. Моего телефона нигде нет, а новую симку быстро доставить тоже не получится. Даже при наличии паспорта и денег, которые обещала одолжить мне Динка.

Ну вот. Можно собираться домой. Через час вернется отчим, мама ему расскажет о моем косяке, и все. Мое приключение закончится, так и не успев начаться. Сегодня же он заставит меня паковать вещи.

На ужин еле плетусь. Настроение ниже плинтуса, а гнев родителей все явственнее надвигается на меня. Еще это дурацкое видео. Просто фантастическое невезение. Или черная полоса, которая совсем недавно виднелась как белая. Как я только умудрилась в это вляпаться?

– Не переживай, это еще не конец, – подбадривает меня Динка, когда мы садимся за наш стол. – Выход обязательно найдется.

– Ну да, – снова вздыхаю, вяло ковыряясь вилкой в овощном салате. – Появится волшебник и все разрулит взмахом палочки.

– Я появился. – За спиной раздается знакомый голос. – Что надо разрулить?

Егор беспардонно падает на свободный стул.

– Егор, вот совсем не до смеха сейчас, – хмурится Динка и недовольно качает головой.

– Что у вас случилось?

– Телефон Ляся потеряла. А он ей срочно нужен…

Не участвую в их беседе, салат куда интереснее. Так просто удобнее прятать слезы, что наворачиваются на глаза.

– Ну ладно, – хмыкает Егор. – Придется опять тебя спасти. – Передо мной на стол ложится мой мобильный. В целости и сохранности. – Держи. – Поднимаю на Егора недоуменный взгляд. – Почистил и даже зарядил.

– Ой ну прям Гарри Поттер, – фыркает Динка, а он снисходительно закатывает глаза.

– Егор. – Голос предательски проседает от волнения. – Спасибо тебе.

– Надо же, все-таки знаешь такое слово. – От его открытой, искренней улыбки на душе становится теплее, а в груди словно зарождается щекотка.

Смущаюсь и отвожу взгляд в сторону, ощущая, как щеки краснеют.

– Только простого спасибо мне теперь мало, – говорит Егор и поднимается на ноги.

– В смысле? – хлопаю ресницами, ощущая, что попалась в ловушку.

– Я позже приду за наградой, – шепчет на ухо, едва не касаясь губами, заставляя мурашки хаотично метаться по коже.

– Но… – резко поворачиваю голову, но не успеваю закончить, как Егор смешивается с толпой в столовой.

– Никогда его таким не видела, – словно между делом констатирует Дина.

– Каким «таким»?

– Придурком, – язвительно усмехается она и смотрит в ту сторону, куда ушел Егор.

А мне кажется, не такой уж он и придурок. Невольно улыбаюсь, думая о нем. Но недолго. Телефон оживает в руках. Отчим звонит и требует отчет о прошедшем дне. Пока идем в барак, рассказываю все самое безобидное, старательно опуская детали. Вроде даже его все устраивает. Не веря своему счастью, убираю телефон в карман.

Первый день закончился. Завтра рано вставать на тренировку. Только вот уснуть никак не получается. Я столько лет живу по режиму, отключаюсь, едва коснувшись подушки, а сейчас не получается. Мыслей в голове столько, что сну просто не пробиться сквозь эту толщу.

Сдаюсь и переворачиваюсь на спину. Смотрю в потолок и позволяю воспоминаниям захватить меня. Мой первый поцелуй получился такой странный, горячий, но совсем не противный. Рефлекторно трогаю губы пальцами, они до сих пор горят от жадных прикосновений губ Егора. Это так необычно и в то же время волнительно. Мне неожиданно понравилось…

Что я делаю? Мне нельзя думать о таком! Не для того я приехала в лагерь. Моя единственная цель – кубок, все остальное только отвлекает. Ругаю сама себя и переворачиваюсь на бок. Закрываю глаза и думаю о чем-то нейтральном. Долго и упорно, пока организм, наконец, не сдается.

Уплываю в вязкое марево сна. Теплое и приятное. Мне снится Егор. Даже во сне не дает покоя. Его улыбка и озорные зеленые глаза. Мягкие губы снова тянутся ко мне с поцелуем. Прикрываю глаза и позволяю прикоснуться. Секунда – и понимаю, что все не так. Мне не приятно, а гадко и противно.

Открываю глаза и вижу перед собой лицо отчима. Мерзко улыбается и тянет меня на себя. Я вся покрываюсь липким холодным потом.

– Нет! – кричу в ужасе и просыпаюсь от своего крика, как раз вместе со звонком будильника.

Глава 6

Егор

– Гаранин, подъем! Я сейчас твой будильник в окно выкину, – бесится кто-то из пацанов.

Открываю глаза. Шах, он же Рамиль Шахов, входит в нашу пятерку сильнейших бойцов клуба. Бодрый такой, аж в морду дать хочется. Я уснул уже на рассвете. Мысли пчелиным роем кружили и жужжали вокруг этой девчонки. Ляся. Мне кажется, еще ни на ком я так внезапно не залипал. Пару лет назад, когда случилось что-то типа первых отношений, эмоции меня интересовали меньше всего, а тут что-то новое. И это самое «новое» люто раздражает, потому что у нас тренировка, и тренер за вчерашнее меня еще не простил, а я всю ночь мозгами был в женском жилом бараке, в конкретной комнате на втором этаже, из окна которого сиганул, поймав на себе ее взволнованный взгляд.

В отличие от девчонок, наш тренер за нами не ходит. Это у них там танцульки всякие, а у нас все серьезно. Дисциплина как в армии. Приходится очень быстро приводить себя в порядок, переодеваться и догонять парней.

В семь утра на улице уже жарко и душно. Море поблизости при такой температуре дает непривычную влажность. Через несколько дней мы перестанем ее ощущать, а пока дышится чуть труднее, и предстоящая тренировка точно выжмет из нас все соки.

Встаю в строй плечом к плечу с Шахом.

– Как спалось? – криво усмехается Беляев.

– Хорошо.

– Нормально.

– Так себе, – отвечают парни.

Взгляд Яна Викторовича останавливается на мне, и, как по команде, пацаны сворачивают головы. Рядом хмыкает Шах, а я вопросительно веду бровью.

– Отлично спалось, Ян Викторович, – спокойно смотрю в глаза тренеру.

– Уверен, Гаранин?

– Абсолютно, – пожимаю плечами.

– Ладно. Раз все выспались, Егор во главу строя. Задаешь темп. Нормативы будут засчитаны по последнему прибежавшему. Гаранина никому не обгонять. Он сбавляет скорость – все сбавляют скорость. Вопросы?

– Почему, Ян Викторович? – возмущается Шах. – Это же нечестно! А если он сдохнет на маршруте?

– Значит, весь отряд ждет, когда Гаранин воскреснет и побежит дальше. Сегодня выполнение нормативов для всех вас – это его персональная ответственность.

А вот и очередной «привет» за вчерашнюю драку с Мотом. Знал же, что Беляев просто так не отступит. И он уже просек, что я не спал, поэтому назначил меня «головой» строя.

Ну Ляся!

Оглядываюсь и вижу ее. В свободных штанах и легкой тунике, она растерянно собирает в хвост светлые волосы, не обращая внимания на происходящее вокруг.

Встряхнувшись, отворачиваюсь и ловлю на лице тренера довольную ухмылку.

– И че все встали? – обращаюсь к пацанам. – Погнали!

Обычный разминочный кросс без утяжеления, но с ограничением по времени. В среднем темпе неплохо качает кровь и разогревает мышцы. Он всем дается легко, мы привыкшие. Вторая часть забега уже с утяжелителями, тренирует выносливость. И вот тут как раз кроется подвох. Нарушаешь режим – быстрее устаешь на дистанции. Непривычный климат добавляет сложностей с дыханием. Но я никогда не сдаюсь. Чувствуя, как мерзко по спине течет пот и густой воздух забивает легкие до покалывания, держу темп, чтобы не доставить Беляеву удовольствия потыкать в меня «палкой».

Закончив, выстраиваемся перед тренером. Снимаем утяжелители с ног. Восстанавливаем дыхание и только через десять минут пьем прохладную воду.

Дальше у нас по программе разминка на все группы мышц. Душ, завтрак, короткий отдых и спарринги.

Выходим на свою тренировочную площадку. Все в тонких, свободных белых штанах. Жарко, тренер разрешил голый торс. Рассаживаемся, Ян Викторович устраивается напротив.

– Так, парни. Сейчас я расскажу вам, что нас ждет. Две недели интенсивных тренировок, после чего в лагере начнутся поэтапные соревнования. Спонсоры выделили несколько призов в каждой группе. Так как у хоккеистов присутствуют силовые тренировки, мы встречаемся с ними именно в силовых упражнениях. Будем поднимать штангу, работать с гантелями и упругими лентами.

– Но, Ян Викторович, у нас другой формат тренировок и силы в данном случае не равны, – озвучиваю очевидное. – Будь у нас упор на бокс, и то…

– Егор, это не я решал, но, если хотите, давайте сдадимся сразу.

– Еще чего! – фыркаю я.

– Вот и я так подумал. Подготовимся, отберем несколько человек, и я подам заявку в комитет.

– А у девчонок как? – спрашивает Шах.

– У них проще. Гимнастки, танцовщицы. Все гнутся, все танцуют. На то они и девчонки. – Он как-то странно косится в сторону пробегающей мимо Зои Марковны. Похоже, эти двое точно что-то не поделили. – Нам с вами таких поблажек никто делать не будет. Если хотим выиграть, придется пахать.

– Будто когда-то было не так, – отвечает кто-то из парней.

– Именно. К тому же призы очень приятные. Помимо кубка победители получат денежные призы и гранты на обучение в спортивных университетах столицы.

– О-о-о, – тянем мы.

– За это точно стоит побороться, – подтверждает он. – Поэтому, – хлопает в ладоши и поднимается, – прошу в круг, – указывает на первую пару.

До вечера мы в довольно плотном графике. Бессонная ночь дает о себе знать, и, как только нас отпускают, я плюхаюсь на бортик бассейна, опускаю ноги в прохладную воду и прикрываю глаза. Хорошо-о-о…

– Вам уже объявили о соревнованиях? – рядом садится Демон.

– Угу. Мы с тобой типа соперники теперь, – хмыкаю я.

– Задница, конечно. У меня в команде есть пацаны, которым этот грант сильно поможет.

– У нас тоже такие есть, – кошусь на друга.

– Значит, будет рвать за своих, но честно, – серьезно говорит он.

– Согласен. Слушай, дело есть. Надо найти того, кто слил видос с моим поцелуем с Лясей. Заставить снести. Ей такая слава не нравится.

– А тебя это сильно парит? – болтает ногами в воде Дёмыч.

– Не люблю, когда за мой счет кто-то пытается выехать.

– Мне кажется, это девчонки, – предполагает он. – Пацаны бы перетерли и забыли, а девчонки вечно втихаря все делают. Вспоминай, кого ты тут зацепить успел.

Поднимаюсь, снимаю шорты и ныряю в бассейн, уходя с головой под воду. Его набрали недавно, еще не прогрелся. Сводит все внутри, но все равно хорошо.

– У автобусов с одной зацепились. Она надеялась сделать из меня персонального грузчика, а я обломал.

– Думаю, это может стать поводом. Вылезай, пойдем, прогуляемся к красивым и доступным.

Выбираюсь из бассейна. Надеваю шорты на мокрое тело. Они сразу прилипают к заднице и бедрам. С волос капает, и кожа покрывается мурашками. Передернув плечами, иду за Демьяном.

– А что у тебя с ней, кстати? С этой Лясей.

– Ничего, – огрызаюсь я.

– Поэтому ты весь день бесишься? Мне уже рассказали, – ржет Дёмыч.

– Не бешусь я. Отвали! – толкаю его в плечо. Демон ржет еще громче.

– Ну раз реально ничего, я тогда ее себе заберу, – щуря свои светлые глаза, заявляет он.

– Ты охренел?! – резко торможу на середине пути.

– Пойдем. – Друг хлопает меня по плечу. – Я девочек своих друзей не трогаю, – шепчет, склонившись к моему уху.

– Она не… – затыкаюсь, иначе он не отстанет.

Проходим в женский барак. Оглядываемся. Никого из тренеров не видно. Входим, ловим первую попавшуюся нам девчонку и объясняем, кто нам нужен.

Все маршруты ведут на второй этаж …

Комната через одну от Лясиной. Дёма входит без стука. Девчонки даже не дергаются. Я сразу узнаю ту самую. Подхожу к ее кровати и грубо выхватываю мобильник из рук.

– Эй! Ты чего делаешь?

– Тс-с-с. – Демон прикладывает палец к губам и тоже шагает к ней. – Пока мой друг занят, я тебе объясню, что бывает с теми, кто переходит нам дорогу.

Они тихо общаются, а я лезу в ее аккаунт на Ютуб. Повезло, что трубка была не заблокирована. Показываю Демьяну, что пришли мы по адресу. Сношу сначала видео с поцелуем, потом захожу в браузерную версию сайта и через меню настроек сношу весь остальной контент.

– Нет! Зачем ты это сделал? Я же…

– Влезла туда, куда не следует, – за меня отвечает Демьян. – Говорил же, мы такое очень не любим. Всем хорошего вечера, – подмигивает притихшим соседкам девчонки.

– Я тренеру все расскажу.

– Дерзай, – ухмыляюсь я и сваливаю вслед за другом.

Закрываю за собой дверь. Не успеваю отпустить ручку, как дверь Лясиной комнаты открывается. Она выходит в коридор и застывает, увидев меня у комнаты своих соседок. Поджимает губы, поднимает выше подбородок и уходит, так вильнув бедрами, что у меня сердце на секунду останавливается.

М-м-м, да ей не все равно. Уже ревнует?

Глава 7

Ляйсан

Натягиваю облегающие лосины, спортивный топ и длинную футболку, доходящую до середины бедра. Не очень удобно в ней тренироваться, но по-другому нельзя. Мы больше не в нашем зале, где одни девушки. Здесь слишком много посторонних мужчин. Мне некомфортно под их взглядами.

Обуваю мягкие балетки и беру коврик для йоги. Перед ужином у нашей группы растяжка, Зоя Марковна лично наблюдает за каждой из нас, чтобы все было идеально. Условия для всех одинаковые. Но выиграет соревнования только одна из нас. Мне очень нужна победа. Я докажу и матери, и себе, чего на самом деле стою.

Собираю волосы в пучок, выхожу из комнаты и застываю, увидев Егора. Судя по всему, вышедшего из соседней комнаты. Неприятный холодок пробегает по позвоночнику, дергаю плечами, скидывая оцепенение.

Фу, бабник! Мне, собственно, какое дело? Никакого!

Поджимаю губы, вздергиваю подбородок и демонстративно ухожу, даже не поздоровавшись. А внутри вибрирует от обиды. С чего вдруг – не знаю, но неприятно видеть Егора в обществе других девочек. Еще чего! Надо думать о тренировках, а не мальчиках. Это табу!

Но это оказывается выше моих сил. Всю тренировку витаю в своих мыслях, придумывая Гаранину все больше обидных прозвищ. Имею право, в конце концов, это мое воображение! Зачем он проявил ко мне внимание, а потом переметнулся к соседкам? У них так принято? Мама всегда говорила, что мальчики в этом возрасте ветреные. Нужно держаться подальше.

– Ляйсан, лучше ногу тяни! – вздрагиваю от резкого голоса тренера и быстро исправляюсь. – Что с тобой такое сегодня?

– Все хорошо, – выравниваю дыхание и делаю упражнение, как нужно.

– А она у нас особенная, – язвительно тянет Ангелина. До чего ж противная!

Но в чем-то она все же права. Никаких преференций не будет. Надо пахать. Ругаю себя за то, что отвлеклась и сосредоточиваюсь на тренировке.

Приняв душ, собираюсь на ужин и жду Дину. Жара такая, что ничего не помогает освежиться, а кондиционеры в комнатах не предусмотрены. На выдержку нас проверяют, что ли?

– Лясь, ты видела? – Динка входит в комнату, растирая полотенцем влажные волосы.

– Что? – смотрю на нее, даже не пытаясь угадать.

– Видео твое удалили. Да и вообще все с канала.

– Нет, – озадаченно качаю головой и хватаюсь за телефон.

Проверяю сохраненную ссылку и удивленно хлопаю ресницами. И правда, нет видеоролика. Сердце ухает куда-то вниз и начинает стучать быстрее. Мне же не показалось? На всякий случай проверяю еще раз. Нет видео.

– Но как? Кто это сделал? – перевожу недоуменный взгляд на подругу.

– А ты не догадываешься? – хитро усмехается она и натягивает на голое тело майку и шорты.

– Нет…

– Егор и Демьян приходили сегодня к нам. Точнее, к соседкам. – Дина кивает на стену, как раз в той стороне, где находится комната, из которой выходил довольный Егор.

Значит, он ходил к ним не просто так? Что это меняет? Ничего.

– Мудак этот твой Егор, – фыркает за спиной Геля. – Весь контент Маринке снес!

Оборачиваюсь, не до конца понимая смысл сказанного. В смысле снес? Как весь?

– А нечего постить что не просят, – язвительно отфутболивает Дина. – За это у нас статья есть вообще-то. Нарушение неприкосновенности частной жизни. До двух лет. – Ее усмешка становится ядовитой. – Так что скажи спасибо, что удалил, а не отправил на зону.

– Да больно надо. – Геля закатывает глаза и демонстративно уходит. Никак мы с ней не найдем общий язык. Слишком она другая. Высокомерная и надменная. Хорошо, что есть Дина, а то не знаю, как бы мне здесь жилось.

– Ты понимаешь, что он для тебя это сделал? – вкрадчиво говорит подруга, а у меня по коже расползаются мурашки. Для меня еще никто никогда ничего не делал.

– Вот еще, – хмыкаю с сомнением и отмахиваюсь. – Не может быть.

– Я серьезно, – настаивает Дина и перестает улыбаться.

Мне снова становится не по себе. Вдруг за эту услугу придется платить? Я не готова. И не собираюсь играть в эти игры.

– А я не просила, – упрямо сжимаю губы.

– Ой, дурочка ты, Ляся, – смеется Динка и взъерошивает свои мокрые волосы, создавая на голове легкий хаос. – Ничего не понимаешь.

– Ну и что, – вскидываю подбородок и прохожу мимо нее к выходу. – Уж лучше ничего не понимать, чем быть кому-то должной.

Подруга лишь качает головой. Идем в столовую и разговариваем о предстоящем турнире. У нас очень сильный состав. Специально подбирали, чтобы соревнования получились зрелищными.

– В этом году новый спонсор, – делится Дина. – Я его еще не видела ни разу. К соревнованиям появится.

– А что это значит?

– Да ничего особенного. Будет разглядывать, как лошадей на рынке, а выиграет та, которая согласится ноги раздвинуть.

– Ты серьезно?

К такому я совсем не готова и ни за что не пойду на подобные условия. Даже если придется отказаться от участия.

– Не знаю. – Она пожимает плечами. – Я в таких соревнованиях не участвовала.

– И я, – вздыхаю обреченно. – Но мне очень-очень надо выиграть.

– Значит, выиграешь, – подбадривает подруга, и становится немного легче.

После ужина у нас свободное время. Дина залипает в телефон, а я читаю. Готовлюсь к поступлению. Если не получится получить грант, попробую сама поступить на бюджет. Запасной план, хоть и слишком ненадежный. Но другого, к сожалению, нет.

В открытое окно прилетает камушек. Затем еще один. И еще. Поднимаюсь и выглядываю на улицу. Там Егор смотрит на меня и улыбается во все тридцать два. Едва сдерживаюсь, чтобы не спрятаться в комнате.

– Чего тебе? – интересуюсь с деланым недовольством, а сама прячу улыбку.

– Ты как будто не рада меня видеть, – самодовольно хмыкает Гаранин.

– А должна?

– Естественно. – От его ленивой, кошачьей улыбки сердце сбивается с ритма. – Спускайся разговор есть.

– С ума сошел? – качаю головой. – Я не могу.

– Ну тогда отойди, я сам зайду, – разминается, демонстрируя стальные мышцы.

– Что? – округляю глаза. – Нет, конечно!

Не успеваю ничего предпринять, как он буквально взбирается по стене и оказывается в комнате. Дина нисколько не переживает, лишь откладывает телефон и с интересом смотрит на него.

– Ты сдурел? – возмущаюсь я. – Если Зоя Марковна тебя увидит…

– Не увидит. – Зеленые глаза вспыхивают и медленно приближаются, а я вынуждена отступать. – Помнишь, я говорил, что приду за наградой?

– Опять какие-то твои гадости? – фыркаю я, ловко уворачиваюсь от его туши и отхожу в противоположный конец комнаты.

– Никаких гадостей. – Егор примирительно поднимает ладони. – Пойдем погуляем?

– Я не могу, – качаю головой. Этого еще не хватало.

– Почему?

– Мне нельзя, – обхожу кровать, прячась от настырности парня и складываю руки на груди. – Лучше уходи.

– А у нее как в концлагере, – хмыкает подруга. На чьей стороне она играет?

– Дина! – укоризненно смотрю на нее и недовольно поджимаю губы. Это только мое дело и мои заморочки.

– Ну а что, я не права, что ли?

– Нет. Просто у нас другой менталитет.

Егор беспардонно падает на мою кровать и теперь смотрит на меня снизу вверх.

– Ты с ума сошел? – рефлекторно кидаюсь к нему, но осекаюсь. – Немедленно вставай!

– У меня мама с таким же менталитетом, – улыбается он, а я, как безвольная дурочка, залипаю на озорных ямочках на его щеках. – И отчим был такой. Поэтому я все знаю про твой менталитет.

– Правда? – недоверчиво переспрашиваю я и подозрительно прищуриваюсь. Как-то уж все слишком складно у него.

– Конечно. Можешь не переживать. – Гаранин садится на кровати, ногами ко мне, практически зажимая между своих коленей. – А телефон мы твой в комнате оставим. Чтобы геолокация показывалась правильная.

– А если позвонят? – шепчу я и нервно сглатываю.

Егор смотрит мне в глаза и будто лишает воли. Не верю, что серьезно разговариваю на эту тему. Обсуждаю с парнем, как обмануть родителей, чтобы пойти с ним погулять. Нет, это не я. Это какая-то другая девушка вселилась в меня.

– Дина скажет, что ты в душе. А нам сообщит…

Его бархатистый, с легкой хрипотцой голос мурашками рассыпается по коже, а сердце бьется о ребра, словно ищет выход и никак не может найти. Так страшно и одновременно очень волнительно.

– Без проблем, – подает голос Динка. – Идите уже. Благословляю, дети мои, – двумя пальцами делает крестное знамение в воздухе.

– Дурында, – ржет над ней Егор. – Выходи, жду внизу за углом.

Подходит к окну и так же, как и забрался, выпрыгивает обратно. Смотрю ему вслед и кусаю губы. Что же делать? Так хочется согласиться, но в то же время страшно. Если ничего не получится? Если кто-то узнает и расскажет родителям?

– Лясь, отмирай, – смеется Дина. – Время-то идет.

– Ой, – хватаюсь за пылающие щеки. – Скоро же отбой…

– Вернетесь!

Решаюсь и иду переодеваться. Волнуюсь как никогда. Это все со мной в первый раз. Никогда я не гуляла с мальчиками. Но Егор подкупает. Хочется сходить. Ничего же такого не произойдет? Мы просто погуляем, и все.

Выдыхаю для храбрости и выхожу из комнаты, едва не сталкиваясь с соседкой. Расходимся мирно, я закрываю дверь и слышу надменный голос Гели:

– Куда это собралась наша святоша?

– Не твое дело, – одергивает ее Дина, а я лишь улыбаюсь, как ненормальная, и спешу к Егору.

Глава 8

Егор

– Спорим, он ее даже не поцелует. – За моей спиной, развалившись на кровати, лениво болтают Дёмыч и Шах.

– Ты посмотри, как он наряжается, – ржет Шах. – Как будто надеется, что не только поцелует. Резинки не забудь, Ромео!

– Заткнитесь уже, – схватив подушку за уголок, швыряю в пацанов.

Дёмыч ловит, взбивает и подкладывает ее себе под голову.

– Не поцелует. – Лучший друг смотрит на меня взглядом опытного провокатора и улыбается так, что хочется ему двинуть.

– Ладно. На правах его соседа по комнате ставлю на то, что все-таки поцелует, – хмыкает Шах.

– Вы задрали. Я в этом участия не принимаю! – рявкаю на них, поправляя белую футболку, обтянувшую торс.

Парни переглядываются и, посмеиваясь, бьют по рукам. Шах поднимается со своей кровати, идет к моей тумбочке, вытаскивает флакончик «Kenzo» и брызгает на меня.

– Я хочу выиграть, – широко улыбается он.

– Оу! Это запрещенный прием, – наигранно возмущается Дёма.

Раздраженно закатываю глаза. Выхожу из комнаты, громко хлопнув дверью. И только в коридоре позволяю себе подумать, что Ляся может и не пойти со мной. У меня, конечно, есть доступ в ее комнату, и я им непременно воспользуюсь, но хочется, чтобы пошла. Возможно, это поможет разобраться в том, чего во мне больше в ее адрес: раздражения, симпатии или желания. А может, это природный азарт – чем больше нельзя, тем сильнее хочется.

Засунув руки в карманы тонких летних брюк, дохожу до их барака. Поднимаю взгляд на второй этаж и, отогнав странное, тупое волнение, подбираю с земли мелкие камушки.

Кидаю в окно один, затем второй, третий.

Ну же. Выгляни. Давай. Ты должна мне, в конце концов.

Собираюсь бросить еще один камушек, но Ляся все же появляется между раскрытых створок.

Да!

Довольно улыбаюсь, пожирая взглядом мягкие черты лица, необычные глаза, наполненные волнением, и румянец, вспыхнувший на щеках. В естественном вечернем свете ее кожа похожа на бархат. Кончики пальцев покалывает от желания прикоснуться.

– Чего тебе? – недовольно спрашивает она.

– Ты как будто не рада меня видеть, – хмыкнув, дразню ее.

Ляся очень плохо скрывает эмоции. Весь их спектр отлично читается по ее глазам и жестам. Мне нравится!

– А должна? – ведет темной бровью.

Обязана!

– Естественно, – улыбаюсь шире. – Спускайся, разговор есть.

– С ума сошел? Я не могу.

– Ну тогда отойди, я сам зайду.

Знал же, что придется это сделать, но все равно нацепил брюки.

Размявшись и дернув штанины выше, подпрыгиваю. Упираюсь ладонями в подоконник окна на первом этаже. Подтягиваюсь, встаю на него обеими ногами. Между этажами балка. Забираюсь на нее, надеясь, что и в этот раз она выдержит мой вес. Цепляюсь за подоконник Лясиного окна, подтягиваюсь, отталкиваюсь от стены и оказываюсь в комнате.

– Ты сдурел? Если Зоя Марковна тебя увидит… – Она и пугается, и теряется, и смущается еще сильнее.

Кайф, а не девочка. Нет таких в нашем окружении. Мы обычно не усложняем себе жизнь. Но сейчас мне вкусно смаковать все ее реакции до единой.

– Не увидит, – самоуверенно ухмыляюсь. – Помнишь, я говорил, что приду за наградой? – надвигаюсь на нее, украдкой вдыхая приятный, очень особенный запах.

– Опять какие-то твои гадости?

Ляся-Ляся, знала бы ты, какие эти гадости на самом деле приятные. Но ты не знаешь. И в этом тоже есть своя прелесть.

– Никаких гадостей, – заверяю ее, стараясь не вздыхать с сожалением. – Пойдем, погуляем?

– Я не могу.

Да что же это такое?

Ладно, выдыхаем, набираемся терпения. Случай тяжелый, но шансы еще есть. Приходится выслушать кучу сомнительных аргументов и на пальцах объяснить, что я вроде не дурак, все понимаю. Да и не маньяк, чтобы сразу тащить в кусты. Простого общения со мной в ее очаровательной головке не предполагается изначально? Это даже немного обидно. Репутация, конечно, скачет впереди нас, но странно делать выводы о человеке, даже не попытавшись хоть немного этого человека узнать.

Придумываем план, и я сваливаю из ее комнаты тем же путем, через окно. Встаю за угол здания, чтобы не попадаться на глаза дежурному тренеру, и жду. Сколько там девочкам надо, чтобы собраться?

Она выходит ко мне в том самом белом платье, на котором отлично смотрелась моя футболка. В прошлый раз, намокшее, оно так красиво ее облепило, но и сейчас смотрится очень круто. Ляся в нем похожа на облако. Такая легкая, воздушная, чистая.

– Тоже в белом, – улыбаюсь ей.

Она пожимает узкими плечами и смотрит мимо меня.

– Куда мы пойдем?

– Нарушать правила, конечно, – киваю ей на ограждение лагеря.

– Так и знала, что тебе нельзя верить. – Она тут же вспыхивает, упиваясь своей правотой, будто надеялась на подставу и от того теперь радуется, что была права.

Но она не права. Точнее, не совсем права. А без риска жить скучно.

– Нам же не по семьдесят, чтобы соблюдать правила. Пойдем. Я обещаю, тебе понравится. Смелее. Я же вижу, ты хочешь. – Шагнув к ней, случайно касаюсь пальцами тыльной стороны ладони. Ляся вздрагивает, прячет руку за спину. – Извини, – произношу тише. – Так и будем терять драгоценное время?

– Мы должны вернуться до отбоя, – напоминает она.

– Нет в тебе ни духа авантюризма, ни романтики, – заявляю я, направляясь прямиком к забору.

Слышу, как шуршит подол ее платья. То-то же. Стоило ли ломаться, если все равно пошла?

Все местные знают про лазейку, через которую можно легко оказаться за пределами лагеря.

– Тут осторожно. Не поцарапайся, – раздвигаю кустарник и кивком указываю Лясе на широкий проем в заборе.

Она снова смотрит на меня как на врага народа, но проскальзывает через него. Я аккуратно выбираюсь следом за ней и показываю направление.

Узкая дорожка уводит нас через высокие деревья, мимо старого, исписанного бетонного забора прямиком к морю. В это время людей на берегу гораздо меньше. В основном гуляют и тискаются парочки разного возраста. Слышится шум волн, разбивающихся о берег. С воды дует мягкий солоноватый ветер. Он подхватывает Лясино платье, прижимает его к стройным ногам, треплет подол.

– Как красиво … – Ее голос едва слышен, но мне хватает, чтобы понять: я все сделал правильно.

Забегаю вперед, заглядываю в ее восторженные глаза и ловлю теплую улыбку. Делаю пару быстрых снимков под ее забавное сопение. Ну красивая же. Как такое не сохранить?

Чуть дальше на берегу стоит палатка с вареной кукурузой и холодными напитками. Уверен, она ни разу не ела ничего подобного.

– Подожди меня здесь, – прошу ее и убегаю к сворачивающемуся торговцу.

– Парень, я закрываюсь, – разводит руками мужчина.

– Мне нужно всего две кукурузины. Уверен, у вас еще остались. Пожалуйста, – стреляю взглядом в Лясю.

– А-а, понял. Ладно, сейчас, – понимающе ухмыляется торговец.

Копается в своих сумках. Достает пакеты, соль и вынимает для нас молодую, ароматную кукурузу. Заворачивает в пакет, солит, хорошенько растирает.

– С моей кукурузой тебе ни одна девушка не откажет, – подмигивает мужчина.

Перевожу ему деньги через приложение банка и бегом возвращаюсь к Лясе. Отдаю ей кукурузу. Она удивленно на меня смотрит.

– Море без этой штуки и не море, – смеюсь я.

– Да? – Она разворачивает пакет и смешно принюхивается.

Я откусываю от своей кукурузины. Сок течет по пальцам, а во рту взрываются сладость и соль. Ляся повторяет за мной.

– М-м-м, – зажмуривается и снова вгрызается зубками, собирая желтые зерна. – Это… это необычно, – прожевав, комментирует она. – И правда вкусно.

Доедаем, разуваемся и подходим ближе к воде. Подол Лясиного платья намокает. Она поднимает его, оголяя икры и впервые не задумываясь о том, что ей там можно, а что нельзя. Искренне смеется, чуть запрокинув голову и глядя в небо.

Я смотрю, как двигаются ее губы, как тонкие пальцы сжимают ткань платья. С трудом гашу в себе желание касаться. Просто касаться ее. Даже не целовать. Ощущать мягкость кожи, вдыхать ее запах.

И это у нас будет. Я не сомневаюсь. Только пришедшая уверенность никак не помогает мне понять, что я при этом чувствую, кроме желания обладать, трогать, целовать. Мне нравится просто находиться с ней здесь. Нравится смотреть, как она улыбается.

– Егор.

– М? – отмираю.

– Не смотри на меня так, – смущенно просит она.

– Как? – склонив голову к плечу, смакую ее эмоции.

– Не знаю. Так, как сейчас смотришь.

– И как же я смотрю? – дразню ее, чтобы получить еще вкусного и настоящего.

– Да вот так! – Она топает ногой и охает, ударившись ею о крупный камень.

Подхватываю на руки. От неожиданности Ляся цепляется за мою шею, и мы зависаем на несколько секунд, глядя друг другу в глаза.

– Отпусти. Ты обещал не трогать, – напоминает она дрогнувшим голосом.

– Сейчас. Больно?

Кивает. Отношу ее подальше от воды, в одну из открытых беседок. Усаживаю на деревянный пол, а сам присаживаюсь на корточки.

– Я ничего такого не сделаю. Просто посмотрю, не поранилась ли ты. Хорошо? – молчит. – Лясь, клянусь, просто посмотрю.

– Хорошо, – зажмуривается она.

Осторожно беру ладонями ее маленькую ступню. Сердце молотит быстрее, но я не обращаю на него внимания. Подсветив себе телефоном, проверяю стопу. Все хорошо. Провожу по ней пальцем. Ляся вздрагивает и смеется.

– Щекотно!

– Даю свое экспертное заключение, – поднимаюсь и сажусь рядом с ней. – Можно гулять дальше.

– Вы уверены, доктор? – Она неосознанно кокетничает.

– Абсолютно. А в качестве лекарства я выписываю вам порцию мягкого мороженого.

– На такое лекарство я согласна.

Мы уходим с берега на набережную. Покупаем рожки с фруктовыми шариками и идем гулять, разглядывая бесконечное море с другого ракурса.

– А ты про родителей правду рассказал? – спрашивает она.

– Да. У меня мама метиска, но росла она в семье своего отца. Замуж потом вышла за отчима. Я сначала думал, что он мой отец, а потом выяснилось, что нет. Хрень! – отмахиваюсь. – Не забивай голову.

– Ты не хочешь об этом говорить? – Она так легко улавливает мое настроение, что я спотыкаюсь на ровном месте.

– Не о чем говорить.

– Тогда я скажу, если ты не против, – улыбается Ляся. – Спасибо за то, что удалил видео. Для меня это много значит.

– Ерунда… Секунду, – достаю из кармана вибрирующий телефон. – Да, Дин. Фак! А сколько сейчас? М-м-м… – провожу ладонью по лицу. – Скоро будем. Отвлеки Зою пока. – Ляся бледнеет на глазах. – Тихо, в обморок не падаем. Все будет нормально, – говорю ей, сбрасывая звонок и тут же набирая Демона.

Друг бесит тем, что долго не отвечает. Рано еще для ночных развлечений. Где его носит?

– Чего случилось? – наконец отзывается он.

– Хэлп. Мы опаздываем. Зоя уже начала обход. Нам нужен какой-то план.

Глава 9

Егор

У друга всегда есть план. Его довольный смешок в динамике отражается ухмылкой на моих губах. В этот момент кроме азарта и адреналина нет ничего. Обожаю лето и такие поездки за эмоции, которыми они наполняют. А когда рядом красивая девочка в развевающемся белом платье и родителей не видно на горизонте, появляется особенное чувство – кажется, что весь мир у твоих ног.

– Я знала. Знала, что это плохая затея. – Ляся едва не плачет.

– Это отличная затея, – подмигиваю ей. – Зачем еще сюда ехать, если не за приключениями?

– Чтобы не потерять форму? Выиграть соревнования? – возмущенно перечисляет она.

– Пф! – закатываю глаза. – Все это можно делать дома, в зале. А здесь, – шагаю ближе к ней, – надо наслаждаться моментом. Я тебе обещал, что все будет нормально? – гипнотизирую ее приоткрытые губы.

Самое время для поцелуя.

«Нельзя» докидывает в бурлящий в крови коктейль еще много всего приятного. Сглотнув, смачиваю пересохшее от возбуждения горло.

– Егор, – нервно зовет Ляся.

– А? – Черт, завис! – Пойдем. Дёмыч с Шахом все организуют. Нашего опоздания никто не заметит.

– Что вы задумали?

– Небольшую диверсию. Дашь мне руку? – протягиваю ей раскрытую ладонь. – Так будет быстрее.

– Ладно. – Она осторожно вкладывает свою ладошку в мою.

– Холодная, – вздыхаю. – Не бойся ты так. В крайнем случае, я всю вину возьму на себя.

– Ты совсем не боишься вылететь? – удивляется она, послушно следуя за мной по набережной.

– Это было бы неприятно, но не смертельно. Осторожно, ступеньки, – разворачиваюсь и, нагло пользуясь моментом, ловлю Лясю за талию, приподнимаю и переношу через невысокую бетонную преграду.

Ничего неприличного, между прочим, а она смущается.

Мы сворачиваем на ту самую узкую улицу, по которой пришли сюда. Лясина ладонь согрелась в моей, и я толкаю свои пальцы между ее, перехватывая немного интимнее, заочно присваивая и сжимая крепче.

– То есть ты не дорожишь местом в лагере? – не унимается Ляся.

– Дорожу. Просто отношусь к этому проще, чем ты. У моего отца свой центр подготовки, на базе которого был основан наш спортивный клуб. Если я отсюда вылечу, на тренировках отец будет драть меня лично. Поверь, это то еще удовольствие. Ну и санкции какие-то будут за косяки. Чего-чего, а наказывать он умеет. Но это никогда мне не мешало находить маневры для того, чтобы делать то, что мне хочется.

– Тебе хочется все время нарываться? – Она путается в подоле платья, теряя в скорости. Приподнимает его, и мы снова двигаемся быстрее.

Немного осталось. Уже виден конец бетонного забора.

– Мне хочется… Оу! – округляю глаза, увидев столб густого дыма, устремившегося в темное небо.

– Мамочки, там пожар?! – пугается Ляся.

– Спокойно. Все под контролем, – смеюсь я, сбавляя скорость и из тени заглядывая на территорию лагеря.

– Вы сумасшедшие, – шепчет она.

До нас доносятся громкие голоса. С другой стороны слышится хлопок, а через несколько секунд в небо поднимается еще один столб дыма.

Набираю Демьяна.

– Как тебе зрелище? – смеется он в трубку.

– Шикарно. Мы на месте. Когда можно заходить?

– Ждите. Ваш Беляев с нашим Александром взялись тушить мусорный бак, а Зоя побежала к девчонкам за огнетушителем, чтобы погасить урну.

– Вас не спалили, надеюсь?

– Обижаешь. Когда мы на такой ерунде попадались? – фыркает друг. – Все, гоу. Только в темпе давайте. В урне не разгорелось ни хрена, дымит только. Зоя быстро справится.

– Идем, – отбиваюсь, убираю телефон в карман и еще крепче сжимаю Лясину ладошку. Смотрю ей в глаза, взглядом обещая, что все будет нормально. И у парней там все под контролем. Они же не дебилы, чтобы всем лагерем рисковать.

Пролезаю через проход. Развожу кусты и пропускаю Лясю. Она тяжело, шумно дышит от страха, все время поднимая взгляд к небу. Дыма уже практически не осталось. Только воняет жженным картоном и немного пластиком.

Прокрадываемся к женскому бараку. Буквально из тени к нам шагает Демьян. Ляся взвизгивает. Приходится зажать ей рот ладонью, чтобы все не испортила.

– Как погуляли? – скалится друг.

– Оху… – кошусь на девушку. – Хорошо погуляли. Осталось вернуть принцессу в башню. Не кричи больше, ладно? – прошу Лясю. Она кивает, и я убираю ладонь от ее лица.

Демьян прикладывает пальцы к губам и шагает к краю стены, проверяя, успеем ли мы просочиться через дверь.

Отрицательно качает головой.

– У нас пара минут. Предлагаю зайти через душевую. Там окно маленькое, но всегда открыто. Ляся точно пролезет.

– Откуда вы знаете про нашу душевую? – шепчет Ляся.

Мы с Демоном переглядываемся и едва сдерживаем смех. Всего этой девочке знать точно не надо. Слишком она хорошая и правильная.

– Ничего не бойся, – быстро проговариваю ей. – Я тебя подсажу. Там тебя встретит Динка. – Демьян уже ей звонит. – Снимешь платье, замотаешься в полотенце.

– Волосы еще растрепать не забудь. Или концы в раковине намочи, – добавляет Демьян. – И глаза честные-честные. Зоя сейчас на нервах. Ей будет похрен, лишь бы все были на месте.

– Я больше с тобой никуда не пойду, – жалобно отвечает Ляся.

– Потом обсудим, – подталкиваю ее в сторону нужного окна.

Разворачиваю лицом к стене. Обхватываю за талию. Спускаюсь ладонями к бедрам и, напрягая руки, толкаю Лясю вверх. Она хватается за оконную раму, подтягивается, я страхую снизу, пока пробирается внутрь. Очень стараюсь не смотреть на то, как до бедер задралось ее платье.

С другой стороны ее уже встречает Дина. Голос подруги я узнаю даже сквозь пульс в ушах.

Супер. Теперь и нам пора возвращаться.

Двумя пулями вдоль стены бежим к мужским баракам. Наша с Шахом комната тоже на втором этаже. Демьяну в соседний корпус. Он забирается через окно, а я вхожу через главный вход. Встречаюсь с Шахом. Он как раз вышел из душа, придерживая полотенце на бедрах.

Вместе поднимаемся в комнату.

– Не воняет гарью? – спрашивает, пока я переодеваюсь со скоростью армейского дембеля.

– С улицы, – киваю на наше открытое окно. – Спасибо за помощь.

– В следующий раз ты меня прикроешь.

– Договорились…

Дверь распахивается. Напарываемся на злой взгляд тренера.

– Почему не в кроватях до сих пор, я не понял?! – рявкает он.

– Так проснулись. Воняет же, – кривлюсь я. – Что горело, Ян Викторович? Опять баки, что ли?

– Баки. Гаранин, если это ты…

– А чего сразу я? – возмущенно смотрю на тренера. – Я вообще спал.

– Ну да, ну да, – хмыкает он. – По койкам. Завтра на пробежке будет ясно, у кого легкие лишние.

– Бычок? – лениво спрашивает Шах.

– И пустая пачка, – подтверждает тренер.

По взгляду Рамиля понимаю, что это не они.

– Вряд ли наши, Ян Викторович, – встаю на защиту клуба. – Не дураки же так палиться. Да и не курит у нас вроде никто.

– Вот именно, что «вроде». Ладно, отбой. Завтра будем разбираться. Гаранин. – Тренер показывает мне кулак и уходит в следующую комнату.

– И кто у нас курит? – упав на кровать, подкладываю руки под голову.

– Медик вроде, – шепчет Шах. – Подставили мужика, похоже. Оно хоть того стоило? – Друг меняет полотенце на шорты и заваливается на свою кровать.

– Стоило, – мечтательно улыбнувшись, закрываю глаза. – Она обязательно будет моей.

Глава 10

Ляйсан

Пролезаю в окно и оказываюсь в душевой. Страшно так, что аж трясет всю и изнутри, и снаружи. Зачем я только согласилась на эту авантюру? Ведь знала, что Егору верить нельзя. Непременно втянет в какие-то проблемы. Ему-то хорошо, не боится вылететь, а для меня это подобно смерти. Больше ни за что не поведусь на его обещания!

– Давай быстрее. – Дина в одном полотенце встречает меня около окна и помогает опуститься на пол. – Раздевайся.

Пытаюсь снять платье, но руки ходят ходуном, а сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Никак не могу успокоиться. Мне никогда не было так страшно, как сейчас. Дина сжаливается и помогает мне. Сама стягивает одежду и заворачивает в полотенце меня и волосы. А платье прячет в сумку для душа.

– Меня поймают, – шепчу непослушными губами и прячу лицо в ладонях. Даже не представляю, что будет. Из хорошей девочки я слишком быстро превращаюсь в плохую. И во всем виноват только один человек.

– Никто не поймает, – беспечно улыбается подруга, поправляя полотенце на моей голове. – Ты только сама не пались. Ври правдоподобно.

– Я не умею…

– Придется быстро научиться, – усмехается она и брызгает на лицо себе и мне водой. – Главное, самой верить в то, что говоришь.

В коридоре слышатся приближающиеся шаги, и дверь открывается. Мы синхронно оборачиваемся на звук. В дверях Зоя Марковна. Прищурившись, смотрит на нас. От ее пронизывающего взгляда кожа покрывается мурашками, а пульс зашкаливает.

– Аристова и Белова. – Ее губы едва заметно дергаются в усмешке. – И что вы здесь делаете после отбоя?

– Зоя Марковна, что можно делать в душевой? – Динка нисколько не боится и выглядит вполне уверенно. В отличие от меня.

– М-мы душ принимали, – заикаясь, выдавливаю из себя ложь и очень пытаюсь поверить в это, как учила Дина.

– А должны быть в постелях. – Усмешка тренера становится отчетливее. – Другого времени не нашлось?

– Мы не успели.

– Завтра будем разбираться. А сейчас бегом спать! – Она отходит в сторону, чтобы пропустить нас к выходу.

– Так идем уже, – хмыкает Динка как ни в чем не бывало. – А что за шум-то был?

– Вас не касается. Исчезните! Завтра важный день.

– Что в нем такого важного? – несдержанно интересуюсь я.

– Ты забыла, что приезжает спонсор? – Брови Зои Марковны ползут вверх, а я сразу осекаюсь.

– Н-нет…

Ради него я и приехала сюда. Как я могу забыть?

– Надо подготовиться к встрече, – поясняет она терпеливо. – Чтобы все было идеально.

– Пойдем. – Динка тянет меня за собой.

Испаряемся со скоростью света. Прошмыгиваем мимо тренера и оказываемся на лестнице, ведущей на второй этаж.

– Подожди, я не понимаю, что значит «идеально»?

– Значит, гонять нас будут как сидоровых коз, – смеется подруга. – А еще озадачат уборкой территории.

– Класс…

– Не то слово.

Поднимаемся и входим в свою комнату. Наконец-то можно выдохнуть с облегчением. Приключение закончилось. И слава аллаху благополучно. Сразу проверяю телефон: нет ни пропущенных, ни сообщений от родителей. Даже странно.

– Нашлась пропажа, – хмыкает Геля, окидывая меня пренебрежительным взглядом. – Где же была наша святоша?

Не знаю, что ответить, чтобы не усугубить. Никак у нас с этой соседкой не наладятся отношения.

– Отвали, а? – грубо отфутболивает ее Динка и буквально падает на свою кровать.

Ангелина снисходительно закатывает глаза, втыкает в уши наушники и утыкается в планшет.

– Давай рассказывай. – Подруга поворачивает голову ко мне и заговорщически улыбается.

– Что? – удивленно спрашиваю и стягиваю с волос полотенце.

– Все. В подробностях.

– Да нечего, – смущаюсь и отвожу взгляд.

Я так не привыкла. У меня никогда не было близкой подруги. Да и приключений, чтобы о них рассказывать, тоже. Вся моя жизнь до противности правильная и пресная.

– Вас не было больше трех часов. – Динка лениво продолжает допрос с пристрастием. – Где носило?

Сколько? Пораженно округляю глаза. Неужели действительно прошло столько времени? А я и не заметила. Пролетели, словно пара мгновений.

– На море, – тепло улыбаюсь воспоминаниям и рассказываю подруге все, за исключением очень личных подробностей.

– Ой, фу, – то и дело морщится Динка. – Какой он, оказывается, приторный придурок! Бе-е-е, – красочно вытаскивает язык.

– Чего ты? – непонимающе хлопаю ресницами.

– Не думала, что Егор способен на такое.

– Почему?

– Не знаю. – Она небрежно пожимает плечами и свешивает голову с кровати. – Мне казалось, он более безбашенный, а тут романтика.

Ничего не отвечаю, лишь улыбаюсь и отворачиваюсь, чтобы переодеться в пижаму. А мне понравилось. Никакой Егор не придурок. Очень чуткий и заботливый, а еще…

– Ладно, – отмахивается Дина. – Давай уже спать ложиться.

– Давай, – присаживаюсь на край кровати и плету косу, чтобы за ночь не запутались.

– Когда следующее свидание?

– Что? – хмурюсь недовольно и вздергиваю подбородок. – Никогда!

– Ну-ну, – смеется подруга, а я кидаю в нее подушку.

В комнате тишина. Соседки давно спят. И мне надо спать, но не спится. Вспоминаю этот вечер в мельчайших подробностях. Раскладываю на мельчайшие мгновения и проживаю каждое заново. Перед глазами то и дело появляется Егор. Его озорная улыбка, от которой внутри все трепыхается, а пульс предательски частит.

Телефон вздрагивает на тумбочке, извещая о входящем сообщении. Номер неизвестный. Открываю и читаю:

«Мне было круто… И как сегодня уснуть?»

Егор! Больше некому. И номер мой нашел. Щеки вспыхивают даже в темноте. Зажмуриваюсь, едва сдерживаясь, чтобы не забраться под одеяло с головой, и заталкиваю телефон под подушку. Сама не знаю зачем. Внутри все переворачивается и раскладывается как-то по-новому.

Отвечать на сообщение я не собираюсь и общаться дальше тоже. Но что-то не дает удалить смс и добавить контакт в черный список. Перечитываю еще раз и еще. И каждый из них с мурашками на коже и трепетом внутри. Что это такое? Разве так бывает?

Засыпаю только под утро, так и не решившись ни на что. Едва успеваю расслабиться, как звонит будильник. С жалобным стоном выключаю и обреченно сажусь на постели.

– У-у-у, как все плохо, – констатирует Динка.

– Не то слово, – широко зеваю. – Я желейка…

– Надеюсь, ему икалось, – смеется подруга и кидает в меня вчерашнюю подушку.

– Нашим легче, – язвительно отзывается Геля. – Игра на вылет скоро начнется.

Мажет по мне надменным взглядом и выходит из комнаты. В отличие от меня, она выглядит свежей и отдохнувшей.

– Что? – мгновенно просыпаюсь и растираю лицо ладонями. – Какая еще игра?

– А ты не знала?

Отрицательно качаю головой.

– Тот, кто проигрывает, уезжает домой, – поясняет Дина. – Своеобразный отсев. К концу смены останутся самые лучшие и перспективные.

– Ничего себе…

Я не знала об этом. И совершенно не готова. Но никто и не обещал, что будет легко.

– Да, никаких вторых шансов. Поэтому просыпайся и за работу!

Эта информация придает бодрости и ускорения. Быстро умываюсь и выхожу на разминку. Девочки уже собрались на площадке за бараком. Здесь тень от деревьев и не жарко. Зоя Марковна обводит всех строгим взглядом, на пару мгновений дольше задерживается на мне и недовольно поджимает губы. Она точно все знает…

– Начинаем разминку. Белова, в центр.

Динка безропотно подчиняется. Сегодня она задает рисунок. Тренер говорит, а Дина демонстрирует всем, как правильно выполнять. Все всё прекрасно знают, но такие уж правила. Дальше легкий бег по кругу и растяжка. Затем силовой комплекс и снова растяжка. Опять силовые и упражнение на баланс и равновесие.

Застываем, стоя на носке, широко расставив руки в стороны и вытянув ногу. Глаза закрыты и нужно держать баланс. Кто первый упадет, тот и проиграл. Я всегда остаюсь одной из последних. Моей выдержке и упрямству можно позавидовать.

– Вау какие. – Голос кого-то из парней звучит совсем рядом.

Вздрагиваю от неожиданности, теряю равновесие и падаю, больно ударившись коленом. Оглядываюсь и вижу, как Гаранин толкает того парня в спину. У них тоже тренировка? Парни все с голым торсом.

– Придурок, – встречаемся глазами с Егором, и я отвожу взгляд первой. Одни проблемы от него! Вот же прицепился на мою голову.

– Закончили, – командует Зоя Марковна. – После завтрака увидимся в общем зале.

Расходимся по комнатам, чтобы через полчаса собраться и пойти на завтрак.

– Лютует Зоя что-то, – слышится роптание девочек. Всем достается, когда у тренера нет настроения.

– Да после вчерашнего никак не успокоится.

– Что было-то? – оборачивается Динка.

– Кто-то из парней курил около мусорки, ну и что-то там загорелось…

– Как всегда, косячат они, а выхватываем мы, – недовольно фыркают девочки.

Быстро принимаем душ и переодеваемся. В столовую приходим одни из первых. Берем свой завтрак и садимся за самый неприметный столик у стены. Овсяная каша пахнет вполне сносно, но выглядит так себе. Не вызывает желания съесть ее. Ковыряю ложкой, набираю и поднимаю, давая жиже стечь обратно в тарелку.

– Ты чего не ешь? – сухо интересуется Дина, уплетая свой завтрак за обе щеки.

– Аппетита что-то нет, – вздыхаю я и отодвигаю тарелку в сторону.

– Надо. – Подруга строго придвигает мое мучение обратно. – Без калорий запорешь треню и вылетишь.

– Да, – вздыхаю и отправляю ложку с кашей в рот. Не вкусно, но и не противно, как казалось.

– О, девчонки. – Мот беспардонно падает за стол вместе со своей тарелкой. – Скучаете?

– По тебе? – язвительно морщится Динка. – Нет.

Глаза ее улыбаются, а на щеках появляется румянец. Мне кажется, Матвей ей нравится, но она не хочет признаваться.

– Заноза, – шипит парень и подозрительно щурится.

– Эй, я не понял, – раздается совсем рядом голос Егора.

Вздрагиваю от неожиданности и поднимаю голову. Он подмигивает мне и опускается на стул рядом с Мотом.

– Я тоже. – С другой стороны от него появляется еще один стул, и на него садится Демьян.

Они буквально зажимают Матвея с двух сторон.

Дёма по-хозяйски кладет руку на плечо Дине и смотрит на Мота так, словно готов в любую секунду на него наброситься.

– Иди отсюда, – с притворной ленью говорит Егор. – Это наши девчонки.

– А они такого же мнения? – Матвей вольготно откидывается на спинку. – Помнится, еще вчера одна из них от тебя сбежала.

Гаранин подскакивает с места, с грохотом роняя стул.

– Егор, нет! – вскрикиваю на всю столовую и хватаю его за футболку раньше, чем успеваю подумать о последствиях.

Глава 11

Егор

Такая тишина в столовой, что грохот от упавшего стула превращается во взрыв гранаты в закрытом помещении. Ни одна ложка не стучит по тарелке, ни один рот не хлюпает чаем. Все внимательно смотрят на нас.

Ляся с перепугу все еще тянет меня за футболку. Ворот неприятно врезается в горло. Мы с Мотом как две раскаленные глыбы. В прошлый раз не закончили, и теперь между нами постоянно искрит. Нужна финальная точка для этого конфликта. Впереди соревнования, адреналин, повышенная конкуренция, и кого-то обязательно сорвет. Вот тогда будут реальные проблемы, а мне все же хотелось бы тут задержаться. Теперь есть очень приятный повод.

Поймав Лясину руку, разжимаю нервно стиснутые пальцы и высвобождаю свою футболку.

– Что тут происходит? – Еще одной гранатой в голове взрывается вопрос нашего Беляева. – Гаранин, Авдеев, Козырев, что вы опять не поделили? – Тренер подходит к нашему столу и смотрит почему-то только на меня.

Я что, вселенское зло, что ли? Зашибись просто!

– Все нормально у нас, – улыбается Демьян.

– Поэтому между этими двумя воду кипятить можно? – Беляев веселья Дёмыча не разделяет.

– Так, жарко же, Ян Викторович, – развожу руками, дергаю вверх штаны за карманы и сажусь на свое место.

– Сходи, охладись, если тебе жарко. – Тренер стреляет взглядом в сторону бассейна. Упирается обеими ладонями в стол, склоняется к нам. – Вы или решите все между собой, – тихо говорит он, – до приезда спонсора, или забудьте. Ясно вам?

– Ясно, – киваю я.

Тренер ждет ответа от Мота.

– Ясно, – отвечает он.

– Когда примете решение, знаете, где меня найти. Побуду вашим секундантом, – ухмыляется Ян Викторович. – А сейчас марш за свои столы! – уже громче командует он. – Сами не едите, и весь лагерь сидит голодный.

Без вариантов. Расходимся.

Заталкиваю в себя кашу, не чувствуя вкуса, и сверлю взглядом затылок Ляси. Динка что-то говорит ей на ухо. Девчонки тихо смеются, а я дорисовываю в голове то, как улыбается эта особенная девочка, и смакую, как делал это всю прошлую ночь, ворочаясь в горячих фантазиях и физически ощущая в своих ладонях ее маленькую ступню.

После завтрака у нас есть полтора часа свободного времени. С Шахом, Дёмычем и еще парой парней из наших направляемся прямиком к бассейну. Под внимательными взглядами и прицельными, провокационными улыбками девчонок стягиваем шмотки, бросаем их подальше от бортика, чтобы не намочить, и с разбега ныряем в воду, разбрызгивая ее во все стороны. Девчонки визжат и смеются.

Выныриваю, провожу ладонью по лицу, стирая капли, повисшие на носу и ресницах. Демьян с Шахом подплывают к борту и кадрят пару симпатяжек. Одновременно ловят их за руки и роняют к нам в бассейн. Брызгаются, бесятся. Демон успевает засунуть язык в рот одной из них, пока никого из тренеров нет на горизонте. Шах тоже развлекается, зажимая свою «добычу» у борта.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.