Владимир Леонов
Пушкин: поэтика и палитра живописи

Пушкин проживет коротко. Он создаст знаменитые шедевры. Станет великим и первым поэтом России, как Апеллес, по легенде – единственный живописец, распивавшим гробницу А.Македонского и создавшим живописный шедевр, картину о рождении Афродиты

Войдет в плеяду величайших поэтов мира и гениальных мастеров жизни. Возник на миг, на стыке веков, « возмужал среди печальных бурь» и остался на века, пережив «веков завистливую даль".

Из толпы слабой, бескрылой и слепой Он первым сделал шаг к огненному богу Фаэтону. Так и вошел в историю – непобедимым и неподражаемым ( фраза о А.Македонском)

Многое желал своему народу, но главное -быть свободным и счастливым

Простите, милые друзья,

Подайте руку, до свиданья!

И дайте, дайте обещанье,

Когда навек укроюсь я,

Мое исполнить завещание

Автор не навязывает пожизненное поклонение Пушкину, но ясно заявляет, что содержательный художественный мир Пушкина есть аналог земного человеческого мира, его отражение, своего рода зеркало. И понимает, что не мы его рассматриваем и исследуем, присваиваем и передвигаем по своему хотению и своей прихоти – то слева от истории, то справа, в конце; не он объект созерцания, а мы перед ним – его герои и персонажи; то есть мы, граждане, и Россия сегодняшняя им предвидена, предсказана и представлена.

Со всей очевидностью в этом зеркале( пушкинском поэтическом мире) отражаются все драматические последствия истории, когда человек пренебрегает «высшими ценностями», уподобляется «звериному царству:

ЗАВЕЩАНИЕ

Я скоро весь умру. Но, тень мою любя,

Храните рукопись, о други, для себя!

Когда гроза пройдет, толпою суеверной

Сбирайтесь иногда читать мой свиток верный,

И, долго слушая, скажите: это он;

…А я, забыв могильный сон,

Взойду невидимо и сяду между вами,

И сам заслушаюсь, и вашими слезами

Упьюсь… и, может быть, утешен буду я

Любовью;

Пушкин расположил свою поэзию в царстве возможностей и свободной воли, не торгуя совестью ни пред Творцом, ни пред венценосцем, ни «пред бледной нищетой» (Пушкин). Он сумел поэзией ухватить неуловимый нерв времени, который правит людьми, развить его в направлении безграничного потенциала человека – роста представления о важности свободы, веры и своей религии:

И облаком нестись, презрев земную низкость.

Ходить превыше звезд влечет меня охота.

Пушкин -это водораздел, демаркация времен – развитие России "до" и "после" него, после смерти, как Пелопида, отстаивающего свободу Древней Греции от тирании и погибщего в сражении:

Но я не узрю вас, дни славы, дни блаженства:

Я плахе обречен… Он все помнил. Все собирал по краям и крохам. Все, чем Россия жила и думала, обеспокоенной о грядущем, размышляла.

Свои 37 лет поэт прожил ярко и полно. Как истинный патриот, возглашающий идею чести и достоинства. Как мудрец, предвидевший грядущие катастрофы и как титан, желающий их предотвратить. И столкновение с империей оказалось смертоносным, как и некогда – для римского республиканца Катона. Тучи над Пушкиным сгущались…

Он шел по дороге «бедствий и лишений…». Стоял перед вратами тюрьмы и ощущал на себе дыхание каторги. Травля, одиночество, забвение отравляли сердце Пушкина. А он понимал, чувствовал честь и справедливость, стремился к ним и вулканически бился за них, презрев и трон, и плаху, и молву.

Ему хватило травли, клеветы, навето;в грубым образом все это вторглось в личную жизнь поэта, разметав его человеческий дом, лишив покоя на родимой стороне и в конце концов поставив великого поэта под дуло киллера иноземного…и на смертном одре прощалось Отечество наше с лучшей мыслью, лучшим духом и лучшим словом, которые когда либо появлялись на земле русской, с духовным материком, ставшим недосягаемым для разрушений:

Ему не хватало «пустяка» – простого человеческого счастья, беззаботной и вольной жизни. Но в кадре его жизни безупречный снимок, как патина, не тускнеющая во времени: великая и легендарная Россия своим образом, своим гражданином, вечно зачисленным в штаты Державы, своим алтеро эго (вторым «я») выбрала именно поэта – Александра Сергеевича Пушкина: «Пушкин вошёл в русскую культуру не только как Поэт, но и как гениальный мастер жизни…».

Вот так яркой нравственной и интеллектуальной радугой в памяти России и остался Пушкин. Поэт, гений, личность: «Есть всегда что-то особенно благородное, кроткое, нежное, благоуханное и грациозное во всяком чувстве Пушкина…» (Белинский):

О нет, мне жизнь не надоела,

Я жить люблю, я жить хочу.

И с каждым мигом все грандиознее предстает перед родом людским содеянное Александром Сергеевичем Пушкиным. Ибо его творения – вехи в истории цивилизации планеты. И чем дальше во времени будут удаляться земляне от поры создания пушкинских негасимых звезд культуры, тем ярче и светозарнее будет сияние его стихов…

Прошли века, и пирамида его созданий высится величественно и незыблемо.

И за этим – ему одному присущая судьба. Его Путь и его Жизнь…

Это размышления над прошлым, призванные послужить назиданием потомкам: «Угас, как светоч, дивный гений, увял торжественный венок».

Алмаз русской земли.

Камень и твердыня.

Прожил жизнь, как прошел по канату над бурной рекой: уверенно, блистательно, вдохновенно, безнадежно влюбленный в мирных и простых людей России, в ее подвиги и в ее могущество. Добывший с неба для них вечный огонь милосердия и просветивший им землю и живущих на ней.

Итак, я счастлив был, итак, я наслаждался,

Отрадой тихою, восторгом упивался…

Осталась поэзия Пушкина. Умеющая выразить целый мир в небольших строках. Образы, созданные им, и звуки его искренних, бесхитростных уст:

Любя свободу, правду, честь…

Осталась правда времени, показанная гением в неподражаемых творениях. Подлинные характеры, острые и яркие, нередко зловещие, порой чарующие, восхищающие. В своей поэзии он соединил лучшее из прошлого с ожидаемым лучшим из будущего, из нашей жизни сегодня. Это редчайшее, это недосягаемое никем! Это мог сделать только Человек подлинного величия. Это мог сделать только Пушкин:

Любви, надежды тихой славы

Недолго тешил нас обман…

Своей поэзией Пушкин буквально потряс людей и перевернул все представления о возможностях человека, человеческого гения. Как некогда Сикстинская капелла, фрески плафона и «Страшного суда» раскрыли людям величайшего живописца всех времен и народов – Микеланджело Буонаротти.

Благодарные потомки России присвоили ему короткое, но звонкое наименование – гений. Именно так, из серых будней небытия, к сиянию мировой славы шагнул из тьмы сверкающе Пушкин. Чтобы оставить людям свое поклонение и свой восторг перед бесценным даром – чудом мимолетности нашего пребывания на земле, оставить жизненную правду человеческого бытия.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.