Алекс Бредвик
Все еще новобранец. Том 2

Глава 1

Вечер стоял пасмурный. Возникло ощущение, что сам мир плачет из-за траура. Сотни воинов лежали на погребальных кострах, ожидая своего мгновения. Все они пройдут свои суды и попадут в Элизиум. Трусов и предателей среди них не было, только храбрейшие из храбрейших. Лучшие из лучших. Ибо они были Спартанцами, ибо они были нашими Легионерами.

Наша десятка, даже раненые решили выйти на столь значимое и печальное событие, стояла возле двух костров. Десятый и одиннадцатый. Один – старый и опытный воин, второй – молодой и не оперившийся до конца птенец. Но оба не дрогнули в момент опасности, оба сражались до конца, что бы ни испытывали их тела и души.

Десятый погиб в момент решимости, защищая того, кого считал важнее себя. Защитил будущее нашего государства – Митрокла. Ибо после Александра Великий Совет его назначит Царём всей Спарты. Он погиб героем, только подвиг его останется неизвестен.

Одиннадцатый весь бой переживал, опасался, молился богам… боялся. Но он ни разу не отступил назад, насколько бы ему страшно ни было. Он сражался всегда с противником, которого на одного было больше. Главный его враг в той битве был страх. И он его победил. Он сбежал, когда была такая возможность, он не подставил своих товарищей. Он хоть и не победил… но сражался со своим внутренним врагом прекрасно.

– Друзья, – развернулся к нам царевич, смотря каждому через глаза в душу. – Кто-то знал этих двоих хорошо, кто-то не успел толком познакомиться. Но все мы видели, как эти воины сражались, как один подтвердил свою легендарность, а второй стал настоящим воином. Со страхом, но с силой воли. Каждый из нас общался с ними, разделял вино и хлеб. Каждый из нас веселился с ними, поддерживал в трудные минуты. Они – наши братья. Они – часть нас. Они – Черти, которые даже в Элизиуме будут стоять на страже мира.

– За братьев! – хором сказали восемь человек и подняли кубки с разбавленным вином, но я промолчал, ибо не знал, что нужно говорить, а кубок поднял.

– За братьев! – кивнул Митрокл. – Они сражались ради нас. Они сражались ради горожан Артоскопеиона. Граждан Спарты. Эти воины, так же как и второй, отдали свои жизни, чтобы мы могли дышать и дальше.

– За храбрость! – снова все подняли свои кубки, а я успел подхватить слова и следом за всеми поднять кубок.

– Они были храбры, да, – мелко покивал командир. – И это доказали в последней битве. Они пали настоящими мужчинами, так пускай их духи воспылают так, чтобы совет из Радомата, Аида и Миноса счёл их достойными. За наших!

– За наших! – хором ответили все, после чего залпом осушили свои бокалы.

Бросив деревянные кубки в кострища, каждый взял по факелу, и мы разошлись. Каждый уже знал, где будет стоять. Каждый только ждал команды. И мы сделали это одновременно. Традиция. Дань уважения. В каком бы состоянии ни находились Черти, каждый должен присутствовать на похоронах. Каждый.

– Ромул, – взял горшок с прахом нашего товарища Митрокл, после чего развеял его по ветру, символизируя свободный дух некогда раба. – Пускай твои боги примут тебя.

Мы стояли до последнего. Дождь только усиливался, превращаясь в настоящий ливень. Где-то вдали, в водах моря, бушевала настоящая буря. Посейдон злился, что кровь храбрейших воинов через почву стала попадать в его царство. Они должны жить, а не обагрять этот мир своим естеством. Там же давал о себе знать Зевс. Десятки молний били в водную гладь, усиливая ярость своего брата. Не хватало только Ареса… но он точно сейчас должен сражаться с вражескими богами, если такие есть.

Мы стояли до последнего… дождались, когда даже угли полностью потухнут, когда весь пепел развеется по сильному ветру. И только после этого стали уходить. Раненых пришлось придерживать, но все они шли на поправку, все они уже скоро вернутся к нам в строй, что радовало. И каждый этому удивлялся.

– Никак близость разрушенного храма Асклепия так благосклонно на вас влияет, – хотел было улыбнуться командир, но только покачал головой. – Видимо, магию этого бога уже ничто не сдерживает, и её чудодейственные свойства распространяются на всех в округе.

– Кстати, да, – подал голос Грек. – Когда нас перевезли в город, раны начали заживать куда быстрее, а силы стремительнее возвращаться. Боги милостивы к нам. Это факт.

– Не представляешь, насколько милостивы, – незаметно для остальных покосился на меня царевич и подмигнул. – Но пока отдыхать. В ближайшие дни ничего не ожидается, кроме тренировок и набора недостающих в наш отряд. Мелл, готовься, станешь десятым.

– Это честь для меня, – хотел было он ударить себя по груди кулаком, но тут же одёрнул себя, вспомнив про свои раны, которые все еще не зажили до конца. – Тогда кто будет вторым, седьмым и одиннадцатым?

– Вторым… скорее всего, кто-то из наших, – немного задумчиво пояснял командир. – Остальных придётся добирать. С одиннадцатым будет меньше всего проблем, туда чаще всего свежее мясо набирали, как и тринадцатого… а вот с двумя другими позициями… придётся искать среди опытных воинов. С ними точно десятники и сотники расставаться не захотят. Опять придётся на советах ругаться.

Меня перемещать не будут. Факт. Иначе бы царевич об этом сейчас заявил. Ну а почему у него должно быть какое-то другое мнение на мой счёт? Кто убил кентавра – неизвестно. Просто обнаружили, что в него метнули оружие врага. Сам я не стал выделяться, ибо выглядело бы слишком подозрительно для врагов, которые могли оказаться в нашем строю. Разведчиков других государств ловили время от времени… поэтому приходилось шифроваться.

Так что я оставался всё ещё новобранцем в глазах большинства. Не было прецедента, чтобы на мой шлем нанесли письмена, которые бы символизировали мое возвышение. Нет, я уже мог что-то нанести и сам… но это не считается. Обязательно командир должен заверить такую надпись. Традиция, которая показывала уважение власть имущих.

Дойдя до лазарета, мы распределили троицу раненых по койкам. Их всех будут держать до победного, но врачи говорят, что не больше трёх суток, с учётом текущей скорости восстановления. Они этому были рады, командир этому был рад… и после прощаний здоровые отправились в поместье, где была наша временная казарма.

– Командир, – поравнялся я с Митроклом. – Смогу сегодня отлучиться к Нике? Всё же… победили как-никак, каждый из нас имеет право отдохнуть.

– Побудь с ней, – одобрительно улыбнулся и похлопал по спине меня царевич. – Ты молодой, мужская сила в тебе бурлит и требует выхода… тебе это надо. Так что да… сегодня можешь остаться с ней. Могу уточнить у посыльных, ответственных за наш участок, где она остановилась, если тебе это надо. Надо же?

– Надо, – с широкой улыбкой кивнул я, после чего немного отстал от Митрокла, который движением руки дал понять, что он хочет побыть наедине со своими мыслями.

Остальные тоже были мрачнее самой мрачной тучи на сегодняшнем небе. Это была победа… но мы потеряли больше семи сотен воинов в итоге. Никто не ожидал от монстров такой подлости… они открыли портал в тот момент, когда мы начали наступать. И наша лёгкая прогулка превратилась в настоящий замес. Но радовало одно. Их погибло в разы больше. Но сколько их ещё прибудет в наш мир?

Но я был уверен только в одном – это только начало. Величественно-трагическое. Да, мы победили… сегодня мы оплакиваем умерших. Но завтра весь город будет пировать. Ведь столько монстров было уничтожено, столько тварей не смогли начать творить хаос в нашем мире! И я уверен, огромная заслуга именно в моём броске.

Когда мы дошли до нашего особняка, каждый побрёл в свою комнатку. Братья пошли бороться где-то в пустых складах первого этажа; восьмой и девятый завалились в винный погреб, забаррикадировав его; двенадцатый ушёл с первым куда-то наверх, решил что-то обсудить. Я же направился в нашу спальную зону, завалился на свою койку и достал камень, который материализовался у меня в руках, когда мы вернулись после битвы.

Камень поддержки: пространственное самоисцеление

Позволяет усилить эффект самоисцеления, направив лечебную энергию на всех союзников в радиусе 10 метров.

Эффект был довольно интересным. Теперь я мог лечить не только себя, но и своих союзников. Словно само мироздание поняло, что мне необходимо… и подбросило нужное исцеление. Я его пока не поглощал, мысленно запрещал своему естеству это делать. Были более важные дела, причём много лишних глаз вокруг. Сейчас же я один, так что…

Мысленно разрешил своей душе поглотить этот камень. Он тут же впитался через руку, энергия поплыла куда-то в центр живота, причиняя лёгкую боль… и доставляя, что удивительно, удовольствие. Моё тело слегка сияло, но не слепило. А когда вихрь в животе затих, перед глазами развернулось снова описание моего первого камня умения. Вот только название на этот раз было выделено жирным.

Камень умений: самоисцеление

Связи:

1. Камень поддержки: пространственное самоисцеление

2. Пустое гнездо

3. Пустое гнездо

4. Пустое гнездо

5. Пустое гнездо

Позволяет восстановить здоровье, пытаясь привести его к идеальному значению для вашего вида.

Тратит 10% вашего магического запаса энергии, чтобы улучшить ваше самочувствие, залечить раны на 10% от максимального для вашего организма значения.

Свойства камней поддержки:

Эффект самоисцеления усилен, лечебная энергия направлена на всех союзников в радиусе 10 метров.

И тут сразу становилось понятно. Камень самоисцеления можно усилить ещё четыре раза. То есть… всего есть пять ячеек. Мысленно я могу разделять камень поддержки с камнем умения, из-за чего название первого вновь становится не жирным, а обычным, а всё это подробное описание пропадает. Выглядит интересно… даже страшно представить, во что выльется всё это. Магия. Как есть магия.

Тут же в голове возникла безумная идея. Можно пробраться к нашим и использовать на них мою новую находку. И они уже завтра, с высокой долей вероятности, смогут быть в строю. Главное – сделать это скрытно, иначе с меня никогда не слезут. Нельзя показывать даже своим прогрессию этой способности. Ведь не я же прикончил последнего командира, по мнению многих. Вот и нечего знать им о том, что я стал сильнее…

Ведь в единстве сила, так ведь?

Вообще, я стал снова чуточку сильнее. Я ощущал это. Применил на себе несколько раз самоисцеление, опустошая свой резерв примерно на треть… а он заполнился примерно за две минуты целиком. Раньше на это требовалось минут пять точно, если не все десять.

Я становился сильнее не только в физическом плане, но и в магическом. Моё внутреннее море расширялось, а реки, которые втекали в него, быстрее наполняли его. Вот только откуда эти реки текли? Где были их истоки? Сам окружающий мир? Магический фон, который появился вместе с противником? Тогда и иномирный прорыв – благо, а не хаос? Или же это испытание на право владеть столь мощной силой?

Но мои размышления прервали. Позвали на ужин, так что пришлось возвращаться под мощный дождь и идти в столовую. Мы и так все были уже мокрыми, так что ещё раз промокнуть было невозможно. А вот жрать хотели все, ибо обед был пропущен, а прошедшая битва сожрала все силы до последней капли. Хотя на братьев это не распространялось. У них вечно что-то в заднице мешало им успокоиться.

– Командир, – посмотрел на царевича Агамемнон. – У меня есть на примете один хороший воин. Сегодня пережил множество стычек. При этом вышел из них без единой царапины. Мой друг и давний товарищ. Тяжёлый гоплит, так что к тяжестям и сражениям в гуще ему не привыкать. Могу попробовать его уговорить влиться к нам.

– Если ты ему доверяешь так же, как себе, то добро, – кивнул Митрокл. – Если он согласится, то проблема со вторым номером будет решена. Останется седьмой и одиннадцатый.

– С новобранцами сейчас… проблема, – нахмурился Кефалон. – Если и брать, то точно не из местных. Им ещё город восстанавливать после того, как мы их покинем. А если тут станет спокойнее после уничтожения лагеря… то сделаем мы это в ближайшие дни.

– А куда мы можем уйти? – уточнил я на всякий случай.

– В Спарту, – хмыкнул царевич. – Нам нужно будет возвращаться в свой гарнизон. Там же, скорее всего, и восполним свои потери. Причём весь Легион целиком. За эти несколько дней мы целую тысячу потеряли убитыми… а раненых после сегодняшней битвы – великое множество.

После этих слов я только укрепился в мыслях, что нужно пройтись и поприменять возле лазаретов и лечебниц свои умения. Может, кому-то даже жизнь спасу. Потом будут ходить легенды о том, что сами боги решили благословить воинов за их храбрость, восстановив их тела с помощью могущественной магии.

– Значит, пойдём вверх по западной реке, – кивнул я своим собственным мыслям. – Где-то через три–четыре дня, если я правильно понимаю.

– Всё верно, тринадцатый, – как бы намекнул царевич сразу на несколько очевидных вещей.

Во-первых, он в очередной раз дал понять, что я всё ещё свежее мясо – никто, по меркам Легиона. Да, у меня были силы, о которых он знал, но по большей части моя смерть даже не будет замечена. Просто какой-то сын Советника, который потерял память. Иной раз несколько сотен таких может в битве погибнуть, ведь обычно городских Советников много, а детей у них ещё больше. Так что… рядовой практически случай.

Во-вторых, командир дал знать, что я его подчиненный, что я часть Чертей и Легиона, что я тоже покину этот город. Вот только как надолго? Неизвестно. И как же Ника? Мне её тут бросить? Или сегодня поговорить с ней, чтобы она направилась вместе с нами в Спарту, а потом и по всем битвам? Но девушке не место среди воинов… она может погибнуть.

Если только не решит стать Амазонкой. Воительницей, которая сражается наравне с мужами. Я помню, она практиковалась пару раз со мной… хм-м-м… опять воспоминание всплыло. И хорошо, что всплыло. Ибо она действительно может стать частью Легиона… а если потребуется, то дать пример остальным боевым девам, что они могут стать частью нашего воинства. И кто знает, может, их будет не десятка, а целая сотня в составе Легиона, если не тысяча. Ведь многие жёны могут решить отомстить за павших сыновей и мужей, а кто-то и за родителей.

Тяжёлые времена требуют тяжёлых решений. Они рождают сильных людей, даже если они ранее считались слабыми и малозаметными.

Закончив трапезу, мы снова вернулись в свою казарму. Дождь к этому времени поутих, лишь Зевс вдали давал понять, что Олимпийцы гневаются из-за произошедшего. И не на нас, а на подлость врага. Мы же выступили практически в открытую, дали понять о своих намерениях, окружив противника. Чёрт…

– Если бы мы не пытались спасти всех мирных жителей, – зайдя в дом, решил поделиться своим мнением Аваллон, – то справились бы, как с македонянами при Афинах, когда им помогали. Просто расстреляли бы большую часть издали. Но… чёртово человеколюбие.

– Да, – кивнул Кефалон. – Спасли меньше, чем в итоге погибло.

– Так, – резко развернулся царевич, одарив нас всех гневным взглядом. – Выкиньте к чертям все эти мысли из своей головы, понятно? – прищурился он. – Лучники несколько раз заливали лагерь врага своими стрелами. И это что-то изменило в глобальном плане? Вы видели множество трупов противника, когда мы вошли в стан врага? – На вопрос никто отвечать не стал, ибо ответ был понятен. – Нет. Правильно. Их практически не было. Злая магия прикрыла их, спасла от наших первых обстрелов. Так что нам бы пришлось выступать и сражаться. Да, всё пошло не по плану, но каждый воин знал, что его жизнь может закончиться в любой момент. Каждый понимал, на что он идёт. И даже одна спасённая дева – это будущие несколько воинов. Если повезёт. Понятно вам? Так что… оно того стоило.

Больше он ничего не произнёс, снова развернулся и пошёл наверх. Он был умён. Он понимал, что нужно говорить и когда говорить. И сейчас посеял зерно сомнений в душах своих бойцов, склонив их в нужную сторону. Ибо нельзя было, чтобы они зарылись в своих мрачных предубеждениях.

А вечер же… он только начинался. Скоро должен прибежать посыльный с дежурным сообщением, где будут описаны основные планы на завтра. Как члена совета Легиона – царевича оповещают. Ну а там уже я узнаю, где Ника.

Глава 2

Вечерние приказы были доставлены вовремя. Ничего нового из них мы не узнали, командир нам пересказал, что вообще будет происходить в ближайшие дни. Лечение, восполнение, обеспечение охраны в остатках города, и после будет марш. Марш долгим не должен быть, до Спарты около сорока километров, если идти по дорогам. Могли добраться и за один день.

Но не это было главным. Лично для меня самым важным оказалось чуточку другое. Я узнал, где именно остановилась Ника, точнее, куда её определили. И был приятно удивлён, что она сейчас находится в своем собственном доме. Тут же всплыли в голове воспоминания, точный маршрут и местоположение её дома… так что я с блаженной улыбкой уже решил умчаться, но в последний миг себя одёрнул.

Помотав головой, я поднялся на второй этаж, обратно к командиру. Он сидел и читал другие пергаменты, которые ему доставили. Читал и хмурился. Что-то ему там не нравилось, но вникать я не стал. Не той масти я боец, чтобы в царские распоряжения лезть. Может быть, когда-нибудь… но точно не сегодня. Да и плевать мне, откровенно говоря, у меня свои заботы есть. Вон Ника, скорее всего, сидит грустит одна дома… где погибли её родители.

– Командир? – обратился я к нему, так и не зайдя в комнату, которую он переделал под свой кабинет. – Разрешите?

– Прям как настоящий военный, – усмехнулся он, сворачивая послание. – Хотел отпроситься?

– Так точно, – кивнул тут же я. – Вроде как договаривались, что отпустите на этот вечер, позволите отдохнуть…

– И своё слово я сдержу, – выпрямился он на своем табурете и ударил кулаком себя в грудь. – Можешь идти. Только примерно опиши, где тебя под утро искать, если вдруг срочно понадобишься. Но судя по документам… это маловероятно… но молния иногда бьёт два раза в одно место.

Я лишь усмехнулся. На словах было тяжело объяснять, но тут висела карта города, которую нашли в одном из помещений. Не самая современная, но достаточная для того, чтобы показать нужный дом. И схематичная больно… уж больно много отклонений и различных нестыковок, как и… авторского виденья.

– Вот тут, – ткнул я пальцем в дом с нужным обозначением и статуями. – Я буду, с высокой долей вероятности, именно в этом доме. По крайней мере никаких других планов у меня не было.

– Добро, – кивнул командир, а после продолжил: – Можешь идти.

Ударив себя кулаком в грудь, традиции – дело такое, я направился в сторону выхода из дома. Парочка человек из нашего отряда, которые попались по пути, одобрительно посмотрели на меня; девятый вообще как-то хитро улыбался. Они понимали, куда и зачем я иду. Ну а скрывать я не видел смысла, так что, выпятив грудь, я широким и уверенным шагом покинул нашу казарму и бодро зашагал вверх по улице.

По пути попадались чаще всего военные патрули – суровые мужи, так же сурово взирающие на всё вокруг. Но также встречались и горожане, которые мирно прогуливались по уже чистым улочкам города. Видеть их улыбки… было невероятно приятно. Но встречались и те, кто постиг саму суть фатума. Они рыдали, кричали… не понимали, как вообще всё это произошло. Да и я тоже, если честно.

Наш полис… тут было много жителей, да и много славных воинов на самом деле. Просто никто не ожидал нападения, судя по рассказам, которые до меня доносились – враг напал внезапно, начал появляться везде и всюду. И только стоило ему завидеть человека – тут же его атаковал. Никакого милосердия. Только животная ярость.

Но всё же… за эти несколько дней удалось освободить из разных точек, где были лагеря иномирных тварей, около семи тысяч жителей. А это уже что-то. Город сможет продолжить жить, сможет снова отстроиться. Да, как раньше уже не будет, появятся новые элиты, появятся новые дома… но город снова зацветёт, а его важность, желание богатства привлечёт новых жителей из окрестных деревень и сёл.

До дома Ники неспешным шагом добрался я за десяток минут. Свет от свечей виднелся во всех открытых окнах. Она явно убиралась, ибо… звуки были характерными: шорканье, стуки, иногда тихая ругань. Вообще Ника временами проявляла взрывной характер, а проявлялся он как раз в те моменты, когда происходило то, что ей не нравилось. А убираться ей точно никогда не нравилось. В этом я уверен! О, ещё один кусочек пазла в копилку. Не зря то тело сожгли, ой не зря!

Когда я подошёл к воротам её особняка, то по старой памяти опять вспомнил, как тут сидел старик – доброжелательный, открытый, добрый и весёлый. Он всегда встречал всех, оповещал хозяев о новых гостях. Но его тут не было. Вообще многие старики не пережили той ночи. Очень и очень многие. Так что прошёл я без проблем.

А вот схема дома в моей памяти не особо хорошо прорисовалась. Я не вспомнил, что где здесь находится. Просто не мог, и всё тут. Какой-то частью своей головы понимал, что был тут достаточно много раз… но всё равно не мог вспомнить, где была комната Ники, а где её родителей. Но в любом случае у меня был прекрасный ориентир – звуки уборки и ругань девушки.

Я неспешно двинулся туда. Каким-то чудом я ноги переставлял так, что звука моих шагов практически не было слышно. А за фоном звуков уборки я передвигался вообще незаметно. Это знание пришло, я уверен, во время одной из вылазок. Просто спонтанно научился, когда бродил со своими товарищами по лесу. И сейчас… можно было устроить приятный сюрприз.

Встав около последнего поворота, я выглянул из-за угла и улыбнулся. Сейчас девушка стояла ко мне спиной, выметала мусор из коридора, при этом тихо напевая какую-то песенку себе под нос. Я медленно вышел в последний проход, стал приближаться, аккуратно ступая по полу, после чего, на последнем метре, сделал резкий рывок и обнял со спины девушку, из-за чего та взвизгнула, но тут же засмеялась, когда поняла, кто именно к ней пришёл.

– Астер! – наигранно возмущённо «ругалась» она, – ну нельзя же так пугать! А если бы я была в том, в чём мать родила? Принимала водные процедуры в купальне?

– То я бы присоединился, – хмыкнул тут же я, после чего поставил девушку на ноги, неосознанно приподнял её, после чего развернул к себе лицом и впился в губы, но через пару мгновений мы разорвали поцелуй. – Ты как? Всё хорошо? Тебе помочь?

– Да брось, – отмахнулась она, стараясь держать лицо, но радость от моего прибытия почти мгновенно сменилась грустью, и было понятно из-за чего. – Сама как-нибудь справлюсь. Тут мне уже помогли легионеры… большую часть мебели расставили по местам. Но убираться всё ещё предстоит много и долго… а я ненавижу уборку.

В этот момент её глаза намокли, так что я снова её обнял и прижал лицом к себе. Не прошло и мгновения, как она разрыдалась. Это было не удивительно, просто нервы не выдержали, а в моём присутствии она позволила быть самой себе слабой. Для меня… это великая честь на самом деле. Я приятно удивлён, ведь… мы же были просто друзьями, так это она называла? Или это была игра слов?

Мы простояли так какое-то время. Я прижимал Нику к себе, а та в свою очередь сама прижималась ко мне всем своим телом… и плакала. Но это не могло длиться долго, в какой-то момент она успокоилась, так что мы просто стояли молча и обнимались. Я гладил её по спине, а она просто сцепила руки на уровне талии.

– Всё будет хорошо, – прошептал я ей на ухо.

– Будет. – Я почувствовал легкий кивок. – Но точно не как прежде… они… они погибли… отец тогда… он… защитил меня… и маму… а мама потом отвлекла тварей… дав мне возможность убежать… вы же прикончили их там всех? Всех же?

– Всех-всех, – спокойно ответил я. – Ни один монстр живым не покинул лагерь. А я же смог прикончить командира… последнего командира из тех, кто напал на наш город. И я в этом уверен.

– Но все говорят, что его убил какой-то копейщик, – отстранилась немного Ника. – А у тебя, насколько я знаю, оружие немного другого профиля… хотя и походит на копьё.

– Глефа, – покачал головой я. – Ну а вообще… копий было много вокруг. Я просто взял первое попавшееся и метнул во врага. Как оказалось – удачно. Вот только никто этого броска не видел, так что живые не подтвердят сей факт… но у меня есть другой способ это доказать. У тебя болит что-нибудь?

– Если только спина немного, – смущённо проговорила она. – Но массаж мне не нужен! И не настаивай! Дел еще слишком много, а мне отвлекаться нельзя, даже на такую приятную компанию, как ты.

Отвечать я ничего на это не стал. Да и не было планов, если честно, делить с ней сегодня ложе. Нет, скорее всего, к этому всё пришло бы, я уверен… ибо мы слишком давно знакомы и слишком давно «просто друзья». Тела друг друга мы знали. Последний год изучали друг друга достаточно. Ещё частичка мозаики нашлась, хех.

Нет, я не стал делать ей то, о чём она сказала. Я просто применил свою способность. В этот миг золотистые волны пошли по мне, а потом, соприкоснувшись с полом, волна начала расходиться во все стороны. Одна. Но как только она приблизилась к девушке, то мягко обволокла её, словно нежная перина, словно шёлк, после чего растворилась в её теле, но большая часть ушла дальше, даже прошла сквозь стены.

– А сейчас как себя чувствуешь? – с хитрой улыбкой спрашивал я, смотря ей в удивлённые до изумления глаза.

– Спина… прошла, – с теми же эмоциями в голосе проговорила она. – Просто взяла… и прошла, да и вообще я чувствую себя так, словно ничего не носила и не таскала. Всё тело перестало слегка ныть… это что такое? Какая-то магия? Ты стал жрецом Асклепия?

– То, что я тебе сейчас расскажу, должно оставаться в строжайшей тайне, – с суровым видом говорил я, сведя вместе брови, прищурив слегка глаза. – От этого зависит само существование Спарты… да, может, и Греции. Готова?

Ника лишь едва заметно кивнула, а глаза наполнились лёгким страхом.

– В общем, я благословлён богами, – широко улыбнулся я. – Скорее всего, всеми. Но мои способности… они добываются в бою, если так можно сказать. Вот именно эту, которую я сейчас применил, без её улучшения, я получил как раз в храме Асклепия.

– Ты издеваешься?! – возмутилась девушка. – Какое к чёрту благословление богов?! Я тут своих родителей потеряла, ты своих, между прочим, тоже! Ты что, головой так сильно ударился, что теперь бредишь?

Причину её возмущения можно было понять. Но вместо того чтобы спорить с ней, я сделал несколько шагов вперед, чувствуя на себе её строгий взгляд, после чего подобрал осколок амфоры, развернулся… и полосонул ладонь. Кровь показалась моментально, потекла довольно щедро, а я даже не повёл бровью. Да, больно, да, неприятно… но всё же терпимо. По сравнению с тем, что я испытывал ранее, – мелочи.

– Боги! – тут же воскликнула девушка, заметавшись в поисках чего-нибудь. – Ты зачем это сделал?! Теперь руку нужно перевязать… а потом рану зашить… ты же глубоко порезал.

– Ника, – спокойно проговорил я, выставив ладонь вперёд. – Смотри.

Дождавшись, когда девушка успокоится и перестанет носиться из стороны в сторону, а её взгляд окажется направленным на то, что я ей собирался показать, мною тут же была применена способность самоисцеления. Живительная волна прошлась по всему телу, заживляя столь незначительную ранку буквально на глазах моей давней подруги. И нужно было видеть её, я еле сдерживал победоносную улыбку, сохраняя каменное лицо.

– Теперь понимаешь, про что я говорил? – всё же не смог сдержаться я, но улыбнулся мягко, не позволяя эмоциям слишком бурным потоком выливаться из меня. – По крайней мере царь Александр говорит, что это благословление богов. Что они даровали мне эту… возможность. И именно самоисцеление дал мне старик-жрец из нашего храма. А потом он обезумел и прикончил меня.

– Н-но ты тут, – глаза моей подруги широко распахнулись. – Как он мог тебя убить, если ты сейчас возле меня?

И словно не веря своим же словам, она подошла чуть ближе и пробежалась пальцами по моим рукам и груди. Её прежний мир начал рушиться, так что её можно было понять. И я не сопротивлялся, позволил ей спокойно проверить всего меня, где она только осмеливалась меня трогать, а когда она отпрянула, я продолжил:

– В общем, эта способность, самоисцеление, была получена от старика. А вот вторая, мощный выпад, была получена после победы над минотавром. – После произнесения этого слова девушка звучно вдохнула, прикрыв рот ладошкой. – Да-да, они тоже существуют. Увы, но, видимо, монстры из легенд скоро наполнят наш мир целиком…

– Самоисцеление, – нахмурилась девушка, видимо зацепившись за несоответствие, которое звучало в моих словах. – Оно должно работать только на тебя. Но тогда почему у меня спина прошла?

– А это уже камень улучшения, который мне достался за уничтожение последнего командира противника, – гордо выпятил я грудь, широко улыбаясь. – Так что доказать свою победу могу только так. Точнее, мог бы, если бы кто-то, кроме меня, мог ещё видеть все эти буквы, всю эту магию…

Некоторое время мы стояли молча, после чего девушка подошла и снова просто обняла меня. И опять начала плакать. Вот только на этот раз она не могла сдержать радости. Наверное, из-за меня… но я не понимал. Зачем от радости плакать? В любом случае я пришёл не ради того, чтобы она намочила своими слезами мою тунику.

– Так, – взял я её за плечи и слегка отошёл назад, удерживая её в руках. – Давай-ка закончим у тебя тут уборку… а потом в ночи прогуляемся по городу. Кстати, ты не видела золотистых волн, когда почувствовала, что спине стало легче?

– Нет, – покрутила она быстро головой. – Ничего не почувствовала. Точнее, не видела. Но почувствовала. Прости… путаюсь. А что? Это плохо?

– Не-а, – широко улыбнулся. – Это даже очень хорошо. Как сказал, хочу прогуляться по городу, в основном рядом с местами, где лежат раненые и те, кто практически при смерти… и использовать свою способность на всю катушку. Всё же… так можно не один десяток жизней спасти. И не только воинам Легиона Спарты, но и тем горожанам, которые пострадали.

– Я только за! – и опять она кинулась на меня и обняла. – Но уборка. Сначала уборка. Ты обещал помочь, так что – на, – всучила она мне метелку, – а я побежала за тряпкой. Сразу буду после тебя всё промывать. Спасибо огромное!

И никакой грусти, никакой печали. Всё же она была сильной девушкой, умела сдерживать свои внутренние волнения. Даже по сравнению с одиннадцатым… в этом плане она сильнее его. И я удивлён, на самом деле, что она так стойко переносит гибель своих родных. Ведь мы сейчас возле родительской комнаты. Тут даже портрет её мамы и папы висит…

Когда она вернулась, мы начали спокойно общаться. Я ей рассказал более подробно про то, что со мной произошло, начиная от самого начала, как очнулся в храме, а потом про берег, битву, царя… Она же в свою очередь более подробно поведала про то, как всё это началось. И ей относительно повезло на самом деле.

Твари словно в один миг заполнили город. Не было ни одного здания, ни одной улочки, где бы они ни появились. Нике повезло: она была в саду в тот момент, когда всё это началось, а сатир, который должен был её убить, появился в фонтане, из-за чего не смог быстро настигнуть мою подругу и прикончить её. Но успел выбраться… и в этот миг, словно из ниоткуда, появился её отец, отражая удар монстра. И приказал ей бежать с матерью.

В конечном итоге город она покинула одна. Примерно на полпути к восточной границе города она разделилась с мамой. Тогда полис только-только начал загораться, виднелись локальные очаги возгорания… так что выбралась Ника весьма быстро. Как и множество других жителей. Вот только многим не повезло. Десятки камней и стрел настигали убегающих, лишая их жизни.

Но я ясно понял. Всё это произошло в тот момент, когда я находился между жизнью и смертью. Когда я видел обрывки чьих-то непонятных воспоминаний. Может, вот он – ритуал уничтожения тысячи душ? Может, именно я стал той жертвой, которая стала причиной появления монстров? Нет. Бред какой-то. Может, я и знаю что-то, что не принадлежит моей эпохе… но я точно не был тем, из-за кого прорвались в этот мир монстры.

А вместе с тем, пока мы болтали, уборка продолжалась, помещение за помещением становились чистыми, пока мы полностью не закончили. И чуть передохнув, отведав свежего хлеба с водой, мы сразу направились гулять по городу. Благо, ночь уже успела опуститься, а про комендантский час ещё никто не протрубил. Время делать хорошие и добрые дела было. И ведь была та старуха, которая вечно над всеми измывалась на рынке – хорошими делами прославиться нельзя. Но вот время точно зря не будет потрачено. Даже одна спасённая жизнь бесценна.

Глава 3

Когда людей на улицах города стало в разы меньше, но комендантский час ещё не начался, мы с Никой вышли на «прогулку». Нет, вообще, если честно, мне нравилось с ней гулять вечерами и ночами, обсуждая победы наших воинов, творчество мыслителей прошлого, а также легенды наших краёв. Это… было интересно.

Сейчас же мы вышли с конкретной целью, не только поболтать о прошлом, текущем и будущем, но и попытаться помочь восстановить численность армии. Народа не так много, но всё же он был. Тех, кто любит созерцать звёзды, всегда достаточно. Да и патрульные никуда не делись. Угроза прорыва тварей теперь будет всегда витать в пространстве, заставляя жить в постоянном напряжении.

– То есть ты не помнишь даже толком своего отца? – спросила у меня девушка, когда мы покинули здание её семьи, точнее, уже её особняк.

– Ну… какие-то крохи помню, – дернул я плечами. – Как мы тренировались вместе, как он приучил меня к чтению, как мы с ним ходили к реке, а там в скалистые холмы, которые окружают западную реку. Но… никакой конкретики. Даже лица не помню. А наш дом… он был уничтожен одним из первых.

– Да, – прикусила нижнюю губу Ника. – Тогда что-то разнесло на куски ваш дом, взрыв был такой, что весь город на уши встал. А часом позднее, может, двумя… начался тот ад. Но вообще… если хочешь, я могу тебе рассказать, кем он был. Но это не вернёт воспоминания…

– Не стоит, – нахмурился я. – То, что в прошлом… должно остаться в прошлом. Рассказы, как я понял, мне не особо помогают. А вот конкретные события… да. Так что… когда надо, если титанида Мнемозина будет милостива, я вспомню всё, что требуется.

– Принято даже про них говорить… боги, – нахмурилась и весьма строго проговорила Ника. – Всё же Олимпийцы сражались против титанов. Хотя некоторые и не стали поддерживать Кроноса.

И таким образом разговоры с моей памяти весьма грациозно перетекли к разговору о богах, а потом и о легендах. Мне действительно не хотелось ворошить прошлое, ибо… я уже не тот Астер, гарантированно. Я чуточку другой. У меня есть воспоминания из других эпох, которые я смутно понимаю. Но в любом случае… девушка знала многое, так что я мог почерпнуть достаточно интересной информации.

На самом деле… даже часть легенд вылетала из моей головы. А ведь в них мог быть ответ на вопрос: почему вообще что-то происходит сейчас? Ведь раньше люди сражались с монстрами, возможно, когда Кронос пытался сбежать или ещё что. Но сейчас-то что происходит? Неужели титан времени, сын Геи и Урана, пытается вновь покинуть свою тюрьму и желает пожрать весь мир? Ведь он само время… если время начнёт манипулировать пространством… жди беды.

За такими размышлениями мы добрались до первой точки, где лежали раненые. В основном горожане с лёгкими ранениями, которые никуда не смогли пристроиться. Вокруг здания я обошёл несколько раз, применяя способность. Опустошил своё внутреннее море, убедившись, что моя магия, не побоюсь этого слова, зацепила каждый уголок дома. И только после этого мы направились дальше.

Наш путь в данный момент из центра города, в котором мы ещё находились, теперь пролегал на запад. Там раненых было больше всего, причём как лёгких, но весьма тяжёлых по своей сути – например, важный кровеносный сосуд повредили, так и крайне тяжёлых, лишённых рук или ног.

Мы не спешили, чтобы не привлекать внимание. Вообще, она могла быть формальным главой поселения, особенно учитывая её статус, а я… ну а я уже в составе Легиона, так что могу находиться на улице. Если, конечно, на то особых распоряжений от царя нет. А они могут быть, например, введёт какую-нибудь систему пропусков для ночных походов…

– А вообще, – смотрела с прищуром на меня девушка, – довольно странно, что тебя боги выбрали… своим оружием. Ты не самый выдающийся из всех нас… но именно ты им стал.

– И это сказала та, которая со мной провела большую часть своей осознанной жизни? – хитро улыбнулся я и поцеловал девушку в пухлые губы, на краткий миг они соприкоснулись, а потом я продолжил: – На самом деле я тоже не особо понимаю. Может, просто оказался в нужном месте в нужное время? У меня иных объяснений просто нет.

– Должно же быть какое-то объяснение! – воскликнула девушка, а потом вжала голову в плечи, слегка покрутив ею. – Прости. Не стоит привлекать внимания… буду потише.

– И я даже тебе ничего не сказал, – улыбнулся я опять, после чего мы спокойно продолжили путь.

И вновь за разговорами мы подобрались к первой «лечебнице». Оттуда уже доносились стоны и лёгкая ругань. Тут были самые тяжёлые, которые буквально обречены на смерть. Мне было их жаль… поэтому они и стали первыми. Даже пришлось сделать небольшой крюк, чтобы до этой точки добраться… но, применив первую способность, я улыбнулся.

И снова десяток применений. За время нашего пути внутреннее море полностью восстановилось, так что энергии хватило впритык. Стоны стихли, видимо во сне они были, так что это уже был повод для радости. Работает! Работает, чтоб его! Я буквально хотел ликовать, но сдерживал эти чувства глубоко в себе, чтобы не выдавать себя. А ведь тут где-то был стражник, который должен был нас слышать. Но никак не реагировал. Или отошёл?

И вновь дорога, немного петляющая, чтобы море успело наполниться, и снова череда применений заклинания. На этот раз здание было побольше, всё его чисто физически не удалось бы обхватить, центр не захватить… но даже так я постарался применять способность таким образом, чтобы как можно больше мест было охвачено.

И так точка за точкой, лазарет за лазаретом. Все места обойти не удалось, просто в сутках нет столько часов… но довольно многое мне удалось сделать. По крайней мере я на это искренне надеялся. А когда объявили комендантский час, нас буквально сопроводили до того дома, где проживала Ника. Причём буквально – это под руку.

– Вам ещё повезло, что вас приказано сопровождать, а не сразу бросать в темницу за нарушение царского указа, – под конец проговорил патрульный, после чего удалился обратно на свой маршрут.

– Какой грозный, бу-бу-бу, – скорчила рожицу Ника, после чего засмеялась в голос. – А вообще, мне понравилось. Если тебя завтра отпустят… то я с радостью повторю такую прогулку. Приятный ветерок будоражил кожу… воображение… эх…

Я просто улыбнулся и сразу провёл тыльной стороной ладони по её плечу. От этого по всей коже у неё побежали мурашки, а на лице появилась загадочная улыбка. Глаза же она прикрыла, словно наслаждаясь этим моментом. Хотя… почему словно? Оно так и было. Ей нравилось.

– Я к тебе пришёл ещё по одному делу, – решил немного повременить с итогом нашей встречи и задать ещё один волнующий вопрос. – Ты бы не хотела стать моей напарницей? Амазонкой, как называют наших боевых дев?

В этот момент, когда я только начал говорить, Ника тяжело вздохнула, а в глазах появилась даже раздражённость, но она быстро сменилась удивлением и… заинтересованностью. Ей было интересно это предложение, я знал, ибо… не в её характере было сидеть в стороне, когда где-то что-то происходило. Как бы её ни воспитывали, но у неё были зачатки бойца. Да, чёрт дери, я сейчас вспомнил, как она в Круге набила морду какому-то придурку.

– Вообще… – и снова загадочная улыбка. – Я втайне от родителей практиковалась, купила себе в соседнем городе пару клинков, лук и кожаную броню… подожди… я сейчас. Никуда не уходи! – удаляясь, продолжала приговаривать она.

– Хорошо-хорошо, – усмехнулся я, после чего уселся на первый попавший стул, а потом едва слышно добавил: – Будто бы меня отсюда сейчас отпустят.

Прошло минут двадцать, если не больше. Что делала Ника, для меня оставалось загадкой. Но я стал внимательнее рассматривать всё, что было в прихожей моей хорошей знакомой. Картины, статуэтки, барельефы на колоннах возле стен. Они жили небедно, даже очень хорошо. С домами на окраине города вообще не сравнится. И как мы докатились до такой жизни?

Я поднялся и стал разглядывать всё внимательнее. Впрочем, а почему меня должна волновать эта мелочь? Да, я высокородный, но своё право получить всё, что мог, мне удалось доказать кулаками и кровью. Ведь… законы Спарты жестоки. У нас ничего нет на блюдечке с золотой каемочкой. Если я слабее бедных ребят, то почему имею право получить в наследство хоть что-то? Поэтому приходилось драться и бороться. Много. Часто. Иногда с переломами.

Но я знаю, что отстоял своё право. Иначе бы меня не называли высокородным. Иначе бы я не общался бы сейчас с Никой. Чёрт, да даже ей пришлось пару раз драться, правда, с девушками, которые оспаривали, что она законно занимает своё место в обществе. Но чаще они своё место подтверждали умом, знаниями. Да и с нас тоже спрос был.

Что самое интересное, каждый из бедных мог прийти в нашу библиотеку и попросить почитать. Каждый мог попросить городского учителя научить умению читать. Но многие просто этого не хотели. А чтобы оставаться в высшем обществе… нужно знать и уметь многое. Поэтому мы тут. Мы живы. И мы кое-что умеем. И возможно, именно это «что-то» позволило нам выжить в той мясорубке несколько дней назад. И я уверен, что Ника по пути тоже пролила немало крови, раз она втайне практиковалась.

– А вот и я, – раздался звонкий девичий голосок у меня за спиной, а когда я развернулся, то ахнул. – Ну как тебе?

Я обернулся… и разинул рот. Девушку было не узнать. От робкой и стеснительной не осталось и следа. Загадочный взгляд сменился решимостью. Распущенные волосы были собраны в хвост. Просторную тунику сменил кожаный доспех с металлическими вставками в жизненно важных местах. На поясе висело два клинка, прямых, коротких. Щита не было. Но был лук, который через плечо был переброшен на спину.

– Настоящая Богиня Победы, – улыбнулся я и ударил себя кулаком в грудь. – Мне нравится. Но… ты уверена, что умеешь с этим всем обращаться?

– Уверена, что даже лучше тебя, – хищно оскалилась она.

– Хочешь проверить? – во мне начал играть азарт, что показалось и на моём лице. – Уверена, что ты этого хочешь? Я ведь прошёл уже несколько битв, обладаю частичкой силы богов…

– Сам напросился, – хмыкнула девушка, после чего вытащила оба клинка и кинулась на меня.

Чёрт! Я совсем расслабился и не подумал, что она может сделать вот так, пока я безоружен и вообще никак не защищён броней. Она знала, что у меня есть самоисцеление и что я гарантированно не умру от её ударов. Но, чтоб её… почему именно сейчас и тут, где столько всего драгоценного для её памяти?! Она совсем с ума сошла?!

Я начал отступать, постоянно уклоняясь от её ударов. Старался блокировать её атаки различными предметами, которые было не так жалко, но Ника не успокаивалась, нет, она ещё больше распалялась, а азарт постепенно замещался каким-то гневом и обидой.

Ну а я видел каждый её удар. Отслеживал все направления, с которых она била. Всё прямолинейно, никаких изысков, никаких финтов. Даже не старалась включить ноги, хотя я пару раз, откровенно говоря, подставлялся под весьма злобный и коварный удар. Для мужчин. Как он действует на девушек – не знаю, но точно не так болезненно.

Постепенно мы сместились на улицу. Тут уже было больше пространства для маневра, так что я спокойно начал кружить вокруг неё, выматывая. Я был уверен, что выносливости у меня куда больше, чем у неё, так что спокойно вытворял различные провокационные финты, заставляя её ещё больше распаляться. Подло? Не то слово. Но и она начала эту нечестную игру первая.

– Ну что, уже всё, прыть иссякла? – отпрыгнул я на несколько шагов назад, приманивая её руками. – Или всё же ещё хочешь доказать, что ты лучше меня?

– Да ты по мне даже ни одного удара не сделал! – возмутилась она, тяжело при этом дыша. – О каком поражении может идти речь?!

– Знаешь, не в моих правилах бить девушек, – усмехнулся я. – А победить можно не только в драке. Например… ты можешь просто сдаться. А можешь пытаться предпринимать попытки достать меня до посинения… вот только я не знаю, получится ли у тебя это сделать. Ты даже с мечами на мне ни единой царапины не оставила.

– Ах ты! – рыкнула она и снова бросилась.

На этот раз я не стал церемониться, приготовился к её атаке, по замаху понял, как именно она будет бить… причём только одной рукой – правой. Подготовился, пригнулся, дождался приближения… чёрт, а время словно растянулось… а потом, когда было практически поздно, нырнул ей под левую руку, тут же схватил за запястье, завёл за спину…

– Ай! – крикнула она, после чего клинок из захваченной руки выпал, я его моментально пнул назад, чтобы она его не подобрала, после чего слегка толкнул её, а сам отпрянул опять на пару шагов.

Разговаривать я не стал. Теперь это можно воспринимать не как бой… а как тренировку. Я ей не рассказывал, что обучение тому или иному виду боевого искусства у меня идёт куда быстрее, будет для неё сюрпризом. Я просто поднял её же меч, покрутил его, приспособился к весу и встал в боевую стойку. Предстояло ещё много раз показать ей, что… нужно больше знания, как наносить удар.

Она вновь рванула ко мне, на этот раз наши клинки схлестнулись, я отразил несколько атак, чтобы понять, с какой силой она бьёт, какой силой вообще обладает… а потом нанёс несколько лёгких ударов сам. Ей удалось их заблокировать, но по панике в глазах становилось понятно, что это был первый раз, когда кто-то атакует её реальным холодным оружием. Смертельным, между прочим. Я в ней увидел одиннадцатого… которого убили в бою. И если там я ничем не мог помочь, то сейчас… сейчас я могу начать передавать свои знания, которые получил так быстро. Но возникло ощущение, что я провёл годы тренировок, отрабатывая те или иные удары.

Но страх постепенно начал уходить. Пришло понимание. Я не старался её убить, не хотел покалечить. Лишь показывал, ударами намекал, как надо делать. Некоторые специально делал вяло, некоторые – слегка неправильно. Но в итоге она начала повторять. Криво. Косо… но появилась… хитрость, изюминка в её атаках. Причём изюминка… весьма специфичная. Она постоянно старалась порезать руки. Запястья. С учётом того, что те места прикрыты броней – такая себе затея. Но если попадёт по пальцам… то вот тут будет беда для её противника. Причём старалась бить специально в обход гарды! Я это даже не замечал поначалу… а потом до меня дошло.

– Умно, – кивнул я ей, снова разорвав дистанцию. – Прочитала где-то?

– Можно… и так сказать, – уже порядком уставшая, она проговорила, положив руки на колени, но долго так не простояла, снова встала в боевую стойку и уже была готова кинуться на меня.

Вот только кто сказал, что только она может наносить первый удар?

Я сделал шаг. В её глазах пролетело понимание. Затем ещё один. Она из боевой стойки быстро перетекла в защитную. Мало чем отличались, но, например, был больший упор на заднюю ногу. Для контратак самое оно. А потом… я нанёс свой первый удар, самый банальный, из моего правого верхнего в левый нижний угол, если предо мной расчертить квадрат.

Потом ещё один удар, на этот раз обманчивый, гардой заехал ей по запястью, рука ослабла, но она никак не дала знать. Следом совершил финт, схватил её руку, а после залетел за спину, приставив к её шее два клинка. Она тяжело дышала. Броня ей явно была не совсем по размеру. Задыхалась даже. Хрипела. И вся взмокла.

Я сделал шаг назад. Потом второй. Третий…

– И-и-и-и… – улыбнулся я, отбросил свой клинок, выкрутил руку и заставил выбросить её клинок, после чего мы в обнимку полетели в фонтан. – Купаться!

И только женский визг был слышен на многие метры вокруг. И слава богам, что после крика последовал заливистый и счастливый смех. Шутка удалась, как и способ отвлечься и разрядиться…

Вот только броня с неё улетела… на том месте, где она ей была мала, я заметил потёртости, затем мой взгляд зацепился за кое-что другое, что было сдавлено кожей доспеха… как-то самопроизвольно применил самоисцеление, которое проецировалось на неё. А дальше… дальше было хорошо, ибо моя туника тоже слетела с моего тела.

Глава 4

Проснулись мы практически одновременно. Сначала во сне завозилась она, пнула случайно меня, из-за чего я проснулся, а потом из-за моего ворчания проснулась и она. В общем… мы были даже рады этому, так как наши тела требовали… большего. И мы им это дали.

Я наслаждался каждым мгновением рядом с ней. Каждым её изгибом, каждым прикосновением. Её пальцы на коже ощущались как лёгкое дуновение ветра, прикосновения к её коже… ощущались как шёлк, бархат. Всё её тело манило, а я не мог сопротивляться. Всё же… мы хоть и не говорили открыто, но какие-то чувства между нами были.

– Может, ещё раз потренируемся? – с самодовольной улыбкой проговорила она, смотря с прищуром на моё лицо, при том что её рука гуляла по моей груди, поглаживая её.

– Скорее всего, банально не успеем, – вздохнул я. – Конечно, рад бы… но нет. Кстати… кожаный панцирь из-за того, что в металле слишком тяжело?

– Угу, – кивнула она. – Пыталась подобрать себе нормальный панцирь из металла… но не смогла, слишком тяжело было. Поясница тут же болеть начала. Поэтому изготовили из кожи, там несколько слоёв, но, сам видел, есть металлические вставки. Защищает немногим хуже нормального панциря.

– Может, тебе ещё что-то подберём, – хмыкнул я. – А если хочешь продолжить тренировки… то пойдём сегодня со мной. Возможно, ты сможешь стать частью нашего отряда. Вот только я не уверен, что командир одобрит… но никто не отменял тренировки в расположении нашей казармы?

– А что, – достаточно хитро улыбнулась она, чтобы понять, что эта идея её соблазнила, – попробовать можно!

Дальше мы снова засобирались. Было принято решение, что поверх туники Ника нацепит всю свою броню, в том числе и шлем, который она вчера предпочла не надевать. Он уже был металлический, что радовало, а также у неё всё же был щит, но почему-то она его решила не использовать. Было и дори, которое, как она сказала, не пришлось ей по вкусу.

Спорить я с ней не стал. У современного гоплита были и меч, и копьё, но всё же копья были… более удобны в применении. Большая длина позволяла иногда практически безнаказанно держать противника на расстоянии от себя. Но ломались они куда чаще, чем мечи. А несколько копий с собой не потаскать, они крайне неудобны, особенно такие, как дори. Метательных ещё можно было пять-семь штук взять… но больше – не очень.

Примерно через тридцать минут мы выдвинулись из дома Ники, на который она посмотрела с сожалением, но некоторой гордостью в глазах. Это было лишь на краткий миг заметно, но всё же не осталось без внимания. Она сделала первый уверенный шаг в будущее, решила открыться, почему она смогла выжить. И, сто процентов, она ещё проявит себя в будущем.

В городе же начало царить какое-то праздничное настроение. Много новых лиц мелькало на улицах, а до меня какое-то время не могло дойти, в чём заключается причина, пока кто-то о ней не крикнул. Те, кто должен был ночью умереть, выжили, а те, кому ещё долгие дни восстанавливаться, готовы рвануть хоть прямо сейчас в бой.

И снова про потраченное впустую время. Да, они не узнают того, кто именно это сделал, пускай благодарят богов, которые частично, как по мне, виноваты в происходящем… но я рад, что удалось несколько сотен человек спасти или помочь им восстановиться.

– Ты бы мог быть героем, – прошептала мне на ухо Ника.

– Они не готовы к такой правде, – строго ответил я ей.

И правда… для них будет слишком сильным ударом, если узнают, что это сделал просто человек. Помня мага, который сжигал их соратников, который открыл врата в другой мир, из которого сотнями вываливались новые монстры… Меня просто могут убить. И я в этом вообще не сомневался. Просто данность, просто факт. Говорят, что пятьсот лет назад были герои, как я сейчас, которые могли и гору перевернуть, и слепцу позволить узреть… но те времена прошли, а в обычном народе слишком окрепли суеверия.

До казармы мы добрались минут за пятнадцать. Всех новостей не узнали, но то, что до нас дошло… уже обнадёживало. Возможно, боеспособность Легиона не так сильно пострадала, возможно, что и город в конечном итоге восстановится. Ведь место удобное: и торговый маршрут не так далеко, и судам нет препятствий, чтобы заходить в местные порты.

Стоило нам зайти внутрь… как мы тут же столкнулись со строгим взглядом царевича. Он стоял буквально около самого входа, скрестив руки на груди. Играл желваками. Буравил нас взглядом. Брови были сведены так, что казались практически едиными. Он был недоволен. Очень недоволен.

– Кто-то умер? – спросила у меня Ника.

– Скорее наоборот, – ответил ей вместо меня Митрокл. – Кто-то, кто должен был велением Мойр умереть… остался жить. И мироздание точно не будет довольно таким вмешательством.

– А может, мироздание этого и хотело? – спокойно парировал я.

– Откуда тебе знать, что хотят показать нам те, кто стоит выше нас? – ещё с большим раздражением проговорил мой командир.

– А откуда вам знать, царевич? – склонил я голову набок. – Мы не знаем, что и к чему происходит вокруг, многого не понимаем и ссылаемся, что на то воля богов. А может, боги просто нам указывают пути, а не строго предопределяют, куда идти? Кто-то узнал?

– Она, – кивнул Митрокл в сторону Ники. – А был запрет.

– Я ей доверяю больше, чем себе, – строго начал говорить я. – И если надо, то в споре «кто прав, а кто нет» готов поставить свою жизнь.

– Которую не так-то просто отнять, – усмехнулся седьмой, точнее уже десятый, который скрывался в тени в этой же комнате. – Успокойся, свежее мясо. Мы тебе благодарны, мне всё рассказали. Но правила нарушать нельзя. Вообще. Таковы законы Спарты.

– Если бы мы так блюли правила, то уже давно бы все сдохли, – строго проговорил я, вспомнив слова отца. – И я уверен, вы слышали эти слова. Я уверен, что вы почитали того человека, который их произнёс. Не так ли?

– А говоришь, памяти нет, – немного расслабился царевич.

– Фрагментами возвращается, – более спокойно произнес я. – Ещё раз спрошу на всякий случай: кто-то видел, как мы бродили и что делали? Кто-то может сопоставить чудодейственное исцеление со мной?

– В паре мест есть свидетели, что ты там с Никой гулял, – кивнул новый десятый. – Но за тот день там прошло очень много народа. Много кто навещал раненых после победы. Так что… скорее нет, чем да. Но слухи точно поползут. Они уже поползли, что среди нас есть посланник божий.

– Так, может, использовать это как оружие? – уточнила Ника. – Мол, боги остались довольны храбростью воинов, поэтому некоторым из них повезло встать на ноги? Но при этом их мощь не безгранична, и они не смогли это сделать со всеми?

– Они всемогущи, – с металлом в голосе произнёс Митрокл.

– Тогда бы они уже наслали молнии на наших врагов, а не стали бы устранять их нашими руками, – тяжело вздохнул я. – Нет, у каждого есть своей предел. Стихийная предрасположенность – тому доказательство. Был бы Зевс всемогущим настолько, насколько вообще можно представить… не было бы богов различных начал. Он был бы един, но он только управляет молниями и возглавляет Олимпийцев. Так что нет. Они не всемогущи, все это понимают и знают. Поэтому… можно смело говорить про это.

– Фемида нас покарает, – вздохнул десятый. – Но, если бы мы были не правы, она бы уже это сделала. Так что… предлагай царю такой вариант. Если он знает.

– Он знает, – тяжело вздохнул царевич. – Но ладно. Сегодня вечером намечается пир… а завтра у тебя кухня. Помнишь, что тебе говорил тысячник?

Я удивился. Меня решили в последний день назначить на такой наряд. Или в этом была такая хитрость? Через столовые проходит великое множество народа, а значит, что и раненых, и больных будет достаточно много. Причём раненых, скорее, лёгких. Ведь многих просто перевязали и отправили туда, где они и должны быть – в расположения своих десяток и сотен.

– Хитро, – усмехнулся я. – Видимо, царь решил воспользоваться ситуацией… и ты решил меня просто проверить?

– На самом деле он был зол сегодня утром, – прикрыл глаза царевич, потерев переносицу. – Но быстро отошёл, подумал примерно в том же ключе, что и вы… и в итоге решил назначить тебя на кухню, а там тебя распределят по разным столовым на раздачу после приготовления. Чтобы масштабы были больше.

– Не слишком щедро? – склонил я голову набок. – Для бойцов. У меня столько энергии на всех не хватит. Она у меня ограничена.

– Применяй умения по своему усмотрению, – дёрнул плечами царевич. – А теперь главный вопрос… что она тут делает?

– Я хотела показать себя, царевич! – села Ника на одно колено, достав меч и поставив его перед собой, уперев кончиком в пол. – Я несколько лет втайне от своих родителей тренировалась искусству вести бой, что мне помогло выжить в день нападения. Не буду говорить, что только это… но часть заслуги лежит именно на моём наработанном опыте. Который, впрочем, вчера моим другом был втоптан в грязь.

– Ты её избил? – гневно глянул на меня командир.

– На ней ни единого синяка нет! – тут же возмутился я.

– Нет, он меня не избил, – мотнула она головой. – Просто показал, насколько моё умение в обращении коротким клинком хуже, чем его. А ведь он только новичок в вашем отряде.

– Очень способный новичок, – глянул на меня десятый. – Судя по тому, что я слышал. В любом случае… дамам не место в нашем отряде. Их никогда не было и никогда не будет среди Чертей.

– Не будь так строг, Мелл, дай ей показать себя, – улыбнулся Митрокл.

– Это глупо, – нахмурился он. – Какую позицию она сможет занять? Одиннадцатого? Если только его. Может, мою, седьмую, но у неё выносливости и силёнок точно не хватит. Плюс доспех… кожа! Несколько ударов, и он развалится на части.

– И всё же я хочу посмотреть на нее, – улыбнулся командир. – Ведь если так изменился один юноша этого города, то что мешает измениться и юной даме родом отсюда же?

Логика его мыслей была ясна. Он надеялся на то, что кто-то ещё будет таким же, как и я. Но не факт, что это сработает… может, я уникален? Хотя бред. В прошлом героев было достаточно много среди тех, кто считался потомком богов. Почему я должен быть единственным в своём роде?

Новое системное задание!

Название: «Инициация!»

Цель: найти способ инициировать женщину из Эллады под именем Ника для увеличения шансов на победу человечества в этой бесконечной войне.

Награда: титул «Инициал», что позволит от каждого, кто будет инициирован с вашей помощи, получать часть силы убитых соперников. Сила уменьшается с расстоянием.

Я улыбнулся. Очень широко улыбнулся. Система… законы… они словно отреагировали на то, что произнёс царевич… и решили подстроиться. Теперь мне нужно придумать, как позволить Нике стать такой же, как и я. Это потребует многих навыков и знаний… или нет? Может, тут что-то другое? Может, я чем-то могу пожертвовать ради этого?

– Он слишком по-идиотски улыбается, – хмыкнул десятый. – Боги послали тебе видение?

– Можно и так сказать, – кивнул я. – Но пока оставим это. Мне интересно другое, вы будете её испытывать или нет? Скажу так… вы точно не проиграете. Ставлю свою силу на это.

– Темнит, – улыбнулся командир. – Но пытается прятать свои козыри. Значит… он что-то знает. Значит… она может стать такой же, как и он.

– Я этого не говорил, – улыбнулся я.

– Но и не утверждал обратного, – одобрительно и с хитростью в глазах посмотрел на меня командир. – Но если бы ты точно знал, как это делается, то сделал бы уже это. Так ведь?

– Можно сказать, – кивнул я.

– Сработает с каждым? – уточнил десятый.

– Точно не сейчас, – отрицательно покачал головой я.

– Проверяем? – посмотрел на десятого царевич.

– Проверяем, – кивнул он, после чего взглянул на деву битвы. – Так. Сейчас идём на оборудованную нами тренировочную площадку за домом. Там мы берём деревянные мечи и щиты. Твоя задача – продержаться пять минут в бою против меня. Я ещё не восстановился, ещё болит много где… так что, у тебя есть все шансы. Раз ты выжила в хаосе первого дня… то и сейчас должна справиться. Не подведи своего друга… свежее мясо.

И после этого слова я улыбнулся. Её уже частично признали. Просто так бы свежим мясом не назвали. И это очень сильно радовало. Значит, что-то их убедило в том, что она достойна быть частью нашего отряда. Правда… тут встаёт вопрос морали и чести, ведь она будет единственной женщиной среди мужчин… но за неё горой встану я. Да и потом… она же будет инициированной, если я пойму, как инициировать. Первой после меня. А это даст ей фору перед остальными, наберётся сил и сможет дать сдачи.

Пока я думал, мы медленно сместились в сторону тренировочного поля. Оба оппонента уже вооружились и встали по разные стороны площадки. Судьёй же выступал царевич, строго смотря на двух бойцов. В Нике, судя по тому, что я видел в его глазах, он не был уверен, да и она показывала себя сейчас слишком слабой… зажатой… испуганной.

Но я только улыбнулся. Вспоминаю, как она так обманула одного придурка, который к ней приставал, а потом вбила ему нос в череп. Умер. Если верить её словам. А там много допущений, из-за которых она сама могла угодить в рабство, откровенно говоря. Но её признали невиновной, так как тот мужик уже несколько раз приставал к девушкам. Причём его уже хотели действительно казнить.

– По моей команде, – смерил взглядом двух бойцов командир. – Три… два… раз… начали!

И тут же десятый рванул навстречу Нике. Та сделала вид, что испугалась, но в последний момент её выдала хитрая улыбка, а сама она ушла в сторону щита Мелла. Повторила мой трюк, но не смогла его завершить, так как враг разгадал её маневр и отпрыгнул в противоположную сторону. Царевич же хмыкнул, кивнув своим собственным мыслям.

Дальше решила пойти в наступление сама воительница. Под прикрытием круглого щита она подскочила к десятому, отразила один удар, после чего ударила сама. Тоже попала в щит, как и её оппонент. Краткое мгновение борьбы, во время которой Ника поняла, что проигрывает в чистой силе, из-за чего снова разорвала дистанцию.

Так они сошлись ещё несколько раз, иногда нападала она, иногда он, но итог оставался закономерен. Столкновение, соревнование в грубой силе, отступление Ники. Но она держалась, а это самое главное. Она показывала, что может драться на уровне опытного, хоть и раненого солдата. Ну и пару вечерних уроков освоила, что радует.

Очередной рывок, на этот раз Мелл решил не церемониться и буквально попытался снести Нику. Та приняла удар щитом на свой щит, моментально осознала, что если она что-то не предпримет, то окажется на земле, а это смерть… после чего она сместила центр тяжести правее, попыталась уйти от удара, но не вышло. Точнее, не в полной мере.

Всё же новый заместитель командира правильно рассчитал свои возможности. Да, ему этот удар дался тяжело, он зарычал от боли, но и достиг своей цели – воительница свалилась с ног, хоть и не в том направлении, как он хотел. Да и ушла она в перекат, мгновенно поднимаясь на ноги, тут же подставляя щит под новый удар, который мог бы закончить этот бой.

А дальше начался настоящий поединок, а не мерило грубой силы. Воительница была более ловкой и прыткой, чем начала активно пользоваться, часто пыталась обойти врага, но чаще всего неуспешно. Мелланипос же, естественно, был более сильным и выносливым, да и сил он своих тратил куда меньше, чем Ника.

Под конец боя девушка начала выдыхаться, руки опускались, а держалась она на одной силе воли. Пот застилал ей глаза, лицо покраснело от натуги, а на лице заместителя уже читалась победа. Он был удивлён, но удивление всё равно было не так явно заметно, как торжество. Он сделал два шага назад, выставил щит перед собой, сплюнул густую слюну, после чего снова рванул вперёд.

Ника уже подогнула ноги, начала уходить в сторону, так как понимала, что прошлый финт не получится повторить… ну а новый Мелл просто считал. Поэтому она сделала то, что посчитала самым верным. Меч был не в самой удобной позиции, чтобы наносить удар по ногам, да и только укол сможет сделать… поэтому вместо того, чтобы начать уходить с траектории удара, она рухнула на колени, сгорбатилась, чтобы уменьшить свой силуэт, а также выставила щит перед собой.

Затормозить её противник не успел. Скорость сбавил, но всё равно влетел. Он её опрокинул, врезал мечом в щит… но и сам перелетел через неё, оставив короткую борозду шириной в своё тело в песке.

– Считаю, что это ничья, – с восторгом в голосе проговорил командир, после чего рассмеялся и захлопал в ладоши. – Добро пожаловать к Чертям, воительница Ника!

Глава 5

Сначала я был удивлён, что её так просто отобрали в Черти. Нет, честно, тут пахло какой-то подставой, не может же быть так просто? Ну, каждый может случайно победить в той или иной драке. Даже дурак. Просто так может быть. Просто Фортуна окажется на его стороне. Поэтому я внимательно наблюдал за всем, что происходило вокруг.

И не зря.

– Сзади! – крикнул я, когда мы только-только вошли в дом, а на Нику моментально набросился командир с хитрой улыбкой на лице.

Не знаю, было ли это элементом проверки, но Ника тут же шарахнулась в сторону, из-за чего Митрокл промахнулся. И при этом наносил он удар уже не деревянным, а боевым оружием. Это заставило меня встать на защиту девушки. Да, с одними кулаками. Да, против вооруженного воина. Но… у меня было самоисцеление, и при необходимости я могу специально напроситься на удар, чтобы начистить морду своему сопернику.

– Какого, командир?! – хотя ответ я знал изначально, но всё равно решил задать этот с виду глупый вопрос.

– Настоящий воин должен быть готов к засаде и не терять бдительности даже среди союзников, – с улыбкой произнёс он. – Она потеряла бдительность… но зато послушала своего товарища. Это… и плюс и минус одновременно. Да и тебя мы до сих пор проверяем… мясцо.

Игра на публику. Он специально пытался вывести меня из себя. Но я только улыбнулся. Хрен ему, а не моя злость. Я просто тоже улыбнулся в ответ, но так и не сместился в сторону, загораживая Нику от его клинка. Если он так сильно хочет испытать её, то ему придётся пройти через мой труп. А это в настоящих реалиях… сложнее, чем кажется.

– Ты же понимаешь, что я даже шага в сторону не сделаю, пока в этом направлении стоишь с оружием в руках? – скрестил я руки на груди, гордо выпятив ту. – Если это тоже своеобразная проверка… то сразу говорю, Нику не предам. Я ей доверяю больше, чем себе. И вам друг друга убить не дам.

– Правильный ответ, – убрал в ножны меч царевич. – А ты, – через моё плечо посмотрел он на Нику, – будь внимательнее. Враг может оказаться где угодно. Нужно быть готовым отразить его удар.

– Ну не в укрепленном и защищённом городе! – воскликнула девушка.

– Где. Угодно. Мясо! – довольно жёстко произнёс царевич.

После этих слов он направился наверх. Остались тут мы втроём. Где были остальные Черти, я не знал, да и не нужны они были, хватило десятого, который смотрел на нас с надменностью и смешливой радостью в глазах. Так и хотелось ему врезать по морде… но я сдерживался.

– Ладно, твой номер одиннадцать, – вздохнул десятый и помотал головой. – Никакого другого ты просто занять не сможешь. Твой напарник – Астер. Ты же в основном лучница. Но это не значит, что тебе не придётся драться в ближнем бою. Твой друг это подтвердит. Кстати, теперь ты его ноша, он будет полностью следить за тобой. Ведь за дамами нужен особый уход, не так ли?

– В каком смысле? – нахмурился я.

– Чтобы к ней не приставали, – более грубо и прямолинейно пояснил Мелл. – Так яснее выразился?

– Я просто отрежу источник мужской силы тому, кто попытается это сделать, – словно из ниоткуда достала ножик девушка, крутанув его в пальцах. – И я сейчас не шучу. Я не из той семьи, чтобы моим телом могли воспользоваться грязные и неотёсанные деревенщины, даже если они ветераны. Понятно выражаюсь?

В её голосе была сталь, холодная и твёрдая. Мелл только довольно хмыкнул и кивнул, после чего начал пояснять про иерархию в отряде. В общем, он рассказывал всё то, что я уже слышал, так что на разговоры их внимания практически не обращал. Внимание проявлял только в те моменты, когда слышал что-то интересное или новое.

Сам же в этот момент начал думать, как можно выполнить системное задание. Как можно инициировать Нику? Времени и ограничений никаких не было, так что это можно протянуть хоть до самой моей смерти. Но оно мне надо? Нет. В моих интересах найти способ сделать девушку сильнее и… усилить таким образом самого себя и весь отряд. Если она получит те же способности и возможности, что и я… отряд усилится многократно. Но, чую, что не всё так просто.

– Я прогуляюсь, – сообщил я им, когда возникла небольшая пауза. – Ник, будь настороже и поглядывай по сторонам.

В ответ воительница только кивнула. Нет, она могла постоять за себя, а обращаться с оружием точно умела. Не дотягивала, конечно, до моего уровня, который я получил за счёт тренировок с Митроклом… но этого хватает, чтобы какое-то время сражаться на равных с более сильными и выносливыми соперниками. Многие, даже юные мужи, позавидовали бы ей.

Я решил прогуляться по тренировочной площадке. Чёрт его знает зачем… но были некоторые мысли на эту тему. Пару раз Нике прилетало, из-за чего проливалась кровь. Немного, она просто её сплевывала, но достаточно, чтобы это осталось заметно даже сейчас. Прошло-то всего минут пятнадцать максимум… хотя там песок…

Но я ничего так и не нашёл, сколько бы ни бродил, ничего дельного не заметил, вот вообще. Но уверенность в том, что кровь – путь к инициации, только крепчала. Когда я начал видеть эти странные символы… мною до этого было пролито много крови. Да я буквально умер! Дважды причём. Так что… и Ника как-то была в этом замешана.

И тут меня осенило. Тот кинжал! Возможно, дело было в нём. Может быть, именно им нужно нанести рану, чтобы инициировать? Не проверишь – не узнаешь. А в случае дефицита информации нужно пытаться его восполнить. Да и что такое одна рана, если я могу её восстановить за счёт своей магии? Правильно – ничто.

Поэтому я рванул в сторону храма, предупредив десятого и одиннадцатую о том, куда я направился. Нас не трогали, давали отдохнуть, так что до вечера никто точно искать не будет. До вечера же мне нужно было многое провернуть…

Мчал по улице я довольно быстро, лавируя между прохожими и патрульными. К слову, первых стало куда больше: начали возвращаться те, кто сбежал во время атаки на город. В основном женщины, мужчин мало… но даже так город казался уже куда оживленнее. Сколько именно вернулось… неизвестно, подсчитать ещё предстоит. Но главное, что уже даже некоторые магазинчики начинают работать, а это говорит о многом.

До храма я добрался примерно минут за пятнадцать. Оцепления тут больше не было, так как и охранять особо нечего. Продовольствие быстро закончилось, ведь столько ртов требовалось прокормить, а новое, по слухам кладовщиков, только-только должны были доставить. Кстати, странно, что Люцус ещё не позвал меня к себе, чтобы начать сортировать вооружение. Возможно, что это будет сегодня ближе к вечеру или сразу после пира… а может, послезавтра, буквально перед самым маршем. Кто знает. Но новых образцов у него точно полно.

Сейчас мне нужен был не сам храм, а то, что находилось за ним – пепелище, которое мы оставили после себя. Если никто сюда не заглядывал, а смысла бродить по этому месту точно не было… то кинжал жреца Асклепия должен быть тут. А если его и нет… то только несколько человек его могли забрать с собой. Даже пара. Царь или его сын.

Я начал перерывать буквально все вокруг, осматривать каждый камешек и каждый уголёк. Но ничего не находил. В принципе, этого следовало ожидать, но моя вера в то, что я прав, каким-то образом усиливалась, словно кто-то давал некое наваждение, подтверждая мои догадки.

В итоге я рванул назад, весь в грязи и оставшейся саже. Часть уже разметало ветром, часть уже впиталась в землю, но огромное её количество всё ещё было поверх. И все на меня смотрели как на какого-то бродягу, один раз даже остановили, но признали своего, из-за чего я смог продолжить свой путь. Бродяжничество у нас не в почёте. Честный труд более ценен.

– Где командир?! – залетел я в прихожую дома, где сидел девятый и натачивал свой меч.

– Ты бы умылся сначала, – брезгливо посмотрел и сказал он. – А так он наверху, как ушёл туда, так и не спускался, судя по тому, что я слышал.

– Ага, спасибо! – улыбнулся я, после чего рванул на улицу.

Умыться следовало. Приходить грязным к царственной особе – верх неуважения. Поэтому нужно было хотя бы с кожи смыть всю грязь. Одежда – дело десятое. Тут ещё можно понять, что её просто не успел поменять, но вот лицо, руки, шея должны быть чистыми, если ты в городе, а не в бою. Гигиена – залог здоровья! Даже через такие тонкости пытались это привить.

Выскочив на улицу, тут же увидел, как Мелл проводит тестирование Ники. Та стояла с луком в руках и весьма уверенно поражала цель за целью. И они уже были подвижными. Даже в какой-то момент мне стало завидно… но потом я вспомнил, что она достаточно долго тренировалась втайне от родителей. Так что зависть как рукой сняло.

Буквально заскочив в фонтан, я быстро смыл с себя всё, что только можно было смыть. Хорошо, что тут есть колодец, из которого мы набираем воду. Все же… фонтан не лучшее место для питья, мало ли какие придурки, например я, решат ополоснуться в нем. А такое в городах, кстати, часто происходило. Для этого в первую очередь фонтаны и ставили.

Выскочив из фонтана, даже толком не просохнув, я помчался сразу обратно в дом. А смысл? Сегодня стояла весьма жаркая погода, так что всё на мне высохнет само. По пути, пробегая мимо, применил своё заклинание, чтобы восстановить руки Ники… ну и десятого до конца вылечить. А почему бы и нет? Ему польза, ей польза, ну а я скажу, что запнулся, заболела нога, а я спешил, поэтому применил… хотя, пошли в задницу, оправдываться ещё.

Залетев в дом, я тут же направился в сторону лестницы, сбив с ног третьего, который тоже оказался тут. Живой, целый, невредимый. Вот только Грек не особо порадовался тому, что я его так сильно толкнул, обругал меня в спину с ног до головы… ну а я снова применил свою магию, чтобы исцелить его. Пускай радуется, что у него такой хороший союзник есть. Кстати, а он-то ещё не знает, наверное, обо мне… ну или командир ему сейчас рассказал.

– Царевич! – залетел я в его кабинет. – У меня есть крайне важный вопрос, на который мне требуется ответ вот прям сейчас!

– Ты бы просох сначала, – нахмурился он.

– Да плевать! – отмахнулся я. – Где кинжал, которым… ну это, меня… тогда в храме?

– Кинжал? – свёл брови мой собеседник, а я было хотел начать объяснять, но Митрокл хлопнул себя ладонью по лбу и рассмеялся. – Он у царя. Тот его себе забрал для какого-то исследования. Ничего точно не скажу… но отец сейчас отъехал из полиса, сейчас в Спарте, вернётся только вечером. Там что-то случилось, что требует его личного присутствия.

– Чёрт! – сжал я кулаки. – Это очень важно. Возможно, что изменит жизнь многих, если повезёт…

– Рассказывай, – снова нахмурился командир.

– Да рассказывать нечего, – присел я на лавочку. – Есть возможность сделать всех такими, как я, но это требует определенного знания или ритуала. Я не разобрался. Скажу так… если это боги даровали мне силу, то они мне и подсказали, что это требуется сделать.

– Именно требуется? – уточнил командир. – А то я во время прошлого разговора только немного поразмыслил на эту тему, но потом отмахнул эту мысль как негодную. А сейчас ты её буквально подтвердил.

– Да, требуется, – более жестко сказал я. – И одна из причин, почему я прошу Нику в отряд: требуется сделать такой именно её, а не кого-то другого. Так-то бы я с радостью и тебя, командир, наделил возможностями, как у меня, и других Чертей… но… выбор богов пал на неё.

– Значит, у них на неё есть особые планы, – со спокойствием отнёсся к сказанному царевич. – Ладно. Давай так. Я сегодня вечером попрошу отца передать кинжал назад, но он, скорее всего, потребует провести ритуал или ещё что-то при нём. Не думаю, что он решит пропустить эту… возможность.

– Хорошо, – кивнул я. – Пускай так. Главное, чтобы кинжал оказался у меня в руках. Я вот чувствую, что он должен быть… частью всего этого. И мне что-то подсказывает, словно кто-то шепчет, что таких кинжалов по всей Элладе около двадцати четырёх штук.

– Не буду спрашивать, откуда ты это знаешь… ты и так странный до невозможности, – сморщился командир. – Так что поверю тебе на слово. Двадцать четыре… хм-м-м…

Царевич встал и подошёл к карте, которая висела у него за спиной, тут же пробежался по ней руками, ткнув на определённые точки на ней. Я их тут же узнал. Храм Зевса, Храм Посейдона, Храм Геры, Храм Ареса… и так далее. Он перебрал храмы всех богов и титанов, которые были на стороне Олимпийцев. Всех. Итого я насчитал около тридцати шести выделенных точек. Даже, может, больше, на некоторых он только останавливался на миг.

– Так, смотри, – повернулся ко мне царевич. – Тот кинжал, что мы обнаружили тут, находился в Храме Асклепия, так?

– Так, – кивнул я. – Он не считается Олимпийцем, а богом-покровителем, – тут же сообразил я.

– Именно. Значит, любое божественное существо, которое было на стороне людей, оставило после себя такое оружие… – задумался царевич. – От тридцати шести до пятидесяти. Давай начнем с малого. Олимпийцы: Зевс, Гера, Посейдон, Афина, Аполлон, Артемида, Арес, Афродита, Гермес, Гефест, Деметра, Гестия, Дионис. Итого тринадцать. Как нас. Но ты уже ранен кинжалом Асклепия, назовём его так…

– А может, они перепутаны? – нахмурился я.

– Не исключено, – дернул плечами царевич. – Дальше… боги подземного мира, тоже, в общем, за людей, ибо мы им нужны в посмертии. По ним пройдусь только по самым знаменитым, которых, так или иначе, почитают и вспоминают, иначе список может быть огромен. Да и по последующим так же… Итак, они: Аид, Персефона, Геката. Трое. Итого уже шестнадцать. Дальше, персонификации природных сил: Немезида, Ника, Гипнос, Эрос, Ирида. Пятеро. Суммарно двадцать один. Морские боги: Амфитрита, Тритон, Протей. Двадцать четыре. Боги-покровители: Асклепий, Пан, Геба.

– Двадцать семь, – продолжил счет я, когда царевич отвлёкся на какую-то бумажку. – Могу считать я, если требуется.

– Нет, нет, – мотнул он головой. – С титанами и титанидами вечно проблемы. Прометей, Эпиметей, Темида, Океан. И не забываем Урана и Гею. С титанами спорно… но не стоит отрицать, что и оружие в их честь может быть. И не факт, что кинжалы.

– Итого… тридцать три, – хмыкнул я. – А говорил о тридцати шести. Или не всех вспомнил?

– Думаешь, всех упомнишь? – улыбнулся царевич. – Не настолько я уж и верующий, чтобы всех богов по именам запоминать. Хорошо, хоть этих вспомнил. А так… Эрида ещё есть. Дике, Гигея… Фобос и Деймос. Но те вряд ли помогут нам в войне. Скорее нашему противнику… хотя они союзники Ареса.

– Так, – хлопнул я в ладони. – Давай составим полный список всех, кого только можно. Вообще всех. Тринадцати Олимпийцев… или двенадцати. Там же вроде с Дионисом интересная история.

– С ним будем считать, – кивнул царевич. – Тринадцать…

– Ну и потом все боги подземного царства… ну и далее, – хмыкнул я. – Найдём все точки, где может быть их оружие… и совершим поход. Может, правда нам откроется, почему твари решили прорваться в наш мир.

– Звучит как план, – изобразил улыбку царевич. – Только Легион для этого не дадут. Глупо звучит. Придётся несколько единиц оружия найти самостоятельно, чтобы убедить отца в том, что это потребуется. Но… это точно не будет нашей приоритетной целью. Плюс… сам понимаешь, это только наши догадки.

– Но они могут быть правдивы, – улыбнулся я.

– Могут, – согласился со мной он. – Но сейчас точно не об этом. Иди тренируйся с одиннадцатой. Тебе тоже не помешает подтянуть навыки, мясцо.

Я кивнул, ударил себя кулаком в грудь, после чего развернулся и направился вниз, на выход. По сути, мы могли сейчас слишком сильно перемудрить в своих домыслах, а могли действительно наткнуться на истину. Если тот кинжал – наследие Асклепия… то значит, что боги хотят нам помочь в том или ином виде. Они не имеют права влиять на наш мир прямо, чтобы само мироздание не рухнуло. Но оказывать некую поддержку… почему бы и нет? Они же даруют свои благословления тем, кто в них нуждается.

Но пока хватит об этом. Сейчас нужно действительно тренироваться. А вечером будет пир!

Боги и их союзники

Олимпийские боги (12–13 основных)

Традиционно выделяют 12 главных богов, но в разных источниках состав варьируется:

Зевс, Гера, Посейдон, Афина, Аполлон, Артемида, Арес, Афродита, Гермес, Гефест, Деметра, Гестия;

Иногда Гестию заменяют Дионисом, включая его в пантеон.

Хтонические божества (связанные с подземным миром и смертью):

Аид – владыка подземного царства (иногда считается «старшим» богом, но не входит в олимпийский пантеон);

Персефона – богиня весны и царица подземного мира;

Геката – богиня магии, перекрёстков и потустороннего мира;

Танатос – олицетворение смерти;

Гипнос – бог сна (брат Танатоса);

Эринии (Мегера, Тисифона, Алекто) – богини мщения.

Боги природных сил и стихий:

Нерей – морской старец, бог спокойного моря;

Протей – морское божество, способное менять облик;

Тритон – сын Посейдона, вестник глубин;

Амфитрита – супруга Посейдона, богиня моря.

Борей, Зефир, Нот, Эвр – боги ветров;

Эос – богиня утренней зари;

Селена – богиня Луны;

Гелиос – бог Солнца (иногда отождествляется с Аполлоном);

Геспер – бог вечерней звезды.

Персонификации абстрактных понятий:

Ника – богиня победы;

Эрос – бог любви (в ранних мифах – первородная сила, позже «омоложён» до сына Афродиты);

Немезида – богиня возмездия;

Мойры (Клото, Лахесис, Атропос) – богини судьбы;

Дике – богиня справедливости;

Эрида – богиня раздора;

Ирида – богиня радуги, посланница богов;

Гигиея – богиня здоровья;

Фобос и Деймос – боги страха и ужаса (спутники Ареса).

Боги-покровители и культурные фигуры:

Пан – бог дикой природы, пастухов и стад;

Асклепий – бог медицины (сын Аполлона);

Геба – богиня юности, виночерпий богов;

Гименей – бог брака;

Музы (9 сестёр) – покровительницы искусств и наук (Каллиопа, Клио, Эвтерпа и др.);

Грации (Хариты) – богини красоты и изящества.

Другие значимые второстепенные боги:

Приап – бог плодородия;

Морфей – бог сновидений (сын Гипноса);

Харон – перевозчик душ через реку Стикс;

Эол – повелитель ветров;

Энио – богиня неистовой войны (спутница Ареса).

Титаны-союзники

Прометей

Сын титана Иапета и Климены.

Помогал Зевсу, предсказав, что победа будет за олимпийцами.

Позже подарил людям огонь, вызвав гнев Зевса.

Эпиметей

Брат Прометея, также сын Иапета.

Не участвовал в войне на стороне Кроноса.

Известен как создатель животных и супруг Пандоры.

Темида (Фемида)

Титанида, богиня правосудия и порядка.

Стала советницей Зевса после победы.

Мать Мойр (богинь судьбы) и Гор (богинь времён года).

Мнемосина

Титанида памяти.

Не воевала против олимпийцев.

Стала матерью девяти Муз, рождённых от Зевса.

Океан

Титан, олицетворявший мировую реку.

В некоторых версиях сохранил нейтралитет, в других – поддержал Зевса.

Его супруга Тефида (титанида моря) также не участвовала в войне.

Спорные или нейтральные фигуры

Рея

Мать Зевса, Посейдона и Аида.

Помогла Зевсу свергнуть Кроноса, спрятав его на Крите.

Не участвовала в войне напрямую, но симпатизировала олимпийцам.

Гелиос и Селена

Дети титанов Гипериона и Тейи.

В некоторых мифах сохраняли нейтралитет.

Позже Гелиос (Солнце) и Селена (Луна) стали почитаться как божества, но не входили в число титанов-союзников.

Глава 6

Для меня тренировка была скорее закреплением навыков. Да, мышцы что-то уже запомнили, рефлексы имелись, но, чтобы довести всё до «условных», требовалось время. Ну и Нике требовалась живая мишень. Так как пленных или рабов, приговорённых на смерть, не было, пришлось этой мишенью побыть мне. Опыт незабываемый.

Присоединился я ещё во время стрельбы из лука, также решил чуть пострелять, закрепить ранее освоенное. И не зря. Пару моментов подзабыл, хотя времени прошло не так уж и много, но упущенное наверстал быстро. Плюс поделился с Никой парочкой советов, которые ей могли помочь. Мелочи, но точность её стрельбы повысилась.

Дальше начались базовые тренировки с копьём. База всегда важна. База – основа для всего. Знаешь базовые навыки, понимаешь, как крутить-вертеть оружием – сможешь развиваться дальше. Ну или сможешь понять, что попытается сделать твой противник. Как минимум из-за этого требовалось подтягивать такие навыки до… минимально необходимого уровня.

Тогда мы ещё стояли напротив манекенов. И десятого я слушал, словно в первый раз всему обучался. Куда надо колоть, как копьём вспарывать, как правильно ставить его, чтобы останавливать бегущего или давящего противника. Мелочи, о которых я вроде как догадывался, но не знал. И я был рад, что моё понимание подтвердилось и в какой-то степени утвердилось. Ну и копьё в каком-то смысле проще и сложнее глефы. Длиннее, достать противника можно с большего расстояния, но в ближнем бою, в отличие от выбранного мною оружия, проигрывает тому же мечу. Глефа за счёт возможностей перехватов, манеры использования, если и не считалась равной мечу, то точно уступала не так сильно. Я бы поставил моё оружие где-то посередине между копьём и мечом. Но… просто так ею точно махать никто не сможет. Действительно сложно. Просто копьём и просто мечом куда проще.

После того как основные удары были отработаны на манекене, Ника начала тренироваться на мне. А так как я владел магией… то десятый, с моего, конечно же, дозволения, разрешил ей использовать боевое оружие против меня. Я, конечно, был не просто стоячей мишенью, но и весьма активно сопротивлялся. Плюс, был в броне. Моей броне. Друг другом… а своё здоровье – это своё здоровье. Мне Ника его не поправит в случае чего.

Поначалу девушка действовала весьма робко, из-за чего каждый её удар был медленным, неуверенным. Я спокойно отбивал её атаки, наносил лёгкие тычки в ответ. Лёгкие, но стремительные, из-за чего воительница чуть ли не падала. Правда, у меня в руках было деревянное копьё, но не суть, даже им получить в рёбра было не самым приятным удовольствием. Но даже этих тычков временами было недостаточно. Приходилось пропускать Нику мимо себя, после чего специально плашмя бить по её упругим… ягодичным мышцам. Вот это её дразнило весьма сильно. В итоге она начала действовать всерьёз, за что уже я поплатился.

Удары приходились теперь не только в грудь, куда попасть было довольно сложно, из-за моей подвижности и понимания, как защищаться. По рукам чаще, куда чаще. Она начала использовать ту же манеру нанесения ударов, что и при владении мечом. Не можешь побороть противника в грубой силе? Лиши его возможности использовать эту грубую силу. И она пыталась. Несколько раз пронзила мне предплечье, один раз чуть не отрубила пальцы, но чаще всего страдали плечи, те, которые от плечевого сустава до локтевого сустава. Трапецию и щиколотку она не трогала. Там была та же броня.

Первый такой тренировочный бой продлился минут десять. Ника быстро уставала, из-за чего ей приходилось делать перерывы. Я же из-за своей возросшей силы чувствовал себя достаточно бодрым и уверенным. Да, вспрел немного, появилась лёгкая одышка, но в общем я чувствовал себя достаточно бодро и весело. Мне даже нравилось тренировать её. Не нравилось страдать. Ненавижу быть манекеном…

– Так, – хлопнул несколько раз ладонями десятый. – Теперь нормальный бой. Полная защита. Астер, ты используй обычную броню, а не свою усиленную. Ника… тоже бери металлический панцирь. От твоей кожи эффекта не будет, если укол окажется таким же сильным, как в нормальном бою. Иначе – убьют.

– Но я в ней устану практически за мгновения… – удручающе произнесла она. – Как быть?

– Либо тренировать свою выносливость, либо проваливать из состава Чертей, – буднично произнес Мелл. – Наши правила строги. Да, ты понравилась командиру. Да, у тебя есть понимание и навыки. Да… ты можешь стать нашей изюминкой, первой легионершей нашего Легиона, если так можно сказать. Но в бою ты будешь полноправным бойцом, а не идолом, который надо охранять, не стягом, который развевается над головами бойцов. Ты будешь тем, кто лишает врага жизни. Прикрывать будут так же, как и обычного бойца. Поняла?

Довольно строго на самом деле. Но либо так, либо никак. И я это понимал. Поэтому подошёл к заместителю командира и кое-что шепнул ему на ухо. Был выход из ситуации. У Люцуса была броня, которая носителем чувствовалась легче. Как раз её случай. Для неё это будет настоящим спасением. Дал бы свою, но она ей будет сильно велика. Поэтому придётся ей, если идея будет одобрена, идти к кладовщику и подбирать из имеющегося необходимый ей размер. Но в груди точно жать будет… панцири не для девок, как говорит легионерский кузнец, создают. Воевать – мужская работа.

– Потом, завтра обязательно сделаем, – кивнул десятый. – Как раз можно будет после битвы сходить и проверить новое. И тебе для твоего наряда нужно будет отобрать всё, что там есть.

– После той бойни, – ужаснулся я. – На это вообще уйдёт пару дней точно! Вы понимаете, сколько магических трофеев было захвачено?! Да я сдохну быстрее, чем за пару часов отберу всё то, что там есть.

– Увы, – дернул плечами Мелл. – Приказ командира. А наряд, наверное, отменят. Или перенесут на более поздний срок, так как понимают твою ценность. Хотели отправить сегодня, но не получилось, так как там всё ещё доносят всё, что было добыто в бою. Действительно много. Легион целиком не экипировать, но вот тысячу целиком уже можно будет.

Я тихо выругался, после чего присел на лавку, так как Ника ушла переодеваться в полностью металлическую броню. На самом деле услышанные новости меня не радовали. Вообще. Опять несколько дней ничего не делать, грубо говоря… или делать? Я же имею исключительное право подобрать себе кое-что более интересное.

– Ладно, – помотал я головой. – Склад так склад.

После этого снова был бой, но на этот раз достаточно серьёзный. Нике было тяжело двигаться, ну а я не хотел поддаваться. Десятый хотел преподать урок, жёсткий и довольно жестокий. За всё приходится платить. За честь и славу – трудом. За защищённость – неудобством и лишним весом. А ещё больной спиной. Помню, как у меня ныла поясница после первого боя…

Удары были в основном банальными, мы осторожничали, хотя у меня копьё было целиком из дерева. Каждый наш удар был выверенным. Каждый наш удар был точным. И девушка действительно пыталась хитрить, пыталась обманывать. Но каждый раз я выкручивался из-за новых условий для неё. Броня внесла свои коррективы. Поэтому я или отбивал её удары, или просто отскакивал в сторону, но и она не отставала, весьма активно первое время противодействуя мне.

В конечном итоге она устала, но не сдавалась. Упрямство – её достаточно сильная черта. Довольно часто она полезна… но нужно уметь признавать поражения. А она этого, видимо, не умела. Могла подстроиться, могла подыграть, но именно быть в проигрыше – не в её характере. Поэтому пришлось наносить укол так, чтобы он прошёл между её ног на уровне коленей, а потом делать рывок в сторону и вперёд. Копьё сработало как рычаг Архимеда… и Ника просто рухнула. А следом я просто подставил кончик надломанного копья к её шее.

– Убита, – с лёгкой одышкой сказал я, посмотрел ей в глаза, но не увидел там упрёка, не увидел злости, только благодарность, только уважение.

– Спасибо, – не двинулась она. – Признаю, проиграла. Спасибо, что не поддавался. А теперь… может, поможешь даме встать?

Отбросив повреждённое тренировочное копьё в сторону, я протянул ей руку. Она тут же схватилась, и я дёрнул её на себя, после чего она «запнулась» и повисла у меня на шее. В её глазах играл огонёк, она явно тянулась к моим губам, внутри что-то себе надумала… но сейчас точно было не место и не время для этого, как бы романтично это ни выглядело.

– Так, потом понежитесь, – только подтвердил мои помыслы десятый. – Тут есть купальни. Оба туда. Астер, отвечаешь за то, чтобы никто нашу одиннадцатую не побеспокоил, только потом уже можешь помыться сам. После этого готовьтесь к пиру. На тринадцатого одежды есть, а вот на вас, уважаемая высокородная, нет. Так что прошу найти себе одежды. Вы сегодня будете сидеть с нами.

– Это будет фурор, – усмехнулся Агамемнон, который выглянул из окна второго этажа. – И ведь я видел, как она дралась. Большей части опытных бойцов даст фору. Чую… что она многое недоговаривает.

– Агамемнон? – нахмурилась девушка. – Из Спарты?

– Он самый, – кивнул он. – А ты меня знаешь?

– Моя мать вас знала, – улыбнулась Ника. – Вы были сыном брата моего деда. Можно сказать, дядя… но слишком далёкая связь. Но всё равно рада видеть кого-то хоть немного родного после произошедшего. Вы похожи на моего деда, кстати.

– А я не знал, что у меня в дальних родственниках есть высокородные, – рассмеялся восьмой. – Да, у меня отец был знаменитым, но он никогда не говорил про племянника, который достиг ранга Советника. Хотя… мой брат был младшим в семье и всегда был воином. На политику ему было плевать, как и мне, в общем-то. Но не суть. Приятно познакомиться, юная Ника.

– И мне, – сделала она медленный и почтительный поклон головой. – Рада, что вы подтвердили мои слова. Да, брат моего деда был младшим. На пятнадцать лет, если быть точнее. Поэтому и между нами не такая большая разница в возрасте. Если не ошибаюсь… то вам должно быть около двадцати восьми лет.

– Двадцать семь, – улыбнулся он. – Почти угадала. И ведь не зря высокородная не только по рождению, но и по признанному статусу… голова точно на плечах. Ладно. Идите, отдыхайте и готовьтесь. Я так же присмотрю, чтобы никто к вам в купальню не заходил.

Это был достаточно жирный намёк, из-за чего девушка засмущалась, а я только недовольно покачал головой, опустив её и уперев руки в бока. Но в конечном итоге мы направились в дом, в дальнее крыло, где мы спокойно сбросили с себя тяжёлую броню и заперлись за довольно массивной дверью. Точнее, сначала заперлись за массивной дверью, а потом уже разделись… но это нюансы.

На этот раз наши роли, можно сказать, поменялись. На этот раз за девушкой ухаживал я. Она без дрожи даже руку приподнять не могла. Из-за этого смеялась, из-за этого чувствовала себя неловко, но она даже голову не могла нормально ополоснуть, не говоря уже о том, чтобы волосы промыть. В любом случае… мы задержались. Правда, не так надолго, как рассчитывалось мною.

Остаток вечера мы провели в библиотеке. Просто старая привычка. Тут было довольно много свитков, которых мы раньше в глаза не видели, из-за чего жадно вгрызались в каждую букву. И за чтением время пролетело весьма незаметно. Когда начало вечереть, а первый объявил о сборе через час, пришлось и нам собираться.

Сначала переоделся в подготовленную одежду я. Это были красные тканевые одеяния с литерами йота и гамма, которые заканчивались чёрточкой. Иначе – тринадцатый или тринадцать. На всякий случай прошлись по дому, чтобы понять, что именно это означало. И в итоге просто тринадцать, как член отряда, у всех один и тот же номер. Одежды были специально пошиты, на Нике бы смотрелись как мешок, но всё же принесли в дом именно тринадцать комплектов.

– Мне проще это немного подшить, – спокойно сказала девушка, найдя самый маленький размер. – Да, на мужскую фигуру… но это же тряпьё, которое довольно легко подогнать.

– Много времени понадобится? – уточнил я.

– Да не больше двадцати минут, – усмехнулась девушка. – На правом бедре распороть, грубовато подшить, в талии, наоборот, ушить… пояса не полагается, так что придётся пропускать шнур… кожаный… у меня есть такой, кстати. Весьма хорошо подойдёт под получившуюся одежду…

В своих раздумьях девушка покинула меня, запершись в комнате. Откуда у неё принадлежности для пошива одежды, я даже думать не хотел. Есть и есть. Мало ли, кто чем увлекается. Для девушек, к слову, это весьма банальное увлечение, так что удивляться тут нечему. Но то, что она уже успела это перенести сюда… удивляет. Или ей кто-то по её просьбе перенёс? Возможно, во время моего отсутствия попросила командира, а тот выполнил её просьбу.

Но Ника не обманула: вышла из комнатушки, которую, как оказалось, выделили чисто для неё, практически ровно через двадцать минут. Тоже была одета в красное уже практически платье, не знаю, как такое назвать, с теми же литерами. Она его умудрилась практически идеально подогнать под себя.

– Всегда знал, что женщины – колдуньи, – с прищуром и наигранной осторожностью проговорил первый, который только-только подошёл. – Вот как так быстро она смогла это сделать? – обратился он ко мне. – Я недоумеваю, как минимум!

– Я тоже в шоке, – улыбнулся я, на что меня одарили счастливой улыбкой, но я повернулся в сторону командира, решив уточнить. – Выдвигаемся строем? Или идём просто группой, организованной толпой?

– Второй вариант, – сморщился командир. – Строй, тот или иной, хорош в бою. А, прошу прощения за грубость, задрачивать подчинённых всей этой ерундой, которую придумывают некоторые тысячники в повседневной деятельности… я не собираюсь. Мы все люди, а не машины.

Я и до этого уважал Митрокла, который сын самого царя, но сейчас уважения стало ещё немного больше. Он точно заслуживал того, чтобы к нему так относились. Да, с большой толпой воинов такое не прокатит, только с группой своих… но даже так… не каждый командир на такое решится.

– Через десять минут выдвигаемся, спускайтесь, – похлопал он меня по плечу. – Но возьмите с собой мечи. Это уже приказ царя. Пить много никто не позволит, а к нападению нужно быть готовым.

– Весьма разумно, – хмыкнул я. – Вот только меч против копья… такая себе идея на самом деле.

– Один на один – самое то, – ответил он, уже уходя. – А по словам выживших горожан, твари как раз появляются одни. Да и охраны будет много…

Больше он ничего не говорил. Ну а про охрану я знал. В основном туда входили те, кто не принимал участия в бою, позволяя отпраздновать тем, кто сражался. Плюс сотни вторых и третьих рядов, которым также не пришлось проливать кровь в битве, были выделены под это дело. В общем… врасплох нас не застанут, что радует.

Вообще, в доме сейчас было оживление. Нас хоть и было сейчас одиннадцать из тринадцати, но то тут, то там мы с Никой натыкались на снующих бойцов нашего отряда. Но больше всего позабавили два близнеца, которые решили скрасить время за дружеским поединком на деревянных мечах. Своеобразный способ провести время с пользой перед праздником. Но не мне этих людей жизни учить. Я для них всё равно буду оставаться свежим мясом, даже если буду в разы сильнее. Ибо… традиции, чтоб их.

Через пяток минут в коридоре перед выходом собрались все члены отряда. Кто-то ещё подхрамывал, кто-то потирал больные места, так что… я сделал то, что посчитал нужным, – излечил окончательно всех, кто тут присутствовал. Даже если ещё не все знали о моих навыках, то время скрывать их прошло.

– Ого, – вытянулся Грек. – И ничего не болит…

– Спасибо, – посмотрел на меня четвертый, который общался с кем-то насчет меня. – Вот теперь точно ничего не болит. Наконец-то…

– Опять магия? – уточнил десятый.

– Угу, – кивнул я. – Нечего легендам Легиона ходить и хромать, тереть больные места и вообще каким-то образом показывать слабость. Нам ведь ещё горы сворачивать.

Кто-то заржал, кто-то понимающе кивнул, кто-то похлопал меня по плечам. Но, в общем, все были только рады тому, что я сказал и сделал. Ну а последствия… внутри отряда я имел право это делать. Не обязан, но мог. Так почему бы и не помочь своим? Они потом лучше будут относиться. Потом помогут с большей, куда большей вероятностью, когда я их попрошу.

А время просьб точно ещё придёт… Я ведь высокородный. В обычных бойцах точно засиживаться не буду!

– Выходим! – прервал мои мысли командир, появившийся в последний момент.

Глава 7

По улицам города, когда шли, мы обращали на себя достаточно много внимания. И не из-за одежды, которая была так похожа, не из-за того, что мы вообще те самые тринадцать из Легиона. Нет. Просто из-за того, что в такой же одежде среди нас шла девушка. Это был фурор, это производило впечатление на всех. Такого в истории, по крайней мере по словам бойцов нашего отряда, не происходило ни разу.

Ника при этом мастерски не обращала на всё происходящее вокруг никакого внимания. Она и так часто испытывала нападки от сверстниц просто из-за того, что к ней было приковано слишком много внимания со стороны парней. И сейчас она просто шла и игнорировала все свисты, все оскорбления, а они были, просто всё, что доносилось до нас. Пару раз, кстати, близнецы скручивали придурков, которые решались показать, что она недостойна быть легионером, так как женщина слабее мужчины.

– Идиоты, – пробормотал пятый, отряхивая от дорожной пыли своё одеяние. – И где такие только рождаются?

– Знаешь где, – гоготнул второй брат, а остальные члены отряда только поддержали его.

Дальше… всё было практически то же самое. На царевича никто и ничего не говорил – боялись, уважали. А вот на меня и Нику нападки были постоянными. И если братья один раз скрутили, то я несколько раз врезал. Нельзя проявлять слабость. Сожрут. Мы для всех свежее мясо. Для всех.

Один раз даже Нике пришлось показать своё мастерство в единоборствах, перекинув через бедро какого-то слишком наглого и нажравшегося воина. Тот даже не понял, что произошло. Вот он стоял, а вот лежит. А следом она его отправила спать, приложив хорошенько по голове своей нежной ножкой.

– Что? – поймала она на себе удивлённые взгляды. – Как думаете, сколько раз за всю жизнь меня пытались изнасиловать, даже невзирая на то, что я была дочерью одного из Советников?

Никто вопросов не задавал. Ответов тоже не предоставлял. Важен был контекст, а он в данном случае был максимально прозрачным. Девушка тоже сейчас работала на репутацию, показывала, что умеет за себя постоять, а не куколка, которой требовалась постоянная опека. Она может быть не только девушкой, но и жестоким воином при необходимости. Именно это она доносила, именно это она показывала. И, чёрт возьми, у неё это прекрасно получалось! Даже царевич посмотрел на неё разок с уважением.

Когда мы прибыли на главную площадь, которая раньше была завалена всяким хламом, который притащили сюда сатиры и кентавры во время нападения, то сразу заметили разделение. Первая часть – общенародная, так сказать. Там выставлялись столы, на которых выкладывались блюда с фруктами и мясом, разливалось разбавленное вино. А вторая… царская. Там были столы царя и тысячников. И всё. Только они имели право восседать на таких мероприятиях. И никто не возражал.

Соответственно, царевич входил в круг тех, кто имел право сидеть подле царя. Было на то две причины… Одна логичная – он его сын. Кому, как не ему, сидеть рядом, показывая, что он готовится стать новым лидером? Вторая причина – он командир Чертей. Вроде и что-то вроде десятника, но он всегда на острие атаки. Элита, которая сама взращивает своих воинов, если требуется.

Сама же общественная зона никак не делилась. И это было на самом деле хреново. Драк было не избежать. Кто-то захочет присесть, кому-то не понравится компания, кто-то просто сам по себе будет буйный… в общем, будет весело. Конечно, этого всего надо попытаться избежать, но если начнётся, если на меня, на Нику или отряд начнут лишнее наговаривать… то сдерживаться я не буду.

Мы прибыли не первыми, но одними из первых точно. Встретили хоть тут нас достаточно радостно, вместо гнева из-за девушки-легионера были удивление и восторг. Ну, больше всего вопросов доставалось именно царевичу: почему именно она встала на роль одного из бойцов летучего отряда, а не кто-то из героев других подразделений.

– Вам показать, как она сражается? – с хитрецой в глазах и голосе спросил он, смотря, видимо, на сотников и десятников других подразделений, парочку мне удалось узнать.

– Честно, – глянул, видимо, сотник, в волосах которого уже проглядывалась седина, а лоб начал покрываться морщинами, хотя смуглая кожа успешно их скрывала, – я бы хотел оспорить её мастерство. Уж слишком спорное… решение, Митрокл.

– Я думаю, она продемонстрирует, на что способна, ведь так, Ник? – развернулся он к ней лицом, ну и заодно ко мне, так как девушка стояла именно возле меня.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.