Алексей Широков
СССР 2010. Каждому по труду!

Глава 1

– Значит, звери-энергеты встречаются достаточно часто? – Я откинулся на переднем кресле служебной «Волги-3105» и с комфортом вытянул ноги. – Почему тогда об их опасности не информируют население?

– Я бы не сказал, что часто. – Илья Демидович не отводил взгляда от дороги. – Но бывает, да. Учёные говорят, что последнее время есть устойчивая тенденция к росту количества, однако даже в этом случае зверь ранга Кандидата огромная редкость. А те, кто надо – те в курсе. Те же лесники, геологи и прочие.

– Тогда почему здесь так… – Я мысленно подобрал наиболее приличное слово, хоть это было непросто. – Облажались? Два зверя, да ещё с семьями, плюс Источник? Как можно было этого не заметить?

– Человеческий фактор, – поморщился капитан, сжимая руль так, что он жалобно заскрипел. – Один понадеялся на другого, тот на первого, в итоге, чтобы свой промах закрыть, соорудили подлог. Мол, а что такого, места там обжитые, народу постоянно куча шатается, Мошковская лесная дача довольно известна в городе и среди охотников, и среди грибников. Плюс рядом много других дачных посёлков, всё-таки Иня – популярное место для отдыха. Раз не было сигналов, так чего волноваться? Козлы!!!

– Погоны полетят? – Я, наверно, впервые видел Илью Демидовича в такой ярости. – Или сразу головы?

– К счастью, трагедии удалось избежать, – немного расслабился комитетчик. – Но уже пятерых сняли и понижением в звании выпнули на севера. Будут белых медведей охранять. Впрочем, скорее всего, их ни до чего серьёзней земляных червей уже не допустят. Или даже серьёзней брюквы.

– Кстати о брюкве. – Я давно хотел поговорить об этом, но всю неделю знакомые кагэбэшники были заняты, носясь как угорелые по Мошковской лесной даче и окрестностями, то отлавливая семейство кабанов, то выселяя владельцев дач, и пообщаться нам никак не удавалось, тем более что картошку для меня никто не отменял, а тут как раз появилась возможность. – Я правильно понимаю, что, если есть животные-энергеты, значит, должны быть и растения тоже. А также разные полезные и не очень ископаемые, особенно вблизи источников и… наверно, мест прорывов. Верно? И простейшая логика говорит, что из всего этого просто обязаны получать какие-то полезные… эликсиры, назовём это так, и различные прибамбасы, типа амулетов или что-то такого. Я прав?

– Да, есть и такое, – кивнул Тихомиров, ничуть не удивлённый моими выводами. – Но сам понимаешь, эти вещи тоже широкого хождения не имеют. Во-первых, слишком мало специалистов, умеющих с ними работать, ну а во-вторых, обычному гражданину чаще всего ничего из этого просто не нужно. Особые материалы? Так у нас и обычных хватает, вон ты сам какой-то пластик придумал из конопли делать.

– Но, по идее, насыщенные энергией, они должны приобретать какие-то новые свойства. – Я и сам понимал, что область применения таких материалов должна быть особенной. – И их можно использовать в той же космической промышленности или, например, в производстве микропроцессоров.

– Не считай других глупее себя, – хмыкнул капитан. – Над этим целые институты работают. Проблема в том, чтобы получить устойчивый результат с одним и тем же материалом. Тем, где это получилось, уже ищут применение, но где именно – не знаю. Особо не интересовался.

– Ладно, тут согласен. – Я, в принципе, примерно так себе это и представлял. – А что насчёт тех же лекарств? Ведь должны же были создать что-то на основе энергонасыщенной травы. И, опять же, амулеты. Ну, такие типа магические штуки, брелоки разные, брошки, кольца, которые могут воспроизводить заложенную технику или дают какие-то возможности. Этого ничего нет, что ли?

– Лекарства есть, при необходимости вполне возможно выписать, не все, конечно, многие простому человеку будут даже вредны, поэтому их получают специалисты-энергеты на особо ответственных постах. – И опять Илья Демидович не стал прикрываться секретностью, а начал спокойно объяснять: – Например, пограничники в обязательном порядке снабжаются капсулами от усталости и экстренными спецаптечками. Мы тоже, правда, у нас снабжение посерьёзней, тут и лекарства, и оружие, и защита. По-другому бывает с пришельцами, оттуда просто не справится. То, что ты называешь амулетами, – энергетические устройства отложенного воздействия, тоже выдают тем, кому положено. У меня вот есть парочка. Что делают, сказать не могу, уж извини. Пусть на тебе подписок как блох на собаке, но правила есть правила.

– Про собак не надо, на нормальных блох не бывает. – Я улыбнулся, вспоминая Найду и её семейство. – А… можно мне щенка?

– Честно? – вздохнул Тихомиров. – Хрен его знает. Там сейчас и за собак, и за свиней, и за дачи такая рубка начинается. Наш институт исследования энергий, московский, ленинградский, томский, сталинградский… и это только те, что на этой неделе приехали. Остальные письмами завалили, работать некогда было, только бумажками занимался.

– Ну, ты сам хотел повышение, так что терпи. – Я не сдержал ехидства. – Когда майора-то обещали?

– К седьмому ноября приказ будет, как обычно. – Мысли о новом звании немного примирили Илью Демидовича с реальностью. – А насчёт собаки тебе лучше с Игорем Игоревичем решать. Хотя странно, что они так на тебя реагировали. Ладно Найда, но даже щенята по струнке ходили.

– Чуют, кто главный. – Естественно, я не спешил делиться секретами. – А с Сикорским я уже насчёт дачи говорил. Место здесь действительно хорошее. Светлый бор, комаров почти нет, река, опять же, рядом. Ну и Источник тоже. Для меня не критично, а вот девчонкам и на будущее детям будет очень полезно.

– Далеко заглядываешь! – удивлённо повернулся ко мне Тихомиров. – А ты уже твёрдо решил на обеих жениться?

– Я вообще ничего ещё не решил, – сдулся я, вспомнив, что по возвращении в город меня ждут новые проблемы. – И выбрать одну не получается, вроде к обеим душа лежит, и с двумя встречаться тоже не выходит. Буду пока плыть по течению, время ещё есть, а там куда кривая вывезет.

– Ну, смотри, тебе жить, – неодобрительно хмыкнул пока ещё капитан. – Но чаще всего такой подход приносит больше всего проблем. Можешь вообще один остаться.

– Совсем уж не останусь. – Теперь пришла моя очередь хмыкать, вспоминая, что мы таки успели с Александрой подружить организмами, да и Машу с Маринкой тоже никто не отменял. – Но согласен. Это тоже не выход. Однако и кидаться сломя голову в бой тоже не имеет смысла. Вернусь сейчас, пообщаемся и решу, что дальше делать. Вдруг удастся девчонок подружить?

– Это вряд ли, – хохотнул Тихомиров, но потом вдруг стал серьёзным. – Хотя от тебя всего ожидать можно. Нет, это надо же, такого кабаняку завалить! Да ещё на целый ранг выше себя!

– Так я не один был. – Я скромно пожал плечами. – Найда, может, и слабей свиноты, но тоже Кандидат. Или… это намёк? Слишком быстро расту в рангах, да?

– А сам как думаешь? – на секунду отвернулся от дороги кагэбешник. – Инициировался ты в апреле. Сейчас сентябрь, и уже четвёртый Разряд.

– Третий, – поправил я, впрочем, без особой уверенности.

– Четвёртый, – отрезал капитан. – И это всего за каких-то четыре месяца. Люди к этому годами идут, и не факт, что достигают.

– Подозреваете? – догадался я. – И чего теперь будет?

– Мы всех подозреваем, – вздохнул Тихомиров. – Работа такая. Я лично верю, что специально ты ни из кого энергию не сосёшь, но мысли и ощущения к делу не пришьёшь. А вот то, что ты растёшь в ранге после очередного убийства, и то, что можешь потом использовать техники погибшего… вот тут уже проблемы.

– И давно знаете? – Я не собирался оправдываться. – Почему тогда сразу меня не взяли? Или мы сейчас в тюрьму едем?

– Едем мы в управление, к уже знакомой тебе Ольге Леонидовне. Снимем показания, – не изменился в лице Илья Демидович. – А подозревать тебя почти сразу начали. Уж слишком явно ты использовал техники своих… погибших. Однако обстоятельства, при которых это случилось, признаны самозащитой, поэтому тебя хоть и взяли на контроль, трогать не стали. До первой ошибки. Если бы ты начал на людей охотиться… сам понимаешь, церемониться с тобой не стали бы.

– Так, может, ещё начну. – Мне бы стоило промолчать, но, честно говоря, ситуация серьёзно уязвила. Тяжело ощущать, что в любую секунду по чьей-то воле твоя жизнь может оборваться, причём по причинам, от тебя самого не зависящим. – Неужели доверяете? Я думал, в вашей организации положено рассчитывать на худший исход.

– Были предложения тебя изолировать, – кивнул Тихомиров. – Особенно после гибели Солонина. Но к ней ты имел опосредованное отношение, и Игорь Игоревич взял тебя на поруки. Зато Надину оставил в живых, что пошло тебе в плюс.

– Погоди, погоди. – А вот теперь я опешил до такой степени, что не поверил своим ушам. – Ты хочешь сказать, что Сикорский…

– Поручился за тебя, – невозмутимо закончил фразу капитан. – Так что, если тебе взбредёт в голову пойти поохотиться на людей, чтобы стать сильнее, помни, что этим ты не только себя погубишь, но ещё и родителей Сони, и её саму вместе с остальными своими девушками.

– Мать моя женщина… – Я с силой потёр лицо, пытаясь прийти в себя. – Да ну, хрень какая-то! Он же меня терпеть не может!

– Есть такое, – кивнул Илья Демидович. – Но полковник умный мужик и способен просчитывать ситуацию на несколько ходов вперёд. Тебе бы этому тоже поучиться, а то живёшь одним днём. Я всё понимаю, молодость и всё такое, но взялся играть во взрослые игры – будь добр соответствуй.

– Манал я такие игры, – выдохнул я. – Я вообще хотел спокойно жить и никого не трогать. Надо было потихоньку в биткоин вложиться, снял бы потом сливки и жил припеваючи.

– Пока не поймали, – рассмеялся Тихомиров. – Ладно, не тебе жаловаться. Жив-здоров, при деньгах и наградах. Девушки, опять же, красавицы и умницы. Мама жива-здорова. Чего тебе ещё надо?

– Это, конечно, да. – Я прекрасно понял контекст, мол, сиди не высовывайся. – Что не отменяет того, что мной играют в тёмную. Хотя зачем, не понимаю. Ладно, это мои дела, поговорю с Сикорским. Мы успеем к Ольге Леонидовне? Надо хоть шоколадку купить, она вроде с орехами любит?

С шоколадкой я угадал. Подношение ничуть не изменившаяся импозантная врач приняла с благодарностью. Ну, если так можно назвать лёгкий, почти незаметный кивок, мол, увидела. А дальше повторилась уже знакомая мне процедура. Сначала помывка, затем обследование, в процессе которого меня снова усадили на знакомое кресло и приказали не моргать. Правда, было дополнение в виде ещё парочки аппаратов, где мне нужно было уже стоять не шевелясь, а в другой, наоборот, положив руки на два шара постараться максимально подать свою энергию. Я выполнял команды без задержек и оговорок, чем заслужил поощрительную улыбку от Ольги Леонидовны.

Кстати, теперь она казалась мне всё же староватой, хоть и, несомненно, привлекательной. Не то чтобы прям пожилой, но всё же мутить с ней я бы уже не стал. И это несмотря на то, что та же Саша, она же наш комиссар, двадцати пяти лет от роду вполне вписывалась в мои сексуальные предпочтения. С другой стороны, встречаясь с той же Леной или Соней, я не ощущал себя любителем малолеток. Да и не тянули на них мои уже созревшие подруги. Вот младше, там да, полный запрет, но это у меня и в прошлой жизни было. Но, так или иначе, я всё же чувствовал себя именно молодым парнем, пусть и не шестнадцати лет, а постарше, но уж точно не пожилым дедом, которым был раньше. Что это, эффект переноса или влияние подростковых гормонов, не знаю, но мне нравилось, и ничего менять я не собирался.

– Ну что сказать, – начала Ольга Леонидовна, когда я переоделся и мы сели пить чай, ведь, кроме моей шоколадки, у врачихи нашлись и конфеты, и печенье, короче, полный набор. – Как и ожидалось, начинающий четвёртый Разряд. В целом развитие вписывается в мои прогнозы, небольшие флуктуации не в счёт. А вот что меня удивило, так это ярко выраженный аспект Земли. Если мне не изменяет память, при первой нашей встрече вы, юноша, были чистым, я бы даже сказала, эталонным, нейтралом. Без каких-либо перекосов в любую из стихий, что тоже встречается не так уж часто. А теперь внезапно появляется аспект такой силы, будто вы у нас третье или четвёртое поколение династии.

– А, простите, аспект – это что? – Я догадывался, благо геймерского опыта хватало, да и в фантастике подобные термины встречались, но лучше было уточнить. – Предрасположенность? Это хорошо или плохо?

– Да, верно, аспект – это склонность к одной или нескольким стихиям, – кивнула кагэбэшная доктор. – Хорошо это или плохо, сказать сложно. С одной стороны, аспект облегчает использование техник своей стихии. Они становятся сильнее, их проще учить, можно сказать, что многие начинают понимать их интуитивно. А при достаточном опыте и сильном аспекте техники становятся уже не нужны, оператор управляет напрямую стихией.

– Ага, видел такое. – Я припомнил, как однажды Сикорский меня чуть не заморозил насмерть, и я не видел, чтобы он чего-то там применял, хотя и опыта тогда у меня было маловато. – Но это плюсы, а минусы?

– Могли бы сами догадаться, – хмыкнула Ольга Леонидовна. – Техники иных стихий даются с большим трудом, особенно если это так называемые антагонисты. Огонь – вода, воздух – земля, понятно? Плюс слишком сильное слияние со стихией может вызывать изменение фенотипа и даже генотипа.

– То есть если я начну… как это назвать… ну, допустим, погружаться в землю, раскачивать родство с ней, то могу стать… кем? – Я вопросительно посмотрел на врача. – Элементалем?

– Ну, до такой степени очень вряд ли, – показала та знакомство с термином. – Но кожа может погрубеть, стать чем-то подобным засохшей глине. Костная структура, мышцы, роговые отростки, то бишь волосы и ногти, также могут быть преобразованы в нечто, близкое по свойствам.

– В камни то бишь, – кивнул я. – Понятно.

– Камень – это очень грубое и некорректное определение, но… да, – строго взглянула на меня Ольга Леонидовна. – Так что я лично рекомендую слишком сильно не увлекаться. Особенно вам, юноша. Погружение в сатори очень мощный инструмент, и им легко можно нанести себе вред, если забыть об осторожности. А ведь от вас, не побоюсь этого слова, вся страна ждёт результатов по технике двойного развития, и сильное аспектное искажение энергий может повлиять на итоговый результат. Даже уже сейчас чистота эксперимента может быть нарушена, однако я, как специалист, всё же склонна считать, что пока аспектная составляющая у вас выражена минимально. Но прошу, даже требую, с её развитием повременить до окончания экспериментов.

– Вы в курсе, да? – Риторические вопросы можно было не задавать, но я не удержался. – Хотя чего это я, понятно, что вас с самого начала в известность поставили. И чего теперь, заставите сношаться перед вашими аппаратами.

– Не хамите, Семён, это вам не идёт. – На удивление, врачиха не обиделась, хоть и сделала замечание. – Надо будет, проведём эксперимент и с использованием аппаратуры, но пока Евдоким Капитонович считает это излишним. Он уверен, что вы и сами справитесь. Но ваша реакция совершенно излишняя. Сейчас речь идёт не о вас или о ваших партнёршах. Речь идёт о создании методики, что поможет тысячам, сотням тысяч, а то и миллионам энергетов с развитием. Это стратегическая задача, и ради неё можно и нужно поступиться любым стыдом или лживой нравственностью! В конце концов, вы комсомолец, а значит, должны понимать, какая ответственность лежит на ваших плечах! Так что возьмите себя в руки, юноша!!!

– Да, да, конечно, – я скривился, спрятавшись за чашкой с чаем. – Опять жертвуем личным во благо общего. Нет, я не отказываюсь, назвался груздем, полезай в кузов, но можно без агитации. Пожалуйста. С аспектом обещаю повременить. Честное слово. Пока отмашку не дадите. А сейчас можно мне домой? Надо всё это в голове уложить. И решить, как жить дальше.

Глава 2

– Мам! Я до… ма, – я ввалился в квартиру, по обыкновению открыв дверь своими ключами, и замер, уткнувшись взглядом в мужские ботинки сорок третьего размера. – В рот мне персик. Какого х…

– Ой, Сёмочка приехал! – выскочила из кухни мама, блестя шалыми глазами и нездоровым румянцем. – А я думала, ты только завтра вернёшься!

– Я заметил. – Я скинул сапоги и повесил куртку на вешалку рядом с милицейским бушлатом. – У нас гости?

– Добрый вечер. – В коридоре появился мужчина лет тридцати пяти, в милицейской форме и с погонами майора. – Меня зовут Владислав Петрович. Замятнин. А ты Семён? Валя про тебя много рассказывала.

– Уже Валя? – я хмыкнул, игнорируя протянутую руку. – Быстро вы.

– Семён… – Мама не знала, куда деть руки, и попеременно то бледнела, то краснела. – Я… мы…

– Так, я сейчас пойду переоденусь, а потом поговорим. – Я успокоился и решил дать ей время прийти в себя. – Есть чего пожрать? А то голодный как скотина. Ужина не было сегодня, кухню уже закрыли к вечеру.

– Да, да, я сейчас! – заторопилась мама, понявшая, что у неё ребёнок голодный, а значит, всё остальное ушло на второй план. – Курочка есть, запечённая в духовке. Колбаска. Будешь?

– Всё буду. – Я кинул взгляд на майора, оценивая его реакцию, и пошёл переодеваться. – Я быстро!

Когда я вышел через пару минут, на ходу натягивая футболку, гость уже сидел за столом на кухне. Не сбежал, я мысленно поставил плюсик ему в колонку. И ещё один за то, что промолчал, я хоть оделся достаточно быстро, но времени разглядеть шрамы от пуль у майора хватило, судя по вытянувшемуся лицу. Но сдержался. Я окинул взглядом кухню, отметив спрятанные за шторой на окне открытую бутылку вина и пару бокалов, а также конфеты и свежий букет в вазе на холодильнике. Ты смотри, джентльмен хренов! Ладно, посмотрим, что ты за тип.

– И чего, давно с мамкой моей мутите? – Я плюхнулся на табурет, подвигая к себе блюдо с курицей. – А чё, форма настоящая или так? Мастер спорта майор Чингачгук?

– Настоящая, – хмыкнул Владислав Петрович и, достав из кармана удостоверение, продемонстрировал мне разворот.

– Ух ты! – Я ловким движением выхватил его их рук. – Чо, реально мусорская ксива? Ништяк! А чего только майор? Ума не хватило полканом стать?

– Семён! А ну прекрати! – возмутилась мама, но ухажёр тронул её за руку успокаивая.

– Всё нормально, Валюш. – Что интересно, мент даже не пытался забрать у меня удостоверение. – Семёну просто интересно. Это нормально. А ума у меня хватает, просто выслуга нужна, да и академию закончить, чтобы полковника получить, тоже надо.

– Понятно. – Я не стал изводить мужика и вернул ему документы. – И чего давно у вас? Как познакомились?

– Да я в администрацию бегала, – затараторила мама. – В прошлом месяце. А когда оттуда шла, дождь пошёл. Да такой сильный! А Слава мимо проезжал, ну и подвёз меня до дома.

– А почему ты без машины, сама пошла? – Я нахмурился. – Куда дядя Гиви смотрел?

– У него своих дел хватает, – отмахнулась мама. – Чего ему со мной возиться? Я маленькая, что ли?

– Мам, ты забыла, что прошлый раз было? – Я сжал кулак, сминая вилку в комок металла, но усилием воли заставил себя успокоиться. – Я просил тебя, чтобы была осторожна.

– Так я и так. – Мама села рядом, положив руки мне на плечо. – Сём, времени-то сколько прошло. Да и кого мне боятся? Николай он же…

– У него могли дружки остаться, кореша. – Я закрыл глаза и выдохнул. – Мам, я за тебя волнуюсь.

– Валя, ты послушала бы сына, – неожиданно гость встал на мою сторону. – Я тоже тебе постоянно говорю, чтобы звонила, если поздно домой возвращаешься. Приеду и встречу. Не дело это молодой и красивой женщине одной по темноте шастать.

– Ой, прям молодой и красивой, – засмущалась мама, а я схватил её за руку, не давая убежать.

– Именно, молодой и весьма красивой. – Я ни капли не лукавил, с того времени как исчез Калёный и мама уволилась, она словно преобразилась. Сказался и новый уровень доходов, позволяющих лучше ухаживать за собой и покупать достойные вещи, но самое главное, из взгляда и походки мамы исчезла какая-то забитость. Она словно расправила плечи и расцвела, и тут я с майором был полностью согласен. – Ты знаешь, что на западе твой возраст вообще считается юностью? Да и у нас, в принципе, тоже. Не настолько инфантильно, конечно, как у проклятых капиталистов, но уж точно хоронить себя далеко не время. Считай, что тебе семнадцать, а остальное – это небольшой стаж.

– Ой, да ну тебя, – отмахнулась мама, но я видел, что ей приятно. – Кушай давай. Чем вас там кормили на картошке? А то не звонил почти. Мог бы хоть раз в день набрать, с тебя бы не убыло.

– Виноват, исправлюсь. – Я ткнулся лбом маме в плечо. – Нормально кормили. Кухней заведовала комиссар из технаря, Александра Борисовна. Серьёзная девушка, следила за тем, чтобы мы сыты были. Даже шашлык как-то жарили. Да ты знаешь, я нигде не пропаду. Вы лучше про себя рассказывайте. Чего какие планы? Когда мне брата ждать? Или сестру?

– Семён!!! – Мама огрела меня полотенцем, а мент вдруг поперхнулся чаем, который пил. – Бесстыжий!

– Чего? – Я сделал вид, что мне страшно. – Это естественный процесс, а что естественно, то не безобразно!

– Трепло! – Мне ещё раз прилетело полотенцем, а потом мама начала жаловаться на меня Вячеславу. – Не знаю, что с ним делать. Совсем от рук отбился. С двумя девочками встречается сразу. И ладно бы обычных нашёл, так нет, одна музыкантша, а у второй вообще папа полковник КГБ. Говорила не связывайся, так нет.

– Кх-кх-кх… – Второй раз поперхнулся майор, но, на удивление, опять встал на мою сторону, хоть и проявил осторожность. – Ну, дело молодое. Думаю, что Семён сам разберётся. Не станет же он девушкам головы дурить?

– Канешна! – Я кинул в рот пару кусочков колбасы и прожевал. – Голову – не станет. А что-то другое… ай! Да за что?!

– Чтобы не болтал! – припечатала мама. – А то взял моду! Распустился!

– Понял, виноват, исправлюсь, – тут же пошёл на попятную я. – Обещаю, с понедельника буду белый и пушистый, аки ангел небесный. Да сейчас-то за что?!

– Не богохульствуй! – Мама взвесила в руке полотенце, но пускать в ход не стала. – Слава, ты тоже кушай. Со смены ведь, там нормально не поешь.

– Да я сыт, – поднялся из-за стола мент. – С вашего позволения, пойду покурю.

– Я думал энергеты, тем более Мастера не курят. – Я кивнул на характерный значок, приколотый к кителю. – Пожалуй, тоже схожу… воздухом подышать.

– Ладно, – поджала губы мама, желающая устроить скандал на тему, вдруг я начал курить, но понимая, что просто хочу поговорить без свидетелей, сдержалась. – Торт будешь? Наполеон, свежий. В кулинарии на углу брала.

– Ещё и торт. – Я покосился на сделавшего морду тяпкой мента и кивнул. – Буду, конечно! Мне два куска!

Пока заново грелся чайник, мы вышли на площадку. Здесь стояла банка из-под кофе, полная бычков. Соседи курили, а чтобы дым не тянуло в квартиры, открывали окно, благо пока ещё было относительно тепло. Майор действительно достал пачку сигарет «Радопи» и, сунув одну в рот, прикурил от пальца. Я хмыкнул, глядя на этот выпендрёж, а Владислав Петрович вдруг смутился.

– Привычка, – пояснил он, хоть я ни о чём не спрашивал. – Техника простенькая, доступная даже разрядникам типа тебя. Нагреваешь точку на пальце и от неё уже поджигаешь что нужно. Хочешь научу?

– Никогда не видел, чтобы энергеты курили. – Я не стал вестись на такую провокацию, но пометочку себе сделал, поискать вот такие, полезные в быту техники. По-любому есть какая-то библиотека, значит, имеет смысл напрячь Сикорского. – Мы же не можем получить никотиновую зависимость? Зачем тогда?

– Привычка, – пожал плечами майор, – Я рано начал курить, чуть ли не в первом классе. Ох, ругали меня тогда, и в октябрята брать не хотели, и в пионеры. Потом инициировался, и всё, как рукой сняло. А когда пошёл в милицию работать, снова начал. Вроде и эффекта того нет, но сунешь сигарету в рот, и мысли проясняются, усталость проходит. Самовнушение, не иначе.

– Психологическая зависимость и эффект Плацебо. – Я поставил диагноз. – С мамой моей тоже так же? Дома, поди, жена и семеро по лавкам? Не поверю, что майор милиции, да ещё и Мастер холостым живёт.

– Жена… была, – вздохнул Владислав. – Три года назад пьяный водитель грузовика въехал в остановку. Двое погибших. Она и наш сын, ему десять лет было. Они в музыкальную школу ехали, у сына отчётный концерт должен был быть. Я тоже собирался, но выдернули на службу, я на своей машине и отправился, а они на остановку пошли… и вот.

– Соболезную. – У меня ехидство сменилось комом в горле. Каким бы старым циником я ни был, такие истории никогда не оставляли меня равнодушным. – Близких терять всегда тяжело. Постоянно думаешь, почему они, а не я. Но тогда ты должен понимать, что за маму я кадык вырву не только Мастеру, но даже Архонту. Или Архидемону, если такие водятся. Она у меня одна, и я сделаю всё, чтобы она была счастлива. Поэтому если вы просто организмами дружите, то лучше прямо сейчас уходи, пока она не успела сильно привязаться.

– А если нет? – с вызовом глянул мне в глаза мент. – Если у меня серьёзные планы?

– Тогда совет вам да любовь. – Я оскалился в ответ. – И про ребёнка я не шутил. Как раз ей было бы полезно.

– То есть ты… не против? – Кажется, мне удалось удивить мужика. – И то, что я мент, тебя не смущает? Я думал, ты нашего брата недолюбливаешь.

– Есть такое. – Я не стал отрицать очевидное. – Особенно после того, как на меня пытались повесить изнасилование, убийство, мошенничество в особо крупных размерах, посадили в КПЗ, к уголовникам, а потом конвоир чуть не пристрелил. Но после этого у вас гигантский шмон был, даже погнали кого-то и посадили. Так что, скажем так, шанс у тебя есть.

– Хорошо, спасибо. – Судя по морде лица, он никак не ожидал, что недавняя смена руководства может быть связана со мной. – Постараюсь оправдать. Кстати, ответишь на вопрос. Твои ранения…

– Наган. – Я не видел причин скрывать. – Бывший мамин хахаль захватил её, чтобы меня убрать. В процессе я схлопотал пару-тройку пуль, а он пораскинул мозгами. Жаль, своими руками падлу завалить не удалось, но и так неплохо вышло. Поэтому я не шутил, когда говорил, что кадык вырву.

– Понял, – затушил сигарету майор и выкинул в банку. – Тогда я поеду. Вы две недели не виделись, наверно, хотите вдвоём побыть.

– Сам решай. – Я пожал плечами. – Но если из-за меня, то не стоит. Я пойду по городу покатаюсь. А то соскучился по байку. Может, к подругам загляну. Короче, до часу ночи квартира в вашем распоряжении. Не шалите. Ну, или шалите так, чтобы соседи не жаловались.

– Тц, – цыкнул Владислав, ошарашенный моими выходками. – Правильно твоя мать говорит, трепло ты.

– Так я не спорю. – Я пожал плечами и нырнул в квартиру. – Мам! Поставь торт в холодильник, пожалуйста! Я завтра с утра съем. Пойду покатаюсь, к парням заскочу, а то две недели не виделись.

– Осторожней там, дороги мокрые. – Мама знала, что со мной спорить бесполезно, только вздохнула. – Не гоняй как сумасшедший. И сильно не задерживайся! Чтобы в двенадцать дома был!

– Как скажешь. – Я чмокнул её в щёку и побежал переодеваться, а оттуда, захватив шлем и куртку, рванул на улицу. – Всё, я убежал!

Не то что я был прям фанатичным байкером, не могущим прожить и дня без своего железного коня, просто мне нужно было развеяться и проветрить голову. То, что мама с кем-то сошлась лично я считал скорее плюсом, чем минусом. Детская ревность у меня отсутствовала по определению, а ей не стоило хоронить себя раньше времени. В любом понимании, хоть прямом, хоть переносном. Единственное, что меня смущало, так это место работы её избранника.

Мент он и есть мент, а мой опыт общения с ними после переселения был не слишком положительным. С другой стороны, я вполне был способен отделить зёрна от плевел, или, скорее, агнцев от козлищ. Сама по себе милиция не вызывала у меня отторжения из-за того, что там работали несколько уродов. Как бы таких везде хватает, другой вопрос, что именно здесь они могут нанести максимальный урон, ломая судьбы неповинным людям. Но… можно ведь подстраховаться, и я достал телефон из кармана.

– Здравствуй, внук. – Дмитрий Иванович взял трубку со второго гудка. – Рад тебя слышать.

– Здравствуй, дед. – Я знал, что Калинину нравится, когда я так его называю, ну а мне было несложно. – Извини, что так поздно. Не разбудил?

– Нет, я ещё на работе, – хмыкнул генерал-полковник. – Случилось чего?

– Да, но хотелось бы узнать, хорошее или плохое. – Я не собирался церемониться или подключать контору. Не стоит их посвящать в семейные дела. – У мамы появился хахаль. Майор милиции. Сам знаешь, у меня с ментами натянутые отношения, да и вообще хотелось бы узнать, что за человек. Чем живёт, чем дышит. Есть у тебя выход на МВД, пробить этот вопрос?

– Найдём. – Судя по голосу, дед не слишком удивился моей просьбе, и уж точно не стал возмущаться, видимо, и сам считал, что лучше подстраховаться, чем потом жалеть. – Данные на него есть?

– Только удостоверение, паспорт не видел. – Я быстро продиктовал имя, должность и номер ксивы. – Думаю, должно хватить.

– Конечно. Минут через двадцать будет информация. – Калинин, похоже, держал ситуацию в городе под плотным контролем, но развивать тему не стал, а переключился на другое. – Ну, как съездил на картошку? Слышал я, без приключений не обошлось.

– Да уж. – Я хохотнул, вспоминая свою поездку верхом на кабане. – Приключения не то слово. Зато доброе дело сделал, Источник открыл. Сейчас вот думаю попробовать там дачу выкупить. Всё-таки для развития сильно полезно будет. Да и Найда там, собака-Кандидат. Мы с ней подружились.

– Наслышан. – Генерал подтвердил, что следит за моими телодвижениями, но в этом я ничуть не сомневался. – С дачей… будет непросто, но решаемо. Мы тоже запрос подали, хотим там тренировочный лагерь организовать. Посмотрю, что можно сделать. Заезжайте на выходных, в баньку сходим, посидим по-человечески, там и обсудим вопрос. А то давно не виделись. Вера с Иваном про тебя спрашивали. Ваньке как раз увольнительную должны дать.

– Тогда обязательно будем. – Я тоже был не против пообщаться, последнее время у нас с Калиниными наладилось взаимопонимание. – В баньку – это я всегда с превеликим удовольствием.

– Ну и отлично, – удовлетворённо хмыкнул Дмитрий Иванович. – Жди информацию. Сейчас скину.

Ждать действительно пришлось недолго. Не десять минут, но в течение получаса мне на почту пришло полное досье на майора, что как бы намекало на уровень влияния деда. Впрочем, в нём я никогда не сомневался. Пусть Калинины не входили в первую десятку династий страны, но уж точно не болтались в конце, как те же Сикорские. Но с последними мы ещё поработаем, отказываться от Сони я не собирался, а значит, есть варианты. Пока же меня больше заботил мамин ухажёр, о котором я раньше ничего не знал. А должен был, мой косяк. Стоит больше времени уделять родным. Я вздохнул и открыл документ.

Итак, Замятин Владислав Петрович, тридцати пяти лет от роду. Майор Министерства Внутренних Дел, место службы – дежурная часть ГУВД по Новосибирской области. Неплохо. Я слабо разбирался в структуре милицейского управления, но сама по себе служба в Главном управлении города уже намекала на неплохую карьеру майора. Однако, с другой стороны, это же было не слишком хорошо. Мог такой вот прожжённый карьерист выбрать маму в качестве ступеньки для взлёта? Запросто. Поэтому спускать глаз с него я не собирался.

Жена и сын восьми лет погибли от наезда пьяного водителя на остановку общественного транспорта. Тут Влад не соврал, даже жалко стало мужика. Такое не каждый переживёт. Особенно когда рядом ещё один ребёнок, потерявший мать и брата. Светлана Владиславовна, пятнадцать лет. Воспитывается отцом, проживает с ним и с бабушкой. Что характерно, тёщей Замятина, что, опять же, ему в плюс.

В остальных документах для меня не было ничего интересного. Там описывалась карьера Владислава в структуре МВД. Школа милиции, служба опером, перевод в дежурку, выезды на происшествия с отметками о личном участии в некоторых расследованиях. Вот уж не знал, что дежурные сами ездят на вызовы, но с документом не поспоришь. Повышения, благодарности, награждения. Перевод в ГУВД. Пока всё.

Не скажу, что бумаги меня успокоили, но, судя по всему, особо по головам майор не лез, хотя, понятное дело, всю подноготную я знать не мог. Даже характеристики с места службы и от парторгов в этом мало помогали, хотя я заметил, что пишут их довольно вдумчиво, стараясь учесть все черты характера. Но человеческий фактор никто не отменял.

Короче, на первый взгляд, излишней говнистости заметно не было, а что на самом деле… посмотрим. Я не собирался отдавать маму кому попало. Так что мне предстояло ещё не раз пообщаться с майором и с его семьёй, если уж на то пошло. Я хмыкнул. Всегда мечтал о младшей сестре, и нет, не с теми мыслями, что сейчас пришли в голову многочисленным любителями китайских порномультиков. Просто, если бы мне было о ком заботиться, может, я и на кривую дорожку криминала бы никогда не ступил. Так что надо познакомиться с этой Ланой. Уверен, мы подружимся… или нет. Видно будет. А пока я убрал телефон и натянул шлем. Ночной город призывно мигал светофорами, предлагая оторваться по полной, и кто я такой, чтобы ему отказывать? Тишину двора разорвал рёв двигателя, быстро затихнувший вдалеке, и дома снова погрузились в ночную дрёму, а я гнал, выжимая из байка максимум. И мне было хорошо.

Глава 3

– Готов? – Третий демонстративно крутанул шестом. – Щадить не буду.

– Я тебя тоже. – Я подмигнул невозмутимому буряту, держа дубинки наготове. – Так что потом не жалуйся.

– Начали! – отдал команду Михалыч, стоящий в круге других бойцов, где находились и мои ребята с девчатами. – Бой!

Третий закрутил шест колесом, но не стал бить, а вдруг ткнул, переведя вращение в укол. Правильно, зачем приближаться к противнику, когда его можно тупо вырубить на расстоянии. Я бы и сам так сделал, но у меня другое оружие. Так что пришлось сбивать шест, уводить в сторону, финтить и уворачиваться, тратя массу энергии. Благо сейчас её у меня было завались, и играться таким образом мы могли часами, но расстраивать зрителей не хотелось, да и Третий, несмотря на всё кажущееся хладнокровие, явно хотел закончить бой быстро и красиво. Я тоже, поэтому, отбив в очередной раз выпад, пошёл в атаку, рывком сократив дистанцию.

Глупо было надеяться, что это смутит Третьего, даже несмотря на не самое удобное для боя накоротке оружие, так что я спокойно отнёсся к тому, что бурят тут же изменил рисунок боя, перехватив шест посредине и начав наносить мне удары сверху и снизу в очень быстром темпе. Как и я в прошлый раз, он пытался просадить Покров, заставить меня лишиться защиты, а затем вырубить Шоком, ведь для этого достаточно было одного касания, но у меня для Третьего был сюрприз. И я с лёгкостью пошёл на размен ударами, тоже начав работать дубинками на большой скорости, за секунду нанося три-четыре удара каждой.

Бой на истощение, и по всем показателям я должен был проиграть. Пусть разница между Разрядами не была такой уж большой, но объём используемой энергии всё равно у пятого будет выше, да и глупо надеяться, что Третий окажется менее опытным. Выгорский готовил своих питомцев на совесть, это я уже прочувствовал на себе и был весьма благодарен. Полученные знания и умения уже спасли мне жизнь и, похоже, ещё спасут не раз. А что до поединка, то тут у меня для соперника был заготовлен сюрприз. И буквально на седьмой секунде его Покров таки дал сбой и бурят рухнул, потеряв контроль над телом.

– Надо же, «Каменная кожа». – Переждав волну восторженных криков от наших и недовольное ворчание от бойцов одиннадцатого управления, Выгорский шагнул в круг и постучал меня по руке, а точнее, по коже, ставшей грубой и твёрдой будто песчаник. – Неожиданно. Ты ж вроде был нейтралом.

– Да вот оказалось, что нет. – Я ухмыльнулся, глядя тренеру прямо в глаза. – Аспект Земли, все дела. Даже технику одну успел освоить.

– Сатори, – понимающе кивнул тренер и повернулся к остальным. – Видите? Поэтому я ещё раз вам говорю, пробуйте, осваивайте! Тем более пока есть возможность получить помощь от освоивших это состояние! Да, каждый ищет свою тропинку на этом пути, но никто не мешает вам пробовать пройти хотя бы часть его уже проложенной колеёй. А результат вы видите перед собой. Сколько там прошло со времени активации аспекта, а Семён уже сумел освоить начальную версию «Каменной кожи». Я не буду говорить, что вы сможете так же, но польза от состояния просветления несомненна, пусть даже сразу вы заметить её не сможете. Поэтому работа над собой, работа и ещё раз работа, как завещал великий товарищ Ленин! Поняли меня?!

– Так точно!!! – гаркнули все, включая меня и пришедшего в себя Третьего.

– Теперь по бою. – Выгорский обвёл взглядом меня с поднявшимся на ноги противником. – Семён. Неплохо, но речь шла о Покрове. Так что результаты не засчитываю. Готов подраться ещё раз?

– Справедливости ради, о конкретных техниках мы вообще не договаривались, но почему нет. – Я пожал плечами. – Я, как бывший пионер, всегда готов. Ты как?

– Я в норме, – встряхнулся Третий. – Работаем.

– Тогда в круг! – Михалыч не стал тянуть кота за все подробности. – Бой!

Церемониться Третий не стал и тут же атаковал тычком, переведя его в горизонтальный удар. Было видно, что шест боец любит, уважает и вообще часто с ним тренируется, а, оценив в прошлый раз мой стиль, быстро сумел к нему адаптироваться. Это было неудивительно, всё-таки в спецназ одиннадцатого отдела брали лучших из лучших рукопашников и фехтовальщиков, потому что им приходилось иметь дело с самыми разными противниками. И умение подстраиваться было чуть ли важнейшим для выживания.

К сожалению, пока ещё я не тянул против опытного и мотивированного бойца. А мотивации у Третьего было хоть отбавляй. Нет, сдаваться я не собирался и рубился во всю силу, пробуя разные тактики и даже задействовав сатори, но это лишь привело к тому, что я проиграл не в сухую. На ограниченном пространстве с жёсткими лимитами по техникам мой противник оказался тупо сильнее. Я достал его несколько раз, но втянуть себя в очередной размен он не позволил. Ну и плюс мне не просто далась активация техники «Каменной кожи». Она требовала просто прорву энергии, плюс ещё для поддержания сосала, и в итоге я проиграл, словив обидный удар шестом в лоб. Повёлся на подсечку, оказавшуюся обманкой, и слился.

– Ты как? – Соня склонилась надо мной, лежащим у неё на коленях. – Болит?

– Не, норм. – Я действительно быстро пришёл в себя, на сильных энергетов Шок действовал всё слабее и слабее. – Спасибо, снежинка.

– Не называй меня так, – буркнула девчонка и покраснела. – Меня папа так в детстве звал.

– Теперь точно не отвертишься. – Я расплылся в улыбке. – Снежи-и-инка!

– Хватит нежничать. – Выгорский пнул меня по ноге. – Готов продолжать?

– Да без вопросов! – Я тут же подскочил, словно подброшенный пружиной. – Танцуем?

– Предлагаю ничью. – Бурят так и остался невозмутимым, но парни вокруг него одобрительно кивнули. – Ты вполне неплох. Подрастёшь – давай к нам. Будем рады.

– Спасибо! – я пожал руку сопернику. – Вы тоже крутые. Наверно, самые сильные бойцы, которых я пока видел, ну, исключая разных Командоров и прочих. Не будем показывать пальцем.

– Вы ещё поцелуйтесь. – Тренер сразу выкупил, о ком идёт речь, и не смог промолчать. – Закончили балаган! Разобрались по парам и работаем! А ты, Семён, давай дуй к Анастасии Николаевне. Она с утра тебя ждёт.

– Сём. – Я даже не услышал, а почувствовал, как за спиной дёрнулась Сикорская.

– Всё нормально будет. – Я повернулся и погладил девушку по щеке. – Не станем же мы прямо сейчас… опыты ставить. Просто хотят поговорить об аспекте. Если закончите раньше, набери меня.

– Хорошо. – Беловолосая кивнула и отправилась отрабатывать удары с Дашей. – Удачи!

Я улыбнулся и отправился в медкабинет. На самом деле с Анастасией и Лидией успел уже парой слов перекинуться. Дамы жаждали приступить к работе, более того, они уже подготовили кандидаток и мой неожиданный рост Разряда их ничуть не смутил. Что подтвердило мою уверенность, что они заготовили не одну или двух девушек, а минимум по три каждого ранга. Включая Магистров и Архонтов, что особенно меня пугало, учитывая, что возраст всех известных высших энергетов уже шагнул за сотню лет.

Никогда не ощущал в себе тяги к геронтофилии, даже, скорее, наоборот, учитывая мой реальный возраст. Да и зачем это Архонтам, они и так на вершине мира. Хотя если вспомнить тех же китайцев, то целью там было обретение бессмертия. Возможно ли это физически? Не знаю, но, если рассуждать логически, это может быть что-то типа переходом на энергетический план существования. Впрочем, пока мне рано забивать себе этим голову. Поживём – увидим. А пока я коротко стукнул в косяк и толкнул дверь медкабинета.

– И снова здравствуйте. – Я улыбнулся женщинам. – Вот и я. Надеюсь, вы будете нежными.

– Надейся, надейся, – хищным взглядом окинула меня с ног до головы Лида, но не выдержала, рассмеявшись. – Проходи, присаживайся.

– Ты как, в норме? – Выгорская уже разглядела новую шишку у меня на лбу и деловито разминала пальцы. – Может быть, на время эксперимента тебя освободить от тренировок?

– Ещё чего! – Я плюхнулся на табурет рядом с Анастасией, подставляя голову. – Лучше скажите, чего там по моему аспекту? Всё плохо?

– Ну, для чистоты эксперимента, конечно, лучше было бы тебе остаться нейтралом, но Евдоким Капитонович считает, что ничего страшного нет, – успокоила меня Лида. – Однако простил тебя пока повременить с его развитием.

– Это мне и Ольга Леонидовна говорила. – Я прямо чувствовал, как шишка исчезает вместе с лёгкой болью на месте удара. – Я про другое. Есть шанс, что мои… партнёрши, назовём их так, получат тот же аспект?

– Ты сейчас за Софию беспокоишься? – правильно поняла мои сомнения Выгорская. – Не стоит. Во-первых, у неё свой аспект имеется, пусть и непробуждённый. А во-вторых, пока ещё ни разу не было замечено проблем с аспектами противоположных стихий. Так что в случае с вами скорее уж она свой аспект пробудит, а вот с детьми уже интереснее. Тут может быть и так и эдак, без конкретных фактов сложно судить. Вот если бы Соня забеременела…

– Да типун вам на язык!!! – Я сплюнул через левое плечо и постучал по дереву. – А что насчёт остальных?

– Вряд ли аспект передаётся половым путём, – успокоила меня Лида. – Это же не триппер. Единственный вариант, когда партнёрша действительно может от тебя его получить, – это если ты сумеешь её инициировать. Но до этого ещё далеко. Такие эксперименты мы будем проводить последними, когда хоть немного разберёмся в механизме передачи энергии и синергии. Так что не волнуйся.

– Я и не волнуюсь. – Я пожал плечами. – Мне-то чего. Давайте лучше график согласуем. У меня занятия начались, плюс своих дел масса. Я и так на свои разработки забил, то Бессмертный полк организую, то картошку копаю. А у меня там и обновление на «Птичку» надо ставить, Мишка весь извёлся, и радио допилить. И игры стоят. Короче, я могу максимум пару раз в неделю. Например, во вторник и субботу. И ещё, мы же не здесь будем этим заниматься?

– Нет, конечно, – дружно покачали головой дамы. – Как минимум нам нужно оборудование для проведения замеров. Поэтому, скорее всего, местом проведения эксперимента будет областное управление КГБ. Там есть как техническое обеспечение, так и достаточный уровень секретности.

– Блин, вы бы ещё больницу предложили. – Я скривился. – Хотя… короткий белый халатик, чулочки, подвязочки…

– Балбес! – Мне дали по голове. – Хотя ход твоих мыслей мне нравится. Особенно если взять большую клизму…

– Извращенка. – Я отодвинулся от Лидии, с подозрением смотря по сторонам, не завалялся ли где-нибудь предмет её фетишистских фантазий. – Ужас, с кем приходится работать.

– Ты сам предложил, – захихикала Харламова, но потом стала серьёзной. – А насчёт управления ты зря. Там, в профилактории, есть вполне себе комфортные палаты, практически гостиничные номера. Мы забронировали люкс на всё время работы.

– Ага, и прослушка с видео. – Я вздохнул. – Ладно, но Соню я туда не потащу. Или пусть Сикорский сначала всё проверит… но я с этим к нему подходить не буду. Он мне голову оторвёт.

– Я бы тоже оторвала, если бы мне такое хахаль дочери сказал, – хмыкнула Выгорская и, глядя на мою обалдевшую физиономию, возмутилась: – Чего?! У нас с Виктором трое детей, между прочим! Старшему четырнадцать. В Суворовском учится, в Москве. А девчонки тут с нами.

– Серьёзно?! – Я глупо хлопал глазами. Почему-то ни Выгорский, ни Анастасия никак не вязались у меня с образом родителей. – М-да… чего только в жизни не бывает…

– Я тебе сейчас сломаю чего-нибудь! – возмутилась доктор. – Я что, по-твоему, не могу быть матерью?!!

– Я этого не говорил! – тут же пошёл на попятную я. – Просто неожиданно, что трое. Да и вы всегда на работе. Когда только всё успеваете.

– Ну, у нас очень самостоятельные дети. – Анастасия смущённо почесала нос. – Да и вообще, это не твоё дело. Своих заведи, потом критикуй!

– Я и не думал, – улыбнулся я, – но с вашим сыном я бы познакомился. Походу, тот ещё отморозок.

– Так! – Выгорская стукнула кулаком по столу. – Всё узнал? Давай вали! Не мешай работать! Завтра в восемнадцать ноль-ноль как штык чтобы у управления был! Начнём работать! Всё, свободен!

Я улыбнулся, кивнул Лидии и умотал оттуда. Понятно, что Выгорской неприятно говорить о том, что она фактически пустила воспитание детей на самотёк. Но, с другой стороны, в СССР эта проблема не стояла так остро, как у нас. Младшие ходили на продлёнку, старшие на кружки и в спортивные секции. Всегда находилось чем заняться. А вечером родители всё же возвращались домой, пусть даже сама Анастасия регулярно дежурила в травме. Но тут ничего не поделаешь, служение обществу оно такое. Зато, глядишь, теперь, может, девчонкам перепадёт чуть больше материнской любви. Значит, я сделал доброе дело, что радовало.

– Здорово, братва!!! – Как я и предполагал, на выходе меня уже ждали ребята. – И сесторва! Даша, ты, как всегда, цветёшь и пахнешь. Даже завидую Зевсу! Ай! Чего щиплешься? Себе-то я больше завидую!

– Дурак. – Соня на секунду прижалась всем телом и чмокнула в щёку. – Всё нормально?

– Да, в порядке. – Я кивнул, показывая, что, мол, потом поговорим, и повернулся к остальным. – Ну, как вы без меня, рассказывайте!

– Я Разрядником стал. – Вадим никогда не отличался скромностью, впрочем, и наглостью тоже. У него всего было в меру, что не мешало сейчас спокойно констатировать факт повышения ранга. – Во время спарринга с Данилом. Что-то замкнуло, хлоп! И я чувствую, как быстрее стал и сильнее. Энергия будто распирала.

– Поздравляю, брат! – Я протянул руку, и мы с вьетнамцем хлопнулись ладонями. – Мужик! Впрочем, другого я и не ожидал!

– Я тоже скоро буду! – а вот Эмин всегда стремился быть первым, и оттого, что уже четверо из нас Разрядники, а он нет, его аж потрясывало. – Я чувствую, что вот-вот случится! Ощущение такое, что меня как пузырь надуло, толкни немного, и треснет, всё как Виктор Михайлович говорил!

– Супер! – Мы с Керимовым тоже пожали руки. – Слушайте, у нас тут, считай, сплошь гении! Ванька, ты там тоже, поди, уже подбираешься?

– Не, но я и не тороплюсь. – Вот кто совершенно не парился на этот счёт, так это Шило, вечно шебутной и весёлый. – Успею ещё, пока и Юниором неплохо. А то начнут как вас гонять, оно мне надо?!!

– Самое страшное для Ваньки – это больше работы! – Мы покатились со смеху, хотя каждый знал, что Шилов никогда не отлынивал от тренировок и всегда выкладывался по полной. – Зато он в медитациях первый. Главное теперь объяснить, что сон и медитация – это разные вещи!

– Сань, а у вас как? – Я повернулся к оставшейся парочке, стоящей в обнимку. – Есть прогресс? Про Дашу мне Соня говорила, что ты тоже на грани прорыва, а вот про тебя, Зевс, я пока ничего не слышал.

– Нормально у меня всё! – Несмотря на заявление, было видно, что хорошее настроение покинуло Зоиди. – Лучше всех! Погоди, я и тебя обгоню!

– Саш, можно тебя на два слова? – Я ни на секунду ему не поверил и решил немного поддержать парня. – Отойдём?

– Чего? – Может, Зевс и не хотел ни с кем говорить, но моего авторитета хватило, чтобы настоять, а я сам не мог оставить в беде человека, которого считал другом. – Я же сказал, нормально всё у меня.

– Я видел, как ты выкладывался на тренировке. – Мой голос стал серьёзным. – Ты прёшь как танк, думаешь, что это поможет тебе вырасти в ранге, но это не так. Таким образом ты только сам себя загонишь и перегоришь. Поверь, я видел такое. Где сказать не могу, извини, но это начиналось именно так.

– И что, смириться, что вы сильнее, а я неудачник?! – Зоиди обжёг меня взглядом. – Я же вижу, что все уже если не взяли Разряд, то на пороге. Даже Ванька, хоть дурака валяет, но и он уже почти. А я третий месяц, понимаешь, третий месяц, как чувствую, что вот-вот, вкалываю изо всех сил, и ничего! Просто ничего! Завис, как говно в проруби!

– Успокойся и послушай меня. – Я хлопнул парня по плечу. – Я не возьмусь судить за развитие, всё-таки я энергет-то всего ничего. Но могу сказать, как это бывает по жизни. Иногда корень проблемы лежит не в физиологии или ещё чём-то, а в голове. Ты давишь, упираешься изо всех сил, а ничего не получается. А вот стоит махнуть рукой, отложить дело в сторону, расслабиться и начать заниматься чем-то другим, оно бац! И всё сложилось как надо!

– Ты предлагаешь мне всё бросить и заняться чем? Лепкой? Или вышиванием? – Александр был настроен весьма скептически, и я его понимал. – Отличный совет, блин! Спасибо, друг!

– Я не предлагаю тебе бросать. – Я понимал, почему он психует, и не обижался. – Я предлагаю тебе отдохнуть. Сделать перерыв. На недельку. Чтобы в течение этого периода вообще никаких тренировок. В идеале вам с Дашей рвануть куда на дачу или в санаторий, но понимаю, что учёба. Тогда просто расслабьтесь, сходите в кино, в театр, ту же Музкомедию или ТЮЗ. В кафе посидите. В цирк в конце концов завалитесь. Ведь, по сути, чего ты теряешь? Сам говоришь, три месяца нет прогресса. Одна неделя никакой роли не сыграет. Если я неправ – вернёшься отдохнувшим и снова начнёшь заниматься. А если я всё-таки прав, это подтолкнёт тебя на новую ступень. И так, и так ты в плюсе.

– Да. – А вот последние аргументы заставили Зевса задуматься. – Ну, так-то ты прав. И чего, вообще не заниматься?

– Максимум зарядку утром, – отрезал я. – В этом и фишка, чтобы обнулиться. Переключить голову и тело на другие задачи. Тогда напряжение уйдёт и подсознание само найдёт выход. Понимаешь?

– Ага, – Александр кивнул. – Кажется, да!

– Ну и славно! – Я хлопнул его по плечу. – Пошли к нашим, а то прохладно уже. И есть предложение начать твой отдых прямо сейчас. Давайте к дяде Эмина в кафе завалимся? Хоть отметим новый учебный год и моё возвращение, а то давно уже не собирались своей компанией. А это непорядок. Да и мало ли когда ещё удастся посидеть, отдохнуть. Навалятся дела, только отмахиваться успевать будем. Так что народ, сегодня гуляем, я угощаю! И не надо отказываться, будем считать, что я за новый Разряд проставляюсь и за все предыдущие разом! Ну что, погнали? Сегодня будем кутить! Или как там в фильме про обыкновенное чудо? Чур, я король!

Глава 4

– Сёмка!!! – Елизавета, открывшая дверь, кинулась мне на шею, покрывая щёки поцелуями. – Какой молодец, что пришёл! Заходи, заходи быстрее!

– Да тише ты, торт помнёшь! – Я немного опешил от такого напора, но подчинился. – Ты чего такая счастливая?!

– Лиза, кто там пришёл? – из комнаты показался крепкий парень в трениках и без майки, держащий на руках мелкого Ваньку. – Здравствуйте.

– Здрасьте, – кивнул я, понимая, насколько двусмысленно выглядит сцена. Муж приехал из командировки, а к его жене приходит молодой парень с цветами и тортом, которому она вешается на шею. – Семён Чеботарёв.

– Николай, – переложив сына, протянул мне руку парень. – А ты, значит, и есть тот самый легендарный Семён. Спасибо!!!

– Да всегда пожалуйста. – Я пожал плечами, оценив хватку комсомольца, как и то, что тот не пытался сломать мне пальцы. Всё равно ничего бы не получилось, но, похоже, муж Лизы был искренен. – А чего случилось-то? Я просто на картошке был последние две недели и немного не в курсе последних событий. Вот как раз заехал пообщаться.

– И правильно сделал! – У меня забрали торт и цветы и принялись командовать. – Пойдёмте на кухню! Коля, принеси Ванькин стульчик. Сейчас мама с Катей придут, посидим, чаю попьём. Они из магазина должны вот-вот вернуться. Мы хотели вечером закатить пир, но раз ты пришёл, то не будем ждать!

– Есть повод? – Я с удивлением поднял брови, но послушно вымыл руки и сел, куда было сказано, наблюдая, как хозяйка мечется по кухне, собирая на стол, и шпыняет мужа, командуя то что-то достать, то нарезать. – Да не суетитесь вы так!

– Ты не понимаешь! – Елизавета замерла на секунду, глядя на меня блестящими от счастья глазами. – Я иду на повышение! В областную комиссию ВЛКСМ! И Колю туда берут, курировать студотряды! А ещё нас в очереди на квартиру вперёд подвинули, говорят, что ещё до Нового года можем получить! И всё это благодаря тебе и Бессмертному полку! Я сама не верю, что это происходит!!!

– Значит, наша идея выстрелила? – Я расплылся в улыбке, чувствуя, как с души свалился громадный камень. Было бы неприятно, если бы такая идея осталась похороненной в дебрях бюрократии. – Да ты что?!! Рассказывай!

– Даже не знаю, с чего начать. – Хозяйка, наконец, плюхнулась на стул, разливая по чашкам ароматную заварку. – Короче, после нашего шествия меня дёрнул Квятковский, это начальник отдела, где я работала.

– Тот, что тебя выжить пытался? – Я тут же припомнил о проблемах девушки по службе. – И чего?

– Да, он самый, – коротко хохотнула Елизавета. – Как он орал! Стёкла дрожали. Из других отделов прибегали узнать, всё ли у нас в порядке. Всех собак на меня повесил, грозился не просто уволить по статье, а чуть ли не под трибунал отдать. А потом вдруг сверху звонок поступил, организаторам акции предстать пред светлы очи самого товарища Васнецова! Я когда узнала, у меня внутри прям всё оборвалось. Квятковский, сука, тут же заявил, что всё это моя самодеятельность, он никакого отношения не имеет и вообще никто ничего не знал. И я пошла одна.

– А там всё оказалось совсем не так, как ожидалось, – владея информацией от деда, я уже знал, что руководство страны благосклонно приняло Бессмертный полк и распорядилось сделать акцию ежегодной. – Значит, осыпали тебя дарами.

– Да не то слово! – восхищённо вздохнула девушка. – И Колю вернули, и квартира, и… до сих пор не верится, что это не сон!

– А я тебе говорил, всё нормально будет. – Я хмыкнул и поднял чашку. – Ну, за вас! Рад, что вы снова вместе, в смысле, что Николай теперь будет здесь работать, а то не дело это, когда ребёнок растёт сиротой при живом отце! Да и вообще, ты, Елизавета Батьковна, достойна всего, что на тебя свалилось. Без тебя ничего бы не получилось, ну, или не в таком масштабе.

– Ой, брось! – отмахнулась та. – Обратился бы к деду…

– И тот сделал бы ещё один парад, – перебил её я. – Да и не хотел я быть ему слишком сильно обязанным. У нас сложные отношения, – объяснил я специально для Николая, внимательно слушающего наш разговор. – Мы долгое время вообще не общались, только недавно начали. Поэтому я держу дистанцию и не хочу сильно впутывать его в свои дела. К тому же изначально идея была, что Бессмертный полк станет именно народной акцией памяти, так что твоя помощь оказалась буквально неоценимой. Так что считаю, что всех слонов вы получили полностью заслуженно.

– Но как же ты, – вот теперь девушка выдала то, что её терзало. – Я слышала, что Марк Артёмович получил благодарность и вроде его тоже на повышение двигают. Получается, ты один остался неотмеченным. Это неправильно.

– Забей! – Я легкомысленно отмахнулся. – Это такая мелочь! Собственно, я и не рассчитывал на награду. Я не альтруист и в целом довольно циничная сволочь, но в конкретно этом случае действительно действовал безвозмездно. Ты только не грузись на тему, мол, что и ты должна была поступить так же. Вспомни, моя была только идея, всё воплощение легло на твои плечи. Поэтому всё, не парься, мы молодцы, сделали большое дело, в следующем году надо устроить шествие ещё масштабней и привлечь больше народу. А пока можно расслабиться и понежиться в лучах заслуженной славы.

– Даже не верится, что тебе всего шестнадцать, – хмыкнул Николай. – Рассуждаешь, будто сорок. Это из-за твоей особенности энергета? Мне Лиза немного рассказывала, но что-то у других я подобного не видел.

– Сатори, состояние просветления, конечно, помогает, это невероятно мощный инструмент, но по большому счёту оно тут ни при чём. – Я пожал плечами. – Просто я в какой-то момент понял, что жил неправильно, и теперь пытаюсь это исправить. Как могу. Вот и повзрослел раньше, чем положено. Короче, не парьтесь, я нормальный, хоть и хорошо это прячу.

– Мама пришла! – Лиза подскочила, заслышав скрежет ключа в скважине. – А у нас гости!

– Правда? – Варвара Михайловна заглянула на кухню и расплылась в улыбке. – Семён! Какой ты молодец, что зашёл!

– Семён тут?! – Из-за спины женщины тут же показалась хитрая мордашка Катьки, и, убедившись, что ей не кажется, девчонка с писком кинулась мне на шею. – А-а-а-а!!! Привет!!! Сёмка-а-а!!! Наконец-то!!!

– Задушишь… – я наигранно захрипел, одновременно начав щекотать бойкую егозу. – Привет, коза-дереза! Как жизнь молодая? Как школа?

– Ой, да что там может быть интересного, – отмахнулась Катя. – Как обычно всё. Зубрим, грызём гранит науки. Скучно. А где ты был? На картошке? Мы тоже в теплицы ездили на Мичурина, знаешь, как там прикольно!!!

– Так! – Мать шлёпнула девчонку полотенцем пониже спины. – Ну-ка слезь с человека! И быстро руки мыть! Распустилась совсем! А ты, Семён, ей не потакай, а то она тебе вовсе на шею сядет!

– Ничего, у меня шея крепкая. – Я подмигнул Катьке. – Как-нибудь справлюсь.

– Это ты её плохо знаешь, – рассмеялась хозяйка и тут же взяла всё в свои руки. – А что вы сразу торт начали? Не накормили человека, сразу сладкое. Так, давайте-ка, мужики, кыш отсюда! Сходите поговорите, познакомьтесь заодно. А мы сейчас стол накроем. Я и курочки купила, и колбаски. И сырка. Давайте шуруйте, не мешайте. Скоро позовём.

Варвара Михайловна была хозяйкой хоть куда, да и дочерей научила на совесть, так что не прошло и получаса, как был накрыт праздничный обед. И, надо сказать, удался он на славу. Мы посидели, поговорили, даже немножко выпили, тем более что я был без мотоцикла. Сегодня с утра зарядил дождь, а в такую погоду на байке особо не погоняешь, поэтому пришлось оставить его дома. Да и вообще пора было ставить мой Ижак на зимовку, на выходных у деда договорился, что ему найдут место в ведомственном гараже, но по-хорошему стоит озаботиться своим. Только капитальным, с отоплением, ямой и, в идеале, погребом, не хочу ракушку.

Что это вообще такое? Летом жарко, зимой холодно, тесно, не повернуться. И пусть мотоциклу и такого хватит, но я-то думаю на вырост. Два года… даже один и несколько месяцев, и я стану совершеннолетним, смогу водить машину. Кстати, ещё надо самим авто озаботиться. И мне не хотелось, чтобы оно было из разряда ведро с болтами. То есть все «Жигули», «Москвичи» и прочие «Лады» я отметал сразу. Ничего не имею против этих машин, но, привыкнув к качественным автомобилям, сложно пересесть на ту же «копейку», которая устарела морально через пару лет после выпуска. Или «Запорожец», где колени прикрывают уши. Это же пытка ездить в таком, а я не для этого машину хотел, чтобы трудности преодолевать.

Хотя справедливости ради должен признать, что советская автомобильная промышленность этого мира была гораздо более развитой, и современные машины не сильно отличались от западных по качеству и комфорту. А ещё имелся целый ряд разных моделей, которых у нас просто не производили. Может быть, они имелись в виде прототипов, но в серию так и не пошли, не знаю, но, например, тот же «Москвич» ещё с шестидесятых годов активно развивал линейку малолитражных внедорожников. У нас эту нишу занимала только «Нива» и разные извращения типа «ЛУАЗ-969». Довелось мне как-то в таком покататься, это ж ужас. Хотя признаю, для своих задач машина неплохая, особенно в военном варианте.

Разные ГАЗы и УАЗы я в расчёт не брал, поскольку они всё же больше машины для деревни, а не для города. Их и проектировали как военные, а вот чего-то небольшого, но проходимого, на чём не стыдно и в городе показаться, и на природу рвануть, кроме «Нивы», у нас не имелось. А здесь пожалуйста! Внедорожники цвели и пахли. И не только УАЗики, типа того, на котором гонял Сикорский. Нет, своя линейка имелась почти у каждого завода. Где-то получше, где-то похуже, но отметился и «ИЖ», и «ЛУАЗ» выпустил новую модель, повышенной комфортности, а Горьковский автозавод так и вовсе разродился целой серией авто разного уровня, от пляжных внедорожников до пикапов и бронеавтомобилей. Кстати, мне очень понравился ГАЗ-3106 «Атаман». Солидная машина, годная для любых целей. Правда, крупновата для города, а в поля я выбирался крайне редко, так что не спешил бежать в магазин с криком «Возьмите мои деньги!!!».

К тому же имелся ещё один нюанс. В свободной продаже новое, современное авто было практически невозможно встретить. Старые модели – пожалуйста. Бери «копейку», «шаху» или тот же ушастый «Запорожец», но, если хочешь новую модель, будь добр, встань на очередь. Да, там не стояли годами, ожидая счастливой возможности, как мне рассказывали пожившие в нашем Союзе, но тем не менее полгода, а то и больше приходилось ждать. А ещё определиться с конкретной маркой, ведь на разные модели были разные очереди. Для меня это до сих пор было немного дико, но факт оставался фактом.

Впрочем, с моей стороны подобные переживания выглядели лукавством. Я прекрасно знал о наличии спец распределителей для отдельных категорий граждан, и сам уже в эти категории попадал. Пусть с чужой подачи, но уверен, что и дед, и Сикорский вполне могли помочь мне в этом вопросе. Даже, наверно, Игоря Игоревича трогать не стоило. И чтобы не было возможности обвинить его в непотизме и использовании служебного положения, да и дед мог обидеться, мол, чего ты к чужим людям обращаешься, когда я есть. Он мне на это уже намекал пару раз. Я, правда, ему ответил, чтобы он сам придержал своё желание перетащить меня под своё крыло, но в целом понимал желание старика как-то компенсировать время, когда мы не знали друг о друге. Ладно, разберусь, время терпит.

В общем, посидели мы душевно. Я был рад за Елизавету и её мужа, хотя тот был вроде как ни при чём и сам опешил от свалившихся почестей. К его чести, Николай и не пытался примазаться к заслугам жены, наоборот, высказал мысль отказаться от перевода, но я его отговорил. Пусть на раздачу слонов он попал случайно, но его главной работой теперь будет поддержка Лизы, ведь найдётся немало желающих не просто позлословить в её адрес, но и сделать гадость. А то ишь ты, выскочка, вылезла тут не пойми откуда! Не любят у нас таких, а уж в партийной среде тем более. Там ещё тот гадюшник, и крепкое плечо мужа будет как никогда кстати. Коля и сам понимал, что гордость – это прекрасно, но и о себе подумать надо, так что мои слова нашли у него отклик.

С Катей поболтали о школьных делах. Девчонка теперь училась в восьмом классе и считала себя взрослой. Я её немного подкалывал по этому поводу, но без фанатизма, девочка мне нравилась как человек, и обижать её я не хотел. К тому же Катя оказалась незаменимым источником информации на тему модной среди молодёжи музыки. И, к моей большой радости, среди популярных групп фигурировали «Руки вверх!». Ребята стремительно набирали популярность, и теперь ни одной дискотеки не обходилось без их песен. И это при том, что ещё не вышло ни одного альбома!

Конечно, тут имело своё значение, что группа была местной, исполнителя многие знали, что добавляло ему популярности среди знакомых, но, если бы музыка не заходила слушателям, о крупном успехе можно было бы забыть. Но нет, простые, но забойные танцевальные ритмы, близкие молодёжи тексты нашли отклик, так что уже можно было сказать, что группа выстрелила. У нас на картошке треки тоже пользовались популярностью, и я считал, что надо форсировать работу по записи диска. О чём и собирался поговорить в ближайшее время с Цемелем.

А вечером меня ждала Лена. С Соней мы уже виделись на этой неделе, погуляли, посидели в кафе и неплохо провели время. Жаль только, что у нас не было чего-то типа лав-отелей, а то результат был бы ещё лучше. В обычную же гостиницу нас никто бы не пустил без свидетельства о браке. Такой вот выверт сознания. И дело не в том, что мы подростки, просто, чтобы поселиться в отеле, мужчине и женщине с разной фамилией в обязательном порядке требовалась справка из Загса. Ну и паспорта, конечно же, со штампом, без этого никак. А ну как вы будете безобразиями заниматься, а в СССР секса нет! Шучу, конечно, так никто не говорил, но я всё равно считал это бредом и атавизмом.

С Леной было проще, за ней так не следили, и мы вполне могли завалиться ко мне или к ней. Да, если папа дома, приходилось вести себя прилично, но, когда его нет, мы особо не сдерживались. Мама девчонки прекрасно знала, что мы не только за ручки держимся и музыкой занимаемся, и ничего не имела против. Разве что намекнула, что не готова становиться бабушкой, да отвела дочь в гинекологию, заставив сдать все анализы и выписать противозачаточное. Я тоже старался быть аккуратным и использовал контрацептивы, так что между нами царило полное взаимопонимание.

Вот и сегодня, стоило мне позвонить в дверь, она распахнулась, и у меня на шее повисла верещащая от счастья девчонка. Я тоже соскучился, и некоторое время мы просто целовались на пороге, пока нас не шуганула мама Лены, мол, хватит соседям спектакль устраивать. Мне на них было плевать, но ссориться с возможной тёщей я не собирался, да и целоваться дома гораздо удобнее.

Потом меня попытались снова посадить за стол, и, хоть от ужина я отбиться сумел, всё равно пришлось выпить чаю. Заодно рассказал о том, что было на картошке. Мы, конечно, созванивались, но по телефону я опасался говорить такие вещи. Мало ли, если там всех слушали, то здесь сам Бог велел. Ну, или генеральный секретарь, он в Союзе, можно сказать, круче римского папы и римской мамы, вместе взятых. Как там сказал товарищ Сталин, сколько дивизий в Ватикане? Вот именно, а у генсека, точнее, КГБ были возможности поставить интересующих её людей на прослушку, так что я не обольщался. И старался лишнего не трепать.

Женщины дружно испугались моих приключений, потом возмутились моим идиотизмом. Да, я знаю, что идти охотиться на кабанов ночью с одной рогатиной было не самым умным решением. Сикорский неделю до меня это доносил, не особо выбирая выражения. Потом так же дружно пожалели «собачку». Я хмыкнул про себя, не став объяснять, что эта собачка сама кого хочешь загоняет, да и не переживал я за Найду. Она вполне себе освоилась со своим новым положением, из одиннадцатого отдела приехал кинолог, обладающий особыми навыками и техниками, на щенков уже стояла очередь из институтов, академий и силовиков, включая Министерство обороны, погранцов, и даже ГУИН, которым умные и сильные поисковые собаки были нужны как воздух. Короче, за судьбу лайки можно было не беспокоиться.

Другой вопрос, что я сам не отказался бы от щенка, эта мысль последнее время не давала мне покоя. Не то чтобы я прям такой любитель домашних животных, но какой любитель РПГ пройдёт мимо возможности обзавестись петом?! Останавливало меня лишь понимание, что я тот ещё раздолбай, а собака – это серьёзная ответственность, зато появилась идея, показавшаяся мне гениальной. Но для этого нужно было поговорить с Сикорским и Лидией Федосеевной. А то и со Стравинским. Так что я временно отложил этот вопрос, тем более что с завтрашнего дня у меня начиналась учёба в техникуме, а значит, новые приключения.

Глава 5

– Разрешите? – Я шагнул в распахнувшуюся дверь. – Семён Павлович Чеботарёв по вашему приказанию прибыл.

– Проходи, проходи! – Хозяин кабинета, он же Биртман, Андрей Вальдимартович, расплылся в улыбке. – Присаживайся! Так вот ты какой, Чеботарёв! Наслышан!

– Надеюсь, только хорошее? – Я спокойно плюхнулся на стул, обведя взглядом собравшихся. – Если нет, то не верьте. Не был, не участвовал, не привлекался. Всё это поклёп завистников.

– Что-то вы слишком весёлый, молодой человек, – поджала губы завуч, или, как она в техникуме называется, Наталья Валерьевна. – Не понимаю, что это вас так рассмешило!

– А чего печалиться? – Я пожал плечами. – Картошка позади, учёба началась, небо над головой мирное, родные здоровы, жить хорошо, жизнь хороша.

– Кхе, кхе, – откашлялся Сухарев, намекая глазами, что мне надо бы заткнуться, но я его проигнорировал.

Я мог ещё выслушать замечание от Тихомирова, который не бросил неизвестного пацана гнить на зоне, а вытащил из камеры и помог чем только мог, или там Шилова-старшего, поверившего в меня и щедро вложившегося в проекты. Или даже от Сикорского, который вроде как меня ненавидел, но тем не менее с пониманием отнёсся к случившейся ситуации и даже в какой-то мере благословил нас с Соней. Но никак не от левого хмыря, с чего-то решившего, что я его буду слушаться. Поэтому я повернулся к особисту и, сделав честные-пречестные глаза, невинно поинтересовался:

– Заболели, Алексей Михайлович? – В моём голосе звучало искреннее сочувствие. – Что ж вы так? Теплее надо одеваться. Сейчас погода такая, вроде тепло, а просквозить запросто может.

– Благодарю. – Кагэбэшник умел держать удар. – Так и сделаю.

– Семён, ты наверняка догадываешься, зачем мы тебя пригласили, – прервал нашу пикировку директор. – Но, если нет, поясню, речь о факультативе беспилотных малых летательных аппаратов, который нам поручили ввести. Подразумевалось, что преподавать его будешь ты, что само по себе удивительно, но уже шестнадцатое, а мы так и не видели учебный план, конспекты, да вообще хоть что-нибудь по этой теме. Так дело не пойдёт! Если уж взялся, надо следовать правилам! Правильно я говорю, товарищи?

– Именно так, Андрей Вальдимартович! – тут же закивала головой Наталья Валерьевна словно китайский болванчик. – Именно так и никак иначе. А то, что это получается, товарищи?! Мы обязаны поставить в сетку это, я извиняюсь, факультатив, а у нас ничего нет! Вы уж меня извините, Алексей Михайлович, но это не учёба, это профанация!!!

– Полностью с вами согласен! – добавил я в голос патетики, но всё же не удержал накала. – Дело в том, что это и не мой выбор тоже. Меня самого поставили в известность, что я буду преподавать. Что само по себе довольно странно, а учитывая фактор неожиданности и новизны темы, так и вовсе как пыльным мешком по голове. К тому же никто не отменял других уроков, которые мне также надо учить, и поездки на картошку. Отсюда и вышла некоторая несогласованность. Но я постарался подготовить план, вот, можете сами убедиться.

Я выложил на стол заранее заготовленные папки, которые тут же разобрали. Да, времени у меня было немного, да и опыт преподавания отсутствовал, но зато жизненного хватало. Так что, может быть, с точки зрения педагогической науки, мои выкладки могли показаться неправильными, но я считал их достаточными, чтобы дать представление о том, что такое беспилотники вообще и квадрокоптеры в частности. А если кому-то что-то не нравится, могут сами вести этот факультатив. Ещё бы они понимали, что вообще это такое, беспилотные летательные аппараты.

– Значит, в первом семестре ты хочешь дать теорию о строении этих… – директор сверился с текстом, – квадрокоптеров, а во втором перейти к практике. Сделать аппарат своими руками и научиться им управлять, так?

– Совершенно, верно. – я кивнул. – Всего сорок часов за два семестра. Два часа за две недели. Думаю, этого будет более чем достаточно. В первый семестр отсеются те, кому неинтересно, так что потом мы сможем спокойно сформировать небольшую группу энтузиастов.

– Идея неплохая. – На удивление, завуч или, точнее, как я вспомнил, заместитель директора по учебно-методической работе, не стала придираться к плану, а перешла в более конструктивную плоскость. – Но где мы возьмём средства? Я понимаю, что вести факультатив вы будете на общественных началах, но эти ваши квадрокоптеры из чего-то же нужно собирать! Что там для этого требуется? Я уверена, что всё это стоит денег. А фондов нет!

– На техническую часть фонды будут выделены дополнительно через наше ведомство, – подал голос Сухарев. – Также со всех участников будет взята подписка о неразглашении.

– Вы, конечно, меня извините, но это бред. – Я покачал головой, не сумев сдержаться из-за накала идиотизма. – За границей уже клепают дроны того или иного вида, в том числе и квадрокоптеры. Пройдёт совсем немного времени, когда форма устоится, а после производство и вовсе станет массовым. И если мы будем трястись и пугаться собственной тени, отстанем даже от индусов, прости Господи. Тут, как по мне, наоборот, нужно делать использование дронов массовым, а чтобы не допускать различных инцидентов, разработать технические нормы и полётный регламент.

– Это решаю не я, – изменился в лице особист. – Вопросами безопасности страны занимаются гораздо более компетентные люди, я лишь выполняю приказ.

– Да я понимаю, извините. – Я тяжело вздохнул и взял себя в руки. – Просто не хочется, чтобы такое невероятно важное направление легло под сукно только из-за того, что кто-то там, наверху, чего-то испугался. Не нужно считать наших врагов идиотами. В некоторых моментах они нас превосходят, а именно в плане низовой промышленной инициативы, так сказать. Там любой человек может начать своё дело, причём практически любого направления, не оглядываясь на указивки сверху. Да, девяносто девять из ста прогорят, но один-то выстрелит и двинет вперёд техническую мысль. А у нас слишком легко при этом можно получить по рукам. И нет, я не антисоветчик, наоборот, я люблю свою страну, но такие вот моменты раздражают.

– Давайте вернёмся к учебному плану, – поспешил свернуть с опасной темы директор. – Значит, на практические занятия будет отдельный бюджет. А в чём конкретно они будут заключаться? Что вы собираетесь делать? Это будет что-то вроде кружка авиамоделирования?

– Не совсем. – Я покачал головой. – Понимаете, принципиальное отличие квадрокоптеров от планеров в том, что они, так сказать, уже конечный продукт. Там, где другие собирают уменьшенные копии действующих самолётов, годные только для изучения особенностей конструирования и развлечения, у нас фактически получается действующее изделие. На него уже можно будет навешивать различное оборудование и использовать по назначению. Прежде всего, это, конечно, наблюдение, но возможны и различные дополнительные функции. И пусть на данный момент та же возможность сброса гранат или функция дрона-камикадзе нас не интересует, мы вполне можем тренироваться в их использовании.

– Ну вот, а вы говорите, не нужен контроль! – откинулся в кресле Андрей Вальдимартович. – Это же, получается, настоящее оружие! А если что-то случится, кто будет отвечать?!

– Я не говорил, что контроль совсем не нужен. – Я не собирался каяться. – Но тут ведь какой момент. Любой автомобиль можно превратить в шахид-мобиль. Начинить его взрывчаткой, собрать простейший управляющий блок и устроить теракт. Так что теперь, машины запретить? Да, с дроном проще, но тут уж ничего не поделаешь, от тех же кухонных ножей в год гибнет намного больше людей, чем от огнестрела. Регламент обращения с малыми беспилотниками нужен в обязательном порядке, тут я первый двумя руками за. А вот насчёт остального… я вообще считаю, что со временем умение управлять дронами нужно будет прямо в школе прививать в обязательном порядке. Так же как вождение автомобиля. За дронами будущее. Я могу очень долго перечислять возможности и военные, и гражданские, но не буду отнимать время. Скажу только, что изучать способы военного применения я поначалу вообще не планировал, в документах этого нет. Но раз уж КГБ берёт наши занятия на контроль, то можно выделить под это несколько часов в конце года. Чтобы они имели представление, что это такое.

– Мы ещё обсудим этот вопрос, – вмешался Сухарев. – Пока давайте оставим его открытым.

– Лично я категорически против подобных… экспериментов! – Пока я рассуждал о военном применении квадрокоптеров, замдиректора сидела, поджав губы, но в итоге не выдержала. – Наши студенты…

– Готовятся создавать и обслуживать боевые самолёты, извините, что перебил. – Я мило улыбнулся женщине. – То есть, по сути, делают всё то же самое, разве что самостоятельно на врага их не наводят. Да и то неизвестно, как долго это будет продолжаться. Чем мощнее и производительнее будут становиться микропроцессоры, тем больше возможностей будет у беспилотной авиации. Американцы уже сейчас вовсю применяют свои разведывательно-атакующие дроны «Жнец» и «Хищник». От них не отстаёт Израиль, да и остальные западные страны. Если мы будем прятать голову в песок, то проиграем эту гонку, даже не начав. К тому же никто не собирается гнать наших студентов на фронт. Тут, скорее, речь идёт о том, чтобы они сами научились управлять беспилотниками и научили других.

– Хорошо! – не дал разгореться спору Биртман. – Тогда мы с Натальей Валерьевной изучим учебный план, если что, подкорректируем… вы же, молодой человек, не против?

– Конечно, нет. – Я пожал плечами. – Буду рад принять совет от опытных педагогов.

– Ну, вот и замечательно! – удовлетворённо кивнул директор. – Наталья Валерьевна вызовет вас, когда всё будет готово. С ней же обсудите расписание.

– Понял, принял, – я верно понял, что аудиенция закончена, и поднялся со стула. – Спасибо, что уделили время.

– Пустяки, наша обязанность, как педагогов, помогать юным талантам, – отмахнулся Андрей Вальдимартович. – Алексей Михайлович, задержитесь, пожалуйста. Надо обсудить кое-какие вопросы.

Намёки я ловил на раз, особенно такие вот, когда только в лоб не объяснили, что пора. Поэтому кивнул честной компании и свалил. Теперь можно было и расслабиться, хотя, справедливости ради, я особо и не напрягался. Первый курс техникума фактически дублировал школьную программу, а я уже успел по ней пробежаться. Освежил знания по точным наукам, уложил в голове гуманитарные, отличающиеся от прошлых, и в итоге был готов хоть сейчас сдавать выпускные экзамены. Не шучу, сатори с каждым днём действовало всё эффективнее, позволяя заходить всё глубже, не теряя при этом связи с реальностью. А в состоянии просветления заучить учебник по географии или химии и уложить знания в голове было раз плюнуть. Одним словом, чит, как бы бан за это не словить.

Но пока вроде как меня никто выкидывать из этой реальности не собирался, так что я спокойно вышел из техникума, надел шлем и рванул домой. За день успел пообщаться с одногруппниками, пару раз отшить Аньку, не оставившую идею затащить меня в свои сети, посмеялся с Зоей, крепко взявшей Антона в оборот, дал пару советов Эрику, как найти себе девчонку, хотя чего её искать было, нас трое в группе на почти три десятка девок. В коридоре столкнулся с Александрой, в костюме ставшей похожей на строгую преподавательницу, показательно с ней раскланялся и тайком получил предложение заехать в гости, короче, развлекался как мог. Теперь настала пора послужить родине.

Через час я припарковался перед управлением КГБ, проигнорировав удивлённые взгляды случайных прохожих. Да, посторонние люди здесь не останавливались, даже знак не нужен был. И так все знали, что это за здание и кто в нём находится. А тут какой-то пацан, и такой наглый. Впрочем, мои номера многое говорили тем, кто понимает, меня даже ГАИ не останавливало, так что решили, что я сын кого-то из сотрудников. Эх, наивные людишки.

В профилактории меня уже ждали. Анастасия и Лида болтали с монументальной Ольгой Леонидовной, а рядом скромно и молча примостилась симпатичная девица лет двадцати. Хотя какой там симпатичная, очень даже красивая. Тонкие черты лица, точёная фигурка, а девица как специально оделась в облегающие джинсы и обтягивающую высокую грудь-троечку футболку, но главное – это ярко-рыжие волосы и взгляд зелёных глаз. Что называется с блядинкой. Уверен, в Европе её и сейчас без разговоров сожгли бы как ведьму. Ну а кто она, если у меня от одного взгляда в штанах стало тесно.

– Добрый день, милые дамы. – Я щёлкнул каблуками и изобразил поклон. – Позвольте выразить моё восхищение вашей цветущей красотой и преподнести небольшой презент. Так сказать, из почтения и даже в какой-то мере обожания.

– Надо же, какой кавалер, а всего несколько месяцев назад был быдло быдлом, – благосклонно приняла коробку конфет Ольга Леонидовна и, повернувшись к незнакомой девице, подмигнула. – Повезло тебе, Алина.

– Да это он девушку незнакомую увидел, вот и бьёт копытом, – хмыкнула Анастасия с непонятной мне ревностью. – Чего стоишь?! Давай в душ и переодевайся! Время не ждёт, а ещё ваши замеры проводить!

Я пожал плечами, подмигнул рыжей Алине и умотал по знакомому маршруту. Что это было, подумаю потом, но сто процентов никакого влечения ко мне Настя не испытывает. Видала она меня в разных видах, и голого, и нет. А уж сколько боли я испытал от её нежных рук, и это не метафора. Да у меня никогда не встанет на женщину, которая в течение четырёх месяцев изо дня в день била меня током. Это надо быть на голову отбитым, чтобы иметь к ней половое влечение. Ну, или мазохистом, чего я за собой не замечал. Нет, тут что-то другое, но что именно, было непонятно. Хотя… у меня промелькнула идея. Осталось её только проверить, но это позднее, а пока я привычно разорвал пакет с мыльно-рыльными, вставая под тугие горячие струи душа.

– Дамы, я готов и в полном вашем распоряже… пардоньте! – Окинув взглядом фигурку обнажённой девушки, я сделал вид, что мне стыдно, и отвернулся. – Скажете, когда можно поворачиваться.

– Спасибо. – Голос у Алины оказался под стать внешности, чуть низкий, чувственный, пробирающий до костей. – Всё, можете поворачиваться.

– Благодарю. – Я развернулся, с неудовольствием заметив, что халат, в который закуталась рыжая, слишком плотный и длинный. – Итак, начнём?

Замеры прошли быстро. Сама Алина уже прошла их, пока я мылся, и теперь сидела на стуле, с интересом наблюдая за показателями. При этом вид у неё был такой, будто она понимала, что они значат. Что послужило ещё одним камушком на чашу моей версии. Как и её выговор. Явно не сибирский, но и конкретный регион в нём не прослеживался. Скорее уж речь шла о грамотно поставленной речи и прекрасном владении голосом. Что, опять же, намекало.

– Значит так, это первая сессия эксперимента. – После замеров нас взялись инструктировать Лида с Анастасией, а мы с Алиной только кивали, показывая, что всё поняли. – Ваша задача – привыкнуть друг к другу. Почувствовать энергетику. Семён, на тебя ложится основная задача. Не торопись, успеешь ещё затащить Алину в койку, не забывай, что это не развлечение. Перед нами стоит серьёзная цель и, если всё сорвётся из-за того, что ты тупо накинешься на партнёршу…

– А может, ему снять напряжение? – подала голос Ольга Леонидовна, здесь же гоняющая чаи с принесёнными мной конфетами. – Пусть пройдёт за ширму, у меня и журнальчики есть, специфические.

– Обойдусь! – Я решительно отказался от предложения. – Да и не малолетка я, при виде сисек терять волю. Всё понял, сначала привыкание. Начнём?

– Хорошо, – меня смерили подозрительным взглядом, но дали добро. – Ваша палата номер семь. По завершении эксперимента – на замеры.

– Будет сделано! – Я шутливо отдал честь и протянул руку Алине. – Позвольте вас проводить?

– Будьте добры. – Та тут же вошла в роль светской львицы, приняв помощь.

Палата оказалась обставлена в виде гостиничного номера уровня четыре звезды, причём высшей категории. Мебель, кондиционер, телевизор, мини-бар, холодильник, санузел, всё качественное и чистое, но с лёгким налётом совковости, отчего звезды только четыре. А вот кровать на твёрдую пятёрку. Трёх, а то и четырёхспальная, с отличным матрасом, приятным на ощупь постельным бельём, без пошлого инвентаризационного штампа на самом видном месте и со множеством подушек. От такой я бы и дома не отказался, да и сейчас, стоило осмотреться, первым делом плюхнулся на неё во весь рост. Да, конторские знают толк в комфорте, я повернулся на бок и, подперев голову рукой, посмотрел на свою спутницу.

– Ну что, Алина… или как тебя по-настоящему, будем знакомиться? – Я позволил себе слегка ухмыльнуться. – Хотя на самом деле мне без разницы, как тебя зовут. У меня только один вопрос, как так получилось, что «медовую ловушку» такого уровня отправили в качестве подопытной мыши? Только честно. Нам сказали знакомиться, а без искренности я вряд ли смогу тебе доверять. Знаешь ли, не хочется, чтобы во время оргазма мне свернули шею, пусть даже это будет лучшая смерть, какую только можно представить. Я ещё пожить планировал лет эдак двести. А может, и больше, тут как пойдёт, но вот твоё появление намекает, что всё это может оборваться, даже не начавшись. Итак? Твоё слово?

Глава 6

– Не понимаю, о чём ты, – Алина ни капли не изменилась в лице, разглядывая интерьер. – Я никогда не работала на пасеке. Дедушка в деревне держал пару ульев, но чисто для себя.

– Ха! Смешно! – Я сел на кровати. – А хочешь, расскажу, как бы выглядела твоя история в Голливуде?

– В Америке? – удивилась девушка. – Ну давай.

– Ты была бы сирота. – Я припомнил известные мне киношные штампы про русских и Советы. – Или нет, тебя бы забрали у пьющей матери и отправили в спецшколу. Там бы тебя и других девочек учили балету, пению, всяким женским штучкам, причём училка была бы всегда одета в старую форму НКВД и носила стек, которым секла провинившихся по ладоням. Обучение обязательно проходило бы в полутёмном классе, с деревянными партами годов пятидесятых, по стенам висели бы гигантские портреты вождей и красные флаги. А директором был бы серый, невзрачный мужик мерзкой наружности, который насиловал бы девочек, иногда прямо в классе перед всеми, чтобы закалить их характер.

– А сексуальное насилие закаляет, да? – удивилась Алина. – Не знала.

– Ты ещё многого не знаешь, – отмахнулся я. – Вот, а ты бы ему не дала и поэтому тебя списали в расход. Естественно, приговорили к расстрелу в тёмной мрачной камере, где с потолка свисают цепи и капает вода. На тебе порвали бы одежду, швырнули на колени, приставили к затылку наган… это обязательно, на ТТ не так смачно взводится курок, про макаров вообще промолчу. И в последний момент предложили дать ещё один шанс. Задание, где выжить почти невозможно. – Я поиграл бровями, намекая на себя, отчего рыжая закатилась от смеха и плюхнулась рядом. – Ну что, совпало?

– П-по-го-ди! – Девчонку душил смех, и она не сразу смогла взять себя в руки. – Где ты такого бреда наслушался?!!

– Чего бред сразу? – Я наигранно обиделся. – Говорю же, нормальные голливудские штампы. Такие же, как вечно пьяные русские мужики, советские солдаты летом в шапках-ушанках, воры в законе, с трёх лет сидящие в тюрьме, голодающие бабушки с куриными шкурками и одной картофелиной, и прочие правдивые истории, о которых невозможно молчать.

– Капиталистическая пропаганда! – сердито сжала губы Алина. – Тебе, как комсомольцу, должно быть стыдно, что смотришь такие вещи!

– Да вот ещё, – ухмыльнулся я. – Не дождётесь. Врага надо знать в лицо, понимать, как он думает, как устроено его общество, только тогда можно победить. Да ты и сама в курсе, тебя ведь готовили к нелегальной работе?

– С чего ты взял? – почти натурально удивилась девушка, и, будь настоящим шестнадцатилетним парнем, я бы даже поверил. А так мелькнуло в глубине глаз что-то эдакое, подтверждающее мои слова. – Откуда у тебя вообще такие идеи?

– Значит, я прав. – Я кивнул, но, скорее, своим мыслям. – И, скорее всего, внедрение сорвалось не по твоей вине, иначе тебя сюда бы не прислали. Кто-то тебя засветил, и про нелегальную работу можно было забыть. Так что из тебя решили сделать постельную грелку для кого-то высокопоставленного. Возможно, даже члена ЦК. Ты извини, что я так прямо, просто гадко на душе, когда такие вещи происходят. У нас же всё для простого человека, всё во имя человека, и тут, считай, чуть ли не узаконенная проституци…

– Я не шлюха!!! – Девчонка стояла передо мной с горящими от ярости глазами. – Понял, нет?!! Я тебе не проститутка!!!

– Да, ты прекрасно подготовленный агент, готовый выполнить любой приказ, – грустно кивнул я, потирая покрасневшую после оплеухи щёку. – А проститутка тут скорее я. Хоть мне и ни хрена не платят.

– Что ты несёшь?! – обожгла меня взглядом рыжая, но второй раз бить не стала. – Эта техника невероятно важна для страны…

– Да-да, бла-бла-бла, – я помахал в воздухе руками. – Я всю эту чушь слышал уже много раз. Не стоит пытаться мне промыть мозги, я человек, закалённый судьбой. И на страну мне… нет, не скажу, что плевать, иначе всё, что я делал, обесценится, но при этом я понимаю, что жертвовать всем ради общества – путь в никуда. Здоровый цинизм никому не вредил.

– Когда мы построим коммунизм… – запальчиво начала Алина, но я перебил её.

– Ключевое слово «когда»! – Я много раз слышал уже эти байки и слабо верил, что человек изменится, особенно помня, как быстро слетела с советских людей эта шелуха в девяностые. В этой версии Союза было вроде получше, коммунистическая партия ещё не успела растерять авторитет, подкрепляя слова делами, но при этом люди были теми же самыми. Небольшие флуктуации в ту или иную сторону можно было не считать, воспитать «нового» человека – коммуниста, не получилось. – Только боюсь, жить в эту светлую пору, не доведётся ни мне, ни тебе. Даже если мы станем Архонтами.

– Это ещё почему?! – Рыжая не собиралась сдаваться. – Мы уже построили социализм, а вскоре и коммунизм осилим!

– Ага и на Марсе яблони зацветут, – покачал головой я и откинулся на кровати. – К сожалению, люди не меняются. Нужно время, много времени, для полного изменения сознания, нужны условия, развитие того же научного прогресса. И тогда, может быть, мы сумеем создать общество, немного похожее на идеал. Но и то только внешне. А внутри… ладно, забей. Я просто устал, несу всякую чушь. Давай, наверно, закончим на сегодня.

– Да вот ещё! – фыркнула Алина и направилась к мини-бару. – Наговорил всякой чуши и хочешь сбежать? Не выйдет! Пить хочешь? Тут даже пепси есть.

– А джина и тоника нет? – Я никогда не любил сладкую газировку. – И со льдом.

– Тебе шестнадцать! – возмутилась девушка, загремев бутылками.

– То есть трахаться со мной можно, а выпить нельзя? – Я ухмыльнулся очередному проявлению лицемерия. – Ну да, логично же. Как и многое другое. Учиться метать гранаты, надевать противогаз, разбирать и собирать автомат Калашникова, делать перевязки раненым – это детям можно. А вот видеть, как целуются на экране или, не приведи Господь, голую сиську – это категорически нельзя!

– Чего разворчался? – Мне в руку ткнулся холодный стакан. – Держи!

– Благодарю. – Я снова сел, принимая посудину, и сразу отхлебнул. – Надо же! И пропорция правильная, и даже не лёд, а камни! А у тебя чего? Виски с колой? После этого даже не говори, что тебя к агентурной работе не готовили!

– С бурбоном. – Алина глотнула из своего бокала. – Хорошо, не буду говорить. Значит, ты уверен, что мы не сможем построить коммунизм?

– В обозримом будущем – нет. – Я ничуть не стеснялся в выражениях. – И не делай такое лицо. Я прекрасно знаю, что всё, что мы говорим, пишется, да ещё по-любому здесь всё камерами нашпиговано, как буженина чесноком. Но это объективная реальность. Человек, даже советский, остался тем же самым, со своими слабостями и пороками. Просто поверь, стоит системе дать трещину, и из него полезет такое, что волосы на всём теле дыбом встанут… хотя зуб даю, у тебя ниже головы ни волоска. Угадал?

– Иди на фиг! – Девчонка со смехом шлёпнула меня по плечу, но тут же снова стала серьёзной. – И что, по-твоему, всё зря?

– Почему? – удивился я. – Ничего не зря. Советский союз дал миру огромный толчок к развитию социальной сферы, науки, техники, культуры, в конце концов, и даст ещё больше. Но это всё же не коммунизм. На мой взгляд, ближайшее его подобие – это будет киберкоммунизм, где всё будет контролироваться мощными вычислительными машинами, который будут точно знать, сколько ты заработал, сколько потратил, есть ли за тобой какие грешки и так далее. Эдакое неподкупное всевидящее око, которое и будет всё контролировать. И вот только тогда мы максимально приблизимся к идее коммунизма… хотя возможна и обратная трансформация в киберфеодализм.

– Это как? – Судя по искренне заинтересованному взгляду Алины, термины ей были совершенно не знакомы. – Киберкороль и кибервассалы?

– Почти, – я ухмыльнулся и допил коктейль. – Будет новая аристократия – буржуи, владельцы капитала, то бишь роботизированных средств производства. Будет небольшая, но профессиональная армия, оснащённая по последнему слову техники. Полиция, вооружённая похуже и попроще. Группа технических специалистов, умеющих обслуживать и создавать роботов, то бишь те самые средства производства. И все остальные – охлос, быдло, то есть бесправная бедная масса. Возможно, им кинут кость в виде выборов, где разницы между кандидатами не будет никакой, сделают безусловный доход, небольшой, чисто чтобы хватило прожить, может быть, даже дадут бесплатное жильё из расчёта восемь метров квадратных на одного в гигантском человейнике, но это всё. На этом любые социальные блага закончатся. Хочешь больше? Карабкайся наверх, становись полезным новым феодалам, вот тебе обучающие программы и всё такое. Ещё более вероятно, что талантливых детей начнут отбирать ещё со школы, готовя из них ту самую прослойку технических специалистов, врачей и учёных. А на тех, кто не прошёл, просто забьют.

– Господи, жуть какая, – вздрогнула девчонка. – Надеюсь, что мы всё же построим именно этот твой киберкоммунизм.

– Он не мой, а общий. – Я меланхолично поболтал стаканом, слушая, как в нём гремят камни. – Так-то мы его уже строим, та же система учёта и обработки информации – это огромный шаг в нужном направлении. А если примут мои раз… – я оборвал себя, а то и так наговорил на два расстрела и пожизненное. – Ладно, забудь. Чего делать будем? Ты извини, я что-то совсем расклеился. Всё-таки со мной такое впервые.

– А давай я тебе сделаю массаж? – предложила Алина. – Я умею!

– Не сомневаюсь. – Я поставил бокал на тумбочку и вдруг подумал, почему бы, собственно, и нет. – А давай! Мне лечь?

– Да, на живот. – Тут же принялась шуршать по ящикам. – Халат снимай!

Я хмыкнул и сбросил одежду на пол, устроившись на кровати. То, что на мне больше вообще ничего не было, меня ни капли не смущало. Девушку тоже. Я почувствовал, как она ловко взобралась на матрас, усевшись мне на задницу, причём я отлично чувствовал прикосновения её обнажённой кожи. После душа Алина тоже не озаботилась нижним бельём.

– Тебе помягче или пожёстче? – Судя по звукам, рыжая растирала руки, видать, нашла массажное масло. – Как ты любишь?

– На твоё усмотрение. – Обычно я предпочитал более жёсткие варианты, чтобы разбивали узлы, ставили на место кости и всё такое, но это было в прошлой жизни, в этой массаж мне делали впервые. Не считать же массажем пытки от Анастасии, там цель была совсем иная. – Покажи класс!

– Смотри, ты сам напросился! – попыталась напугать меня Алина. – Потом не жалуйся!

Надо сказать, девушка не врала, когда говорила, что умеет делать массаж. Начала она с разогрева, ловко растерев мне спину, потом перешла на плечи, руки и всё, до чего дотягивалась. Пальцы хрупкой с виду рыжей, казалось, имели крепость стали, так что ей не составляло труда размять самые забитые мышцы, но оно и понятно, четвёртый Разряд всё-таки. Потом… а потом я сам не понял, когда с Алины слетел халат и к обычному массажу присоединились элементы тайского, но отчётливо чувствовал, как её соски скользят по моей спине. Ну и понятное дело, что долго под таким напором я не продержался. В итоге у нас всё получилось. Трижды.

Как я и подозревал, Алина была чудо как хороша. Нежная, отзывчивая, готовая на любые эксперименты, хоть справедливости ради мы особо и не увлекались. Так, поменяли штук пять поз, не более, но с такой девушкой этого хватало за глаза. Она реагировала на малейшее прикосновение, словно хорошо настроенная скрипка, легко приходя к финалу вместе со мной. И пусть она так и не подтвердила свою специализацию, только дурак бы не догадался, что девочку учили и учили хорошо. И в этом была проблема.

– Что значит, может помешать? – На меня уставилось четыре пары глаз, причём если старшие женщины смотрели с профессиональным любопытством, то рыжая не смогла сдержаться и сочилась злостью. – Что ты имеешь в виду?

– Без обид, Алина, ты профи, любой мужик после ночи с тобой почувствовал бы себя половым гигантом. – Я устроился на стуле всё в том же халате, не успев переодеться после очередных замеров. – Но это же может помешать. Ты слишком вкладываешься в партнёра, слишком подстраиваешься под него. Да, тебя этому учили, потому что тебе нужно привязать к себе объект. Но сейчас-то другая задача. Нам нужно достичь синергии, резонанса энергий. А я даже не знаю, какой оргазм у тебя был настоящий, а какой ты талантливо имитировала. Может, все? По логике, так и должно быть. Три синхронных финала с незнакомым партнёром – это что-то на уровне фантастики.

– Вот видите, я же вам говорила! – торжествующе обвела взглядом всех Выгорская. – Семён со мной согласен!

– Они ещё не задействовали энергию, – резонно возразила ей Лида, и я понял, что этот спор уже шёл давно. – Вполне возможно, что им удастся синхронизироваться.

– Согласна, – кивнула Ольга Леонидовна. – Да и в целом даже отрицательный результат уже будет результатом. Вам ли этого не знать. Алина, ты готова продолжать?

– Конечно! – подскочила с места девушка. – Я сделаю всё, что от меня зависит…

– Не кричи, не в казарме, – поморщилась врач. – Меньше патетики. Тебе сейчас важнее внутренне настроение, чем внешнее проявление эмоций. Так что давай иди отдохни и подумай. Сможешь ли ты преодолеть заложенные установки и быть самой собой.

– Я… – обмякла девушка. – Не знаю.

– Вот иди и подумай об этом, – кивнула Ольга Леонидовна и повернулась ко мне. – Ты тоже дуй домой, герой-любовник. Завтра у вас отдых, а послезавтра встречаемся в это же время. Не опаздывать!

– Так точно, товарищ генерал! – Я вытянулся во фрунт, что при моём виде выглядело забавно. – Разрешите выполнять!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.