Наталья Филимонова
К эльфам даже не обращайтесь!

Глава 1

Портальная арка стояла в лесу. Я сделала пару шагов из-под свода, напряженно оглядываясь. Нет, в самом деле –  вокруг стеной стоял густой лес.

Может, маги-портальщики на вокзале что-то напутали? Я должна была оказаться в самом центре эльфийской столицы, неподалеку от академии. Эльфы, конечно, странные, но не до такой же степени, правда?

Или до такой?

Сеня неторопливо шагнул следом за мной и почти сразу выронил из зубов ручку чемодана, чтобы ничто не мешало обнюхивать и осматривать территорию.

Багаж мы с Сеней честно поделили: один чемодан несла я, второй –  он. Мой был даже на колесиках, мама для меня специально заказывала по образцу своего старого земного. Только катить колесики по траве все равно не выйдет.

Я оглянулась на арку. Да нет, вон она даже цветочками какими-то оплетена, и руны на ней явно эльфийские. Но где… хоть что-нибудь? И кто-нибудь. Ладно, меня, допустим, встречать некому, но у местного, эээ… вокзала какие-то сотрудники должны быть?

– Сенечка, по-моему, нас здесь не ждали, –  констатировала я, обернувшись к питомцу. Пес согласно фыркнул, водя носом.

Может, Арсений и не самая подходящая кличка для адской гончей. Ну, так, по крайней мере, утверждает моя мама. Но Сеня появился у меня, когда мне было шесть, и я тогда была уверена, что давать животным человеческие имена –  это забавно.

Отреагировать на неожиданный звук я не успела. Парень с длинными белыми волосами, появившийся из-за ближайших деревьев, метнулся к нам слишком быстро.

– В сторону! –  одновременно с этим криком незнакомец отшвырнул меня себе за спину и вскинул руки, целясь… в мою собаку!

Не произнося больше ни звука, он швырнул в Сеню огненный шар. Шерсть пса мгновенно вспыхнула –  как и его алые глаза.

– Стой! –  мой вопль парня не впечатлил, а я с ужасом увидела, что он формирует в руках уже водный шар.

Водный! Навредить адской гончей огнем невозможно –  она сама дитя пламени. Хорошо, что этот псих –  неуч и начал с файербола. Хотя водой вообще-то тоже надо еще постараться, чтобы навредить.

Только я не собираюсь ждать, когда он постарается, и смотреть, что из этого выйдет. Тут мою собаку обижают!

Не раздумывая больше ни секунды, я с боевым визгом прыгнула на спину парня, обхватив его руками и ногами, и вцепилась зубами в торчащий кончик острого уха.

Дернувшись, эльф потерял концентрацию –  и этой секунды оказалось достаточно, чтобы Сеня с рычанием прыгнул на него с другой стороны.

Надо сказать, весит мой песик побольше меня. И лапы у него здоровенные.

В общем, повалились мы всей гроздью. Неприятно, что я в этом бутерброде оказалась снизу –  спиной о землю меня приложило знатно, да еще и придавило как следует. Впору порадоваться, что кругом –  мягкая трава, а не какой-нибудь плиточный вокзальный пол.

Зато в полете я от неожиданности так стиснула зубы, что странно, как не откусила эльфику главный национальный признак… ухо, в смысле. Так что хрипяще-булькающий звук, который он испустил, в общем, вполне объясним.

На мое счастье, Сеня у меня умница, и мои настроения-состояния отлично чувствует. Сообразив, что меня сейчас раздавят, он быстро отскочил в сторону, а следом откатился и парень –  и я смогла наконец вдохнуть.

– Н-ненормальная, –  пробормотал незнакомец, поднял голову –  и оказался лицом к морде с Сеней. К оскаленной и очень недоброжелательной морде, должна сказать.

– Придурок! –  в унисон ему фыркнула я. –  И не смей трогать мою собачку!

– С-собачку?! –  с непередаваемым выражением лица уточнил эльф. –  Это?!

– Не “это”, а Арсений! Сеня, фу! Не ешь это, оно невкусное –  я проверила!

Сеня послушно отступил и пристроился возле меня, правда, не переставая предупредительно тихонько рычать. Парень перевел совершенно осоловелый уже взгляд на меня.

– Ты кто такая вообще?!

Я уже поднималась, отряхивая свой костюм –  новенький, между прочим, охотничий костюм, специально для этого дня покупала! Чтоб перед братским народом в грязь лицом не ударить.

Ну что, замысел удался –  в грязь я ударила затылком.

– Абитуриентка. В академию поступать пришла. А вы тут всех файерболами встречаете?

– Нет, только адских тварей! –  эльф тоже поднялся и болезненно скривился, осматривая себя. Можно подумать, его больше меня приложило! Вообще-то он и падал мягко, и в траве куда меньше меня извалялся. Вот ухо, правда… но он же сам виноват! –  Какая еще абитуриентка?! В нашу академию не принимают… людей!

– Меня –  примут! –  самоуверенно фыркнула я. –  Ты можешь показать, куда мне идти?

В конце концов, других аборигенов поблизости не наблюдается. А узнать хоть что-то надо. Не аукать же мне в этом лесу!

Парень снова окинул меня изучающим взглядом. И, судя по всему, увиденное ему не особенно нравилось. Пфф! Можно подумать, я от него в восторге. Нет, он красавчик, конечно, –  как все эльфы. Просто типичный представитель своего народа. Высокий, стройный, длинноволосый, с тонкими аристократичными чертами лица… в общем –  эльф, просто эльф. Возраст по ним сложно определять, но что-то подсказывало, что этот блондин вряд ли так уж намного старше меня. Уж точно не умудренный годами преподаватель.

А к высокомерным физиономиям у меня с детства иммунитет –  я среди драконов выросла, они еще не так носы задирать умеют.

В конце концов парень мотнул головой, будто изумляясь моему нахальству, и соизволил ответить.

– Я могу отвести тебя к приемной комиссии. Только придется подождать. И убрать монстра.

Мы с Сеней переглянулись.

– Какого еще монстра? –  я озвучила наши с ним общие сомнения.

А этот остроухий просто ткнул пальцем в Сеню! Хам!

И что вообще значит “убрать”? Как он это себе представляет?

– Я изучала устав академии, –  яд из моего голоса, пожалуй, можно было бы сцеживать. Руки я непреклонно сложила на груди. –  Студентам разрешается проживать с питомцами.

Эльф снова покачал головой, будто не веря своим ушам. На меня он при этом смотрел как на умалишенную.

– Надень на своего… питомца хотя бы ошейник. Без поводка его на территорию академии точно никто не пустит.

Презрительно фыркнув, я полезла в чемодан. Ладно-ладно, не впервой. Сеню много куда без поводка не пускают. Люди тоже обычно немного странно реагируют на адскую гончую в качестве домашнего любимца. Хотя мозгов у него, честное слово, побольше, чем у некоторых якобы разумных. И, в отличие от них, он, между прочим, ни на кого без причины не кидается!

И, кстати, когда Сеня на поводке, выглядит это максимально по-дурацки. Так, что все, кто на том поводке настаивал, без всякой моей помощи начинают чувствовать себя идиотами. Ну… хотя бы потому что, как я уже упоминала, весит мой пес побольше, чем я. Когда на одном конце поводка –  здоровенная адская гончая, а на другом –  миниатюрная человеческая девушка, вопрос, кто из них кого погулять вывел, становится не таким уж однозначным. Дураку ясно, что силой я эту собачку не удержу ни при каких условиях.

– Кстати, а чего ждем-то? –  уточнила я, прицепив поводок к ошейнику. Сеня терпеливо стоял, пока я это делала, и я благодарно потрепала его по мохнатой шее. Он у меня умница.

– Кого, –  эльф оглянулся на портальную арку. –  Я с третьего курса, курирую первогодок. Скоро придет… еще одна абитуриентка. Драконица. Я должен ее встретить.

О-о… вот оно что.

Ну да, сейчас встретим настоящую абитуриентку-драконицу, а заодно уж можно и сумасшедшую человеческую девчонку с адской гончей отвести, куда она там рвется, пусть ее преподы сами отшивают…

– А как ее зовут? –  вкрадчиво уточнила я. –  Хотя неважно. Кстати, мы не познакомились. Лелиана Вернес-Тариус.

– Ты-ы?! –  парень снова смерил меня взглядом.

Ну да, ну да. У меня драконья фамилия. И, прямо скажем, непростая. А сама я –  чистокровный человек, без всяких примесей. И с драконицей меня никак не спутать –  хотя бы потому что ростом не вышла, а они все каланчи вроде тех же эльфов. Вон, этому я и до плеча макушкой не достаю. Да и фигуры у них другого типа, и черты лица… хотя моя мама тоже на драконицу не слишком похожа, если честно.

Вот так уж вышло. Странная у меня семья: мама –  дракон, папа –  дракон, а я… ну, уж что выросло, то выросло.

И, само собой, подписывая экзаменационные бланки полным именем, я в них не излагала всю историю своей семьи.

– Я, я. Все документы у меня с собой, можешь не сомневаться.

– Не знаю, что за авантюру ты затеяла, –  эльф продолжал неверяще смотреть на меня, –  но тебя все равно не примут.

Я только усмехнулась. Не принять меня в академию просто не могут –  не теперь. Хотя я, когда отправляла документы, и сама сомневалась. Думала, мне просто откажут сразу. Но ведь не отказали!

Дело в том, что для поступления нужно было сдать несколько теоретических дисциплин –  и это можно было сделать в письменном виде и даже по почте, просто на зачарованных бланках, исключающих всякое списывание и чужую помощь. Эльфы тоже не всегда живут в своей стране и уж тем более в своей столице, так что это не редкость. И я сдала все на отличные оценки. Остался один “живой” экзамен –  по специальности. А уж по своей специальности я точно справлюсь.

– Просто отведи меня, куда там собирался. А я уж как-нибудь разберусь… кстати, мог бы и представиться. Я думала, эльфы народ воспитанный.

Парень чуть скривился и махнул рукой в сторону едва заметной тропки, напоминающей звериную.

– Можешь звать меня Роан. Идем.

Взять хоть один из моих чемоданов этот жлоб и не подумал. Только странно покосился и чуть приподнял брови, когда я, намотав цепочку поводка на запястье, взялась за ручку и потащила свою ношу, куда сказано. Сеня, ухватив зубами второй чемодан, потрусил следом –  впрочем, тут же обогнув и пристроившись чуть впереди, прямо за спиной эльфа.

Надо сказать, последняя перестановка парня не обрадовала. Он даже пару раз оглянулся, все больше стискивая зубы. Явно хотел то ли сказать что-нибудь доброе, то ли еще разок попробовать файерболом запустить. Ну и ладно. Сдержался –  его счастье!

Между тем деревья вокруг становились все более редкими и все более… объемистыми. Я таких раньше не только не встречала, но и вообразить не могла –  с толстенными, просто неохватными стволами и кронами, закрывающими полнеба.

Хотя посмотреть было на что и помимо деревьев. Лес выглядел одновременно диким и каким-то… слишком красивым, чтобы вся эта красота могла быть делом рук одной лишь природы. Живописные коряги, оплетенные цветущими лианами с яркими крупными бутонами. Крохотные озерца, которые я бы назвала лужицами, если бы не кристально прозрачная вода, сверкающая между листьями кувшинок и ирисов. Поросшие мхом камни, разбросанные вроде бы в беспорядке, от которого, тем не менее, сложно отвести взгляд.

В общем, если бы у меня был личный сад, я бы хотела, чтобы он выглядел, как этот лес. Все вокруг цвело, благоухало и шелестело, напоминая яркую нарисованную открытку.

Хотя чему я удивляюсь? Эльфы не спорят с природой, просто меняют ее так, как им вздумается. Да у них тут даже зимы не бывает, как я слышала!

За деревьями иногда мелькали местные жители, но нас никто не окликал.

Я так засмотрелась, что едва не прозевала момент, когда мой провожатый свернул с тропинки к одному из деревьев-великанов. Это был и вовсе какой-то монстр растительного мира –  чтобы его ствол обхватить руками, понадобилось бы несколько десятков человек.

– Здесь секретариат академии, –  нейтральным тоном сообщил Роан.

И я хотела уже вслух изумиться и даже язвительно поинтересоваться –  где же тот секретариат, неужели в кустах прячется? И где вообще эта их хайкова академия!

Однако мой спутник уже подошел вплотную к стволу и… принялся подниматься!

По окружности ствола от земли по спирали вверх вели своеобразные “ступеньки” –  гладкие и ровные сучки, расположенные на равном расстоянии друг от друга. И эльф перепрыгивал с одного сучка на другой с ловкостью белки –  даже не придерживаясь за ствол и вообще, по-моему, не глядя под ноги.

Да он меня разыгрывает! Не может быть!

– Ну что же ты? –  парень оглянулся и снизу вверх насмешливо посмотрел на меня. –  Уже передумала здесь учиться?

Все-таки Сенечка мое настроение замечательно чувствует. Уверена, никто и не заметил, что зарычал не только он один.

Ну уж нет! Этот блондинчик, похоже, уверен, что слабая и хлипкая человечка тут подняться не способна. Да я с детства по деревьям умею лазать! И не по таким карабкалась. А тут еще и ступеньки замечательные.

– Сторожи! –  кинула я Сене, решительно поставив на землю чемодан, бросила бесполезный поводок и шагнула к дереву.

Ладно, допустим, вспорхнуть белкой я все-таки не смогла. Я за ствол держалась и ноги переставляла осторожно. Не настолько уж я дура, чтобы совсем голову терять, когда меня на слабо берут. Может, по сравнению с легконогими эльфами я в этом карабкании вообще смотрелась коровой. Да и плевать! Главное –  результат. А результат налицо: Роана я почти догнала, когда он, дернув плечом, все-таки двинулся дальше –  вверх.

Мы поднимались и поднимались, пока не уперлись в практически сплошную стену из ветвей, в которой оказалась… дверь! Самая обыкновенная дверь. И мой провожатый в нее постучался, а затем и вошел, приглашающе махнув мне рукой.

Войдя, я первым делом принялась озираться. Может, это и не очень вежливо, но уж больно здесь все… странно.

То есть вообще-то обстановка в этой комнате –  самая обыкновенная: пара письменных столов, какие-то шкафы и этажерки, несколько кресел. Все почти так же, как в секретариате или в учебной части Сайларской академии. Почти.

Комната была в форме правильного полукруга, причем дугообразная стена состояла из густо растущих ветвей и плотно оплетающих их цветущих лиан. Через равные промежутки виднелись лепесткообразные окошки, где ветви размыкались. А вот единственная прямая стенка напротив нас –  обычная деревянная панель. И пол под ногами дощатый. Похоже, эту площадку уложили между ответвлениями ствола дерева.

Над нами ветви так же плотно смыкались в сводчатый потолок. И что-то подсказывало, что за деревянной панелью есть еще один такой же полукруг.

В странной комнате обнаружились двое: одетая в длинное синее платье золотоволосая эльфийка за письменным столом и ее темноволосый соплеменник, стоявший рядом. Выглядели они такими же юными, как все представители этого народа. Хотя вряд ли тут в секретариате работают мои ровесники. Не удивлюсь, если этим остроухим по сто лет, а то и куда больше.

Девушка… нет, наверное, все-таки женщина подняла голову и изумленно распахнула глаза.

– Леди Лелиана Вернес-Тариус! –  с апломбом объявил Роан, жестом указав на меня.

Глаза у эльфийки округлились еще больше.

– Это?! –  она переглянулась со стоящим рядом мужчиной.

Да что они заладили!

Я шагнула к столу, одновременно извлекая из кармашка на своем жилете метрику.

– Вам должны были доставить мои экзаменационные листы. С отличными оценками.

– Но… но… –  остроухая неверяще уставилась в метрику, как будто надеясь увидеть там что-то кроме моего имени и имен моих родителей. И магической печати, само собой.

– Приемный ребенок?.. –  негромко пробормотал мужчина.

Я только скривилась, предпочитая сделать вид, что не слышала этого.

Вообще-то, строго говоря, –  да, у меня нет общей крови ни с кем из моих родителей. Папа мне на самом деле отчим. Но он уж точно куда роднее того мерзавца, который нас с мамой бросил. Папа –  это тот, кто мне щенка подарил, на спине катал и мои детские слезы вытирал, а не тот, кому нет до меня дела и кого я почти не помню.

А с мамой вообще все сложно. Потому что –  да, она меня родила… вот только не в этом мире. И сюда мы с ней попали по-разному: я, шестилетняя тогда, осталась прежней. А мама оказалась в другом теле. И этому телу я как бы и не родственница даже… да мы вообще разных видов!

Только мама мне давным-давно сказала, чтобы я о таком даже думать не смела. Потому что родные –  это о душе, а не о крови.

Так что –  мама с папой у меня самые родные, и точка.

– Вы знаете, что в Стародревской академии учатся только эльфы? –  это незнакомец произнес уже громко, обращаясь именно ко мне, так что проигнорировать не вышло бы.

– До сих пор учились, –  поправила я с независимым видом. –  Но мои документы приняли.

Честно говоря, я и сама не сразу поверила, когда их приняли. Потому что вообще-то этот эльф прав. Это у нас в Сайларе академия магии –  международная, и там кого только не встретишь. А здесь никто, кроме остроухих, раньше не учился. Да никто к ним и не рвался, честно говоря –  уж больно высокомерны. И академия у них в сравнении с тем же СМАМом маленькая и, говорят, программа там сильно отличается от всех остальных учебных заведений.

Просто я рассылала документы наудачу, вот буквально во все стороны, где примут. И шансу обрадовалась безумно.

Ну да, все стремятся в Сайларскую академию магии. А я стремилась –  оттуда. Потому что… ну серьезно, как учиться там, где ректором работает твой отец? Кто вообще поверит, что я свои отличные оценки честно заработала? Да и какая может быть нормальная студенческая жизнь –  все эти веселые пирушки, хулиганские проделки, романы? Да со мной дружить захотят только подхалимы, желающие перед папой выслужиться и чего-нибудь получить от этой дружбы.

– Но вы же понимаете, определенные обстоятельства… –  теперь мужчина, который так и не соизволил мне представиться –  как и его коллега, кстати! –  тоже смотрел в мою метрику.

– Какие обстоятельства? –  я решила прикинуться ветошью.

Ага, я как бы ничего не понимаю. Хотя по реакции всех троих до сих пор встреченных эльфов выводы сделать совсем несложно, хоть и неприятно. Я-то, дура наивная, подумала, что остроухие решили брать пример с Сайлары и открыли двери для представителей всех народов… а они всего лишь побоялись отказать той, кто носит фамилию Тариус!

Просто такую же фамилию носит король драконов. Мой кузен Кирстен, тот еще обалдуй.

Обидно вообще-то, когда все твои знания и таланты ничего не значат. Но… с другой стороны, я по-прежнему ношу эту фамилию. Да и имя моего отца, ректора крупнейшей на континенте академии магии, значится в метрике. И если бы мои документы сразу отказались здесь принимать, это никого бы не удивило. А вот если сейчас попытаются выгнать за то, что я оказалась не драконицей, это вызовет вопросы и у людей, и у драконов. С учетом все той же фамилии и влиятельных родственников –  задать те вопросы будет кому. А Стародреву совсем ни к чему международный скандал.

Уверена, все эти мысли сейчас проносились в головах обоих эльфов передо мной.

Они снова переглянулись, и женщина, пошуршав бумажками, подняла наконец взгляд на меня.

– Факультет заклинателей? –  уточнила она, хотя все данные были прямо перед ней, я видела. Поэтому только молча кивнула.

В СМАМе эта специальность –  или очень похожая –  называется “магзоология”.

– Что ж, –  кажется, темноволосый наконец принял какое-то решение, –  ваше испытание завтра через два часа после рассвета. Сегодня вы можете остановиться в общежитии для первого курса. Роан проводит.

Сказано это было таким тоном, что отчетливо читалось –  “только сегодня”. Ясненько, на экзамене будут целенаправленно валить. Если я как бы сама не поступлю, то и никакого скандала не случится.

– Идем, –  Роан бесцеремонно дернул меня за руку к выходу.

Интересно, а про моего питомца он ни слова не сказал. Рассчитывает на сюрприз?

Что ж, посмотрим, что у них здесь за общежитие…

– Надеюсь, общежитская комната –  не в каком-нибудь дупле? –  это я спросила, уже осторожно спускаясь все по тем же ступенькам-сучкам вслед за блондином. Вроде как пошутить пыталась, хотя готова была уже практически ко всему.

– Спятила? –  он обернулся ко мне. Нет, определенно, в воспитании у этого остроухого большие пробелы. Я-то думала, они в естественной среде только высоким слогом разговаривают. –  Размечталась! В дупле сидит комендант!

Глава 2

Ну, что я могу сказать… комендант в самом деле сидел в дупле. Если это можно так назвать.

Просто в нижней части ствола очередного необъятного дерева обнаружилась дверь, а за ней –  еще один полукруглый кабинет с письменным столом, шкафами и стеллажами. Даже окошки тут были –  дупла поменьше.

А вот никого живого в кабинете не оказалось. По крайней мере, на первый взгляд. Хотя на стук в дверь кто-то женским голосом откликнулся и даже пригласил нас войти.

– Леди Миллисент, –  Роан чуть поклонился в пустоту. –  Нужно разместить на ночь абитуриентку факультета заклинателей.

На секунду мне показалось, что в комнате летает шмель или крупная муха –  звук был очень похожий.

А потом прямо перед моим лицом, быстро спикировав откуда-то сверху, зависла крошечная, с палец ростом, девушка со стрекозиными крылышками, одетая в коротенькое зеленое платьице. Да это же… фея! Самая настоящая фея!

– Эту, что ли? –  голос у феечки оказался высоким, однако, несмотря на ее размеры, вполне громким. –  Хммм… полное имя!

Последнее она гаркнула так, что я даже вздрогнула. И послушно назвалась.

– Хм, хм… –  фея несколько раз облетела вокруг меня. Одновременно на письменном столе зашуршали какие-то бумаги, сама собой открылась небольшая чернильница, а перо, взлетев, обмакнулось в нее и быстро сделало запись в каком-то списке. Открылась створка одного из шкафов, и за ней обнаружились стопки ткани. Несколько свертков на верхушке стопки замерцали и исчезли, будто растворившись в воздухе.

– Комната на втором уровне. Постельное белье выдано, –  удовлетворенно объявила фея, снова зависнув перед моим лицом, и повелительным тоном продолжила. –  В общежитии запрещено использовать какую-либо магию, кроме бытовой. Экспериментов не устраивать. Парней не водить. Алкоголь не распивать. Казенное имущество не портить. Распишись!

Мордочка самой леди Миллисент при этом оказалась очень суровой, что смотрелось бы комично при ее размерах, если бы я не осознавала, насколько на самом деле могущественна эта малышка.

С феями мне до сих пор не доводилось сталкиваться. Но у нас в СМАМе, где прошла изрядная часть моего детства, работал джинн. И я с детства же знаю, что эти два вида разумных –  единственные, для кого вообще не писаны даже законы магии. Конечно, у них есть свои ограничения –  например, те же джинны могут творить чудеса, только исполняя чужие желания. Зато в рамках этих самых желаний они почти всемогущи.

Но фея –  комендант общежития?! Да ладно!

Хотя, если подумать, порядок она может обеспечить лучше, чем кто бы то ни было. Просто я ожидала увидеть еще одну недовольную эльфийскую физиономию, и к этому явлению оказалась не готова.

Как бы там ни было, но с комендантом лучше быть в хороших отношениях.

Так что я поспешно расписалась в журнале напротив своего имени и даже, покосившись на уже закрывшийся шкаф с постельным бельем, поблагодарила фею. Та только царственно кивнула и, не утруждая себя прощаниями, взмыла вверх, чтобы тут же рассыпаться серебристой пыльцой.

На этот раз, легко взбежав по первым нескольким сучкам-ступенькам на стволе очередного дерева, Роан приостановился почти сразу, глядя на меня с едва уловимой насмешкой. Что, ждет шоу, в котором я пытаюсь вскарабкаться по этим птичьим жердочкам, балансируя с двумя чемоданами в руках и без малого центнером любимой собачки на спине?

А вот не дождется!

– Жди здесь, –  кивнула я Сене и принялась все так же неторопливо и осторожно подниматься следом за Роаном.

Даже любопытно теперь –  студенты здесь как, на веточках сидят? В развилке кроны вряд ли воткнешь больше одной площадки, а туда много студентов не поселишь. На целое общежитие не тянет.

– И что, весь первый курс на этом дереве живет? –  уточнила я у своего спутника.

– Нет, конечно! –  даже, кажется, изумился он. –  Только девушки.

Так, понятно… то есть ничего не понятно. Вряд ли девушек на курсе всего две или три. И где все помещаются?

Ответ я получила очень скоро –  как только добралась до одной из нижних ветвей. Не настолько толстой, как сам ствол, но тоже… не тоненькой, прямо скажем. По такой можно смело ходить туда-сюда, как по широченному мосту, и даже ската под ногами не особенно чувствовать. Как и едва заметного уклона. Роан только оглянулся, посмотрев вдоль ветки, и принялся подниматься дальше, а вот я, проследив за его взглядом, ненадолго замерла.

В паре метров от ствола прямо на ветке стоял домик. Самый настоящий домик! Правда, не сложенный из камня или сколоченный из досок, а будто… выращенный. Стены и скат крыши состояли из плотно переплетенных лоз незнакомого растения, а вот дверь оказалась самой обыкновенной, деревянной. Это напоминало бы клубок омелы, если бы не прямые углы и та самая дверь. Домик оказался пошире ветки, на которой он стоял, и углы нависали над пропастью внизу. Не сказать, чтобы сооружение это выглядело надежным, но… если здесь так живут, значит, это должно быть вполне безопасно.

То есть они тут не на веточках сидят –  как я могла подумать! –  а в скворечниках. Очень мило.

– Ты идешь? –  оказывается, Роан успел отойти довольно далеко и теперь приостановился, недовольно оглядываясь на меня. Я тряхнула головой и двинулась следом.

“Комната на втором уровне” оказалась в точности таким же домиком, только на следующей ветке. Ну… хорошо, что под самую макушку не загнали. Все-таки мне тут каждый день туда-сюда карабкаться.

Не дойдя до двери пары шагов, я остановилась. Ух… хорошо, что высоты я не особенно боюсь. Подождала, когда Роан снова недовольно обернется. Вот так, пусть смотрит! И негромко свистнула.

– Сеня!

Черная молния метнулась с земли, сопровождаемая треском веток –  и секунду спустя мой пес, очутившись рядом, выронил из зубов чемодан, а Роан отшатнулся. Впрочем, ушастый тут же взял себя в руки и слегка поджал губы, сузив глаза.

Допустим, адские гончие не умеют ни летать, ни лазать по деревьям. Зато прыгать они способны на такую высоту, что им и крыльев не надо.

– Принеси второй, –  строго велела я, и Сеня тут же беззвучно канул в листву, спрыгнув с ветки. И несколько секунд спустя снова появился с чемоданом в зубах.

– Фокусница! –  фыркнул эльф, отворачиваясь. Я пожала плечами. В другой ситуации я и сама, пожалуй, посчитала бы демонстрацию возможностей своего питомца глупым позерством. Но сейчас-то у меня и вариантов других не было.

Парень постучал в дверь и тут же отступил от нее, пропуская меня.

– Комната закреплена за тобой, –  пояснил он. –  Дверь откроется только тебе или твоей соседке.

Я кивнула и нажала на дверную ручку, которая легко поддалась.

И я нос к носу столкнулась с эльфийкой в длинном бледно-зеленом платье. Похоже, она собиралась открыть дверь на стук.

Ага, значит, вот и соседка. Интересно, как она в этом платье по деревьям скачет?

– Привет! Меня сюда поселили, –  я постаралась дружелюбно улыбнуться, но все испортил Сеня, любопытно высунувший из-за меня морду. Тоже вообще-то очень даже дружелюбную. Просто Сенино дружелюбие большинство разумных как-то странно воспринимают.

Глаза девушки расширились, и она чуть отступила внутрь комнаты.

– Собачка не кусается! –  торопливо сообщила я.

– Кусается не собачка! –  мрачно уточнил за моей спиной Роан.

Ах ты!.. Я обернулась и поневоле зацепилась взглядом за торчащий из-под белоснежных волос острый кончик уха –  отчетливо покрасневшего и слегка распухшего.

– Тебе даже идет некоторая асимметрия, –  сообщила я чистую правду. Ну в самом деле, нельзя же быть настолько безупречным! Даже травяные пятна с белоснежной рубашки куда-то исчезли. А вот ухо пламенеет, как положено. Красиво!

И тут же я услышала смешок своей новой соседки по комнате.

Отлично! В панику не впадает, козьи морды не строит, чувство юмора в наличии –  думаю, уживемся!

*

Сеня занял примерно всю комнату.

Нет, на самом деле комната в “скворечнике” оказалась вовсе не такой уж маленькой –  во всяком случае, куда больше, чем представлялось снаружи. И из нее даже вела дверь в небольшой личный санузел и ванную. Честное слово, не душевую –  настоящую ванную! Я, в общем, всегда знала, что эльфы очень ценят комфорт и к личной гигиене относятся прямо-таки с трепетом. Но не думала, что настолько, чтобы затаскивать на дерево здоровенную мраморную ванну.

Санузел, к слову, тоже порадовал –  вполне себе привычный, в точности такой, как дома. А то мне, помнится, мама как-то рассказывала про туалеты-гардеробные в средневековых замках на Земле… в общем, если бы здесь конструкция вдруг оказалась такой же, обитать на нижних ветках было бы не сахар. Магия все-таки здорово облегчает жизнь. Даже в таких вот вопросах.

Так вот, комната была вовсе не маленькой –  вполне нормальной, чтобы разместиться вдвоем. Две односпальные кровати, широкий шкаф, длинный письменный стол с парой стульев, полки на стенах и достаточно места, чтобы ходить, не спотыкаясь друг об друга.

Просто Сеня, он вообще почти в любой комнате занимает примерно всю комнату. Такая собачка. Может, конечно, если бы он просто лежал или сидел где-нибудь неподвижно, его можно было бы задвинуть куда-нибудь в уголок… но сидеть неподвижно Сеня очень не любит, и делает это только по прямой команде. Для адской гончей он еще очень молодой пес –  представители этого вида по нескольку столетий живут. А ему всего-то одиннадцать годиков, только недавно туфли грызть перестал. Дома он как-то ухитрялся оказываться в десяти местах одновременно. Ну, или нам так казалось. А здесь его просто было как-то очень… много.

Мама уверяет, что мы с Сеней –  два сапога пара, и в каждом сапожник по шилу забыл. Я считаю, это гнусный поклеп. Хорошие мы! Просто энергичные и любознательные.

Светлейшая Аэннис Лириниэль сидела, поджав под себя ноги, на своей кровати и опасливо косилась на развалившегося посреди комнаты пса. Ну и на меня как-то дико поглядывала, пока я, пыхтя, заволакивала через порог свои чемоданы.

– Почему ты их не левитируешь? –  разжала она наконец губы. Вопрос прозвучал недоуменно и слегка растерянно.

– Потому что у меня нет магии? –  предположила я очевидное.

– То есть… –  голубые глаза эльфийки, и без того немаленькие, распахнулись на пол-лица. –  То есть как это –  нет? Ты же… ты же поступать приехала!

Я с независимым видом пожала плечами. Ну да, вот так. Магии –  нет. А учиться я буду –  в магической академии. Если в эту по какой-то причине не примут, есть и другие. Даже на самый крайний случай у меня всегда остается родная Сайлара.

– Я на заклинателя поступаю, –  уточнила я.

– Об этом я как раз догадалась! –  смешливо фыркнула Аэннис, покосившись на Сеню. Ну да, кому, кроме зоолога, пришла бы в голову мысль такого питомца завести.

– Ну вот. Дар заклинателя у меня есть. И высокого уровня. А все остальное… никаких файерболов, бытовой магии и прочих трах-тибидохов. Все ручками.

И я, между прочим, вполне довольна! Ну… ладно, я, конечно, не отказалась бы от умения все делать мановением руки. Посуду мыть, например. Или стирать. Я после валяния по траве грязная, как чушка, а на что волосы похожи, даже думать не хочу. А хайков безупречный Роан остался все таким же безупречным. Ну, со скидкой на асимметрию. Зато в чистенькой рубашечке и с причесанными волосами.

Но предложи мне кто-то выбор –  магическая стирка, файерболы или умение общаться с животными, понимать их и чувствовать… да для меня бы даже выбора не стояло. Да все свежевыстиранные рубашки мира не стоят моего Сени.

Вот сейчас, глядя на совершенно обалдевшее лицо своей соседки, я вдруг осознала, что Роан –  он, конечно, хам, но не настолько, как мне показалось. По крайней мере, помощи с чемоданами он не предлагал не от недостатка воспитания. Просто ему, как и Аэннис, в голову не могло прийти, что я не владею бытовой магией. Вряд ли вообще у эльфов принято помогать дамам с такими мелочами, как переноска тяжестей. Просто потому что не-магов среди остроухих не бывает. И уж левитацией предметов на минимальном уровне владеет любой. Так что, когда я взялась за чемодан руками, он, наверное, подумал, что я странная. И что выделываюсь зачем-то.

– Но, но… а как ты непрофильные предметы будешь сдавать? –  Аэннис все никак не могла уложить в голове невероятную информацию.

А я хихикнула.

Перед отъездом я очень долго расспрашивала своего консультанта по эльфийским обычаям. Ну, то есть просто единственную знакомую представительницу этого народа, которой бежать от меня было некуда, потому что она в СМАМе работает. Мэстрис Талиэль, конечно, очень нетипичная эльфийка, но обычаи родины все же помнит. И хотя сама она училась в Сайларе, в очень общих чертах о Стародревской академии она мне рассказала. И подсказала лазейку, которая поможет мне без проблем сдавать зачеты по той же бытовой магии.

По непрофильным предметам здесь всегда сдаются только зачеты. И на них студентам предлагают несколько простейших задач соответствующего направления. Скажем, если речь о бытовой магии, –  тебе могут предложить постирать грязную тряпку, вымыть тарелку, убрать пыль со стола или нарезать салат. Просто эльфы –  маги поголовно, и колдуют, как дышат. Им и в голову не придет руками стирать одежду. Но в зависимости от собственного основного направления каждый эльф сделает это по-своему. Один испарит грязь, другой расщепит, третий перенесет частицы. Неважно, как ты выполняешь задачу, оценивать будут только результат. В общем, если я приду на зачет с тазиком и мылом и банально простирну ту тряпицу руками, придраться будет не к чему, формально задача выполнена. Просто ни один эльф бы так не сделал. Но я-то не эльф!

В общем, на непрофильных предметах я собираюсь бессовестно жульничать. Для того чтобы блистать, у меня есть курсы по специальности. А эльфы –  сильнейшие заклинатели среди разумных, и у них мне есть чему поучиться.

– Ты сумасшедшая, –  резюмировала мои объяснения Аэннис.

Я только неопределенно хмыкнула –  а чего тут спорить? –  и тут же полюбопытствовала:

– А ты на какой факультет идешь?

Эльфийка разом поскучнела и украдкой вздохнула, накручивая на палец белокурый локон.

Все-таки удивительно красивый они народ. Интересно, а сама я смогу угадать? Аэннис выглядит хрупкой даже для эльфийки. А из-за этих огромных голубых глаз еще и кажется ужасно беззащитной. Наверное, целительство для нее было бы слишком. Все-таки там кровь, боль… нет. Может, магия жизни? Ей бы пошло растить цветочки, выводить новые сорта…

– Я боевик, –  мрачно сообщила Аэннис.

*

– Я боевик. –  моя соседка сообщила об этом так обреченно, как будто, ну, не знаю… признавалась, что у нее огромная страшная бородавка посреди лба, до сих пор под платочком пряталась, но платочек все равно придется снять рано или поздно, и я все узнаю неизбежно.

Вообще-то сложно представить этот хрупкий цветочек в драке, пусть даже магической. Но трагедия-то в чем?

– Ну… круто же? –  неуверенно уточнила я.

В Сайларской академии магии, где работают мои родители и где я, считай, выросла, тоже есть боевой факультет. И мама с папой всегда в один голос утверждали, что девиз всякого боевика –  “Слабоумие и отвага!”. Ну или “Сила есть, ума не надо”.

На самом деле, конечно, они не считают всех боевиков дураками. Просто студенты-маги –  такой народ, от которого в любой момент можно ждать неприятностей. А сильный боевик, толком еще не умеющий справляться со своим даром, –  он сам по себе человек-неприятность. И масштабы проблем, которые он способен создавать, впечатляют даже видавших виды преподавателей.

Боевой факультет всегда был одним из самых малочисленных –  к счастью, войн в нашем мире уже много столетий не случалось. Зато есть и преступники, и прочие опасности. Так что боевики находят работу в рядах стражей порядка и спасателей. Как ни крути, профессии у них в основном героические. Студенты этого направления обычно собой страшно гордятся и лучатся самодовольством.

Вот только Аэннис довольной что-то не выглядела.

– Издеваешься, да? –  эльфийка шмыгнула носом, и ее огромные глаза мгновенно наполнились слезами, а плечи ссутулились.

– Эй, ты чего?! –  я, бросив свой недоразобранный чемодан, плюхнулась на кровать соседки рядом с ней и даже приобняла ее за плечи. –  Ань, я же серьезно! Я не собиралась тебя обижать! Да в чем дело?!

– Как ты меня назвала? –  Аэннис тут же отвлеклась, недоуменно захлопав ресницами.

– Ну… я же не виновата, что у вас такие имена пафосные!

– Кто бы говорил! –  фыркнула она.

– А я и не спорю, –  я пожала плечами. Это в детстве мне казалось, что Лелиана, да еще с двойной фамилией –  это ужас как красиво. –  Но меня можно называть Лелей. Или даже Лелькой.

– Лиэль.  Если ты собираешься называть меня этим неизящным… как ты там сказала? –  эльфийка сморщила нос. –  Я тоже буду звать тебя, как мне удобно.

– Да хоть табуреткой, –  я легкомысленно махнула свободной рукой. Лиэль так Лиэль. Даже красиво. –  Ну, ты уже не собираешься реветь? Так что не так с боевым факультетом?

Аэннис тяжко вздохнула.

Не так оказалось все.

Как я уже говорила, эльфы –  маги поголовно. Людям, среди которых полным-полно вообще лишенных магии, кажется, что все остроухие –  могучие колдуны. А на самом деле… дар у каждого свой.

Направления, в которых эльфы всегда считались сильнейшими, –  это целительство, магия жизни и заклинание животных. Немало среди них и воздушников, водников, погодников и природников. И каждая из этих профессий считается почетной и уважаемой.

Вот, скажем, заклинатели. В любой из других стран таким, как я, не так-то просто найти работу. Разве что смотрителем при королевском зверинце или при монстрятнике в академии устроиться. Ну либо заниматься чисто научной работой, изучая малоисследованные виды животных.

А у эльфов заклинатели –  одни из самых востребованных специалистов. Потому что, если люди строят свою собственную “вторую природу”, вытесняя настоящую, то эльфы лишь подстраивают природу под себя. Они не засевают поля и не выводят долгой селекцией новые сорта растений –  они просто выращивают себе все необходимое прямо на лугах и в лесах, а урожай собирают магией. Остроухие не пасут коров и коз, не строят курятников и не сооружают пасек –  они просто договариваются с дикими животными и получают и молоко, и яйца, и мед.

Отлично устроились, в общем. Физическим трудом заниматься нет нужды, и можно позволить себе быть существами сугубо возвышенными. А также интеллектуальными и творческими. Слагать баллады, изобретать новые чары и смотреть свысока на тех, кто вынужден всю грязную и тяжелую работу делать руками.

Разве что традиционная охота в эту картину единения с природой как будто не вписывается. Но, с другой стороны, хищники тоже охотятся, а они –  часть природы. Как и эльфы. Мама почему-то всегда называла их “детьми цветов” и “хиппи остроухими”, что бы это ни значило.

А вот боевики… с боевиками не все так просто.

Эльфы всегда были мирной расой. Да, когда-то, очень давно, они участвовали даже в войнах, и были среди них великие герои… и тем не менее. Это люди, тролли или орки всегда чуть что хватались за оружие и убивали друг друга. Да и драконы недалеко от них ушли. Гномы и гоблины не так агрессивны, но почесать кулаки и набить кому-нибудь морду тоже не дураки. А нормальные эльфы ненавидят насилие и кровопролитие и любыми средствами стремятся его избежать. Миролюбивее них разве что феи, да и то не факт.

В общем, боевик у эльфов –  профессия до крайности непрестижная. И работу с ней найти потом сложно. Разве что телохранителем к какой-нибудь важной особе устроиться.

И идут в боевики… бездари. Те, чьи способности ни к чему другому толком не приспособлены. Ни к чему действительно полезному.

Вот таким вот бездарем и оказалась моя соседка. В целительстве –  она могла разве что остановить кровь или снять головную боль. В природной магии ее потолком было пророщенное зернышко. Зато боевые заклятия давались легко, как дыхание. И хуже того –  ей нравилось ощущение силы и свободы, которое они давали, а это для эльфийской леди уже совсем позорно.

– Ань, подожди, –  я нахмурилась. –  А этот… Роан –  он тоже, по вашим меркам, бездарь?

В том, что Роан –  боевик, я как-то даже не сомневалась. Уж очень уверенно файерболами кидался. Да и рефлексы такие… характерные. Например, когда меня себе за спину отшвырнул, явно пытаясь “спасти” от страшного монстра Сени.

– Нет, конечно! –  Аэннис завистливо вздохнула. –  Роан –  целитель. К боевой магии у него тоже отличные способности, но это же не повод делать ее профессией! Он ей факультативно занимается.

– Ясно… –  я, задумавшись, почесала нос. –  А знаешь, в СМАМе работает одна эльфийка. Преподает артефакторику. Ага, она тоже в ваши традиции не вписалась. Но она сейчас –  уважаемый преподаватель и знаменитый мастер. И совершенно счастлива на своем месте. И даже замуж вышла по большой любви… они с мэтром Драбуром, правда, ругаются по пять раз на день, но им, по-моему, это даже нравится. В общем, я к тому, что мир эльфийским лесом не ограничен. Он большой. И, знаешь, мне почему-то кажется, что сильный боевик, который совсем не похож на боевика и производит самое невинное впечатление, много где будет востребован.

– Например? –  Аэннис изумленно распахнула глаза и стала похожа совсем уж на наивного ребенка. Мда, я б и сама не догадалась ни за что.

– Ну… например, тем же телохранителем при какой-нибудь важной особе, которая не хочет показывать, что у нее есть телохранитель. Будешь изображать подружку или компаньонку. Или в управление стражи –  под прикрытием работать. Стража-то в тебе никто не заподозрит, кого угодно можно на чистую воду вывести. Или вообще какую-нибудь частную контору открыть. Хоть… не знаю… детективное агентство! Зря вы тут все думаете, что боевикам мозги ни к чему. А вот у того же детектива какая работа –  представь! –  я сочиняла на ходу, наблюдая, как постепенно вспыхивают искорки интереса в глазах моей соседки. –  Надо думать, искать, сопоставлять… и милой девушке с наивными глазами будет куда легче вызвать доверие свидетелей, чем какому-нибудь хмурому дядьке. Но в конце расследования детектив всегда сталкивается с преступником, который уже загнан в угол. И хорошо бы уметь в этот момент защитить себя и окружающих. А в идеале –  и скрутить негодяя самостоятельно, чтобы доставить страже.

– Ух ты! –  Аэннис с горящими глазами даже подскочила на месте, а потом и вовсе поднялась с кровати и принялась расхаживать по комнате, сцепив руки в замок перед собой и разве что каким-то чудом обходя развалившегося Сеню. –  Это же… это… я и не думала…

Я хмыкнула, глядя на нее, и тоже поднялась. Надо все-таки разложить свои вещи. Я тут собираюсь остаться надолго, кто бы что об этом ни думал.

– Спасибо! –  эльфийка подлетела ко мне и порывисто обняла.

– Не за что, –  усмехнулась я.

Все-таки у меня есть корыстные мотивы. У Аэннис завтра тоже последний экзамен, и я не хочу, чтобы она его завалила. Как соседка она нас с Сеней устраивает.

В конце концов, она до сих пор ни разу не наступила моей собаке на хвост, а это что-то да значит!

Глава 3

– Главное, нос задирай повыше и смотри из-под ресниц так, будто все вокруг тебе по золотому должны… ну, вы, остроухие, это умеете. Эй, нос выше, я сказала! –  я толкнула мелко вибрирующую Аэннис локтем в бок.

– Так они тоже эльфы! И к тому же преподаватели! Они еще выше задерут! И я сразу все забуду! И не смогу!

Еще вечером моя соседка была полна энтузиазма и уверена, что сделала правильный выбор. Делать то, что нравится и что получается лучше всего, –  куда приятнее, чем стать худшей студенткой какого-нибудь целительского факультета. Или чем вовсе не получить нормального образования.

А сегодня мне пришлось буквально выпихивать ее из нашего домика на дереве. Потому что теперь Аэннис настигла паника уже по другому поводу: а вдруг она опозорится, не справится с экзаменом и не попадет на боевой.

– А кто вчера хвастался, что в пять лет чуть не снес половину Стародрева?

– Ну… –  эльфийка застенчиво потупилась. Судя по ее рассказам, боевик она прямо-таки классический, даром что по ней не скажешь. Из тех, кто вечно сначала наломает дров, а потом изумляется, что делать с результатами. Собственно, учат на этом факультете в первую очередь тому, как держать свою силушку молодецкую под контролем и прилагать по адресу, а не куда получится. Боевик –  это не только таланты, это особый склад характера.

Даже не знаю, и зачем я ей вчера про детективную работу наплела? Большинству боевиков она не подойдет совершенно. Но ведь главное-то –  результат достигнут! Аня, вон, вдруг осознала, что вовсе она со своими талантами не пропащая и не никчемная. И даже, кажется, чуточку загордилась. И загорелась. Осталось только сдать хайков экзамен!

– Ты всех порвешь! –  уверенно объявила я.

– А если они меня порвут? –  сглотнула она.

– Тогда Сеня сожрет твои сапоги и пометит твою кровать!

– Что-о-о?! –  эльфийка распахнула глаза на пол-лица, и я решительно подтолкнула ее.

– Вперед! Не вынуждай же его на крайние меры!

Кажется, уходила она все еще в прострации. Ну и хорошо. Это лучше, чем если она продолжит трястись.

Тем более что Сеня –  слишком воспитанная адская гончая, чтобы метить углы или мебель в доме. В общем, лучше бы Анютке справиться.

В себе-то я и не думала сомневаться.

Стояли мы с ней на пересечении едва заметных тропок в траве. Раньше мне бы и в голову не пришло, что они протоптаны не зверями. И уж тем более вряд ли кто-то, кроме эльфов, всерьез счел бы это… городскими улицами. Или хотя бы переулками. Но, похоже, это они и были.

И на развилке сейчас красовался указатель. На нормальный указатель он тоже не очень-то походил. Просто что-то травянистое, состоящее из пучка зеленых черенков со множеством мелких листиков и одним прямо-таки здоровенным, лопухообразным листом. Вот по этому-то лопуху на палочке прожилками и змеились надписи “Боевой факультет” и “Факультет заклинателей” со стрелками в разные стороны.

Аэннис, сжав кулаки, засеменила наконец направо. А я, глубоко вздохнув, направилась налево, продолжая оглядываться на новую подругу, пока она не скрылась окончательно за деревьями. Сеня бесшумной тенью скользил рядом со мной.

Место проведения экзамена на факультет заклинателей я услышала еще до того, как увидела. Потому что оттуда доносилось хоровое рычание, мычание, блеяние и… хайки задери этих эльфов! Кудахтанье!

*

В том, что экзамен будет проходить на лесной опушке, я как-то даже не сомневалась. Во-первых, чего еще ожидать от эльфов? А во-вторых, проверять таланты заклинателей животных –  дело такое… в общем, на свежем воздухе оно удобнее.

На эльфов, присутствующих на поляне, я не сразу обратила внимание. Вроде бы были какие-то остроухие… вроде бы даже их было довольно много.

Но все мое внимание сосредоточилось на животных, выстроившихся два ряда в линеечку, как на параде. По обе стороны от “линеечки” возвышалось по взрослому-эльфу заклинателю. Они-то, видимо, и держали разномастные “учебные пособия” –  у обоих аж глаза стекленели от натуги. Впрочем, ничего удивительного.

Медведь. Виверна. Добродушный лохматый пес. Енот. Меланхоличная буйволица. Нетерпеливо переступающий копытами горный козел. Василиск. Кролик… курица.

Кажется, я даже догадываюсь, как именно меня собрались валить.

Всего-то навсего подсунут курицу –  и заклинай ее как хочешь. Не справилась? Наверное, дар слабоват… ну не расстраивайся, детка, ты же понимаешь, эльфы-заклинатели –  элита, люди крайне редко рождаются с таким талантом…

Ага-ага, я-то знаю, что установить контакт с курицей вообще способен только хорошо обученный заклинатель высшего уровня.

В Сайларе я с шести лет была личной ученицей мастера Зура –  завкафедрой магзоологии. А потом еще и ходила в качестве вольной слушательницы на его лекции со  студентами. Мастер Зур –  тролль, и дар у него ниже, чем у меня. Зато учитель он отличный. И теорию вдалбливал мне в голову, как я ни пыталась отмахаться и заниматься только возней со зверьем из академического монстрятника.

Так вот, о теории… все дело в том, что, чем умнее живое существо, тем легче установить с ним контакт.

В общем, контакт с обычной домашней собакой –  это настолько просто, что даже неинтересно. Любой справится. Собака умная и к людям чаще всего расположена позитивно. С ней легко договориться.

С диким хищником –  уже сложнее. Интеллект-то у них высокий, но если вы встречаете голодного тигра, который прямо сейчас хочет вас слопать, совершенно бесполезно знать, что у него на уме. Скорее всего, вы и без всякого дара ключевые тезисы уловите. И договариваться с ним в этот момент идея неудачная. Лучшее, что можно сделать в реальности –  это быстро пугнуть, чтобы шел искать себе другую еду.

Но курица… курица –  это, ребята, задача со звездочкой. И не с одной. Потому что мозгов у нее… как у курицы, да.

И еще могу поспорить, что эту конкретную пеструшку специально ради меня добывали в каком-нибудь человеческом поселении. Эльфы-то кур не держат.

С кроликом, пожалуй, тоже будет занимательно. Интеллектом эти ребята, прямо скажем, не блещут.

– Ыыыыыыррры? –  тихонько вопросительно рыкнуло рядом со мной, и я стиснула пальцы на Сенином ошейнике. Мой любимец выразительно облизнулся, лаская взглядом алых глаз упитанные бочка кролика. Кролик нервно прядал ушами.

– Даже не думай! –  шипеть пришлось на грани слышимости –  впрочем, я знала, что Сеня услышит в любом случае.

Адская гончая рядом со мной тоскливо вздохнула. Сеня у меня, конечно, песик воспитанный, но не разрешать ему кролика все-таки жестоко. На секунду я даже почувствовала угрызения совести.

– Абитуриенты! –  тот самый чернявый эльф, которого я видела вчера в секретариате, вышел перед звериным строем. –  Большинство из вас уже знает меня как декана факультета заклинателей. Вы можете звать меня декан Лаэрис. Все вы уже показали себя… –  тут его взгляд остановился на мне, и говорящий чуть сбился. –  Кхм… показали себя достойными молодыми эльфами и продемонстрировали отличную подготовку. Однако для того, чтобы стать заклинателем, необходимо обладать и особым даром достаточной силы. Поэтому сейчас каждый из вас поочередно выберет троих животных и попытается установить с ними контакт. Так вы сможете показать, что ваш дар достаточно силен и универсален. Разумеется, мы не можем требовать от вас сейчас демонстрировать возможности обученного заклинателя. Будет довольно, если вам удастся добиться хотя бы одного заранее определенного вами действия по меньшей мере от двоих животных из трех.

Так… по трое на нос? Я окинула взглядом поляну. Неподалеку от меня –  похоже, подходили с той же стороны –  опасливо косясь на Сеню, стояли два парня и девушка. Все трое переминались с ноги на ногу и явно нервничали. Так, это точно свой брат –  абитуриент. Чуть в стороне ничуть не меньше нервничали еще несколько эльфов, но эти казались слишком взрослыми для поступающих. Может быть, родственники? А еще за шеренгой животных высились несколько мужчин в одинаковых зелено-коричневых туниках. Вот эти точно ни о чем не волновались, а смотрели строго и слегка снисходительно, что позволяло безошибочно определить преподавателей.

Так… это что же выходит –  нас, поступающих на факультет, всего четверо? Да быть не может! Скорее всего, остальные просто отстрелялись раньше. Наверное, мы последняя группа.

– Нивен Риминиаль! –  объявил первое имя в списке один из преподавателей, и девушка шагнула вперед. Окинув взглядом шеренгу мычащих, рычащих (а местами и попискивающих) учебных пособий, она наконец уверенно направилась к собаке.

Предсказуемый выбор –  взяла что попроще. Не то чтобы я осуждала, конечно.

А меня, надо полагать, вызовут последней, когда и выбора-то не останется.

Один из эльфов, держащих строй животных, сделал едва заметный жест в воздухе –  будто отпуская кого-то. И тотчас пес поднялся на лапы, шумно встряхнулся и весело потрусил к Нивен. Девушка присела перед ним на корточки.

– Дай лапу! –  она протянула руку, и на ладонь тут же плюхнулась увесистая и не очень чистая лапа.

Ну… честное слово, я бы на месте экзаменаторов такое выступление не засчитывала. Пес явно домашний, он вообще может попросту знать команду. Но декан Лаэрис доброжелательно кивнул, и Нивен радостно улыбнулась.

Следом она выбрала не сразу замеченную мной кошку и печальную буйволицу, которая по просьбе девушки неторопливо прошлась по кругу. Правда, с кошкой ничего не вышло –  та развернулась к заклинательнице задом и принялась демонстративно копать лапкой.

– Засчитано!

Отпущенная с миром кошка, еще раз фыркнув, с места сиганула на ближайшее дерево. Собака, весело размахивая хвостом, побежала куда-то в кусты. И только буйволица не стала никуда мчаться, а, подойдя к тем же кустам, принялась их неторопливо обгладывать.

Мда. И это экзамен в эльфийской академии, выпускающей самых крутых заклинателей?

Хотя…

– Феом Кариэль!

Парень с длинными серебристыми волосами вышел на середину поляны.

Надо сказать, за упражнениями Нивен он наблюдал с легкой и, как мне показалось, чуть презрительной гримасой. Ну-ну… посмотрим, на что способен он сам.

Эльф окинул придирчивым взглядом животных и… остановился на медведе. Кажется, нам тут собираются показать класс.

И, судя по тому, как беспокойно шевельнулись заклинатели по обе стороны от шеренги, переглядываясь поочередно друг с другом и с деканом Лаэрисом, выбор не лучший. Кажется, медведь в самом деле дикий, его просто придержали успокоительным внушением. Зачем его вообще притащили на экзамен?

– Вы уверены в выборе?

– Совершенно! –  Феом кивнул декану с таким высокомерным видом, что я аж залюбовалась. Я-то думала, они так только с никчемными людишками разговаривают!

Декан Лаэрис, едва заметно пожав плечами, отступил в сторону. Интересно, это что,  такой педагогический метод –  не мешать делать глупости, предоставляя идиоту самостоятельно разгребать последствия? В целом, наверное, эффективно, запомнится точно надолго.

– Ррры?

Я покосилась на заворчавшего Сеню. Пес поднялся и уже перебирал напружиненными лапами.

– Сможешь, если что, придержать идиота? –  негромко уточнила я.

– Ррры!

Я собиралась уже похвалить любимца, когда он, мотнув здоровенной головой,  вопросительно покосился на кролика. Ну конечно, можем-то мы все, но за достойную награду –  чуть больше!

– Это не наш кролик! –  у Сени тут же будто подломились задние лапы, а зад плюхнулся оземь. Я закатила глаза. Артист!  –  Ночью на зайцев поохотишься!

Тоскливо вздохнув, мой пес снова неохотно поднялся, обиженно кося на меня горящим глазом.

Тем временем медведь тяжело заворочался, будто просыпаясь. А среброволосый эльф, замерший в нескольких шагах от него, запел.

Эльф запел, а медведь, попереваливавшись с минуту на месте, вдруг выпрямился на задних лапах и… пошел в пляс!

Да не вприсядку, как дрессированные мишки у балаганных артистов, а по-настоящему –  изящно тянул ножку, как в балетном па, приподнимался на цыпочки, поводил передними лапами… ладно-ладно, насчет “изящно” –  это я погорячилось. Как получалось, так и тянул.

И все это с абсолютно бешеными глазами.

Ой, приду-у-урок!

Это я не про мишку, конечно. Мишка тут –  сторона пострадавшая. Это я про остроухого… на голову ушибленного!

Ага, а преподы-то зашевелились! Смотрят все круглыми глазами, отступают осторожненько, явно прикидывают, как бы этого идиота скрутить и одновременно –  не угробить. Если абитуриента на вступительном экзамене задерет медведь, наверняка это не лучшим образом скажется на репутации академии.

Вопреки всем заблуждениям, заклинатели не подчиняют животных. Мы просто их… понимаем. И договариваемся с ними. Можно создать располагающий эмоциональный фон, но нельзя внушить любовь и преданность.

Сеня –  мой друг, а вовсе не слуга. Адские гончие вообще-то не приручаются. Ходят, правда, слухи, что демоны способны их подчинять и иногда держат как телохранителей –  как-то там у них магия резонирует. Но я то-то никак не демон. Так что, думаю, не будь эльфы такими снобами, этот экзамен могли бы зачесть мне автоматом, просто посмотрев на моего питомца.

Кстати, сам он считает меня своей подопечной. Если я очень-очень попрошу, вполне возможно, что ради меня он даже спляшет. Потому что точно знает, что я и сама ради него хоть на голову встану. И еще –  что попусту просить о таком я его не стану.

И уж точно я не стану с такими предложениями приближаться к дикому и совершенно незнакомому животному.

Можно, конечно, на короткое время с помощью быстрой смены транслируемых образов заставить любого зверя плясать, как в цирке. Но ни один стоящий заклинатель такого делать не станет, потому что это –  вопиющее нарушение и профессиональной этики, и техники безопасности.

Нет сомнений, что всех животных, приведенных на экзамен, уговаривали и успокаивали по всем правилам. Да, их придерживали, чтобы обеспечить безопасность зрителей, но не подавляли и не заставляли делать что-то, что противоречит их природе.

То, что сейчас творил Феом Кариэль, было виртуозно. Потому что он одновременно подавлял волю зверя к сопротивлению своей песней и заставлял его “танцевать”.

И это было предельно глупо. Потому что стоит ему на секунду сбиться, устать, –  и зверь кинется. Причем с целью именно убить. Никому не нравится, когда ломают его волю. Сейчас косолапый бедолага переживает сильнейший стресс в своей жизни. И в итоге пострадать могут даже случайные зрители.

А этот позер вдобавок стоит в паре шагов от зверя. Потому-то преподаватели не рискуют вмешиваться, ждут удачного момента, чтобы можно было прервать представление и никто при этом не пострадал. Включая придурочного абитуриента, который решил тут продемонстрировать “лучшее”, на что способен.

И медведя, конечно! Потому что убивать зверя, который доверился заклинателю и пришел за ним, попросту бесчестно.

Вот только все мы отлично понимали: чем дольше ждем, тем больше вероятности, что Феом устанет и ошибется. Как он вообще планировал завершать свое выступление?

Узнать об этом так и не удалось. Потому что все присутствующие на “экзаменационной” поляне преподаватели сосредоточились на медведе. Совсем все.

Первой очухалась курица. Вытянув шею, она принялась крутить головой, а потом и хлопать крыльями. Затаившийся рядом кролик от резкого движения с писком подскочил на месте. Виверна, недоуменно тряхнув головой, рявкнула на пробу. Енот с перепугу шарахнулся в сторону и принялся карабкаться на первую попавшуюся высоту… увы, первым попавшимся оказался дикий козел. Енот, моментально взобравшийся ему на голову, схватился обеими лапками за рога. Козел резко тряхнул головой, как-то неожиданно тоненько взмемекнул, ударив копытом оземь, а потом вдруг заревел и помчался куда глаза глядят. Правда, на секунду запнулся обо что-то, снова возмущенно мекнув и отшвырнув препятствие копытами. Препятствие заполошно вскудахтнуло, отлетая к нашему краю поляны. Странно, курица вроде бы в другую сторону сиганула…

Глаза козла глядели вперед –  поперек поляны. Еще секунда –  и он врежется или в мишку, или в эльфа, в любом случае сбив последнему концентрацию.

Все вокруг будто замедлилось. Я видела искаженные ужасом глаза преподавателей, разом кинувшихся следом за козлом, и понимала, что они не успеют.

– Сеня, сейчас! –  завопила я, кидаясь вместе со своим псом в гущу событий. В этот же миг последний оставшийся абитуриент рядом со мной зачем-то присел.

Адская гончая метнулась черной молнией, мгновенно наваливаясь всем весом на поющего Феома и опрокидывая его в траву. Обезумевший от шока козел с вцепившимся в его рога енотом врезался в медведя. Тот, вздрогнув, на секунду замер –  и заревел.

А я оказалась прямо перед ним. Заслоняя собой Сеню с замолчавшим наконец идиотом и не особенно представляя, что теперь делать. Ой, ду-ура…

– Лови! –  крикнул кто-то за моей спиной, я обернулась, и мне в руки влетел, истерично лупя крыльями… петух. Здоровенный петух с лысым жабьим телом и длинным змеиным хвостом.

Василиск!

Больше ни о чем не думая, я подхватила василиска под крылья и ткнула прямо в морду медведю.

На какое-то мгновение показалось, что замерла абсолютно вся поляна. Преподаватели, успевшие приблизиться и разом вскинувшие руки. Придурок-Феом, лежащий навзничь в траве и в ужасе глядящий в пылающие глаза нависшей над ним адской гончей. Родственники абитуриентов, только сейчас, кажется, сообразившие, что все вышло из-под контроля…

А потом животные снова замычали, зарычали и заверещали, мечась по поляне. Козел, отскочив, обогнул препятствие и поскакал дальше. Вцепившийся в его рога енот реял флагом. Сразу два преподавателя кинулись за ломанувшейся в кусты виверной. Василиск в моих руках клокотал и истерично лупил крыльями, безуспешно пытаясь повернуть ко мне голову. Хорошо, что не совсем взрослый, взрослого я бы не удержала… и не менее истерично носилась под ногами курица, кажется, решившая, что я обижаю цыпленка.

И только медведь застыл передо мной статуей, угрожающе растопырив лапы.

Думается, полчасика у эльфов есть, чтобы оттащить мишку туда, откуда взяли. Потом он отомрет и будет очень не рад.

– Вы, ребят, должны этому мишке много меда, –  в какой-то еще прострации сообщила я.

– Несомненно… кх-кхм, –  я обернулась. За моим плечом оказался декан Лаэрис, задумчиво разглядывающий нашу композицию. –  Студентка Тариус, будьте любезны отозвать вашу гончую. Абитуриент Кариэль…

Сеня, брезгливо фыркнув, сам отскочил от Феома Кариэля, и декан секунду полюбовался, как среброволосый красавец, очумело тряся головой, приподнимается на локтях.

– …Даже не думайте приближаться к факультету заклинателей! –  заключил Лаэрис.

Глава 4

Что я хочу сказать… не рой другому яму. И не сажай в нее кур! Потом самому ловить придется.

Хотя, если честно, ловить кур пришлось нам. То есть мне, Сене, а еще моим новым сокурсникам –  златовласке Нивен и ее, как оказалось, брату Ирвену. Тому самому сообразительному парню, что кинул мне василиска и, в общем-то, спас меня от позорнейшего фиаско. Экзамен он, конечно, сдать не успел, но в том, что поступит, я все равно не сомневалась.

Просто преподаватели ринулись в кусты. Двое –  потому что левитировали окаменевшего мишку. Остальные –  ловить виверну. Ясное дело, выпускать посреди населенного эльфийского леса хищника в истерике не стоило. Но нам от этого пришлось не легче.

Потому что козел в истерике –  это тоже, знаете ли, тот еще аттракцион! Этот товарищ метался туда-сюда, время от времени бодая встречных. Встречных оказалось немало, ибо вся группа поддержки из родителей абитуриентов повела себя… ну, собственно, примерно так же, как козел. То есть металась туда-сюда и вопила.

Сам рогатый на каком-то прыжке все-таки ухитрился скинуть с себя енота. И прилетел тот прямиком на идеальную прическу некой безупречной эльфийки. Теперь уже не такой безупречной и вдобавок визжащей.

И, конечно, куры. То есть курица-то была всего одна… но с василиском, успешно вывернувшимся из моих рук, она вполне спелась и признала того за своего петуха. Наверное. И он ее тоже признал. И взял под свою защиту. Во всяком случае, стоило попытаться сцапать пеструшку, как тут же налетал этот змеехвостый, и приходилось быстро отворачиваться или зажмуриваться, чтобы не повторить судьбу медведя.

Не только медведя вообще-то. По поляне тут и там уже валялись несколько эльфийских “статуй”. На дереве дурниной орала кошка, которая надеялась поймать себе птичку, но птичка оказалась дурная, непонятливая, ужином быть отказалась, а охотницу едва не заклевала.

Кто во всем этом бедламе был совершенно счастлив, так это Сеня. Он радостно носился то за одним зверем, то за другим, молотил хвостом, сбивал мимопробегающих эльфов с ног, как кегли, припадал на передние лапы и даже повизгивал от удовольствия. Время от времени по его хребту пробегали языки пламени, что тоже свидетельствовало о высшем душевном подъеме.

Я же говорила, да, что он совсем молодой? В общем, с ним надо бы по-хорошему много играть и бегать, а у меня не всегда хватает времени. Так что сейчас мой пес в кои-то веки отрывался по полной программе. Поэтому если кто из присутствующих еще не успел запаниковать, то после встречи с вошедшей в раж адской гончей сразу начинал. Это даже справедливо где-то, только очень шумно.

– Стоять!! –  громовой голос вернувшегося декана прозвучал настолько убедительно, что на секунду на поляне замерли вообще все. Лично я –  плюхнувшись в траву и василиска.

Взгляд выхватывал отдельные картинки: златовласка Нивен, почему-то верхом на козле, отчаянно уперлась ногами в землю и держит своего “скакуна” за рога; ее брат трогательно прижимает к груди енота; невезучая эльфийка, которой этот самый енот попортил прическу, почему-то сидит на ветке дерева и икает; Сеня… Сеня распахнул пасть над вжавшимся в землю забытым всеми кроликом.

– Сеня, не смей! –  рявкнула я.

Пес с явственным вздохом щелкнул челюстью, чуть отстранившись, и осуждающе посмотрел на меня. Мол, чего вообще, нормально же общались.

– Ко-о-о?! –  клекотнуло у меня перед носом, и я злорадно ткнула в курицу василиском. Пеструшка замерла, растопырив крылья. Я ее победила!

*

– Я ему прямо в нос засветила! Он в меня –  файерболом, а я ему –  в нос! –  Аэннис буквально налетела на меня, стиснув в объятиях. Хватка у нее оказалась неожиданно крепкой для такой хрупкой на вид девушки. –  А нос –  хрясь, а я…

– Чей нос-то? –  я слегка оторопела от такого напора.

– Ну этого… в поединке, –  эльфийка чуть отступила, и я смогла наконец вдохнуть. –  Он в меня –  файерболом, а я –  в нос…

– Тоже файерболом?

– Да нет, кулаком вообще-то, –  она на секунду потупилась, но тут же снова встрепенулась. –  Меня приняли! А у тебя как дела? Ой, а это что за прелесть?

Ушастую “прелесть”, которую моя соседка только сейчас заметила, я держала под мышкой. Просто иначе Сеня упорно примеривался к оной “прелести”, сладко облизываясь и полязгивая зубами. Кролика все-таки было жалко. Я, конечно, знаю, что мой питомец –  хищник и кого-то там ловит и ест, но я предпочитаю, чтобы это были вовсе незнакомые мне зверушки. И желательно не на моих глазах. Вот такая я малодушная.

– Держи! –  я вручила кролика соседке, и та радостно прижала его к груди. –  Я тоже поступила. Кстати, не знаешь, где тут столовая? Я бы не отказалась перекусить.

– Сейчас куратор всех зачисленных соберет и покажет, –  Аэннис энергично кивнула. –  Ну, Роан, помнишь его? Он тебе общежитие показывал. К первокурсникам всегда кого-нибудь из старших прикрепляют.

Неподалеку прошествовал козел в сопровождении Ирвена и Нивен Риминиаль. Моя новая подруга проводила странную процессию взглядом.

– Сами вызвались, –  я пожала плечами. –  Отведут подальше от жилья.

– Тогда они, по-моему, не туда пошли, –  протянула Аэннис. –  Вроде бы в той стороне –  делянки природников. Я еще хотела сходить посмотреть. Говорят, даже целое поле настоящих звездоцветов есть, представляешь!

– Не представляю. Даже не знаю, что там за звездоцветы.

– А… ну, они только здесь и растут. Их природники-выпускники всего пару лет назад вывели. Теперь это самые редкие и дорогие цветы в мире. Они сияют в темноте, источают дивный аромат, а в полнолуние…

– В общем, козлу наверняка понравится, –  цинично фыркнула я. –  Как думаешь, может, догнать их? Хотя лучше преподам сказать, мы же все равно не знаем правильного направления.

Из преподавателей на поляне сейчас оставался только декан Лаэрис, да еще подошедший к нему незнакомый взрослый эльф с неожиданно коротко стриженными белоснежными волосами и очень мрачным лицом. Оба были увлечены беседой и определенно не видели, куда именно повели козла. Да и встали в сторонке, наполовину скрывшись за деревьями –  так, чтоб поменьше бросаться в глаза.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.