Андрей Браславский
Перерождённый. Книга 1. Цитадель света

Глава 1

Тишина. Всеобъемлющая и умиротворяющая тишина наполнила всё пространство вокруг. Он пребывал в полудрёме. Его сознание бликами приоткрывало этот наполненный покоем и густым туманом мир тишины, то и время возвращая его в небытие забвенья снов.

Нежась в теплых ласковых лучах солнца, ниспадающих ему на лицо, он лениво повернулся на правый бок и с небольшим усилием приоткрыл глаза. Веки были словно налиты свинцом и с трудом поддавались, в голове что-то шумело и одновременно стягивало обратно в сладкий сон…

Собравшись с волей, он предпринял ещё одно усилие и весь содрогнувшись привстал, полулежал и опёрся на локоть. Тело слабо его слушалось, было вялым и слабым. Под ладонью немного присела мягкая и густая влажная трава.

Внезапно ему стало зябко. Он ощутил дрожь по всему телу и мгновенно омут сна развеялся, открыв взору и сознанию окружающую его картину. Он полулежал одетый в сероватого оттенка длинном плотном одеянии наподобие туники, которое было полувлажным от окутывающего его и весь окружающий мир туманом. Хотя вокруг всё было как в молоке и солнца видно не было, он отчётливо ощущал его присутствие на своём обескураженном лице.

Сердце все ещё мерно отбивало ритм, но начинало тревожится, поскольку его разум отказывался принимать открывшуюся реальность, не осознавая, что вообще происходит. Ничего не понимая и совершенно не помня, он судорожно озирался вокруг в надежде хоть что-то зацепить взглядом, обнаружить точку опоры так сказать. При этом полнота ощущений, их острота, запахи и кричащая тишина заставляли не давали усомниться в объективности происходящего. Пытаясь свыкнутся с окружающей реальностью, в которой кроме тишины, густого тумана и мягкой сочной зелёной травы в данное время для него ничего не было, не существовало, разве что ещё не очень приятное ощущение полувлажного одеяния и чувство озноба, он вдыхал полной грудью отяжелённый туманом и вместе с тем чистый как слеза воздух. Лёгкие такое чувство не могли им надышаться, наслаждаясь каждым вдохом.

Стремясь увидеть чуть больше, он встал в полный рост и попытался осмотреться. Сквозь пелену тумана определённо ничего невозможно было рассмотреть на несколько метров вокруг. Им овладело странное чувство одновременной тревоги, которую усердно генерировал его мозг, и абсолютного покоя, которое вселяло в него всё ещё колотящееся от волнения сердце. Всё сильней становилось ощущение, что всё это ему знакомо… Но откуда?..

Исследуя новый мир, он сделал несколько неуверенных шагов и почти что упал, поскольку тело отказывалось его слушаться. Босые стопы ощущали прохладную влагу сочной травы, которая словно ласкала его ноги. Идти было сложно, но очень приятно. Пройдя несколько десятков шагов, он понял, что становится идти ещё сложнее – он поднимался по пологому склону. Глаза усердно пытались хоть что-то рассмотреть в этой непроглядной пелене, слух отказывался верить в абсолютную тишину, которую не нарушали даже собственные шаги и дыхание.

Внезапно ему в голову пришла мысль: «Так ведь я абсолютно ничего не слышу! Даже себя! Попробую закричать и послушать что будет». Он набрал побольше воздуха в лёгкие, широко открыл рот и что есть мочи выдавил из себя… А ничего произошло. Словно рыба с открытым ртом и изумленными глазами он стоял среди этой тишины. Ни единого звука не вырвалось из его груди, ни одной нотки не услышали его уши. Ранее не знакомые ему ощущения полнейшей глухоты. Становилось всё тревожнее. Мало того что он совершенно не понимал, где он и что происходит, так вдобавок ещё и слух отсутствовал. Хорошо ещё что глаза выполняли свою функцию, но и от них было мало толку, ведь ничего не было видно. Мозг судорожно вбрасывал множество мыслей, теорий, догадок, пытаясь проанализировать происходящее и быть хоть как-то полезным. Но всё это лишь напоминало истерику. Всё отчётливее ощущалась увеличивающаяся пропасть между сознанием, безмятежно принимающим окружающую действительность, и поддерживаемое успокоившимся сердечком, и мозгом, который как попавший в неразрешимую задачу компьютер, механизм, генерировал поток беспокойных идей, алгоритмов, действий… При этом где-то глубоко внутри возникло интересное чувство радости от пребывания здесь, которое с каждой секундой становилось всё сильнее и отчётливее.

Человек остановился, закрыл глаза и опрокинув голову назад ещё раз очень глубоко и с упоением вдохнул как выпил чистый густой воздух, всё больше усыпляющий мозг и очищающий его сознание от мусора мыслей. «Хорошооооо…», – подумал он. Ничего его более не тревожило, ничего не беспокоило, голос мозга становился всё тише и тише, как бы удаляясь куда-то в глубину, из которой, напротив, усиливался внутреннее «я», словно рождающийся птенец, прорывающийся через скорлупу.

Человек открыл глаза и с удивлением обнаружил, что молоко тумана стало более разряженным, ранее ощущаемый, но не видимый солнечный свет наполнял туман мягким свечением, делая окружающее его пространство одухотворённым и вселяющим озарение в сердце. Уже гораздо более уверенной походкой словно выздоровевшего человека он уверенно направился далее, с каждым шагом всё явственней ощущая как всё тело наливается силой и энергией. Хотелось идти всё быстрее и быстрее и вот он уже почти бежал, широко улыбаясь и отчего-то искренне радуясь каждому вздоху, шагу, мгновению… Сердце словно пело, на душе была невообразимая лёгкость и хотелось наслаждаться этой простотой, теплом и тишиной бесконечно…

Так проскакал он в подъём к вершине холма ещё какое-то время, утопая во всё более густой и высокой траве. Время, собственно, совершенно потеряло свой смысл. Он утратил его ощущение, оно ему было без надобности. Сознание было словно чистый лист, без единого пятнышка ранее одолевавших его мыслей и тревог; оно как бы слилось с этим туманом и освещающим его солнцем, наполняя всё его существо счастьем и безмятежностью. Руки радостно вскидывались вверх навстречу небесам, ноги приплясывали и несли его без устали всё дальше в дальше, полнейшая эйфория овладела им. Со стороны, если бы кто-либо был там сторонним наблюдателем, то у него определённо сложилось бы впечатление, что перед ним умалишённый или как минимум блаженный.

Сложно сказать, как долго пребывал он в этом состоянии и мчался к вершине холма, но в один момент туман словно испарился, открыв взору новые горизонты. Внезапно человек отчётливо увидел себя стоящим по колено в густой зелёной траве на огромном лугу вершины очень обширного холма. Одежда его сильно намокла снизу и сковывала движения. Где-то очень высоко на чистейшем голубом небосводе ласково светило солнце. В его лучах прямо над головой плескались, играя, какие-то яркие небольшие птички, пулей пролетающие мимо. У подножья холма безграничным океаном всё ещё клубился густой туман, создавая впечатление, что холм, на котором находился человек, словно остров в этом океане. Более ничего он не увидел. Мир был на удивление пуст и чист. Ничего лишнего.

Озираясь вокруг он вдруг осознал, что ранее наполнявшее его чувство эйфории улетучилось и сознание стало наполняться новым чувством сродни гармонии с окружающим миром, делая возможным единение его с травой, в которой он стоял, птицами, летающими мимо, светилом, озаряющим мир не просто светом, но словно чистой и положительной энергией. Он снова закрыл глаза, чтобы они не мешали ему наполняться новыми чувствами через каждую клеточку его тела. Руки сложил на груди накрест и вслушался в ритм своего сердца, которое с каждым ударом становилось всё спокойнее и тише, тише, тише… Сердечные удары стали настолько не слышны и не осязаемы, что можно даже было испугаться. Но только не ему и не сейчас! Такой высоты свободы и счастья он не испытывал никогда ранее за все свои… А вот сколько он помнил, да это его и не тревожило вовсе. Даже имени своего он не помнил. Было только ощущение полнейшей уверенности, что он мужчина примерно сорока лет от роду. И всё… Но, как ни странно, его нисколько не взволновал факт отсутствия какой бы то ни было памяти и информации. Мозг словно был отключён. Сознание черпало вдохновение бытия из иных источников. И они сразу проникали в душу, наполняя всё его существо, не зная фильтров скепсиса и сомнений. Энергия окружающего мира вместе с потоком знаний и информации пронизывала всё вокруг, поглотив и его, стоящего на безмятежной зелёной поляне, одарив его необычайным ощущением причастности к некому величественному и неопознанному…

«Иди ко мне, Ренатус» – внезапно где-то внутри себя отчётливо услышал он. Это были не звуки, это был голос внутри. Было очень необычно такое действо, но тревога так и овладела им. Он был всё также умиротворён и счастлив.

«Иди же, не робей…» – услышал он вновь. В нём возникло непреодолимое желание «поговорить» с зовущим его, но не знал, как это сделать.

«Ничего особенного для того, чтобы нам общаться тебе не нужно, просто пожелай этого и обратись ко мне», – словно услышав его мысли продолжал голос внутри. Это было похоже на умственное помешательство. Находящийся в непонятном для себя месте, наполненном тишиной, он ничего о себе не знающий, наполненный блаженным ощущением лёгкости бытия, счастья и гармонии пытался вести диалог с неосязаемым голосом где-то внутри себя самого… Мозг судорожно выходил из спящего режима, вновь импульсивно вбрасывая аналитические выкладки относительно звучащего внутри голоса, заставляя человека усомниться в реальности этого общения и убеждая, что всё это видения. А возможно и вообще всё что сейчас с ним происходит это лишь иллюзия сна…

«Я понимаю твоё замешательство, Ренатус. Ты можешь мне довериться и не слушать отравляющий тебя голос твоего мозга. Ты же уже почувствовал окружающий тебя мир, ощутил его тело, гармонию и величие… Не так ли? Да я знаю, это так… Не поддавайся сетям из мыслей твоего мозга, они как омут вновь утянут тебя в твой прежний мир страхов, стрессов и борьбы. Ты перерождённый, «Ренатус». Добро пожаловать домой!»

Голос умолк. Человек стоял в небольшой растерянности. Мозг говорил что всё это галлюцинации, сниться ему и нет никакого неба над головой с играющими птицами, этого дурацкого одеяния, в которое он одет и уж тем более голоса внутри него самого, ведь там есть только он, его разум и он, мозг, и есть единственный в нём находящийся существующий, это и есть он сам. И подвергнутый такой шквальной атаке со стороны мозга человек присел на корточки, обнял голову руками, и борясь с наполняющими его чувствами и мыслями, нагнетаемыми мозгом, силился как-то соединить воедино всё происходящее, сам факт того, что он явно ощущает что его собственный мозг и его сознание не являются более, как он ранее считал, единым целым. Ему всё больше и больше хотелось освободиться от оков генерируемых мозгом мыслей и информации, которые словно яд отравляли наполнившее его ранее чувство лёгкости и счастья. «Домой…», подумал он. Эта мысль заставляла иначе посмотреть на происходящее. Всё вокруг было таким реальным…Что вообще он знает о реальности?! Кто, когда и как сообщил ему, уверил его в реальности? Мозг, сознание, кто-то или что-то ещё?.. Он запутался. Голос мозга был гораздо сильнее чем он мог себе представить. Поток информации от него напоминал агонию в предчувствии скорой гибели и забвении. И мозг сопротивлялся. «Неужели я сошёл с ума?», – думал человек, – «И ничего этого нет. Всё иллюзия и бред. Может и меня нет… Но как же «Мыслю – следовательно существую»?!.. Ой как всё сложнооооо…».

Он застонал и о чудо, услышал собственный стон! От неожиданности человек подскочил и обрадованный вернувшимся слухом закричал: «Я живоооооой!». Крик разнёсся громогласным эхом вокруг, напугав летавших рядом птиц. Они, зачирикав собрались в хаотичную стайку и стремглав понеслись над высокой травой вглубь этой необъятной поляны. Да, теперь он слышал и довольно отчётливо легкое пение ветра в вышине, шелест травы у ног, голоса удаляющихся птиц, и ещё какой-то редкий глухой звук, доносящийся с того направления куда полетели птицы. Им овладело непреодолимое желание проследовать за птицами навстречу звуку, и он устремился что есть сил в том направлении. Он бросился бежать за птицами, которые словно ожидая и маня его то и дело делали несколько кругов на одном месте, как бы поджидая человека, чтобы он не потерял их из виду. Человек бежал что есть сил, приподнимая выше колен мешающее одеяние. Вновь всё его существо стало наполняться лёгкостью и счастьем. Ранее посетившие его тревожные мысли улетучились, и он бежал словно беззаботный ребёнок, не знамо зачем за стаей птиц.

Постепенно впереди начали виднеться раскидистые деревья, ветви которых с огромной высоты словное мягкие застывшие волны ниспадали почти до самой поверхности земли. Их густая листва создавала под стволами почти не преодолимые для солнечных лучей шатры затенения. Он быстро приближался к этим деревьям, которые по мере видимости представали целой чащей. Но в нём не было ни страха, ни опасений, он, отпустив вообще все мысли просто следовал за птицами, уже будучи уверен, что они его куда-то вели. Изрядно запыхавшись, он всё тяжелее перебирал уставшими ногами то и дело цепляясь за связывающую ноги траву, но старался не отставать от птиц и не терять их из виду.

И вот когда до ближайших деревьев оставалось всего около пятидесяти метров он споткнулся и упал, а когда вскочил, пытаясь увидеть преследуемую стаю птиц, то заметил, как они, сделав несколько виражей, всей стаей пронзали крону ближайшего к нему дерева и растворились в ней. Смысла бежать уже не было. Он перешёл на шаг и тяжело дыша проследовал к названному дереву. Чем ближе он подходил к дереву, тем ярче солнечный свет освещал прилегающую в лесной чаще поляну, заливая всё ярким до ослепления светом; ветер начал волновать ветви деревьев, и они послушно стали раскачиваться, словно маша руками идущему к ним человеку.

Когда он подошёл к дереву почти вплотную, уже порядком отдышавшись и успокоившись, то ощутил прохладный поток исходящей из-под дерева. В этот момент внезапно стая птиц, за которыми он так долго бежал выпорхнула ввысь из дерева, закружилась спиралью на самой его верхушкой, собралась в единую струю и пронзала крону дерева, рухнув вниз. Вместе с этим воздух разразился громким глухим звуком, напоминающим взрыв, и в лицо человеку ударила волна встречного ветра, чуть не сбив его с ног. Он остановился с интересом всматриваясь в темноту под деревом. Но с того места, где он стоял, залитого ярким светом, ничего невозможно было разобрать.

Недолго думая, человек приблизился к дереву, приподнял ближайшую ветку, заглянул под неё и от удивления свалился назад, даже вскрикнув: когда он отодвинул ветку и заглянул под дерево, то встретился взглядом с двумя огромными глазами, со светло лазурной радужкой, которые словно светились из темноты с интересом за ним наблюдая. С испугу человек даже не сразу заметил, что вокруг этих глаз есть ещё и высокий морщинистый лоб, немалых размеров сморщенный нос, густые седые брови и белоснежная длинная борода, окаймляющая улыбающийся беззубой улыбкой рот.

– Чего испугался, дурёха?! – сказал находящийся за ветвями уже знакомый человеку голос, и он увидел, как ветви деревьев пропускают мимо себя высокого и крепкого старца в длинной холщовой тунике, подпоясанной цветастым широким тканевым ремнём.

– Мы с тобой знакомы, Ренатус, – продолжал старец, широко улыбаясь и прищурившись на левый глаз. Он подошёл к человеку, протянул ему мозолистую крепкую ладонь и помог встать на ноги, – ты меня уже слышал сегодня, помнишь? – сказал старик и вопросительно заглянул в лицо человеку, немного наклонившись, потому как даже не смотря на немалый рост человека старец был ещё на пол головы выше.

– Я… я…по… пппомню, – пролепетал человек. И немного придя в себя продолжил, – А вы, собственно, кто и где мы? И почему вы называете меня «Ренатус»?

Старец добродушно улыбнулся, приподнял правую руку к груди и, прижав ладонь к сердцу, представился:

– Моё имя «Амикус». Я много десятилетий ждал нашей встречи, с того самого дня, когда ты, уходя обещал вернуться, чтобы завершить начатое…

– Стоп, стоп, стоп!!! – даже беспардонно перебил его Ренатус, – что за бред ты несёшь, старик?!

Ни капли не оскорбившись Амикус поправил густую бороду и продолжил:

– Мне понятно твоё смятение. Верно ты совершенно ничего не помнишь и не понимаешь, но это всё временно и очень в скором времени пройдёт, как только мы дойдём до твоего дома. Здесь глаза Ренатуса стали ещё шире. Мало того что ему ничего не было понятно, поток новой информации просто обескуражил его. Полнейшая растерянность овладела им, но вместе с тем почему-то хотелось верить старцу и в сообщаемую им информацию, сердце подсказывало прислушаться…

– Пошли! – решительно сказал повернувшийся лицом к лесу Амикус, – дорога долгая и до захода солнца нужно успеть добраться до Цитадели Света, иначе нам не дожить до утра. Последняя информация ввела мужчину, названного старцем Ренатус, в ступор. Амикус уверенной походкой направился под ветви дерева, даже не обратив внимания на стоящего в растерянности Ренатуса.

– Не мешкай! – донеслось из глубины леса. Совершенно ошалевший Ренатус подавил терзавшие его сомнения и ринулся вслед за старцем, прорываясь сквозь густые ветви навстречу неизвестности. Под деревьями был прохладный полумрак. Он даже немного продрог. Но волнение и быстрый темп ходьбы согревали тело, которое практически автоматически неслось вперёд, со знанием дела преодолевая встречающиеся препятствия в виде коряг и веток. Постепенно и сам Ренатус успокаивался, тем более вот он уже увидел впереди спину уверенно шагающего Амикуса. Немного ускорившись Ренатус, догнал старца и следуя немного левее него старался не отставать.

– Скажи, Амикус, что это за Цитадель Света и почему нам не выжить без неё, я до настоящего времени не видел никакой опасности? Старец шёл молча, не обращая внимания на вопросы.

– Ты что, оглох? – не унимался Ренатус, – отвечай или я отказываюсь идти, и он резко остановился. Но вопреки ожиданиям Амикус совершенно никак не отреагировал и продолжил молча движение вперёд. Это было совершенно возмутительно, но ничего не оставалось делать как следовать за ним… Лес становился всё гуще и гуще, кроны деревьев уже почти не пропускали свет, ковры плотной влажной паутины то и дело налипали на лицо. Никаких звуков, кроме хруста ломающихся под ногами веток, не было слышно.

Постепенно Ренатус ощутил, что они стали спускаться. Деревья стали толще и кривее, ветви их словно опирались на обросшую мхом землю. Густой и резкий запах грибов, мха и ранее не знакомый ему слащавый привкус наполнили ощущения. Он старался не отставать от всё ускоряющегося старца, который мчал через чащобу леса словно молодой олень по открытой местности, что немало удивляло Ренатуса. Он уже изрядно запыхался и хотелось сделать перерыв, чтобы перевести дыхание и очистить наконец голову от налипшей паутины. Было ощущение что становилось всё темнее и темнее: то ли день подходил к концу, то ли свет не проникал сквозь гущу этих сказочных деревьев, то ли зрение начало подводить…

– Ренатус, замри! – внезапно раздался решительный и твёрдый голос старца. Он резко остановился и выставил руку навстречу следовавшего за ним мужчины. Другую руку он преподнёс к лицу и приложил указательный палец к губам, давая понять, что нужно вести себя тихо. Ренатус остановился, наклонился и опёрся руками на колени, пытаясь отдышаться. Он приподнял голову и посмотрел на встревоженное лицо старца. Даже в полутьме было заметно как тот чем-то встревожен. Вокруг царила абсолютная тишина. «Странно», – подумал Ренатус, – «Никаких животных, птиц, насекомых…»

«Ничего странного», – вдруг услышал он внутри в голове голос Амикуса, – «Это чуждые жизни земли, территория на границе миров. Сюда с трудом пробивается Свет, сил которых хватает лишь на взращивание этого защитного Вечного леса, но родить и жить здесь невозможно. Даже ощущаемые тобой запахи и вкусы лишь создаваемая этими хранителями границы деревьями иллюзии, дабы сбить с пути нечистого сердцем и заставить его вернуться обратно в свой мир. Я чувствую у тебя много вопросов, но потерпи немного и ты сам всё увидишь и почувствуешь. А сейчас нам нужно быть очень осторожными и уходить, за нами следят…»

Озадаченный ещё больше Ренатус испуганно осмотрелся вокруг. Ничего и никого не заметил, и вопросительно посмотрел на Амикуса. Тот поднял обе руки вверх, сложил ладони в кулак, задрал голову и, о чудо, воздух вокруг них начал разряжаться, словно шевелясь и поднимая их волосы вверх, кроны деревьев над ними зашевелились и ветви вверху расступились, открыв доступ ослабшему но всё ещё достаточно сильному солнечному свету, луч которого столбом ударился вниз о землю, осветив окружающую обстановку на несколько десятков метров вокруг. Стало видно, как сильно изуродована ранами и смоляными подтёками кора деревьев, их мощные корни повсеместно волнами торчали из-под земли, создавая сложный ландшафт. Зелёный с красноватым оттенком высокий мох ковром окутывал всё что было на земле. В низинах стояли лужицы тёмной жидкости. Эти лужи старец аккуратно обходил, Ренатус глядя на него делал также. Даже в полутьме лес выглядел не таким жутким и пугающим как сейчас, когда фрагмент его был освещён.

Ренатус стоял как вкопанный и с интересом наблюдал за происходящим. Он решительно не понимал как Амикус это сделал, но было чувство исходящей от того доброй силы. Внезапно Амикус опустил руки на уровень плеч, поставил их параллельно и резко повернувшись направо перевёл стремящийся сверху на них поток света вглубь леса, осветив его тайны. Когда Ренатус взглянул на то место, куда направил свет старец, то ужас ворвался в его сердце, заставив его лихорадочно биться и побуждая ноги бежать…

Из освещённой тьмы в нескольких десятках метрах от них опершись на корни величественного ствола стояло и зловеще смотрело на них исполинских размеров существо, напоминающее нечто среднее между волком, человеком и медведем. Его оскалившаяся истекающая слюной пасть оголила огромные острые зубы, грудь возбуждённо вздыбливалась, две когтистые волосатые лапы справа нервно царапали кору дерева, одна другая слева оперлась о корягу на земле, вторая слева держала в мускулистой лапе что-то напоминающее дубину, но с чёрным парящим на её окончании камнем.

– Отдай мне его, Амикус! – прорычало громогласно существо, – и я отпущу тебя целым…

Холод пробежал по жилам и Ренатус в надежде и отчаянии бросил взгляд на всё также уверенно стоящего на месте старца. Тот и бровью не повёл, лишь слегка повернул к нему голову, внутри послышался тихий шёпот: «Будь готов, ты сможешь! Просто верь в себя, услышь себя!»

В ту же секунду Амикус резко рванул в направлении чудища, размахивая руками, в одной из которых из ниоткуда возник огромный светящийся меч, в другой кривой искрящийся посох с белым огнём на конце; тело старца волшебным образом с каждым его шагом покрывало всё сильнее напоминающем кольчугу из ярких переливающихся всеми цветами и оттенками нечто; длинные волосы на голове вздыбились, скрутились и явили на голове светящийся ярко золотым светом шлем; борода укоротилась и потемнела, словно помолодев, да и весь старец теперь больше смахивал на былинного богатыря. Он решительно мчался на битву с чудовищем, которое не спешило атаковать Амикуса, поглядывая в сторону его спутника. И вот когда до чудища осталось несколько метров Амикус опёрся на торчащий из земли огромный корень дерева, высоко подпрыгнул, сделал посохом пару круговых движений и впереди него возник вихревой световой щит, рассекающий вновь опустившуюся в лес тьму. Когда до чудища осталась всего секунда оно неожиданно отскочило в сторону, словно избегая схватки, но на самом деле пытаясь обойти атакующего его Амикуса и направиться к истинной своей цели – Ренатусу.

– Изыди, Тенебрикс Рапакс! – во всё горло прокричал Амикус, грузно опустившись на землю и направив меч в сторону чудовища.

Всё происходило так быстро, какие-то секунды, но для Ренатуса всё это действо предстало как в замедленной съёмке. Он заворожённый стоял на месте не в силах пошевелиться, страх сковал его тело, разум судорожно икал пути спасения. Вселенский холод тайфуном ворвался в душу, заставляя пребывать в ступоре.

«Ренатус – верь!», прокричал внутри голос Амикуса. В этот момент лес зашумел, деревья словно застонали, даже показалось что они зашевелились. Кроны тревожно закачались, между стволами начал носиться свистящий ветер, отрывая мох от земли и создавая из него в воздухе взвесь. Некоторые корни поползли из земли, протягиваясь к Ренатусу, окружая его, формируя вокруг плотный кокон из толстой материи. Он стоял в оцеплении и не мог пошевелиться. Корни всё плотнее и плотнее вязали кокон, меж тем, не прикасаясь к нему, не нанося ему никакого ущерба. Неподалёку разразилась схватка с громом и молнией, в которой неистово сошлись огромный зверь по имени Тенебрикс Рапакс и Амикус, уступавший тому в размерах вдвое.

Пространство вокруг них мерцало и взрывалось, огромные щепы стволов деревьев хаотично летели во все стороны, грохот и крики уничтожили ранее царствовавшую тишину. Ренатус наблюдал это сквозь щели растущего деревянного кокона, постепенно собираясь и наполняясь решимостью действовать. Интуиция подсказывала ему, что нужно успокоиться и услышать себя, как настаивал Амикус, которому было совсем не сладко сейчас: зверюга был мощнее и постепенно теснил человека, обрушивая на него град физических и энергетических ударов, постепенно метр за метром приближаясь к кокону, выросшему вокруг Ренатуса. В один момент зверь сгруппировался, высоко подпрыгнул и отскочив от дерева приземлился за спиной Амикуса, который не успев среагировать получил болезненный удар в спину мощным звериным хвостом, отлетев на несколько метров, упав где-то вне зоны видимости Ренатуса. Зверь удовлетворённо зарычал, оглянулся в направлении улетевшего соперника и вприпрыжку направился к кокону, под которым деревьями был сокрыт Ренатус. Доскакав до кокона, зверь начал рвать его всеми своими конечностями, щепки летели, образовывалась брешь, которую тут же заполняли новые коренья. Деревья старались помочь человеку, защитив его от нападавшего. Ветер вокруг становился всё сильнее и сильнее, переходя в ураган, пространство наполнилось свистом. Зверь яростно рвался к Ренатусу, без устали разрывая коренья, руша кокон. Вот уже сил кореньев не хватало и брешь в коконе становилась всё больше, так что одна из лап зверя прорвалась внутрь кокона и размахивала перед самым носом человека мощными длинными когтями.

Но сам удивившись Ренатус словно впал в транс, безучастно наблюдая за происходящим, наблюдая за опасностью как сторонний наблюдатель. Страха не было. В ушах был слышен ритм сердца. Другие звуки постепенно затихали для него и воцарился лишь ритм спокойно и уверенно бьющегося сердца. Веки налились свинцом и глаза его закрылись. По всем ощущениям он словно засыпал, но… нет, это было не совсем так. Скорее он как бы переходил из одного состояния в другое. Как он это делал он пока и сам не понимал, но что-то происходило с его телом и сознанием. Он видел образы высокого голубого неба, яркого солнца, птиц летавших над ним, леса, в который он вошёл, ранее ещё не виданных заснеженных гор, бескрайних полей залитых цветастым разнотравьем, высоких волн разбивающихся о крутые величественные прибрежные скалы, меняющие друг друга времена суток и года, движения планет и галактик, рождение, расширение, сжатие и взрыв вселенной… Всё это промелькнуло в нём за доли секунды, пронизав всё тело потоком энергии, заставив тело реагировать. Ренатус почувствовал, что он верит в силу Света, всему окружающему миру, Амикусу, бросившемуся защищать его и возможно погибшему, деревьям, создавшим кокон, сдерживающий зверя, в себя, новому и переродившемуся.

Он открыл глаза. Сверху на него сыпались бесчисленные щепки кореньев, зверь уже почти прорвался внутрь кокона. Действуя практически бессознательно, по интуиции, доверившись внутренним ощущениям, Ренатус взметнул руки вперёд и вверх, в направлении зверя. В этот момент от его кистей словно оторвался огромной силы поток энергии, который вырвался из кокона, наполовину разрушив его и вместе с тем сильно ударив зверя в мускулистую грудь, отбросив того на добрые метров десять. Ренатус одним ловким движением выпрыгнул из кокона, полный сил и решимости. Он развёл руки в стороны и сильно хлопнул в ладоши, снова разведя руки. При этом впереди него возник светящийся круг, окаймляющий портал. Неся данный портал впереди себя Ренатус уверенным шагом, приблизился к ещё не пришедшему в себя зверю, сделал его ещё больших размеров и как лассо набросил на зверя. Тенебрикс Рапакс только и успел прикрыть пасть лапами как был поглощён порталом, который в туже секунду сжался и схлопнулся. Зверь исчез.

В этот момент Ренатус ощутил необычайный прилив сил и уверенности. Его сознание пребывало в эйфории и на подъёме. Всё ещё не успокаивающийся ветер словно говорил с ним, раненные битвой деревья стонали от боли, всё вокруг словно радовалось победе над зверем, одновременно прося помощи избавления от страданий.

– Молодец, я в тебя верил! – голос позади Ренатуса вернул его сознание из оцепенения. Он встрепенулся и пришёл в себя. В тот же миг ветер прекратился и носимые им лохмотья мха и щепки осыпались дождём на землю; потрепанные коренья деревьев, ранее создававших кокон, поползли под землю. Вновь воцарилась тишина. Ренатус повернулся. Перед ним стоял, немного согнувшись и держась за правый бок Амикус. Он был снова в образе безобидного старца. Немного потрёпанный, но довольный.

– Силы твои просыпаются, мой друг. И чем ближе мы к Цитадели Света, тем сильнее ты станешь. Только что ты справился с одним из самых опытных и сильных охотников Города Тристис, который живёт тёмной стороной силы.

– Я не понимаю, как я это сделал, но куда исчез этот зверюга? – недоумевал Ренатус.

– Сие нам неведомо. Портал сам решает куда отправить попавшего в него, исходя из того, кто это есть: верного служителя сил добра и света он никогда не забросит в вечные льды или глубочайшие подземелья, а вот всякой нечисти там самое место. Но не обольщайся – они всегда находят дорогу назад и вновь преследуют своих жертв, ведь смысл их существования и дарованная им сила – уничтожить врага хозяина. Ладно, вопросы позже. Мы изрядно задержались, уже скоро стемнеет и силы света более нам уже здесь не помогут. Помимо Тенебрикса Рапакса есть и другие охотники уже много лет тебя разыскивающие.

Старик на этих словах осёкся, задумчиво почесал бороду:

– И всё-таки как он нас выследил, так быстро после твоего перерождения, и место так точно угадал, как будто ему кто нашептал… Ну да ладно, в путь, потом разберёмся!

Он повернулся и немного прихрамывая, и страдая от боли в боку поковылял далее в ещё более потемневший почти до полной темноты лес.

– Ты хоть спасибо скажи стражам! – кинул он в адрес Ренатуса. – Им крепко досталось. А ведь тоже живые души…

Ренатус подошёл к одному из деревьев, с теплотой и нежностью обнял изорванный зверем и истекающий слезами смолы ствол, прильнул к нему щекой и от всего сердца мысленно сказал им: «Спасибо, братья!». Лес, словно услышав его слегка одобрительно загудел на пару секунд и вновь затих. Первое знакомство с живой силой природы состоялось. Путники продолжили путь к Цитадели Света.

Глава 2

Когда они вышли из леса было уже совсем темно. Вместо солнца небо озарялось бесчисленными звёздами всех оттенков и раскидистыми перламутровыми облаками, которые импульсивно переливались, создавая внизу вспышки света, вновь поглощаемого тьмой.

– Ты многое ещё вспомнишь, Ренатус, а сейчас просто доверься мне и окружающей природе. Не дрейфь, сила нейтральна и не имеет вектора до тех пор, пока её не используют во благо или во вред. И никуда после не исчезает, лишь переходя из одного состояния и мира в иное. Замысел для всех един – рост и единение духа его с Создателем. Все в равных условиях, но в различных ситуациях временного пребывания, без чего рост и вовсе невозможен. Каждая травинка преодолевает на пути к свету и жизни множество стадий и препятствий, наслаждаясь в итоге бытием лишь мгновение по сравнению со всем периодом её пребывания в том мире, где она материализовалась. Всё взаимосвязано и не приходит из ниоткуда в никуда, а перетекает из одного состояния в другое, создавая вечное движение силы. И когда ты научишься видеть эти потоки, точнее вспомнишь, ты ощутишь грандиозность замысла и осознаешь себя его неотъемлемой частью.

Амикус умолк, видимо решив, что на сегодня информации для Ренатуса достаточно. Они оба шли среди больших валунов по склону холма, удаляясь от леса. Вокруг решительно ничего не было видно, лишь при очередной вспышке облаков немного подсвечивались впереди валуны.

– Сейчас я не могу привлекать внимания и освещать нам путь, – сказал Амикус. – Здесь гораздо более опасная часть пути нежели в лесу. Присматривайся к валунам – некоторые из них вовсе ими не являются, хищники этих мест весьма изобретательны. Уж тем более не трогай их! Любое тепло разбудит хищника. Идти будем след вслед – ниже топи. Можно и сгинуть утонув. Там ещё немного и Цитадель Света.

– Хорошо я всё понял, – ответил Ренатус. – Только скажи пожалуйста почему бы нам не дождаться утра в лесу, раз там безопаснее чем здесь и, тем более дальше?

– Ты меня вообще слушал?! – возмутился Амикус. – Стражи могут нам помочь при свете, когда их питает энергия позитивная, но в ночи они слабеют и в случае нападения мы погибнем все вместе. Ты помнишь в лесу небольшие лужицы с тёмной жидкостью?

– Да.

– Так вот, это не лужи, а выходы заполненных жидкостью глубоких нор подземных тварей, которые выползают ночью полакомится заблудшими путниками. Ты не единственный кто перерождается в этой местности. Но не всем так везёт встретить старого друга, многие отправляются в брюхо тем мерзким тварям, начиная свой путь по мирам заново.

Амикус остановился, взял спутника за локоток и продолжил:

– Ты меня сейчас совсем не помнишь, но придёт время и всё станет на свои места. Мы с тобой столько пережили вместе… И сколько ещё предстоит! По правде говоря, в течение последних трёх лет я каждую неделю на день приходил на то место и ждал тебя, услышав зов из мира, в котором ты пребывал. Всё это время ты просыпался. Я знал, что ты вернёшься, друг мой, иначе ты не мог поступить. Мы все тебя ждали!

Старец снова умолк и пошёл дальше вперёд. Ренатус обдумывая всё услышанное брёл чуть позади. В животе призывно забурчало и он вспомнил что весь день ничего не ел и не пил.

– Нам бы перекусить, старче.

– Есть такое! – усмешливо ответил Амикус. – Вот дойдём до Цитадели Света там потрапезничаем от души! А сейчас будь потише и шагай вслед за мной, начинаются топи.

При этих словах Амикус вошёл в высокую траву наподобие камыша, которая кончиками больно кололась в лицо и слегка шуршала, рассекаемая движущимися телами. Тут же в воздух взмыло бесчисленное число мелких насекомых, которые назойливо стали лезть в лицо и глаза, больно кусаться. од ногами что-то зачавкало и стало холодно. Теперь босые ноги Ренатуса уже испытывали удовольствия от ходьбы по мягкой траве, но были терзаемы колючками, кочками и вязкой холодной сыростью. Чем дальше они шли, тем глубже становилась жижа под ногами, дойдя уже до пояса. Идти было совсем тяжело. Воздух сильно похолодел. Всё тело сильно замёрзло и в совокупности с долгой дорогой уже просто изнывало от усталости.

– Скажи мне, Амикус, далеко ли ещё? – поинтересовался Ренатус.

– Почти пришли. Скоро топи закончатся, мы пройдём по ущелью и выйдем к Цитадели Света. Потерпи немного. Ренатус смиренно шёл за проводником. Сил оставалось всё меньше и меньше. В какой-то момент ему показалось будто со сторон на них накатывают небольшие волны, словно неподалёку кто-то проплывал.

«Нет, тебе не показалось», – Амикус словно слышал его мысли. – «Всё-таки мы не успели пройти пока они спят, болотные черви. Теперь нужно ускориться, это вечно голодные твари. И силы наши с тобой сегодня уже почти исчерпаны. Ускоряемся!»

И он погрёб с ещё большим усердием. Ренатус старался не отставать, всё явственнее чувствуя, что волны, бьющиеся о спину всё выше и настойчивей. Вот что-то скользкое скользнуло по ноге… От неожиданности Ренатус оступился и погрузился с головой в холодные воды. Крепкая рука Амикуса ухватила его за волосы и выдернула из топи. Ренатус выплюнул попавшую в лёгкие болотную воду и тяжело продышался.

– Аккуратней ты! – раздражённо прошипел Амикус. – Черви не будут атаковать пока ты не подвержен страху и панике. Это создания тёмной материи, и они питаются не столько телом, сколько негативной энергией, которую оно излучает. Касаясь тебя они провоцируют тебя на страх и выплеск негатива. Не привлекай их, не бойся!

– Я постараюсь, извини. – виновато пробурчал Ренатус.

Вокруг становилось всё тревожнее. Тьма сгущалась. По ощущениям подводных тварей стало так много, что они уже толкались за право быть ближе к потенциальным жертвам. Ренатусу было всё сложней сдерживать свои эмоции и не дать волю страху. Он с надеждой оглядывался, пытаясь при очередной вспышке перламутрового облака рассмотреть твёрдую сухую поверхность, где нет этих тварей. Высокая трава, произрастающая в топи, не позволяла ничего разглядеть. Ноги изрядно устали и уже с большим трудом преодолевали вязкое дно топи. Было заметно что и Амикус устал, темп его продвижения существенно упал. Этот факт ещё больше тревожил Ренатуса, который всё меньше верил в успешное завершение всего мероприятия по преодолению топи… Он прогнал все мысли прочь и сосредоточился на движении вперёд, приблизившись к Амикусу и подбадривающе похлопав его по плечу. Тот на секунду обернулся и еле заметно улыбнувшись продолжил идти. Ренатус поднял взгляд наверх. Там всё также бесшумно и безмятежно красиво переливались облака. Окружающие их мириады звёзд холодным спокойствием проникали в его душу. Он старался наполниться этим небесным покоем и не думать о кишащих вокруг болотных тварях. Взгляд как бы рассеялся в небесах. И не так сильно уже чувствовалось изнеможение тела. Он впадал в абстракцию.

Внезапно одна из звёзд стала заметно ярче других. Её ослепительно белый свет с каждой секундой всё усиливался, разливаясь в небе всё больше, через мгновение уже затмив мягко переливающиеся облака. Казалось, будто свет этой звезды приближается, даже в топи стало светлее.

– Этого нам ещё не хватало! – заметив посветлевшее небо заметил Амикус.

– Что, чего? – обеспокоился Ренатус.

– Пираты. Решили поживится добычей на топях. Здесь частенько отсиживаются с награбленным местные разбойники. Вот они и грабят грабителей, так сказать, и концы в воду…

– Амикус тихонько хихикнул и добавил: – Но нам с тобой встреча с ними ничего хорошего не сулит. Им всё равно с кого иметь наживу. Возьмут в плен и продадут на невольничьем рынке за пару добрых одежд или снасти какой. Да и не люди они вовсе, весьма неприятные субъекты… Давай шустрей, я уже вижу берег!

После последних слов у Ренатуса словно открылось второе дыхание. Воодушевлённый он рванул вперёд, опередив Амикуса на пару шагов вперёд и тут же ощутил на своей голове его тяжёлую руку, которая беспардонно притопила его. В ту самую секунду над ними пролетело корявое как буто из мусора собранное сооружение, издавая шипящие звуки и освещающее топи прожектором, который держали в своих клешнях двое моллюскоподобных существа, с мерзкими мордами и глазами на выкат. Летающая свалка неспеша пролетела над местом, где притаились наши путники. Поняв, что его неспроста чуть притопили, Ренатус не стал гневаться, а с интересом наблюдал за постепенно удаляющимся от них летательным аппаратом, который прочёсывал прилегающую в топи местность в поисках добычи. Ощущалось, что до твёрдой поверхности осталось совсем немного, но продолжать движение не было возможности. Амикус так и не снял руку с головы Ренатуса, готовый мгновенно сокрыть их в воде с случае опасности. Но и в самой воде оживление заставляло нервничать: твари, почувствовавшие волнение людей, кишели вокруг, плотным кольцом отираясь о их тела. Было очень неприятно. В один момент Ренатус уже решивший, что пираты удалились достаточно далеко сделал попытку пойти дальше, но рука Амикуса на голове аккуратно его придержала и повернула голову чуть направо, как бы показывая происходящее впереди.

На берегу было заметно какое-то оживление – это засуетились притаившиеся разбойники, которые прятались за валунами, а теперь дождавшись, когда пираты пролетят мимо решили убежать в противоположном направлении. Но прожектор летательного аппарата внезапно развернулся в их сторону, осветив суетящихся одетых в лохмотья и бросившихся врассыпную людей. Тут же летательный аппарат резко поменял курс, ускорился и уже через пару секунд был над разбегающимися разбойниками. Включились дополнительные прожекторы, во всех направлениях перекрёстно освещая всю прилегающую к топи местность. Стало светло почти как днём. Было видно, как каждый из попавших в фокус прожектора, убегающий словно, замирал, удерживаемый невидимой силой, затем его тело начинало растворяться в эфир и всасывалось этим прожектором в утробу летательного аппарата.

– Не думай, они живой товар, все будут изловлены целёхоньки… – прошептал Амикус. – Когда охота закончится быстро бежим чуть левее за вот тот большой валун.

Рука снова повернула голову Ренатуса в нужном направлении.

– Давай ты впереди, – аккуратно снимая тяжёлую длань с головы прошептал Ренатус.

Амикус сделал несколько шагов вперёд, опередив спутника, и снова остановился, ожидая окончания пиратской охоты. Охота, собственно, была непродолжительной и заняла всего несколько минут. Почти все пребывавшие там разбойники были изловлены и поглощены летательным аппаратом. Затем эта шипящая конструкция приблизилась к земле и с её борта спрыгнуло несколько существ, которые быстрыми и ловкими движениями, стремительно передвигаясь на длинных щупальцах, прочесали местность в поисках добычи и также быстро запрыгнули обратно на борт. Все прожектора погасли и летательный аппарат, издав глухой надрывный выстрел взмыл вверх, быстро удаляясь в ночные небеса.

Не теряя ни секунды, спотыкаясь о тела снующих между ног подводных существ, путники рванули к сухой земле. Ещё одно усилие и ноги почувствовали твердь и острые камни, которые сейчас даже в радость были. Ренатус в изнеможении рухнул на землю, раскинув руки и тяжело дыша. Присевший рядом Амикус по-дружески похлопал его по спине.

– Ну, ну, всё хорошо. Ещё немного и отдохнём в безопасности. Вставай, пойдём.

Уже изрядно уставший от сегодняшнего приключения Ренатус с трудом приподнялся и встал на колени. Он повернул голову в сторону Амикуса и прошептал:

– Сколько по времени ещё идти?

– Не могу сказать. Всегда по-разному. У Цитадели Света есть одно интересное свойство, делающее её ещё более неприступной для тёмных – она всегда в движении, живая. Когда я уходил к тебе в этот раз, она располагалась в аккурат за ущельем, потому туда и идём. Но там её может и не быть. В любом случае Цитадель нас ведёт, следит за нами и в курсе, где мы находимся. Если мы собьёмся с пути нас обязательно оповестят, дадут знак…

– Амикус умолк и прислушался, направив взор прямо за ближайший валун.

– Погоди… – Он вскочил и тихонько пошёл к валуну, за которым явно кто-то прятался. – Вот так находка! – донесся оттуда голос Амикуса. – Погляди!

Ренатусу стало любопытно и пошёл на голос. Когда подошёл к валуну, то увидел, что у его основания, в самом тёмном месте, притаился ребёнок лет девяти десяти. Он или она, в темноте не очень было понятно, испуганно хлопал большими доверчивыми глазёнками и весь трясся то ли от холода, то ли от страха.

– Тебя как звать, дитя? – ласково спросил Амикус. Ребёнок испуганно смотрел то на одного путника, то на другого, ещё сильнее вжавшись под камень.

– Не бойся нас, мы добрые, – продолжил Амикус.

– Ты откуда здесь?

– Разбойники украли…, – захныкал испуганный детский голос. – Из деревни, что за ущельем.

– О так ты, стало быть, местное дитя. Так как говоришь тебя зовут?

– Кло.

– А ты мальчик или девочка, Кло?

– Неужели не понятно, девочка! – обидевшись рассерженно ответил ребёнок.

– Тише, тише дитя, не гневайся! – старец максимально ласковым голосом стремился наладить контакт с найденным ребёнком.

– Выходи, пожалуйста. Мы не обидим. Пойдём с нами, – включился в разговор Ренатус.

Амикус даже оторопел и на секунду растерялся от проявления такой инициативы. Он толкнул Ренатуса в плечо и кивком головы пригласил отойти на разговор. Когда они удалились от валуна и прятавшаяся девочка вылезла из-под камня, усердно расправляя своё скромное одеяние, Амикус шёпотом сказал:

– Понимаешь, дружище, в нашем мире, который тебе не менее близок и дорог, ты ещё вспомнишь, множество скрытых опасностей и ловушек. Он, как и любой другой мир связующее звено между находящимся «ниже» и «выше», всё условно. Он прекрасен и вместе с тем для неподготовленного опасен. Сегодня мы с тобой уже встретились с рядом сложностей в пути, которые могли привести к нашей гибели. А это всего лишь часть пути. И на каждом шагу нас будет подстерегать опасность. Явная или скрытая. Не нужно всем встречающимся на пути верить…

– Но…, попытался возразить Ренатус.

– Никаких, но! Помолчи и послушай! – прошипел Амикус. – Эта девочка казалась здесь по неизвестным нам причинам и может оказаться совсем не тем, чем нам представилась! Будь бдителен и осторожен!

– Это же безобидное дитя! – не унимался Ренатус. – Как же можно в нём видеть опасность?!

Тут Амикус ослабил напор и более спокойным тоном продолжил:

– Понимаешь, ты ещё достаточно слаб и только подготавливаешься к потоку воспоминаний об это мире. Кое-что у тебя уже получается, но это малая часть твоих возможностей. Справедливости ради сказать ты и полной силе всегда был слишком доверчив ко всем видам сущностей, во всех видя лишь положительные черты и качества, совершенно не замечая лицемеров и предателей. Отчего, по существу, и пострадал не однажды… Но об этом позже. Сейчас наш путь и эта девочка.

– Вот именно, чего тут рассуждать! Возьмём её с собой и продолжим путь. Если честно я очень устал и с удовольствием бы поел и поспал. И потому мне не терпится найти тёплое сухое место с очагом и вкусной пищей и просто отдохнуть.

– Терпение, мой друг, терпение… – уже ласково обратился к спутнику Амикус. – Я прекрасно тебя понимаю. К сожалению, я тоже уже давно не юн и мне тяжело даётся наша дорога, но если не прилагать всех возможных усилий, то Вселенная не сможет помогать – лишь страждущий и стремящийся находит поддержку; отчаявшийся и пребывающий в унынии есть пища для сущностей низших миров и их приспешников в этом. Сейчас же давай возьмём эту девочку с собой, но будем осторожны. Договорились?

– Хорошо, – успокаиваясь ответил Ренатус. – Пойдём уже.

Они вернулись к валуну, возле которого кротко стояла Кло. Она вся продрогла и дрожала как лист на осеннем ветру.

– Храни нас Светлый, – промолвил Амикус. – Да ты совсем продрогла! Сейчас! Он взял подол своей одежды, отмерил рукой изрядный кусок и сильно рванул, оторвав для Кло утепляющее одеяние. Та с большим удовольствием его приняла и уютно укуталась во всё ещё влажную ткань (само ощущение заботы и предстоящего тепла уже согревало). Двое мужчин и девочка направились по направлению к ущелью.

Глава 3

До ущелья было около километра, который нужно было преодолеть сквозь сухие заросли колючих кустарников, хаотичные насыпи валунов и естественно их ночных обитателей. Трое шли тихо и молча, стараясь следовать шаг в шаг. Первым шёл Амикус. Он уже тяжело шагал и было видно, что старец очень устал. За ним моросила мелкими шагами Кло, держа обеими руками накидку из подраненного куска материи. Ренатус замыкал импровизированную колонну, чувствуя повышение ответственности из-за шедшего с ним ребёнка. Это было интуитивное чувство опеки, которые кажется сейчас он испытывал впервые. Дорога из равнинной стала пересечённой, повсеместно встречались спуски и подъёмы.

Уже в глубокой ночи проснулись разнообразные сущности и твари, которые стрекотали, ухали, ревели, квакали, рычали, стонали и тому подобное, создавая какофонию звуков, изрядно отвлекающей путников, наполняя дополнительной тревогой Ренатуса от неизведанного и Амикуса напротив от вполне известной и ожидаемой опасности. Лишь Кло безучастно и смиренно следовала между двух спутников, изредка поднимая взор то на одного, то на другого. Силы путников были на исходе. Всё чаще путь преграждали округлой формы колючие кустарники, которые в темноте были абсолютно невидимо, провоцируя столкновение с ними, что сопровождалось болью и травмами для ног путников и искрами самих кустарников, которые будто возмущались прикосновениям и раздражённо искрились электрическими разрядами голубого цвета.

– Будьте с ними осторожны, – предупредил Амикус.

Не успел он это с казать как Кло сильно взвизгнула и подскочила на месте, больно ужаленная названным кустарником, который в свою очередь разрядился серией электрических разрядов, даже немного осветив окружающую местность. Ренатус не останавливаясь молча подхватил ребёнка на руки, которая благодарно обняла его одной рукой за шею, второй старательно удерживая согревающую накидку. Ощутив тепло нежной ладони Ренатус как-то, даже проникся…

«Не размокай!», резко прозвучало в голове. Это бурчал мысленно Амикус.

«Говорю же, не доверяй первому встречному!»

Ренатус гнал прочь дурные мысли. Но усталость, увеличенная ношей, клонила его ко сну. Он с трудом передвигал ноги. Этот относительно небольшой путь до ущелья, которое само по себе было ещё не было окончательной целью пути, казался очень долгим и изнурительным. До настоящего времени кроме изредка цепляющихся за ноги колючих кустарников и острых камней под босыми ногами других неприятностей не встречалось. Пока не встречалось…

Когда путники прошли уже большую часть пути перед ущельем Амикус внезапно остановился, обернулся и скомандовал:

– За мной! – он рванул что было сил влево от тропы, не обращая внимания на возмущающиеся искрами колючие кустарники и спотыкаюсь о небольшие камни, увлекая группу подальше от тропы.

«Что случилось?», – неожиданно для себя, пожалуй, впервые, Ренатус мысленно обратился к Амикусу. Но ответа не последовало. Амикус не обращая на препятствия быстро увлекал спутников подальше от тропы. Спустя несколько десятков секунд они были далеко с в стороне от тропы, спрятавшись за большим камнем.

«Тихо!» – теперь услышал внутри голос Амикуса Ренатус. – «Ждём!»

В недоумении Ренатус просто промолчал и аккуратно опустил девочку на землю укладывая у камня, которая уже успела заснуть и недовольно застонала, тут же продолжив сон, свернувшись в клубок. Путники прижались к земле и вглядывались в темноту, аккуратно выглядывая из-за камня. Всё также безучастно в небесах переливались перламутровые облака. Ветра не было, полнейший штиль. Лишь многоголосый и не сыгранный оркестр окружающей фауны не давал им уснуть, хотя веки уже налились и с сдерживались только силой воли. Ренатус одной рукой опёрся на землю, другой опёрся на камень. Он настолько устал и свыкся с окружающими звуками, что проваливался в сон, сознание его лишь вспышками созерцало действительность. Голова всё ниже клонилась к земле… И вот он уже поддался путам Морфея, увлекаемый сладким сном, где было спокойно и безмятежно, он лежал на мягкой траве и сладко растворялся в умиротворяющем сне… Небеса словно замерли, чтобы не мешать ему, но с трудом сдерживали накатившиеся слёзы и начали ронять капли дождя прямо на безмятежно спящего Ренатуса. Они были тёплыми и мягкими, нежно омывая его лицо… Постепенно количество капель увеличивалось, они становились холодней и уже с силой колотили по его коже, сделав сон невыносимым.

Внезапно он очнулся. И вовремя! Когда он открыл глаза, то увидел, что они буквально заливаются проливным дождём, который в отблесках переливающихся облаков деформировал видимость до неузнаваемости, но всё же кое-что возможно было рассмотреть. Спящий у камня ребёнок ещё больше съёжился и вжался под камень, хранимый им от холодного душа.

Амикус внимательно всматривался в направлении тропы, не обращая внимания на заливающие глаза холодные крупные капли и промокшую до нитки одежду. Не успел Ренатус задать вопрос, как заметил в нескольких десятков метров от них, где проходила тропа, как по направлению из ущелья ровным строем в две колонны бряцая тяжёлыми доспехами шагал вооружённый отряд. Издалека во тьме казалось, что каждый из отряда роста метра два с половиной, с огромными плечами и тяжёлым угрожающим вооружением. Их лица были сокрыты большими шлемами с четырьмя рогами, расходящимися в разные стороны. За спинами каждый из шествующих нёс большой мешок, который исходя из размеров носильщиков был не менее полутора метров в длину и около метра в диаметре. Ренатус и Амикус переглянулись и продолжили наблюдать за движением колонны. В редких вспышках молний было заметно как идущие в колонне тяжело дышат паром и слегка сквозь шум дождя можно было расслышать их грубое рычание при ходьбе. Тяжёлое обмундирование бряцало и сверкало в всплесках света от молний. Время шло, но процессия всё продолжалась.

Вот уже авангард колонны протянулся до топи и следовал вдоль неё по берегу. Ренатус не выдержал и мысленно обратился к Амикусу: «Что это? Кто это?» и повернул голову в его сторону. Но Амикус лишь приложил палец к губам, давая знать, что от всякого рода общения нужно воздержаться. Дождь не ослабевал, и путники уже тряслись от холода, не в силах куда-либо двинуться или спрятаться, так как колонна воинов, казалось, была бесконечной. Идущие строем изрядно растолкли поверхность тропы, громко чавкая грязью. Наконец показались последние в колонне, которые тянули за собой перекинутыми через могучие плечи различные металлические предметы, связанные в большие гурты, создавая шум перебивающий шум дождя.

Когда колонна удалилась до такой степени что её не стало видно и слышно, наши путники решились продолжить путь. Амикус подал сигнал рукой и начал движение по направлению к тропе. Ренатус вновь поднял на руки безмятежно спящую девочку и последовал за ним. Они вернулись на тропу, которая теперь после дождя и размесившей их армады больше была похожа на вязкое болото грязи, в которой их босые ноги вязли и проскальзывали, повсеместно ранимые переломанными и втоптанными в грязь колючками. Не успели путники пройти и пятидесяти шагов как их остановил грубый хриплый голос:

– Стоять! Вы кто такие?!

И без того весь продрогший Ренатус ощутил, как по его жилам пробежала волна холода. «Спокойно, всё решим», – тихим спокойным тоном прозвучал внутри него голос Амикуса. Впереди путников стоял огромного роста воин, латы которого были прикрыты накидкой с капюшоном, защищающим лицо от дождя. Впрочем, лица видно не было.

Позади воина было заметно ещё несколько подобных огромных субъектов, с трудом сдерживающих на тяжёлых цепях, рвущихся вперёд и раскидывающихся слюнями животными, похожими на больших перекормленных собак, скрещенных с крокодилом. Возникла нелепая пауза ожидания. Встретившиеся на тропе стояли друг напротив друга и молча смотрели, ожидая какого-либо действия встретившихся. Животные всё яростнее стремились вырваться вперёд и разорвать встретившихся.

Амикус склонил голову, сложил руки на груди и прошептал мысленно Ренатусу «Извини, другого выхода сейчас нет». В тот же миг он взмахнул руками, перед ним возник портал наподобие того, что ранее сотворил Ренатус, только с другим ореолом и свечением.

Увидев портал, воины рванули вперёд, стремясь схватить путников, но Амикус первым впрыгнул в портал, и Ренатус не мешкая последовал за ним. Портал замкнулся и схлопнулся. На мокрой тропе под дождём остались стоять лишь несколько обескураженных воинов со своими церберами. Поняв, что они упустили путников, выругались и продолжили движение. На этом путь наших героев в этой части был окончен. Они исчезли.

Глава 4

Портал принял путников как теплый бассейн с пространством наполненным молоком белого эфира. На долю секунды время, пространство, ощущения и сознание перестали существовать, как бы обнулив попавших в портал. Через миг их закруженных выбросило на горячий песок бескрайней пустыни. Отирая лицо и плюясь песком Ренатус, вопрошал к Амикусу:

– Мне понятно, что избежали больших проблем и возможно даже гибели, воспользовавшись порталом. Но ты же говорил, что чистых сердцем он не забросит в подобное место! Это же пустыня!!! Теперь нам точно конец. Ни еды, ни воды, ни надежды.

После этих слов он рухнул на спину на раскалённый песок, совершенно позабыв что с ними была ещё девочка Кло.

Амикус спокойно сидел на пятой точке, упёрши локти на колени, склонив голову и что-то обдумывая. Кло рядом не было видно.

– Что молчишь, старик? – продолжал напирать Ренатус из положения лёжа. – Что теперь, куда дальше?

– Да не тарахти ты! – прервал его Амикус. – Истерикой и паникой делу не поможешь. Сейчас нужно понять в какой части мира мы находимся и очень надеюсь, что это не владения Дэи Мортис…

– Кого, кого? – приподняв голову и вопросительно уставившись на старца поинтересовался Ренатус. – Богини Смерти, как в мире, из которого ты прибыл.

– Замечательно! – воскликнул Ренатус. – Слушай, а разве нельзя ещё раз воспользоваться порталом и покинуть это место?!

– К сожалению нет. Порталы разбросаны по всему пространству с определённой частотой и неосязаемые до тех пор, пока ты их не призовёшь, материализуешь и активируешь. Ближайший портал от использованного может находиться в двух-трёх лунах, и мы просто его не дождёмся. Да и не факт, что именно мы сможем им воспользоваться. Этот мир кишит всякого рода существами и сущностями пользующимися порталами как средством передвижения. Особенно любят их Тёмные.

– И они не боятся оказаться не там, где нужно? – удивился Ренатус.

– Этим занимаются только очень сильные, которые способны направить энергию портала в нужное русло. Кстати, в настоящее время нам лучше избегать встреч с подобными сущностями, ты ещё слишком слаб, а я уже слаб…

Амикус опечаленно окинул взглядом окружающую местность. Вокруг сколько хватало остроты зрения были лишь песчаные барханы, ярко залитые огромным белым солнцем, нависшим прямо над головой, раскаляющим песок, создавая сплошную раскалённую поверхность, ожигающую ноги. Ни ветра, ни тени. Только изнуряющая жара.

– Мы долго будем сидеть? – спросил Ренатус, – Может куда-нибудь пойдём уже?

Амикус одобрительно кивнул головой и встал на изнурённые ноги. Немного приплясывая и подпрыгивая, он поднялся на вершину бархана и осмотрелся.

– Где же Кло?.. – задумчиво произнёс он. Девочки нигде не было видно.

«Очень странно», подумал Амикус. «Что именно?», вопрошал мысленно Ренатус. Амикус обернулся, быстро сбежал обратно и взяв Ренатуса за предплечье сказал:

– Портал направляет всех в него попавших в одну точку, не разбрасывая. И отсутствие Кло может свидетельствовать только об одном из двух: либо она не та, кем представилась, и сама определила место своего выброса; либо она где-то здесь прячется.

– Но где здесь можно спрятаться?! – засмеявшись и разведя руки воскликнул Ренатус. – Сплошные пески! Мы же здесь совершенно одни на десятки километров вокруг!!! И он закричал что есть сил. – Эге-гей… Люди… Кло, где ты?!

Умолк и внимательно прислушался. Ничего, тишина.

– Не трать силы. Пойдём. Нет её. – Недобро пробурчал Амикус и бодро зашагал в только ему известном направлении. Ренатусу ничего не оставалось делать как направится следом. Не успели они пройти и несколько сотен метров, как ступни ног покрылись ожогами и ранами. Каждый следующий шаг давался всё с большим трудом, доставляя неимоверные страдания путникам. Перегретые головы вводили в бессознательное состояние.

– Скажи, Амикус, – подпрыгивая от боли на песке вопрошал Ренатус, – ну ладно я как ты говоришь пришёл в этот мир из другого и абсолютно гол, не считая туники, и обуви нет. Но ты то почему босой?!

Амикус помедлил немного и коротко ответил:

– На границе миров нужно всем телом ощущать энергии, чтобы правильно действовать. Прикрытые ступни не дают возможность единения с Матерью-землёй, не слышен её голос. Надеюсь, ты понял.

Обернувшись, Амикус обнаружил, что Ренатуса не видно. Остановившись и подождав немного, внимательно осмотрел горизонт вокруг. Ренатуса нет. Из последних сил Амикус ускоренно заковылял обратно, всматриваясь в барханы, в надежде обнаружить Ренатуса. Того нигде не было видно. Обследовав огромный квадрат местности и нигде не обнаружив так долго ожидаемого и так быстро потерянного им друга Амикус в отчаянии, упал на колени и вознёс руки к бесстрастным ожигающим его небесам:

– О Светлый, умоляю тебя – верни нам надежду, помоги отыскать Ренатуса! Он закрыл глаза и настроился на внутренние ощущения, почувствовав чьё-то присутствие. Глубины его сознания ощущали приятную прохладу, исходившую откуда-то из недр пустыни; какое-то хаотичное движение под песками; потоки мечущейся энергии, взмывающей полукольцами из барханов и скрывающихся вновь глубоко внизу. Среди этих энергетических потоков он вдруг ощутил пару знакомых ему тонких как нити полосок – это точно были Ренатус и Кло!

«Они рядом! Хвала Светлому!» подумал Амикус и попытался обнаружить источник энергии, тем самым разыскав своих спутников.

«Входи!» неожиданно прозвучал глухой басистый голос в его голове и Амикус почувствовал, как тело его словно рассыпается на мириады песчинок, воссоединяясь с барханами, продолжая путь дальше в недра… В один момент резкая боль прошлась разрядом по всему ощущаемому им телу, и он открыл глаза. Больше не было видно палящего солнца и бескрайних песков. Амикус понял, что стоит во всё той же позе на коленях, но уже не на песке, на твёрдой, прохладной и слегка влажной поверхности. Зрение приспособилось к окружавшей его полумгле, и он смог рассмотреть окруживших его кольцом людей, которые держали в руках небольшие камни, испускающие мягкий голубой свет. Этим свечением и была наполнена пещера, в которой оказался Амикус. Встав с колен, он уверенным голосом позвал своего друга и девочку:

– Ренатус, Кло! Отзовитесь!

Из толпы окружавших старца людей вышла уже знакомая ему девочка. Это была Кло. Она держала в руках два светящихся камня один из которых передала Амикусу.

– Возьми, пожалуйста. Это поможет тебе видеть и восстановить силы. Амикус благодарно принял камень, всё время ища взглядом Ренатуса.

– Не волнуйся, – продолжала Кло, – с ним всё в порядке. Он спит, очень устал. Пойдём, я тебя провожу.

Она взяла старца за руку и провела сквозь расступившуюся толпу вглубь пещеры. По ходу движения Амикус осматривал высокие своды пещеры, которые красиво переливались множеством мягких голубых огоньков. Несомый им в руках камень был той же природы.

– Я бывал во множестве мест нашего великого мира, но никогда не встречал подобного… – заворожённый увиденной красотой сказал Амикус. – Где мы и что я ещё не знаю про тебя, Кло?

Девочка спокойно вела старца куда-то вглубь этой прохладной и очень красивой пещеры, загадочно улыбаясь и изредка поглядывая на спутника. Они долго шли по пещере, которая со всех сторон имела множество входов в длинные коридоры с округлыми сводами. В некоторых местах на стенах были какие-то загадочные знаки и барельефы. Войдя в один из коридоров, Кло и Амикус долго петляли в его извилинах, периодически пересекая небольшие комнаты, из которых можно было пройти и в другие коридоры. Всё подземелье было испещрено ходами и коридорами, которые целой сетью раскинулись на многие километры. Терпеливо ожидая встречи с Ренатусом и ответов Кло старец обратил внимание, что силы к нему возвращались невероятно быстро. Он шёл уже бодро. И даже есть и пить расхотелось. Одно было не понятно: он потерял Ренатуса всего на несколько минут, а идут до него они же добрых минут двадцать… По пути по бесконечным коридорам они повернули неисчислимое количество раз, так что даже Амикус потерял ориентацию в пространстве, в то время как Кло уверенно шагала вперёд.

– Кло, – не выдержал молчания Амикус, – куда мы так долго идём, где Ренатус?!

Девочка очередной раз улыбнулась и неожиданно остановилась. От неожиданности Амикус чуть на неё не наступил. Кло резко развернулась навстречу старцу, внимательно посмотрела ему в глаза, затем прижала ладонь правой руки к стене каменного коридора. Мелкие огоньки на стене начали сильнее мерцать и светиться активно возле руки Кло. Уже через мгновение свечение достигло огромных размеров в несколько метров диаметров. Стена в этом месте стала прозрачной, открыв взору новую большую пещеру, которая уже больше походила на красивого убранства залу, в которой были предметы мебели, интерьера, ковры и украшения. В одной из сторон зала стояла огромная массивная деревянная укрытая мягкими шкурами кровать. На ней сладко спал Ренатус.

– Хвала Светлому! – радостно воскликнул Амикус. Не дожидаясь приглашения, он рванул через прозрачную стену в залу, подбежал к кровати и нагнулся к Ренатусу. С тем всё было в порядке, он просто спал.

В помещение спокойно вошла Кло, которая, видя замешательство и ещё больше возросшее любопытство Амикуса, молча подошла к нему, взяла за руку, отвела к неподалёку стоящей удобной лавке, усадила его и села рядом. Она положила свой голубой камень в вазу на рядом стоящем столе, сняла с плеч ранее подаренное ей Амикусом импровизированное одеяние, вложила его ему в руку, благодарно кивнула и встала с лавки.

– Вы с твоим другом спасли меня, не дав пропасть в чуждых мне краях, либо быть проданной в рабство, либо утонувшей в топях, либо убитой разорявшими те земли воинами. Ты был прав, говоря другу, что не стоит доверять всем встречающимся на пути. И всё может быть совсем не таким как кажется. Теперь ты получишь ответы на все свои вопросы. Не верь глазам своим!

Кло отошла на несколько шагов, повернулась спиной к Амикусу, встав в центре залы. Сверху на неё спадал мягкий луч розоватого оттенка, с проблесками таких же голубых как во всех пещерах звёздочек. Девочка взметнула руки вверх, луч окутал её светящимся туманом, яркость его резко возросла, осветив каждый уголок огромной залы и резко погас. Облако вокруг Кло рассеялось и взору Амикуса предстала уже не маленькая щуплая девочка, но высокая и статная прекрасная девушка в белоснежном одеянии, закрывающем всё её тело до самого пола. Её светлые длинные волосы красиво спадали на плечи, дотягиваясь до самых колен. Глаза, казалось, буквально светились таким же мягким голубым светом, как камни этих загадочных пещер.

– Делааа… – донёсся знакомый голос позади Амикуса. Он резко обернулся и увидел, как лежа на кровати за всем этим действом наблюдает Ренатус. Амикус подбежал к нему, обнял и радостно выпалил:

– Как же я рад тебя видеть живого и в добром здравии, дружище!

– Тише, Амикус, что за телячьи нежности! – мягко отстраняя старца от себя промолвил Ренатус.

– Упреждая ваши вопросы я сама всё расскажу, – вмешалась в разговор Кло:

– Я последняя представительница правителей древнего рода Каменных Людей, которые владели всеми недрами этого мира задолго до пришествия в него тьмы. Меня действительно именуют Кло. Мой народ сотни лет хранит легенду о вернувшимся в наш мир для решающей битвы со тьмой Бессмертном Воине Света, который много раз перерождался в разных мирах набираясь опыта и сил, чтобы стать непобедимым и сокрушить угнетающую наш мир тьму. Многие его искали в разных уголках подземного и надземного мира. Некоторые даже представлялись таким воином, но оказывались обыкновенными мошенниками, жаждущими лишь власти и богатств. Я тоже не оставалась в стороне, иногда отправляясь в одиночку в какую-нибудь часть мира в ином облике. Чаще калеки и безобидного ребёнка – это вызывает жалость у окружающих и не настраивает их сразу на агрессию. Очередной раз воспользовавшись порталом я оказалась на равнинах землепашцев, неподалёку от ущелья. В тот момент там находилась Цитадель Света. В неё меня всё равно не впустили бы в сокрытом обличии, а обнаруживать себя я не хотела, поэтому пару дней осматривала местность вокруг Цитадели, в надежде увидеть наконец похожего на Воина Света. Всё было напрасно. На вторую ночь меня спящую схватили разбойники, выкрали из деревни надеясь отвести с ещё несколькими похищенными жителями деревни на невольничий рынок и продать. Когда меня несли из деревни я увидела, что ночью на неё напал отряд Темных воинов, которые жгли, убивали и разоряли всё на своём пути. Цитадель Света не вступила с ними в схватку, переместившись в неизвестное мне место. Немного погодя разбойников атаковали пираты, а после меня нашли вы. Я должна была удостовериться, что вы не являетесь приспешниками тёмных и не притворяетесь, чтобы проникнуть в моё сердце, раскрыв тайны моего народа. Именно поэтому при перемещении через портал я сделала так, чтобы нас выбросило к моему дому.

Девушка подошла к стоящему у стены высокому большому шкафу, выполненному из красивого красного дерева, с трудом отворила его массивные дверцы и повернувшись к мужчинам произнесла:

– Здесь те вещи, которые помогут вам в вашем пути. Сердцем чувствую, что вам можно доверять и считаю просто необходимым отблагодарить вас за спасение. Берите. Я же оставлю вас. Сейчас вам принесут еду и напитки. Когда отдохнёте, в чём вас никто не ограничивает, трижды хлопните в ладоши и мы будем знать, что вы готовы идти дальше. Тогда вас проводят на поверхность.

Мужчины подошли к шкафу. Амикус приподнял руку с голубым камнем, осветив содержимое шкафа. Там на нескольких широких горизонтальных полках лежали кожаные латы; удобные походные сумки-рюкзаки; сапоги из тончайшей и мягкой кожи, примерив которые Ренатус отметил, что очень удобно; плащи; накидки с капюшонами; ремни; тёплые тулупы из шкур горных животных и много ещё чего. Шкаф казался бездонным и вместившим одежд на целую дюжину человек. Взяв самое необходимое, убедившись, что аналогичный набор обуви, штанов, лат, сумки-рюкзака, накидки и тулупа имеется и у Ренатуса, Амикус благодарно поклонился Кло, которая повернулась и пошла из залы через вновь сделавшуюся прозрачной стену, лишь кинув оставшимся в комнате мужчинам:

– Ещё раз спасибо! И прощайте!

Она была уверена, что даже их когда-либо изловят и в страшных пытках будут допытываться, где же находится дом её рода, они при всём желании не смогут ни вспомнить, ни сориентироваться, где они были. В нынешние времена осторожность была на первом месте.

Не успела Кло выйти, как в зале возникло несколько толстых ребят с тяжёлой ношей в руках. Двое из них несли большое блюдо, наполненное разными аппетитно пахнущими яствами, а двое бережно донесли до лавки и осторожно положили две тончайшие туники из загадочного материала, которые периодически переливались голубями огоньками, но, когда были оставлены в покое на лавке словно исчезли, слившись с ней.

– Это особый подарок нашей Матери Кло, – сказал трепещущим голосом один из парней. – Работа древних мастеров Подземного Мира. Плащи что легче воздуха, невидимей порыва ветра, но прочнее стали из Небесного камня. Когда одевший этот плащ позволит ему проникнуть в своё сердце и сольётся с ним разумом, то станет невидим для врага и неуязвим для любого известного в нашем мире оружия. Только нужно помнить – чудесное действие плаща недолговечно. Нужно с умом его использовать.

При этих словах парень многозначительно поднял палец вверх, затем приложил его к голове и улыбнулся. Он раскланялся и вместе с другими пришедшими удалился из комнаты. Как бы ни хорошо помогли путникам своим лечебным светом голубые камни, но принесённая еда разожгла в них необычайный аппетит, и они с жадностью набросились на угощения. Изрядно наевшись и выпив сладких необычных напитков Ренатус, рухнул на кровать, Амикус удобно пристроился на уже полюбившейся ему лавке.

– Пару часиков вздремнём и продолжим путь, не возражаешь? – спросил в полудрёме Амикус.

– Как скажешь, – согласился Ренатус.

Оба провалились в сладкий сон.

Глава 5

Прошло всего около двух часов, но Ренатусу показалось он спал не менее суток. Сладко потянувшись, он встал с кровати и жадно сделал несколько глотков полюбившегося ему напитка. Кинув взгляд в сторону лавки увидел, что Амикус всё также крепко спит, натянув на глаза одну из приобретённых вещей. Стараясь не шуметь, Ренатус поискал ёмкость, в которую можно было бы набрать напитков в дорогу. Найдя добротную сумку-переноску для жидкостей, наполнил её до краёв. Сумки-рюкзаки (и свой и спутника) наполнил битком оставшейся пищей. Сел на край кровати и окинул комнату взглядом. Как-то даже жалко было именно сейчас отсюда уходить. Здесь было так уютно, сытно и комфортно, в отличие от всех пережитых за недолгое время напастей…Его раздумья прервал проснувшийся Амикус.

– Ну что, отдохнул. Пойдём?

Он аккуратно встал, уселся поудобнее на лавке и осмотрел предметы, которые нужно было взять в дорогу.

– А где же эти чудесные туники… – озадаченно озирался Амикус. Он шарил руками по лавке и под ней, но ничего не мог найти. Ренатус подошёл ближе попытался помочь, шаря руками под лавкой.

– Погоди! – осенило Амикуса. – Парень сказал нужно пустить плащ в свое сердце и разум. Давай успокоимся и попробуем сделать это.

Ренатус согласно присел рядом на лавку и закрыл глаза, так ему казалось легче выполнять поставленную задачу. Изгнав все посторонние мысли, он сосредоточился на плаще. Спокойствие наполняло его, увлекая в состояние транса. Сердечный ритм менялся на такты какой-то мелодии. Сознание растворялось в этом ритме. Постепенно мягкие касания чего-то стороннего ласково проникали в самую глубину души Ренатуса, освещая их обоих слабым голубым свечением. Казалось, он слышал далёкий еле уловимый шёпот, но разобрать ничего не мог. Чем больше сознание погружалось в ритм и растворялось в свечении, тем больше они сливались и явственней был слышен шёпот. Вот уже всю его сущность наполнял проникающий в него чудесный плащ, и Ренатус отчётливо осознал, что это разумное существо, которое наполняло его доброй силой. Из шёпота выросло вполне осязаемое «Вокс Лучис». Ренатус осознал, что плащ открыл ему своё имя и окончательно проникся к нему, впустив в глубины сознания. В тот же миг он почувствовал рядом с ним на лавке чьё-то присутствие.

Он открыл глаза и заметил справа от себя искрящийся красивыми переливами прозрачный плащ. Бережно взяв плащ в руки, Ренатус сказал:

– Ну здравствуй, Вокс Лучис!

Он бережно сложил плащ и засунул в боковой карман сумки. Плащ погас, сделавшись неосязаемым. Амикус уже сидел в ожидании, держа в руках свою сумку, одобрительно кивая Ренатусу и давая понять, что его плащ тоже на месте.

– Не будем мешкать! – Амикус решительно встал и начал собирать вещи.

Ренатус последовал примеру и быстро собрался. Они подошли к стене, через которую все ходили как через двери. Переглянулись, и убедились, что полностью готовы к продолжению пути. Амикус трижды хлопнул в ладоши. Путники замерли в ожидании. Вопреки ожиданиям стена осталась неизменной. Амикус и Ренатус в недоумении переглянулись. Теперь Ренатус трижды похлопал. Снова ничего не произошло. Становилось тревожно. В затылке у Ренатуса что-то заныло и ранее не известный внутренний голос вложил в его голову озвученную мысль: «Вокс Лучис теперь всегда с тобой. Камни. Вы забыли взять камни».

Точно! Ренатус кинулся обратно к месту сбора и подобрал лежащие на лавке камни с голубым свечением. Быстро вернулся к Амикусу, протянул ему один из камней. Тот взял камень, спрятал его во внутреннем кармане и трижды похлопал в ладоши. И в этот раз стена не изменилась. Но потолок в комнате становился ярче. Казалось, откуда-то с невидимой высоты сыпятся сотни тысяч разноцветных огоньков, растекаясь по полу светящейся жидкостью. Когда весь пол комнаты был залит этим завораживающим светом и достиг ног ожидающих действа мужчин, падающие песчинки света начали кружить слабым вихревым потоком против часовой стрелки. При этом светлая жидкость с пола поползла вверх по сапогам с интересом наблюдающих за этим мужчин. Поднимаясь всё выше и выше, она плотно укутывала их тела. Когда свет полностью покрыл Амикуса и Ренатуса до самой макушки, кружившиеся по комнате песчинки влетели в них, создав на их телах проекцию галактик и самой вселенной. Внезапно Ренатус ощутил, как растворяется в этом потоке. Его тело полегчало, рассыпалось на молекулы и сознание его покинуло…Очнувшись Ренатус осмотрелся. Он лежал в ворохе своих вещей в неудобной позе на тёплом песке. Раскопав себя из-под вещей, Ренатус встал на ноги и был поражён красотой нависшим над ним бескрайним ночным небом, открывшим свою красоту галактики этого мира с бесчисленными звёздами разных размеров и окрасов, млечными путями, яркими планетами неподалёку. Зрелище было завораживающим. На секунду он даже забылся и просто стоял, и любовался этой невероятной красотой.

– Да, наш мир в ночи не менее прекрасен, чем днём, – послышался рядом голос Амикуса. – Смотри какую занятную вещицу я подобрал у Кло.

Он поднял руку вверх. Местность достаточно хорошо освещалась небом и Ренатус мог хорошо видеть демонстрируемый предмет. Это был деревянный куб с гранью около десяти сантиметров.

– И что это? – поинтересовался Ренатус.

– Карта, очень точная и полезная карта, – довольно ответил Амикус.

Он взял предмет двумя руками, слегка повернул верхнюю половину вокруг оси и предмет на несколько метров рассёк пространство вокруг графическим изображением ландшафта какой-то местности. Были видны их местоположение, освещённые двумя яркими точками, равнина и барханы пустыни, упёршиеся с одной стороны в скалистые гряды, дальше располагавшиеся большие горные хребты с лесными массивами и озёрами на плато, реки, дороги и тропы. И всё это в трёхмерной проекции. Амикус сделал какие-то манипуляции рукой над предметом, и карта стала менее масштабной, открыв их взору прилегающую местность с подробным возможным маршрутом до горных хребтов.

– Ого, хорошая штука, – восхищался Ренатус.

– Это ещё не всё! Смотри! – сказал Амикус и продолжил манипуляции с предметом.

Он поднёс предмет поближе к губам и прошептал: «Цитадель Света». Проекция вновь изменилась, построив вокруг них огромную карту, на которой одной точкой было отмечено их местоположение, другой Цитадели Света; между ними проложен маршрут в виде длинной освещённой синим светом линии, которая повторяла все изгибы пути и ландшафт местности. – Теперь вообще не знаю, что сказать, – изумлённый Ренатус изучал карту, созданную прибором, и выдал заключение:

– Что-то сдаётся мне, что путь очень далёк и непреодолим…

– Нет сложностей для путника больших, чем он способен преодолеть, мой друг. Верь в себя и Замысел! – Амикус добродушно улыбнулся. – Исходя из того, что я знаю о данной местности до горных хребтов, мы должны добраться в аккурат до восхода солнца. Там и передохнём. От первых хребтов до среднегорья, вот здесь, видишь, – он указал свободной рукой на лесистую местность на второй горный хребет повыше, – примерно сутки пути. А вот через долину и второй самый большой хребет дня два, не меньше.

– Итого не меньше, чем три с половиной дня… – резюмировал Ренатус. – Не быстро.

И при этом никакой уверенности, что, когда мы придём к месту, где сейчас Цитадель Света она там будет находиться… И вообще, чего мы так туда стремимся?!

Амикус понимающе покивал головой, собрал прибор, сокрыв карту, и выдал:

– Понимаешь, друг мой, Цитадель Света это место силы, где каждый воин с чистым сердцем и открытым разумом наполняется небывалой мощью, растёт и совершенствуется; это собрание всех знаний, навыков и умений многих тысяч поколений этого мира. Последний его оплот и надежда. Но за сотни лет борьбы с тёмными много славных воинов Цитадели пали, хранители её постарели и уходят в иные миры, врагов и предателей становится всё больше, поэтому Цитадель не вступает в прямое противостояние с армадами тёмных, одну из которых мы с тобой видели у топей. Легенды многих народов, как и Каменных Людей, наполнены верой в торжество правды и восстановления прежнего уклада жизни, когда не нужно будет скрываться по лесам и подземельям, ежедневно подвергаться грабительским набегам со стороны разбойников, пиратов, Тёмных воинов… Спокойно жить и растить детей в обстановке счастья и любви! Понимаешь?! Сейчас же мы все этого лишены. Люди этого мира не живут, а выживают…

Он осёкся, в сердцах махнул рукой и отвернул голову в сторону. Ренатусу показалось, что скупая слеза потекла по морщинистой щеке старца.

– Мы с тобой с детства мечтали стать могущественными воинами Света. Учились, бились и страдали вместе, – продолжал Амикус. – Даже любили вместе…Тут он резко прервался, решительно собрал весь свой скарб и направился по направлению к горным хребтам. – И да, отвечая на твой вопрос относительно Цитадели, если даже её не будет в той точке что показала карта, Цитадель сама нас найдёт в нужное время и место. Ты должен осознать, точнее вспомнить, что любой путь не самоцель, а средство. Средство достижения цели, развития, путь к Свету. Идём! – бросил последнюю фразу Амикус и зашагал ещё решительнее.

Обескураженный Ренатус быстро подхватил свои вещи и догнав Амикуса шёл рядом с ним. В его голове множество мыслей пытались разложить по полочкам полученную сейчас как ушат холодной воды информацию. Особенно его озадачила фраза про «даже любили вместе…». Сложно было как-то реагировать и оценивать что-либо, когда твоя память как чистый лист. Что есть хорошо, что плохо; что правда, а что ложь; что добро, а что зло… Но он старался быть человеком. Не особо понимая свою миссию, но видя, как Амикус кладёт ради него свою жизнь, вынужден был верить в нечто гораздо большее чем простое стремление оказаться в безопасном месте. Тем более, как он уже услышал, Цитадель Света сама была источником раздражения тёмных и безопасность в её стенах была делом относительным…Постепенно Ренатус успокоил будоражащие мысли и сосредоточился на пути. Впрочем, дорога по ночной пустыне казалась гораздо более приятной, нежели днём. Всё ещё теплый песок согревал давно остывший воздух до почти комфортной температуры, было слегка прохладно. Ноги более не обжигались и не царапались, уютно пристроившись в отличных сапогах. Неудобную тунику сменили кожаные штаны и латы поверх льняной рубахи. В общем идти было комфортно, не смотря на ношу.

Амикус шёл бодро и даже остервенело. Казалось, он либо зол, либо огорчён чем-то. Ренатус решил, что воспоминаниями о былом. И даже не пытался заговорить с ним. Поднимаясь и спускаясь по барханам, путники прошли несколько часов по кажущейся безжизненной пустыне. Небеса всё также огромным красивым куполом накрывали их, освещая путь холодным звёздным светом. Воздух с каждым часом набирался вселенского холода и даже пустынный песок уже не справлялся с обогревом. Дыхание густыми клубами пара вырывалось из груди путников. Запал Амикуса прошёл, и он спокойно шёл, периодически окидывая горизонт взглядом. Ренатус тоже старался следить за окружающей обстановкой, но ничего не замечал. Кроме их дыхания и шороха песка под ногами других звуков слышно не было.

Постепенно воздух охладел настолько, что начал движение по поверхности пустыни лёгким бодрящим ветерком.

– Через пару часов рассветёт, – нарушил молчание Амикус.

– Но гор ещё не видно. Думаю, нам стоит сделать привал и посмотреть карту, чтобы не сбиться с курса.

– Соглашусь, – скидывая на песок снаряжение и падая с удовольствием на песок сказал Ренатус.

Амикус аккуратно сложил вещи возле себя, сделав подобие спинки кресла, сел и опёрся спиной. Достал куб с картой и активировал его. Взору предстала обновлённая карта. На ней было отчётливо видно, что прошли они достаточно много, но хребта было ещё около трети пути по пустыне. Направление было выбрано верно и с пути они не сбились. Когда Амикус уже собирался свернуть карту Ренатус окрикнул его, остановив. Он подскочил ближе и пальцами указал на одну из окраин карты, где были видны ранее не обозначенные светлые точки. Точек было около дюжины. Они группой медленно продвигались наперерез их маршруту и встретиться все должны были почти у горного хребта. Ренатус вопросительно посмотрел на Амикуса, который развёл руками и произнёс:

– Никто не обещал, что дорога будет лёгкой прогулкой… А если серьёзно у нас несколько вариантов: ускориться и опередить ту группу на пути к хребту, но есть опасность что мы можем не успеть и столкнуться с этими неизвестными; второй вариант затаиться и ждать когда они пройдут восвояси, но тогда можем быть изжарены утренним солнцем; третий пойти наперерез им и тем самым разойтись, но мы отклонимся от маршрута и сильно увеличим время пребывания в пустыне, а скоро рассвет и солнце нас встретит с раскинутыми объятьями…

– Есть ещё вариант, – вставил Ренатус. – Приблизиться к той группе на безопасное расстояние и наблюдая за ними продолжать путь, придерживаясь своего маршрута.

Амикус почесал свою густую бороду в задумчивости.

– Возможно ты и прав! В любом случае до утра совсем мало времени и ждать здесь либо срезать путь у нас просто нет возможности, сгорим заживо. Смотри, на карту, пойдём вот до сюда. Через минут сорок ещё раз откроем карту, там оценим обстановку.

Они быстро собрались и продолжили путь исходя из нового плана. «И всё-таки странно, что нет совершенно никакой жизни…» думал Ренатус. Амикус хоть и слышал его мысли не стал никак реагировать. Быстро преодолев несколько барханов, путники обратили внимание, что чуть левее их маршрута наперерез им приближаются мерцающие огоньки.

– Они быстрее, чем мы думали, – отметил Амикус.

– Даже если мы будем бежать мы не успеем к той точке, так что будем делать? Ждать здесь ведь тоже неразумно… – Ренатус оценивал ситуацию и пытался быть полезным.

– Кто бы это мог быть и куда они так спешат… – задумчиво сказал Амикус.

Он вновь достал прибор с картой и спустившись на другую сторону бархана на несколько метров, скрывшись от возможности быть обнаруженным нежданными гостями, активировал карту. Открывшаяся картина дала понять, что в то время, как они преодолели с последней остановки совсем незначительное расстояние, то обнаруженная ими группа проделала путь раз в десять больше.

– Они явно верхом. Нам с ними не тягаться в скорости движения, – озадаченно подвёл итог Амикус.

– Выбор остался не велик. Ждём, когда они проследуют мимо и продолжим путь. Надеюсь, уж пару лишних часов на солнцепёке мы выдержим.

Ренатус молча согласившись, стянул все вещи на ту сторону бархана, где сидел Амикус, и они притаились, аккуратно выглядывая вперёд в ожидании процессии огоньков. Ветер всё усиливался и уже был в силах поднимать песчинки и слегка их разносить по склонам бархана. Рассвет неминуемо приближался. Прошло совсем немного времени и летящий всё быстрее песок уже больно бил в лицо и мешал наблюдать за стремительно приближающейся группой. Вот уже можно было слегка разглядеть очертания членов этой группы. Это были всадники на больших животных похожих на огромных кошек, но очень лохматых. Они с невероятной скоростью очень долгими и частыми прыжками с лёгкостью преодолевали большие расстояния. Вся группа куда-то очень торопилась. Всматриваясь в их сторону Ренатус, обратил внимание, что звёздное небо за группой стало тёмным и сливалось со всё ещё ночной пустыней. Причём поглощаемые тьмой звёзды гасли очень быстро, так что уже через пару минут солидный кусок неба впереди был сплошная темнота.

– Что это? – озадаченный Ренатус обратился к Амикусу.

– Я не бывал раньше в этих местах, сложно сказать. Но явно какая-то опасность. Смотри как улепётывают те всадники. – Амикус приподнялся на пол корпуса, выглянул дальше за горизонт и резко опустившись с округлёнными встревоженными глазами скомандовал: – Бежим!

Всё стало ещё непонятнее. Но когда Ренатус схватил свои вещи и вскочил вслед за Амикусом и они побежали по вершине бархана, то он увидел истинную причину беспокойства своего спутника и той группы всадников: позади, буквально в нескольких километрах от них сплошной стеной наступала тьма, несущая песок – буря!

Они бежали что есть сил, уже совершенно не заботясь быть незаметными для группы всадников. Их объединила одна общая беда – опасность сгинуть в песчаной буре. Уже через несколько минут всадники оказались совсем неподалёку и поглядывающий в их сторону запыхавшийся Амикус заметил, что одеты они совершенно не виданным для него образом. Тела всадников были настолько окутаны в различные ткани и балахоны, что даже фигуры невозможно было рассмотреть. Они буквально слились с несущими их животными. Группа оказалась из одиннадцати всадников и двух свободных кошек, назовём их так, скачущих без всадников. С одной стороны темнота всё больше поглощала небо, с другой уже показались первые признаки рассвета и стало существенно виднее. Ренатус и Амикус бежали по направлению уже прорисовавшемуся и отчётливо видимому горному хребту, но было всё понятнее что буря гораздо быстрее них и до хребта они не успеют… Но нужно хотя бы попытаться. Они бежали и бежали. Амикус, надо отдать ему должное, для своих лет был в прекрасной физической форме и если не давал фору гораздо более молодому Ренатусу, то по крайней мере не отставал. Глаза заливал солёный пот, песок, гонимый ураганным ветром, врывался в ноздри и ослеплял. Надежда на спасение таяла ежесекундно. Почувствовав упадок настроя Ренатуса, Амикус мысленно подбодрил его: «Помни, дружище, никогда не сдавайся! Верь и стремись, и будешь вознаграждён!» Легче после этих слов Ренатусу конечно не стало, но как-то теплее на душе да, впервые он проникся чувством тепла и дружбы к Амикусу, которое сейчас как будто через тонкое горлышко вливалось в него из огромного резервуара прежних воплощений.

В какой-то момент группа всадников, двигавшаяся немного наперерез нашим путникам, заметила их и резко поменяв направление стала быстро приближаться. Тревога нарастала. С одной стороны эта песчаная буря, сулящая большие беды, возможно и погибель, с другой эти неизвестные, от которых вообще не понятно, чего можно было ожидать…Между тем группа всадников уже приблизилась, один из всадников увлёк за собой дух свободно скачущих кошек в направлении Ренатуса и Амикуса, остальные повернули к горному хребту и продолжили спасительный путь. Подскочив к путникам, уже изрядно выдохшимся, всадник молча указал длинной рукой на свободных животных, давая понять, что они могут сесть верхом и следовать с ними. Такой возможности нельзя было упускать. Амикус и Ренатус подбежали, закинули свои вещи в специально для этого приспособленные кожаные ёмкости надёжно закреплённые на мощных телах слегка присевших кошек, вскарабкались каждый на свою, прижались к их телам, схватившись за густую и длинную шерсть и последовали за группой. Скакали очень быстро, но ощущение было что плыли – мягко и без тряски. Огромное и грациозное животное на больших мягких лапах даже не скакало по пескам, а разрезало их, будто не замечая ни барханов, ни урагана. Глаза их были прикрыты от песка ниспадающей со лба густой шерстью и было не понятно, как они видят дорогу. Но двигались животные очень уверенно и грациозно. Немного ускорившись, группа из трёх догнала остальных и уже в очень сильных песчаных порывах, плотно накрывающих их, они достигли подножия горного хребта. Словно не замечая препятствий и ноши кошки с лёгкостью прыгали по скалам, поднимаясь всё выше и выше. Видимость уже была практически нулевой. Но этим чудесным животным казалось не обязательно видеть направление, они его чувствовали.

Быстро заскочив за первый небольшой хребет, группа растянулась вереницей и продолжила быстрое передвижение вдоль отвесной скалы до тех пор, пока не обнаружился вход в пещеру. Все туда заскочили. Вход в пещеру был достаточно небольшим, но сама пещера огромной, что сразу стало видно, поскольку светящиеся предметы на каждом животном служили осветительными приборами. Когда все оказались внутри пещеры один из всадников быстро соскочил с кошки, снял с крепления какое-то устройство на основе куска кожи и нескольких распорок, подбежал ко входу пещеры и ловко закрыл отверстие. Ветер больше не проникал в пещеру. Не спеша все остальные всадники спешились и начали снимать с животных поклажу и крепления, давая им отдохнуть. Кошки терпеливо и благодарно ждали, потирались о людей и ложились, удобно растягиваясь и слегка мурлыча. Лишь Ренатус и Амикус всё ещё крепко держались за мягкую густую шерсть своих животных, не в силах прийти в себя от пережитой скачки.

– Слезайте уже, дайте нашим друзьям отдохнуть! – прозвучал командный голос подошедшего ближе всадника.

Теперь можно было лучше рассмотреть их. Подошедший был высоким крепким мужчиной, облачённым во множество одежд, которые могли показаться очень тяжёлыми и неудобными, но на самом деле каждая из них выполняла свою роль и функцию и вполне гармонично была включена в общее обмундирование. Голова и лицо мужчины были надёжно укрыты накрученной вокруг них тканью, так что даже глаза были закрыты. Со стороны Ренатуса, казалось, что к нему подошёл большой мешок одежд, который с ним разговаривал.

– Давайте, давайте! У нас мало времени! – продолжал командовать всадник. Ренатус ослабил хватку, и кошка сразу прилегла вместе с ним, позволяя с максимальным комфортом слезть с неё. Командовавший всадник, не дожидаясь Ренатуса подошёл к кошке и начал снимать с неё всё нагруженное и крепления. Закончив, молча повернулся и пошёл к своему животному, которое уже придрёмывало, но при приближении своего всадника немного приподняло голову, потёрлось аккуратно о грудь человека и обняло его хвостом. Мужчина удобно пристроился к мягкому боку исполинского животного и прикрытый его пушистым хвостом сладко уснул. Все всадники устроились аналогичным образом. Амикус и Ренатус озадаченные происходящим молча переглянулись. Было непонятно что это за всадники, откуда они, куда они, почему и зачем их подобрали, тем самым спасли. А теперь молча легли и уснули!

«Давай и мы отдохнём», – мыслями обратился Амикус. – «Вижу с ними нам безопасно. Не тревожься, в конце концов без их помощи мы бы сгинули в песчаной буре».

Он разложил свой тулуп рядом с кошкой, которая его сюда принесла, подложил под голову сумку-рюкзак и удобно устроился. Как только лёг кошка аккуратно прикрыла всё его тело своим большим и мягким хвостом. Ренатус какое-то время посидел, анализируя всё произошедшее, но усталость взяла своё и устроившись по примеру всадников прямо на боку кошки он быстро уснул.

В пещере воцарилась тишина, нарушаемая лишь сладким сопением спящих и редким рычанием-мурлыканьем кошек. Вне пещеры бушевала смертоносная песчаная буря, превратив пустыню и прилегающие территории в одно сплошное истираемое песком пространство. Опустившийся на землю рассвет не пробивался сквозь бурю, и тьма продолжала властвовать в этой части мира.

Глава 6

– Проснись!

Тяжёлая рука легла на плечо Ренатуса и слегла толкнула его. Он всё ещё не проснувшийся приоткрыл глаза и увидел, что над ним навис всё тот же всадник, который ранее уложил их спать. Вокруг бурлило движение: давно проснувшиеся люди одетые также как и названный всадник активно одевали снаряжение на своих кошек, собираясь в путь.

Ренатус вскочил и первым делом посмотрел в направлении, где должен был отдыхать Амикус. Тот не спеша снаряжал свою кошку. Все вокруг молчали. Ренатус тоже на стал нарушать тишину, молча подобрав снаряжение кошки и подсмотрев у соседей как это делается стал надевать его на зверя. Кошка, казалось, даже немного помогала ему, в нужное время то присаживаясь, то наклоняясь. Каждый всадник, закончив запрыгивал на кошку и всем своим видом давал понять, что он готов к движению. Даже Амикус уже справился и наблюдал за Ренатусом, который немного замешкался и был последним собирающимся. Вся группа терпеливо его ожидала. При этом никто не проронил ни слова.

Когда Ренатус устроился на своей кошке, уже поняв как на ней удобнее сидеть, импровизированная дверь в пещеру была демонтирована, аккуратно сложена и закреплена на кошке. Всадники поочерёдно стали выходить навстречу проникающим через вход в пещеру солнечному свету. Оказавшись вне пещеры Ренатус, был ослеплён палящим солнцем, которое казалось заняло половину неба. Дыхание пустыни было здесь всё ещё ощутимо. На контрасте из комфортной прохладной пещеры оказаться в духовке было мало приятного. Всадники направляли кошек вдоль хребта дальше по направлению к высоким горам.

«Нам по пути…», – подумал Амикус.

«Видимо так…», – согласился Ренатус.

«Странно вообще всё это. Группа молчаливых, следующих нашим маршрутом…», – продолжал размышления Амикус. «Мы можем отказаться с ними следовать, пойдя дальше самостоятельно, но боюсь без таких удобных животных хребты будет очень сложно преодолеть».

Раненатус добавил: «Уж по крайней мере гораздо быстрее трёх с половиной дней это точно!»

«Значит едем с ними. А дальше будем действовать по обстановке», – закончил размышления Амикус, который переглянулся с Ренатусом и получил его одобрительный взгляд и кивок.

Группа растянувшейся цепью не спеша карабкалась по хребтам всё выше и дальше. Ренатус и Амикус находились примерно посередине этой цепи. Им совершенно ничего не нужно было делать, просто сидеть и наблюдать за тем, как умные животные сами находят оптимальные решения на пути, с лёгкостью преодолевая высоты и препятствия. По ощущениям было глубоко за полдень, поскольку солнце в самом зените изнурительно обжигало ничем не защищённых путников. На скалах даже трава не росла, не говоря уже о деревьях. И лишь спустя пару часов, когда путники преодолели первый хребет и оказались на небольшой низменности, прерываемой чередой больших заснеженных гор, появилась первая трава и небольшие кустарники. Их листья были от тёмно-зелёного до насыщенного сиреневого цвета, создавая на камнях красивый ковёр. В этой местности солнце, казалось, уже на так обжигает. Со склонов доносились освежающие порывы ветра. Откуда-то снизу чувствовалось свежее влажное дыхание. Шумела вода.

Идущий во главе группы остановился в тени нависающей скалы и повернул свою кошку лицом к остальным. Вся группа постепенно подтягивалась, и всадники останавливались рядом. Когда все собрались первый всадник поднял руку вверх, дав понять, что сейчас будет говорить. Он приоткрыл смуглое заросшее белой щетиной лицо, со слегка горбатым острым носом, пристально посмотрел чёрными как смоль глазами на Ренатуса и сказал:

– Теперь, когда мы находимся в безопасности и пустыня больше никому из нас не угрожает, по обычаям нашего народа я должен спросить вас, путники, желаете ли вы с нами остаться и продолжить путь вместе, нежели имеете намерение идти своей дорогой? – он вопросительно смотрел то на Ренатуса, то на Амикуса.

– Позволь мне выразить слова благодарности за наше чудесное спасение, – произнёс Амикус. – Мы безмерно благодарны вам! Ваша доброта и бескорыстность чрезвычайно подкупают, чтобы продолжить путь с вами, но…

– Но?.. – вопросительно приподнял бровь смуглолицый.

– Нам ничего не известно о вас и о том куда вы следуете. Как мы можем вслепую следовать за тем, кого не знаем и куда не знаем? – Амикус развёл руки в стороны.

Смуглолицый усмехнулся:

– Что же, справедливо. Наш народ немногословен, это так. Мы сами не особенно интересуемся бесполезной и лишней для нас информацией о встречающихся путниках и им мало что сообщаем о себе. Всё что нужно вам сейчас знать – это то, что мы воины племени Хранителей Песков. И мы не причиним вам вреда. Через два дня мы должны быть у озера на горном плато. Для чего я вам не могу сказать. Но если ваш путь был в том направлении вы можете следовать с нами. А дальше вы вольны идти куда угодно! – он развёл руки в стороны и Ренатус заметил на пальцах правой кисти его несколько больших колец с увесистыми драгоценными камнями.

Ренатус покашлял, давая знак, что он тоже хочет участвовать в разговоре. Смуглолицый перевёл взгляд на него.

– Скажи, пожалуйста, уважаемый не сильно ли мы, обременив вас продолжив с вами путь до самих озёр? – сказав это Ренатус переглянулся с Амикусом, который одобрительно кивнул.

– Нисколько! – коротко ответил смуглолицый, запахнул лицо одеяниями и направил свою кошку дальше в горы.

Вся группа последовала за ним. Так преодолевая речные разливы, хребты и ущелья следовали они до самых сумерек. Когда в горах уже повеяло ночной прохладой и они достигли первых больших деревьев, под которыми можно было укрыться, группа разбила лагерь. Кошки легли плотно друг другу, образовав живое кольцо, внутри которого были их всадники. Те в свою очередь аккуратно разложили снятые с животных вещи и предметы, поместив в центре круга свои светящиеся предметы. Это были дискообразные небольшие полусферы, которые излучали мягкий и вместе с тем яркий свет. Когда их собрали вместе, соорудив нечто наподобие цветка с множеством лепестков, свечение перестало быть безучастно холодным. Яркость существенно снизилась, при этом от импровизированного очага стало исходить мягкое тепло, постепенно наполняющее лагерь.

Все молча сидели и кушали. Ренатус сидел рядом с Амикусом, с аппетитом уминая угощенья Кло, то и дело поглядывая на мерно пережевывающих пищу смуглолицых воинов. Он рассматривал их одежды и обмундирование, пытаясь увидеть оружия, но ничего похожего на меч или хотя бы нож не замечал. Было заметно, что Амикус также с интересом изучает всех участников группы. Больно подозрительным ему всё это казалось. Интуиция редко подводила старого Воина Света. Он старался гнать прочь сомнения, чтобы не подать виду и вселить в Ренатуса уверенность. Но одна мысль его посетила, и он решил с ней поделиться.

«Послушай, дружище, – мысленно начал он, – не нравится мне всё это. Не люблю, когда нахожусь в ситуации зависимости и неизвестности. Ты, насколько знаю, тем более. Так вот. Ночью спим по очереди, несём вахту, на всякий случай. Ещё неизвестно что на самом деле удумали эти так называемые воины, у которых даже оружия то и нет…».

Ренатус согласно кивал головой. Он решил первым начать вахту, о чём уведомил Амикуса, который пригревшись возле своей кошки уснул. Ночь опустилась на среднегорье, вступив во владение этой зачаровывающей местностью. Небольшие горные хребты, протекающие между ними реки с чистейшей водой полной всякой живности, обросшие травой и кустарниками с ягодами склоны хребтов, раскидистые деревья с округлой листвой бардового цвета и это бесконечно высокое звёздное небо… Где-то вдалеке иногда кричала встревоженная птица, поблизости слышалось стрекотание и жужжание ночных жителей. Воздух был свежим и приятным. На душе очень спокойно.

Не смотря на их опасения Ренатус не был склонен нервничать относительно этой группы всадников, которым было похоже и в самом деле нет никакого дела до них. И с Амикусом согласился нести ночную вахту лишь бы тот успокоился и поспал, не молод ведь уже, а дорога очень утомляет. И даже будить его не собирался.

«Всё будет хорошо!», так про себя решил Ренатус. Даже чувство лёгкости и счастья начало его наполнять. Ему вновь, как и пару дней назад, хотелось бежать размахивая руками и радоваться каждой секунде своего пребывания в этом мире!.. Незаметно для себя Ренатус погружался в сон.

Воздух в горах остыл и густой туман начал подниматься с низовья, накрыв и ту местность, где отдыхали путники. Стало сыро и зябко. Импровизированный очаг внутри круга согревал лишь немного.

Была глубокая ночь, когда Ренатус резко очнулся с внутренним чувством тревоги. Одновременно он был зол на себя что уснул и вместе с тем озадачен ранее не знакомым чувством тревожного присутствия возле лагеря кого-то ещё. Слабое свечение их очага слегка освещало внутреннюю часть круга и немного образовавших круг кошек, наполняя это пространство ореолом растворяющегося света. За кругом же была абсолютная темнота, сокрытая в плотном тумане. Ренатус поймал себя на мысли, что звуки природы утихли и насекомых, и птиц совершенно не слышно.

Окинув взглядом рядом находящихся всадников, он убедился, что они безмятежно спят, надёжно прикрытые хвостами кошек. Сами кошки время от времени посапывали и мурлыкали. Более ничего не отвлекало Ренатуса, но он даже не собирался более спать, намереваясь узнать причину разбудившей его тревоги. Он встал, подошёл вплотную к кошке, которая его перевозила, попытался выглянуть из-за неё за периметр круга, но большое тело животного не позволяло ему дотянуться взглядом до окружающей лагерь местности. Тогда он аккуратно начал карабкаться через лапу на загривок кошки, та недовольно замурчала, что больше походило на рык. На секунду замешкавшись Ренатус продолжил карабкаться, пока не устроился на мягкой шубе животного наверху.

Всё также ничего невозможно было рассмотреть – мешал густой туман и ночь. Но чьё-то присутствие чувствовалось всё отчётливее. Постепенно к нему пришло осознание что единение с этим миром проходит быстрее чем он ожидал и новые ощущения и возможности наполняли его. Обострив какой-то внутренний слух, он можно сказать условно услышал тяжёлые шаги по речной глади. Уже знакомый ему такт шагов… Точно! Они были как две капли воды с теми, что он наблюдал при шествии колонны темных воинов возле топей. Но теперь он начал сомневаться: может ему это лишь кажется, ведь до реки, что осталась внизу до их лагеря добрых пол километра, а шаги он слышал так отчётливо что можно было забрызгаться каплями речной воды!

Не успел он сползти назад, чтобы разбудить Амикуса, как рука старца сама ухватила его за лодыжку. Он приложил палец к губам и показал Ренатусу, чтобы тот спускался с кошки. Теперь просто скатившись по боку возмущённого животного, Ренатус оказался рядом с Амикусом, который взял его за руку и повёл на другую сторону очага, где отдыхал старший группы.

Когда они подошли, то обнаружили, что смуглолицый не спал, а сидел и внимательно вслушивался. Он одобрительно покивал головой пришедшим, жестом пригласил их присесть рядом. Неожиданно для них, не проронив ни слова он произнёс для них:

«Да, я тоже слышу их. Да, у нас нет мечей и прочего оружия, рвущего плоть. Наше оружие – это пламя в наших сердцах!» – и он приложил ладонь к сердцу. – «Мы не обычные воины, мы воины Хранителей Песков! Нам не нужны бесполезные против тёмных безделушки наподобие обычных мечей и копей. Такая чепуха для них как укус комара!»

Он замолчал, ещё больше вслушавшись.

«Большой отряд…» – продолжил смуглолицый. – «И они идут не за нами, а за вами».

«Я понимаю к чему ты клонишь, достопочтенный, – ответил Амикус. – Всегда есть выбор. Не призываю тебя сделать выбор в нашу пользу, потому что прекрасно тебя понимаю – мы тебе совершенно чужие и у тебя свой путь и своя цель…»

Не успел он договорить как его прервал смуглолицый:

«Ошибаешься, друг мой! Наш путь уже един. Вселенная ничего не делает случайным образом. И цели, мне представляется, близки…»

Ренатус обескураженный слушал эту мысленную беседу и первое что вымолвил: «Так вы нас всегда слышали?!..»

Смуглолицый лишь слегка отмахнулся, давая понять, что это сейчас не имеет никакого значения – надвигалась внешняя угроза. Он молча встал и как по волшебству все спящие всадники оказались на ногах, как и не спали вовсе. Даже кошки зашевелились и начали разминаться, томно потягиваясь. Всадники очень быстро и тихо застегнули на животных крепление, погрузили весь груз и сели верхом. Кошки Ренатуса и Амикуса тоже были ими подготовлены. Очаг разобран и распределён по животным.

«Мы примем бой, но не сейчас и не здесь», – произнёс мысленно смуглолицый. Он посмотрел на Ренатуса и тот услышал:

«Моё имя Сагэ, кстати. Запомни его! Доверься мне, Ренатус…»

Он вскочил на свою кошку, махнул и рукой и скрылся в тумане. Все животные мягкой поступью бесшумно последовали за ним. Оседлавший свою кошку Ренатус обратил внимание, что шерсть её стала немного более вздыбленная и жёсткая. Кошка крадучись пробиралась сквозь туман, не создавая никакого шума. Группа цепью удалялась от места ночёвки вверх в горы. Чем дальше они шли, тем более разряженным становился туман. Темнота всё также царила вкруг. До рассвета было ещё немного, вот уже вершины гор поймали первые солнечные лучи, ярко засверкав высоко вверху звёздочкой на фоне тёмных скал. Исходя из ранее виданной им карты Ренатус делал вывод, что именно сейчас они карабкаются через первый большой хребет. Высота здесь была уже приличная и заметно похолодало. Он натянул свой тулуп, который оказался очень удобным и тёплым. Одеяния же всадников ему показались очень универсальными – им и в жару в них было комфортно и сейчас в лютый холод. Кошкам всё тяжелее было карабкаться с ношей на спинах по иногда почти вертикальным склонам и скалам. И если раньше они производили впечатление мягких грациозных и даже с ленцой животных, то сейчас все их движения отличались чёткостью и атлетизмом, выдавая, что большой шерстью скрыто очень хорошо развитое тело. Мощь и упорство. Что ещё откроется в этих удивительных животных…

Ренатус прислушался к внутреннему голосу и попытался отсюда услышать шаги преследующих их воинов, но тщетно.

«Не трать силы понапрасну» – услышал он внутри обращение Амикуса. – «Ты ещё недостаточно силён чтобы видеть на большие расстояния. Побереги себя и крепче держись!»

Приближался рассвет и начал дуть холодный ветер. Время от времени сверху сыпались глыбы льда и снег. Группа медленно и верно передвигалась к вершине хребта. Когда до вершины оставалось ещё немного одна из кошек сорвалась с каменного уступа и вместе с всадником рухнула на несколько метров вниз, упав на скалы и зарычав от боли. Всадник был придавлен её массивным телом, но не издал ни звука. Ближайшие всадники спешились, быстро спустились вниз к упавшим и помогли им встать. Всё это действо происходило на очень крутых скалах на минимуме площади опоры. Внизу уже была целая бездна. Кошка, корчась от боли и прихрамывая хотела было снова начать карабкаться вверх, но правая передняя лапа её подламывалась и не слушалась. Возможно, был вывих или перелом. Всадник, сидевший на ней, спешился, обнял кошку за шею обеими руками и вернулся к поклаже. Он достал из котомки блестящий металлический предмет с шаром на окончании. Увидев предмет, кошка недовольно зашипела, но присела и вытянула больную лапу. Всадник приложил предмет с шаром к лапе и вокруг шара образовалось бурлящее энергетическое поле, которое перешло на лапу кошки, заревевшей от боли, вошло сквозь шерсть в тело кошки и погасло. Всадник встал, убрав предмет обратно в котомку. Кошка тоже встала и уверенно опёрлась на излеченную лапу, с ней снова всё было в порядке. Растянувшаяся по склону группа всё это время ожидала отставших и теперь вновь начала движение вверх.

С первыми лучами яркого морозного солнца все участники группы достигли хребта. С него открывался изумительный вид на раскинувшуюся ниже огромную долину с лесами и озёрами. Но нужно было ещё спуститься, что было несколько сложнее для всадников, которые теперь были почти полностью перевёрнуты вниз головой так, что Ренатуса спустя некоторое время даже стало подташнивать. Когда спустились на первое место хребта, где было достаточно пространства для всех участников группы сделали привал. В этот короткий промежуток времени каждая кошка получила угощенья, придающее им сил, воду и ласку от всадников.

Ренатус испытывал чувство голода, но опасался что-либо есть, боясь, что перевёрнутое состояние сыграет с ним злую шутку. Солнце уже вступило в свои права в полной мере и ярко освещало скалы и всю долину внизу. Было видно, как вдалеке летает множество стай птиц. Большие красочные деревья покрывали каждый клочок поверхности долины, где не было воды. Безмятежный сказочный мир ожидал путников внизу.

Амикус решил посмотреть карту и достал кубик. Сидевший неподалёку Сагэ с интересом наблюдал за ним. Карта была активирована и открыла новые подробности для путников. Так оказалось, что от них до Цитадели Света было совсем незначительное расстояние – точка на карте обозначавшая Цитадель светилась в аккурат за озером, про которое говорил Сагэ. Маршрут при этом был извилист через лес вдоль реки. При этом уменьшение масштаба показало, что со всех сторон из-за гор к озеру стекаются струйками длинные вереницы светящихся точек. Таких ручейков было не меньше дюжины. Амикус поднял ошеломлённые глаза и встретился взглядом с понимающим взором Сагэ, который говорил лишь об одном – это армады тёмных воинов стягиваются к озеру, где сейчас находилась Цитадель Света. Намечалась большая битва, которой этот мир не видел добрых триста лет…

Глава 7

– Не будем делать поспешных выводов и уж тем более терять надежду! – сказал спокойным тоном Сагэ. Он неспешно поправил снаряжение на своей кошке и добавил. – Мы, собственно, и шли на помощь в этой битве, друг мой. Нужно спешить, чувствую это ещё не все сюрпризы.

Он оседлал кошку, за ним сразу последовали остальные участники группы. Путь был продолжен. Ещё несколько часов вниз по склону горного хребта и путники оказались в густом величественном лесу, с огромными деревьями высотой казалось более сотни метров, которые массивными стволами и крепкими корнями, как бы ухватились за камни. Множество трав и кустарников произрастало у подножия этих деревьев. На ветках было заметно множество птиц, пенье, уханье и другие чудные звуки, от которых наполняли всё вокруг красивым пением природы.

Этот лес разительно отличался от того, что Ренатус увидел первым в этом мире. Он производил впечатление своей величественностью и размахом. Кошки аккуратно шли между деревьев, озираясь по сторонам. Их шерсть вновь стала почему-то тверже и напряжённее. Ренатус почувствовал это у своей кошки и не совсем понял почему они встревожились. В лесу кроме них и птиц никого не было видно. Путь пролегал через высокие раскидистые кустарники, из которых с шумом взлетали потревоженные насекомые. Под мягкими лапами кошек шуршала сухая листва, ковром покрывавшая те участки, где не было растительности. Лес был наполнен чистейшим чуть влажным воздухом с тонким ароматом местных трав и цветов. Иногда путники пересекали тонкие ручейки, проходили как через тоннели сквозь стволы давно упавших деревьев, то поднимались чуть выше по лесным холмам, то спускались к большим ручьям уже больше похожим на реки. Все всадники ехали молча, лишь созерцая красоту окружающего их сказочного леса.

Через несколько часов группа вышла на небольшую поляну абсолютно круглой формы, на которой произрастала лишь невысокая ровная травка. Было впечатление что трава кем-то заботливо косится. Поляна была залита солнечным светом. Окружённая плотным кольцом огромными деревьями, кроны которых едва можно было разглядеть где-то очень высоко, поляна казалась дном глубокого колодца.

– Остановимся здесь! – скомандовал Сагэ.

Амикус пытался возразить, что возможно лучше продолжить путь и пройти дальше от горного хребта, и не следует забывать о преследующих их тёмных воинах. Сагэ лишь спокойно выслушал все доводы, затем неожиданно подошёл к Ренатусу и спокойным уверенным тоном спросил его:

– А ты как считаешь?

От неожиданности Ренатус даже немного растерялся. Впервые он оказался в ситуации, когда его мнение интересно посторонним людям и от его решения может зависеть их жизнь. Амикус с интересом наблюдал за другом, ожидая его действий.

Внезапно Ренатус ощутил, как внутри него будто растёт энергетический вихрь, так что даже мурашки побежали по коже. Он поднял глаза к небесам, которые, казалось, резко приблизились к нему через этот колодец из деревьев, словно вдавив его сознание в поляну. Ему показалось на долю секунды, что сейчас на поляне он совершенно один. Свет небес пронизывал его. Тело Ренатуса словно растворилось в этом свете, мгновенно напитавшись мудростью и силой неба, солнца, этих многовековых деревьев. Многие вещи открылись ему в новом свете. Его чувства обострились многократно. Сознание растеклось по всей долине и даже за её пределы, проникнув повсюду. Он увидел всё происходящее в долине получше чем на карте Амикуса. Ему открылось, что поляны подобные той, на которой они остановились были во множестве разбросаны по всей долине, формируя правильные геометрические фигуры, которые своими векторами были направлены к большому глубокому озеру, возле которого словно окунаясь в него разместилась Цитадель Света. Озеро было накопителем огромной энергии, которая питала всё живое в долине и далеко за её пределами, в том числе глубоко в недрах. Ещё Ренатус очень чётко почувствовал далёкое, но вместе с тем сильное присутствие рядом с ним, как будто наблюдателя, точно известного ему наблюдателя, но увидеть и вспомнить его он пока не мог. Лишь сердце как-то ёкнуло, видимо быстрее сознания угадав того наблюдателя.

То, что прочувствовал Ренатус и увидел за долю секунды навсегда изменило его. Закрывал глаза обычный человек, открыл их Воин Света. Сагэ сразу ощутил перемену во взгляде и довольно улыбнулся. Амикус стоял радом и весь светился от счастья. Ренатус начал говорить уверенно и громко, чтобы хорошо слышали все участники группы:

– Мы уже на поле боя. Эта поляна или любая другая, не имеет значение. Армады тёмных уже здесь! Они стекаются со всех сторон прилегающего мира следуя к озеру по бесчисленным ходам и пещерам под горами и лесом. Ближайший к нам отряд численностью не менее двух тысяч тяжело вооружённых отборных воинов, что мы заметили с той стороны большого горного хребта, совсем рядом – они не преодолевают хребет как мы, а идут по древним пещерам сквозь горы. Также поступают и другие армии тёмных. Эти силы и знания гораздо более древние, нежели вы ранее себе представляли. И силы их значительны. Отвечая на вопрос как я считаю – да, останемся здесь и примем бой. Мы послужим сигналом для мобилизации всех сил Света. И наша возможная погибель будет не напрасна. Весь мир должен услышать зов наших сердец!

Амикус впечатлённый речью подошёл и одобрительно похлопал Ренатуса по плечу. Он был искренне рад за окончательно вернувшегося друга. Осталось совсем немного – дождаться, когда к нему вернётся память его прошлого воплощения в этом мире. И он сможет обнять старого друга…

Сейчас же были иные времена. Предстояло готовиться к битве, которая может быть последней в его долгой насыщенной событиями жизни. Смерть не страшила его. Он лишь хотел прожить хотя бы всего один день в мире свободном от тьмы…

Все воины начали приготовления к битве. Нужно было управиться до наступления темноты. День подходил к концу. С кошками с помощью ранее несомой ими поклажи и утвари проделывались какие-то манипуляции, которые создавали из вполне безобидных хотя и больших животных мощных воинственных хищников. Латы защищали все наиболее уязвимые их части тела, головы были покрыты энергетическими куполами-шлемами, на лапы одеты накладки с длинными острыми ножами. На хвостах специальные чехлы из гибкого прочного материала, превратившие их в мощное оружие. Теперь кошки имели угрожающий вид, но всё также ласкались со своими всадниками.

Внешне все люди были спокойны, но чувствовалось небольшое напряжение, ведь каждому было понятно, что дожить до утра и них шансов нет, слишком неравны силы в предстоящей схватке. Когда все приготовления были окончены все присели и приступили к приёму пищи. Ели молча. Даже мысленного общения не обнаруживалось. Казалось, каждый ушёл в себя и занимался мобилизацией внутренних сил. Вечерело. На поляне стало достаточно темно, лишь высоко наверху ещё плавно затухали последние солнечные лучи, уступая место ночным светилам. Светящиеся сферы были аккуратно разложены по краям поляны на равных расстояниях, образовав своеобразное обрамление и подсвечивая местность возле первых рядов деревьев. При этом свет их стелился во вне из круга поляны, оставляя стоящих в центе поляны воинов практически невидимыми.

– Пора! – скомандовал Сагэ. Все воины Хранителей Песков, совершенно не изменившиеся к бою, лишь вооружённые различными предметами наподобие небольших жезлов с шарами, собрались в центре поляны. Они встали в круг и пошли двумя цепями навстречу друг другу, так чтобы каждый обнял и попрощался с каждым. Амикус и Ренатус присоединились к ним. Мужчины молча и понимающе слегка приобнимали друг друга, похлопывали по плечам, подбадривая.

Попрощавшись, воины выстроились кольцом лицом к лесу, их кошки встали каждая напротив своего седока. Сейчас стало особенно заметно, что это не просто животные, на которых передвигаются воины, но их близкие и дорогие друзья. Осознанности в кошках было гораздо больше, нежели просто в животных. Ренатус даже почувствовал некую степень связи и единения между всадниками и кошками. Он, вдруг, вспомнил что у них с Амикусом есть чудесные плащи, которые могли спасти их… Но нет, он не мог просто спасать свою шкуру в то время, как сам обрёк всю группу на верную смерть. Он будет биться плечо к плечу рядом с ними. И если угодно Вселенной погибнет. Но так хотелось пожить…

Амикус спокойный и даже умиротворённый стоял рядом и даже не смотрел в его сторону. Взор его был направлен в лес, но глаза были словно стеклянные. Амикуса здесь не было, он где-то путешествовал…

Время шло. Наступила ночь. Все так и стояли без движения. Напряжение нарастало. В лесу утихли последние птицы. Застрекотали кузнечики и множество других насекомых. Светлячки хаотично пересекали поляну, садясь на воинов и освещая их безмятежные лица. Где-то неподалёку из темноты леса донёсся хруст сухих веток. Хрустеть ветки стали сразу со всех сторон. Стало понятно, что враг приближался. Вот уже тени тёмных воинов плотным строем окружили поляну и остановились у самого её края. Глаза их светились в темноте как у ночных животных. Сколько возможно было видеть вглубь ночного леса этих тусклых огоньков было бесчисленное множество. Кошки угрожающе зашипели и присели в атакующей позе.

Вдруг Амикус резко закинул голову назад, его стеклянный взгляд исчез и сознание вернулось в тело старца. Он издал громкий пронзительный вопль. При этом стоявшие вокруг поляны тёмные воины зашевелились, затоптались на месте, будто нетерпеливо ожидая команды на атаку. По их рядам пошёл недовольный гул и рычание. Некоторые, топчась на месте случайно наступали на ногу соседа и тогда между ними вспыхивала потасовка и толкотня. Вообще вся эта армада больше напоминала собранных в кучу голодных до жертв животных, нежели дисциплинированную армию. Но это сейчас не имело никакого значения, они брали количеством.

Пришедший в себя Амикус обратился ко всем стоящим рядом воинам Света:

– Друзья мои, радостная весть. Наш глас был услышан! Во всех уголках ещё свободного мира приняли наш зов объединиться в битве против тьмы. Цитадель Света поддержит нас в этой битве! Теперь мы не пропадём!

Воины переглянулись. Выражение их лиц не изменилось, но в глазах загорелось пламя надежды. Сагэ поднял свой магический жезл вверх, шар на нём вспыхнул ослепительно белым светом, ударив в глаза первым рядам тёмных воинов. Те недовольно зарычали, прикрыв ослеплённые глаза огромными руками, облачёнными в латы. Но в атаку не бросались, будто псы, сдерживаемые невидимой рукой.

Свет с жезла Сагэ разлился над всей поляной, активировав лежащие по её периметру светящиеся полусферы, которые прекратили изливать свечение в направлении леса, но вспыхнули ярким голубоватым огнём и накрыли поляну энергетическим куполом. Теперь воины внутри купола стояли ярко освещённые.

Ренатус с интересом наблюдал за всеми этими событиями и с каждой секундой наполнялся верой и решительностью. Он уже более не помышлял о смерти, уверовав в положительный исход противостояния.

В этот момент в лесу началось оживление, тёмные воины заволновались и начали напирать, сжимая кольцо вокруг поляны ещё плотнее. Вот первые их ряды рванули вперёд, размахивая огромными мечами и булавами. На тринадцать Воинов Света и столько же кошек в первые же секунды набросились не менее сотни огромных сильных Тёмных воинов. Но когда тёмные воины подбегали к куполу и проскакивали сквозь его прозрачные стенки, то движения их многократно замедлялись. При этом всего около десяти метров, что им оставалось преодолеть до безмятежно стоящих кольцом воинов и кошек тёмные, казалось, будут преодолевать целую вечность, уж более медленными были их движения. Воины Хранителей Песков взметнули руки с жезлами вперёд и энергетическими ударами вышвырнули большую часть ворвавшихся на поляну противников за пределы купола. Те отлетели далеко назад, сильно врезавшись в других тёмных воинов, кое-где повалив их. Разъярённая толпа хлынула к куполу. Завязалась схватка. Всё новые и новые тёмные врывались в купол и замирали, теснимые сзади своими же, получая болезненные удары спереди. Некоторые так остались навечно лежать на этой поляне, падая замертво. Некоторые улетали искалеченные либо убитые за купол. Кошки метались между напирающей массы замирающих воинов и резкими ловкими движениями наносили им непоправимый урон, пачками сметая и убивая. Кровь и куски доспехов летали в воздухе, струями обрушиваясь на обороняющихся Воинов Света. В воздухе сильно пахло палёной плотью, потом и внутренностями.

Уже через пару минут вокруг кольца обороняющихся образовался высокий навал из тел и их частей Тёмных воинов, через которые всё лезли и лезли нескончаемым потоком другие. Пространства внутри круга становилось всё меньше и меньше. Ренатус и Амику бились по старинке мечами, стараясь не разрывать оборонительное кольцо, прикрывая друг друга и рядом стоящих.

В какой-то момент тел павших воинов тёмных стало так много, что они начали падать прямо на окружавшие поляну светящиеся полусферы и купол начал моргать, угрожая и вовсе погаснуть. Тёмные воины остервенело напирали, не считаясь с потерями. Силы были явно не равны.

Постепенно места становилось так мало, что кошки уже дрались на горе трупов, которые как из рога изобилия сыпались во все стороны, сжимая внутренне кольцо всего до нескольких метров в диаметре. Дышать становилось всё тяжелее. Купол всё чаще мерцал и движения тёмных воинов стали быстрее и чётче. Они быстрее прорывались ближе к центру и вот уже удары их мечей напрямую обрушились на головы обороняющихся. Те отбивались жезлами и уклонялись.

Ренатус, весь залитый кровью врагов, поднялся по горе трупов наверх и стал встречать нападавших там, неистово размахивая слегка светящимся мечом. Амикус время от времени поглядывал на участок звёздного неба над их головой, в надежде что-то там увидеть.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.