Олег Буров
ТерраКота

Глава 1

ТЕРРАКОТА

или УДИВИТЕЛЬНЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ В СТРАНЕ КОТОВ

КНИГА ПЕРВАЯ

ВЕСТ – ЗАПАДНЫЙ КОТОМИР

Глава 1

Ворота в ТерраКоту – Кэтляндия

Яркие лучики утреннего июньского солнца, заглянувшие в окно сквозь неплотно запахнутые шторы невольно заставили Стеллу приоткрыть глаза, слегка приподняться и потянуться рукой к лежащему на прикроватной тумбочке смартфону. Засиявшие на просветлевшем экране цифры всколыхнули ее сознание тревожной мыслью: «Блин, проспала!» Впрочем, эту мысль тут же сменила другая – расслабляющая: «Что это я заметушилась? Каникулы же начались сегодня. Свобода!».

Стелла положила голову на подушку и сладко потянулась: «Можно еще поваляться в свое удовольствие. А что? Заслужила! Восьмой класс позади. До конца лета теперь можно забыть о школе и наслаждаться вольной жизнью. Кайф! Хотя… чего залеживаться, если уж проснулась. Хорошо бы сегодня поскакать на Блонде по лесу. А для этого нужно пораньше появиться в манеже и упросить тренера. Так. А потом еще успеть и на дневную тренировку по каратэ. Ну и вечером с девчонками потусоваться. Клево! Все, подъем! Нечего залеживаться».

Наскоро позавтракав овсяной кашей с изюмом и свежеиспеченными бабушкой сырниками, запитыми горячим какао с молоком, новоиспеченная девятиклассница натянула на себя белую футболку с рисунком взвившегося в прыжке серого кота и слегка потертые голубые джинсы со стильными рваными дырками на коленках. Затем, поленившись развязать шнурки, сноровисто просунула ноги в любимые уже слегка изношенные темно-синие кроссовки.

– Пирожки возьми! Твои любимые, с картошкой и яйцами с луком. Они в бумажном пакете под зеркалом, – донесся из кухни в прихожую наставительный возглас бабушки. – Яблоки в кулечке тоже прихвати! Только все своему коню ненаглядному не скармливай, о себе не забывай. А то опять целый день голодная пробегаешь!

– Ба! Блонда – кобыла, а не конь! Это даже не одна, а две большие разницы! А может и три, если хорошо посчитать! – откликнулась острая на язычок внучка, небрежно напяливая на кудрявую голову синюю бейсболку с красным иероглифом киокушинкай и запихивая в небольшой черный рюкзак пакеты со съестным, литровую пластиковую бутылку с минеральной водой, смартфон, кошелек, ключи и другую мелочевку. – И, кстати! О себе я никогда не забываю! – Уже выскакивая из квартиры на лестничную клетку, привычно не удержалась от заключительного комментария Стелла.

День выдался погожим и, предвкушая его приятное продолжение, она вынырнула из подъезда с улыбкой на лице, которая впрочем тут же угасла, как только перед ее глазами предстал сосед Мишка – хулиганистый упитанный однолетка, наставивший пневматический пистолет на бездомную дворовую кошку.

Сухо щелкнул спущенный курок и блестящая сферическая пулька пролетев буквально в нескольких сантиметрах от полосатой шерстяной головы, только чудом ее не задела. Взвизгнув, живая мишень подпрыгнула и помчалась к растущей невдалеке высокой липе. Цепляясь когтями за шершавые наросты, она мигом взлетела по стволу и, пристроившись на толстой ветке, настороженно замерла, с опасением глядя вниз. Злорадно уставившись на перепуганное животное, Мишка вразвалку двинулся к дереву.

Возмущенная Стелла спринтерским рывком нагнала соседа и с размаху ударом носка кроссовки выбила оружие из его ладони.

– По кошкам нельзя стрелять, жировик ходячий, – сердито выкрикнула она.

Скривившись от боли, хулиган потряс ушибленными пальцами, но тут же склонился к земле и выпрямился уже с пистолетом в руке.

– Тогда по тебе буду! – злобно прохрипел он.

Из-за угла дома с сердитым выражением на морде выглянул крупный черный кот. Когда дуло пневмата уставилось на защитницу кошки, он резво сорвался с места, подскочил к ее обидчику и, запрыгнув к нему на плечо, когтистой лапой врезал по голой шее. Заорав от неожиданности, Мишка сбросил с себя кота. При этом он снова выронил пистолет, за которым впрочем тут же не замедлил опять потянуться. Однако не растерявшаяся Стелла успела опередить его и ногой отфутболить оружие подальше в сторону.

Черный котяра в свою очередь, подпрыгнув, впился острыми зубами в запястье хулигана, который то ли от боли, то ли от испуга истошно завопил и стремглав ринулся прочь.

Кот пружинистым шагом подошел к Стелле, встал на задние лапы и громко замяукал.

– Ты чего, мохнатик? – Девочка присела и ласково погладила по голове отважного союзника. Кот заглянул ей в глаза и Стелла с удивлением заметила, как вокруг его желтых бездонных зрачков начинают вращаться светящиеся цветные точки, образующие расширяющиеся круги, как бы затягивающие ее внутрь.

Очертания находящихся вокруг предметов стали стремительно меркнуть и двор средь бела дня внезапно погрузился в кромешную тьму.

– Что за фигня?! – воскликнула Стелла.

Раздался гром и оглушительный треск, темноту на миг прорезал зигзаг ослепительной молнии и она поневоле зажмурилась.

***

Когда все разом успокоилось и стихло, Стелла осторожно приподняла веки, чуть прищурилась от яркого солнечного света и, не веря своим глазам, часто заморгала ресницами – вокруг расстилалось бескрайнее море высокой зеленой травы и разноцветных полевых цветов.

– Ну ни фига себе! Где это я? – вырвалось у нее.

– В Великом королевстве Кэтляндия, – послышался шелестящий голос из-за спины.

Стелла оглянулась и от удивления широко приоткрыла рот. Рядом стоял рослый, ростом с нее, голубой кот, одетый в белый шелковый камзол, оранжево-черные полосатые гетры и красные кожаные ботиночки. Его наряд завершали наброшенная на одно плечо темно-синяя накидка с вышитым на ней золотистым вензелем, надвинутая на уши коричневая широкополая шляпа и болтающаяся на боку короткая шпага в блестящих ножнах.

– Вау! Всамделишный кот в сапогах! – Ошарашенно воскликнула девочка.

– Вообще-то на мне не сапоги, а котобутсы, но это не суть важно, – заметил кот.

– Он еще и разговаривает! Я что, сплю?! – С обалдевшим видом сама себя спросила Стелла.

– Ты не спишь, госпожа котолюбка.

– Кто?! Как ты меня назвал?

– Котолюбка. Ты ведь любишь котов, ведь так?

– Наверное… – хмыкнула девочка. – Но погоди… что происходит? Я ничего не понимаю… Звиздец какой-то… Как я здесь очутилась?

– Сейчас я все объясню, госпожа. Только давайте ненадолго присядем, – кот небрежно сбросил с себя на траву накидку и, раскинув лапы, уселся на нее. Стелла, немного поколебавшись, тоже послушно опустилась на свободный ее край, по привычке поджав под себя ноги.

– Так вот, – продолжил кот, – если коротко, то как гласят наши предания, когда-то, в незапамятные времена, два чародея человека, Страдамус и Иванус, каким-то чудесным образом проникли в этот мир, названый ими позднее ТерраКота. Или иначе – Земля котов.

– Так у вас тут только коты живут?

– Ну не только… У вас же там тоже не только люди живут… Но они являются доминирующим населением. А у нас таковым являются коты. Правда не такие как у вас – милые, но бессловесные животные. А говорящие разумные существа, только отчасти похожие на них, которых чародеи цивилизовали и нарекли котолюдами. Правда, сразу же хочу заметить, что название это как-то здесь не прижилось и по прошествии некоторого времени сократилось до слов кот и коты. Но различия с вашими котами принципиальные. Вот, посмотрите – у меня же не когтистые лапы как у диких зверей, а настоящие руки. Правда, не такие гладкие и розовые как у Вас, но тоже умелые и красивые. – Кот снял одну перчатку и горделиво продемонстрировал все еще удивленно таращащейся на него девочке мохнатую лапку с короткими толстыми пальцами, венчающимися ухоженными длинными ногтями, покрытыми розовым лаком.

– Но я отвлекся… Так вот, чародеи остались жить в этом мире. Но так как они изначально разошлись во мнениях по поводу того, как тут все следует преобразовывать, то сразу же в разных частях ТерраКоты создали два отдельных государства: Великое королевство Кэтляндия во главе со Страдамусом и Великое царство Которусия под властью Ивануса.

Они с самого начала установили, что попасть в Терракоту с Земли и некоторых других, как они говорили, инопланетных миров, можно только через эти две страны, которые таким образом стали своеобразными воротами в Терракоту.

В своих владениях они также ввели два разных государственных языка: «англик» и «русик».

Был еще правда древний язык, на котором иногда общались чародеи – «латиник», но его теперь знают только некоторые ученые языкознавцы…

Ну, а когда Страдамус и Иванус в один прекрасный день по неизвестной причине куда-то исчезли, на престолы взошли их сподвижники коты, которые основали собственные династии кэткоролей и котоцарей.

Потом периодически случались войны между Великокэтляндией и Которусией. Попеременно побеждала то одна, то другая сторона. И как-то все постепенно менялось.

На свободных территориях стали выделяться и образовываться другие государства и города. И постепенно возникли два условных котомира: Вест – западный мир вокруг Кэтляндии и Ост – восточный мир вокруг Которусии.

Позже появился и универсальный язык общения ТерраКоты – которанто, вобравший в себя слова из англика, русика и даже латиника. Общаемся мы сейчас на нем. Кстати, Вы меня хорошо понимаете?

– Без проблем, – кивнула Стелла. – Мне показалось, что это просто несколько измененный русский язык с англицизмами… Хотя произношение существенно отличается…

– Может быть. Хотя, должен признаться, что я не силен в языках, я же не языкознавец, а языковед, – пожал плечами кот.

– Да? – удивленно приподняла одну бровь Стелла, – а я думала, что языковед как раз и есть специалист по языкам.

– Ну, нет! – искренне вознегодовал кот. – Языковед – это не ученый книжный червь, а кот-путешественник, который знает почти все пути-дорожки и с высунутым языком никогда не заблудится. Недаром у нас бытует пословица: «Язык до Котиева доведет».

– А при чем тут высунутый язык? И Котиев – это что? – посыпались вопросы из уст девочки.

– Когда языковед хочет определить правильное направление движения, он высовывает язык и сразу чувствует, куда нужно держать путь. А Котиев – город на далеком полуострове Юкотам. Но это я опять отвлекся… Так вот, если коротко обобщить, то потом еще происходили всякие разные события и многое менялось… И теперь здесь все уже не так, как было много лет тому назад – в старые добрые времена…

– А где находится эта ваша Земля Котов? Как я сюда попала? И кто ты? – прервала рассказ собеседника Стелла.

– Расположена ТерраКота то ли в параллельном, то ли в виртуальном, то ли в субиллюзорном мире. Так якобы утверждал Страдумус. И еще он считал, что ТерраКота это не просто планета, а особый пространственно-временной континуум… Правда, никто толком сейчас не знает, что это такое. А я – кэтпэр королевства Кэтляндия – графкэт Кот СтранникУс, представитель славного короля…

– Кэтпер? – перебила Стелла.

– Ну да, кэтперы – это наиболее знатные дворовые коты.

– Какие, дворовые?!

– Ну да, приближенные королевского двора. Кстати, сообщаю для сведения: окончание Ус в конце имени кота означают его знатность. Хотя произносить его в неофициальной обстановке не обязательно. Поэтому зовите меня графкэт Кот Странник или сокращенно граф Костра, или даже просто Костра и на «ты», если Вам так будет удобнее, – великодушно предложил кот.

– Ладно… тогда и ты обращайся ко мне на «ты» и по имени. Я – Стелла.

– Очень приятно. Благодарю за знакомство, госпожа. Да, так вот, король Кэтляндии по давнему обряду, введенному еще Страдамусом, в особых случаях имеет право пригласить в ТерраКоту представителя людского рода, искренне любящего котов. И миссия проводить в нашу страну этого котолюба поручается Страннику – коту, который обладает редкой магической способностью перемещаться в мир людей. А точнее – переселяться. А еще точнее – вселяться.

– Вселяться?

– Да. Ведь на самом деле Странник остается здесь, но его сознание на какое-то время как бы помещается в одного из котов, живущих в человеческом мире. Вот так и я, будучи Странником, по поручению короля нашел недалеко от твоего дома подходящего кота, мысленно слился с ним, и провел магический обряд перехода. Таким образом ты здесь и очутилась.

– А почему ты одет в такой необычный наряд?

– Почему необычный? – Слегка обиделся графкэт. – Это как раз самый обычный выходной наряд дворового кота. И даже очень красивый, – Костра горделиво себя оглядел и двумя пальцами с лакированными ноготками аккуратно стряхнул прилипшую к камзолу ворсинку. – Но нам пора, ведь тебя с нетерпением ждут в нашей столице – Кэтбурге. Ты же теперь три котомесяца будешь почетной гостьей кэткороля.

– Три месяца? Да меня дома убьют!

– Убьют?! Кто?

– Родители конечно! Вместе с бабушкой.

– Они у тебя злодеи, что ли?!

– Да нет, конечно. Они добрые и любят меня. Это просто выражение такое. Для красного словца.

– А у вас слова имеют разные окрасы? – Удивленно спросил кот.

– Ну, если их писать разноцветными ручками или фломастерами, то да. А так нет. Это просто выражение такое, образное. А слушай, котомесяц – это у вас сколько реально времени?

– У нас здесь время измеряют примерно так же, как и у вас. Котогод состоит из двенадцати котомесяцев, а котомесяц – из тридцати котодней. В котодне двадцать четыре коточаса…

– А в коточасе шестьдесят котоминут и в котоминуте шестьдесят котосекунд? – Продолжила за кота девочка.

– Ну да, – подтвердил Костра. – Именно так.

– То есть меня реально три месяца не будет дома?! – Встревожилась Стелла. – Вот блин! Мои родители и бабушка точно запаникуют, начнут икру метать!

– Странные у тебя родители, – удивился кот. – Я думал, что икру только рыбы и лягушки мечут…

– Да это я по приколу! Это значит – волноваться сильно будут.

– А… Типа опять крашенное словцо? Да ты не переживай. Здесь время течет по-другому. Котодень, проведенный в Земле Котов, в вашем мире соответствуют примерно одной минуте. Так что за девяносто котодней пребывания здесь у тебя дома пройдет всего где-то часа полтора. Я думаю, никто и не хватится тебя за это время.

– Ну, если так, тогда другое дело, – успокоилась девочка. – Разве что Блонда огорчится, что я ее не проведаю и яблочками не угощу… А как мы попадем в вашу столицу? Пойдем пешком? Тут недалеко?

– До Кэтбурга действительно не очень большое расстояние, но пешком мы не пойдем. Это будет долго и не солидно. У дороги нас ждет экипаж. Я, надеюсь, ты не боишься собак?

– Собак? Вот еще! Нет, конечно. А что?

– Просто в нашу коляску запряжена тройка породистых ездовых борзых. Между прочим, самая резвая упряжка в столице! Я заплатил за них полновесную тысячу баксов! – гордо приподнялись кончики усов у кота.

– Долларов что ли? У вас они тоже в ходу?

– Каких таких долларов? Я же сказал баксов. Это наши деньги. Правда официально они именуются бакоты, но обычно говорят баксы.

– А почему?

– Просто когда котолет сто тому назад по указу короля БаксимилианУса наряду с золотыми и серебряными монетами ввели в обращение бумажные деньги-банкноты с ликом короля, народ практически сразу стал называть их баксами. Есть у наших бумажных денег и второе неофициальное прозвище – зеленые или зелень, так как преобладающий цвет у них зеленый. Можно сказать, что это типа наше зеленое словцо.

– Ну, у нас, между прочим, такое тоже в ходу, – заметила Стелла.

– И почему-то я этому обстоятельству совсем не удивлен, – хмыкнул кот. Слегка прищурившись, он бросил короткий взгляд на близящийся к зениту диск солнца.

– Однако нам надо поспешить… – графкэт вынул из кармана камзола маленький серебряный свисток и дважды в него дунул.

Тут же из-за бугорка показалась подпрыгивающая на покрытых травой кочках открытая повозка на резиновых колесах, которую, позванивая колокольчиками, тянули три огромные, величиной с годовалого теленка, остромордые длинноногие собаки. Костра поднял лапу, борзые одновременно перешли на медленный бег и в нескольких шагах застыли как вкопанные.

– Экипаж подан, госпожа! – Кот снял шляпу и величаво наклонил голову с острыми темно-синими ушками.

Стелла, осторожно ступив на подножку, уселась на обитое зеленым бархатом сиденье. Странник пристроился рядом, набросил на плечи девочки свою накидку, дернул вожжами, и коляска тронулась с места. Спустя минуту она выехала на узкую дорогу, вымощенную серым и бурым гранитным булыжником. Борзые ускорили бег, и большие черные колеса с блестящими металлическими спицами мягко покатили Стеллу навстречу невероятным приключениям.

***

Ветерок легкими порывами морщил густое разнотравье на раскинувшихсявокруг лугах и водную гладь на небольших придорожных озерцах. Постепенно царство трав сменилось колосящимися полями каких-то похожих на пшеницу злаков, ровными рядами виноградников и фруктовых садов в желтовато-красноватой дымке спелых плодов. Стелла с интересом поглядывала по сторонам.

– Хорошо тут у вас!

– Да, особенно весной, когда цветут яблони. А ведь когда-то здесь была каменистая пустыня. По преданию Страдамус, увидев ее в первый раз, воскликнул: «Терракота!» Что на старочеловеческом языке латинике якобы означает «обожженная земля». А потом так стали называть всю нашу Землю Котов. Правда, теперь она выглядит совсем по другому.

Костра взмахнул свободной лапой.

– Представляешь, сколько трудомагии нужно было приложить, чтобы все вокруг так похорошело?

– Не представляю… Так как понятия зеленого не имею, что такое трудомагия. А далеко еще до города?

– Две котомили.

– Это много?

– Одна котомиля равняется тысяче котопрыгов. А котопрыг – как два метра по вашим меркам. Так что одна миля – примерно два ваших километра.

– А ты, как я вижу, неплохо изучил наш мир. Видимо, не один раз в наших котов вселялся… – С подозрением покосилась на спутника девочка. – Так значит, мы скоро приедем?

– Да, вон уже виднеются позолоченные шпили башен королевского дворца – самого высокого здания столицы.

Стелла всмотрелась вперед, затем оглянулась и удивленно воскликнула:

– А это что там такое?!

Графкэт тоже быстро обернулся и встревоженно запыхтел.

– Проблема!

Стелла снова глянула назад и отчетливо разглядела постепенно догоняющий их конусообразный черный воздушный вихрь, с уходящим высоко в небо бешено вращающимся широким кольцом.

– Магисмерч! Если настигнет, нам несдобровать!

Костра привстал и вожжами стал усиленно подгонять упряжку. Псы ускорили бег и коляска, набирая скорость, помчалась по дороге к уже показавшимся крепостным воротам, которые при приближении повозки сноровисто распахнули два вооруженных мечами и алебардами коричневых кота в кожаных доспехах и металлических шлемах. Они немигающими круглыми глазами с зеленоватым отливом с любопытством уставились на промелькнувшую мимо них Стеллу.

Когда экипаж с гостьей миновал ворота, наружу за стену тут же выступили три белых кота в длинных красных плащах и островерхих колпаках. Они одновременно взмахнули зажатыми в руках резными деревянными посохами и с протяжными завываниями направили их концы в сторону приблизившегося смерча, который, так и не сумев достигнуть каменной стены, внезапно распался и сгустками черной пыли осел на землю.

Тем временем коляска, замедлив ход, очутилась на просторной мощеной булыжником улице, где ее встретила гудящая толпа, состоящая из множества усатых морд самого причудливого окраса: одномастных белых, черных, серых, рыжих, коричневых, бежевых, голубых, и даже желтых и розовых, а также полосатых и пятнистых. Коты размахивали букетами цветов, яркими ленточками, шляпами и колпаками. И при этом дружно кричали: «Мура! Да здравствует гостья короля!»

– Неужели, это меня так встречают? – Стелла удивленно повернулась к сидящему рядом графкэту.

– Конечно, госпожа котолюбка.

– А почему они кричат «мура»? Я им чем-то не понравилась?

– Что ты! Совсем наоборот! Они в диком восторге!

– Да? А у нас это слово имеет несколько иное значение…

– Восклицание «Мура!» образовалось со слов «много» и «ура». Оно означает высшую степень народного одобрения. Ведь для нас твое прибытие – праздник. Гостя из мира людей не каждому коту доводится увидеть. А такую красивую молодую гостью тем более. Как же тут не высыпать на улицу и не радоваться!

– А что, люди у вас редко появляются?

– По приглашениям – довольно редко. Хотя бывает, что каким-то образом проникают без спросу, иногда даже тайно под чужими личинами. И не всегда с добрыми намерениями… Но об этом позже, народ ликует, и потому о драконах ни слова.

– О каких драконах?

– Да это просто присказка такая. Что значит о проблемах говорить не стоит. Тем более, что мы уже возле дворца кэткороля.

У парадного входа гостью дожидалась группа из трех холеного вида голубых котов в синих, расшитых золотом накидках и бордовых шляпах с пышными белыми перьями. Увидев Стелу, они разом ей поклонились.

– Это члены королевского Совета. Они проводят тебя к королю, – прошептал на ухо девочке графкэт, помогая ей сойти с коляски и пропуская вперед.

Сопровождаемая Кострой и сановитыми котами Стелла чинно прошествовала по богато украшенным проходным комнатам.

– Какие тут у вас нескончаемые длинные коридоры, – пробормотала она, рассматривая причудливую лепку на потолках.

– Вообще-то, это анфилада, – уточнил Костра. – Но не суть важно… Мы уже пришли, – заметил он, когда они оказалась в большом зале, отделанным белым мрамором, золотом и блестящими тканями. В центре его возвышался массивный резной трон из розового дерева, на котором восседал важного вида голубой кот в алой мантии с узором из драгоценных камней и золотым обручем на голове.

– Это наш король Кот ПринципУс Третий. Обращаться к нему следует «Ваше Котовеличество», – тихо пробормотал Костра, подводя Стеллу к трону.

В нескольких шагах от царственной особы графкэт СтранникУс остановился и, опустившись на одно колено, снял шляпу. Члены Совета также приблизившись к трону, обнажили и склонили в поклоне головы. Король в ответ приподнял в приветственном жесте лапу в белой перчатке.

– Добро пожаловать в Кэтбург, госпожа котолюбка. Для нас ваш визит имеет принципиально важное государственное значение. Это абсолютно принципиально! – торжественным тоном изрек король. – Поэтому мы сегодня объявляем праздник и устраивает в вашу честь пир и бал.

– Может не нужно из-за меня столько хлопот, Ваше Котовеличество? И к тому же я не одета для бала… – смущенно пробормотала Стелла.

Усы монарха взметнулись вверх.

– Нет, нет! Торжественная церемония встречи гостьи из мира людей – это принципиально! А наряды вам будут немедленно подобраны и подогнаны лучшими королевскими мастерами. Забота о гостье короля – это незыблемый принцип нашей политики. Так что вечером вы будете украшением празднества. А сейчас я вверяю вас заботе моих славных принципиальных дворовых котов.

ПринципУс, опустив лапы на подлокотники трона, дал знак, что аудиенция окончена. Стелла в сопровождении графкэта и сановников, пятящихся задом к выходу, покинула тронный зал.

– А почему король так часто повторяет: «принцип», «принципиально»? – тихо спросила она у Костры, когда, пристукнув о пол алебардами, стражники-коты закрыли за ними дверь.

– Имя нашего короля ПринципУс. Без традиционного окончания – Принцип. Поэтому неудивительно, что это слово часто слетает с его уст, – ответил графкэт, беря Стеллу под руку. – Идем госпожа, я провожу тебя в гостевые покои, чтобы ты могла отдохнуть с дороги и подготовиться к балу.

Глава 2

Глава 2

Котовасия. Заседание Коркотсовета. В путь!

Стелла в обтягивающих белых бриджах, бордовом камзоле, расшитом золотой нитью и украшенным некрупными самоцветами, осторожно ступая в алых сапожках, вошла вслед за королем в просторный квадратный зал без окон и с любопытством огляделась по сторонам. Прямоугольные каменные темные колонны с несколькими рядами стеклянных ламп отсвечивали голубоватыми бликами. Черно-белые мраморные плиты пола напоминали огромную шахматную доску. Длинный стол у одной из стен радовал глаз изобилием блюд. С противоположного боку в ожидании начала празднества толпились броско одетые коты, тайком принюхивающиеся к ароматным запахам.

ПринципУс, Стелла, Костра и члены королевского совета первыми уселись на высоких креслах во главе накрытого стола. Пухлый черный кот в золотистом колпаке, стоящий в центре зала, с протяжным свистом набрал полную грудь воздуха, от чего сделался еще более округлым, пошевелил пышными усами с вплетенными в них красными ленточками и громовым голосом провозгласил:

– Котовасия!

Коты как ошпаренные наперегонки бросились к столу, суетясь, толкаясь и стремясь как можно быстрее занять свободные места поближе к монаршей особе. Добежавшие первыми расселись, довольно растягивая рты в широкой улыбке. А неудачники, которым сидячих мест не досталось, понуро опустив головы, направились к выходу из зала.

– Что это сейчас было? – наклонившись к графкэту, поинтересовалась удивленная гостья из мира людей.

– О! Это наш старинный обычай – котовасия.

– Катавасия? Это когда беспорядок? – недоуменно спросила Стела.

– Какой беспорядок?! – вмешался в разговор король, услышав вопрос гостьи. – Котовасия – это именно порядок проведения пира и бала! На любой праздник во дворце имеют право прийти все желающие дворовые коты. Возможность лицезреть своего монарха – одна из привилегий котознати. Это с давних времен нерушимо и принципиально! Но за одним столом всем дворовым котам никак не уместиться! Поэтому еще в незапамятные времена баркот Васька из Которусии предложил такой принцип: «Кто не успел, тот опоздал». То есть тот кот, которому не нашлось места за накрытым столом, считается опоздавшим и должен покинуть пиршество. Исключение делается только для членов совета, послов и гостей короля. Ну и Странника. – ПринципУс указал лапой на сидящих рядом с ним. – Обряд прижился и по имени его автора получил название «котовасия». Со временем даже появилась особая должность при дворе – котовасник, который распоряжается во время пира и бала. Вон он стоит в золотом колпаке.

– Но ведь это же не совсем честно… – с некоторым осуждением во взоре заметила Стелла. – А как же пожилые или не совсем здоровые коты? Им же не обогнать молодых и сильных?

– Бал и пир – это веселье. Болезням и немощи здесь не место, – поучающим тоном ответил на это ПринципУс.

– Да, у вас здесь, кажется, не школа гуманизма… – тихо пробурчала себе под нос гостья и, повысив голос, спросила у короля: – Если я не ошибаюсь, тут присутствуют только коты? Не так ли? А где же кошки?

– Тише… – наклонил тот к ней голову. – Тише… Не произносите вслух этого неприличного слова.

– Неприличного? – недоуменно переспросила Стелла. – Но как тогда у вас называются, как бы это сказать… самочки?

– Тише… Умоляю Вас – тише… В нашем королевстве нет разделения как у животных и варваров на самцов и самок. Ох! Простите за бестактность, я и забыл, что у людей тоже имеются подобные различия…

– Ничего страшного, – ответила несколько озадаченная Стелла и не удержавшись, полюбопытствовала: – Ну, а все-таки, кто-то же должен производить на свет потомство…

– Любой кот по своему желанию с помощью мамомагии может на время стать мамокотом. Но это всегда делается втайне. Личная жизнь кота – его сугубо приватное дело. Это же принцип свободы выбора! – Приподнял лапу король. – Поэтому у нас существуют особые мамокотовые дома, отдельно для котознати и простокотья. Там и совершается таинство появления на свет котиков, которые затем до совершеннолетия живут и воспитываются в специальных школах-интернатах. Правда изредка встречаются и некоторые неприятные исключения… – ПринципУс с осуждающим выражением на морде покачал головой. – Отдельные коты не хотят расставаться с маленькими котиками, крадут их, скрываются или бегут с ними в другие страны, а потом пытаются растить самостоятельно. Это, конечно, ужасно незаконно… – перешел на шепот король. – Вот таких нарушителей закона и называют у нас бранным словом «кошка». Но их, как правило, находят, наказывают и по мере возможности стараются возвратить к нормальной жизни.

– Ну и нравы тут у вас… – хмыкнула Стелла. – Почище, чем в некоторых отстойных компаниях.

– Да, – ПринципУс согласно кивнул головой. – У нас здесь чисто. Чистота, в том числе нравственная – это же принципиально важно! И компания у нас очень достойная.

– Простите за нескромный вопрос, Ваше Котовеличество. А у вас есть собственные дети?

– Действительно нескромный… Но Вам простительно. Поэтому отвечу – есть. Но я не знаю их в лицо.

– Но это же как-то несправедливо по отношению к ним. Не ведать родительской ласки…

– Наоборот – справедливо. Король должен ко всем подданным относиться как к своим детям и выделять их только по заслугам. Наш принцип: «Не разделяй и властвуй!».

ПринципУс положил в рот кусок заливной рыбы, прожевал и только тогда обратил внимание на пустую тарелку Стеллы. – Но Вы же только разговариваете и ничего не едите, госпожа котолюбка! Как говорят у нас: «Много говоришь – мало ешь. Мало говоришь – много съешь». Так что прошу угощаться! Всем, до чего можете дотянуться.

– А если сама не дотянусь, разве нельзя кого-то попросить передать?

– У нас это не принято. Брать следует только кушанья, до которых можно дотянуться. Так сказать, в кругу доступности. Поэтому видите, как все коты крутятся и стараются наполнить свою тарелку. Недаром у нас в ходу поговорка: «Хочешь есть – умей вертеться. А иначе не наесться». Но Вы не переживайте, самые изысканные яства всегда ставят возле короля и его гостей. Так что угощайтесь и насыщайтесь!

Уразумев, что в данной ситуации спасение голодающих – дело рук самих голодающих, не евшая с утра Стелла быстро наполнила свою тарелку привлекательными на вид и запах кушаньями и с аппетитом приступила к еде. Но от этого занятия ее вскоре оторвали пронзительные звуки – котовасник трижды дунул в серебряный свисток. После последнего свиста в зале воцарилась полная тишина.

– Котильон! – громко возвестил котовасник.

– Это традиционно первый танец котовасии, – ПринципУс наклонился к Стелле. – Его танцевали еще на балах при дворе СтрадамУса. И он иногда упоминал, как говорят, что в земле людей был подобный танец.

– Я такое название слышала, – наморщила лоб гостья. – Это, кажется, французский танец, похожий на вальс и польку.

– Так Вы знаток танцев, – обрадовался король. – Разрешите тогда пригласить Вас на котильон!

Не посмев отказать царственной особе, Стелла встала с места и сопровождаемая ПринципУсом прошла в свободный центр зала. Из дальнего угла тут же, как по команде, раздалась громкая музыка. Оркестр из пяти котов на непривычного вида музыкальных инструментах заиграл мелодию, отдаленно напоминающую мазурку. Приглядываясь к «па», которые выделывал король и, поймав ритм, Стелла сама не заметила как увлеклась и весело пустилась в пляс.

– О-ля-ля! – Воскликнул восхищенный король и вслед за музыкантами ускорил темп.

– Класс! – Подхватила ритм девочка и, притоптывая каблуками сапожек, стала импровизировать в стиле «кантри».

Зал загудел от восторженных криков: «Мура, мура, мура!».

Когда музыка стихла, раскрасневшаяся и довольная собой плясунья с разбегу плюхнулась в кресло за столом, ненароком смахнув рукавом вилку. Нагнувшись, чтобы ее поднять, Стелла заглянула под свисающий почти до самого пола край белой скатерти и обратила внимание на лежащий под столом странный мерцающий предмет, напоминающий большую матовую электрическую лампочку без цоколя. Стелла выпрямилась и обратилась к королю.

– Ваше Котовеличество, а что это за странная штука лежит под столом?

ПринципУс с недоеденной куриной ножкой в зубах поспешно нырнул головой под скатерть и через мгновение вытянул ее уже с пустым ртом и встревоженными глазами.

– Измена! Магибомба! – Громко закричал он, и ухватив девочку за руку, потащил ее прочь. Их тут же окружили Костра и несколько других кэтпэров с обнаженными шпагами. Под охраной этого эскорта король и Стелла помчались к выходу. В зале началась суета и какофония, но ни один из котов не осмелился бежать из зала, пока монарх и его гостья не скрылись за массивной дубовой дверью. Когда последний из присутствующих на пиру покинул место празднования, стражники, не мешкая, тут же плотно ее прикрыли. И буквально через мгновение в опустевшем зале раздался оглушительный грохот.

– Вот тебе и котовасия… – хмуро произнес король.

– Мне кажется, это все же было больше похоже на настоящую катавасию, – покачала головой Стелла.

***

Чрезвычайное заседание королевского КотСовета началось с того, что его председатель СарказмУс- пожилой голубой кот с седоватыми шерстинками вокруг проницательно-усталых желтых пуговок-глаз, по поручению короля вручил и прикрепил Стелле на камзол орден «Славный герой Кэтляндии» в виде золотой физиономии кота с глазницами-рубинами и пучками серебряных усов.

– Я ведь ничего такого не сделала. Просто увидела и сказала. Пустяковое дело… – смущенно косясь на награду, произнесла Стелла.

– Как это?! – Король изумленно приоткрыл рот, обнажив сверкающие белизной зубы.

– Спасти жизнь монарху и его дворовым котам – это пустяк?! Какая поразительная скромность! Нет уж! Вы заслуживаете всенародной признательности! Кэтгерцог СарказмУс, подготовьте указ о присвоении нашей гостье звания «Спаситель Отечества»!

– Может, не стоит… – еще больше засмущалась Стелла.

– Еще как стоит! Это принципиально! Жизнь короля стоит очень дорого! – Король стукнул себя лапой в грудь. – И хочу заметить, что это почетнейшее звание носили далеко не все самые знатные вельможи Кэтляндии! Но я уверен, что Вы действительно сможете спасти наше королевство и всю ТерраКоту.

– Я? Спасти? – гостья удивленно воззрилась на монарха. – От чего?

– Скорее от кого. Точнее, от кого-то… – ПринципУс нахмурился. – К сожалению, мы не знаем, кто наш враг…

– Как же тогда вы собираетесь с ним бороться?

– Чтобы решить этот вопрос, мы и собрались здесь, – король повернулся к председателю Совета. – Герцог, открывайте заседание. Время не терпит!

– Слушаюсь,Ваше Котовеличество, – привстал с места СарказмУс. – Хотя должен заметить, что время – категория абстрактная и вечная, ему спешить некуда. Это только некоторые правители любят торопить события, глубоко не разобравшись в сути происходящего.

– Вот только не надо меня поучать, яи сам с усами! – сердито фыркнул монарх.

– Разумеется, усы у вас просто превосходные… – саркастичная улыбка тронула кончики губ председателя.

– Ах, оставьте эти ваши намеки, мы знаем, что сарказма вам не занимать! – снова фыркнул король. – Ближе к делу! Будьте добры, кратко изложить факты.

– Слушаюсь, – послушно склонил голову СарказмУс. – События последних месяцев вызывают тревогу. Наши осведомители сообщают, что по всей ТерраКоте катится волна чрезвычайных происшествий. Во многих других странах по сообщениям наших тайных агентов тоже начали рушиться государственные устои. Стихийно образуются новые поселения и города с какими-то неправильными порядками и странными жителями. В нашем государстве участились грабежи на дорогах, а кэтполиция не может изловить разбойников. А может с чьего-то попустительства, не хочет? А? – Король сердито оглядел членов КоркотСовета. – А чего стоит недавний магисмерч у ворот города, едва не погубивший нашу гостью! Я уж не говорю о сегодняшнем покушении. Это же просто верх дерзости злоумышленников!

– А я бы сказал, что это абсолютная низость с их стороны, – прокомментировал тираду короля председатель Совета.

– Но кто же за всем этим стоит и чего добивается? – нервно затеребил лапой кончики усов король. – Ведь еще недавно все было так спокойно… Кто-то может мне объяснить? Почему молчат наши советники?

Трое котов престарелого вида, в одинаковых желтых мантиях и остроконечных шапочках, приподнялись с озабоченным выражением на мордах.

– Кот Разумный, каковы Ваши соображения? – обратился ПринципУс к одному из них.

– Ваше Котовеличество, – привстал коричневый кот, подтягивая сползшую с плеч мантию. – Логика подсказывает, что все события связаны между собой и направляются из одного центра, так сказать логова преступников. Но возможно здесь уместным будет и второе допущение…

– Довольно! – Оборвал его король и обратил взор на следующего советника. – Теперь пусть выскажется Кот Дваумный.

– Ваше Котовеличество, – приложил обе лапы к груди белый кот. – Во-первых, я не уверен, что мой коллега высказал бесспорное утверждение, которое можно принять за базисное… Во-вторых, мне кажется, что творящие это зло скрывают свои личины по вполне определенной причине. А в-третьих…

– Достаточно! – Не дал договорить ему ПринципУс и посмотрел на голубого кота. – А что имеет нам сказать кот Заумный?

– Интуиция мне подсказывает, Ваше Котовеличество, – с озадаченным видом привстал тот. – Что неоценимую помощь в разгадке этой тайны может оказать гостья из мира людей. Однако умом я понимаю, что конгруэнтность хаотически упорядоченной системы порождает флуктуации такого рода, что…

– Хватит, – оборвал его на полуслове ПринципУс.

– А почему король не дает советникам высказаться до конца? – наклонившись к Костре, удивленно спросила Стелла.

– Дело в том, – приблизил рот к девичьем уху графкэт. – Что кот Разумный всего раз умный, а два – уже нет. То есть только первое его соображение обычно оказывается дельным. Кот Дваумный, наоборот, исключительно со второго захода может дать полезный совет, а сначала и потом городит ерунду. А кот Заумный бывает прав только тогда, когда включает свою интуицию, но не ум.

– Итак, подведем итог, – заключил ПринципУс. – По мнению наших советников, происходящие события являются результатом целенаправленных действия группы злоумышленников, которые не хотят выступать открыто. И что без помощи нашей гостьи нам не обойтись. Да… Верно. Я и сам так думал.

– Я придумал, что я думал… – пробормотал себе под нос СарказмУс.

– Вы что-то хотели сказать, герцог? – смерил его грозным взглядом король.

– Да, Ваше Котовеличество, – с легким поклоном ответил ничуть не смутившийся председатель Совета. – Я согласен, что нам нужно просить госпожу котолюбку о содействии.

– Почему вы все считаете, что я в состоянии чем-то помочь? – недоуменно пожала плечами Стелла. – Я же появилась здесь только вчера и толком ничего о вашей стране не знаю.

– Это и хорошо, – СарказмУс одним глазом заговорщически подмигнул Стелле. – Иногда свежий взгляд через чистое незнание позволяет отчетливее разглядеть очевидное и невероятное, скрытое за замутненным консервативным знанием.

– Это вы о чем, герцог? – наморщил лоб король.

– О яснознании, Ваше котовеличество, – чуть усмехнувшись, произнес председатель Совета.

– О чем, о чем? – нахмурившись, переспросил монарх.

– О вашем мудром стиле управления нашим государством, Ваше котовеличество, – еле удержал саркастичную усмешку герцог.

– А… Тогда продолжайте, – удовлетворенно кивнул король.

– Так вот, госпожа котолюбка, – снова обратился к Стелле председатель. – На вас вся надежда…

– Но я же не здешняя и совсем не знакома с вашими порядками… Я, можно сказать, вообще без понятия о том, что и как у вас здесь происходит, – попыталась возразить гостья.

– А нам как раз и нужен нездешний, так сказать сторонний наблюдатель, который сможет заметить нечто важное. То, что наверняка ускользнет от взора коренного жителя ТерраКоты, отягощенного предрассудками и лишними знаниями. Поэтому мы бы хотели просить вас предпринять путешествие по стране. Осмотреться, внимательно понаблюдать и, по возможности, сделать свои выводы.

– Я что, должна сама отправиться туда, не зная, куда и искать то, не зная, что? – хмыкнула Стелла. – И сама?

– Почему сама?! – возмущенно подскочил на троне ПринципУс. – Ваша безопасность – это принципиально важно! Мы отправим с Вами сотню лучших охранных котов, которые не подпустят к Вам даже муху!

– Как же я тогда смогу познакомиться со страной и разобраться в происходящем? – недоуменно закатила глаза гостья.

– А… – начал говорить король и озадаченно умолк.

– Ваше Котовеличество, – вскочил с места и быстро заговорил Костра. – Такой большой отряд может привлечь к себе повышенное внимание злоумышленников. А мы ведь не знаем, на какие коварства и уловки они способны. Может, для большей скрытности госпожа котолюбка предпримет это путешествие вместе со мной на котобусе?

– М-да, – на минуту задумался король, а затем одобрительно кивнул.

– А небольшие мобильные группы стражников с магами пусть следуют на некотором расстоянии впереди и позади нас, – продолжил высказывать свои соображения Костра.

– Хорошо… – облегченно выдохнул король. – Я вверяю тебе, кэтпэр СтранникУс, нашу гостью. Ты отвечаешь за ее безопасность своей честью и жизнью! Поручаю тебе подготовку и командование этой миссией. Возьмешь с собой котов Парибус и лично отберешь охранников и магов. Утром отправляйтесь в путь. Да будет вам придорожная пыль усладой! Совет окончен!

Король решительно хлопнул лапами о подлокотники трона.

– А что это король говорил о каких-то Парибус, котобусе и дорожной пыли? – спросила Стелла у Костры, когда они спускались по парадной лестнице.

– Насчет пыли – это наше традиционное напутствие, – охотно начал пояснять графкэт. – Котобус – механическая карета. Пари и Бус – лучшие водители котобусов в Кэтляндии. Кот Пари – большой любитель поспорить, а его закадычный друг кот Бус – прекрасный механик. Они настолько неразлучны, что их у нас привыкли называть коты Парибус. Завтра ты с ними познакомишься. А сейчас пойдем подберем тебе одежду для путешествия и отправимся отдыхать. Уже поздновато, а нам выезжать на рассвете.

– Обязательно на рассвете? – недовольно поморщилась Стелла. – Мы что, куда-то сильно спешим? Я не люблю вставать рано!

– Да? – удивленно покосился на нее Костра. – Ну тогда выедем, когда ты проснешься. Нам и впрямь незачем бежать впереди ездовой собаки.

– А что, мы и собак берем с собой?

– В общем-то, это просто пословица такая. Но собак, пожалуй, мы все же прихватим. Они нам пригодятся, – Костра взял Стеллу под руку. – Ладно, пойдем помогу тебе собраться в дорогу.

***

Котобус, с протяжным свистом выпустил струйку белесого дыма. Коты-механики Пари и Бус, сидящие впереди в водительской кабине, оглянулись на Стеллу и Костру, удобно расположившихся в салоне позади.

– Ну что, в путь-дорожку? – спросили водители в один голос.

– Давайте, Парибус! Трогайте, – махнул им графкэт.

Заурчав, механическая карета плавно двинулась с места и покатилась, набирая скорость.

Стелла оглянулась. Позади остались серые зубчатые крепостные стены, с выпирающими из них громадами остроконечных башен.

– Какая сила может противостоять такой мощи? – задумчиво пробормотала она.

– Неведомая. Но думаю, скоро нам доведется с ней познакомиться, – ответил Костра.

– Ты готов к этому? – глянула на него девочка.

– Путь котов – всегда готов! – графкэт вскинул правую лапу ко лбу.

– Что-то мне это напоминает… – насмешливо улыбнулась Стелла. – Из каких-то старых фильмов… Кажется, пионерский салют. Ты часом, не пионер?

– Как ты догадалась?! – Пораженно посмотрел на нее Костра. – Да, я член пионерской организации ТерраКоты, командир звезды. Но это секрет, который не известен даже королю!

– Что? Ты это серьезно? – изумленно воскликнула Стелла. – Здесь? Пионеры?! И чем же они тут занимаются?

– Тссс! – Костра приблизил усы к девичьему уху. – Если коротко, то это тайное сообщество котов, которые исследуют дальние земли и основывают новые поселения.

– Почему же это нужно держать в секрете?

– Познакомишься поближе со здешними порядками, тогда поймешь. И тише, нас могут услышать за перегородкой Парибус.

– Фу ты, ну ты, ножки гнуты! Какие мы таинственные! Не хочешь говорить – не надо! – Стелла демонстративно отвернулась.

– Не обижайся, так надо… – чуть виновато произнес кот.

– Ладно, проехали, – буркнула девочка.

– Что проехали? – оглянулся по сторонам Костра и недоуменно заморгал.

– Ничего, это мулька такая, – улыбнулась Стелла.

– Мулька?

– Ну да, выражение такое. Которое означает, что нечего больше об этом говорить. А что это за странное сооружение, похожее на небольшую башню, виднеется там?– Стелла показала рукой.

– А, это накопитель магии, – присмотревшись, пояснил графкэт.

– А что это такое?

– Как тебе объяснить…– Костра призадумался. – Ты видела в окрестностях Кэтбурга плодоносящие сады и колосящиеся поля?

– Ну да.

– Вот. Это работа магов-трудяг, которые с помощью трудомагии выполняют самые тяжелые общественные работы. Возделывают поля, добывают руды, выплавляют металлы, обрабатывают камни, строят крепости. Но их магическая сила должна постоянно пополняться. Поэтому все котограждане, кроме котознати один раз в неделю приходят к таким накопителям и отдают часть своей биоэнергии. Маги-трудяги черпают потом из них силы для трудовых свершений, а боевые маги – для ратных дел. А граждане за это получают бесплатно по норме продукты и одежду.

– А сами они что, не работают?

– Кто хочет иметь больше обычной нормы или деньги, работает, – Костра поправил шпагу на поясе. – Каждый кот волен выбирать себе занятие по душе. Есть еще масса дел, приносящих доход: торговля, содержание гостиниц, баров и цирюлен, военное и морское ремесло. Да всего и не перечислить!

– И много у вас магов?

– В Кэтляндии десятка три. А сколько всего в ТерраКоте – точно не знаю.

– Интересно было бы посмотреть на них… – пробормотала Стелла.

– Еще насмотришься.

– А ты не маг?

– Нет. Я – Странник и этим все сказано.

– Ну да. – Ты Странник… и я, возможно, стала странницей…

– Ты это о чем?

– Знаешь, мне кажется, что я иногда начинаю странно себя вести… Такое впечатление, что моментами я как бы раздваиваюсь… То я по-прежнему обычная российская школьница, а то вдруг неожиданно какая-то взрослая женщина из неведомых мне стран и прошлых времен. Которая и думает, и говорит совсем иначе…

– Ну да, – согласно кивнул Костра. – Так бывает…

– Неужели? – удивленно глянула на него девочка. – Почему?

– Ты реально переместилась в наш мир, где на тебя магическим образом наложились некоторые знания, мысли, эмоции и привычки какой-то другой сущности. Но при этом ты физически и частично ментально осталась прежней девочкой из своего мира. Поэтому в тебе сейчас уживаются две субличности, попеременно сменяющие друг друга… Одна из них как бы главная, привычная тебе, относительно постоянная, а другая временная, периодически как-то себя проявляющая. Так это частенько и происходит после перехода из мира в мир.

– У тебя это тоже так?

– У меня все обстоит еще сложнее и запутаннее. Я же иногда физически не перемещаюсь, а только вселяюсь в обитателей других миров. И при этом начинаю ощущать в себе присутствие даже не двух, а одновременно нескольких субличностей… И в результате могу внезапно совершать поступки, совершенно мне несвойственные, или употреблять слова, значение которых точно не знаю…

– Ну, у нас так многие люди делают. Просто так. И без всяких перемещений… А скажи, такое раздвоение не опасно? Не вернусь ли я домой человеком с измененным сознанием?

– Да нет, вряд ли. При обратном переходе эффект личностного размножения обычно или сразу, или постепенно пропадает и все возвращается на круги своя. Разве что некоторые отголоски какое-то время остаются.

– Ладно, почти успокоил… – облегченно выдохнула Стелла. – А то я уже беспокоиться начала, не поехала ли мозгами.

– Да нет, все в норме. Мозги твои на месте, никуда не поехали. Не переживай. Да, кстати! Лучшее средство от переживаний – жевание! Ты еще не хочешь перекусить?

– Вообще-то не отказалась бы. Мы же почему-то не позавтракали перед дорогой. А у меня с собой в рюкзаке только три яблока. Те, что еще из дому для Блонды прихватила, – с легкой грустинкой в голосе произнесла Стелла.

– Перед первой дальней поездкой на котобусе на всякий случай не рекомендуется наедаться. Чтобы без привычки случайно не затошнило от ритмичной тряски. Но если ты себя нормально чувствуешь, тогда можем заглянуть в этот придорожный бар, – Костра указал лапой на виднеющийся впереди двухэтажный дом с односкатной крышей, покрытой оранжевой черепицей. – И передохнем там, и голод утолим. Гляди, барбос нас уже приметил, руками машет, внутрь зазывает.

– Кто? Барбос? – выпучила глаза девочка. – Это ты о том бело-сером полосатом коте? За что же ты его так обозвал? У нас такие клички только беспородным собакам дают.

– Почему обозвал? – удивился графкэт. – У нас так всех хозяев баров зовут – барбос, то есть босс бара.

– А как пишется это слово? С одной или с двумя буквами «с» на конце?

– А без разницы! Главное не как пишется, а как произносится!

– И как?

– С предвкушением перекуса!

Даже песенка об этом есть:

Толстый барбос

Тащит поднос,

Наедимся вволю

Сладкой бараболи!

Пропев, Костра мечтательно закатил глаза, а затем энергично забарабанил лапой в металлическую перегородку, отделяющую салон от кабины, и прокричал:

– Парибусы, гоните к бару. Закусим!

Оба водителя одновременно обернулись и радостно ухмыльнулись.

***

Котобус заскрежетал и остановился у парадного крыльца дома. Костра подозвал троицу сопровождавших экспедицию громадных псов, которые тут же охотно улеглись рядом на траве у обочины, вывалив длинные влажные языки.

Пассажиры и водители котобуса один за другим зашли в дверь, настежь распахнутую радушно улыбающимся барбосом. Разномастные коты в белых колпаках с висящих на стенах фамильных портретов, обрамленных в серебряные рамы, безмолвно проследили за тем, как вошедшие рассаживаются за деревянным столом на плетеных из лозы стульях.

Стелла с любопытством огляделась. Помещение бара с дощатыми стенами и массивными балками вмещало шесть одинаковых круглых столов, за двумя из которых сидели посетители. В воздухе стоял приятно будоражащий ноздри густой запах готовящейся на огне еды.

– Мне жареную щуку со сложным… нет, с простым гарниром. Еще бараболю с грушевым вареньем и чай «Черный ящер» с лимоном, – тут же сделал первым свой заказ Костра подошедшему к столу барбосу и повернулся к попутчикам. – А вам чего?

Стелла засунула нос в папку-меню с названием блюд.

– Толком не разберу, что тут написано… А ладно. Мне то же, что и тебе Костра.

– А нам тройные порции бараболи с вишнями и чего-нибудь попить! – Синхронно гаркнули Парибус.

– Чаю, что ли тоже? – поинтересовался барбос.

– Нет, лучше по три ванильно-молочных гросскоктейля. И попрохладнее! Мы за рулем горячительного не пьем, может разморить, – снова в унисон ответили механики-водители.

– Это правильно, – одобрительно прокомментировал их слова Костра и повернул морду к хозяину бара. – И милейший барбос, поживее! Мы тут засиживаться не намерены. Да, и фруктов в дорогу нам собери. И не забудь их помыть хорошенько! А то знаем мы вас! И вынеси на двор еду посытнее для наших собак, я их потом сам покормлю. Только близко к ним не походи, а то они тобой закусить могут. Все понял?

– Не извольте беспокоиться, Ваша Породистость, все сделаем в лучшем виде, – барбос с достоинством наклонил голову в белом колпаке с широким верхом и степенно удалился.

– Почему он тебя Ваша Породистость назвал? – наклонившись к графкэту, спросила Стелла.

– У нас в Кэтляндии так принято простокотам обращаться к котознати.

– А что такое бараболя? – задала очередной вопрос девочка.

– Земляное яблоко.

– Надо же… у вас и яблоки в земле растут, – удивленно покачала головой Стелла и стала с интересом наблюдать, как барбос снимает с деревянной тележки и расставляет на столе перед посетителями фаянсовую посуду с едой и столовые приборы. Перед Стеллой он водрузил огромную тарелку с большим куском зажаренной до золотистой корочки рыбы и горкой разнообразных овощей.

– Ого! И это простой гарнир? – воскликнула девочка. – Какой же тогда сложный?

– Сложный гарнир должен состоять не менее чем из двенадцати составляющих, – с уже набитым ртом пояснил Костра. – Да ты кушай, а то, когда много говоришь…

– То мало ешь, – продолжила за него Стелла. – Уже в курсе. Слышала от короля.

– Вот-вот, – ничуть не обидевшись, заметил графкэт, продолжая жевать. – Король иногда тоже дельные мысли изрекает. Так что бери пример с Парибус, вон как они за обе щеки уминают.

Барбос ловко заменил Стелле ее опустевшую тарелку другой, поменьше, с желтоватыми кубиками, политыми вишневым сиропом.

– Я больше не могу! – Протестующе замахала руками девочка.

– Хоть попробуй! – Бросили на нее неодобрительные взгляды водители коты. – Это же бараболя!

Стелла ковырнула вилкой один из кубиков и, лениво отправила его в рот.

– Так это же картошка, только сладкая… Тоже мне земляное яблоко! Но вкусно… – распробовав, она наколола вилкой еще один кусочек.

– То-то же! – Широкие морды Парибус с белыми от коктейля усами расплылись в довольной улыбке. – Бараболя – это песня!

В это время из-за спины Стеллы донесся громкий шелест. Она оглянулась. За соседним столом небольшого роста незнакомец в коричневом плаще с шумом развернул конфету в блестящей обертке.

– Ну, и шуршит, просто шуршунчик какой-то! – Не смогла не прокомментировать вслух этот факт Стелла и, наклонившись к Костре, шепотом добавила: – Странный он какой-то, коротышка, и мордочка, то есть лицо, прям как у бурундука, а не кота…

– Да, подозрительная личность… – согласно кивнул Костра и встал. – Сейчас узнаем, кто таков. – Он приблизился к незнакомцу и изобразил приветственный жест. – Разрешите представиться, графкэт СтранникУс, кэтпэр Кэтляндии.

– Викот Шуршуньон де Бур из Бурундии, – в свою очередь представился незнакомец, встав из-за стола.

– Викот? Из Бурундии? – удивленно переспросил Костра. – Титула такого не знаю… и первый раз слышу о таком государстве. А ведь я лучший языковед в Кэтбурге.

– Неудивительно, любезный графкэт. Ведь я прибыл в ТерраКоту из другого мира, – дружелюбным тоном ответил незнакомец.

– И вы из другого? – изумленно уставилась на него Стелла.

– Да, госпожа. Я – Прогульщик.

– Прогульщик? И что же вы прогуливаете, уроки?

– Нет, госпожа. Я Прогульщик между мирами. Но сейчас важнее не кто я, а то, что я услышал здесь до вашего появления.

– И что же вы услышали? – графкэт с подозрением глянул на викота.

– Недалеко отсюда вас будет ждать засада.

– Засада? – нахмурился Костра и четыре пары глаз сотрапезников впились в незнакомца.

– Да, – викот нацепил на голову широкополую шляпу с белым пером. – Но я думаю, об этом нам лучше поговорить на свежем воздухе.

Глава 3

Глава 3

Неудавшаяся засада. В полете!

Потемневшие от времени деревянные ступени крыльца прощальным скрипом отозвались на шаги путешественников, выходящих из бара.

– Так что там насчет засады? – первым нетерпеливо нарушил молчание Костра.

– Какие-то подозрительные типы за столом в углу шептались и обсуждали план захвата гостьи короля.

– Что? Где? Когда? – глаза графкэта опасно заблестели.

– В пяти котомилях отсюда, у оврага. Так они говорили. Видимо, не подозревая, что у меня очень тонкий слух.

– Где эти негодяи? – разъяренно раздул ноздри Костра.

– Они покинули бар незадолго до вашего прибытия, – ответил викот.

– Как они выглядели? – продолжил расспросы графкэт.

– Оба в длинных серых плащах и шляпах, высоких сапогах и масках, – описал внешность злоумышленников викот.

– В масках? Каких масках? – спросила у него Стелла.

– Серых, почти на все лицо.

– У вас что, принято носить маски? – повернулась к графкэту Стелла.

– Только при езде на верховых собаках.

– А что, и такие бывают? – удивилась девочка.

– Да. Особая порода. Они гораздо крупнее тех, что возят упряжки и кареты.

– Надо же… Интересно было бы при случае попробовать на таких прокатиться, – кивнула девочка. – Ну а маски то зачем?

– Они защищают от пыли и встречного дождя. Но сидеть в них в публичном месте – дурной тон. Да и кушать неудобно. Видимо этим гадам очень нужно было скрыть свои морды, – нахмурился Странник.

– Костра, а как правильно говорить: лицо или морда, руки или лапы? – не удержалась и наконец-то задала давно мучивший ее вопрос гостья из мира людей.

– Можно и так, и так, – ответил графкэт. – Это ведь одно и тоже. А у вас разве нет?

– Как тебе сказать… – сделала паузу Стелла. – У нас, в общем-то, принято считать, что у котов морды и лапы, а у людей лица и руки. Хотя бывает и иначе… У соседа Мишки из нашего двора точно наглая морда и потные лапы… Но не это сейчас важно, как сказал наш новый знакомец. Что будем делать с засадой?

– Сейчас свяжусь с магами передового и тылового отрядов по магилке. Пусть подстрахуют нас, – Костра достал из кармана овальный предмет, похожий на небольшой будильник, и стал нажимать на нем цветные кнопки.

– По мобилке? – заинтересовалась девочка. – Что, эсэмэску посылаешь?

– Какой мобилке? – поднял на нее глаза графкэт. – Я же сказал – по магилке. Видишь, я здесь жму? Загорается то красная кнопка, то – синяя. Комбинации этих цветов означают конкретные буквы и знаки препинания. У магов есть такие же магилки и они сейчас считывают то, что я пишу.

– Надо же! Прям как азбука Морзе! – удивленно заметила Стелла.

– Какое такое Морзе? – оторвал взгляд от магилки Костра, но тут же снова стал всматривается в цветные вспышки. – Хотя, как говорит наш король, это сейчас не принципиально. Ну вот, нормалек. Передовой отряд уже возвращается к оврагу, а тыловой приближается к нам, – кот довольно потер руки. – Будем ловить этих голубчиков-засадчиков, как синичек на сало! Парибус заводитесь!

– А можно и мне с вами? – попросился викот.

– С нами? А зачем? – с подозрением уставился на него графкэт.

– Я Прогульщик и очень люблю всякие приключения. К тому же я маг и могу вам пригодиться.

– Маг? – переспросил графкэт. – Вот только мага, да еще незнакомого, нам и не хватало!

– А давай возьмем его с собой, – вмешалась в разговор Стелла. – Мне он нравится! Это ведь он предупредил нас о засаде. И еще я хотела бы расспросить его о мире, из которого он прибыл.

– Ладно, – недовольно скривился, но не стал возражать Костра. – Садимся быстрее в котобус! И вы условно уважаемый Прогульщик тоже, раз госпожа котолюбка этого пожелала.

С довольным видом викот отвесил поклон гостье из мира людей и, придерживая шпагу, болтающуюся на поясном ремне, вслед за графкэтом нырнул в распахнутую дверь транспортного средства.

***

Котобус, слегка подпрыгивая на кочках, съехал с дороги и подкатил к поросшему кустарниками узкому оврагу, гигантской бороздой пропахавшему широкий луг слева от дороги.

Вдоль края оврага с недовольными мордами бродили несколько коричневых боевых котов в стальных кольчугах и белый кот-маг в красном плаще.

Графкэт, не касаясь подножки, спрыгнул на запыленную траву и озадаченно завертел головой.

– Не понял, а где пленники?

Он подошел к боевым котам и магу, о чем-то их расспросил, недовольно фыркнул и, сердито покачивая головой, пружинистой походкой вернулся к котобусу.

– Упустили растяпы! – забравшись в салон, возмущенно сообщил он попутчикам. – Следы засады есть, но самих засадчиков и след простыл. Похоже без измены тут не обошлось… – Костра с подозрением глянул на викота.

Стелла это заметила и тут же встала на защиту нового знакомого.

– Нет, викот Шуршуньон здесь не при чем. Он же сам предупредил нас о засаде.

– Угу, – вынужден был согласиться графкэт. – Ладно, Парибусы, снимайтесь с тормозов. Едем дальше.

Когда колеса котобуса снова покатили по пыльной дороге, Стелла подвинулась к Костре.

– У кого, кроме тебя, в отряде еще есть магилки, только у магов?

– Ни у кого… – закусил кончики усов графкэт. – Ты это к чему клонишь?

– А к тому, что по магилке проще простого кого-то о чем-то предупредить.

– Нет, – замотал головой Костра. – Маги, конечно, не очень приятная в общении публика, но они не могут быть предателями. Ведь они являются опорой государства. На них все держится.

– Как на трех китах? – хмыкнула Стелла.

– На каких китах? – недоуменно посмотрел на нее кот.

– Да это у нас такая байка давным-давно была, что наша Земля на трех огромных рыбах-китах плавает в океане. Хотя, в принципе киты не рыбы, а похожие на них животные… млекопитающие…

– Суеверия предков, – понимающе кивнул Костра. – Такие же, как летающие крепости мифических пра-котов и… – он не успел закончить своей фразы, как раздался ужасный скрежет, котобус сначала резко дернулся, а затем стал сильно раскачиваться из стороны в сторону.

– Что за чертовщина? – Стелла с ошарашенным видом уставилась в приоткрытое окно. – Да мы летим!

– Что?! Котобусы не летают! – вскричал графкэт.

– Значит сегодня просто летная погода, – иронично заметила Стелла. – И даже очень! У нас уже похоже не котобус, а аэробус! Просто писец какой-то!

– Коллапс очковый! – не удержался от крепкого словца вслед за ней и Прогульщик, наблюдая картину проплывающих внизу верхушек сосен.

Костра сорвал в головы шляпу и высунулся в окно.

– Вот суккоташ! – ругнулся он тоже в сердцах. – Да мы уже выше деревьев! Нас несут когти летающей крепости! Ну, я и накаркал на свою ворсистую голову! – Ворвавшийся в кабину ветер раздул шесть на донельзя изумленной кошачьей морде.

***

Большой зеленый дракон, махая огромными перепончатыми крыльями и крепко держа котобус в бронзового цвета когтистых лапах, парил над верхушками высоких остроконечных елей и сосен.

Растерянное выражение повернутых назад физиономий братьев Парибус говорило само за себя.

– Машина не слушается руля! – прокричал Бус.

– Неудивительно, – ответила Стелла. – Ведь мы в небе.

– Правда? – изумился Пари. – Но мы не умеем рулить по небу… Может нам лучше вернуться на землю?

– Святая наивность, – фыркнул Костра. – Можно подумать, мы сами этого не хотим! У меня от этой болтанки в воздухе уже живот крутить начинает…

– А не желаете тогда карамельку «Взлетную»? – радушно предложил ему невозмутимо молчавший до этого викот, с шелестом разворачивая синий фантик и засовывая себе в рот желтую леденцовую конфету. – Меня ими угостили в одном из миров. Сказали, что помогает преодолевать неприятные ощущения при полете.

– Не желаю! – раздраженно буркнул графкэт. – Не до сладкого как-то! У меня сейчас лишь одно желание – почувствовать под ногами земную твердь.

– Одного желания тут мало, – философски заметил Прогульщик, разгрызая леденец.

– Да? Тогда у меня их наберется еще несколько. Например, сбегать в кусты или начистить морды этим шутникам в летающей крепости.

– А что, они у них грязные? – снова встрял Шуршуньон де Бур.

– А я почем знаю?! – разъярился графкэт. – Я что их видел?

– Но Вы хотели их почистить… – пожал маленькими плечиками викот.

– Начистить! То есть набить, отколошматить, отволтузить! Теперь понятно?!

– А может, там никого и нет, – заметила Стелла.

– Есть! Крепости сами по себе не летают! Ух, что я с ними сделаю, попадись они мне в руки! – на морде Костры появилось зверское выражение.

– Но пока что это не они у нас в руках, а мы в чьих-то когтях, – совершенно справедливо уточнила девочка. – И как мы будем приземляться? Ведь у вас тут даже аэродромов, наверное, нет…

– А что это такое? – заинтересовался Прогульщик.

– Сейчас не время заниматься просвещением! – осадил его графкэт. – Нужно думать, как опуститься!

– Я вообще-то, наверное, смогу освободить машину… – почесал черный влажный носик викот. – Знаю я один магический приемчик. Сейчас попробую…

– Погодите! – заволновалась Стелла. – Ведь мы же высоко! Не меньше тридцати метров! Можем так шмякнуться, что и костей не собрать!

– Кости-то, поди, потом соберут, но нам от этого легче не будет… – подал голос Пари. – Да и котобус может поломаться…

– У меня есть конкретное предложение, – закричал Бус. – Давайте, наконец-то, что-то делать!

– Ну очень конкретное! – хмыкнула Стелла.

– Да, пора что-то предпринимать, а то можем долетаться… – задумчиво протянул викот. – И долбануться.

– Что ты ноешь? – загрохотал Костра. – И так тошно.

– Я не ною, я размышляю. А Вы, граф, повежливее не можете? Ведь так можно и рассердить меня!

– Ох, ох, футы ну-ты, ножки гнуты! Как страшно! – нервно захохотал Костра. – Тоже мне, Кот Игорошко!

– Я вам не советую разговаривать со мною в таком тоне! – насупился викот.

– О то что? Я уже весь прямо трепещу от ужаса, – издевательски ухмыльнулся графкэт.

– Шахендрапес! – решительно вскочил с места Прогульщик, положив лапу на эфес шпаги.

– Сейчас не время ссориться! – вмешалась Стелла, силой усаживая викота на место и бросая осуждающий взгляд на Костру. – Нас, неизвестно кто, тащит неизвестно куда, а вы тут свару затеваете. Лучше думайте, как нам не разбиться!

В кабине установилось напряженная тишина, периодически нарушаемая тяжелыми вздохами присутствующих и поскрипыванием раскачивающейся механической кареты.

– А что там впереди блестит? – первой нарушила молчание Стелла.

– Где? – прильнул к окну графкэт. – А, да это озеро Щучье возле поселения болотных котов. Ого! Какое оно сверху большое.

– А глубокое? – вдруг оживилась девочка.

– Только в самой середине, а возле берега не глубже одного котопрыга.

– Значит около двух метров… – прикинула Стелла. – А диаметр наших колес больше метра. Нормально. Шуршунчик, ты сможешь произнести свое заклинание, когда мы будем пролетать над водоемом, но поближе к берегу?

– Как вы меня назвали, Шуршунчик? – вскинул на нее зеленоватые глазки викот.

– Ой, простите! – стала извиняться девочка. – Это у меня от волнения вырвалось… Я больше не буду.

– Нет, нет! – перебил ее Прогульщик. – Мне понравилось! Так ласково! И для слуха приятно… Прошу, госпожа, так меня впредь и называть. И можно на «ты».

– Хорошо, – охотно согласилась Стелла. – А как насчет обещанного магического заклинания? А то мы так и озеро минуем…

– Да, не мешало бы поторопиться, – встрял Костра.

Косо глянув на него, Шуршунчик фыркнул, но смолчал, достал из кармана блестящий металлический шарик и высунулся в окно. Когда внизу показалась кромка воды, он, сильно размахнувшись, швырнул шарик вверх и что-то тихо пробормотал. Спустя мгновение сверкнула яркая вспышка. Внезапно освободившийся котобус дернулся и ринулся к водной глади. Путешественники с вытянувшимися лицами вцепились в подлокотники кресел. Резкий удар потряс кабину. Затем забулькало и пол стало заливать просачивающимися струйками воды.

– Мы сейчас утонем! – синхронно завопили Пари и Бус.

– Не утонем, – оглядевшись, облегченно выдохнула Стелла. – Мы стоим колесами на грунте. Видите, вода даже до окон не достает. Всех с удачным приводнением!

Выбравшись из озера на пологий песчаный берег, путешественники, как по команде дружно проводили глазами удаляющийся к горизонту крылатый силуэт.

– Похоже на дракона, – стряхивая с усов капельки воды, протянул Шуршунчик.

– Нет, это летающая крепость. Драконы совсем другие, – тут же возразил Костра.

– А какие они? – живо повернулась к нему Стелла.

– Другие… – повторил графкэт.

– Какие другие? – не унималась девочка.

– Какие, какие… Другие… – продолжал упорствовать Костра.

– А ты их вообще хоть раз видел? – прищурилась Стелла.

– Ну не видел, но много о них слышал, – насупился графкэт и тут же постарался сменить тему. – Зато я уже видал это озеро, и даже рыбачил в этих местах. Рыбалка здесь отменная!

– О! А как у вас ловят рыбу? На удочку? – вдруг проявил неподдельный интерес викот.

– Вы любитель рыбной ловли? – сощурил глазки графкэт.

– Еще какой! Особенно люблю удить щук, окуней и других хищников на блесну.

– Надо же! И я тоже, – в голосе Костры послышались нотки доброжелательности. – Кстати, я захватил с собой на всякий случай парочку удо-спиннингов. Можем устроить состязание!

– Охотно приму в нем участие, – живо отозвался Шуршунчик.

– А я бы охотно поел ушицы на свежем воздухе, у нас ведь с собой походный котелок и приправы разные имеются, – радостно подхватил идею Бус.

– А давай поспорим на три щелбана, что этот пришлый малый наловит больше нашего графа? – шепнул ему на ухо Пари.

– Да ну тебя! – помотал головой Бус. – Я зарекся с тобой спорить! После твоих щелбанов голова потом три часа гудит! Лучше давай костром займемся.

– А мы что, уже никуда не спешим? – робко поинтересовалась Стелла, но опустив взгляд на свои мокрые бриджи и сапожки, сама же и ответила. – Хотя да, собственно куда нам спешить… И уха – это здорово. И обсушиться нам не помешает…

– Тогда решено! – командирским тоном изрек графкэт. – Делаем привал. Нам действительно желательно просушить одежду и дождаться наших собак. Они ведь обязательно будут нас разыскивать. Значит, так. Вы, Парибусы, шуруйте в лес за хворостом, а мы с викотом займемся ловлей рыбы. А ты, госпожа котолюбка, переоденься в сухое, а то еще ненароком простынешь.

Уже минут через десять, после очередного заброса серебристой блесны, Костра вытащил на берег трепещущего радужного окуня размером с локоть и победоносно глянул на Шуршунчика, пока остающегося без улова.

– Что, викот, один ноль в мою пользу?

– Еще не вечер, граф, – ответил Шуршунчик и буквально через пару минут, затрещав катушкой, с трудом вытянул на песок немалых размеров пятнистую щуку.

– Неплохо, неплохо, – прокомментировал его успех Костра. – Даже дилетантам случается везет…

Через час в котелке, подвешенным над сложенным шалашиком горящим валежником, уже закипала ароматно пахнущая уха, а на воткнутых рядом в песок сучковатых палках подсыхали вещи путешественников. Механики-водители Пари и Бус приводили в порядок котобус, выволоченный совместными усилиями из озера. А Стелла, переодевшись в одежду, в которой прибыла в Терракоту, и достав из рюкзака смартфон, исподтишка фотографировала своих новых знакомых. – Блин, аккумулятор практическисел… – она со вздохом снова упаковала мобильный телефон в рюкзак.

Шуршунчик с любопытством наблюдал за ней. Особого его внимания удостоились ее джинсы, изощренно порванные на коленках. Подойдя поближе, он робко поинтересовался:

– Госпожа, я могу вас о чем-то спросить?

– Конечно, – улыбнулась девочка. – Только, пожалуйста, хоть ты не называй меня госпожой. Обращайся ко мне по имени и на ты, ладно?

– Хорошо, – расплылся в ответной улыбке викот.

– Так о чем ты хотел меня спросить?

– Откуда у тебя эти дырки на штанах? Ты лазила на коленках по острым камням, дралась с пещерным котом или продиралась через колючие заросли?

– Ну что ты! – засмеялась девочка. – Это просто мода такая!

– Мода? Это что, какое-то зубастое животное?

– Да нет же! – захохотала Стелла. – Хотя мода действительно иногда кусается! Ценами! Но вообще-то мода – это когда какую-то одежду нравится носить многим. Модно – значит классно, струево, офигенно!

– Некоторые твои слова звучат мудрено… – покрутил головой викот. – Но я правильно понял? Вы специально дырявите совершенно целые новые штаны, потому что это, как ты говоришь, модно?

– Ну да!

– Я уже успел побывать в разных мирах, чего только не видал… Но с таким экстравагантным непрактичным отношением к собственной одежде никогда не сталкивался… – изумленно вздернул кончики усов Шуршунчик.

– А это еще что за явление котообразных народу? – Костра привстал, разглядывая приближающуюся к месту привала группу из шести серых котов в темно-серых плащах-накидках с накинутыми на головы капюшонами, в серых матерчатых масках, закрывающих нижнюю часть морды, в высоких черных кожаных сапогах, заляпанных грязью, и со стальными трезубцами в лапах.

– Странные они какие-то… – заметил викот.

– Это не они часом шептались по поводу засады в баре? – поинтересовался у него графкэт.

– Честно говоря, не могу так утверждать. Чем-то похожи… Однако не уверен, – приглядевшись, ответил Шуршунчик. – Но и у этих вид какой-то недружелюбный…

– Сейчас выясним, кто такие, – пробурчал графкэт, накидывая на плечи синюю накидку с золотистым вензелем и выступая вперед.

Из группы подошедших навстречу к нему выдвинулся их предводитель с черной повязкой на предплечье.

– Кто такие? Почему без разрешения ловите рыбу в нашем заповедном водоеме и устраиваете костры на берегу? – грозно вопросил он, пристукнув о песок длинным деревянным черенком трезубца.

– Что за чушь ты городишь? – возмущенно фыркнул Костра. – В Кэтляндии никаких разрешений на это не требуется! Кто вы такие?

– Мы патруль вольного города Серограда!

– Да тут поблизости кроме небольшого селения болотных котов никогда ничего не было. Тем более вольного города! – возразил Странник.

– Теперь есть и будет! – гаркнул предводитель. – Мы отделились от королевства и живем по нашим собственным правилам и законам. А вы их нарушили и будете отвечать за это! Обезоружить их! – повернул он голову к стоящим за ним подручным.

– Я кот по особым поручениям короля – графкэт СтранникУс! – грозно рявкнул Костра. – А как твое имя, простокот?!

– Не пугай меня своим королем! – повысил голос предводитель. – Мы признаем над собой лишь власть Великого Серого! А зовут меня Серый Пятый.

– Пятый? – переспросила подошедшая Стелла. – А что, значит есть и серые под другими номерами?

– Конечно! В Серограде все коты пронумерованы. А ты кто такая?

– Это котолюбка! Гостья короля из мира людей! – Костра положил лапу на эфес шпаги. – Будь с ней полюбезнее!

– Гостья?! Из мира людей? Котолюбка?! – удивленно переспросил Серый Пятый, приглядываясь к рисунку кота на футболке девочки. – Надо же! Ты носишь особый знак на одежде… Серый Первый наверняка захочет с тобой побеседовать. Приглашаем тебя посетить наш город.

– Мы ее одну не отпустим, – почти в унисон заявили Костра и Шуршунчик. – Неизвестно с кем, и неизвестно куда!

– Так можете ее сопровождать. И даже при оружии, если вы в ее свите, – милостиво разрешил предводитель. – Только уверяю вас, что в нашем городе котолюбке с Серым на груди не может угрожать ничего плохого!

Глава 4

Глава 4

Сероград. Буря. Гоп-стоп.

Небольшой населенный пункт, в который в сопровождении патруля вошли путешественники, изысканной архитектурой и красотой явно не блистал. Он являл собою весьма скромное поселение вдоль единственной прямой улицы, вымощенной тесаными бревнами, обрамленными по бокам заляпанными грязью дощатыми тротуарами. По обе стороны «проспекта» виднелось два ряда однотипных деревянных домов с двускатными крышами, покрытыми высушенными стеблями тростника. В стенах, обращенных к дороге, виднелось по два мелких окошка, затянутых рыбьими пузырями. С тылу к домам примыкали унылого вида приусадебные участки – ни тебе фруктовых деревьев, ни ягодных кустов, ни огородов с овощами, ни клумб с цветами. Кругом только коротко кошенная блеклая трава.

– Любуетесь нашим Сероградом? Впечатляет , да? – горделиво спросил предводитель патруля, заметив, что путешественники оглядываются по сторонам.

– Да уж… Не без того, – хмыкнула Стелла, рассматривая высыпавших на улицу обитателей селения, одетых все в те же стандартные серые плащи и черные сапоги. Все как один они с угрюмым видом молчаливо глядели на разнаряженных путешественников.

– Тоже мне «вольный город»! – презрительно фыркнул Костра, наблюдая, как темная густая жижа проступает на стыках пружинящего под ногами бревенчатого настила. – Какое убожество! Похоже, вольно живется здесь лишь вездесущей грязи…

– Так они же на болоте построились, – заметила Стелла. – Хорошо, что мы котобус с Парибусами оставили на берегу озера, а то он здесь и провалиться мог бы…

– Да, обстановка здешняя довольно убога, – согласно кивнул Шуршунчик. – На название град этот населенный пункт явно не тянет.

– Цвайфеллос (zweifellos немец. – несомненно), – бросила Стелла и тут же недоуменно нахмурила брови. – Ой, что это я сейчас ляпнула?

– Я не понял, – ответил викот. – А что хотела сказать?

– Что ты прав. Но это за меня, похоже, какая-то субличность на немецком языке выдала… Ой, откуда я знаю, что это немецкий? Я же его не учила… Это она мне и подсказывает? Да, Костра? – Стелла повернулась к графкэту, который внимательно вглядывался в мигающие огоньки на своей магилке.

– Не иначе как, – машинально ответил тот, пряча магилку в карман. – Должен вас обрадовать. Мне только что передали, что маги почти догнали нас и скоро появятся у озера, где мы оставили котобус. Собаки тоже прибежали. Так что можно разворачиваться и возвращаться к нашему лагерю. Перекусим и двинемся дальше. Здесь все равно ничего интересного не предвидится.

– Нет, это будет невежливо, – покачала головой Стелла. – Давайте пообщаемся с местным населением, раз уж пришли сюда. О, а это явно что-то типа дома советов. – Девочка указала рукой на отличающееся большими размерами двухэтажное деревянное здание с резным крыльцом и двумя серыми матерчатыми транспарантами у входа. На одном из них крупными черными буквами было начертано – РАВЕНСТВО В СЕРОСТИ, а на другом – СЕРОСТЬ И ТРУД ВСЕ ПЕРЕТРУТ!

– Дом советов? – заинтересованно переспросил Шуршунчик. – Это место, в котором оракул отвечает на вопросы и дает советы?

– Да нет, – засмеялась Стелла. – Это я просто так брякнула. Это…

– Главный дом Серого, – перебил ее прислушивающийся к разговору предводитель патруля. – Здесь мы проводим заседания котосовета. Так что ты не ошиблась, уважаемая котолюбка. Проходи внутрь и добро пожаловать! Я представлю тебя Серому Первому.

– А мы? – разом вскинулись Костра и Шуршунчик.

– А вы пока у крыльца подождите. Вас потом, если понадобитесь, пригласят, – сурово глянул на них Серый Пятый.

– Э, нет! – возмутился графкэт. – Так не пойдет! Я гостью короля одну не оставлю! Я за ее безопасность своей честью и жизнью отвечаю!

– И я! – тут же вставил свои пять копеек викот.

– А я обязан оберегать Серого Первого! – нахмурился предводитель патруля. – Без его разрешения я вас и на порог дома не пущу!

– Тогда и госпожа котолюбка туда не пойдет! – рассержено рявкнул Костра.

– Да ладно вам, – вмешалась в спор Стелла. – Не кипишуйте! Я сама в состоянии за себя постоять, если что. – Не дав спорщикам опомниться, она вприпрыжку вознеслась по чуть скрипнувшим ступенькам и, распахнув дверь, ворвалась внутрь.

Энергично ступая по некрашеным сосновым половицам, Стелла приблизилась к пожилому серому коту в темно-серой хламиде, сидящему на высоком стуле за гладко струганым деревянным столом.

– Что привело тебя ко мне, чужеземка? – вопросил тот, приподняв голову.

– Серый Первый! – в дверях показался взволнованный предводитель патруля, за спиной которого тут же замаячили фигуры не менее взволнованных графкэта и викота. – Это котолюбка из мира людей… А эти, которые с ней…

– Да, а он… – начал в свою очередь объяснять Костра.

– Умолкните, – тихо, но настолько внушительно произнес Серый Первый, что в комнате тут же воцарилась тишина. – Не мешайте нам, – продолжил он, пристально разглядывая гостью. – На тебе знак Великого Серого. Это он послал тебя к нам!

– Никто меня к вам не посылал! Мы с друзьями просто путешествуем. И здесь оказались совершенно случайно. Но у меня, глядя на ваш город, возникло несколько вопросов. Ты можешь ответить мне на них?

– Это не может быть случайностью… Случайностей в этом мире нет. Есть только непонятые непосвященными закономерности. Ибо все свершается по законам и воле Великого Серого. Потому я, конечно, постараюсь дать ответы на твои вопросы. Спрашивай.

– Почему у вас тут все так уныло? Ни деревьев, ни растений цветущих… Ни радости, ни улыбок на лицах местных жителей. И одежда у всех только серого и черного цвета…

– Серый окрас радует глаз, – сурово произнес Серый Первый. – И гармонизирует. Зачем нам расшитые золотом наряды? Чем больше на одежде позолоты, тем меньше о других в душе заботы!

– Да я же не говорю о позолоте. Почему никто не носит просто более яркую и красивую одежду? Есть же и другие фасоны, и более привлекательные цвета: красный, синий, желтый…

– Не серохульствуй! – перебил девочку кот. – В простоте и единообразии – справедливость! Даже просто разные цвета и отличия в одежде могут породить крамольные мысли в головах. И тогда один может захотеть отличаться от другого и даже возжелать возвыситься над ним. А это недопустимо! Равенство в серости. Серость – великий уравнитель!

– А глупость – еще более великий, – тихо пробормотал викот. Стоящий рядом Костра одобрительно хлопнул его по плечу.

Произнесенные Шуршунчиком слова, видимо, донеслись и до ушей Серого Первого, так как его глаза блеснули стальным отливом, а в голосе появились холодные нотки. – Только просвещенный кот может понять настоящую цену серости! Это не каждому дано.

– Ну если не каждому, так может и не нужно заставлять всех подряд стричься под одну гребенку, – хмыкнула Стелла.

– Стричься? Под гребенку? Непонятно говоришь… Но вообще-то у нас никто никого не принуждает! Учение серости ни к чему принудительно не обязывает. Все, познавшие волю Великого Серого, добровольно и охотно ей подчиняются.

– Голодные мышки кололись и плакали, но продолжали «охотно» жевать кактус, – насмешливо сощурила глаза девочка.

– Что за кактус и кто такие мышки? – не смог сдержать любопытства викот.

– Кактус – мясистое растение с острыми иголками. А мышки – маленькие серые животные. У нас их кошки любят ловить, – пояснила Стелла.

– А зачем? – в свою очередь не удержался от вопроса Костра. – Это игра такая?

– Ну да, – ответила девочка. – В кошки-мышки…

– А на что играют? На деньги, или на что-то другое? – продолжил допытываться графкэт.

– На жизнь.

– Это как? – снова встрял в разговор викот.

– Ну, если кошка поймает мышку, то может ее съесть.

– То есть приготовить из нее еду? На огне? Или другим способом? – проявил гастрономическую заинтересованность Костра.

– Да обычно просто так едят, – хмыкнула Стелла. – Сырыми… С шестью и с хвостиками…

– Какая дикость… – округлились глаза викота. – Неужели и коты у вас так делают?!

– И они тоже… – подтвердила девочка.

– Кошмар! – ужаснулся графкэт.

– Пожирать серое существо… Еще и живьем! – осуждающе покачал головой до поры до времени молчавший Серый Первый. – Но ты же, я надеюсь, так не поступаешь?

– Я?! – Ресницы Стеллы негодующе взметнулись вверх. – Конечно нет! Я же человек. Я мышей не ем. Ни в каком виде. Ни в сыром, ни в жареном, ни в вареном.

– Это радует, – смягчилось выражение морды кота. – Выходит ты гуманна и достаточно развита. А значит способна познать учение Великого Серого.

– И в чем же оно заключается?

– Если кратно, то в том, что все коты должны неукоснительно придерживаться принципов, провозглашенных нашим духовным учителем.

– Каких именно?

– Главный из них гласит: «Кто не работает, тот не ест». Это значит, что каждый кот должен добросовестно трудиться на благо котообщества и личным трудом приумножать общее благосостояние.

Другое правило: «Один за всех и все за одного». В соответствии с которым каждый должен помогать каждому. Даже если это сопряжено с определенными трудностями.

И еще важно: «Свобода – это осознанное подчинение решениям большинства». То есть общее благо всегда имеет приоритет над личными интересами. Каждый кот должен проявлять скромность и не стремиться к излишествам. Простота – жизни красота. Это, так сказать, основные постулаты, – заключил Серый Первый.

– Да это же голимая уравниловка со сплошными ограничениями и обязанностями, – хмыкнула Стелла. – А кто-то утверждал, что никто никого ни к чему не принуждает… Что-то это мне напоминает из нашей недавней истории…

– Какой истории? Интересной? – встрепенулся Шуршунчик. – Расскажешь?

– Я вообще-то имела в виду историю страны, в которой живу… Но об этом потом.

– А сейчас меня интересует, кто такой Великий Серый… – обратилась Стелла к сидящему за столом коту. – Он живет среди вас?

– Он живет в наших сердцах и душах!

– Но его можно увидеть и услышать?

– Да. Но для этого нужно в состоянии абсолютного душевного покоя закрыть глаза и воззвать к нему. Если сердце взывающего умиротворено, а душа благочестива, то Великий Серый может явить милость лицезреть его образ и слышать голос… Однако не каждый удостаивается такой чести. Это еще следует заслужить. Пока это дано только мне.

– Кто бы сомневался, – хмыкнула Стелла. – Закрыть глаза… А уши затыкать не нужно?

– И это не помешает, – кивнул Серый Первый. – Чтобы посторонние звуки не отвлекали.

– Мне кажется, что несколько глотков отвара из грибов мухоморов тоже могли бы поспособствовать установлению такого контакта, – саркастично заметила девочка.

– Откуда ты это знаешь?! – изумленно прошептал кот. – Этот секрет только мне был поведан… Или ты маг?

– Я нет, – отрицательно мотнула головой Стелла. – А среди вас маги есть?

– Нет! Магия у нас под запретом.

– Значит и мамокотов у вас быть не может… А как же тогда потомство появляется? Что, кроме котов и кошки есть?

– А вот это с посторонними не обсуждается, – нахмурился Серый Первый. – Поживете у нас какое-то время, примете наше учение и порядки, может и узнаете больше. А пока достаточно расспросов.

– Ну тогда нам здесь больше и оставаться незачем, – Стелла повернулась к своим спутникам. – Уходим.

– Ну уж нет! – встал из-за стола кот. – Пока мы не убедимся, что вы пришли сюда не со злым умыслом, никуда вы не денетесь. Серый Пятый! Позови патруль и задержи их!

– А ну стоять! – неожиданно выкрикнул выскочивший на середину комнаты викот. Он громко хлопнул в ладоши, слегка развел их в стороны и между ними с шипением вспыхнул столбик яркого голубовато-красного пламени. – А вот я маг! И если вы попробуете нас задержать, то спалю дотла и этот ваш дом советов, и вас вместе с ним!

– Идем, госпожа! – успевший обнажить шпагу Костра подскочил к девочке и, прикрывая ее своим телом, быстрым шагом повел к выходу.

Ошалевшие Серый Первый и Серый Пятый замерли и осмелились только на то, чтобы проводить испуганными взглядами отважную троицу, стремительно скрывшуюся за гулко хлопнувшей дверью.

***

Усевшись в кружок у непогашенного костра, путешественники молча гремели ложками в деревянных мисках, с аппетитом поглощая пахнущую дымком подогретую на огне уху.

– Как вкусно! Хорошо, что вы с Бусом все не съели. И нас дождались, – сказала Стелла, поворачиваясь к Пари.

– Мы, конечно, любители плотно покушать, но не жадины- говядины. О товарищах не забываем, – ответил тот. – Давай добавку положу.

– Нет, больше не могу, – отказалась девочка. – Объелась. Даже языком уже шевелить трудно.

– А я хотел тебя расспросить, – огорчился викот. – Не беспокоил, все ждал пока наешься…

– Умение молчаливо наслаждаться вкусной едой не менее важно, чем умение терпеливо и спокойно игнорировать пустопорожнюю болтовню окружающих, – нравоучительно заметил графкэт, отправляя в рот очередной кусок вареного щучьего мяса.

– Да ладно. Когда середка полна, поболтать иногда тоже не помешает, – усмехнулась Стелла.

– Значит, можно? Да? – обрадованный Шуршунчик подсел к ней поближе.

– Валяй! – отставила в сторону пустую миску девочка.

– Кого валять? И зачем? – глазки викота недоуменно расширились.

– Не парься. Это просто выражение такое. Что именно тебя интересует?

– Ты в разговоре с Серым Первым как-то неодобрительно отозвалась о порядках в Серограде, сославшись при этом на какую-то историю своей страны. Ты что, вообще отрицаешь идею равенства? Но ведь это же справедливо и хорошо, когда все равны, совместно трудятся и помогают друг другу. Разве не так?

– Хм, – задумалась Стелла. – На первый взгляд это действительно замечательно… Но только в теории. А вот на практике – не всегда и не совсем…

– Почему?

– Знаешь… Я как-то засунула нос в одну книгу из папиной библиотеки. Написал ее довольно давно русский философ Николай Бердяев. Многое в ней мне показалось чересчур заумным и непонятным, но кое-что все же запомнилось. Там в частности говорилось, что в обществе достичь равенства можно лишь насилием, причем, как утверждал автор, это всегда будет выравнивание по «нижнему уровню». Что уравнять бедного с богатым можно лишь отняв у богатого его богатство. Уравнять слабого с сильным можно лишь отняв у сильного его силу. А уравнять глупого с умным можно лишь превратив ум из достоинства в недостаток.

С интересом внимающий ее словам Костра, застыл с поднесенной ко рту ложкой.

– И вывод этот писатель делает такой: «Общество всеобщего равенства – это общество бедных, слабых и глупых, основанное на насилии».

– Верно! – одобрительно заметил графкэт, откладывая миску. – Не знаю как там у людей, а среди котов равенства как такового быть просто не может! Так как происхождение и способности у всех разные. И положение в котообществе соответственно тоже. К тому же…

Оглушительный раскат грома не дал ему высказаться до конца. Костра глянул на потемневшее небо и встал на ноги.

– Кажется не слабый дождь намечается, – обеспокоенно проговорил он.

Отдыхавшие на траве сытые псы тоже приподнялись и, вытянув вверх узкие морды, встревоженно заворчали.

– Я бы предположил, что судя по форме и цвету надвигающихся туч, следует ожидать сильную бурю или даже ураган, – не замедлил сказать свое веское слово Шуршунчик.

– Собачки тоже непогоду чуют, – нахмурилась Стелла. – А нам кроме как в котобусе и укрыться тут больше негде…

– Что да, то да, – кивнул Бус. – Хорошо, что машина наша надежная и вместительная. Правда, если собак внутрь запустить, тесновато покажется…

– Ничего, в тесноте, да не в обиде, – махнул лапой Костра. – А вообще давайте по-быстрому собираться, пока не хлынуло.

Путешественники едва успели свернуть лагерь и забраться в котобус, как началось настоящее светопреставление.

Буря, грозно завывая, начала свой бешеный танец. Сила и направление ветра все время менялись. Ливень то косыми струями отчаянно лупил по окнам, то потоками воды с грохотом обрушивался на крышу механической кареты.

– Вода котел залила! – обернулся к сидящим сзади Пари. – Мы пока не сможем двигаться. Придется пережидать непогоду.

– Ой! – невольно вскрикнула Стелла, когда ей на шею попала проскользнувшая в салон струйка холодной воды. – Это же уже не дождь, а настоящий водопад! Нужно срочно что-то предпринять! А то как бы нам вплавь не пришлось выбираться. Костра, нас же должны были сопровождать маги. Может, вызовешь их на помощь?

– Да я уже пытался связаться с ними по магилке, но не получается. Наверное, из-за бури…

– Шуршунчик, ты же тоже маг! – Стелла с надеждой во взоре глянула на викота. – Сделай, пожалуйста, что-нибудь!

– Да, давай, давай! Прояви свои способности, – поддержал призыв Костра.

– Давай, давай… – нахмурился викот. – Команды раздавать легко, делать сложнее. Я же не маг природных стихий. Я изучаю прикладную магию. Предметную…

– Изучаешь? – переспросил графкэт. – Так ты что, еще учишься?!

– Ну да… – слегка смутился Шуршунчик. – В Магиуни.

– Где? – не поняла Стелла.

– В магическом университете…

– Так ты что, студент? – спросила Стелла.

– Ну да. Студиус…

– Студент! Недоучка, что ли? – фыркнул Костра. – А загибал нам баки, что настоящий маг!

– Да я уже последний курс заканчиваю! Через полгода выпуск. Только преддипломную практику завершить и диплом защитить осталось. Считай практически дипломированный маг.

– Ну тогда вытащи нас отсюда, – попросила девочка, успокаивающе поглаживая мокрые головы прижимающихся к ней собак. – Озеро похоже из берегов вышло. Вода уже по дну котобуса плещется, скоро до колен достанет!

– Даже не знаю… – хмуро призадумался, но через мгновение просиял викот. – Есть идея!

Он достал из кармана камзола синий бумажный пакетик, вынул из него высушенный рыбий пузырь и, что-то тихо пробормотав, энергично растер его между лапками.

Котобус вздрогнул, зашатался из стороны в сторону и стронулся с места.

– Мы что, поехали? – встрепенулся Пари.

– Поплыли, – ответил Шуршунчик. – Я придал нашему транспортному средству свойства плавучести.

– А оно нам надо? – не замедлил проявить некоторое недовольство Костра. – Это же неизвестно, куда нас теперь вода потащит и притащит!

– А не все ли равно, – махнула рукой Стелла. – Главное, что уже не тонем и двигаемся. Куда-нибудь да приплывем.

***

– Однако нас далеко от озера снесло… А вот большая вода к счастью быстро сошла, – заметил Бус, глядя на грунтовую лесную дорогу, петляющую среди деревьев. – Все еще моросит, а луж уже почти не видно.

– Потому, что в лесу почва песчаная. Это даже таким, буснутым на всю голову как ты, должно быть понятно, – хохотнул Пари, на миг отвлекшийся от управления транспортным средством.

– Ты лучше вперед смотри, умник, – огрызнулся Бус. – А то ненароком в яму какую-нибудь зарулишь.

– А буря эта странная какой-то была… Налетела внезапно и как будто море с неба на нас обрушилось… На раз утонуть могли. Ведь потом нас так крутить начало, как будто мы в бурлящей реке очутились, – Стелла повернулась к Шуршунчику. – Хорошо, что ты догадался пошаманить.

– Пошаманить? – переспросил викот.

– Ну да. Ты же поколдовал, чтобы котобус мог плыть.

– Я магичил.

– Мама моя говорит в таких случаях – шаманить.

– А почему она так говорит?

– У нас там, откуда я прибыла, встречаются на дальнем севере шаманы и шаманки. Это такие люди, которые могут общаться с духами и творить разные чудеса.

– Твоя мама шаманка?! – встрял в разговор Костра.

– Нет, конечно, – покачала головой Стелла. – Просто она иногда ворожит, когда хочет, чтобы какое-то ее желание исполнилось.

– И получается?

– Зачастую, да…

– Значит у нее точно есть какие-то магические способности, – уверенным тоном произнес викот. – И у тебя тоже, судя по всему… Мы с тобой это обязательно проверим, когда никто мешать не будет.

– А кто это тебе тут мешает? – сощурил глазки графкэт. – А, мелкий?

– Некоторые крупные дворовые коты с непропорционально малым объемом мозга, – не промедлил с ответным выпадом Шуршунчик.

– Да перестаньте вы снова хвостами мериться! – одернула попутчиков Стелла. – Кстати, Костра, у тебя получилось связаться с магами, которые должны нас сопровождать?

– Нет, – нахмурился графкэт. – Они же обещали появиться у озера, но видимо буря помешала им прибыть вовремя. А потом и вовсе связь пропала.

– Странно все это… – задумалась девочка.

– Эй, Бус. А спорим, что у меня острее взор, чем у тебя? – вкрадчиво произнес Пари.

– Спорь, спорь, да камзол не проспорь, – хохотнул Бус. – Если ты о том большом бревне, что вдалеке поперек дороги лежит, так я уже давно его углядел. Похоже, что объехать не получится. Придется убирать.

Котобус, немного не доехав до перегородившего дорогу массивного ствола с игольчатыми ветками, затормозил и замер с тарахтящим двигателем. Из-за растущих рядом разлапистых елей к нему с разных сторон почти одновременно подскочили шесть непонятного окраса котов в темно-зеленых накидках и такого же цвета масках на всю морду.

– Доброго вам здоровячка, долгожданные попадальщики! Спешим вас обрадовать! Вы попали на денежки! Выходите облегчаться! – размахивая не то ржавой саблей, не то уродливым серпом, громко и визгливо завопил один из них в нахлобученном на голову венке из свежих дубовых листьев.

Костра распахнул дверь котобуса и спрыгнул на землю, не замедлив еще в прыжке достать из ножен свой грозный походный палаш. Его примеру тут же последовал викот, задиристо выкрикнув свое коронное «Шахендрапес!» и встав рядом с графкэтом с обнаженной шпагой.

Стелла тоже выбралась наружу и приняла привычную боевую стойку из арсенала киокушинкай – сжатые в кулаки руки на уровне груди.

Из кабины транспортного средства вслед за ней дружно вывалились братья Парибус с прихваченными впопыхах разводным ключом и топором.

Из раскрытой двери на дорогу с грозным рычанием выскочили собаки, но по упреждающему знаку графкэта притихли и с оскаленными мордами застыли за его спиной.

– Эээ! Стоп, стоп, стоп! Вы что, с дуба рухнули?! – возмущенно заголосил кот в венке. – Оружие применять намерены?! Защищаться? А, может, еще и нападать?! Зверей на честных разбойников натравливать? Это же грубое нарушение правил стоп-копа! Тьфу, кот-стопа! Нет, как-то иначе… Вечно я после пары стаканчиков валерианового джина теряю голову, или память, или память в голове… Может, все же – гоп-стопа? – обратился он за уточнением к своим сообщникам, окружившим котобус.

– Верно! Гоп-стопа! – в разнобой рявкнули те в ответ. – Защищаться не по правилам! Это правильно!

– Вот! – получив солидарную поддержку соратников, снова завопил кот. – Мы говорим «Гоп», вы делаете «Стоп», по-быстрому выворачиваете карманы и отдаете кошельки. И никакого сопротивления! Такое правило! Это же гоп-стоп!

– Это как?! – лихо вздернул кончики усов Костра. – Просто взять, и ни с того, ни с сего, сдаться без боя?!

– Конечно! – подтвердил кот с дубовыми листьями на голове. – А как иначе? Защищаться нельзя. Никаких насильственных действий! Ведь так нас ненароком и поранить можно!

– Ну и нахальные разбойнички нынче пошли! Интересно кошки пляшут! – возмутился графкэт.

– Вот именно, что кошки! – сердито запыхтел кот в венке. – Мы кошки, в отличие от вас котов, существа нежные и ранимые! Нас острыми предметами колоть нельзя! Ведь так не то что поранить, даже убить можно! А у нас детки малые – котятки наши ненаглядные… Кто о них тогда позаботится? Не вы же, коты-ездуны?!

– Это почему ездуны?! – обиделся Костра.

– Да потому, что только и знаете, что бестолку ездить туда-сюда и сюда-туда… Еще и при тощих кошельках и с мелочью в карманах. Да и по ушам частенько стараетесь проехаться почем зря вместо реальной материальной помощи.

– Я извиняюсь, мы сражаться то будем или просто ограничимся спонтанно возникшими дебатами? – вмешавшись, Шуршунчик попытался предельно вежливо и конструктивно выяснить перспективы развития ситуации.

– Да, погоди ты, – отмахнулся от него Костра. – Тут важнейшие переговоры намечаются… Это же не какие-то там оборванцы коты, а как-никак кошки! Осознаешь разницу? Въезжай в ситуацию, студент! – Костра, отвернувшись от викота и сменив выражение на морде с поучающего на слегка заискивающее, снова обратился к разбойнице.

– Как вас зовут, прелестная воительница?

– Кэтти… – слегка засмущалась та, опуская свое оружие острием книзу и игриво потряхивая зеленым убранством на голове. – А вас?

– Разрешите представиться! Кэтпэр королевства Кэтляндия, графкэт Кот СтранникУс, – убрав палаш в ножны и приподняв шляпу, церемонно расшаркался Костра.

– А ты брутальный котик… – сняв маску, заулыбалась Кэтти. – Предполагаю, что знакомство с тобой может стать захватывающим приключением…

– О, мы уже на ты! Дело быстро идет к сближению позиций. Надеюсь, вы этим не будете разочарованы…

– Ах, опыт – сын ошибок трудных, подсказывает: чтобы не разочаровываться в новых знакомых, лучше изначально ими не очаровываться. Но очаровывать можно, это не возбраняется! – завлекающе закатила глазки Кэтти.

– И даже приветствуется… – промурлыкал графкэт с приторно- сладострастным выражением на морде.

– Похоже в графе явно начала доминировать субличность ловеласа… – тихо заметила Стелла.

– А я викот де Шуршуньон, – не преминул заявить о себе не пожелавший долго оставаться в забвении Шуршунчик. – Позвольте…

– А не позволим, – оборвал его Костра, отодвигая свободной лапой в сторону и сердито бормоча ему на ухо: – Ну что ты встреваешь? Тут такой уникальный случай подвернулся – кошечка натуральная, да еще подшофе… Уразумел? Тогда, будь добр, скройся в моей тени.

– В такой обстановке тень твою увидеть практически невозможно, – старательно покрутив головой вниз и вверх, вполне аргументированно возразил Шуршунчик. – Лучи солнца не могут пробиться сквозь ветки елей и затянувшие небо густые слоисто-дождевые облака, для которых, кстати, очень характерны обложные осадки. Так что…

– Нишкни, студент! – зашипел Костра. – Я же тебя не как натуралиста-синоптика попросил, а как возможного друга. Тени, видите ли, он не видит… А пять других кошек, которые обалдело застыли в сторонке и тупо мокнут под дождем, видишь?

– Само собой, они же в пределах прямой видимости.

– Прекрасно! Ну тогда не путайся под ногами, а лучше пойди и склей какую-нибудь из них.

– Склеить? А зачем? – удивился викот. – Что, здешние кошки имеют тенденцию расклеиваться из-за повышенного содержания влаги в воздухе? Как интересно… А знаешь, вообще-то непонятно еще, кошки это или нет… В этаких балахонах с масками и не разобрать.

– А ты вот не поленись – пойди и проверь! – почти сорвался на крик графкэт.

– Ладно, без проблем, – пожал плечиками Шуршунчик, пряча шпагу в ножны.

– А вы что, граф, обычно ведете разгульный образ жизни? И оргиями не пренебрегаете? – Кэтти кокетливо стрельнула желтоватыми глазками в сторону Костры.

– Откуда такие скоропалительные выводы? – ошарашенно спросил тот.

– Да ваше упоминание о пляшущих кошках заставило заподозрить…

– Ну что вы, это просто к слову пришлось, – начал суетливо оправдываться графкэт. – Как говорит госпожа котолюбка, образное выражение. А я бы сказал – присказка.

– А сказка, значит, впереди? – решив наконец-то тоже поучаствовать в разговоре, выступила вперед Стелла. – Вопрос только какая – добрая или злая?

– Конечно, добрая, – обратив внимание на девочку, с искренней уверенностью в благоприятном исходе гоп-стопной акции изрекла Кэтти. – Ты ведь фея? Да?

– В каком-то смысле – да, – хмыкнула Стелла. – Когда сильно достают, могу так зафеячить, что слабо не покажется.

– Вот это по-нашему! – одобрительно заметила разбойница-кошка. – Уважаю! Прошу к нашему шалашу.

Глава 5

Глава 5

Амазони. Шпикот? Введение в основы магии. Афрофаги.

Солнце, неторопясь, клонилось к закату, в воздухе становилось все прохладнее и прохладнее. Трое пассажиров котобуса, сидящих у костра, все как один осторожно тянули кончики походных сапог поближе к горящим веткам.

– А что, Парибус уже спят? – Стелла повернула голову к графкэту.

– Естественно. Они у нас любители поесть и поспать… Сложные материи им неинтересны… Впрочем, как и прочим простокотам, за редкими исключениями.

– А тебе интересны? – покосился на Костру викот.

– Мне обычно да… – буркнул граф.

– И не только сложные, и не только материи, – насмешливо фыркнула Стелла. – Мне показалось, что сегодня тебя вначале весьма заинтересовали лесные разбойницы… Особенно Кэтти. Правда, когда мы заявились к ним в гости, ты как-то быстро охладел…

– Естественно. Это же оказались амазони.

– Амазонки, что ли? – переспросила Стелла. – У нас такие племена были когда-то, состоящие исключительно из воительниц-женщин.

– Нет. Это же не натуральные кошки, а одичавшие мамокоты – амазони. Которые колесят в своих фургонах-кибитках с вечно голодными и галдящими как воронята многочисленными котятами… Котов в свой табор не принимают, а устраивают на них у дорог засады и при случае пытаются ограбить. Слышал об этом раньше, но первый раз с ними лично только сегодня столкнулся.

– Они же не от хорошей жизни так поступают. Ты же своими глазами видел, в какой нищете они живут…

– А кто в этом виноват? Сами… Нарушили закон, не отдали котят в интернаты, сбежали в леса и степи. И ведут противоестественный образ жизни.

– Вообще-то можно сказать, что их к этому вынудили… Да и котят их как-то жалко… Они то чем провинились? – нахмурилась Стелла.

– Да, – поддержал ее Шуршунчик. – Я им почти все свои запасы конфет раздал… Не сдержался, когда начали толпой клянчить: «Дядя кот, дай еще сладышку! Дай, дай!» Тяжело было отказать…

– Да я сам так карманы свои от мелочи опустошил, – неохотно признался графкэт.

– А у меня ни сладостей, ни денег не было… Я им отдала камзол, который мне для королевского бала пошили. Так они сразу стали отдирать от него камни-самоцветы, а потом драться за них…

– О темпора, о морес! – покачал головой Костра.

– Что ты сказал? – не поняла Стелла.

– Да это на старолатинике крылатое выражение. Значит: «О времена, о нравы!»

– Да, нравы те еще, – согласилась девочка. – Я вообще понять не могу, зачем нужно было насильно навязывать отступление от естественного пути продолжения рода и использовать для этого какую-то мамокотную магию…

– Вот именно! А что естественно, то не безобразно, – поддержал ее викот.

– Так то оно так, но в данном вопросе возобладал государственный интерес.

– И в чем же он заключается? – хмыкнула Стелла. – Отбирать детей сразу после рождения? Воспитывать их без семьи, без родительской заботы и ласки?

– Интерес звучит примерно так: «Отвязка – залог привязки», – пояснил графкэт. – Когда сразу отделяешь котят и помещаешь их в интернаты, они быстро к этому привыкают и до совершеннолетия воспитываются в изоляции как дети всего государства, которому потом и будут привязанно, то есть преданно служить, не отвлекаясь на личные отношения.

– Государству служить или королю, его особо знатным приближенным и магам? – саркастично хмыкнула Стелла.

– А король с котознатью и магами и есть государство! – суровым тоном провозгласил Костра.

– Когда-то у нас во Франции король Людовик, не помню точно какой по счету, тоже заявлял, что государство это он. О! Субличность моя подсказала, что это был Людовик Четырнадцатый.

– И что с ним потом стало? – проявил любопытство Щуршунчик.

– Да ничего особенного… Правил относительно долго и успешно. А вот жившему позднее Людовику Шестнадцатому отрубили голову.

– Королю?! Как? – изумился Костра.

– На гильотине.

– На чем? – не понял графкэт.

– Да на гильотине. Это такое механическое приспособление для отрубания головы.

– Ну надо же… А что просто большим острым топором это нельзя сделать?

– Да можно, наверное. Но видимо для удобства придумали такой способ…

– Ничего себе удобство! Без головы оказаться, – вставил свой комментарий молчавший до этого Шуршунчик.

– Да кто вообще осмелился короля головы лишить? – продолжил изумляться Костра.

– Восставший простой народ, – ответила Стелла. – У нас такое не единожды бывало…

– А у нас такое абсолютно невозможно! Порядок есть порядок! Король, котознать и маги строго держат простокотов в послушании. Пусть бы кто-то из них только попробовал покуситься на жизнь монарха… Сам остался бы и без головы, и без лап! Или на костре сгорел!

– Да у вас тут, блин, просто голимая монархическая деспотия! – осуждающе покачала головой гостья из мира людей. – И с мамокотами вы все-таки явно перегнули палку…

– Какую такую палку?

– Да никакую. Абстрактную. Воображаемую.

– А… Опять образное выражение?

– Ну да. Так говорят, когда кто-то перестарался, и тем самым сделал только хуже.

– Понятно… Типа хотел лишь погнуть палку, а вместо этого сломал ее. Остроумно… Надо будет запомнить это выражение и при случае блеснуть эрудицией. Ну а если по сути сказанного… Может ты в чем-то и права… Хотя вообще-то так обстоит дело преимущественно в Кэтбурге и Кэтляндии. В иных странах и городах бывает по другому, – одновременно как бы и согласился, и возразил графкэт.

– А кстати… У меня еще касательно накопителей магии имеется к тебе вопрос, – вспомнила вдруг Стелла. – Как я поняла, за еду и одежду коты приходят к ним и делятся своей биоэнергией. Это так?

– Да, магобиоэнергией, – подтвердил Костра.

– А это не вредит их здоровью?

– На состояние здоровья это как бы напрямую не влияет…

– Как бы? – вздернула одну бровь девочка.

– Ну да… – слегка смутился граф. – Просто отражается на продолжительности жизни.

– То есть? – нахмурилась Стелла.

– Простокоты, которые регулярно являются к накопителям, стареют раньше.

– И какова в среднем продолжительность их жизни?

– Обычно доживают до двадцати пяти – тридцати лет.

– А представители котознати, которые к накопителям не ходят?

– До сорока пяти – пятидесяти, если не погибают раньше в сражениях или от несчастных случаев.

– Вот как… Это же несправедливо. Явная дискриминация, – покачала головой Стелла.

– Отчасти согласен, но такова объективная реальность… Я же уже говорил, что равенство – это иллюзия. Да и ты Стелла тоже об этом упоминала. Ведь так? – Костра взглянул на девочку.

– Так то оно так, – вдруг вмешался в разговор молчавший до этого викот. – Но нужно хотя бы стараться выравнивать подходы к удовлетворению базовых потребностей населения страны и избегать чрезмерного его угнетения…

– Это кто вообще изрек? – удивленно уставился на него Костра. – Недоучка Студиус?

– Произнес я, а мыслил в данном случае за меня Мудрозор… – неохотно признался Шуршунчик.

– Кто? – не поняла Стелла.

– Мудрозор де Бур, декан в нашем Магиуни.

– Де Бур? У него что, такая же фамилия как у тебя?

– Это не фамилия, Стелла. А знатное родовое имя. Все мои близкие родственники носят такое… Мудрозор – брат моего отца.

– Твой дядя, что ли?

– Дяхон.

– Ну хорошо, дяхон так дяхон. Но как это он мог мыслить за тебя? – не удержался и поинтересовался Костра.

– Он и не такое может… Он же декан факультета магической индукции и мыслепроницательности. Очень крутой маг. Я его с самого детства уважал и всегда немного побаивался. Когда он давал разрешение на мое самостоятельное перемещение в ТерраКоту, то настоял на том, чтобы у меня с ним была устойчивая мысленная связь. Чтобы он мог воспринимать мои мысли и передавать мне свои.

– Ты что, с ним постоянно на связи?

– Не постоянно. Периодически. Когда нужно.

– Кому нужно? Чужакам? Так ты тогда шпикот! – вознегодовал графкэт.

– Кто? – не поняла Стелла.

– Шпикот, шпик, шпион. Он же фактически выведывает у нас секретные сведения и передает их в свой Магиуни! Его нужно немедленно прогнать, а еще лучше оглушить и повесить на вон том дереве! – Костра махнул лапой в сторону растущего неподалеку высокого дуба и попытался вскочить с места.

– Да угомонись ты! – Стелла схватила его за поясной ремень и насильно усадила на место. – Тоже мне выдумал! Прогнать, повесить! Может еще на опыты отдать? Или на костре сжечь, как ведьму?!

– Не знаю, кто такая ведьма, но тоже подходящий вариант, – буркнул уже немного успокоившийся, но все еще негодующий графкэт. – Хотя ты права, госпожа. Сначала нужно выяснить с какой целью он шпионит за нами.

– Да никакой я не шпион, – обиженно возразил викот. – Я прибыл сюда на преддипломную практику как прогульщик-наблюдатель. И задание у меня вполне конкретное – выяснить причину неожиданного изменения в магическом поле ТерраКоты. Ну и по возможности предотвратить катастрофу.

– Какое изменение? Какую такую катастрофу? – недоверчиво глянул на него Костра.

– Пока незначительное, но уже заметное перераспределение концентрации трансмутационной магической энергии. Что грозит всевозможными катастрофическими последствиями, вплоть до утраты этим миром способности ее продуцировать.

– Кого ее? – не поняла Стелла.

– Не кого, а чего. Трансмутационную магическую энергию.

– А что это такое?

– Ну как бы тебе попроще и покороче объяснить… – Шуршунчик на некоторое время задумался, а затем продолжил. – Попробую так, как у нас в Магиуни начинают преподавать курс теоретических основ магии… В общем так, магическая энергия бывает двух видов: пассивная и активная. Пассивная энергия природная, она создается эманацией магия – важнейшего элемента из периодической таблицы Менделея.

– Менделеева? Но в его таблице нет такого элемента как магий! Есть только магний, – возразила Стелла.

– Какого Менделеева? Таблицу составил Менделей де Бур. Великий ученый из нашего рода, один из основателей Магиуни. Он, и открыл в свое время магий, и классифицировал минералы, содержащие его. Такие как магитит, магидренит, магитист и другие. Они, кстати, входят в состав горных пород, формирующих магический фон ТерраКоты.

– Ага… – протянула гостья из мира людей. – Это как у нас на Земле породы, содержащие некоторые радиоактивные элементы, создают радиоактивный фон в конкретной местности. Да?

– Подходящая аналогия, – одобрительно заметил викот. – Так вот, кроме пассивной, есть еще активная магическая энергия. Она трансмутационная и, как правило, биологическая. То есть она используется живыми организмами для магического процесса – превращения определенных энергий или твердых материальных объектов в другие, с иными характеристиками.

– Как по писаному чешешь… Это ты сам такой умный, студент? Или тебе твой дяхон мысленно подсказывает? – вмешался в разговор Костра, ревниво наблюдавший за увлеченной разговором Стеллой.

– А тебе не все равно? – огрызнулся Шуршунчик. – Важна полезность информации, а не источник ее происхождения.

– Это еще нужно разобраться, полезная ли она. И нет ли шпикотской мути в источнике…

– Да погоди ты со своими подозрениями, Костра! – слегка повысила голос девочка. – Под живыми организмами, Шуршунчик, ты имел в виду магов что ли?

– И их, само собой, тоже.

– И кто же еще может… – Стелла, не закончив фразы, с размаху шлепнула себя ладошкой по голой шее. – Заколебали эти долбаные комары! Как солнце село, разлетались пачками! И кусаются очень больно! Вам то хорошо, у вас шерсть густая. А меня уже почти всю искусали! – Она потерла затылок и гневно взмахнула рукой. – Да чтоб вы все летучие кусучие твари синим пламени горели!

В тот же миг возле сидящих путешественников и вдали, везде, куда достигали их взгляды, невысоко над землей в воздухе на мгновение вспыхнули и дрожа погасли многочисленные голубоватые огоньки.

Викот и графкэт с изумлением и даже с некоторым страхом во взоре уставились на оглядывающуюся по сторонам Стеллу.

– Ну ты и дала жару… – благоговейно прошептал Шуршунчик.

– Ты что хочешь сказать, что это я их зажгла? – ошеломленно произнесла девочка. – А?

– Однозначно… – кивнул Шуршунчик. – В радиусе нескольких котомиль, точно… Ты же, оказывается, вербальный эмомаг. Да еще похоже и акумаг неслабый…

– Вот это да, – покачал головой Костра. – Не знаю, кто такой акумаг, но магическая сила в тебе, госпожа, невероятная. – И как я сразу не догадался… Зато теперь, кажется, понял…

– Что понял? – повернулась к нему Стелла.

– Да кое-что… Например, что явилось причиной магисмерча после прибытия тебя в ТерраКоту, откуда появилась магибомба на королевском пиру, почему пропали сопровождавшие нас боевые маги. Все дело, похоже, в тебе…

– Ты что хочешь сказать, что это я вызвала смерч? Сама подложила под стол бомбу?! И магов прогнала? Может еще и дракона попросила нас покатать по небу? И бурю вызвала?! – возмутилась Стелла.

– Не ты… Но все-таки это, по-видимому, действительно происходило из-за тебя… – внезапно поддержал графкэта Шуршунчик.

– Да вы что оба рехнулись?! – Лицо гостьи из мира людей стало наливаться румянцем.

– Ой, Стелла! Только не гневайся! – Испуганно всплеснул руками викот. – А то без нас тут останешься!

– Это еще почему? Вы что сбежите и меня саму тут бросите?

– Да нет. Хотя это был бы еще не самый худший исход… – покачал головой викот. – Пойми, ты же вербальный эмомаг высшего уровня. Ругнешься на нас в сердцах ненароком и запылаем мы с графом синим пламенем, как те комарики…

– Какой такой эмомаг? – нахмурилась девочка.

– Сильный! – воскликнул Костра.

– И даже очень, – добавил Шуршунчик.

– Да что это все значит? – продолжила хмуриться Стелла.

– Это значит, что ты такой маг, которому, чтобы произвести магические действия, достаточно просто проявить сильные эмоции и произнести несколько нужных слов, – пояснил Шуршунчик.

– Да с чего это вдруг я в мага то превратилась? Никогда им не была, ничему такому не училась, а тут раз-два и маг! Ты вот, к примеру, уже поди не один год изучаешь магию в Магиуни, а я еще пару дней назад даже понятия зеленого обо всем этом не имела.

– Да ты самоучка… – заключил викот. – И скорее всего интуит и маг по предназначению.

– По какому предназначению?

– По… – Шуршунчик резко умолк от легкого предостерегающему шлепка Костры. – Ты чего?

– Тихо… Смотрите, наши собаки насторожились. Что-то или кого-то учуяли…

***

Три охранные собаки, лежавшие на траве невдалеке от костра, приподнялись и с приглушенным рычанием медленно двинулись к растущим рядом густым кустам.

– Стоять… – негромким возгласом остановил их Костра. Вытащив из ножен свой походный палаш, он выставил его острием вперед и громко крикнул: «Кто там прячется? А ну выходи! А то собак натравлю!

– Не нужно меня травить, – из кустов показалась сначала кошачья голова с венком из листьев на голове, а затем и фигура в зеленом плаще. – Я не пряталась, а скрывалась.

– Кэтти! Ты как тут оказалась? – окликнула ее Стелла.

– Следила за нами что ли? – сердито заворчал графкэт, но палаш в ножны убрал. – Или по мою душу приперлась? Так я же тебе в таборе уже все успел высказать. Мамокоты мне по жизни неинтересны…

– Да нужен ты мне! Как снег прошлогодний. Что ты в этой жизни вообще понимаешь?! – фыркнула кошка. – Я фею предупредить пришла. Она мне нравится.

– Меня? – удивилась гостья из мира людей. – О чем?

– Да наши кошки из ночного дозора заметили, что в вашу сторону скрытно двигаются афрофаги.

– Афрофаги? – переспросила Стелла. – А кто это?

– Я знаю… – нахмурился Костра. – Их еще котоедами или котобалами называют. Мерзкие создания. Днем прячутся в пещерах, а по ночам охотятся на зазевавшихся путников.

– Зачем? – не удержался от вопроса Шуршушчик.

– Из их названия непонятно что ли? Чтобы ужин себе сварганить.

– Из котов?! – ужаснулся викот.

– Не только… – хмуро ответил Костра. – Они и кошками, и котятами, и другой крупной живностью при отсутствии котов не пренебрегают. Спасибо, Кэтти, что предупредить пришла. Но с парочкой этих тварей мы бы как-нибудь справились.

– С парочкой, может быть. Почти не сомневаюсь, – кивнула кошка. – Да, они действительно обычно только парами ходят. Но сейчас сюда их почему-то несколько десятков подтягивается, а может даже и целая сотня… Точно подсчитать не получилось. Они же все черные как ночь, а в лесу темно… И ходят бесшумно. Я опасалась, что они меня заметить могли. Потому так осторожно к вам пробиралась. Страшно в их лапы попасть. Они ведь такие огромные, косматые и злые…

– Не бойся. С нами ведь твоя любимая фея. Она, как оказалось, сильный маг. Возьмет да и спалит дотла этих котоедов, – постарался успокоить Кэтти графкэт.

– Ша, не провоцируй Стеллу! – зашикал на него викот. – Мы ведь еще достоверно не знаем ее магической емкости и потенциала. Афрофаги ведь не комары. Нескольких из них она может действительно и спалит. А если на этом исчерпается весь ее текущий запас? А поблизости накопителя магической энергии, где она могла бы подзарядиться, как я понимаю, нет? А даже, если большинство этих тварей получится запалить, и эти горящие туши начнут метаться туда-сюда среди кустов и деревьев? Это же наверняка вызовет лесной пожар. Где гарантии, что мы из него выберемся целыми и невредимыми?

– Об этом я как-то не подумал… – нехотя согласился Костра.

– И что тогда будем делать? – заволновалась Стелла.

– Думать… – ответил Шуршунчик. – Ну и советоваться. Сейчас буду мысленно связываться с Мудрозором.

– Погоди, – остановил его графкэт. – У меня, кажется, есть план…

Глава 6

Глава 6

Тайна пионеров.

Три пары глаз посмотрели на графкэта. Две из них с надеждой во взоре, а одна – с недоверием.

– Так что за план? – не задержался с вопросом собственник последней.

– Отличный! Не хуже, чем твой Мудрозор мог бы предложить, – заявил Костра, бросая косой взгляд на скептически прищурившегося викота.

– А конкретнее?

– Стелле не нужно сжигать афрофагов. Она же может просто их заморозить и превратить в ледяные глыбы. Тогда никакого пожара не будет! О, а еще лучше пусть в камни превратит! Останутся стоять тут как памятники в ее честь. Навеки!

– А ты потом устроишь на этом месте музей каменных котоедов под открытым небом и будешь организовывать сюда платные экскурсии? – С подковыркой прокомментировал предложение графа Шуршунчик. – Хочешь на чужих заслугах в которай заехать?

– Я спасти нас хочу!

– Вообще-то, как бизнес-план идея твоя на первый взгляд выглядит неплохо, – задумчиво произнес викот. – Но для нас в данный момент это совершенно бесперспективно. Может элементарно не хватить магсил.

– Чего?

– Сил магических. Я уже объяснял, что у Стеллы в самый ответственный момент может внезапно кончиться запас магической энергии. И афрофаги, оставшиеся невредимыми, не станут медлить и тут же набросятся на нас. Да и Мудрозор сейчас мысленно предупреждает, что при сильном перенапряжении организм самой магини может элементарно не выдержать и отказать. Ее магический и жизненный потенциал нам пока достоверно не известен. И к тому же она ведь еще совсем неопытная…

– А может тогда давайте просто залезем в котобус и дадим по газам? Котоеды же пешие, а мы на каком никаком, но на транспорте. Оторвемся. Так ведь? – С надеждой в голосе спросила Стелла.

– Не получится, к сожалению, – покачал головой графкэт. – Они быстрее бегают, чем мы ехать сможем. Тем более в условиях бездорожья и плохой видимости в ночном лесу…

– Так что, у нас нет никакого выхода?

– Мудрозор подсказывает, что из любой критической ситуации есть минимум два выхода: вход и выход. Если не видишь выхода, ищи вход, – подал голос Шуршунчик.

– Это как? – не понял Костра.

– Нужно найти вход в выход.

– Да ты чего мозги нам пудришь, студент?! – вскипел графкэт.

– Было бы чего тебе пудрить, – огрызнулся викот.

– Пока вы тут препираетесь, котоеды приближаются, – внезапно подала голос Кэтти. – Я свое дело сделала, предупредила. А сейчас, пожалуй, лучше мне свалить от вас, пока не поздно….

– Типа, мамокот сделал свое дело, мамокот может идти, – хмыкнул Костра. – Да вали, конечно. Ты то нам точно ничем больше помочь не сможешь.

– Ну ты и жлоб, Костра, – возмутилась Стелла. – Кэтти, рискуя жизнью, пришла сообщить нам об опасности, а ты… Фу.

– А что я? Я же ей предлагаю избежать этой самой опасности и пока не поздно смыться. Что в том плохого? И кстати, кто такой жлоб?

– Жлоб это ты! Но об этом после, сейчас нет времени объяснять. Шуршунчик, так что там Мудрозор насчет входа выхода подсказывает?

– Он говорит, что в Кэтляндии должны быть замаскированные входы в котокомбы.

– В катакомбы хотел ты сказать? Это такие подземные ходы? – уточнила Стелла.

– Подземные то они подземные, но называются котокомбы. И не ходы, а скорее дороги.

– Откуда твой декан это прознал?! Это же самая тайная тайна пионеров, – заволновался графкэт.

– Неграмотно говорить тайная тайна, – заметила Стелла. – Это тавтология.

– Не до грамотности сейчас! Речь идет о раскрытии самого секретного секрета пионеров!

– Это тоже тавтология. Граф, завязывайте с этими вашими повторениями, режет слух, – слегка повысила голос девочка.

– Повторное слово слух режет, да не зарежет, – огрызнулся Костра. – Не кинжал чай. Повторение – суть учения. Так еще бояркот Васька из Которусии утверждал. Это он, кстати, в свое время и предложил создать нашу тайную межгосударственную организацию пионеров.

– Что за пионеры то такие? – не преминул полюбопытствовать викот.

– Сверхсекретный секрет, – буркнул графкэт. – Для всех, кроме Стеллы.

– А для Мудрозора нет секретов, – горделиво заметил Шуршунчик. – Он же чужие мысли как открытую книгу читает.

– Что?! И мои тоже? – возмутился Костра. – Без спросу? Это же бесцеремонное вмешательство в частную жизнь кота и гнусная шпикотская деятельность!

– Вообще-то правила магомыслепронизательности запрещают такие действия без согласия мыслевизави, но в исключительных случаях вступает в силу закон приоритета. Когда жизни кота или котообщества угрожает серьезная опасность, это ограничение снимается. А в данной ситуации опасность как никогда серьезна и реальна. Мудрозор подключился к сознанию одного из афрофагов. Они уже учуяли дым от нашего костра и ускорились. А бегают они ой как быстро. Максимум через коточас будут здесь.

– Ну если он может включаться в сознание котоедов, так может способен и изменить направление их мыслей? – С надеждой вопросила Стелла. – Типа внушить им идти на… как бы культурнее выразиться… в общем, куда подальше….

– К сожалению, он умеет только читать чужие мысли, но не вкладывать в мыслетворящие головы свои, особенно без согласия мыслепроизводителя, – покачал головой викот.

– Ну все, что-то я у вас тут загостилась… пойду, пожалуй. Не провожайте и сильно не скучайте, – прислушивающаяся к разговору Кэтти тряхнула листьями из венка на голове и в мгновение ока скрылась в кустах.

– Да куда ж ты одна? – попыталась возгласом остановить ее Стелла, но ответом ей стало лишь тихое шуршание веток и глухое ворчание встрепенувшихся собак.

– Да ладно, пусть идет… может хоть она спасется, – хмуро буркнул Шуршунчик. – В общем нужно срочно найти ближайший вход в подземелье. Иначе нам труба….

– Отставить панические настроения! Похоронный марш на трубе еще рано играть. С вами все-таки опытный странник! – Костра высунул из пасти язык и завертел головой в разные стороны. – Ага, направление правильное моментально определил. Теперь и вход быстро найдется. Вот что значит умение и сноровка!

– Это ты так сейчас себя похвалил? – хмыкнула Стелла.

– А что? Сам себя не похвалишь, потом остаток дня как оплеванный ходишь, – буркнул графкэт. – А признайся честно, что есть за что похвалить… что бы вы без меня делали?

– Не знаю кто что, а я, например, если б ты меня в ТерраКоту без спросу не притащил, спокойно спала бы сейчас дома в своей теплой уютной кровати, а не искала ночью спасения в холодном лесу от шайки котоедов в компании говорящих котов.

– Обижаешься на меня, да? – расстроенно спросил Костра.

– Да нет… скорее просто констатирую факт. Так что ты лучше не похваляйся, а выход шустрее ищи… точнее вход.

– Да, ты права. Надо поторопиться. Поднимаем Парибусов, загружаемся в котобус и двигаем в темпе. Попытаемся хотя бы на время оторваться от преследователей.

***

Осторожно ступая по похрустывающему валежнику, Костра почти в полной темноте приблизился к обросшему мхом пню, торчащему из травы в окружении пяти высоких берез. Затем высунул язык, пошевелил им, сделал несколько шагов в сторону, присел и стал шарить лапами в слоях опавших листьев.

– Эх, ни зги не видно. Факел бы… Стелла ты можешь магией зажечь какую-нибудь палку?

– Не знаю, пока не пробовала… а тебе подсветить нужно что ли? Погоди, сейчас по другому постараюсь помочь. – Девочка стянула со спины рюкзак, пошарила рукой во внутреннем отделении и достала смартфон. Открыв защитный чехол, она нащупала пальцем в привычном месте кнопку включения телефона и нажала на нее. К ее разочарованию ничего не произошло.

– Блин, совсем разрядился. Как некстати… хотя, что это я туплю… я же маг… вроде бы, – Стелла надула щеки и резко выдохнула.

– А ну ка смартфон мой родной, послужи мне в беде такой, не медля зарядись, заработай и светись!

Экран мгновенно полыхнул светом и на нем одна за другой проявились разноцветные картинки-иконки.

– Вот! Другое дело, – довольная улыбка появилась на лице магини. Включив встроенный в телефон фонарик, она направила рассеянный светодиодный лучик на копошащиеся в траве лапы графкэта.

Наблюдавший за ней викот восторженно прошептал: «Она и с предметной магией в ладу… толково сочетает с вербальной. Универмаг!».

Разобрав последнее произнесенное им слово, девочка удивленно обернулась.

– Где ты тут в лесу магазин то углядел?

– Что за магазин? – В свою очередь удивился Шуршунчик.

– Ты же сказал универмаг. А это магазин, ну или иначе торговая лавка, где продаются разные товары.

– Да, сказал. Но имел в виду тебя.

– Но я же не магазин!

– Конечно. Ты универмаг. То есть универсальный маг.

– Какой?

– Универсальный. Который владеет разными видами магии.

– И что в этом такого?

– Что такого?! Что она говорит! – Закатил глаза викот. – Да это такая редкость! Даже двумя видами магии владеют только отдельные высшие маги. Мудрозор мне уже весь мозг пропек мыслью, что вероятность случайно встретить универмага такая же малая, как откопать огромный самородок золота в песке на пляже в большом приморском городе.

– А что в малом городе легче его откопать? – хмыкнул вставший на ноги графкэт и с торжествующим видом добавил. – Не знаю, как насчет золота, а вот люкс я нашел!

– Что? – Недоуменно приподняла одну бровь Стелла. – Какой люкс?

– Гляди. – Костра поднес к ее носу плотный металлический кружок, размером с небольшую тарелку. В середине его торчало массивное бронзовое кольцо и виднелась выдавленная надпись «Люк С». – Вот. Это крышка от люка.

– От люка? – хмыкнула девочка. – Так он же тогда совсем узкий! Кто в него пролезет? Даже Шуршунчик не протиснется.

– А я и не собираюсь никуда протискиваться, – фыркнул викот. – Особенно в угоду графу.

– Да в него никому лезть не нужно. Это же люк секретный. Достаточно руку просунуть, – хитро ухмыльнулся графкэт. – Достать котофон, включить его и произнести нужный код. Вот вход сам и откроется.

– Это типа сказать: «сим-сим, откройся… да? – Прикололась Стелла.

– Ты откуда знаешь? – Глаза терракотского пионера сначала ошарашенно расширились, а затем тревожно сузились. – Ты как проведала сверхсекретный код? Это что Мудрозор мои мысли считал и тебе намыслил?

– Да этот твой так называемый секретный код у нас миллионы людей с детства знают.

– Откуда?!

– Из давней сказки про Али-бабу и сорок разбойников.

– Из сказки? Кто бы мог подумать… какой ужасный прокол. Нужно срочно менять кодовые слова, – расстроенно пробормотал графкэт.

– А что за сказка такая? Расскажешь? – Встрепенулся молчавший до этого Шуршунчик.

– Ага, афрофагам. Вовремя ты сказочку на ночь захотел послушать. О том, что они скоро будут тут, не забыл случайно?

– Так я же не имел в виду прямо сейчас. Потом….

– Потом будет суп с котом, – буркнула Стелла. – Если не поторопимся.

– А я даже знаю с каким именно, – скорчил свирепую рожу Костра. – С мелким и чрезмерно любознательным. Котоеды от такого экзотического супчика будут в диком восторге.

– Ага. В гурманистическом, – уточнила Стелла.

– Да ну вас, – на мордочке викота появилось обиженное выражение. – Я же не просто так интересуюсь. Я для дела….

– Какого дела? – Спросила девочка, при этом осторожно ощупывая пальцами прохладную поверхность крышки люка.

– Важного… я вообще-то, кроме всего прочего, являюсь авторитетным в определенных кругах любителем-собирателем произведений самобытного творчества. Путешествуя по разным мирам, я записываю для спецфонда библиотеки Магиуни разнообразные легенды, мифы, предания, сказания….

– Может еще и тосты? – хмыкнула Стелла. – Как Шурик?

– А что такое тосты?

– Не в курсе? А еще авторитет… это такие прикольные короткие застольные речи….

– Как интересно! Неизвестный мне вид устного творчества. Нужно будет детально его изучить. А кто такой Шурик?

– Герой из Кавказской пленницы.

– Тоже старая сказка?

– Типа того. Кинокомедия. Старая, но смешная.

– А что такое…

– Умерь любопытство, мелкий! – резко оборвал недосказанный вопрос Костра. – Всему свое время! Я уже учуял вонь немытых котоедских туш! Пора под землю спускаться. Сейчас достану котофон и открою вход.

***

Пассажиры и водители котобуса, стоя рядом, с изумлением взирали на широкую и высокую каменную арку, постепенно выступившую из под земли после произнесенных графкэтом секретных слов. Даже находящиеся за ними собаки застыли как статуи при виде такого удивительного зрелища.

– Вот это да, – зацокал языком Бус. – Какая большая… наш котобус спокойно проедет.

– Но куда и как поедет? Это еще вопрос, – откликнулся на его реплику Пари. – Спорим, что там внутри холодно, темно и опасно?

– И если ты окажешься прав, то обрадуешься? – Фыркнул Бус.

– Вряд ли, – призадумавшись, ответил Пари.

– Вот и помалкивай, спорщик.

– А все-таки какая крутая массивная предметная магия, – восхищенно произнес викот. – И похоже древняя….

– Это точно, – подтвердил Костра, довольный произведенным эффектом. – Даже очень древняя. Пионеры не так давно случайно прознали про эти тайные знания, доставшиеся от працивилизации Терракоты. Тогда она, правда, по другому называлась.

– А как? – не смог промолчать викот.

– У тебя есть выбор – услышать пространный ответ на вопрос как, удовлетворить свое праздное любопытство, а потом достать шпажку и храбро кинуться в атаку на голодных афрофагов с желанием подороже продать свою жизнь. Или постараться ее сохранить. Для чего заткнуться и не медля спуститься под землю.

– Выбор конкретен и однозначен. По сути сказанного возражений как бы не имеется, а вот по форме есть. Но отставим наши разборки до более спокойных времен, – хмуро бросил Шуршунчик и вслед за Стеллой проследовал на посадку в транспортное средство.

***

По ходу движения котобуса яркие лучи света как бы нехотя отражались от неестественно гладких стен по обеим сторонам туннеля.

– А афрофаги сюда не проберутся? – Стелла повернула голову к сидящему рядом графкэту.

– Исключено. Я заблокировал этот вход в котокомбы и ввел временный секретный код. Не с их мозгами справиться с этим.

– А почему они вообще за нами погнались?

– Подозреваю, что все же не за нами, а за тобой, – потупил взор Костра.

– Почему? Я же их даже в глаза не видела и ничего плохого им не сделала, – нахмурилась попутчица.

– А для того, чтобы стать объектом преследования, не обязательно делать кому-то плохо. Достаточно стать потенциальной угрозой благополучию высшего слоя, защищающего консервативный порядок устройства какого-то общества, – вклинился в беседу викот. – Котоедов на тебя и заодно на нас кто-то натравил.

– Сам додумался? Или дяхон подсказал? – косо глянул на него графкэт.

– Ну не сам, а что это меняет?

– Ничего не понимаю… – продолжила хмуриться девочка. – Я и угроза… какая? Для кого?

– Разберемся… может не сразу, но обязательно выясним, – постарался успокоить ее викот.

– А все таки какие классные не чадящие фонари ты нам намагичила, Стелла! – Повернул голову назад Бус.

– Да, теперь сможем и ночью как днем ехать! – поддержал его Пари.

– Вообще-то это не фонари, а фары, – откликнулась гостья из мира людей. – Не настоящие, конечно. Но какие смогла, такие и намагичила. Зато светят без батареек и электричества.

– И здорово светят! – кивнул викот. – Я бы тоже мог что-то подобное сообразить, но ты сделала это быстрее и круче.

– А почему свет так отражается от стен? – спросил Бус. – Они же, кажется, каменные, а не стеклянные.

– Может их отполировали? – предположил Пари.

– Ага, вручную, – хмыкнул Бус. – Точильными брусками, а потом меховыми шкурками. Представляешь, сколько это потребовало бы усилий и времени.

– Да никто их не полировал, – вмешался в разговор водителей графкэт. – Судя по всему, проход был сделан путем оплавления пород.

– Кем?

– Скорее всего пракотами, владевшими или утраченными ныне технологиями, или сверхмощной магией, недоступной ныне живущим в ТерраКоте магам. Хотя… – искоса глянул на попутчицу Костра.

– И не думай даже, – заметила брошенный на нее взгляд Стелла. – Я за такое ни за какие коврижки не возьмусь!

– А что такое коврижки? – Тут же не промедлил с вопросом Шуршунчик.

– Вроде бы пирожки такие… а может и пряники, – нахмурила лоб девочка.

– Вкусные? – Дружно проявили гастрономический интерес Пари и Бус.

– Наверное. Не пробовала.

– А зачем тогда так говоришь?

– Да это просто выражение такое, – хмыкнула Стелла.

– Образное. Для красного словца, – проявил эрудицию Костра. И тут же переключил внимание водителей. – О, видите там белое пятно впереди слева?

– Видим…

– Знаете, что это?

– Нет, – замотали головами Парибусы.

– Скелет котояги.

– Что?! – ударил по тормозам Бус. – Я дальше не поеду!

– Испугался что ли? – хихикнул графкэт.

– Я котояг с детства боюсь. У нас в интернате такие страшные истории про них рассказывали!

– А ты хоть одну из них когда-нибудь в натуре встречал?

– Нет. И не хочу встретить. Даже в виде скелета.

– Не боись. Я пошутил. Это скелет не котояги, а древнего животного с большой длинной клыкастой пастью. Похожего на ходячего двуногого дракона.

– Динозавра что ли? – вклинилась в разговор Стелла.

– А кто же знает, как его звали при жизни… жил то он поди еще в дострадамусовские времена. Я его только пять котолет тому назад встретил тут уже в виде этого самого скелета. Когда в составе пионерского отряда разведывал котокомбы. Зато теперь точно знаю, под какой местностью мы находимся, где сможем выбраться на поверхность и куда потом двинем.

– И куда же? – поинтересовалась попутчица.

– Предлагаю в Нетворккэтсити.

– Сити в конце? Это что город такой?

– Да. Город сетевых котов. Правда до него не так близко, порядка двадцати коточасов пути. Но зато вам там должно понравиться.

Глава 7

Глава 7

Неожиданная встреча. Город сетевых котов.

– Опа! Гляди вперед. – Стелла толкнула в бок Костру. – Снова скелет динозавра? Они что стаями в эти котокомбы умирать приходили?

– Похож… но нет… форма черепа другая… и он же, кажется, бредет нам навстречу, а скелеты обычно не ходят, – покачал головой графкэт.

– Это котояга! – Бус дал по тормозам и котобус замер как вкопанный. – Я включаю задний ход!

– И шустрее! – Поддержал инициативу товарища Пари. – Я котояг на дух не переношу!

– Погодите! – громко выкрикнула Стелла. – Смотрите, скелет машет белым флагом.

Взгляды водителей и пассажиров устремились к белесой грязноватой тряпке, трепещущей в скрюченных фалангах костяной руки.

– Я теперь еще больше боюсь! – Завопил Бус. – Она, наверное, других котояг на жратву созывает!

– Какую жратву? У нее же с собой, вроде бы, никакой еды нет, – задумчиво произнес Шуршунчик.

– Еда – это мы! О, котамамочка, – руль завибрировал в руках Буса. – Спаси меня. Я не хочу быть съеденным в таком юном возрасте! Я не все еще в этой жизни попробовал!

– Да не спеши ты в пасть котояги, – принялся урезонивать его Костра. – Она одна, а нас много. И к тому же с нами Стелла. Ты не забыл, что она маг?

– Да, и не просто маг, а универмаг! – поддержал его Шуршунчик.

– Вы хотите, чтобы я что-то предприняла? – Девочка продолжила внимательно наблюдать за приближающимся скелетом.

– Конечно! – В унисон прозвучал ответ водителей.

– Тогда сначала просветите меня. Кто такая котояга?

– Это… – одновременно начали отвечать Парибусы.

– Давайте по одному, по очереди, – перебила их Стелла.

– Да, и помедленнее, пожалуйста, – попросил Шуршунчик. – Я записываю.

Стелла недоуменно посмотрела на викота, который острой металлической палочкой, похожей на цыганскую иглу, старательно водил по кружку из плотной зеленой кожи.

– Ну ладно… – хмыкнула девочка. – Потом выясню, что и как он там записывает. – Она повернулась к Бусу. – Давай говори ты.

– Котояга… – Бус победно глянул на товарища. – Это ужасная, очень старая облезлая кошка с костяными ногами, которая живет в дремучем лесу в деревянном домике на страусиных ногах….

– Типа избушка на страусиных ножках? Точно не на куриных? – уточнила девочка.

– Да точно, точно!

– И где же она ноги от страуса то взяла? Разве они тут водятся?

– Так она же магиня, как ты! Ну не как ты, – виновато опустил глаза Бус. – Ты добрая, а она злая. И ноги она, как говорят, привезла из-за океана, из Австраликотии. И они не простые, а заколдованные. На них домик может по желанию хозяйки поворачиваться из стороны в сторону и ходить.

– И даже бегать. И быстро, – добавил Пари.

– Ну и что в том аж такого ужасного? – хмыкнула Стелла.

– Так она же в этом бродячем домике шастает по ночам возле интернатов, ворует учеников и потом жарит их на костре в лесу.

– Или варит в котле в доме, – дополнил Бус.

– И потом съедает! – синхронно завершили трагический рассказ Парибусы.

– А есть тому документальные подтверждения? – Оторвавшись от записи, поинтересовался викот.

– Документальные? Это какие?

– Письменные показания жертв, например, – продолжил допытываться Шуршунчик.

– Не до показаний как бы, когда тебя жарят или варят….

– Это понятно. Ну а хоть выжившие свидетели тому были?

– Мы о таких не слышали. Знаем только, что в нашем интернате встречались случаи исчезновения старшеклассников. Почти все они были из выпускных классов. И при их поисках находили в окрестностях интерната следы огромных птичьих ног… а учеников ни разу не находили….

– Интересные подробности… – задумчиво произнесла Стелла.

– Смотрите! Она знаки какие-то подает! – завопил Пари. – Готов поспорить, что хочет переговоров на счет того, кого ей первым отдать для съедения.

Скелет действительно остановился,не доходя пары десятков котопрыгов до котобуса, и стал осознанно размахивать тряпкой как палубный матрос сигнальным флажком.

– Костра, ты не разбираешь, что там сигналит этот набор костей? – все так же задумчиво произнесла Стелла.

– Неа… В магилках у нас другие коды….

– А я, кажется, понимаю, – встрял викот. – Похоже это действительно приглашение к разговору….

– Я не пойду! – Тут же заволновался Бус. – Я не трус, но я боюсь!

– О, знакомая реплика, – усмехнулась гостья из мира людей. – Кажется, из Полосатого рейса.

– Это тоже старая сказка? Да? – Тут же приготовился к записи викот.

– Старая… кинокомедия. Папа мой любит иногда такие пересматривать под настроение. Говорит, что раньше фильмы были интереснее, – ответила Стелла и тут же пресекла уже готовый сорваться с языка Шуршунчика новый вопрос. – Сейчас ничего тебе рассказывать не буду! Не до того. Пойду переговариваться со скелетом, раз он того желает.

– Мы тебя одну не отпустим! – Дружно возразили графкэт и викот.

– Ну так пойдем вместе, если хотите, – охотно согласилась девочка. – В компании и надежнее, и полезнее переговоры вести.

***

Троица, не поспешая, двинулась к скелету, который при их приближении перестал размахивать тряпкой и, повязав ее себе на шейные позвонки на манер ковбойского платка, поднял руки вверх.

– Чудик этот скелет, – хмыкнула Стелла. – Ему еще только кольта не хватает.

– А что это? – как обычно захотел быстрого разъяснения викот.

– Револьвер, оружие такое.

– А как…

– А давай пока что без «как», Шуршун, – оборвала его Стелла. – Какать потом будешь, – и невольно усмехнулась про себя получившемуся каламбуру.

Скелет сделал несколько шагов навстречу и продемонстрировал пустые косточки ладоней.

– Не бойтесь! Я с добрыми намерениями.

– А мы и не боимся! Кто таков? И что ты хочешь? – Тоже не стал тратить время на вежливое приветствие графкэт.

– Я зомбидетектио из Америкотии и в данном случае нелегально представляю зомбидетектиоагентство Пинкеркота из Нью-Кэтйорка. И хочу я конфиденциального разговора с магом по имени Стелла.

– Откуда ты узнал о таком маге?

– Мы в нашем агентстве тазовые кости даром не просиживаем. Мы умеем собирать и получать нужные нам сведения разными способами.

– А как ты здесь очутился?

– Я же сказал, что мы собираем информацию. Но это не значит, что без особой нужды разглашаем ее сторонним котолицам.

– Будь повежливее! Ты имеешь дело не с каким-то там простокотом, а со знатным дворовым котом, кэтпером Кэтляндии!

– И с благородным викотом из Бурундии! – не захотел как обычно оставаться в безвестности Шуршунчик.

– Как мог бы сказать твой король, графкэт, это не принципиально. Ибо не есть великая тайна, скрытая мраком, – скрипнул челюстями скелет. – Хотя здесь в подземелье действительно приятная, располагающая к молчанию и хранению тайн темнота. Но неужели вы могли подумать, что я шел на эту встречу без предварительной подготовки? Я знаю кто вы. И даже прозвища водителей машины, и цели вашей экспедиции мне известны.

– Хитровыделанная костяшка, – шепнул на ухо девочки викот и та, кивнув в знак согласия, в свою очередь тоже не стала отмалчиваться.

– Ну надо же, цели нашего путешествия ему известны! Хотя даже нам самим они пока не до конца понятны. Может ты еще скажешь, куда мы сейчас направляемся?

– И это не секрет, Стелла. Направляетесь к ближайшему входо-выходу из котокомб. А далее путь ваш лежит в Нетворккэтсити.

– Как проведал?! Шпикотил за нами? – грозно надул щеки Костра.

– Вам лучше не знать всех наших источников и способов получения информации.

– Похоже переговоры принимают неконструктивный характер, – начала понемногу сердится Стелла. – Ты, надеюсь, хотел со мной побеседовать о чем-то более конкретном?

– Это так. Но да, сначала все же для порядка представлюсь тебе. Зовут меня Джеймс.

– Случайно… не Бонд? – хмыкнула девочка.

– Бонк. И не случайно.

– А номер твой не ноль – ноль- семь?

– А вот номер мой ноль – ноль – три, – гордо выпятил косточки носа скелет.

– И не скажешь ему: «Номер три, сопли утри», – шепнул викот Костре. – За отсутствием соплей как таковых.

– А мы ему нос, если что, и без соплей утрем, – в ответ буркнул графкэт и добавил. – Но с ним, пожалуй, лучше все-таки держать ухо востро….

– Удивительное дело, – повернула голову к спутникам Стелла. – Я смотрю, вы спелись.

– Судя по всему, Стелла, в присутствии этих поющих котов серьезный разговор у нас с тобой сейчас не получится, – обратился к девочке Джеймс.

– А я пока не уверена, что нам его вообще стоит вести.

– Еще как стоит. И скоро ты в этом убедишься. Но будет все же разумнее отложить его до твоего появления в Нетворккэтсити, если не возражаешь.

– Ладно… здешняя обстановка действительно не самая располагающая к беседе. Но как мы там встретимся? Или ты хочешь, чтобы мы взяли тебя с собой?

– Ну уж нет! – немедленно возразил Костра. – В котобусе места лишнего нет. Да и собаки наши могут взбеситься от одного вида такого попутчика. И вообще, это…

– Успокойся, граф. Я к вам в компанию не набиваюсь, – оборвал его Джеймс. – Доберусь я самостоятельно. И быстрее вас. А увидеться с тобой, Стелла, мы сможем в городе на следующий день после вашего прибытия. Я тебя сам там найду и сообщу о месте и времени встречи. Аривидерчи! – Скелет резким движением сорвал с себя платок, взмахнул им над черепом и в одно мгновение исчез с глаз путешественников.

– Во блин… факир на час, – произнесла слегка ошарашенная Стелла.

– Факир? Это кто? – Не задержался с вопросами викот. – И что значит последнее слово, которое он произнес?

– Факир – это типа маг-иллюзионист. А сказал он «до свидания» на итальянском языке…. Откуда он может его знать? Непонятно. Нужно будет выяснить при встрече.

***

В заходящих лучах солнца темные высокие силуэты строений показавшегося впереди города напоминали утыканную гвоздями круглую доску.

– Вот и наша сегодняшняя цель. Нетворккэтсити – вольный город сетевых котов, – произнес Костра. – Через каких-нибудь полкоточаса мы сможем расположиться там на ночлег.

– И где заночуем? Надеюсь, на этот раз не в котобусе? – С верой в лучшее глянула на него Стелла. – Как то не хочется. Мы и так почти сутки в нем тряслись по грязным грунтовым дорогам. Я уже молчу об экзотическом путешествии по жутким котокомбам.

– Пари и Бус как раз в котобусе. Они его все равно ни за что без присмотра в чужом городе не оставят. Да и за собаками заодно приглядят. А вот мы втроем закатимся в «Черную вдову» – лучший отель Нетворккэтсити! Я заказал там по магилке два номера, между прочим, с ванной, сушилкой и видаком, – горделиво сообщил графкэт. – Решил не экономить на удобствах. Мы с мелким в одном разместимся, а у тебя Стелла отдельный будет.

– А почему это я с тобой должен ночевать? – запротестовал викот.

– Потому, что я так решил!

– Решил он, видите ли, – фыркнул Шуршунчик. – Командира из себя строит!

– А я и есть командир пионерского звена к твоему сведению!

– Да ладно вам. Опять зубы скалите на пустом месте, – вмешалась спутница. – Лучше объясни, Костра, что такое сушилка и видак?

– Увидишь – сама поймешь. А то, как гласит поговорка: «На лапах объяснять – только блох смешить!».

– А у тебя что, есть блохи?! – с притворным ужасом на лице воскликнула девочка.

– У меня? – Обиделся Костра. – Никогда! Я ведь пользуюсь лучшим средством от паразитов компании «Котяра-Холдинг»! Вот, смотри, – кот стал рыться в карманах и достал небольшой серебристый цилиндрик с прозрачной крышечкой на конце. – Это спрей «Кошка-антиблошка». Если им с утра надушиться, в течение целого дня ни одна блоха к тебе и близко не подпрыгнет! А еще пахнет приятно! Анисом, кошачьей мятой и барбарисом. Вот, понюхай.

– Здорово! – одобрила Стелла. – А что за компания такая?

– По организационно-правовой форме, кажется, двуличная публичная компания с неограниченной безответственностью.

– Двуличная? С неограниченной безответственностью? Это как?!

– Если честно, то я не очень хорошо разбираюсь в этих юридических тонкостях…. – Замялся Костра. – Но компания солидная. Все так говорят. В Нетворккэтсити никак не избежать встречи с ее дистрикотами.

– Дистрикотами?

– Да. Или иначе дистриками. Так еще называют сетевых котов – независимых торговых представителей сетевых компаний.

– А это что за компании такие?

– Товары которых продаются через многоуровневые котосети.

– Так! А попроще никак нельзя объяснить?

– Хм… Попробую… вот ты, к примеру, купишь какую-нибудь вещь в торговой лавке и похвастаешься перед друзьями. Некоторые из них тоже могут захотеть иметь такую. Так?

– Не исключено.

– Ну, и что они сделают?

– Пойдут и купят, – пожала плечами Стелла.

– Вот. А ты что с этого будешь иметь?

– Да ничего.

– Вот именно! – Воскликнул графкэт. – А если с твоей подачи несколько знакомых приобретут товар и тебе за это какая-то денежка капнет? Тебе это понравится?

– Типа заплатят мне? За что?

– За то, что ты посоветовала купить.

– Да какой же дурачина за это платить захочет? – Вдруг вмешался молчавший до этого Шуршунчик.

– И вовсе не дурачина. Просто тот, кто продает, поделится частью своего дохода с теми, кто порекомендует купить его товары, – назидательно произнес Костра.

– Что? Нужно просто посоветовать и тебе за это деньги заплатят? – Недоверчиво хмыкнул викот.

– Ну не просто… нужно еще подписать контракт с сетевой компанией, стать дистрикотом и самому приобрести на складе компании произведенные ею товары на определенную сумму. И чтобы некоторые приятели по твоей рекомендации сделали тоже самое. То есть, сам записываешься дистриком, по твоему совету знакомые также становятся дистриками, и в свою очередь советуют это сделать уже своим друзьям. И так далее. Все записывается в компанию друг под другом, и образуется так называемая многоуровневая котосеть. А со всех покупок входящих в нее сетевых котов компания платит определенный процент тому, кто ее построил. Интересная системочка?

– Слышала я о чем-то таком. Мама рассказывала, что какая-то ее хорошая знакомая увлеклась подобным бизнесом. Она называла его эм—э-лэм или многоуровневым маркетингом, – прокомментировала Стелла.

– Вот видишь, у вас тоже такое есть, – обрадовался Костра.

– Да… только мама не одобряла подругу. Говорила, что это все сомнительно и как бы дурно пахнет….

– Ну у вас, может и дурно. А здесь очень даже приятно, – возразил графкэт. – Моя знакомая кошечка – дистрик-лидер в компании «Мур-Амбрэ». Она духспреями-парфюмами занимается и очень даже классно пахнет! Она здесь, в Нетворккэтсити в собственном трехэтажном доме обитает. С двумя балконами! Между прочим, больше пяти тысяч бакотов в месяц имеет! Если хочешь, я тебя с ней познакомлю.

– Меня познакомь, – попросил Шуршунчик.

– Ты ей до груди не достанешь, – ухмыльнулся графкэт.

– Я по делу! Мне систему изучить интересно! Может, я в каком-нибудь из миров с ней такого наворочу! – Хитро блеснули глазки у викота.

– Ладно, – милостиво махнул лапой Костра. – Организую встречу. Я еще и в компаниях «Мэри Кэт» и «Котяра-Холдинг» кое-кого из влиятельных бизнесморд знаю. Могу и там с бизнесовыми кошечками свести. И да… учтите, что меня здесь знают под именем Странник. Так что только так и прошу в присутствии посторонних меня называть.

– А к чему такая скрытность? – хмыкнул Шуршунчик и не преминул съязвить. – Может ты здесь как шпикот действуешь?

– Ерундой не болтай. Просто такая, как бы коммерческая деятельность, не приличествует знатному дворовому коту Кэтляндии, – слегка смутился Костра. – Потому я и стараюсь здесь не разглашать свое полное имя. Выступаю типа как инкотнито….

– Инкогнито, – поправила Стелла.

– Да нет, правильно говорить именно инкотнито. Типа кот с иным именем. В общем, учтите это обстоятельство.

Отель «Черная вдова» являл собой круглое двенадцатиэтажное здание с овальными окнами и высоким металлическим шпилем, на котором под легкими порывами ветра трепетал желтый флаг с темной эмблемой в виде безобразного вида паука.

– Это что там за чудище такое намалевано? – Покачала головой Стелла. – Да и название какое-то мрачноватое….

– Отель назван в честь самого крупного паука ТерраКоты – черной вдовы, который является символом сетевых котов. Ведь пауки, так же как и они, плетут сети, – пояснил Костра.

В холле отеля новоприбывших тут же окружило с десяток оживившихся при их появлении котов в темных очках.

– Ничего у них не покупайте, – предупредил Странник. – Это дистрики-толкачи.

– Толкачи? – удивилась Стелла. – А кого они толкают?

– Не кого, а что, – уточнил графкэт. – Они толкают, то есть продают всякую всячину от сетевых компаний. Но по ценам в два, а то и в три раза выше, чем сами приобретают. Поэтому, чтобы их не узнали знакомые и когда-то «по-дружески не поблагодарили» за навязанные им покупки по завышенной цене, они соблюдают технику профессиональной безопасности и на работе всегда в темных очках. Толкачи сетей не строят, а носятся по городу и пытаются заработать на перепродаже товаров по принципу «кота ноги кормят». А дистрики-сетевики сами обычно ничего не продают, а подписывают котов в компании и зарабатывают на том, что покупают и продают другие. И построив обширные котосети, имеют от этого доход намного больше, чем самые шустрые толкачи.

– Нравится мне эта система! Большие возможности таит в себе, – восторженно прищелкнул языком Шуршунчик.

– Тогда одно условие, викот. Если вдруг возникнет спонтанное намерение записаться в какую-то из компаний – то чур только под меня!

– Да мне как-бы без разницы, – не стал возражать Шуршунчик. – Под тебя, так под тебя.

– Интересно, а Мудрозор на это как посмотрит? – с подковыркой спросила Стелла. – Одобрит?

– Пока не знаю… – немного смутился викот. – Я на время отключил мысленную связь с ним.

– Да ты, братишка, в душе авантюрист с коммерческим уклоном, – засмеялась Стелла. – Вот только не пойму, зачем тебе все это? Какая-то сомнительная торговая деятельность, непонятные компании с котосетями… суета сплошная…. Ты же уже почти дипломированный маг. Тебе что денег не хватает? Больше нужно? И что, маг не может с помощью магии проще деньги сделать?

– Да дело не в деньгах, хотя и от них я обычно не отказываюсь. Вообще-то лишних денег не бывает, особенно, если у тебя достаточно амбициозные планы. Но в данном случае меня все же больше интересует эта система как потенциальное средство для возможного преобразования общественно-экономических отношений. В разных мирах. Это же увлекательно и грандиозно. И вот в этом, я надеюсь, Мудрозор меня поддержит. А касательно делания денег с помощью магии, то это требует отдельного объяснения. Так как это особая, достаточно важная тема….

– Ладно… не хочется сейчас углубляться в нее. – Широко зевнула девочка. – Пора бы нам заселяться в номера, а то после утомительной дороги в сон уже начинает клонить.

Глава 8

Глава 8

Дар с приглашением. Встреча в котэпиццории.

Разбудил Стеллу негромкий стук в дверь. Она приоткрыла глаза, с удивлением огляделась и вздохнула.

– А, кошкина страна…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.