Бахтияр Аслонов
ПИСЬМО ДЛЯ КАРДИНАЛА

Предисловие

Письмо для кардинала Исторический роман. Шпионаж. Интриги. Любовь. Убийства. Драма.

XV–XVI века. Вечный город Венеция, ослепительный Константинополь и коварный Кипр – три центра власти, где переплетаются судьбы королей, кардиналов, шпионов и влюблённых. Лукреция – благородная аристократка, вовлечённая в паутину политических заговоров и тайных операций. Никколо – её союзник и возлюбленный, мастер интриг и хитроумных планов. Вместе они противостоят опасному врагу, готовому разрушить всё, что дорого. В мире, где доверие – роскошь, а предательство – повседневность, каждый шаг может стать последним. Письмо, отправленное кардиналу, – ключ к спасению Европы или началу новой войны. Смогут ли герои сохранить любовь и честь в вихре обмана и опасности? Или тьма поглотит всё на своём пути?

«Истина – это не свет. Это пламя. Оно освещает… но и сжигает.»

– из письма Лукреции ди Медичи, 1523

От автора

Эта книга – плод долгих месяцев исследований, размышлений и ночей, наполненных образами прошлого. Я стремился создать мир, где правда и вымысел, любовь и предательство, история и интрига сплетаются в единое полотно.

«Письмо для кардинала» – не просто роман, это путешествие по лабиринтам власти и страсти, где каждая маска скрывает не одно, а множество лиц.

Я верю, что в любом времени есть место для героев – даже если их подвиги остаются скрытыми в тени.

С уважением,

Бахтиёр Назири

Об авторе

Аслонов Бахтиёр Наимджонович (Назири) – таджикский писатель, публицист, поэт-сатирик и культурный деятель. Родился 25 декабря 1979 года в городе Истаравшан, в Согдийской области Республики Таджикистан, в семье известных поэтов – Наимджона Назири и Раъно Сафаровой. Уже с раннего возраста впитал любовь к литературе, истории и слову.

В 1996 году окончил с отличием среднюю школу №36 имени А.С. Пушкина. В 2004 году поступил в Налогово-правовой институт на факультет гражданского права, который успешно завершил в 2009 году. С 1996 года трудится в музее, а с 2013 года по настоящее время возглавляет Историко-краеведческий музей города Истаравшан.

Бахтиёр Назири – признанный интеллектуал и просветитель, член Народно-демократической партии Таджикистана с 2013 года, а с 2015 года – член Международной конфедерации Союза журналистов Таджикистана. Он удостоен звания «Отличник культуры и печати Республики Таджикистан», а также множества дипломов, грамот и благодарностей за вклад в развитие национальной культуры, образования и исторического наследия.

Автор более 150 историко-публицистических статей, опубликованных в ведущих республиканских и региональных изданиях: «Народная трибуна», «Голос Народа», «Республика», «СССР», «Согдийская правда», «Труженик», «Известия Истаравшана», «Мысль народа» и других.

В 2017 году в издательствах «Андалеб» и «Эр-Граф» вышли его книги:

сатирический сборник стихов «Куча колючек»,

исторический труд «Загадка строения Египетских пирамид»,

исследование в честь 100-летия Октябрьской революции «Революции и народные восстания».

Сегодня Бахтиёр Аслонов (Назири) активно работает в художественном жанре. Его романы «Под тенью мафии», «Яд Красной розы», «Битва за Нью-Йорк» и другие художественные произведения посвящены темам шпионажа, политических интриг, мафии, борьбы за власть и человеческой драмы. В своих книгах он соединяет динамичный сюжет с глубоким анализом эпох, раскрывает силу личности на фоне трагических событий и исторических переломов.

Цитата автора:

«Я стараюсь дарить людям улыбку, радость и жизненный позитив. Потому что в нашей трудной жизненной пути так много горечи и так мало радости».

Связь с автором:

Email: aslonovbahtier57@gmail.com

Больше книг автора – на платформах LitRes и Amazon.

Аннотация

XV–XVI века. Рим, Венеция, Константинополь, Кипр, Антиохия… Мир, где каждая свеча освещает заговор, а каждое письмо может стать причиной войны.

Когда в руки юной флорентийки Лукреции попадает письмо, предназначенное одному из самых влиятельных кардиналов Ватикана, она ещё не знает, что несёт в себе тайну, способную уничтожить баланс между Востоком и Западом. За ней начинается охота. Османский дипломат и шпион Кемаль – её противник… и единственный, кто может её спасти.

Это – история шпионажа, любви, предательства и борьбы за правду, зашифрованную в словах и скреплённую кровью. Письмо, ради которого убивают. И которое, однажды раскрытое, может изменить ход истории Европы и падение империй.

"Письмо для кардинала" – историко-шпионский роман, в котором страсть соперничает с честью, а игра теней затмевает даже огонь войны.

Пролог

Рим, 1499 год. Папский дворец в тени вечернего дождя.

Ветер носился по узким улицам Трастевере, врываясь в окна и стуча в ставни, будто кто-то отчаянно просил о спасении. За толстыми стенами Апостольского дворца в Риме, в зале с высоким потолком, затянутым фресками Микеланджело, кардинал Марио Челлини стоял перед огнём камина и держал в руке письмо, запечатанное черным сургучом.

Печать была неизвестной – не герб семьи, не знак ордена. Только роза, чёрная роза, окружённая арабской вязью.

Он сломал печать и развернул пергамент. Глаза его скользнули по строкам. По мере прочтения лицо белело, дыхание становилось прерывистым. Письмо несло угрозу не только ему, но всей курии.

"Если это письмо дойдёт до рук падишаха, кровь Рима окрасит берега Тибра. Тайна, которую вы спрятали под куполами Сикстинской капеллы, известна не только вам. Мы ближе, чем вы думаете."

Кардинал медленно сложил письмо и бросил его в огонь. Он смотрел, как пламя поглощает опасные слова. Но слишком поздно – кто-то уже знал.

Началась новая игра. И ставки в ней – империи, верность и жизнь.

Глава 1: Флорентийская роза

Флоренция. Весна 1500 года.

Лукреция Анджолино шла по мраморному коридору дворца Медичи, словно плыла в шелках, пропитанных ароматом жасмина и амбры. Её тонкие пальцы держали письмо, которое ей велели передать "только в руки" одному человеку в Венеции. Но таинственный курьер не назвал имя. Только адрес: Палаццо Сфорца, венецианская лагуна.

Отец, богатый торговец, не знал, что его дочь – уже часть более тёмного мира. Лукреция служила Ватикану. Точнее, одному из его кардиналов. Её красота открывала двери, а ум позволял выживать среди тех, кто убивал за взгляд или слово.

Сегодня ей предстояло отправиться в путь. В письме – не просто послание. Это был фрагмент более древней тайны, известной лишь немногим – тайны, что могла изменить равновесие между Востоком и Западом.

– Ты знаешь, что тебя могут убить, если узнают, что ты его несёшь? – спросила её служанка София, девушка с вечно обеспокоенным лицом.

– Знаю. Но есть вещи, за которые стоит умереть, – тихо ответила Лукреция.

Она не знала, что в Стамбуле уже направлен другой человек – османский дипломат Кемаль Сефербей. Он знал, что письмо существует. Но не знал, кто его везёт.

Их пути пересекутся на Кипре.

И всё начнётся с убийства.

Стамбул. Весна 1500 года.

Кемаль Сефербей сидел на террасе дворца, где жасмин вился по решёткам, а утренний азан уже давно стих. Перед ним лежала карта Средиземноморья, усыпанная булавками. Одна из них черная, единственная – была воткнута в Кипр.

– Письмо должно быть у венецианцев, – сказал он, не поднимая взгляда. – Кардинал Челлини использует посредника. Женщину. Мы не знаем, кто она. Но знаем, куда она направляется.

В углу зала стоял пожилой мужчина в тюрбане. Мустафа-ага, начальник шпионской службы Порты.

– И ты хочешь плыть в Венецию? – хмыкнул тот. – Выловить её среди сотен итальянских лиц?

– Нет. Я поеду в Никосию. Женщина направится туда. Все дороги ведут к Кипру. Его порты – как глотки, в которые вливаются яды Европы.

Мустафа молчал. Он видел в Кемале не просто офицера. Тот был одержим идеей равновесия – мира, в котором Восток не будет подчинён, но и не уничтожит Запад. Для этого ему нужно было контролировать не армию, а информацию.

– Я еду как посол. С дарами от падишаха. Ты – мой визирь. Мы встретимся с губернатором Кипра, господином де Колонна. Под его крышей и ведётся игра, – сказал Кемаль и сжёг пергамент с маршрутом женщины.

Венеция. Через пять дней.

Лукреция стояла у перил палубы. Гондолы скользили по каналам, как тени, а запах моря смешивался с дымом от факелов. Дворец Сфорца возвышался над лагуной, будто страж, наблюдающий за каждым шагом.

В зале, куда её провели, пахло воском, пергаментом и вином. За столом сидел человек лет сорока. Весь в чёрном. Только золотая брошь в виде льва указывала на его принадлежность к Совету Десяти – тайной венецианской службе.

– Сеньора Анджолино, вы вовремя, – сказал он. – Письмо?

Она медленно достала его из внутреннего кармана платья.

– Я хочу знать, что в нём. Я не пешка.

Мужчина поднял взгляд. Улыбнулся.

– Вы – ферзь. Поэтому вас отправят в Никосию. Письмо останется здесь, но вы отвезёте его тень. Нам нужно, чтобы за вами пошли. Чтобы те, кто охотится за письмом, показали свои лица.

– Приманка? – с горечью спросила она.

– Герои редко живут долго, сеньора. Но их имена остаются в истории.

Лукреция отвернулась к окну. Над лагуной вставала луна, отражаясь в воде, как лезвие кинжала.

– Письма уже нет. Но её – я найду. И если она станет угрозой Порте… я убью её сам.

Глава 2: Тени Никосии

Никосия, Кипр. Лето 1500 года.

Город напоминал шахматную доску, расстеленную между жарким небом и пыльной землёй. Никосия – перекрёсток морских ветров и дипломатических заговоров. Здесь сходились послы королей, купцы, шпионы и убийцы. Солнце в июне палило немилосердно, но по ночам в переулках гулял холод, и этот холод был полон голосов.

На востоке города, в доме с резными колоннами, Лукреция сидела у зеркала и вплетала в волосы ленту – чёрную, как знак траура. Но скорбь была только маской. Настоящим оружием была её память.

– Госпожа, вас пригласили на вечер в цитадель. Прибудет посол Османской империи, – сказала служанка София. – Говорят, он красив… и опасен.

Лукреция не ответила. Её сердце уже билось быстрее. Имя Кемаля Сефербея она слышала в Риме. Его боялись – не потому, что он убивал, а потому что он знал, когда не нужно убивать.

В это же время, западная часть города.

Кемаль вышел из паланкина, поправил кафтан с золотой вышивкой и кивнул телохранителям. Никосия воняла – рыбой, потом, и грехами. Он чувствовал их, как ветер, меняющий направление перед бурей.

– Сегодня она будет там, – сказал Мустафа, передав через плечо свиток. – В цитадели губернатора. Венецианцы всё ещё охотятся за тем письмом. Оно в Риме – мы знаем. Но игра теперь идёт не о бумаге. Она – ключ к тому, кто его создавал.

Кемаль сжал кулак.

– Я не позволю, чтобы женщина стала причиной войны. Даже если мне придётся открыть ей правду.

Поздний вечер. Цитадель де Колонна.

Факелы горели на стенах. По залам скользили маски, веера, шелка и взгляды. Губернатор Кипра, Жан де Колонна, принимал гостей с лицом человека, которому всё надоело, кроме власти. Когда Лукреция вошла, зал словно затих. Все взгляды – на неё. Её платье было скромным, но осанка – королевская. Она искала глазами его. И он появился.

Кемаль.

Они встретились взглядом, как мечи в первом касании дуэли. Он подошёл, поклонился.

– Сеньора… вы из Флоренции?

– А вы из Стамбула?

– Нет. Я из мира, где слова опаснее стали. Вы тоже, кажется, оттуда.

Она улыбнулась. Игра началась.

Тем же вечером. Узкий переулок у стен цитадели.

Тело венецианского шпиона Рафаэля Дель Грациано нашли с ножом в горле. Его пальцы были сведены, будто он пытался что-то сказать перед смертью. На его руке – татуировка: роза, пронзённая иглой. Та же, что была на сургучной печати в письме кардинала Челлини. Это была первая кровь. Но не последняя.

Кемаль и Лукреция стоят на балконе цитадели. Он подаёт ей бокал вина.

–Знаете, что говорят на Востоке? —Что?

– Если хочешь узнать, кто отравил вино – выпей сам. И смотри ей в глаза.

Он пьёт первым. Лукреция делает глоток. И улыбается. В этот миг оба понимают: они – враги. И что бы ни случилось, кто-то умрёт.

Глава 3: Кровь на песке

Кипр. За городом, рассвет.

Лошади мчались по прибрежному песку. Лукреция держалась в седле уверенно, её чёрный плащ развевался, как флаг. Вдали, в тени финиковых деревьев, ждал человек – курьер, которого она должна была встретить по тайной инструкции Совета Десяти. Он нес часть ключа к шифру письма.

Но когда она подъехала, сердце сжалось.

Курьер был мёртв. Его рот забит пером, глаза – выколоты, а на груди вырезан знак: крест с полумесяцем.

Это был символ старой организации, считавшей себя выше религий – Ордена Границы. Те, кто торговал войной, кто венецианцев продавал османам, а осман – испанцам. Письмо, которое она когда-то передала – теперь просто вершина айсберга.

Из тени вышел человек. Он был в капюшоне, но она узнала походку.

– Мустафа-ага, – прошептала она.

– Простите, госпожа. Мы знали, что вас попытаются использовать. Но вы пошли дальше. Вы стали угрозой.

Он вытащил кинжал. Лукреция в последний миг выхватила шпильку из волос – острый наконечник с ядом.

– Ещё шаг – и умрём оба, – сказала она спокойно.

Мустафа усмехнулся. Но не успел приблизиться – выстрел разорвал тишину.

Он упал.

На холме стоял Кемаль с аркебузой в руках.

– Я же сказал: я убью её сам… если она станет угрозой. Но пока она – мой единственный шанс.

Позже. Дом в старом квартале Никосии.

Кемаль бросил на стол документ. Печать Венеции.

– Мустафа был продан. Он давно работал на Орден Границы. Это они заплатили ему за ликвидацию курьера. И, возможно, они же убили Дель Грациано.

Лукреция села.

– А ты? Ты теперь что – мой союзник?

Кемаль налил себе вина. Поднял бокал.

– До первого предательства.

Они оба выпили. Но в этом глотке уже не было доверия – только необходимость.

Тем временем. Гавань Лимассола.

Корабль с чёрными парусами вошёл в порт под флагом купцов. Но на борту были не купцы. Это был посланник кардинала Челлини – священник в чёрном с лицом, напоминающим мрамор.

В его руках – новое письмо. На нём стояла печать с красной лилией.

– Время для начала второй фазы, – сказал он. – Пусть Кипр утонет в крови. Пока они сражаются, Рим возьмёт ключ.

Кемаль и Лукреция в подземной церкви, где хранится древний шифр – часть секретов крестоносцев, спрятанных на Кипре. На стене – фреска с ангелом, держащим письмо и меч.

– Если мы не остановим их, – сказал он, – война между Востоком и Западом вспыхнет снова. И все города, от Рима до Стамбула, станут кладбищами.

Лукреция коснулась рукояти кинжала у бедра.

– Тогда нам придётся стать теми, кто играет за обоих. Игра продолжалась. И теперь она стала смертельной.

Глава 4: Башня предателя

Западное побережье Кипра. Ночь.

Море шептало о беде. Лодка, на которой плыли Кемаль, Лукреция и молодой послушник Рафаэль, раскачивалась на волнах. Их цель – старая крепость в горах, когда-то принадлежавшая тамплиерам, а ныне обжитая неизвестными, скрытными и жестокими.

– Это место – чёрная дыра. Те, кто входит туда, редко возвращаются, – прошептал Рафаэль.

Кемаль повернулся к нему:

– А ты чего боишься больше – тьмы или того, что в ней увидишь самого себя?

Рафаэль замолчал.

Крепость. За полночь.

Они прошли через старые туннели, где воздух пах смертью и солью. Внутри стены были выложены чужими письменами – не латынью, не арабским, а чем-то более древним. Кемаль нашёл дверь с символом креста и полумесяца – знаком Ордена Границы.

– Мы внутри. Теперь будьте готовы. Здесь доверять можно только стали, – сказал он, и вытащил короткий изогнутый клинок.

В зале они нашли чертёж – план операции. Несколько городов: Никосия, Родос, Смирна, Венеция. Красные круги и стрелы. Заговор касался не только письма. Это было вмешательство в равновесие мира. Религиозная война, которую кто-то хотел начать с холодной точностью.

– Если это произойдёт – Европа запылает, – сказала Лукреция, глядя на карту.

– И Османская империя рухнет под гневом крестоносцев, – добавил Кемаль. – А кому это нужно?

Ответ прозвучал в спину:

– Мне.

Они обернулись. Рафаэль держал арбалет.

– Простите. Мои присяги были даны давно. Я – сын Иерусалима. Нас осталось немного, но мы всё ещё помним.

Кемаль шагнул к нему, но было поздно. Выстрел. Болт пронзил плечо Лукреции.

Она упала.

Кемаль бросился вперёд – и ударил Рафаэля с такой яростью, что тот отлетел в стену.

– Ты был как брат, – прошептал Кемаль. – Но ты выбрал страх.

Рафаэль хрипел, кровь текла по камням.

– Это ты… ошибся. Письмо не важно. Важно то, что под ним. Это не слова. Это – ключ от трона.

Позже. В безопасном доме.

Лукреция бледна, лежит под простынёй. Её жизнь висит на волоске. Кемаль сидит у окна, окровавленные руки дрожат.

К нему подходит старик – лекарь.

– Она выживет. Но теперь ей придётся платить за каждый день. Вы оба заплатите.

– Уже платим, – отвечает Кемаль. – Мы только начали.

На далёком балконе дворца в Риме кардинал Челлини открывает письмо. Там только одна строка:

«Башня разрушена. Но тень ещё жива.»

Он кивает слуге.

– Уничтожить всех, кто был на Кипре. А следующее письмо пусть несёт убийца в рясе. И на юг отправляется новый враг – священник с глазами волка и руками мясника.

Глава 5: Архивариус с острова мёртвых

Эгейское море. Корабль под флагом французских купцов.

Кемаль сидел у койки Лукреции, накрытой шерстяным покрывалом. Она ещё слаба, но жива. Болт Рафаэля не задел сердце, но оставил след – физический и душевный.

– Он верил, что служит Истине, – сказала она с трудом. – Но правда, за которую он умирал, была чужой.

Кемаль молча вытер пот со лба женщины.

– Теперь мы вдвоём. И мы не ошибёмся снова.

Старый корабельный врач передал ему письмо:

«На Родосе, в подземельях бывшего госпиталя, живёт человек по имени Маноэль да Севера. Он один знает, как прочитать код. Но берегитесь: Орден уже ищет его.»

Родос. Дождливое утро. Бывшая обитель иоаннитов.

Они пробрались в заброшенное здание через сад, где розы давно превратились в колючий кустарник. На нижнем этаже – потайной проход. Спускались в темноте, как в пасть забытого льва.

– Он был картографом, шифровальщиком, слугой испанской короны, пока его не предали, – шептала Лукреция. – Теперь он служит только бумаге и памяти.

Комната с десятками карт, древними глобусами и портретами венецианских дожей.

Из тени вышел старик – с глазами, словно вырезанными из камня. На его шее висел медальон в форме круга, пересечённого вертикальной чертой.

– Маноэль да Севера, – представился он. – Вы привезли смерть. Я её чувствую.

– Мы привезли письмо, – сказал Кемаль. – И если его не расшифровать, то смерть придёт ко всем.

Маноэль коснулся бумаги, закрыл глаза. Затем заговорил:

– Это не просто письмо. Это обрывок договора. Секретного пакта между Римом, Константинополем и одним из древних рыцарских орденов. Оно датировано 1489 годом. Смысл в нём – раздел мира.

Он поднёс лист к свечам, и в тусклом свете проступили слова на латыни:

«In tenebris sumus, donec lucem emant pretia sanguinis.»

«Во тьме мы, пока свет не куплен кровью.»

– Но это только первая часть. Вторая часть находится в… – он осёкся.

Дверь снизу взорвалась.

– Бегите! – крикнул он. – Они здесь!

Погоня. По подземным ходам и узким улицам старого Родоса.

Чернорясый убийца, священник-экзекутор, шёл по следу, как волк. Его звали Пьетро Кантарини. Когда-то он был инквизитором. Теперь – палач Рима. В его руках – кинжал, на котором выгравированы слова: «Fiat voluntas tua».

Кемаль и Лукреция чудом сбежали, оставив за собой горящий архив. Маноэль был мёртв – с улыбкой на губах, как будто, умерев, он успел передать правду дальше.

Позже. Турецкий корабль у берегов Родоса.

На палубе стояли Лукреция и Кемаль.

– Мы узнали, что письмо – не просто сообщение. Это часть пакта, за который кто-то готов сжечь мир, – сказала она.

– А где вторая часть?

Кемаль раскрыл пергамент, который Маноэль успел вложить в их сумку. Там были координаты.

– Смирна. Хранилище рыцарей-ренегатов. Их давно считали мёртвыми. Но теперь ясно – они вернулись.

– Тогда наш путь туда, – сказала Лукреция.

– Нет, – ответил Кемаль. – Наш путь – в прошлое. Потому что только зная, кем были те, кто создали письмо, мы поймём, зачем его хотят сейчас.

Финал главы:

В Риме кардинал Челлини смотрит на горящий Родос с башни своей виллы.

– Пусть бегут. Всё, что они найдут, – будет тем, что мы захотим им показать.

За его спиной – фигура в чёрном балахоне, молча сжимающая амулет.

Игра приближалась к центру. И в центре был… трон без имени.

Глава 6: Письмо изгнанника

Смирна. Осень. Портовый город, где Восток обнимает Запад.

Под видом венецианского торговца тканями Кемаль Неждет вошёл в город. Рядом – Лукреция, уже окрепшая, с перевязанным плечом, в одежде вдовы-мореплавателя из Генуи. У каждого – новая легенда. У каждого – старые шрамы.

Они искали хранилище. Его называли “Дом тишины” – бывшая синагога, превращённая в убежище для тех, кто покинул Испанию после указа Альгамбры 1492 года. Там, среди изгнанников, скрылся человек, державший вторую часть письма.

– Его звали Эзра Ибн Мейр, – объяснила Лукреция. – Он был секретарём при дворе Фердинанда Арагонского… но тайно писал для врагов христианства.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.