Владимир Кончев
Теневое правительство. Операция "Андеграунд"

«Все персонажи и события в этой книге вымышлены.

Любое сходство с реальными людьми или событиями является случайным.»

1. ДУБАЙ. ГОСТИНИЦА КЕМПИНСКИ

– Сэм, а ведь никто законы диалектики пока не отменял. И даже вроде и не пытался, – Берт посмотрел на свет свой стакан и отхлебнул из него янтарного виски.

Сэм сделал глоток из своего стакана с простой водой, а кроме неё он последние несколько лет ничего не пил, прищурив один глаз, спросил:

– А ты вот решил, что ли? И который из них?

– Да нет. Как раз наоборот. Потому эти законы и не отменяют, что отменить их невозможно. Башковитые ребята придумали в своё время.

– Да…, – протянул Сэм, – далеко пойдёшь. – Сэм прищурил второй глаз – диалектика она штука такая. Остановить её невозможно. И? – и сделал ещё глоток воды.

Они сидели в баре гостиницы Кемпински в Дубае, куда к Сэму прилетел Берт, напросившись на встречу для очень, как он выразился, важного разговора, не терпящего отлагательств.

Приглядываясь к Берту, Сэм старался понять – куда он клонит. Или действительно подался в высокие материи и тогда придётся напрячься и грамотно, чтоб не обиделся, послать его. Или это прелюдия к действительно важному разговору. Тогда всё равно придётся напрягаться. Но тогда уже по другому поводу. И всерьёз. А у Сэма и своих дел невпроворот. Директория не терпит бездельников.

К тому же Сэм держал в памяти, что Берт не просто говорун, как выразился однажды Председатель. Несколько лет назад его такая безмятежная, но более витиеватая речь натолкнула Директорию провести тренировку по подчинению стран и народов практически по всему миру, манипулируя информацией о всеобщей пандемии от якобы внезапно вырвавшегося из лаборатории смертоносного вируса. И надо сказать – тренировка прошла в принципе успешно. Почти. Нет, кому положено, конечно, заработали – появившиеся чуть ли не на второй день якобы вновь изобретённые вакцины всучивались государствам фактически насильно. Но… Так и не удалось убедить мировую общественность в китайском следе происхождения и применения вируса. И ещё, конечно, Россия. Мало того, что она изобрела свои вакцины, не став тратить баснословные суммы на западные, к тому же весьма сомнительного качества, она продолжает вести своё расследование о роли англичан и американцев в прошедшей пандемии. И шансы докопаться до истины у неё не малые, включая участие в расследовании Китая и других заинтересованных стран (такие тоже есть), а также то, что шила в мешке, как ни старайся, не утаишь – те же англичане, если будет повод, сдадут на раз. И похоже Россия идёт и по этому пути. Найдут и повод. Так что Директория, проведя как бы успешную провокацию, поимела немалую проблему. Но этим сейчас занимаются другие службы Директории. В обязанности Сэма не входит обеспечение безопасности и контрразведка. Хотя, если «прилетит», мало не покажется никому. И Сэм не последний в списке.

Вот такие дела. Так что Сэму было от чего насторожиться. И похоже это был второй вариант. То есть всё-таки прелюдия. А заход про законы диалектики как бы настраивал на масштабность охвата мыслей Берта. К тому же Берт был англичанином. А это уже веками выработанная способность на многоходовые операции. Или провокации. И конечно – игра «в долгую». Взять хотя бы полувековую, начиная с Фултонской речи Черчилля в 1946 году, операцию саксов по развалу Советского Союза, закончившейся его крахом в 1991 году.

Тем временем Берт, позвякав льдом в почти опустевшем стакане, тоже прищурил глаза.

– Согласись Сэм, – начал он, – жизнь состоит из белых и чёрных полос. Некоторые это называют зеброй. Некоторые синусоидой – вверх-вниз и снова вверх-вниз. Для отдельно взятого человека и внизу или в чёрной полосе, и вверху – в белой полосе – одинаково не комильфо. Про чёрную, или низ синусоиды, понятно – всё хреново. Но и при белой полосе – чем ярче она была, тем темнее будет казаться чёрная полоса. Или чем выше пик синусоиды, тем с большей высоты будет падать. Ведь она после пика обязательно пойдёт вниз. И фиг это отменишь. – Заметив скептизм во взгляде Сэма, Берт продолжил.

– Возьмём двух человек, сто, тысячу, миллионы – закон для всех един. А объединившись в какую-нибудь организацию или государство, процветание и упадок этих объединений будут тоже чередоваться, как и у любого человека их составляющего. Получается, что чтобы ниже было падать и при этом не достигать дна – нижнего пика синусоиды, любому объединению, да и каждому отдельному человеку, нужно сгладить своими действиями пики или гребешки синусоиды. Стремясь конечно, чтоб синусоида превратилась в прямую – стабильность и равномерность. Но это не реально. Полной прямой не получится никогда и ни у кого. Тем не менее стремиться к этому надо. Не выпрямить конечно синусоиду в линию, а хотя бы срезать гребешки.

– Берт, – не выдержал Сэм, – давай ближе к делу. Я-то что должен сделать? Не отпиливать же кому-то гребешки.

– Вот именно! Ты должен это сказать Председателю!

Сэм аж вздрогнул. Он отодвинул стакан, поставил локоть на стол, подперев рукой голову, и уставился на Берна изучающим взглядом.

– Ну что ты на меня так смотришь, – наконец сказал, как вздохнул, Берт, – ты же не дослушал до конца. Думаешь я прилетел на другой конец земли учить тебя диалектике? Лучше скажи – ты согласен со мной про сообщества, человека? – И подперев так же рукой голову, тоже уставился на молчавшего Сэма изучающим взглядом.

Просидев так несколько секунд прямо выпалил ему в лицо:

– Сэм, а теперь переложи всё это на нашу Директорию. Она, в принципе, на пике своего существования. А после пика ведь всегда бывает спад. Так вот – появились признаки этого спада. Последней каплей, как говорится, в море для меня стало появление у русских гиперзвуковых ракет. И не мультяшных, как пробуют втемяшить нам Госдеп, ЦРУ и Пентагон. А самые настоящие. Это означает, что США со всеми их союзниками никогда не удастся запугать Россию. На подходе и Китай. С потерей возможности США поддерживать свою гегемонию с помощью оружия, Директории тоже придёт хана. Ведь эти балбесы из Госдепа не знают, что такое настоящая дипломатия. И надеяться на них может только полный дебил. Как и доминирование в экономике – мыльный пузырь в 36-ти триллионный долг обязательно лопнет. И на западные санкции Росси плевать. Там бюджет даже профицитный.

Ещё раз взглянув на так же молчавшего Сэма, Берт встал и не прощаясь пошёл к выходу из бара.

Словно очнувшись, Сэм с тревогой посмотрел в спину удалявшегося друга, сам не понимая, за кого вдруг такая тревога – за Берта, Директорию или за себя самого? Проходя мимо ресепшен, заказал билет на ближайший рейс в Лондон.

Да, не было печали, думал Сэм, развалясь на заднем сидении такси по пути в аэропорт. А ведь Берт прав. Если посмотреть на события последнего времени не на как отдельные, так сказать, эпизоды, а сложив всё в одну картинку, Штаты, похоже и впрямь теряют своё лидерство.

В это время звякнул телефон. Сэм достал его из кармана и взглянул на экран. Пришло сообщение от Берта. В сообщении была цитата из какой-то статьи:

«…В современном мире есть пять основных сфер влияния, создающих настоящего гегемона:

– влияние в политической сфере США давно лишились, никто не уважает страну с таким руководством;

– военная мощь у американцев затухает, особенно после появления новых видов оружия у России;

– в экономике по паритету за последние 100 лет США перестали быть №1, ведь Китай перехватил эту повестку.

Остается две сферы, где Штаты пока доминируют: информационная, где они используют виртуальные «блокады» и пропагандистское давление на разнообразные регионы, а также финансы – доллар еще все-таки «рулит»…»

Берт продолжил вбивать гвозди в гроб гегемона, усмехнулся Сэм. Но веселья ему от этой мысли не прибавилось, как и пару часов назад в баре гостиницы.

2. РЕЙС ДУБАЙ-ЛОНДОН

Да, последняя капля в море, как выразился Берт, аргумент, конечно, весомый, очень весомый, думал Сэм, сидя в самолёте, выполнявшему рейс Дубай-Лондон. За восемь часов полёта необходимо было подготовиться к разговору с Председателем. И подготовиться к нему надо было всерьёз.

Тому всяко-разно известно о гиперзвуке русских. Да и китайском тоже. И много ещё чего разного, о чём даже и не подозревают Сэм с Бертом вместе взятые. И здесь важнее даже не сами факты того, что Директория, проходя пик синусоиды, неизбежно будет терять своё влияние. Важнее продумать то, что ответит Сэм на вопрос Председателя – и что ты предлагаешь! А так как синусоида вещь неотменимая и можно лишь замедлить падение, оттянув приближение к низшей точке на какое-то время, то «что делать» было понятно. Вопрос – как?

Но Председатель не был бы Председателем, если бы не смотрел на несколько шагов вперёд. Его не устроит только замедление скорости спуска по синусоиде. Он захочет вообще не допустить исхода до низшей точки. Он захочет напрочь остановить это падение. И не только. А и возродить былое влияние и даже может быть на более высоком уровне. И задавая свой вопрос – что ты предлагаешь – будет готов услышать ответ только в этом направлении.

Ответить-то не сложно. И ответ так и вертится на языке – замутить такую аферу, как, например, создание Бреттон-Вудской системы, которая сможет, мягко говоря, отстранить всех так называемых «возбудителей спокойствия». А кто у нас главный «возмутитель»? Здесь и к бабке далеко ходить не надо – конечно Россия!

Вот тут-то и возникает вопрос – как?

Россию в честном бою никому не удавалось победить. И развал СССР с победой в холодной войне вовсе не было чистой победой, как твердят изо всех западных утюгов. Это, надо называть вещи своими именами, была вовсе не победа, а был чистый обман. И как сказанул американский генерал в русском фильме «Небо» – «А чего мы так пьем, празднуем, веселимся? Празднуем победу над русскими… Мы не победили русских, мы их обманули. И когда они это поймут, мы об этом сильно пожалеем».

И вот от этой печки, как говорят русские, и надо плясать.

Немаловажно, что при таком раскладе Россия сейчас, несмотря на дурацкие американские санкции Минфина и администрации Президента, находится в восходящей стадии синусоиды. И, похоже, только в самом её начале. В то время, как коллективный Запад, особенно Евросоюз, вовсю мчится по наклонной вниз. И Берт всё-таки намеренно сгладил краски. Не стал нагнетать, чтоб не посчитали за паникёра. Хотя сам его визит говорит, что дело, как говорят уже немцы, совсем швах.

Сэм взглянул в иллюминатор. Средиземное море, прикинув время, определил он. Казавшаяся сверху спокойной, водная гладь настроила и его на спокойное течение мыслей.

И так – Россия. И надо сделать так, чтобы она не мешала влиянию Запада на весь остальной мир. То есть связать ей руки, условно говоря, так, чтобы не оставалось у неё возможности даже подумать о каком-то противодействии. И повязать надо как снаружи, так и изнутри. Кто-то великий сказал, что Россию нельзя победить извне. Её можно победить только изнутри. Вроде как Даллес. Первый Директор ЦРУ. Да. Пятая колонна совсем даже будет кстати.

Снаружи необходимо взбодрить хохлов. Пусть активизируются и дальше кошмарить москалей. Война? А пускай залезут в Россию и воюют до посинения. До последнего хохла. Растянуть лет на десять-двадцать. Истощение войной очень действенная штука.

Да ещё обязательно нарастить эти дурацкие санкции. Тьфу ты, привязались. А без них нельзя. Чтоб России было не продохнуть. Повяжем Россию – выкарабкаемся.

А если Россия не дастся?

И с этой мыслью как-то незаметно задремал.

3. ВАШИНГТОН. БЕЛЫЙ ДОМ

– Вы считаете, что нам нужно реагировать немедленно? – вопросительно посмотрел Советник по безопасности на Президента.

– Конечно! Русские всегда должны знать, что мы держим руку на пульсе.

Президент с раздражением бросил на стол листок бумаги, который ему принёс Советник. В ней говорилось, что гиперзвуковые ракеты русских под названием «Кинжал» поставлены на вооружение и запущены в серию. Там же было указано несколько технических характеристик. Один из выводов гласил, что ПВО США и НАТО против этих ракет бессильны. Ни обнаружить, ни уничтожить существующим на Западе оружием их невозможно.

– Как мы могли допустить, что русские в который раз оказываются впереди нас? И что, кстати, с нашим гиперзвуком?

Вздохнув, Советник сказал:

– Работы ведутся в ускоренном темпе. Но боюсь, сэр, что мы отстали от них лет на десять. Противопоставить нам нечего.

В кабинете повисла тишина. И Президент, и советник каждый думал о своём.

– И что Вы предлагаете? – наконец не выдержал Президент, – Или считаете, что доложил-ушёл и вся Ваша работа?

– Нет конечно, – ещё раз вздохнул Советник, – На завтра назначено совещание с представителями ведущих предприятий ВПК и учёных по форсированию работ по гиперзвуку. С финансированием вопросов нет. А вот учёные с инженерами пробуксовывают. Их и будем напрягать.

– Напрягайте по полной. Шутки кончились, – Президент внимательно посмотрел на советника, – Ну а что с реакцией? Как будем реагировать?

Советник хотел было уже в третий раз вздохнуть, но вовремя сдержал себя.

– Кроме санкций на данный момент ничего не могу предложить, – и в свою очередь уставил внимательный взгляд на Президента.

– Это само-собой. Включите всех, кто причастен к этим «Кинжалам»: и предприятия, и руководителей. Да, и не забудьте кого-нибудь из этих балбесов чиновников.

Президент откинулся в кресле и с шумом выдохнул. Советнику даже показалась растерянность в его глазах.

Вот и докатились, подумал Президент. Проморгали. И не сейчас, с ракетами. А тогда. Когда не смогли подсунуть первому российскому Президенту в приемники своего человека. А новичок оказался не прост. Ох как не прост. Ещё в 2007-м, в Мюнхене, разгребя немного болото, доставшееся от предшественника, уже послал нас… А как вернул России Крым! В 14-м! Высший пилотаж! Без всяких там ковровых бомбардировок и даже без единого выстрела! Оставалось всего несколько недель, чтоб там стояла база НАТО. И на тебе – Крым уже Россия! И тут же, в 15-м, вжарил нам в Сирии! До сих пор, только услышав там про русский спецназ, наши бравые воины наперегонки уносят ноги подальше. То же и лётчики. Как-то советник рассказал ему коммент какого-то блогера про Россию, которую Запад в 90-х якобы поставил на колени – «Запад думал поставил Россию на колени. А она в это время просто зашнуровывала берцы». Вот и зашнуровала. Теперь расхлёбывай тут.

– Решим так, – Президент снова наклонился к столу, – О результатах завтрашнего совещания по гиперзвуку доложите сразу же, по окончании. А по нашей реакции на русские ракеты готовьте комплекс решений. Привлекайте всех, кого сочтёте нужным. На всё про всё Вам три дня! – заключил Президент вставая.

– Хорошо, сэр, – тоже вставая сказал Советник.

4. ПЕКИН. РЕЗИДЕНЦИЯ ЧЖУННАНЬХАЙ

Закончив доклад и положив папку с документами на стол перед Председателем, начальник главного разведывательного управления остался стоять по стойке смирно.

– Садитесь товарищ генерал, – разрешил тот начальнику разведки, и обращаясь уже ко всем, находящимся за столом совещаний, в основном состоящих из военных, сказал, – Учитывая наши успехи в создании гиперзвукового оружия, можно с уверенностью сказать, что русская ракета «Кинжал» именно то, что про неё уже известно. А то, что русские уже поставили её на вооружение, всколыхнёт весь Запад. И вроде как им уже будет не совсем до нас. По логике, Вашингтон должен сделать ответный ход. Но возможностей у американцев не так уж и много. Они могут, конечно, ещё экономически попробовать сдерживать Россию, но кроме санкций других способов у них уже просто не осталось. Да и Россия с блеском научилась их обходить. Дипломатия Государственного Департамента можно сказать совсем отсутствует. В военном плане они не сунутся. Всё-таки ядерный потенциал России стал уже мощнее, чем хотелось бы в Пентагоне. Остаётся только какая-то глобальная провокация. Тем более, что в связке с ними Великобритания. А это совсем отмороженные подонки.

Председатель встал, показывая рукой, чтобы остальные остались сидеть.

– Поэтому, – он остановил свой взгляд на министре обороны, – Армии – оставаться в полной боевой готовности. Основная же работа на сегодняшний день ложится на разведку.

Председатель сел на своё место. Ненадолго задумался.

– Всё, товарищи. Совещание окончено, – сказал он и добавил, – а Вас, генерал, прошу остаться, – и посмотрел на начальника разведки.

Когда все вышли, он спросил у разведчика, в упор глядя ему в глаза:

– Скажите товарищ генерал, мы сильно отстаём о русских в гиперзвуке?

Тот, не отводя взгляда, ответил:

– Мы почти наравне. Если отстаём, то только немного, товарищ Председатель.

– Спасибо, – сказал Председатель и кивнул головой.

Отпустив генерала, Председатель решил немного поразмышлять над создавшейся ситуацией.

Он получил хорошее образование. И отмороженными подонками назвал англичан полностью отдавая себе отчёт за сказанные слова. Он знал и про обе опиумные войны, развязанные англичанами, и про «столетнее унижение», как называют историки период непрерывной череды проигранных войн, неравных договоров и уступок «заморским варварам», протянувшееся с середины XIX по середину XX века.

Знал он и про многовековую ненависть англичан к России, мечтавших грабить её, как и Китай.

А американцы – это самые отъявленные подонки-англичане, сбежавшие в Америку от правосудия и организовавшие там своё государство под названием Соединённые Штаты Америки. И, привыкнув только грабить, и те, и другие не остановятся ни перед ничем.

Совсем уже было подмяв в 90-х под себя Россию, англосаксы возомнили о себе как о самых великих и непобедимых. Но Россия не встала на колени перед врагом. А, как бывало это не раз, сплотилась воедино, отстаивая свою независимость. И у неё это, надо сказать честно, получается. За последние пару-тройку десятилетий только один раз споткнулась. По Югославии. Но в то время, при первом Президенте, по всем коридорам Кремля шастали те же англосаксы, которые и бомбили Белград, да и всю страну. Разбомбили и китайское посольство.

Председатель вспомнил один ролик того времени. Показывали столовую НАТОвских вояк с белыми скатертями на столах, с ложками-вилками. И российских десантников. И те, и другие находились там как миротворцы. Да к у русских – дымит полевая кухня, десантник достаёт ложку из-за голенища и за обе щёки из котелка. Автомат лежит рядом на траве. Если что – ложку за голенище и в бой. Видно сразу – солдат на войне. А не белоручка за белой скатертью. И как они потом дали гари этим НАТОвцам в Приштине! Только дым стоял. Ни один не сунулся!

А Китай! Правильно мы в своё время начали усиливать армию. А то давно уж тут стояли бы базы. И ведь никого не трогали. Нет. И тут поганцы нашли повод – не понравилось саксам, что китайская экономика пошла в гору. И оказалось, что задушить-то её с разбегу не получится. Придумали Тайвань взбаламутить. Это чтобы как-то нам дать проблем. Как русским с Украиной. Развяжут также войну. На истощение. Уже потихоньку то пошлинами, то санкциями грозят.

Война, она, конечно, ни к чему. Но ведь не отступать же. Вот если США подтянут своих союзников – Японию с Южной Кореей, тогда тяжеловато придётся.

А кто у нас союзники? Получается только Россия. Японцев они в 45-м в Маньчжурии превратили просто в хлам.

Значит провокации нужно ждать минимум с двух направлений точно. С одной стороны – война якобы за Тайвань. С другой – будут всячески вставлять палки в колёса наших отношений с Россией.

Председатель встал, прошёлся до окна. Вид на Центральное озеро всегда действовал на него успокаивающе. Но тут не давала покоя одна свербящая мысль – экономика. И это третье направление, по которому пойдут, да уже и идут, Штаты, чтобы не дать Китаю ни одного шанса сомнения в своей гегемонии.

Пока по-крупному досталось только компании «Хуавэй».

Первой, правда, начала Австралия, запретив «Хуавэй» ещё в 2010 году поставлять оборудование национальной широкополосной сети, якобы опасаясь кибератак, исходящих из Китая. И в 2018-ом, уже в купе с США и Японией, не допустила Huawei Technologies к национальному проекту строительства сетей пятого поколения (5G), опасаясь возможных связей компании с правительством Поднебесной. Дальше посыпалось как из рога изобилия. Против «Хуавэй» ополчились все прислужники США. Докатились до того, что науськали Канаду арестовать Мэн Ваньчжоу – дочь президента Huawei, она же финансовый директор компании. Правительство тогда помогло вызволить её из плена. А «Хуавэй», похоже, до своих планируемых триллионных оборотов уже не добраться.

Председатель вернулся к столу, сел в кресло и взял в руки папку, лежащую чуть в стороне от остальных. В ней были изложены предложения от Высшего экономического Совета, «…которые могут быть использованы Пекином, чтобы как минимум выровнять шансы в борьбе с администрацией США и нанести американской экономике ощутимый ущерб, который, возможно, заставит противника временно умерить свои амбиции…". Интересно бы было посмотреть на того умника, который это придумал, – а последствия, ребята?

Председатель открыл папку, посмотрел на лежащий там лист бумаги. Он уже раза три или четыре прочитал этот текст раньше. Там было написано всего три пункта:

– Эмбарго на поставку редкоземельных металлов в США.

– Блокирование доступа американских компаний на китайский рынок.

– Использование китайского портфеля американских государственных облигаций для обрушения рынка американских государственных долговых инструментов.

Предложения, конечно, реальные. И тряхонёт Штаты конкретно, поведись на это «с разбегу» Председатель. Но здесь спешить нельзя. И вообще – что мы будем при этом иметь, как говорят евреи?

Итак, первое. Эмбарго. Если вводить только против США, они будут покупать у Японии или Европы. Удар в пустоту. Если глобально – нарвёшься на ответные санкции. От Евросоюза точно. И европейский рынок для Китая может вообще схлопнуться. Так что если вводить это эмбарго, то только скрупулёзно взвесив все последствия. С этим ясно.

Второе. Блокировка. Президент перелистнул лист в папке и стал читать приколотый там лист с выводами своей Администрации:

«…По оценке S&P Dow Jones Indices, на Азию в целом приходится всего около 14 процентов объема продаж крупных американских компаний из индекса S&P 500. Если предположить, что на Китай приходится большая часть этого объема, то даже полное закрытие китайских рынков не станет катастрофой…»

Значит – катастрофой не станет… Даже если грамотно провести информационную компанию, что «блокировка» – это ответ на санкции Вашингтона против Пекина, то это только подпортит имидж Администрации Президента США, да и его самого, но «катастрофой для Штатов не станет. Стоит ли игра свеч сейчас, сегодня? Ну не дадут действующему президенту переизбраться? Выберут другого. Может даже ещё более безбашенного.

Но кран доступа американских компаний понемногу будем прикрывать.

Председатель перелистнул ещё одну страницу. И прочитал вывод по третьему пункту:

«…Сам по себе ход не сможет нанести катастрофического ущерба (хотя цены на американские облигации обязательно упадут), но если сделать это в момент максимальной американской уязвимости, то этот китайский портфель вполне может сыграть ключевую роль в обвале финансовой системы США…».

И тут торопиться не надо. Скорее всего надо будет скидывать понемногу. Но постоянно.

Председатель закрыл и отложил папку в сторону, решив – разведка и ещё раз разведка!

5. ЛОНДОН. ШТАБ-КВАРТИРА ДИРЕКТОРИИ

Такого Сэм от Председателя не ожидал. Передав ему слова Берта и выложив свои соображения, от ответа начальника он аж оторопел.

Тот, внимательно выслушав его и даже ни разу не перебив, выдал:

– Ты прав сынок, если не удастся поставить всё-таки Россию на колени, нам не выжить. Ну во всяком случае в том же качестве, что сейчас. Но начинать мы будем не с России, а с Китая!

И уставился на Сэма своим немигающим взглядом, наблюдая за его реакцией.

Такое же состояние у Сэма было в 17-м году, когда практически всё было готово к вторжению в Северную Корею и обсуждалось, кто конкретно будет проводить наземную операцию – Южная Корея или Япония. Или обе вместе взятые. Ведь кто-то же должен будет взять под контроль территорию после бомбардировок, так как Лондон внушил Вашингтону, что в данном случае надо действовать чужими руками. Как бывало не раз. Ситуация конечно отличалась от стандартной, потому что, как было сказано в одной российской статье

– «деморализация вероятного противника посредством СМИ и при помощи соцсетей не прошла. В КНДР читают „правильные» газеты и смотрят „полезное» телевидение, а в соцсетях не «зависают» в силу их отсутствия».

Да ещё и Китай с Россией маячили на горизонте. Пекин тот вообще дал понять Белому Дому, что при ударе Пхеньяном по США Китай будет молчать. Но если Северная Корея подвергнется нападению, Китай ей поможет.

Тем не мене к Корейскому полуострову, к находившимся там двум авианосцам USS Ronald Reagan и USS Carl Vinson, шел на подмогу третий – USS Nimitz. К тому же – в конце апреля в южнокорейский порт Пусан прибыла атомная подводная лодка ВМС США USS Michigan. Для маленькой страны более, чем достаточно, чтобы превратить её в лунный ландшафт.

Но тогда Председатель сказал, как отрезал – «Операция завершается. Корабли должны уйти». Лондон-то тогда остался в стороне. А вот американцам пришлось делать хорошую мину при плохой игре…

И вот опять это чувство. Чувство студента, понявшего, что несёт чушь про верблюдов на экзамене по алгебре. Быстро взяв себя в руки, Сэм спросил:

– А как же Россия?

– Россия никуда не уйдёт, – Председатель прикурил сигарету, – Там надо только подстегнуть ситуацию А вот с Китаем… Учитывая экспортно-импортные отношения Запада и Поднебесной, а также их восточный менталитет, с Китаем нужно действовать тонко. Резко рубанём и самим достанется. Тем более держава-то ядерная. И продолжает двигаться по твоей синусоиде. Куда? Вот именно – вверх. Так что заканчивай свои дела в Дубае и берись…, – Председатель стал прикуривать следующую сигарету. Длинную, тонкую.

За Китай, продолжил про себя Сэм. Но я ведь при таком раскладе больше по России…

– За Россию! – договорил Председатель.

Да что же это такое! Сэм откинулся в кресле. Руки сами упали на колени. Повороты.

6. МОСКВА. РЕЗИДЕНЦИЯ НОВО-ОГАРЕВО

Совещание проходило в очень узком кругу. На него Президент пригласил только Секретаря Совбеза, глав МИД, СВР и Министра обороны.

– Ну что, похоже они почувствовали шило, точнее «Кинжал» в одном месте, – начал бодрым голосом Президент. – Несколько часов назад я получил доклад аналитиков по реакции наших так называемых «партнёров», а называя вещи своими именами – наших врагов, на появление в России гиперзвуковых ракет «Кинжал». Надо сказать, что реакция разноплановая: от «не может быть, русские блефуют», до «Лёлик всё пропало, надо удирать». Но наибольший интерес, по мнению аналитиков, вызывает возможная реакция наших оппонентов, которые ещё в состоянии объективно оценивать ситуацию. И те намерены действовать. Но вариантов действий у них фактически только два. Первый, но совсем маловероятный вариант – начать переговоры и склонить Россию к отказу от любого противостояния. Второй и совершенно реальный – продолжить конфронтацию, но совсем уже на другом уровне.

– Война? – спросил министр иностранных дел.

– Война, – ответил Президент. – Но война, как бывало не раз, чужими руками. Особенно в этом преуспели англичане. А они, похоже и есть закопёрщики всего сыр-бора. И Украина им как раз сейчас кстати.

– Ну что ж, – раздался в повисшей тишине негромкий голос министра обороны, – Нам не привыкать один раз в сто лет давать им всем скопом в репу. Дадим и сейчас.

– Дадим, – сказал Президент, – и чуть подумав добавил, – но не «после», а «до»!

– Если «до», – откликнулся глава СВР, – то почти надо начинать. Службе докладывают – идёт какая-то возня.

– Вот сейчас и начнём, – подытожил Президент, – Прошу Секретаря Совбеза представить совместный план специальной военной операции…

7. ЛОНДОН. ШТАБ-КВАРТИРА МИ6

Это здание, по набережной Принца-Альберта, 85, в районе Вестминстер, не имеет официального названия и было построено специально для центрального аппарата секретной разведывательной службы МИД Великобритании, просто называемой SIS или МИ6.

Вечером, когда сотрудники в основном уже разошлись по домам, заместитель начальника разведки Джон Уайт зашел в кабинет Колина Ренни, своего коллеги и друга, тоже заместителя. Тот сидел за столом, который, как никогда, был завален бумагами.

– Ты и вправду собрался всё это прочитать? – присвистнул Уайт.

– И не только. Мне ещё заключение по ним писать, – ответил Ренни даже не отрываясь от чтения, – Эти бездельники из НАТО совсем оборзели. Насоздавали кучу фирмочек. А я тут разбирайся, – пошарил он по столу, вытащил пару отпечатанных листков и протянул их Уайту, – Вот, глянь.

– Что это? – Уайт взял двумя пальцами протянутые листки.

– А это и есть те фирмочки. Так называемые Центры передового опыта.

– ЦПО что ли? – всмотрелся в первый листок Уайт, – ни фига себе, десятый шрифт и на двух листах, – пробормотал себе под нос и стал читать. Вдруг пригодится. Хотя это и было не его направление, про ЦПО он слышал несколько раз на совещаниях. Мутные конторки. Созданные вроде как для передачи передового опыта (откуда там опыт, да ещё передовой?) эти фирмочки ассоциировались у него как опутавшая Европу гидра, штампующая столько вранья и фейков про Россию для народов Запада, что «Голос Америки» только отдыхает.

1. Центр подготовки ОВВС к участию в совместных операциях (Joint Air Power Competence Centre, JAPCC)

База: Германия, г. Калькар 2005

Участники: Бельгия, Великобритания, Венгрия, Греция, Испания, Италия, Канада, Нидерланды, Норвегия, Польша, Дания, Румыния, США, Турция, Чехия

2. ЦПО НАТО в области борьбы с терроризмом (NATO Center of Excellence Defense Against Terrorism, СОЕ DAT)

База: Турция, г. Анкара 2006

Участники: Албания, Болгария, Великобритания, Венгрия, Германия, Италия, Нидерланды, Румыния, США

3. ЦПО НАТО в области подготовки специалистов минно-тральных сил (NATO Naval Mine Warfare Center of Excellence, NMWCOE)

База: Бельгия, г. Остенде, Нидерланды 2006

Участники: Италия, Польша…

И дальше – Германия, Чехия, Нидерланды, Франция… И так аж 23 штуки. Последняя создана в 1916 году в Словении.

– А ты-то здесь каким боком, Колин? Подработку взял? Зарплаты не хватает? – взглянул Уайт на Ренни, кладя листки на пустое место на столе.

Ренни оторвался от чтения, положил свою бумажку поверх остальных и устало сказал:

– За деньги я бы за такое не взялся. Только по приказу, сэр, – съязвил он. – Ты же знаешь отношение нашего шефа к этому Стобергу, говорящей голове в НАТО. Эти балбесы решили к существующим ЦПО добавить ещё пару: в Польше и в Италии. Вот эта голова и попросила шефа помочь определить функции новых конторок, чтобы вроде бы и нам польза была. Вот, гребу. Мартышкин труд, – сказал Ренни и развёл руки, показав этим, что никуда не денешься. Надо.

– А толк-то хоть есть какой, от этих мартышек? – спросил Уайт, садясь в кресло у приставного столика.

Опустив руки, Ренни слегка покачал головой.

– Толк-то есть. Вроде как отдал и забыл. Но палочка о двух концах. Ведь если пойдёт что-то не так, отвечать всё равно придётся здесь. Недоглядел, не проверил, не проконтролировал… А вообще – помнишь компанию в 2014-м? По Украине. Как прочистили мозги и здесь, в Европе, и на самой Украине? Это по большей части их работа. Похоже хохлов навсегда рубанули от России.

– Это кого следующим Президентом там поставим, – не согласился Уайт, – С Россией, жаль, пролетели. Понадеялись, что первый Президент поставит своего продолжателя. А вышло что?

– Это так, – согласился Ренни и снова покачал головой. Потом как-то вскинулся:

– А ты чего пришел? Мимо проходил?

– Да я по сегодняшнему совещанию хотел перекинуться, А ты, – Уайт усмехнулся, кивнув на кипу бумаг на столе у Ренни.

– А я специально остался. Решил сегодня разгрести, чтоб завтра ничего не висело на душе и вплотную заняться русскими. Ты, кстати, не знаешь, за сколько минут их «Кинжалы» могут долететь до Лондона?

– Со скоростью примерно 7 Махов, махом долетят. Извини за тавтологию, – снова усмехнулся Уайт, – Или, если их запускать с Ту-22М3 за 3000 км от нас, то при скорости около 15000 км\час, примерно 12 минут.

Ренни в третий раз покачал головой и о чём-то призадумался.

Уайт тоже помолчал немного. Потом встал с кресла.

– Ладно. Тогда до завтра. – сказал он. Потом, что-то прикинув, добавил:

– Тут надвигаются выборы Президента в Белоруссии. Пошарь в этих своих бумагах, может что в голову придёт. Пожал руку сидевшему Ренни и пошёл к выходу.

Тот, так и оставшись сидеть пробурчал:

– Ага, уже шарю, сэр!

8. ШВЕЙЦАРИЯ. ВЕРХНИЙ ВАЛЕ

На таком представительном собрании Сэм за время своей работы в Директории, а это уже более полутора десятка лет, никогда участия не принимал.

В лицо он знал только трёх членов Совета, вместе с Председателем. Да ещё руководителей ЦРУ Пёрнса и МИ6 Дженса. Берт не в счёт. Его вместе с Сэмом пригласили по неизвестной причине. Остальных пятерых присутствующих он не знал. От слова совсем.

Всё было как-то необычно. И эти незнакомцы. Да и само количество собравшихся. И срочность. А может ему специально приказали только в последний момент? Времени на сборы и прибытие было тика в тику. Чуть не по минутам.

И место. Какая-то одинокая вилла. Километрах в трёх от известного швейцарского курорта Ридеральп в Верхнем Вале. Отследить прибытие-отъезд для знающего человека вообще, как на ладони. А может как раз и не нужна здесь секретность-конспирация?

Сэм окинул присутствующих взглядом и решил незнакомцев именовать слева направо цифрами от 1 до 5-ти. Председатель как раз с этим пятым, который сидел с ним рядом справа, о чём-то тихо переговаривался.

Но вот он кивнул головой. Приподнял немного правую руку и слегка хлопнул ей по столу. Все посмотрели на него.

– Господа, начал он, – Наше необычное собрание начнём без предисловий. Ситуация всем известна. Остановлюсь на задачах.

Он посмотрел куда-то в сторону и продолжил:

– Задач, конечно, несколько. И главные из них, как может показаться, это Россия и Китай. На самом деле главная, самая главная, задача одна. Это не допустить их военного сближения. Нельзя допустить их военный союз. Остальное всё производные.

Председатель повернул голову вправо и кивнул:

– Продолжайте мистер Майер.

Номер пятый в списке Сэма встал. Прокашлялся и начал:

– Барьер, конечно, между ними не поставить. Особенно дипломатически. Надо отдать должное – Штаты бездарно всё провалили. А остальных, я говорю о так называемых странах Запада, они и слушать не будут, – на мгновение замолчав, продолжил – В военной сфере та же картина. Тут наблюдается даже обратный эффект. Летние совместные учения российской армии и армии Китая в Сибири наглядный тому пример.

Похоже он не всё говорит, что хотел бы сказать, подумал Сэм, так как пятый снова замолчал, как бы фильтруя в голове следующие фразы.

– Остаются идеологическая и экономическая сферы. Проводящаяся сейчас работа даёт результаты. Но не в той мере, как бы было надо. И направленность её ориентирована на каждую страну в отдельности. Но жизнь заставляет, да, именно от этого будет зависеть наша дальнейшая жизнь. Ни много и не мало. Жизнь заставляет смотреть на эти страны в комплексе. Поэтому, продолжая уже начатое, в дальнейшей работе ставится упор на принятие таких мер, которые бы вели к российско-китайской конфронтации. И тут все методы хороши. На карте стоит очень много. Можно сказать – всё.

Дальше пошло даже не обсуждение, а тихий, спокойный обмен мнениями. Похоже, что все действительно были в курсе. И проблемы. И методов её решения. Ну а детали на таких совещаниях не обсуждаются по определению.

Так продолжалось часа полтора. Но когда собравшиеся постепенно стали по одному уезжать, Председатель подал знак Сэму, чтоб тот не спешил уходить. Похоже такое же указание получил и Берт. Потому что, когда они остались только втроём, Председатель показал на маленький столик в углу, вокруг которого стояло три кресла.

– Удивлены? – Председатель глядел на них впрямь как на школьников, – Вижу: и местом, и составом. И своим присутствием. -прикурив свою неизменную длинную, тонкую сигарету, продолжил. – А ничего необычного здесь нет. Место? Да не имеет значения. Все присутствующие были настолько известны в определённых кругах, что их перемещения не скрыть при любом раскладе. Просто надо было чтобы ничто не мешало. И состав, в принципе, обычный. Если это удивило, да к потому что у вас это первый раз. В двух словах – это те люди от которых зависит основное финансирование. Главное было получить их согласие. И вы видели – никто не был против. Это и есть согласие. Голосований здесь не бывает.

Затушив сигарету, взглянул исподлобья на обоих. Не переводя взгляд с одного на другого, а именно на обоих сразу:

– Думаете для чего вам разрешили присутствовать на этом, так сказать, саммите? Чтоб увидели с кем имеете дело? Ну да, конечно. Да к вот совсем наоборот. Это они хотели увидеть с кем имеют дело. И больше всего их интересовал, уж извини, Сэм, интересовал Берт. Но фейс-котроль вы похоже прошли оба. С чем и поздравляю. Такое удавалось далеко не всем.

Сказав это Председатель замолчал. Как вроде бы показывая, что разговор окончен.

– Нам предстоит заниматься чем-то особенным? – спросил его Берт.

Тот посмотрел на них, как несколькими минутами раньше – сразу на обоих и ответил:

– Нет. Вам предстоит заниматься главным!

Сэм и Берт обменялись взглядами. Они давно знали друг друга. И Сэм понял, что спрашивать должен он. Он и спросил:

– Столкнуть Россию и Китай лбами?

Председатель откинулся в кресле и опять – этот взгляд – сразу на обоих:

– Нет! – его взгляд стал жёстким, как у хищника перед броском, – Вам предстоит заниматься сохранением Директории, если столкнуть их лбами не удастся!

И снова Сэма охватило то чувство – чувство школьника. Он даже не посмотрел на Берта. Повороты, блин.

Но Председатель ещё добавил:

– И процветанием! И только так – выживанием и процветанием!

9. ЛОНДОН. ШТАБ-КВАРТИРА МИ6

На следующее утро Уайту с Ренни не удалось переговорить. Обоих вызвал шеф.

Первым вопросом было отравление бывшего русского разведчика с его дочкой. И похоже операция состояла из двух пунктов: спрятать этих Скрупилей и растрезвонить, что их отравили российские спецслужбы.

– Русские взбеленились. Отрицают всё подряд, – начал шеф совещание.

Взбеленишься здесь, когда на тебя валят то, чего не делал, – подумал Уайт. Хорошо ещё наших никого в ответ не траванули.

– Тем не менее операция подходит к окончательной фазе. МИД занимается высылкой их дипломатов. А нам остаётся найти исполнителей, – Дженс посмотрел нв Джона, – Уайт, Вы знаете как это делается. И не важно кого, важно скорей. У Вас есть вопросы?

– Всё понятно, сэр.

У Уайта в принципе всё уже было готово. Заприметили двух мужиков из России. Скинет сейчас данные по ним в прессу. Всего и делов. Правда-неправда никто потом не спросит. И русские никого не траванут. Утрутся, как всегда.

– Ренни! – шеф остановил взгляд на втором своём заместителе.

– Слушаю, сэр, – откликнулся тот.

– Вам предстоит немедленно заняться пенсионной реформой в России. Там хотят увеличить возраст выхода на пенсию, тем самым подзаткнуть дыры в своём бюджете. Ваша задача – поднять такую волну возмущения населения, чтобы российские власти и думать про неё забыли. Самое лучшее, если волнения перейдут в открытое противостояние.

– Есть, сэр, – по привычке, ещё со службы в Королевских ВВС, чуть не козырнул Колин, и что-то прикинув в голове, спросил, – Придётся подключить некоторые европейские ЦПО и разрешите их параллельно настроить на будущие выборы Президента в Белоруссии. Пусть пока пособирают материал.

– Согласен, – кивнул шеф, – А которые из них?

– Румынское, в Орадя и Чешское, в Вышкове, – Колин хотел назвать ещё парочку, но решил пока повременить. Время ещё есть.

– Хорошо, готовьте запросы в НАТО.

Потом, обращаясь уже к обоим:

– Ваше предположение оказалось верным – Россию и Китай необходимо столкнуть лбами.

Шеф сослался на разговор, который состоялся несколько дней назад, когда Ренни как бы вскользь высказался о том, как бы вбить клин между этими державами. И вот результат.

– Дело не одномоментное, настраивайтесь на долгосрочную перспективу. Поэтому продолжайте кошмарить и тех и других, но развитие антагонизма между ними становится задачей номер один.

Уже выходя из кабинета, Уайт подумал, что раз шеф никого из их не назначил старшим, значит руководить будет сам. А это уже другой уровень. Форин-офис? Королева? А кто у нас ещё выше? Опа! Он аж сбился с шага.

Вернувшись к себе, Уайт бросил папку с бумагами, которую брал на совещание к шефу, на стол, попросил секретаршу, чтобы та принесла ему кофе и уселся в глубокое кресло у журнального столика, который стоял слева от входа в кабинет.

Итак, раздрай, – думал он, пока секретарша расставляла на столике чашку с кофейником, сахарницу и печенье.

Поразмышляв немного, он, допив кофе, налил из кофейника себе ещё, подошёл к рабочему столу и набрал номер Ренни.

– Колин, если не очень занят, приходи, – сказал он в трубку.

– Я как раз хотел позвонить тебе. Уже иду, – отозвался тот.

Попросив ещё одну чашку для Ренни, Уайт снова уселся в кресло, в котором только что сидел.

Вошедший Ренни, как бы с разбегу плюхнулся в кресло, стоявшее напротив, ухватился за кофейник, быстро налил себе в чашку, сразу отхлебнул и выпалил:

– Прямо марафон какой-то.

Наконец, переведя дух, спокойно продолжил:

– Вчера провозился до ночи с этими ЦПО. Сегодня, не успев прийти, сразу к шефу. Только зашёл в кабинет, звонит помощник шефа и говорит, чтобы я собирался в Лэнгли. Уж собрался было идти к тебе, звонит Милд, аналитик хренов, сказал, что есть малость нестыковок в отчёте по этим чёртовым ЦПО. Вроде как функции несколько раз перекликаются. Дубина. Я сказал ему, что чем больше будет одинаковых функций, тем больше у него будет источников для анализа. Только положил трубку, снова звонок. Слава Богу это был ты. – Он откинулся в кресле и сделал ещё глоток кофе.

Пока он говорил, Уайт припивал, улыбаясь чему-то своему. Отставив пустую чашку, и так же насмешливо глядя на Ренни, сказал:

– Марафон, говоришь? Колин, меня всегда удивляет твоя способность говоря об одном, сказать о другом. Это разве марафон? Вот шеф задал нам марафон, это да… Всем марафонам марафон. Во как я даже заговорил. В одной фразе пять раз одно слово. И складно как получилось.

Ренни тоже отставил свою чашку и сидел задумавшись.

– Ну, с чем пожаловал, – прервал его молчание Уайт.

Колин Ренни редко к нему заходил. Как-то так сложилось, что в основном Уайт приходил к нему. Но зато Джон был уверен – раз Колин сам пришёл, то хочет обсудить что-то серьёзное.

– Тебе не показалось странным, что шеф не назначил старшего в этом марафоне? – поднял свой взгляд Ренни.

– Ещё как показалось, – и вздохнув, продолжил, – И, похоже это не показалось, а так оно и есть.

Ренни встал, подошёл к окну. Обернувшись, спросил:

– Берём самый верхний вариант?

Уайт, внимательно глядя на него, коротко кивнул.

– Ну что ж, заряжаем пока аналитиков по полной. Пусть копают до седьмого колена. Ну и резидентуры само-собой. Кстати, ты в Лэнгли зачем?

– Пока не знаю. Но мне кажется за этим же самым – нагнуть союзничков. Шеф ещё будет инструктировать.

– Вот этих надо напрягать до посинения, – Уайт потёр руки, – Одно мне здесь нравится: чтобы ни затеяли, есть кому исполнять. Не нам же самим копаться. Янки готовы на всё. Помнишь, как мы подкинули им идею, и они с хохлами сбили пассажирский Боинг над Украиной в 14-м году? Ни у тех, ни у других даже мускул ни один не дрогнул. А ведь там было около трёхсот пассажиров!

Ренни еле заметно покивал головой.

– Это так. Но у нас задача стык-трест Китая с Россией.

– Ничего. Аналитики что-то нароют. А, Колин, так ты и америкосам про это тоже шило вставь. И что-то мне подсказывает, что не одним нам над этим голову ломать. Ведь есть ещё и люди, которым гораздо больше есть что терять, чем нам с тобой.

10. ВАШИНГТОН. БЕЛЫЙ ДОМ

В этот раз хозяин Овального кабинета встретил Советника по национальной безопасности стоя у левого окна, которое, как и остальные два, выходило на Южную лужайку.

Положив папку с документами на рабочий стол Президента, Советник остался стоять, ожидая, когда на него обратят внимание.

Повернувшись от окна и усаживаясь за стол, Президент спросил, показывая взглядом на папку:

– Что здесь?

– Это новый список санкций на российских производителей «Кинжала»: организации, сотрудников и чиновников.

– Хорошо. Потом посмотрю, – кивнул Президент. – А что с нашими? Как они, кстати, называются?

– Называются они, – Советник взглянул на потолок, – Long-Range Hypersonic Weapon «Dark Eagle». Мы провели совещание по форсированию сроков постановки их на вооружение. Если начинать с конца, то Lockheed Martin раньше 25-го года ничего не обещает.

– «Тёмный Орёл» значит. – Президент призадумался. Потом спросил – Когда будет директор ЦРУ?

– Советник посмотрел на часы:

– С минуты на минуту.

В дверь постучали и вошёл директор ЦРУ Пёрнс.

Президент кивнул ему и показал рукой на второе кресло для посетителей:

– Докладывайте, Пёрнс. Что у нас нового с Россией.

Директор ЦРУ кашлянул в кулак, положил руки ладошками вниз на стол и начал:

– В России наступление, если можно так сказать, продолжается по всем направлениям. В дипломатической сфере мы практически изолировали её от значимых международных организаций. В ООН, благодаря правом вето в Совбезе, России не удаётся, да и не удастся в ближайшем будущем провести ни одно, не устраивающее нас, решение. От Олимпийских игр она отстранена. Участие в них могут принимать только спортсмены под нейтральным флагом. Из G8 мы опять вернулись к G7, просто вычеркнув её из списка. МАГАТЭ и ВОЗ полностью под нашим контролем. Жаль Россия вышла из МУС – международного уголовного суда. США, кстати, в него и не вступали. Есть одна загвоздка – организация БРИКС. Но мы работаем, чтобы и её изолировать. Хотя заявок на вступление туда уже поступило от более 20-ти государств.

Пёрнс перевёл дух, и продолжил:

– В экономике – пытаемся вести борьбу на истощение. В антироссийские санкции в разной степени включены все страны так называемого Запада. В том числе Канада, Япония, Южная Корея, Австралия… Около 60-ти стран. Скорректированы таможенные пошлины в ту и другую стороны. Прорабатывается отключение России от системы SWIF, что должно значительно парализовать финансовую сферу. Обложили со всех сторон. Но здесь есть одно «но»! Россия активно проводит политику взаиморасчётов в национальных валютах. Так называемую дедолларизацию. И эту тенденцию уже нельзя не заметить. Хотя с Индией и получился конфуз – России некуда тратить полученные от индусов руппии. Но это временно. Найдут способ.

Президент смотрел поверх стола и не перебивал его.

– Дальше военная сфера. Русские обогнали нас в разработке гиперзвукового оружия. У них уже есть «Авангард», «Циркон», сейчас появился «Кинжал». Над какими работают дальше нам неизвестно. Но просочилась информация про скорое испытание высокоскоростного подводного аппарата с ядерной энергетической установкой «Посейдон». Мы посылали Вам справку.

Советник читал эту справку. Там было сказано, что эта торпеда, или подводный аппарат,

«…способен двигаться на глубинах свыше 1000 метров со скоростью до 200 км/ч. Его диаметр составляет 1,8 метра, длина – 20 метров, а вес – примерно 100 тонн. Это самая крупная торпеда в мире, которая в 30 раз тяжелее стандартной. Мощность ядерной боеголовки составляет десятки мегатонн. Основная задача „Посейдона“ – уничтожение стратегически важных военно-морских баз противника и крупных промышленных объектов в прибрежных зонах. Подводный беспилотник может „подкрадываться“ к вражескому берегу и оставаться в режиме ожидания до получения команды на атаку. После взрыва его ядерной боеголовки все прибрежные объекты в радиусе нескольких километров, включая авианосцы, надводные и подводные корабли, будут уничтожены. Взрыв приведёт к образованию цунами, высота волн которого (по оценкам американских учёных) может достигать от 20 до 50 метров, а на равнинной местности такие разрушительные волны могут проникать на глубину до 50 километров. Кроме того, все живые организмы подвергнутся высокой дозе радиации…»

– Если русские, – донеслись между тем до Советника слова директора ЦРУ, – приведут этот арсенал с уже существующим в состояние, достаточное для применения, то при их превентивном ударе по США ответить нам будет нечем. Или почти нечем. Некоторые горячие головы в России спят и видят «Пролив имени Сталина», как они говорят, – между Канадой и Мексикой. Эта фраза принадлежит ещё советскому академику Сахарову, который изобрёл водородную бомбу. А он знал, что говорил. И это ещё в советское время. А сейчас! Замечено, что противников такого пролива у них не замечено. Извините за тавтологию.

– А хорошие новости есть? – глядя исподлобья, – Президент сжал кулаки на столе.

– Удалось сколотить неплохую оппозицию в Белоруссии. Там скоро выборы Президента. Если пройдёт наш кандидат, вторая Украина обеспечена. – и увидев иронический взгляд Президента, продолжил, – Идёт подготовка к выводу из строя Северных потоков. Обоих. Как только русские, достроив СП2, уйдут, мы приступаем.

Газопроводы СП1 и СП2 или Северный поток 1 и Северный поток 2, проложены из России в Германию по дну Балтийского моря. СП1 был введён в эксплуатацию в 2012 году. Строительство СП2 заканчивалось в 2021 году. Выведя эти газопроводы из строя, США нанесут существенный удар по бюджету России.

Всё это мышиная возня, подумал Президент. Пока изобретаем свой гиперзвук, русские найдут способы его нейтрализовать. И не помогут ни авианосцы, ни армады бомбардировщиков. Прилетит гораздо быстрее.

Он перевёл взгляд на Советника:

– Значит решения нет?

Тот сидел, опустив голову, и молчал.

Президент дождался, когда Советник поднимет голову, сказал:

– Решение есть! Готовьте превентивный удар! – и встал, показывая. что аудиенция закончена.

11. ЛОНДОН. ШТАБ-КВАРТИРА МИ6

Уайт как раз раздумывал – чем бы ему заняться в первую очередь – или просмотреть отчёты резидентуры, или ежедневный дайджест СМИ, когда вошла секретарша и, сверх лежащих на столе бумаг, положила папку с диагональной синей полосой в верхнем левом углу. Он сразу насторожился – такие папки использовала аналитическая служба Трана Милда.

Так и есть, убедился он, когда, раскрыв папку, прочитал заголовок на первой странице – «Предложения по усилению конфронтации между Россией и Китаем». Только что-то уж совсем, похоже, мало «предложений», подумал Уайт, насчитав всего три страницы.

Пересев в кресло у журнального столика, он углубился в чтение, помечая некоторые места в тексте жёлтым маркером.

Да, не густо, ещё раз подумал он, откладывая маркер в сторону. В сухом остатке получалось следующее:

– Учитывая отсутствие чётких критериев эффективности сотрудничества в Центральной Азии, проводить постоянный вброс наущений о неравномерности вклада Китая и России в экономику, безопасность, инфраструктуру центрально-азиатских государств.

– Из-за несопоставимых по масштабу экономиках и населения двух стран, необходим вброс тезиса о неравноценности российско-китайских отношений и превращении России в сырьевой придаток Китая. В своём пределе он должен будет доходить до конструкции «сюзерен-вассал».

– Внушить мысль о возможности заключения некоего гипотетического глобального соглашения между Китаем и Западом. Пекину дать понять, что Запад готов допустить китайскую элиту в свой закрытый клуб по управлению миром. Россию же представлять балластом, мешающим китайским товарищам сделаться мировыми господами.

– Использовать миф об угрозе заселения китайцами российского Дальнего Востока и русском страхе перед этим.

– Убедить Россию, что с геополитической и экономической точек зрения для нее было бы лучше хеджировать риски чрезмерной зависимости от Китая за счет сближения с Западом».

– Использовать возможность предательства национальных элит.

Где-то я уже это видел, подумал Уайт. И, впрочем, совсем недавно. Он отложил бумаги, встал, подошел к шкафу и достал из него пухлую папку. Открыв её, он сразу же наткнулся на статью с комментариями какого-то научного сотрудника Чарлза Капчана. Снова сев за столик, он сравнил два текста. Ну точно, в некоторых местах один к одному. Во аналитики!

Хотя, если аналитики ничего существенного не нарыли, значит им не за что было зацепиться. Значит придётся действовать старыми дедовскими методами. Значит только террор и провокации. Или только одна провокация. Но такая, чтобы раз и навсегда! А пока, Уайт потянулся в кресле, ставим им палки в колёса где это возможно.

Он хотел вернуть папку опять в шкаф, но что-то заставило его снова её открыть. К статье борзописца были прикреплёны листки с комментариями росийского блогера. Интересно было название – «Если у старшего научного сотрудника убрать враньё, будет ли он после этого младшим?». Там на цитатах было показано, где Карчан, мягко говоря, лукавил. А где и просто показывал себя профаном, пишущим на заказ.

Блогер просто брал цитату и показывал, в чём заключается враньё:

Ц. «…Опираясь на растущую мощь КНР, Россия получает возможность играть значительную роль на мировой арене, существенно превышающую её реальный вес, и активизирует свою кампанию по подрыву демократического управления в Европе и США…»

Б. Доказательств «по подрыву демократического управления» нет. Есть голословные утверждения, т.е. враньё.

Ц. «…Это асимметричные отношения, в которых усиливающийся, самоуверенный и самодостаточный Китай имеет дело с неуверенной в себе Россией, экономика которой в застое…»

Б. Слова о «неуверенной в себе Россией» и «застое в экономике России» – враньё, не знающего истиной картины, профана.

Ц. «…Такая асимметрия открывает окно возможностей для Байдена: чтобы отдалить две страны друг от друга, его администрации следует эксплуатировать опасения России по поводу статуса младшего партнёра Китая…»

Б. У России нет никаких «опасений». Чистая выдумка автора. А советуя Байдену «открывать окно возможностей», автор озвучивает ложный посыл, который заставляет тратить впустую на его реализацию государственные усилия и средства, что является уже государственной изменой.

Ц. «…Помогая России устранить уязвимые места, которые её отношения с Китаем выставляют на всеобщее обозрение, то есть, по сути, помогая России помочь самой себе, Байден может воодушевить Москву отойти от Пекина…»

Б. Россия уже давно не верит англосаксам. Если автор этого не знает, то какой же он старший научный сотрудник, да ещё и профессор. Поэтому «Байден может» является враньём.

И так на четырёх листах. Уайт отложил бумаги.

А блогер этот за словом в карман не лезет, подумал он. По идее – русским немного раскрутить этот комментарий и глядишь – объявят Карчана агентом Кремля. Кстати, а ведь много кого за враньё можно привлечь. Чуть ли не каждого западного хоть политика, хоть писателя. Они ведь сначала говорят\пишут, а потом и сами начинают верить в своё враньё. А как написал блогер, – действие, или даже побуждение к действию по ложному посылу – это уже государственная измена! Хорошо, что русским толи недосуг, толи некому заняться. А то прорядили бы грядку русофобов.

Хотя нет. И у них бывают прозрения. Какой щелбан они отвесили теперешнему директору ЦРУ Пёрнсу, когда тот ещё руководил Фондом Карнеги. Пёрнс поручил своему вассалу – директору Московского центра Карнеги Дмитрию Трёпову – написать статью о необходимости проведения российским обществом обсуждения внешней политики руководства России. Ну тот и разошёлся, ведь обещали хороший гонорар. Не задумываясь ни на миг, что если бы такое обсуждение внешней политики правительства Штатов в американском обществе предложил созданный в США же фонд, к примеру, Жиримовского, сколько бы минут ему оставалось «жить»? Но деньги не пахнут. Ведь цель была выявить, кто «за», а кто и вообще против проводимой политики российского руководства. Вот и кандидаты в пятую колонну. Бери на крючок и воспитывай. Но тут, как ни странно, ребята из спецслужб просекли и прикрыли Московский центр Карнеги. Здесь были две удивительные вещи. Первая – как после такого провала Пёрнс стал директором ЦРУ. И второе – как до сих пор русские терпят у себя врага Трёпова?

Ладно. Уайт встал и отнёс папку в шкаф. Пусть разбираются кому положено. Своих забот невпроворот.

12. ЛОНДОН. ШТАБ-КВАРТИРА ДИРЕКТОРИИ

Сэм сидел у себя в кабинете и работал на компьютере, открыв аж три окна на мониторе. Он готовил то ли план, то ли доклад Председателю по предстоящей работе. Прошло уже достаточно времени после как тот поставил перед ним и Бертом задачу заниматься самым главным.

А самая главная задача – это выживание и процветание Директории. Как-то странно даже ставить на одну ступень – выживание и процветание. Тут хотя бы выжить. Но само по себе выживание без процветания как бы и ни к чему.

Процветание, во привязалось слово, мелькнуло в голове у Сэма, Директории держится на власти над США. Гегемония же США держится только за счёт доллара, который Директория сделала мировой расчётной и резервной валютой. Штаты (или всё же Директория?) используют доллар везде. Надо завладеть ресурсами или полезными ископаемыми какой-нибудь страны – подгоняют армию (а это доллар) и природные ресурсы наши (а это доллар, но уже в обратном направлении и стократ больше). Надо при этом сменить власть – формируют пятую колонну (это тоже доллар) и власть уже тоже наша. Не хочет власть сдаваться – наёмников (и это тоже доллар) и в бой! Ну и само-собой – валютные резервы почти всех стран – доллар. В последнее же время печатный станок напечатал самим США в долг вообще больше тридцати триллионов. Триллионов! Как при таком госдолге можно говорить про какую-нибудь экономику? Непонятно.

Но так было не всегда. Сэм вывел на экран статью русского экономиста Сергея Погудина. Вот что в ней говорилось.

«…6 июня 2020 года американский доллар отметил 235-ю годовщину с момента появления на свет. В течение более ста пятидесяти из них он оставался никому не интересной (кроме, естественно, жителей сначала действующей, а затем бывшей колонии в Новом свете) местной валютой. Однако в середине ХХ века настал его звездный час, и доллар США превратился в пока бессменного гегемона финансовой системы. Чтобы понять историю возвышения американского доллара, нет необходимости проводить экскурсы во времена его появления. Достаточно вспомнить, что происходило в мире в ХХ веке

До Бреттон-Вудса.

До начала Первой мировой войны главным в глобальной финансовой системе оставался британский фунт. «Империя, на которой никогда не заходит Солнце» с ее многочисленными (хотя и поредевшими к тому времени) колониями сохраняла звание мирового лидера в торговых операциях и экономике в целом. В это время фунтом в международных сделках расплачивалось более половины мира, а в США же пока не был даже создан центральный банк.

Ситуацию существенно изменила война. Крупные европейские державы стали активными участниками боевых действий. Для ведения войны им потребовались три вещи: деньги, деньги и еще раз деньги. Однако неисчерпаемых источников денежных средств не было ни у одного из участников, а объем напечатанных денег ограничивался золотыми запасами государств.

Впрочем, деньги можно было получить в виде кредитов. Единственным реальным источником таких займов оказались США:

– активного участия в войне страна не принимала;

– по уровню промышленного развития практически не уступала европейским странам, а многие из них даже опережала;

– банки пользовались репутацией надежных финансовых организаций.

Воюющие стороны активно пользовались заокеанскими кредитами, которыми оплачивали поставки вооружений из тех же США. Кроме того, многие компании и обеспеченные европейцы предпочитали хранить свои капиталы в далеких от войны американских банках. В результате после окончания Первой мировой войны США стали одним из признанных лидеров в мировой экономике, аккумулировав к тому же почти половину мировых запасов золота.

Вторая мировая война такую ситуацию только усугубила. США и в этом конфликте оказались практически в стороне от активных военных действий (кроме противостояния с Японией на море), продолжая практику активного кредитования сторон. К 1944 году американская экономика, бесспорно, оказалась самой сильной в мире, а объемы золота в банковских хранилищах достигли уровня 3/4 мировых. В таких условиях принятие Бреттон-Вудского соглашения было практически предрешено.

Бреттон-Вудская система.

В июле 1944 года на конференции на американском курорте Бреттон-Вудс была принята предложенная США система организации денежных отношений. Предложения США, хоть и вызвали противодействие со стороны бывшего финансового гегемона (Великобритании), выглядели вполне логично и были приняты:

Мир получил ключевую (универсальную мировую) валюту – доллар США.

– Его стабильность была обеспечена жесткой привязкой к золоту – 35 долларов за 1 тройскую унцию.

– Для стран-участниц устанавливались обменные курсы по отношению к ключевой валюте.

– Центробанки были обязаны поддерживать отклонения курсов не более 1% за счет валютных интервенций.

В мире наступил период гегемонии доллара, которые продолжается и по сей день.

От Бреттон-Вудса до Ямайки

После окончания Второй мировой войны восстановление экономик стран, особенно Германии, Франции и Японии, шло достаточно высоким темпами. Увеличение производства, улучшение качества товаров обусловили снижение спроса на продукцию США и, соответственно, доллар. К тому же новый мировой лидер стремился укрепить свои позиции, используя для этого привычный инструмент – деньги. В результате объем эмиссии доллара рос, а золотой запас, который должен был обеспечить его стабильность, оставался практически неизменным.

Это подрывало основные положения Бреттон-Вудской системы, приводило к снижению реальной стоимости американской валюты. Рубеж был преодолен в середине 60-х, когда объем долларов в обороте оказался больше, чем золотой запас. Такая ситуация не могла устроить правительства стран-участниц. Первый шаг сделала Франция, объявив в одностороннем порядке возврат к золотому стандарту и в 1965 году вывезла собственный золотой запас из США, отправив обратно корабли, груженные долларами. Пример оказался заразительным. Всего за несколько лет количество золота в хранилищах ФРС сократилось более чем вдвое.

Результатом стала отмена в 1971 году президентом США Ричардом Никсоном золотого обеспечения доллара. Фактически Штаты отказались от обмена напечатанных денег на полновесное золото (что в любом другом случае было бы равносильно дефолту).

Однако к этому времени в долларах производились расчеты более чем в 50% заключаемых в мире торговых сделок. Естественно, страны предпочли сохранить за американской валютой статус ключевой, а не спровоцировать жесточайший экономический кризис. На официальном уровне сложившееся положение было закреплено в 1976 году на Международном финансовом форуме на Ямайке. Основным итогом этой конференции стала отмена жесткой привязки курсов валют. Вместо этого их взаимная стоимость должна определяться в ходе свободных торгов на валютном рынке. Такая система продолжает работать в мировых финансах и сегодня.

Почему доллар и сегодня сохраняет устойчивость?

Несмотря на все события в мировой политике, экономике и финансовой системе, доллар США по-прежнему остается универсальным платежным средством в мире, основной резервной валютой и, похоже, в обозримом будущем с этим статусом не расстанется.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.