Сергей Аб
Надежда Тёмной академии. Дизайнер для ректора

Глава 1

Я стояла в кабинете ректора, и просто не знала, куда себя деть. Мне до жути хотелось, чтобы все мои “подвиги” за прошедшие дни мне озвучивал кто-нибудь другой, но только не он.

– Таким образом, Алиса, ваше поведение никак не увязывается с принятыми в нашей академии нормами приличия и морали, – продолжал отчитывать меня ректор. – А, кроме того, тот факт, что я знаю ваше имя – уже не хороший для вас сигнал.

Ненавижу этот ковёр. Я ненавидела его всего несколько раз, а уже успела так невзлюбить. А если подумать, нравилось ли мне вообще хоть что-нибудь в этой мрачной комнате?

Письменный стол с бумагами, удобное рабочее кресло, тёмно-фиолетовые занавески в цвет сумрака, окутывающего академию. И эти ледяные синие глаза ректора Лютариона, что смотрели на меня с нескрываемой злобой. Нет, в этой комнате мне совершенно ничего не нравилось.

– В нашей академии, – воскликнул вдруг ректор, ударяя кулаком по столу, – не принято швырять стульями в профессоров!

Тут мне было нечего возразить.

– Но… он сам попросил меня продемонстрировать свои способности! – нашлась я. – Никто его за язык не тянул!

– Он ждал от вас базовых заклинаний первой ступени! – чеканил ректор. – Но никак не столь банальных фокусов с физикой.

– Да, но вы хоть знаете, что он сказал про мою фигуру? – продолжала отстаивать я свою позицию.

– Это не имеет значения, – тут же возразил он. – Почему нельзя вести себя скромнее? Ни одного студента вашей академии я не видел столько, сколько теперь вижу вас!

– Разве это так уж плохо? – искренне удивилась я. – Да и не так уж и много.

– Вы сорвали занавески в коридорах академии, – начал перечислять он.

– Я же говорила, – ответила я, – у вас слишком мрачно. Немного солнца никому не повредит! А, кроме того, они совершенно нарушают всю концепцию мрачных коридоров. Вычурно и непристойно. Нужно что-нибудь поживее.

– Ваше недовольство очередью в столовой тоже не осталось без моего внимания, – продолжил ректор.

– Но ведь с этим, и правда, надо что-то надо делать! – возмутилась я. – Так и умереть с голоду не долго, а у меня времени на это нет.

– Вы так же позволили себе спорить с нашим преподавателем об исторических несоответствиях в наших учебных материалах! – настаивал он.

– У вас там написано чёрти что! – ответила я, – Всё было совсем не так!

– Да откуда вам-то знать, как оно было?! – повысил голос он.

Лютарион рывком встал из-за стола, и его тёмная мантия с золотыми узорами вдруг резко очертила его широкие плечи, сделав силуэт ректора куда внушительнее. Я едва сдержалась от того, чтобы тут же не попятиться назад. И судя по его взгляду, он прекрасно понимал, какое впечатление он производил. Впрочем, чего ещё можно было ожидать от ректора академии Тёмных искусств, как не пассивных угроз на физическом уровне?

Но этот взгляд! Куда же мне деться от этих грозных глаз? Если бы это хоть что-нибудь решило, я бы не раздумывая, швырнула стулом и в ректора тоже. Бросила взгляд на кресло ректора и закусила губу.

– Профессор Ринтейл уже не молод, – продолжил он, – и ваша глупая выходка лишила студентов такого грамотного преподавателя.

– Он что – умер? – холодок пробежался по моей спине.

– Разумеется, нет, – нервно махнул рукой Лютарион. – Однако теперь я не могу не дать ему столь желанный для него отпуск по здоровью. А кто предмет вести будет – вы?!

– А ведь я тебе говорил, – раздался голос Тропуса возле моего уха, – следовало взять чуточку повыше, тогда профессору точно была бы крышка.

– Замолчи! – шикнула я на фамильяра.

Ректор перевёл взгляд на Тропуса.

– Изгоните своего фамильяра, – приказал ректор, – немедленно!

Я знала, что некоторые из Тёмных умеют не только видеть чужих фамильяров, но и слышать их речь. Так что не особо удивилась словам ректора.

Я сосредоточилась, и произнесла фразу изгнания. Тропус тут же исчез.

Ректор смерил меня недовольным взглядом, и выдохнул.

– Неужели, – снова заговорил он, – то, о чём я вас просил, такая сложная задача?

“Терпи. Молчи. Не стоит. Он и сам знает, что ты тут не причём” – повторяла я про себя мантру спокойствия и отрешенности.

Неприятная тишина зазвенела в кабинете, словно никого в академии и не было.

– Я просил вас о таком пустяке! – продолжил он, повысив голос, и я вдруг почувствовала себя маленькой девочкой, готовой вот-вот расплакаться. – Просто набраться терпения, и подождать, пока в вашей академии закончатся восстановительные работы! А вы что?

– А что я? – осторожно спросила я.

– А вы даже здесь умудряетесь спорить! – воскликнул он.

– Я вовсе не спорила с вами, ректор, – возразила я. – Я показывала вам события с моей точки зрения!

– У меня и своих дел по горло, – продолжил он, игнорируя мои слова. – Мне собственных студентов хватает, а тут ещё адепты вашей академии, которых делом занять нужно. Только ваших подвигов мне и не хватало!

Он устало выдохнул и замолчал.

– Так устройте бал! – предложила я. – Это займёт сразу всех.

На секунду он задумался над моими словами.

– Бал?! – возмутился он, – Вы хоть представляете себе, сколько это потребует времени и сил?

– Разумеется, представляю, – ответила я. – Но вам и самому было бы полезно сходить на подобное мероприятие. Развеяться, отдохнуть, нервы подлечить…

– Так, идите на занятие! – с раздражением сказал ректор, указывая пальцем на дверь.

– Но на сегодня занятия окончены! – удивилась я.

– Тогда просто – идите! – с нажимом проговорил он. – И сделайте так, чтобы я вас больше не видел и больше вас не встречал. Иначе эта встреча будет для вас роковой.

– Уж постараюсь! – ответила я.

Изобразив на своём лице обиду, я гордо вышла из кабинета ректора.

– Молодец! – проговорил фамильяр, нахально материализовываясь где-то за моей спиной, – даже дверью хлопнула на прощанье!

Глава 2

Дверь резко захлопнулась, и я тут же упал в кресло. Ох, только этого мне и не хватало! Разве не достаточно мне было своих проблем? Так нет ведь, теперь и проблемы академии Светлых искусств будут висеть и на мне тоже.

В самом деле, куда мне девать пол армии Светлых адептов, да ещё и так, чтобы никто из них раньше времени не умер, свернув не в тот коридор? И о чём только думают в Министерстве?

– Только-только я от бродящей по академии лошади избавился, а теперь это! – возмутился я.

– Ты же знаешь, – послышался знакомый женский голос, – это глупые традиции адептов. Ты и сам не раз баловался подобными выходками.

Как вообще можно было направлять такое количество учащихся сюда, где одна только техника безопасности идёт целый месяц? Кто-нибудь точно умрёт, и тогда…

Взрыв в академии Светлых, конечно, фальсификация. Тут идёт игра, и игра довольно грязная. Разумеется, они хотят увидеть то, как я с треском провалюсь, и тогда у Министерства будет повод меня отстранить.

Впрочем, до смертей, скорей всего не дойдёт, стены академии не убивают, они поступают иначе.

А ещё эта девчонка, что стала для меня настоящим проклятьем. Ах, чёрт, никак не могу сосредоточиться на деле.

Что ж, нужно привести в порядок все бумаги, и найти того, кто сможет организовать и безопасность, и порядок.

Что там говорила Алиса? Бал?

Минуточку. Почему это я называю эту адептку по имени? Меня совершенно не должно волновать её имя.

Итак, бал. Что за нелепость! Какой ещё бал в нашей академии? У нас тут не сказочные замки, и принцесс отродясь не водилось.

Я встал из-за стола и подошёл к окну. Тяжёлые тучи застилали небо, но дождя пока не было. Фиолетовая дымка послушно окутывала стены академии, надёжно защищая её от любых вторжений извне. Забавно, что несколько десятков порталов могли запросто разгромить эту иллюзию безопасности.

– Что ты про это всё думаешь, Фрея? – со вздохом спросил я.

– Я вижу, – раздался вкрадчивый голос моего фамильяра, – что тебя сильно волнует… текущее положение дел, хозяин.

– Ещё бы! – ответил я, вглядываясь в хмурый горизонт. – Какие у тебя есть соображения на этот счёт?

– Разумеется, некоторые соображения у меня есть, хозяин, – ответила она.

– Прекрати играть со мной, Фрея! – предупредил я. – Я сейчас не в настроении, чтобы тянуть из тебя информацию. Мне уже хватило одного диалога.

– О, да, – согласилась она, – я тебя понимаю. Что ж, я предлагаю тебе совместить приятное с полезным. Эта девочка предложила тебе не такую уж и плохую идею.

– Нет, – отрезал я, – это вздор! Ты забыла, где мы находимся? Нас поднимут на смех. Кто вообще в этом будет участвовать?!

– Ты, – ответила Фрея. – Как первое лицо Тёмной академии, только ты и можешь по-настоящему влиять на здешнюю моду. Если делать это с умом, перед тобой открываются горизонты возможностей, Лютарион.

Тишина наполнила комнату. Я возмущённо уставился на своего фамльяра. Она села на своё излюбленное место – край моего стола, и внимательно посмотрела на меня.

– Ну, уж нет! – покачал головой я. – Заняться мне больше нечем, кроме как вальсировать среди разодетых в пух и прах адептов.

– Твоя воля, твоё право, – отозвалась Фрея, положив ногу на ногу. – Только знай, что этого было бы вполне достаточно, чтобы твои адепты тоже приняли участие в бале. А, кроме того, это хорошая перспектива хоть немного сблизить и Тёмных, и Светлых.

Фрея – уникальный фамильяр, доставшийся мне от моей бабушки. За годы, проведённые вместе, она не раз выручала меня из самых затруднительных ситуаций, так что иногда её помощь бывает сложно переоценить. Кроме того, она отлично разбирается в устройстве академии, и иногда может здорово помочь с бумагами.

Внешний вид Фреи не нуждается в переменах. За годы, проведённые вместе, её образ устоялся окончательно: это симпатичная девушка в деловом платье и на чёрных каблуках. Милое личико и чёрные волосы – так нравится ей представлять свой образ, и я нисколько не возражаю.

Я задумался над текущим положением дел. Действительно, за последние несколько дней в моей академии произошло уже с десяток стычек моих адептов с адептами академии Светлых. Семь случаев окончились взаимными угрозами, в двух случаях – сработали заглушающие чары, а виновница последнего так и осталась без наказния. Наказанным оказался лишь профессор Ринтейл, хотя судя по его приподнятому настроению, только это происшествие и отделяло его от хорошо проведённой недели отдыха.

А что, собственно, я мог тут поделать? Имея дело со Светлыми, разве не стоило ждать нечто подобного? Да и как я мог наказать ту, которая так блестяще продемонстрировала свои навыки атаки? А раз так, значит, в своей академии её успеваемость находится на достойном уровне. Не послать ли запрос ректору Мираксе, чтобы узнать чуточку больше? Столько времени прошло, а бумаг на адептов всё ещё нет. Хотя нет, не стоит. У неё сейчас и без того слишком много дел. Впрочем, не исключено, что позже я воспользуюсь этой возможностью.

– Я подумаю над этим, – ответил я фамильяру, и направился к своему столу.

Фрея победно улыбнулась, скрываясь в сумрак, чтобы не отвлекать меня от рутинной бумажной работы.

Глава 3

Как можно быть таким грубым? Что я ему сделала? Я шла по извилистым коридорам академии, обдумывая разговор с ректором. Белые мантии, словно одинокие лучики света, иногда мелькали среди скопления фигур Тёмных адептов. Знакомых лиц, как назло, не попадалось, правда и взаимного интереса ко мне со стороны Светлых я не наблюдала. Зато Тёмные с любопытством поглядывали как на моё лицо, так и на моё любимое белое платье.

А что? Я ведь не виновата, что меня отправили сюда без надлежащей формы! Хотя в нашей академии и форма была отменена, многие всё равно продолжили её носить, потому что находили её и стильной, и удобной.

Впереди была столовая. Я решила заглянуть внутрь, и с удовлетворением отметила, что очереди не было. Не знаю, моих ли это было рук дело, но количество поваров заметно возросло.

Я встала к одному из свободных окон, и вскоре коренастый мужчина в чёрном переднике выдал мне поднос с несколькими контейнерами. Я поблагодарила его и, бросив взгляд на занятые столы, направилась к выходу. Стены, цвета разбавленного кофе, и тёмно-синие столы навивали на меня тоску. Можно ведь было и занавески подобрать в цвет, и освещение обыграть грамотно, а они… глаза б мои не глядели!

Ничто не предвещало беды. Я уже была у самого выхода, когда одна из Тёмных адепток случайно, а может быть и нарочно, толкнула меня в плечо. Она сухо извинилась, но этого толчка было вполне достаточно, чтобы моя нога, так не вовремя ступившая на нечто скользкое, на миг вышла из-под моего контроля.

Да, подобные нелепости я только в книжках и читала, и даже там это никогда не выглядело смешно. И вот теперь мне представилась возможность вживую убедиться в этом. Я нелепо растянулась, а содержимое моего подноса равномерно распределилось по полу за моей спиной.

Пара недовольных голосов дала мне понять, что моя неприятность коснулась и их тоже. Действительно! Чёрный кофе в моём стакане в совокупности с широкой дугой моего падения имел хороший потенциал для поражения. Подумаешь, горе! Скажите спасибо, что моя кружка улетела не так и далеко.

По залу пробежался хохот. Я лежала на полу и совершенно не хотела вставать. А зачем? Нелепый юмор будет жить ещё долго, а значит, мне нечего делать в этом мире.

Вдруг надо мной возникла довольно крупное лицо, которое я уже однозначно где-то видела. Точно, это был тот самый повар, на которого я не обратила внимания.

Я вгляделась в его лицо, и он застенчиво улыбнулся.

– Прошу вас, – протянул он мне свою руку. – Не стоит лежать на холодном полу, сударыня.

Его голос звучал заботливо, и сначала я даже не поняла, что говорил он это мне. Но не с полом же он разговаривал, в самом деле! Нехотя, я подала ему руку, и он галантным и удивительно осторожным движением поднял меня на ноги.

Какие сильные руки, оказывается, у местных поваров! На вид ему было лет за сорок, но как обстояли дела на самом деле – понять было сложно. С Тёмными вообще ничего простого не бывает.

На голове у него не было ни единого волоска. Не голова, а поверхность лакированного стола какая-то. Доброе лицо слегка портил выдающийся крупный нос, но спокойные серые глаза исправляли положение.

– Будьте осторожны, – проговорил он, не переставая мне улыбаться, – Я не всегда смогу быть рядом.

Он взял новый поднос с контейнерами со стола, стоящего неподалёку, и протянул его мне.

– А вам бы хотелось быть рядом, когда я падаю? – удивлённо уточнила я.

– Если вам так необходимо падать, то должны же мои руки для вас быть предпочтительнее пола? – ответил он.

– Ну, знаете! – наигранно возмутилась я, и приняла поднос. – Не того дерева я фрукт!

И развернувшись, пошла в свою комнату.

– Он смотрит тебе в след, – заговорщески сообщил Тропус, едва я вышла из столовой. – Хоть бы столом в него швырнула, в знак признательности!

– Зачем? – спокойно ответила я фамильяру. – В серьёзные игры играют не так, Тропус. И я думаю, что этот человек достаточно умный, чтобы это знать.

– Можно подумать, – ответил фамильяр, – что ты знаешь, как в них играть.

– А я и знать не хочу! – отрезала я. – Отстань!

Тропус лишь неодобрительно зацокал.

Подходя к своему временному жилищу, я вновь вспомнила ректора. Подумаешь, какие проблемы были у этого человека! А как насчёт меня? Как быть со мной? Ведь что я, что остальные студенты Светлой академии, никто из нас не имеет никаких шансов связаться со своими близкими и родными ещё как минимум несколько недель! Сами они, разумеется, могут и порталами воспользоваться, и письма отправлять, куда вздумается. А что делать нам? У нас эти знания на каждом шагу не даются! Как ректор не понимает, насколько это тяжело?

Войдя в свою небольшую комнату, я огляделась. За эти дни, что я провела тут, стены моего временного жилища почти перестали вызывать отторжение. Тут мне не в чем было упрекнуть академию – моя комната вмещала в себе всё, что только могло понадобиться для учёбы и отдыха. Большой письменный стол со стулом стояли слева. В нём было три ящика, но я ими не пользовалась. Рядом стоял небольшой шкаф, куда в обычных обстоятельствах нормальные люди помещают свою одежду. Все мои платья и туфли остались в Светлой академии, а потому в шкаф я иногда отправляла Тропуса, если тот мне сильно надоедал. Кровать стояла напротив небольшого окна, и иногда я засыпала, глядя на звёзды. Их завораживающий вид частенько помогал не хуже снотворного, так что проблем со сном у меня не было.

Я поставила контейнеры на стол и задумалась. А ведь поднос нужно было вернуть!

– Куда это ты собралась? – осведомился Тропус, едва я вновь вышла из комнаты.

– Сделать предложение повару, разумеется, – ответила я, и направилась в сторону столовой.

Едва я вошла, как откуда-то слева вынырнул силуэт в чёрном переднике.

– Я ждал вас, – проговорил повар, улыбаясь мне во весь рот.

– Могли и не дождаться, – улыбнулась я в ответ, отдавая поднос. – Я чудом об этом вспомнила.

– Надеюсь, – заметил он, – вы вспоминали не только о подносе.

Я глубоко вздохнула и направилась к выходу.

– Постойте! – окликнул меня он. – У меня есть кое-что для вас. Никуда не уходите!

Он быстро шагнул на кухню, и вскоре вернулся, держа в руках небольшую коробочку.

– Это – вам! – торжественно произнёс он.

– Что это? – спросила я. – Кольцо?

– Десерт! – ничуть не смутившись, ответил повар. – Я знаю, как вам не хватает десертов из вашей академии, и этот определённо вас порадует.

Я думаю, что об этом знали многие. По крайней мере, если ректору передали про мои замечания относительно очередей, то уж про десерты и подавно.

– Спасибо! – поблагодарила я и приняла коробочку с угощением.

– Заходите ещё! – бодро произнёс он на прощанье, и я вышла из столовой.

– Очень интересно, – прокомментировал Тропус.

Я как раз сворачивала налево, к лестницам на третий и четвёртый этаж академии, когда внезапно на меня налетел какой-то белобрысый адепт. Мы нелепо столкнулись лбами, словно два школьника. Мой фамильяр неприятно захихикал, за что я была готова его убить. А главное – я чуть не выронила коробочку с десертом!

– Ай! – воскликнул адепт, потирая ушибленный лоб, но тут же спохватился, – ты не ушиблась?

– Немного, – ответила я.

Разумеется, это был местный Тёмный адепт. И, судя по его чёрной мантии с красными узорами, это был или отличник, или отменно защитивший честь академии в каких-либо соревнованиях.

– Прошу меня извинить, – проговорил он, обезоруживающе улыбнувшись. – Я бываю таким неловким, когда тороплюсь. Терпеть не могу опаздывать!

– Я тоже, – сдержанно согласилась я.

Всего одна секунда потребовалась ему, чтобы оценивающе скользнуть по моей фигуре заинтересованным взглядом.

– Я – Армандел, адепт третьего курса, – представился он.

Я оглядела его с ног до головы, решив, что лишнее знакомство с Тёмным мне не повредит.

– Алиса, – ответила я, и тут же добавила, – у вас тут очень мило. Особенно если убрать тёмные шторы, перекрасить стены, и заменить всю мебель.

Армандел деликатно пожал плечами. Видимо, он был не вполне согласен со мной.

Это был высокий и стройный молодой человек моего возраста.

Белые короткие волосы выгодно выделяли его на фоне чёрной массы других адептов. Внимательные светло-серые глаза участливо смотрели на меня. Немного вздёрнутый нос и тонкие насмешливые губы завершали образ.

– Да, должно быть, после Светлой академии вам не привычно. – сказал он.

– Ты прав, я тут ещё не вполне освоилась, – согласилась я. – Но думаю, что очень скоро изучу всё вдоль и поперёк.

– Разумеется, – согласился он, – чувствуй себя как дома.

Я поблагодарила его и направилась к себе в комнату.

– Он тоже смотрит тебе в след, – лукаво проговорил Тропус.

– Ну и что? – ответила ему я. – На меня смотрит пол академии, моё платье сверкает, словно морская гладь под полуденным солнцем.

– Так-то да, – согласился фамильяр, – просто этот очень уж смотрит…

Десерт от повара и правда оказался волшебным. Заварной крем и взбитые сливки, щедро приправленные кусочками фруктов, просто таяли во рту. А внутри, внутри скрывались сладкие, хрустящие, обжаренные орешки!

– Этот лис рассчитывал, что ты будешь думать о нём, пока ешь этот десерт, – заметил Тропус, с недовольством глядя на угощенье.

Но он ошибся, думала я вовсе не о нём.

Глава 4

Перед сном я вспоминала прошедший день, и, как ни странно, сердитый овал лица ректора. Его чёрные волосы до самых плеч, властный взгляд. Его грозную фигуру.

– Что ты про него думаешь? – спросила я Тропуса, мерно покачивающегося из стороны в сторону в воздухе.

– Странный тип, – ответил он. – У него сильная аура, возможно, тебе стоило бы его опасаться.

Я кивнула. Должно быть, мой фамильяр был прав.

Тропус – мой самый близкий друг. Я знаю, что так бывает у многих, но мой фамильяр действительно заботится обо мне, иногда даже слишком. Он похож на небольшого чёртика, и ему нравится этот облик. Сам он ростом чуть больше кошки, зубы острые, когти длинные, кожа красная. А глаза! Его нахально-бесстыжие оранжевые глаза – это просто что-то с чем-то! Он мог бы и вовсе не говорить ни слова, а оскорблять только одним взглядом. Но не меня, потому что он прекрасно знает, что я подобного поведения не потерплю. А вот к чему я отношусь боле спокойно, так это к его речи. Должно быть, привыкла, не иначе.

Сон долго ждал, когда мои мысли станут более туманными и тягучими, чтобы тихо опуститься на меня, и заставить погрузиться в тёмную дымку.

Утром я обнаружила себя совершенно выжатой. И всё из-за того сна, что снился мне этой ночью. Он был кошмарным и волшебным одновременно.

Я плыла на корабле через океан, и дурные ощущения не оставляли меня ни на минуту. Что-то должно было произойти, что-то нехорошее.

Я не могла никому открыть своих опасений, суровые матросы подняли бы меня на смех.

Однако вскоре случилось то, чего я так опасалась – буря настигла наш корабль. Поднявшийся ветер свистел столь грозно, что его невозможно было перекричать, а гигантские волны стали падать на палубу, словно исполинские льдины. Шторм застал меня на краю капитанского мостика, и я, вцепившись в рядом висевший трос, держалась изо всех сил.

Меня мотало из стороны в сторону, пока матросы тщетно пытались совладать со стихией. Но действовали они беспорядочно, ведь у руля никого не было.

И вот когда небо потемнело настолько, что свет отошёл к самому горизонту, в проёме палубы мелькнула мускулистая фигура капитана. Он вышел на палубу и стал отдавать приказы матросам. И когда капитан оглянулся, я поняла, что он пришёл сюда ради меня. Он пришёл спасти меня, защитить. Сильный ливень не давал разглядеть мне его лицо, но губы… его хорошо очерченные губы я видела, словно он был рядом. Эти губы шептали мне сладкие слова: “ничего не бойся моя девочка, я с тобой”

Вскоре шторм стих. А когда уверенной походкой капитан направился в мою сторону, я вдруг обнаружила, что этим капитаном был ректор академии.

Он подошёл ко мне и встал рядом.

Как и в лучших традициях подобных снов, рубашка на нём была расстёгнута. Его спокойный взгляд, полный силы и тепла смотрел прямо на меня.

Внезапно он вытянул руку вперёд и властным движением притянул меня к себе за талию. Я охнула, и наши лица оказались совсем близко друг к другу. Несколько секунд он ещё смотрел на меня, словно бы любуясь моими глазами, а затем его губы накрыли мои, а потом…

Впрочем, вскоре моё ошеломлённое сознание не выдержало всей абсурдности ситуации, и повелело мне проснуться.

Нехотя, я поднялась на ноги. Судя по свету из небольшого окна, время для пробуждения было подходящее.

– Уж не знаю, что тебе снилось, – проговорил лукаво Тропус, – но твои вздохи заставили меня изрядно побеспокоиться.

– Мне приснился кошмар, – развернулась я и сурово посмотрела на фамильяра. – Если ещё раз ты будешь за мной шпионить, я тебя накажу.

– Больше не буду, – заверил меня Тропус, нахально подмигивая. – Не сомневаюсь, что это было страшно.

Задержавшись у зеркала, я оценила последствия столь экзотического сна. Мешки под глазами, волосы в беспорядке, бледное лицо.

– Красивая, красивая! – убедительно льстил мне фамильяр. – Твои милые глазки кого угодно наповал сразят.

– Много ты понимаешь, Тропус! – фыркнула я, но всё же слова фамильяра заставили меня улыбнуться.

Я взяла в руки расческу и стала приводить голову в порядок. Своими светлыми волосами я почти что гордилась, а потому расческа у меня всегда была под рукой. Убедившись, что отражение в зеркале меня устраивает, а так же собравшись с мыслями, я вышла в коридор Тёмной академии.

Глава 5

Я собиралась отправиться на лекцию по Общей психологии, когда вдруг в конце коридора увидела силуэт ректора. Он быстро шёл в мою сторону, и его хмурый взгляд не предвещал для меня ничего хорошего. Боже, ну что на этот раз? Я ведь ещё ничего не сделала, даже выйти толком не успела из комнаты.

– Вы! – приказал он мне, приблизившись, – следуйте за мной!

Отойдя за угол, он остановился, и резко развернулся ко мне. Его синие глаза властно смотрели на меня.

Сама не знаю почему, но я вдруг испугалась, что мои колени начнут предательски дрожать.

– Опять вы! – возмущённо проговорил он.

– Да… – услышала я свой растерянный голос. – Я…

– Как вам не стыдно? – полушёпотом отчитывал меня ректор, под любопытствующие взгляды адептов.

– Почему это мне должно быть стыдно, ректор Лютарион? – поинтересовалась я. – Я даже ещё сделать ничего не успела!

– Вы только посмотрите, как вы одеты, – он указал пальцем на моё платье. – Этот… ваш… неподобающий… во всех смыслах вид…

Он то смотрел на меня, то тут же отводил взгляд, словно бы боясь обжечься. И его сбивчивая речь вызывала недоумение.

– Это моё любимое платье! – возмутилась я.

– В подобном наряде вы не можете ходить по нашей академии! – продолжал он. – Так совершенно невозможно работать!

– Но ведь вы работаете в своём кабинете! – растерянно ответила я. – А я хожу тут…

– Вот именно! – повысил голос он. – Пока вы тут ходите в таком виде, я совершенно не могу работать!

– Что же мне, по-вашему, в штору завернуться? – уточнила я, оглядываясь.

Он нервно выдохнул.

– Вот что, – сказал ректор, – я написал записку в Отдел снабжения, и попросил выдать вам подходящую мантию. Идите туда сейчас же, и впредь, будьте любезны, появляться в более пристойном виде! Идите!

И он указал рукой в сторону отдела снабжения.

Мне ничего не оставалось сделать, как повиноваться его приказу. В конце концов, должна же я иметь хоть что-нибудь для смены.

– И ещё, – окликнул меня ректор, – когда вы закончите, зайдите ко мне в кабинет.

Я рассеянно пообещала зайти, и пошла в сторону Отдела снабжения. Цепь коридоров академии казалась бесконечной. Я то и дело натыкалась на бродящих адептов, у которых узнавала примерный маршрут. Благодаря первокурсникам, я окончательно заблудилась в этом лабиринте, однако на выручку мне пришли адептки второго курса. Их принадлежность ко второй ступени обучения была видна по обилию белых росписей на чёрной мантии.

Они поглядывали на меня, сдержанно хихикая.

– Дверь открывай в чётную минуту! – крикнула мне в спину довольно милая девушка моих лет. – Иначе попадёшь в библиотеку.

Вот уж по-настоящему пугающая перспектива. Однако поскольку часов на мне отродясь не водилось, а проклятый фамильяр из помощи мог только тонко поглумиться, дверь пришлось открывать наугад.

Внутри комнаты было просторно и светло, хотя окон нигде не было видно, но ровный дневной свет падал откуда-то сверху, словно бы потолок был из стекла. У стен стояли коробки, а сразу напротив входа стройными рядами стояли стеллажи с разной одеждой.

Внезапно чей-то силуэт вынырнул из угла комнаты, и я вздрогнула.

– Вам чего? – вместо приветствия спросила меня преклонных лет женщина в чёрной мантии и белом переднике.

Волосы у неё были убраны в старомодную укладку, на носу сидели крупные очки.

– Мне нужна форма, – ответила я. – Ох и напугали вы меня!

– Ах, – всплеснула руками женщина, – ты, значит, новенькая?

– Вроде того, – согласилась я.

– Тогда проходи, – улыбнулась женщина, поманив меня за собой к стеллажам, – не стесняйся. Я уж было подумала, что ты из этих.

– Из каких – “из этих”? – уточнила я.

– Из мёртвых, – ещё шире улыбнулась женщина, и тут же сменила тему, – меня можешь называть Золией. Я заведую местным хозяйством.

– Очень приятно! А я Алиса, из Светлой академии, – отозвалась я, – неужели я и правда так похожа на мёртвую?

– Ну… – замялась она. – Если твоя бледность передаётся по наследству, то нет.

Золия тщательно оглядела меня и несколько раз обошла вокруг.

– Так-так, – проговорила она себе под нос, – всё ясно.

Бодрым шагом она направилась к стеллажам, я нехотя пошла следом.

– На какой минуте ты открыла дверь? – спросила между делом Золия.

– Не знаю, – пожала плечами я, – у меня нет часов.

– Зря, – укоризненно покачала головой она, – тут ведь не курортная зона, дорогая. По некоторым коридорам в некоторые часы лучше не гулять. И тем, кто не придерживается этих правил, живётся не сладко.

– Мне сказали, – вспоминала я, – что дверь надо открывать в чётную минуту.

Она вдруг остановила свои поиски, и с сожалением посмотрела на меня.

– Ох уж эти студенты! – укоризненно проговорила Золия, – лишь бы над новичками поиздеваться!

Из её дальнейших слов я сделала вывод, что открой я дверь в ту минуту, когда мне было сказано открывать дверь, я бы попала в кабинет профессора Бальтроса, который занимается преподаванием Метаморфоз, и обычно бывает в облике дракона. И что этот профессор терпеть не любит этих дурных розыгрышей.

– Подобные шуточки над новичками – негласная каноничная традиция – объяснила мне заведующая Отделом снабжения.

Традиция, которая меня лишь чудом миновала.

С одной из полок она достала чёрную мантию и протянула её мне.

– Вот, – улыбнулась она, – твой размер.

– Спасибо, – вздохнула я и приняла мантию. – А можно две?

Я ожидала осуждения с её стороны, но Золия лишь лукаво улыбнулась.

– А ты хорошенькая, – сказала она, снова копаясь на полке, – Держи! На всякий случай.

Она протянула мне ещё две мантии.

– Спасибо, – с восторгом проговорила я. – А то ваш ректор совсем меня замучил из-за внешнего вида.

– А-а, – понимающе протянула она, и повела меня к одному из столиков в комнате.

Там стоял чайник, и несколько кружек с довольно симпатичными чайными ложечками. Золия взяла синюю чашку, и налила туда кипятка из чайника. Размешав содержимое чашки, она протянула её мне.

– Ты выглядишь усталой, дитя моё. Выпей, – улыбнулась она, – и тебе станет немножечко легче.

– Выпей, – передразнил её мой фамильяр, – и все твои беды перестанут тебя тревожить. Навсегда.

Я взяла тёплую кружку в руки, и вдруг поняла, насколько мне хотелось сейчас с кем-нибудь поделиться своими неприятностями. Из кружки пахло горячим шоколадом, я не смогла найти причины не попробовать напиток.

Он оказался очень вкусным. Так хорошо приготовить горячий шоколад умела только мама.

– Между прочим, – многозначительно заметила Золия. – Наш ректор, господи Лютарион, довольно одинокий человек.

В моей голове возник лишь один вопрос, но я не стала его задавать, чтобы не обидеть заведующую. Вопрос звучал так: зачем она говорила это мне?

Ласковый взгляд старческих глаз заставил меня улыбнуться.

– Скажите, – спросила я, – вы со всеми новенькими такая добрая, или только со мной?

– С теми, – кивнула она, – кто действительно в этом нуждается. Когда-то в этой академии учились и мои дети, и я хорошо знаю, как непросто бывает новичкам.

Я поблагодарила её за столь тёплый приём.

– Заходи, если что-то понадобится, – сказала Золия на прощанье.

Итак, ректор Лютарион был одиноким человеком. Ну и что? С его-то манерами общаться – неудивительно!

Я вышла из Отдела снабжения, и направилась в свою комнату.

Примерив на себя новую мантию с белыми узорами, пересекающими её спереди, я обнаружила, что в новом наряде я выгляжу очень даже неплохо. Волосы я собрала в хвост.

Что ж, раз уж на лекцию я всё равно уже не успела, тогда сделаем то, о чём меня попросил ректор.

Я снова вышла из комнаты и направилась к кабинету Лютариона.

Глава 6

Где ещё я могла натворить бед, и за что ещё меня можно было отчитать, я не знала, но была точно уверена, что такой человек, как этот ректор, непременно найдёт.

Постучавшись, я зашла внутрь. Лютарион сидел в своём кресле, и, увидев меня, словно бы обрадовался.

– Вот! – одобрительно протянул он, оглядывая мой новый образ, – совсем другое дело! Ваш вид сразу внушает уважение. А если ещё капюшон наденете…

– Вы для этого позвали меня в свой кабинет? – уточнила я. – Чтобы поглумиться над моим внешним видом?

– Ну почему же! Не только, – сказал он, и поднялся с кресла. – Я обдумал ваши слова насчёт бала, и счёл их вполне приемлемым решением.

Я кивнула. Всё логично.

– А потому, – продолжил он, – я поручаю все заботы и приготовления к балу вам.

– Мне?! – изумилась я.

– Да, – подтвердил он.

– Но у меня нет на это времени! – запротестовала я. – Мне надо ходить на занятия, я и так многое пропустила!

– Это не проблема, – заверил меня ректор. – Я договорюсь с некоторыми преподавателями, и они не будут требовать от вас слишком многого. Впрочем, наши профессора и так не ждут от ваших сокурсников глубоких знаний в наших областях.

Он снова оглядел меня с ног до головы, словно бы теперь у него было такое право.

– Хорошо, – согласилась я, – я попробую.

– Однако это вовсе не означает, – предупредил меня Лютарион, – что вам вовсе не нужно посещать занятия. Надеюсь, это понятно?

– Понятно! – ответила я, – А где именно будет проходить бал?

– Ах да, – спохватился он, – идёмте!

Мы вышли из кабинета, и он повёл меня в дальние уголки академии, где я до сих пор так ни разу и не была.

Адепты охотно здоровались с ректором, расступаясь в сторону, а на меня никто и не думал обращать внимания. Я превратилась в одну из них. В какой-то степени это было даже хорошо.

Несколько раз мы сворачивали, и всякий раз перед этим Лютарион останавливался, и доставал из кармана круглые часы на цепочке.

– Запомните, адептка, – говорил он, вглядываясь в циферблат, – наша академия – не то место, где можно позволить себе беспечность.

– Это я уже поняла и без вас! – ответила я. – Впрочем, если задуматься, то и благодаря вам тоже.

Он кинул на меня удивлённый взгляд и тут же перевёл его обратно.

– Ходить сюда без моего сопровождения запрещено! – прокомментировал он. – Тому, кто ослушается этого запрета, уготовано удручающее времяпрепровождение. Об этом вы узнаете на технике безопасности.

– Вот не умеете вы ограждать от опасностей, ректор! – рассудительно заметила я. – Реши вы, наоборот, заманить их – это возымело бы эффект.

– Не понял вас, – удивлённо проговорил ректор и уставился на меня.

– Если бы вы сказали, что за этим поворотом адептов ждут углублённые знания об Истории академии, – объяснила я, – или особенности Династического древа основателей и Великих магов прошлого, а так же практические занятия по благоустройству академии, то никто сюда никогда бы и не пришёл. В вашей академии и так слишком загруженная программа.

– Ваш юмор мне по душе, – отозвался ректор, однако ни единая мышца на его лице не дрогнула.

Наконец, я увидела то, что не могло быть ничем иным, как вход в бальный зал. Высокие изящные двери обещали, что за ними я увижу то, что тронет моё сердце.

Ректор вставил ключ и повернул его. Замок с неохотой поддался, и дверь распахнулась.

Мы вошли внутрь, и я огляделась.

Мрачный просторный зал с высокими окнами и сваленными в углу стульями, внушал уныние. В воздухе летала пыль.

– Вот из этого, – сказал Лютарион, обводя зал руками, – нужно сделать нечто более пристойное.

– Мне понадобятся помощники! – заявила я.

– Берите, сколько необходимо, – ответил он. – Разрешение на командование процессом у вас есть.

– Но мне может понадобиться и ваша помощь, – уточнила я.

– Помогу по мере возможностей, – кивнул ректор.

– Значит, – улыбнулась я, – я смогу покомандовать… и вами?

– Сможете, – ответил он мне прямым взглядом без тени улыбки, и я смутилась.

– Мне, как минимум, – поспешила объяснить я, – понадобится, чтобы вы иногда меня сюда приводили. Ох уж мне все эти ваши сложности с коридорами! Неужели такие опытные и могучие основатели вашей академии не могли справиться с одной единственной задачей?

– С какой задачей? – нахмурился ректор.

– Сделать так, – ответила я, – чтобы коридоры вели исключительно туда, куда им надлежит вести.

– Так ведь так оно и есть! – уверил меня ректор. – Просто посещение некоторых областей академии для не подготовленных адептов грозит смертью.

– Очень интересно! – горько покачала головой я. – Но было бы значительно лучше, если бы дорога, по который мне нужно было бы пройти, извините, в душ, была бы логичной.

Его лицо стало задумчивым, будто бы он пытался что-то вспомнить.

– Ректор? – позвала я, забеспокоившись.

Лёгкий металлический звон вывел его из оцепенения, заставив вздрогнуть.

– Ох, – выдохнул он, поднимая ключ с некогда белого мраморного пола. – Пойдёмте отсюда.

Мы вышли из зала и направились обратно. Лютарион шёл довольно быстро, и вёл меня вперёд. Уже сворачивая к проходу к лестницам, я увидела впереди нечто жуткое.

По коридору бродила светлая полупрозрачная тень.

– В чём дело? – спросил Лютарион, участливо оглядываясь на меня.

– Вот в этом, – указала я пальцем на бесплотную фигуру.

И хотя я слышала, что Тёмная академия вмещает в себя и не такие сюрпризы, легче от этого не становились.

– Пойдёмте! Это всего лишь призрак, – ректор попытался меня успокоить, – их у нас тут много.

Успокоить не удалось.

– М-много? – уточнила я.

– Ну что вы, как маленькая! – возмутился он. – Да, много! Если в вашей академии не водятся призраки, так это ещё не означает того, что у нас не принято почитать прошлое.

Он взял меня за руку и повёл вперёд. Его ладонь была тёплой и мягкой на ощупь.

В один миг я словно бы перестала бояться. Подумаешь призрак! Сейчас я бы и дракона не испугалась.

Мы прошли мимо полупрозрачного силуэта, но тот никак не выказал к нам свой интерес.

Это оказалась длинноволосая женщина в платье. Черты её лица были размыты, но мне показалось, что ей было очень грустно.

– Вы её знаете? – шепнула я.

– Разумеется, – мрачно ответил ректор, останавливаясь у следующего поворота, – Это Коральдина, адептка нашей академии. Она была на четвёртом курсе, когда это случилось.

– Что случилось? – тихо спросила я.

– Она потерялась в коридорах академии, как и многие из них, – сказал ректор, и двинулся дальше. – Именно поэтому вам не следует бродить по здешним закоулкам без надлежащих об этом знаний. А потому всех, кто не будет посещать лекции профессора Лисандра, ждёт немедленное отчисление. И вас это касается в первую очередь!

Очень интересно, а чем это я была хуже других? Впрочем, этот вопрос я решила не задавать.

Пройдя немного подальше, ректор произнес:

– Призраки академии у нас, как часть отдельной культуры. Они довольно своевольны, и договорится с ними иногда бывает очень не просто. Но это вовсе не повод бояться их, Алиса.

Он отпустил мою руку, забрав с собой чувство защищённости.

– Я постараюсь, – ответила я, всё ещё не отошедшая от этого волшебного ощущения.

Однако следующая фраза ректора не просто вернула меня обратно, она сделала со мной нечто хуже:

– Будьте с ними добры, и всё будет хорошо. Всё-таки они ведь тоже захотят придти на бал.

Я с ужасом уставилась на ректора, но тот не спешил заверить меня в том, что это была лишь глупая шутка.

– Тогда может и фамильяров, и демонов, и оборотней позовём? – возмутилась я. – Я соглашалась не на такое безобразие!

Внутри меня тут же возникли образы грядущего бала. В приглушённом свете вальсировала нечисть, и её плавным неспешным движениям пытались вторить несколько неуклюжих пар оборотней с окровавленными мордами, и чёрными злыми глазами. Пол был грязный, потому что вервольфы наотрез отказывались надевать сменную обувь – они её призирали в принципе. Призраки в истлевшей одежде заполонили весь зал, являя собой все ужасы предсмертных мгновений, а в дальнем углу сиротливо стояла группка адептов, не смеющих даже помыслить о том, чтобы присоединиться к полуночной вакханалии.

– А на какое же безобразие вы соглашались? – ректор с любопытством взглянул мне в глаза, прерывая ход моих мрачных мыслей.

Боги, он что, улыбнулся? Этот человек действительно умеет улыбаться?

По всей видимости, да.

– Вам кажется это смешным? – тут же возмутилась я, и его улыбка погасла.

Мой последний вопрос оказался лишним.

– Ну, вот что, – начал он, и его сердитый тон тут же осадил меня. – Вы, верно, считаете, что я располагаю неограниченным запасом времени на то, чтобы убеждать вас в необходимости следовать заведённым правилам и традициям вверенной мне академии?

– Да нет, что вы… – запротестовала я.

Его глаза опасно сверкнули.

– Пока вы находитесь под моим… покровительством, – продолжил подбирать слова ректор, – вам следует поступать именно так, как я вам рекомендую. Мы не можем, и не будем ограничивать призраков в их желании посетить и без того довольно редкое событие. Работайте, Алиса! Я хочу от вас результатов!

Последнюю фразу он сказал как-то не естественно, будто бы и не то он хотел мне сказать. Тем не менее, следом за этим, он оставил меня, резко развернувшись, и направившись к своему кабинету.

Глава 7

Не в силах больше находиться рядом, я оставил адептку, и почти бросился в сторону своего кабинета. Однако, не дойдя несколько метров до своего кабинета, я свернул в сторону спортивного комплекса, который обычно пользовался не большим спросом среди адептов нашей академии. А, кроме того, обязательные занятия по физической подготовке у нас проходили довольно редко, а потому зал со всевозможным спортивным инвентарём очень часто пустовал, если не считать иногда забредавших сюда призраков.

Вот ведь нахальная девчонка, что вообще она себе позволяет! Я зашёл внутрь просторного помещения и махнул рукой в сторону фонарей. Тёплый свет осветил пустой зал.

Я направился к складу, где стояло то, что мне было нужно: в дальнем углу стояла невзрачная коробка, из которой торчало с десяток одинаковых шпаг. Я взял свою – ту самую, металл тупого лезвия которой был в засечках.

Какого труда стоили мне эти жалкие десять шпаг! Я мог потребовать и сотню, и даже тысячу, но мне нужен были лишь десяток, для личного пользования. Министерство, разумеется, не одобрило мои устремления приобщать молодёжь не только лишь к искусству магического характера, но и к благородным традициям прошлого. А потому, за одну только возможность держать здесь эти жалкие и примитивные орудия, я отдал много литров своей крови.

Но что ни сделаешь ради любимого дела.

– Составишь мне компанию, Фрея? – спросил я, разминая плечевые суставы.

Я знал, что она давно с любопытством наблюдала за мной из своего укрытия. Всё, что касалось моих разговоров с этой девчонкой, почему-то интересовало её.

– О, конечно, ректор Лютарион, – раздался голос фамильяра, добавив любимые моему уху слова прошлого. – Сочту за честь.

Образ Фреи тут же возник передо мной, и я одобрительно оглядел её. Белая роба, словно бы в противовес моей, подчёркивала в меру хрупкую фигуру моего фамильяра. Убранные в хвост волосы, решительный взгляд. Блестящая шпага в вытянутой женской руке. Всё это должно было заставить меня отвлечься от моих мыслей, однако на деле этого не происходило.

– Начнём? – спросила Фрея.

– Начнём!– согласился я.

Мы начали перебрасываться неспешными ударами в качестве разминки, однако вскоре мне это надоело, и я решил приступить к более серьёзным действиям. Шпагой я описал широкую дугу, однако Фрея была готова к этому, заблокировав мой удар.

Она тут же сделала выпад вперёд, который мог бы застать меня врасплох, если бы я не знал своего фамильяра настолько хорошо. Ударив по её шпаге сбоку, я тут же нанёс ответный удар наотмашь. Фрея уклонилась от него, и затаилась в ожидании нападения.

Мы, словно два тигра, готовые в любую секунду броситься на своего врага, ходили по кругу, неотрывно следя за шпагой противника.

– Ты думаешь о ней, – вдруг произнесла Фрея, делая новый выпад.

На этот раз парировать удар было значительно сложнее, и на какие-то доли секунд я всё же замешкался. Однако в последний миг металлический звон всё же раздался, и удар был отражён.

– Мне нет дела до этой девчонки! – процедил я, делая несколько быстрых наступательных ударов.

Бедной Фрее пришлось не сладко. Под натиском моей шпаги она отступала назад, с трудом блокируя мои удары, в которые я вложил всю свою силу и возмущение.

Несмотря на столь стремительную атаку, в лице фамильяра горел огонёк любопытства, всякий раз при виде которого, я крепко сжимал своим зубы от гнева.

Фрея сделала выпад вперёд, и я с лёгкостью отбил его.

Она вдруг рассмеялась.

– Ты можешь обманывать, кого угодно, – проговорила Фрея, – но только не меня. И не себя, хозяин.

Злость накатила на меня с новой силой, и я обрушил очередной шквал отточенных опасных ударов на Фрею, отчего она была вынуждена отступить к стене.

– Ты заблуждаешься, – угрожающе проговорил я, и одним мощным ударом выбил её шпагу из рук.

Та отлетела в сторону и со звоном ударилась об стену.

– Ох! – выдохнула Фрея.

Я приблизился к своему фамильяру, угрожающе глядя в её карие глаза. Моя рука упёрлась в стену, рядом с её головой, и я произнёс:

– То, что ты себе напридумывала, – сказал я, приблизившись к ней, – меня не касается.

– А если так? – спросила Фрея, и я тут же забыл, что хотел сказать.

Передо мной стоял не мой фамильяр, а Алиса, в своём белом платье, подчёркивающем её стройную обворожительную фигуру. Её светлые волосы спускались до самой груди, где висел небольшой медальон. И увидев её невинный взгляд зеленоватых глаз, аккуратный изящный носик, эти манящие губы, я обронил шпагу.

– Проклятье! – выругался я, и, бросив последний взгляд на образ Алисы, отправился в душевую.

Глубина выреза декольте была значительно больше, я был в этом почти уверен.

За спиной раздался смех моего фамильяра, которую за подобные проделки мне следовало бы серьёзно наказать. И в этот раз, и в предыдущие…

Но всякий раз, как доходило до дела, у меня рука не поднималась сделать это.

– Оставь меня, Фрея, – прошипел я, заходя в комнату с душевыми кабинами, – или я за себя не отвечаю.

– Конечно, – ласково отозвалась она, и добавила официальным тоном – Как прикажите, хозяин!

– Я позову тебя, когда ты мне понадобишься! – бросил я ей, и с силой захлопнул дверь.

Глава 8

Как только грозная фигура ректора скрылась из вида, ко мне подошёл Тёмный адепт.

– Привет! – сказал он, и я узнала в нём вчерашнего знакомого, Армандела. – Как твои дела?

– Не знаю ещё, – ответила я, посмотрев в сторону ушедшего ректора.

– Что, досталось от него, да? – с пониманием спросил он, участливо глядя мне в глаза.

– Да не так чтобы очень, – уклончиво ответила я.

– Тебе ещё очень повезло, – поговорил он, – некоторых студентов он ненавидит запросто так. Особенно девушек. Особенно таких красивых, как ты.

Это был комплемент, которого я едва не заметила. Однако когда я осознала, что Армандел испытующе смотрит на меня, словно бы ожидая ответа, я всё же немного засмущалась.

– Спасибо, – коротко ответила я, и тут же решила сменить тему. – Неужели он настолько плохой человек?

Сменила, так сменила. Выменяла “тёмное” на “чёрное”, так сказать.

– Про нашего ректора ходят разные байки, – заверил меня Армандел, – в основе которых лежат сплетни о его давно погибшей жене. Говорят, что он сам убил её, потому как всю свою жизнь был женоненавистником. Так что да, нашим девушкам в академии живётся не просто.

Я вздрогнула. Эта новость действительно потрясла меня.

– А кстати, – продолжил он, – у нас сейчас лекция по Метаморфозам. Не хочешь ли ты сходить на неё?

– А разве я могу? – удивилась я, вспоминая предмет, на который я бы могла ещё успеть. – У нас должны быть Основы пластики слов.

– Это дико скучно, – ответил он, пожимая плечами. – Многое из того, что действительно нужно усвоить – и так понятно на интуитивном уровне. А вот Метаморфозы – совсем другое дело. Сегодня сам профессор Бальтрос, мастер метаморфоз, будет вести у нас лекцию о перевоплощениях. Такое бывает не часто, а потому желающих посетить лекцию всегда предостаточно.

Он указал пальцем на дверь с табличкой, рядом с которой переговаривались Тёмные адепты.

Откуда-то издалека послышались приглушённые смешки, и Армандел тоже улыбнулся.

Я с сомнением посмотрела на дверь, и вдруг обнаружила, что я действительно хочу сходить на эту лекцию.

– Пожалуй, – согласилась я, – мне было бы интересно узнать что-нибудь необычное.

– Тогда присоединяйся к нам, – он положил мне руку на спину, и повёл к своим однокурсникам.

От его прикосновения я вся напряглась. Я хотела уже одёрнуть его руку, но он сам убрал её, едва мы подошли ближе к двери.

И по огонькам в глазах адептов я сразу поняла, что они знают, кто я такая. А может быть и больше этого.

Мои догадки оказались верными. Стоило мне попасть в круг общения Армандела, как всяческие разговоры прекратились.

– Это Алиса, – представил меня Армандел, – Она у нас в гостях.

Трое парней и одна девушка вяло поприветствовали меня. Первый адепт скрывал под своей мантией очень костлявое тело, это было заметно по его худым рукам. Лицо у него было серьёзное, карие глаза с осторожностью осматривали меня.

Второй адепт, невысокий и хмурый, с плохо скрываемым презрением оглядывал меня с ног до головы, бесцеремонно останавливаясь на некоторых частях тела.

Третий парень был крупнее, и в его чёрных глазах я уловила куда больше расположения, однако не нужно было быть одарённой, чтобы разглядеть в них усмешку.

Что до черноволосой девушки – ей я вообще была нисколько не интересна.

Впрочем, свою ценность можно было понять и иначе: они даже не потрудились представиться мне.

Армандел несколько раз пытался затеять разговор, однако все сказанные им фразы так и повисли в воздухе.

– Мне кажется, Дел, – вдруг произнесла тёмноволосая девушка, – что это не лучшая идея.

– В каком смысле? – спросил он.– Почему?

– Ты и сам знаешь почему! – недовольно сказала она.

– Чепуха! – махнул рукой он, – где ещё будет такая возможность послушать великого и ужасного профессора метаморфоз?! У Светлых таких мастеров нет!

Девушка пожала плечами. Нет, мне определённо было тут не место. Одно дело – сходить на лекцию с первокурсниками, которые ещё не совсем поняли, что к чему, и совсем другое – мрачные адепты третьего курса, которые оказались для меня просто кладезем нелюдимости.

Я уже хотела проститься с ними, и отправиться на свою лекцию, когда в двери вдруг что-то громко щёлкнуло.

Волна оживления прошлась по фигурам в тёмных мантиях. Они быстро стали собираться, однако к двери так никто и не притрагивался. И не удивительно – на двери не было ручки.

Наша группа двинулась к входу, примкнув к остальным.

И вдруг дверь медленно стала отворяться, выпуская наружу оранжевую полоску тёплого света.

Дождавшись полного открытия двери, адепты побрели внутрь.

В просторной светлой аудитории в четыре ряда было выставлено множество столов и стульев. Все они были обращены вперёд, к возвышению, которое можно было бы принять за сцену. Вероятно, это и была своего рода сцена, ведь её размер был большей частью всего зала. Высокие потолки создавали ощущение простора и свободы.

Вдоль стен стояло множество пустых клеток, в углу пылились стопки книг и пожелтевших бумаг. Несколько стульев стояло у широких окон слева.

Армандел повёл меня ко второму ряду столов.

– Тут свободно, – он показал на место рядом с собой, и я села.

Попутно я дала себе установку молчать, как рыба, однако, судя по той тишине, что хранил этот зал, подобным правилам тут не пренебрегают.

– Я подскажу тебе, если что, – улыбнулся Армандел.

Какая трогательная невинная улыбка! А эти его глаза, осторожно смотрящие на меня. Интересно, зачем он меня сюда позвал?

В сущности, он был довольно симпатичным, и наверняка знал об этом.

Я вдруг осознала, что уже с минуту смотрю ему в лицо. И всё это время он не сводил с меня глаз.

Немой вопрос в его глазах смутил меня.

– Отрабатываешь психологию по лицам? – ни то выручил меня, ни то просто предположил он, усмехаясь своим словам. – И что, много ли удалось выяснить?

– Не мало, – ответила я, парируя неловкую ситуацию, – На твоём лице много чего написано. Психология Светлых даёт множество ключей к прочтению личности.

– Психология Светлых? – вдруг раздался громогласный голос со сцены и все обернулись на его источник.

В зале стало слишком тихо.

Там, на возвышении, где только что никого не было, теперь стоял огромный зверь на четырёх мощных лапах. Его коричневое тело покрывала блестящая чешуя, длинную массивную шею венчала большая голова, с двумя рогами и широкой пастью. Длинный хвост существа ходил из стороны в сторону, едва не задевая первые столы в зале.

Да, это был дракон. Его размеры были внушительными. Он был величиной в два, а то и три человеческих роста.

Его яркие зелёные глаза недобро сверкали под светом ламп, громадная пасть существа была приоткрыта, являя на свет два ряда длинных и острых зубов.

– У светлых нет ни правильной психологии, ни правильных метаморфоз, – продолжил дракон, и его крупная морда на мощной шее заходила в такт его словам из стороны в сторону. – Светлые только и знают, что болтать о своей академии. А как доходит до дела – ничего у них нет. Кто упомянул Светлых?

Зал отозвался молчаньем.

– Кто?! – повторил профессор Бальтрос.

– Я. – ответила я, решительно вставая с места.

Дракон протянул шею в мою сторону, и издалека я почувствовала его дыхание.

– Так я и знал, – послышался его голос, – что подобные слова может произносить лишь Светлый. Что ж, выходи сюда, и посмотрим, чего ты стоишь.

– Профессор! – вдруг раздался голос Армандела, и он тоже поднялся, – Алиса является нашей гостьей, и всего лишь хотела послушать вашу увлекательную лекцию. У неё нет никаких претензий к нашей академии.

– Ещё бы у неё были претензии, юный Армандел, – пророкотал дракон. – А что до нашего гостеприимства, так это давно известная тема. Мы – нелюдимые тёмные существа, разве не так? Ну же, адептка, я жду вас!

Я беззвучно произнесла несколько фраз, чтобы успокоить свой разум, и направилась к профессору.

Я встала внизу, неподалёку от его нависшей на меня фигуры, ощущая исходящую от него угрозу. Дракон повернул ко мне свою морду и произнёс:

– Что есть такого у вас, Светлых, чего нет в нашей академии?

В зале одобрительно закивали.

– Честь и достоинство, – с гордостью произнесла я.

Глава 9

– Вот как? – раздался голос дракона, и он обратился к остальным. – А знаете ли вы, адепты третьей ступени, что говорят о нашей академии у Светлых?

И он обвёл яркими глазами притихшие фигуры.

– Что она обучает подлецов, – продолжил вещать дракон. – Что наша магия базируется на гнусностях и бесчестии. И она только что подтвердила это. Вы все это слышали, господа подлецы.

Из его чёрных ноздрей вдруг вырвались пышные клубы пара.

– Неправда! – возмущено проговорила я, вглядываясь в зелёные глаза профессора, – я не слышала ничего подобного!

– Это не важно, – ответил дракон. – Ну же, адпетка, покажи мне умения Светлых.

Я перевела взгляд с дракона на стоящие неподалёку стулья, а затем обратно.

– Нет-нет, – покачал головой он, – об этом фокусе я уже знаю, благодаря профессору Ринтейлу и его многострадальной спине. Удиви меня чем-нибудь другим, девочка.

Я сосредоточилась, закрыв глаза. Заклинаний в моём арсенале было не много, а потому выбирать долго не пришлось.

– Дак хар ли тос щарле! – выдохнула я, описывая полукруг левой рукой, и тут же добавила для усиления эффекта, – орди лос бранг!

По залу пробежался удивлённый шёпот, и я открыла глаза.

– Будь я проклят! – раздался голос дракона, зависшего над самым потолком, – Я уже и позабыл, как это славно!

Столы за моей спиной медленно взмыли в воздух, вместе со стульями и Тёмными адептами. Восхищённые голоса перекликались друг с другом.

В сущности, база этого заклинания, и заклинания, продемонстрированного профессору Ринтейлу, была одна и та же.

– Достаточно, – произнёс дракон, – Фира ме бланко, ло тосс!

И сила моего заклинания вдруг стала ослабевать, разочарованные адепты медленно спускались обратно на пол. Спускался и сам дракон.

– Это было не дурно, – раздался голос профессора. – Очень просто, но очень изящно. Садитесь, адептка! Сегодня вам действительно удалось удивить меня. А теперь, мне нужно многое рассказать вам всем.

– Вечно этот профессор всё портит! – послышался приглушённый шёпот во внезапно образовавшейся тишине.

– Кто это сказал? – раздался настороженный голос дракона.

– Кто бы это ни был, – вступилась я за одного из Тёмных, – а вам следует поблагодарить профессора за его “ло тосс”

– Ах, ты моя умничка! – услышала я довольный голос дракона за своей спиной, – верно. Я в тебе ошибался.

Я села на место. Немного лести в адрес такого колоритного персонажа ради собственного спокойствия не повредит.

– “Ло тосс” – объяснил дракон, обводя взгляд адептов, приводящих в порядок столы и стулья, столы и даже свои причёски, – Это постепенное снятие чар. Если бы не эти два жалких слова – количество переломов в этой аудитории могло бы сравниться с количеством живых существ.

Он усмехнулся.

– И раз уж сегодня мы начали нашу лекцию с постепенного снятия чар, – продолжил профессор, – то предлагаю переложить это в плоскость нашей дисциплины Метаморфоз.

И дракон начал лекцию.

Армандел был прав. Столько новой и интересной информации я давно не получала. Пока я слушала профессора, мне вдруг стало завидно, что эти адепты уже на третьем курсе, а я всё ещё на первом.

Сложные манипуляции с телом оказались за пределами моих нынешних возможностей, а потому всё, о чём рассказывал профессор, годилось лишь для расширения кругозора, или на далёкое обозримое будущее.

Когда лекция закончилась, профессор попросил никого не опаздывать на его лекции и вскоре исчез, так же внезапно, как и появился.

– Буду рад и вашему присутствию, юная адептка Светлых, – услышала я за спиной его голос.

Попрощавшись с Арманделом, я направилась в столовую.

Мне как раз выдали поднос с контейнерами, когда я услышала знакомый голос.

– О! Это, наконец-то, вы! – улыбка повара приветственно засияла. – Я так ждал вас.

– Добрый день, – ответила я, и решила честно признаться. – Ваш десерт – просто сказка.

– Это всё потому, – ответил он, – что я старался исключительно для вас.

– Спасибо, – поблагодарила его я, – вы подняли мне настроение!

– А вы поднимаете моё, – отозвался он, – но я всё ещё не имею чести вас знать.

Он подмигнул мне, отчего его слова приобрели не совсем ясный смысл.

– Я – Алиса, – сказала я. – Адептка Светлой академии. Я тут ненадолго.

– А я – Азур, – он слегка поклонился. – И сегодня у меня кое-что для вас есть.

Он зашёл на кухню, и вскоре вернулся с небольшой коробочкой в руках.

– Я поняла! – сказала я, глядя на протянутую мне коробочку, – Или вы хотите подкупить меня, или желаете, чтобы я потолстела.

– Ну что вы! – запротестовал Азур. – Я просто хочу видеть улыбку на вашем милом личике. Внутри коробки булочки с заварным кремом, корицей, и парочку секретных ингредиентов. Рецепт моей бабушки, между прочим, она была именитой поварихой! А если вам вздумается толстеть, то это вас нисколько не испортит, так и знайте!

– Крем, корица, и убойная порция яда, – передразнил Азура Тропус. – Или какого-нибудь другого ингредиента. Например, эссенция любви к лысым поварам.

Я прыснула от смеха.

– Прошу прощения, – сказала я смутившемуся повару, – мой фамильяр вам не доверяет. Он у меня вообще очень нелюдимый.

– И правильно делает! – вдруг согласился Азур. – Осторожность превыше всего. Я бы не хотел, чтобы с вами что-нибудь произошло, Алиса.

– Очень подозрительная щедрость с вашей стороны, – без ложной скромности сказала ему я, и тут же добавила, – Но всё же – спасибо!

Приняв коробку от Азура, я направилась в свою комнату.

– А чтобы ты был спокоен, Тропус, – обратилась я к своему фамильяру, – попробуешь угощение от Азура первым.

Молчаливый ужас застыл на лице моего фамиьяра.

Я вошла в комнату, и поставила поднос с контейнерами на письменный стол. Открыв окно, я впустила свежий воздух немного побродить по моему временному жилищу.

– Ты предлагаешь мне есть заварной крем?! – уточнил у меня фамильяр. – Я даже завещания ещё не написал.

– Да перестань ты, Тропус! – успокаивала я фамильяра. – Это тебе нисколько не повредит.

Я открыла коробку, что дал мне Азур. Внутри лежало пять симпатичных румяных булочек. Мне пришлось взять себя в руки, чтобы тут же не попробовать одну из них.

– В прошлый раз, – заметил Тропус, – ты тоже так говорила. И теперь я в ужас прихожу от одного только слова того, чем ты в тот раз со мной так “щедро” поделилась.

– Молочный шоколад? – припомнила я.

– Не произноси этого ужаса! – пискнул Тропус, ныряя под кровать. – Мало того, что на вкус это ничем не лучше жареных мух, так ещё и после этой гадости я несколько дней не мог обрести достаточную плотность. Сплошное мучение было находиться в этом мире.

Приглушённый голос фамильяра звучал напугано.

– Ну, во-первых, – напомнила ему я, – плотность ты потерял из-за проклятия профессора Гистара, которого ты обозвал старым ослом, а он это услышал.

– Ах, да, – согласился фамильяр, – точно.

– А во-вторых, – продолжила я, – твои гастрономические сравнения пугают меня не меньше.

Фамильяр вылетел из-под кровати, и с решительным видом уселся рядом.

– Ладно, – наконец согласился Тропус, – ради тебя я попробую эту гадость.

– Ты мой избавитель! – обрадовалась я, и дала своему фамильяру половину сдобной булочки из коробки.

Глава 10

Как и ожидалось, Тропус не умер, и даже не заболел. Однако его сморщенная мордашка и страдальческий вид дали мне понять, на какой великий подвиг он согласился ради меня.

– Гадость какая, – заверял меня фамильяр, пока я занималась обедом, – и ведь даже ни грамма яда внутри нет!

Окончив довольно сытный обед, я попробовала угощенье от Азура. Сказочное сочетание слоёного теста, вкуснейшего крема, корицы с мятой погрузили меня на некоторое время в сладкое небытие. И оттуда меня вывел образ, пришедший ко мне из глубины моего сознания. Это был образ ректора. Его синие глаза смотрели на меня. Но не со злостью, а с теплотой и мягкостью.

Позволив себе ещё немного задержать в мыслях образ ректора, я стряхнула с себя накатившуюся было дремоту. И вспомнив об одном важном деле, я вышла из комнаты, захватив с собой пустой поднос.

На этот раз Азур не поджидал меня у входа, однако краем глаза я заметила его чересчур занятой силуэт на кухне.

– Хочешь, я как-нибудь позову его? – спросил Тропус, неприятно подмигивая.

– Только попробуй! – предупредила я, – и неделю будешь жить на полке в шкафу.

– Я пошутил, – тут же ответил фамильяр, – хотя в здешних шкафах довольно просторно.

– Я не имела в виду, что тебе достанется весь шкаф, Тропус, – поправила его я, – я говорила, что тебе достанется одна из его полок.

Фамильяр презрительно фыркнул.

– Я иногда сомневаюсь, – раздался его ворчливый голос, – есть ли вообще у тебя сердце, Алиса.

На это я ничего не ответила. Моё сердце в последние несколько дней охотно демонстрировало своё наличие, особенно, когда рядом был он…

В какой стороне должна была находиться библиотека, я знала, однако больше никакой информации у меня не было. Властью, данной мне самим ректором Лютарионом, я приняла решение направиться к нему в кабинет.

А почему бы и нет? Не могла же я сама бродить по их тёмным закоулкам в надежде найти библиотеку. Если верить словам ректора, то призраки – это именно те несчастные, что так и не смогли найти правильный поворот в стенах Тёмной академии. И слава всем Богам – где кабинет ректора Лютариона я уже хорошо знала.

Я постучалась и без приглашения вошла внутрь.

– Как? – раздался удивлённый голос ректора, – опять вы?

– Да, – подтвердила я. – Вы попали под дождь?

Волосы ректора были влажные, на спинке его кресла висело синее полотенце.

– Нет, – нахмурился он и тут же встал. – Чем могу помочь, Алиса?

– Проведите меня в библиотеку, – попросила я. – Вашим адептам я верить больше не буду.

Он недовольно оглядел меня.

– Я же говорил вам, – ответил он, – что у меня нет времени на всякие глупости!

Он полез в ящик своего стола и стал там что-то искать. Нужного предмета там не оказалось, и он открыл второй ящик. Немного изучив содержимое, он извлёк оттуда свёрнутый несколько раз листок.

– Вот – протянул он, – это карта академии. На лекциях по безопасности дают такие. Вы без труда попадёте в библиотеку, если не будете сворачивать там, где это не требуется.

Я развернула карту.

– Да тут ничего не понятно! – возмутилась я.

– Было бы понятно, – ответил ректор, – если бы вы посещали лекции по безопасности в нашей академии.

– Вот сверну не в ту сторону, – запричитала я, – и останусь в вашей академии навечно в виде призрака. Как вы считаете, к кому я буду приходить чаще всего?

Вероятно, мои слова подействовали на ректора, потому что брови Лютариона приподнялись в удивлении.

– И не будет у вас никакого бала, – добавила я. – Или, что ещё хуже, будет жалкая на него пародия.

– И ректор сможет наконец-то нормально работать, – тихо пропищал Тропус, и чуть не получил от меня молчание на несколько дней.

– Хорошо, – наконец, согласился он, – но завтра же вам нужно будет обязательно явиться на лекцию по безопасности.

– С большим удовольствием, – заверила его я.

Мы вышли из его кабинета, и он быстро повёл меня по коридорам академии.

– Тропус, запоминай дорогу, – попросила я, и фамильяр отозвался согласием.

– Здесь, – заметил ректор, едва мы миновали первый поворот, – подойдёт любая чётная минута. Это есть на вашей карте.

Он показал мне путь, отмечая повороты и нужный интервал времени.

Мы двинулись дальше. В следующем коридоре совсем никого не было, и мы свернули направо.

Едва показался новый коридор, и я увидела множество адептов. Они стояли у дверей, ожидая лекций. Ректор подвёл меня к большой двери с табличкой “библиотека” и попрощался.

– Надеюсь, – сказал он, – у вас не возникнет сложностей с дорогой обратно?

– Но ведь у меня нет часов, – спохватилась я. – Могу разве что остаться жить в этом коридоре.

Он покачал головой.

– Вот, – произнёс он, и вынул свои круглые часы на цепочке. – Возьмите.

Он с ловкостью вручил мне свои часы, я даже возразить не успела.

– Смотрите же, не потеряйте их. А теперь мне пора, – сказал он и вдруг исчез прямо у меня на глазах.

– Ух, ты, – удивилась я, – а я так смогу?

– У тебя другие таланты, – заметил Тропус, едва я открыла дверь библиотеки, – противоположные. Вместо неожиданного исчезновения, ты всегда не вовремя появляешься, словно снег на голову.

Библиотека оказалась внушительным двухэтажным залом, где царила образцовая тишина. Широкие окна делали помещение светлым. Сразу у входа начинались столы со скамейками, их было действительно много. Некоторые из мест уже были заняты адептами и их многостраничными находками.

Путь к стеллажам проходил через небольшую арку с воротцами, где рядом сидела женщина в очках довольно строгого вида. Её предупреждающий взгляд не сулил ничего хорошего, а потому я решила вести себя тихо и скромно.

– Добрый день, – сказала я, подходя ближе.

Женщина была одета в тёмно-синюю мантию, с поблёскивающими бордовыми пуговицами. Волосы её были с проседью. Кажется, она что-то читала.

– Светлая, да? – раздался её требовательный голос.

– Да, – ответила я. – Мне нужны книги по Общей психологии.

Она оглядела меня с ног до головы.

– Ладно, – согласилась женщина. – Правила знаешь?

– Правила? – спросила я.

– Правила библиотеки! – уточнила она.

– Вести себя тихо и не портить книги? – решила попытать удачу я.

– Кроме очевидных! – сдержанно проговорила она.

– Ух, какая женщина! – воскликнул Тропус. – Скажи, что ты знаешь о правиле каждый раз падать ниц перед её строгим взором.

К моему ужасу, женщина резко перевела взгляд с моего лица на пространство справа, откуда доносился голос фамильяра.

– Тихо! – строго сказала она. – К фамильярам эти правила относятся точно так же!

– Я изгоню его! – быстро сказала я.

– В этом нет необходимости, – ответила библиотекарь и немного смягчилась. – Если он сможет вести себя тихо, то пусть остается.

– Я ей понравился, – прошептал мне в ухо Тропус.

– Ты можешь пройти, – проговорила женщина, – если знаешь основные правила. Вот первое: бери только то, что тебе действительно нужно.

Она испытующе посмотрела на меня, я кивнула.

– Второе, – продолжила она, – во всём слушайся моих указаний.

Последовала ещё одна драматичная пауза, с поиском в моих глазах понимания её слов.

– И третье, – закончила она, – вытекающее из второго: не сворачивай с указанного тебе пути.

Я не без страха взглянула на стеллажи. Где-то совсем вдалеке терялись очертания полок.

– И ещё кое-что, – она наклонилась ко мне, пристально глядя мне в глаза. – Не порти книги, они это не любят.

Воротца на арке медленно открылись, приглашая меня войти.

– Иди по левому ряду, – сказала библиотекарь, указывая длинным пальцем на самый левый ряд. – Сто сорок девятый стеллаж.

– Знаете, – ответила я, глядя на мрачные книжные полки, – я тут подумала: мне хватит и того, что у меня есть. До свиданья!

– Ты не можешь просто так взять и уйти! – возмутилась библиотекарь. – Я уже пообещала книгам, что какую-нибудь из них ты захочешь прочесть. Так дела не делаются!

Она встала из-за своего места, и вышла ко мне. Я не успела сообразить, что на это можно было бы ответить, как она взяла меня под руку цепкой хваткой, и втащила через ворота. Она подвела меня к нужному проходу.

– Иди прямо, – повторила она и слегка подтолкнула меня в спину.

Я прошла пару шагов и обернулась.

– А ваш очаровательный фамильяр проследит, чтобы вы никуда не свернули, – сказала она, и многозначительно посмотрела мне за спину.

– С удовольствием, мадам! – послышался голос Тропуса.

– Тихо! – возмутилась она, но как-то неуверенно.

Библиотекарь повернулась, и направилась на своё место.

– Ах, какая женщина! – воскликнул тут же фамильяр.

Я интуитивно шикнула на него, однако теперь прогонять Тропуса у меня и в мыслях не было.

Стеллажи высокой стеной громоздились по бокам идущей вперёд дороги. Света хватало для того, чтобы разглядеть корешки книг, однако времени на их изучение у меня не было.

– И что ты в ней нашёл, Тропус? – поинтересовалась я, направляясь вперёд.

– Мой типаж, – довольно ответил фамильяр. – А вообще, я ведь не спрашиваю тебя, что ты нашла в этом черноволосом грубияне.

– Это в ком же? – спросила я.

– В ректоре, разумеется, – сказал фамильяр.

– Ничего я в нём не нашла! – возмущённо отчеканила я. – Он просто интересует меня с точки зрения психологии, не более того.

– Конечно-конечно, – бросил в ответ Тропус, – вот и у меня такая же история.

Мы прошли уже достаточно много, когда мне стало казаться, что с каждым пройденным стеллажом свет словно бы на самую толику, а всё-таки становился тусклее.

– А было ли тут так темно? – спросила я фамильяра. – Совсем ничего не видно.

Но ответа не последовало.

– Тропус?! – испугалась я, – Ты где?!

– Тихо! – послышался голос фамильяра откуда-то сверху. – Разбудишь книги – сама будешь их читать!

Я расслабленно выдохнула.

– Вот скажи мне на милость, Тропус, – сказала я. – Ты хоть удосужился посчитать эти стеллажи?

– Удосужился, – спокойно ответил фамильяр. – Эх, Алиса, Алиса! Что бы ты без меня делала?

– Пропала бы, – произнесла я то, что он хотел услышать. – Я бы тебя расцеловала, будь ты чуточку… ближе мне по… некоторым качествам.

– Мои некоторые качества, – гордо ответил фамильяр, – очень широко ценятся в некоторых кругах общества, хозяйка.

Он насупился и замолчал.

– Прости, – заговорила я снова, – я вовсе не хотела тебя обижать. Просто мне нравятся мужчины другого плана.

– Мужчины другого плана сидят у себя в кабинетах и бумажки перебирают, – заворчал в ответ Тропус. – Из одной стопочки в другую, а затем обратно. И уж у таких мужчин точно нет времени на то, чтобы считать стеллажи для Светлых адепток, и приглядывать за тем, чтобы эти адептки не сворачивали куда-нибудь не туда.

– У ректора много дел! – вступилась я за Лютариона, – И вообще – ты всё вывернул на изнанку, Тропус!

– Ладно, – махнул лапой он, – кажется, мы пришли.

Он завис в воздух перед стеллажом, на котором действительно стояли книги по психологии.

Выбрав парочку увесистых томов, я взяла их и огляделась. Сразу за стеллажом был проход направо и налево.

– Странно, – сказала я, заглядывая в левый проход, – Мне казалось, туда идти было нельзя.

– Никуда идти нельзя! – напомнил мне Тропус. – Пойдём уже отсюда!

Но моё внимание уже привлекла высокая красная книга, что стояла на втором стеллаже слева.

– Тропусик, – попросила я, – может, ты достанешь мне одну книгу?

– Нет! – воскликнул фамильяр. – Мне нельзя тут ничего трогать! И тебе нельзя.

Ясно, на фамильяра рассчитывать не приходилось. И хотя он был прав, эта книга мне показалась розой на поле из ромашек. О чём-то важном, о чём-то интересном было написано в ней. Я знала это наверняка!

– Перестань, – сказала ему я, направляясь к приглянувшейся мне книги. – Я не собираюсь ничего нарушать. Я просто хочу кое-что увидеть.

– Посмотреть, как долго ты сможешь проблуждать по этим закоулкам?! – воскликнул Тропус, – Не ходи туда!

Но было уже поздно. Моё желание узнать, что скрывает под собой красная книжная обложка, перевесило абсолютно всё.

Глава 11

Тропус ещё раз взвизгнул, но последовал за мной. Книга действительно была внушительных размеров, так что я не сразу смогла её достать. Сначала мне пришлось положить свою ношу по Общей психологии на пол, а уж только потом я смога вынуть с третьей полки приглянувшийся мне фолиант.

На обложке красивыми золотыми буквами было выведено: “Отказано”

Я с недоумением открыла книгу и просто не поверила своим глазам. Все страницы были исписаны лишь одной фразой: “Вам отказано в доступе к этой книге”

– Ну и пожалуйста! – вспылила я, но всё же осторожно поставила книгу обратно. – Зачем тогда было меня завлекать своей обложкой?

– Это книги для третьего курса, Алиса, – объяснил фамильяр, – они знают, что ты ещё до них не доросла! А, кроме того, ты ведь из Светлой академии, как-никак!

Я пожала плечами и подняла свои книги по психологии с пола. Должно быть, Тропус был прав.

– Пойдём скорей обратно! – проговорил он, с беспокойством оглядываясь, – мне очень тут не нравится! Эти книги так хищно смотрят на нас!

Я развернулась и направилась обратно, однако почти сразу мне пришлось остановиться, потому что прохода, из которого мы пришли, уже не было.

– Тропус? – стараясь сдержать страх, проговорила я, – ты помнишь дорогу?

– Тут её нет! – воскликнул фамильяр, изучая полки с книгами по древним языкам. – Я ведь говорил тебе никуда не сворачивать!

– Эта всё она, – сказала я, указывая в сторону красной книги, – Она поманила меня к себе! Она звала меня!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.