Dari Gray
Хрупкий лёд

Глава 1

Аделина Истомина

Мне было девятнадцать, я жила на льду. Это был мой смысл жизни. Ежедневные изнурительные тренировки.

Поддержка за поддержкой, новый выученный и доведенный до автоматизма элемент программы, соблюдение режима. Но мне это нравилось.

Ведь в партнеры мне достался самый лучший фигурист – Денис Егоров. Мы знали друг друга с детства, в пару с ним я встала, когда мне было одиннадцать.

Лет в пятнадцать я начала испытывать к нему не только дружеские чувства, что-то большее, хрупкое, возвышенное, все это оказалось взаимно.

Моему счастью не было предела. Хотелось кричать об этом на весь мир.

Мы могли сутками находиться бок о бок и нам этого было мало. Мы как детали пазла, конструктора Лего идеально подходили друг другу. Мне казалось он будет со мной всю жизнь.

Как же я тогда ошибалась…

В день, когда все мои мечты рухнули и превратились лишь в осколки льда, ничего не предвещало беды.

Тренировка началась как обычно с разминки, мы много смеялись и танцевали под сменяющиеся треки. Денис кружил меня на льду, и я чувствовала, что за спиной у меня вырастают крылья.

Тренировка уже длилась несколько часов, не было ничего сложного, все движения были выполнены четко в такт музыки.

Мы отрабатывали короткую программу, когда Денис сказал: «– Давай попробуем ту поддержу».

Его уверенный взгляд, его напор, его вера вселили в меня такой прилив энергии. Я не могла ему не поверить, у нас точно должно все получиться, ведь Денис все контролирует.

Все дальнейшее происходит как в тумане. Мы набираем скорость, синхронно скользя по льду, перевернувшись лицом к Денису, я беру его за руки, сжимая их очень крепко, и ставлю сначала один конек на его бедро за тем другой. Мой корпус отклоняется назад, и я выгибаюсь дугой, при этом не сбавляя скорости, я отпускаю одну руку и грациозно поднимаю ее вверх. Да, поддержка почти завершена, теперь из нее необходимо выйти красиво.

Одно неверное движение, нога Дениса уходит в сторону, цепляясь зубцом за лед, и я на бешенной скорости лечу спиной вперед. Очень жесткое приземление. Боль прошивает все мое тело, кажется из меня выдирают легкие, потому что возможности дышать больше нет. Адская боль сковывает абсолютно все. По инерции Денис падает на меня.

Я чувствую только бесконечную боль и холод льда, больше ничего. Адреналин, выброшенный в кровь, туманит разум, кажется сейчас вспышка боли пройдет, я встану на ноги и поеду. Этому не суждено случиться…

Помню лицо тренера, склонившегося надо мной, перекошенное от ужаса увиденного.

Помню, как бригада медиков осторожно перекладывает меня на носилки и взгляд Дениса. Он плачет…

Дальше начинается черная полоса моей жизни…

Коридоры больницы, операция, больничная палата, снова коридор, операционная и больничная палата.

Мне казалось, я застряла в одном чертовом дне, где не происходит больше ничего другого.

Последней каплей было то, когда в палату вошел мой лечащий врач и сообщил, что мой позвоночник был сломан, теперь у меня там стоит железо, и самая жесть произошла тогда, когда мне сказали, что я больше никогда не смогу кататься на коньках. Да что уж скрывать, смогу ли я потом просто ходить, было под большим вопросом.

У меня случилась истерика. Мне вкололи успокоительное, после которого я проспала несколько часов.

В какой-то момент я просто опустила руки. Дни тянулись один за другим, и в них было только одно, я лежу в палате прикованная к постели.

Родители всячески пытались отвлечь меня, заинтересовать хоть чем-то. Я была безразлична ко всему.

Спустя почти три недели ко мне пришел Денис. Я каждый раз задавалась вопросом, как он? Почему не приходит ко мне? А вдруг произошло что-то страшное?

Как выяснилось позже, он отделался легким испугом и переломом левой руки.

Он вел себя очень холодно и отстраненно, тогда это был совершенно другой парень, я не могла поверить, что это действительно он.

В тот день он сказал мне немного, но после этих фраз мне больше не хотелось жить…

«– Лин, извини, что так вышло. Теперь из-за твоей травмы мне приходится полностью менять свою жизнь. Я уезжаю. Нам нужно расстаться. Поправляйся».

Лишь слезы, скатившиеся по моим щекам, выдали маленькую частичку той нестерпимой боли, что бушевала у меня внутри.

Хлопок, и дверь палаты закрылась, погружая комнату в тишину.

Я беззвучно кричала, до боли зажав зубами кулак.

Этого просто не могло произойти со мной. Нет! Это какая-то нелепая шутка, ведь у меня все было почти идеально…

А потом все закрутилось…

Одна клиника сменялась другой, затем третьей. Два с половиной года я была прикована к инвалидному креслу. Реабилитация не давала абсолютно ничего.

В какой-то момент я начала привыкать, что я теперь такая. Неполноценная, никому ненужная…

Закрылась ото всех и в первую очередь от своих родных. Я могла сидеть в комнате несколько дней и ничего не есть. Мне просто этого не хотелось.

Дальше меня затянули книги. Я перечитала все книги, которые были в нашей небольшой домашней библиотеке. Пошли интернет-заказы, на которые я спускала кучу денег.

В какой-то момент мама мне сказала, все стоп! Хватит! Хватит сидеть здесь!

А следующее ее действие было заключено в том, чтобы вытащить меня на улицу, я долго сопротивлялась, но все же сдалась.

Сначала не могла поднять глаза и все время смотрела на носы своей обуви. Я боялась, что на меня станут показывать пальцем. Но потом мне стало параллельно, что подумают или скажут обо мне окружающие.

Теперь это мои новые реалии и мне нужно учится в них жить.

Одна из программ по восстановлению начала давать свои плоды, я смогла зашевелить пальцами сначала на одной ноге, а через две недели и на другой. Моему восторгу тогда не было предела. Даже не могла представить, что такое когда-то произойдет.

Но ключом к моей мотивации снова встать на ноги было то, что я увидела Егорова с другой девушкой.

Я ехала в такси с мамой на очередные процедуры, когда таксист остановился на светофоре я бесцельно уставилась в окно, там я увидела Дениса, который шел за руку с красивой высокой девушкой, он улыбался и в какой-то момент притянул ее к себе для поцелуя.

Меня затрясло, по телу будто пустили ток.

Я возненавидела его в тот момент так сильно, что мне захотелось ему доказать – я тоже буду радоваться жизни, тоже буду снова ходить!

…

Сейчас конечно понимаю, что это было глупо. Но в какой-то степени он, точнее ненависть к нему, помогла мне встать на ноги.

Вернувшись из путешествия по своему прошлому включаюсь в работу.

– Маша, не наклоняйся так сильно вперед. Ирина, ты должна скользить по льду, а не ходить по нему.

Стою у бортика катка и внимательно наблюдаю за своими подопечными. К нам в группу пришла новая девочка – Маша Егорова. Пять лет.

Для третьего занятия она весьма уверено стоит на коньках.

Обычно после тренировки, дети быстрее бегут поделиться с родителями своими успехами на льду. Но Маша всегда покидает лед последней. За ней приходит женщина лет сорока, сдержанно здоровается и забирает ребенка. Со стороны это выглядит немного странно. Они как будто чужие друг другу, но в документах указано, что именно она забирает девочку после занятий.

_____________

Добро пожаловать в мою новую историю)))

Глава 2

Аделина Истомина

Проснувшись за час до будильника, лежу в своей кровати и тупо пялюсь в потолок. В моей жизни был период, о котором лишний раз не хочется вспоминать, что лежать и пялится в потолок было одним, пожалуй, даже единственным занятием, на которое я была способна.

Раз уж проснулась, надо вставать.

Заварив себе крепкий кофе, включаю на телефоне обновленный плей-лист и встав в исходное положение, начинаю утренний ритуал.

Еще со времен клиник и реабилитаций, мне стало привычно делать зарядку по утрам. Сначала сидя в кровати, а потом, когда вдруг процесс восстановления дал большой скачок вперед, я смогла делать это стоя.

Покрутив головой в разные стороны, перехожу к упражнениям на плечевой пояс. Трек сменяется другим, более ритмичным, но я остаюсь в прежнем темпе, с размеренным дыханием и плавными движениями без рывков и спешки.

Неправильное выполнение упражнений иногда могут даже навредить, не стоит забывать об том.

Музыка прерывается мелодией рингтона входящего звонка.

– Ало

– Деля, выручай, – слышу в трубке взволнованный голос коллеги.

– Ксюш, что случилось?

– У нас завтра срывается мероприятие, нам срочна нужна фигуристка.

– Ты же знаешь мой ответ, я больше не катаюсь, – сердце учащает свой ритм.

– Да, да, знаю. Но ситуация просто форс-мажор. Девочка, которая должна открывать мероприятие заболела и лежит с температурой 39. Я не знаю, что делать? Нам нужен просто красивый прокат. Нежно, изящно, никакой нагрузки, максимум пару вращений. Я бы и сама могла, но сама понимаешь на пятом месяце беременности… в общем только ты можешь спасти. Ты до сих пор в прекрасной форме.

– Даа, форма действительно прекрасна, особенно дополнительные элементы в моем позвоночнике в виде железа…

– Прошу тебя, – стонет в трубку Ксюша.

Мы не плохо сработались за последние три года. Из коллег очень быстро превратились в довольно близких подруг.

– Ладно, но только встать на лезвия и проехаться по льду, – сдаюсь, не понимая, на что я подписываюсь.

– Ты просто лучшая, проси, все что хочешь, – ободрившись, произносит подруга.

– Смешно, просить что-то у беременной девушки, – мы обе смеемся.

– Давай встретимся на льду до твоей тренировки, отдам тебе костюм.

– Хорошо.

Завершив звонок, я ощущаю внутри небывалый трепет. Последний раз я испытывала подобное чувство, когда первый раз после травмы смогла самостоятельно встать на ноги и пройти без посторонней помощи пару шагов.

Мне же категорически нельзя нагружать спину, и как теперь мне быть?

Подойдя к зеркалу, принимаюсь себя разглядывать. Форма действительно осталась прежней, что кажется мне странным, ведь мышцы без постоянных тренировок теряют тонус.

…

Заходя в двери ледового дворца, все время верчу по сторонам головой. Почему у меня такое чувство, что я должна сейчас кого-то увидеть.

Может зря я согласилась?

А может я просто накрутила себя?

Через стеклянные двери хорошо просматривается фае ледового. Практически сразу замечаю там Ксюшу, в ее руках вешалка с чехлом, скрывающим, видимо костюм для выступления.

– Извини, немного опоздала. На Советской опять собралась длиннющая пробка. Я думала сожгу весь бензин.

– Пойдем скорее, – схватив меня за руку, подруга тянет меня в сторону льда.

…

Увидев свое отражение в красивом белом платье, инкрустированном мелкими блестящими камушками, похожими на бриллианты, задерживаю на них особое внимание, на рукавах идут причудливые лоскуты ткани, очень напоминая крылья, я невольно расплываюсь в улыбке.

Такое забытое чувство…

Пресекая все это, тут же начинаю хмурить брови.

Это просто вынужденные меры. Это не тот выход на лед, к которым ты привыкла и любила всей душой.

Держась за бортик, осторожно ступаю на лед. Ноги трясутся. Я будто превратилась в бетон. Дышать становится трудно, и как бы я не старалась набрать в свои легкие побольше воздуха, мне все равно этого мало.

Оттолкнувшись левой ногой, еду рядом с бортиком слегка покачиваясь.

Перед глазами мелькают кадры моих прыжков, поддержек, будто кто-то включил эту запись у меня в голове.

Так нельзя, нужно собраться, сосредоточиться…

Оттолкнувшись еще раз, я, легко скользя по льду, выезжаю на середину и пробую сделать разворот, один конек вонзив зубцом в лед.

Получилось.

Довольно неплохо.

Полностью поглощенная процессом не сразу понимаю, что меня кто-то зовет.

– Аделина Сергеевна, я тоже так хочу, прям как вы, – прильнув к бортику, на меня смотрит моя воспитанница. Глаза горят от восторга, еще немного, и она окажется на льду, рядом со мной.

Затормозив зубцом конька, останавливаюсь напротив девочки и улыбаюсь ей в ответ.

– Маша, ну куда ты убежала, опять забыла свои коньки, – раздается за спиной ребенка до боли знакомый голос.

Сглатываю и поднимаю глаза выше. Там ОН. Денис Егоров. Маша Егорова. Как я сразу не поняла чья она дочь, ведь она его точная копия, за исключением глаз.

Так и застыв в такой позе не могу пошевелиться. Я готова сейчас провалиться под лед, только бы перестать ощущать на себе его пристальный взгляд.

_________________________

Всем спасибо)))

Визуал на канале Dari Gray современные романы

Глава 3

Аделина Истомина

Тренировка проходи просто ужасно. Я никак не могу сосредоточится на детях. Кто в лес, кто по-дрова, как говорится.

Все время прокручиваю в голове его взгляд. Он буквально припечатал им ко льду. Я вмерзла в лед и осталась в этой вечной мерзлоте, как те мамонты, которых обнаружили ученые в Якутии.

И что он в конечном итоге сделал? Впихнул в руки своей дочери коньки и поспешил прочь…

Трус… Всю жизнь бежит от чего-то…

Пора бы уже собраться. Взять себя в руки.

Давай, Деля, ты можешь!

И что, что ты увидела его спустя столько лет, а он даже не удосужился сказать тебе привет. И его дочь ходит к тебе на тренировки.

В этом нет ничего сверхъестественного…

Просто забудь и иди дальше.

Внутренняя установка немного стабилизирует мое состояние, и я наконец включаюсь в работу к завершению тренировки.

– Ребята, предлагаю вам раз в неделю устраивать самостоятельное занятие. Каждый будет отрабатывать тот элемент, который ему нравится больше, или наоборот получается хуже, чем остальные. Следующее занятие мы проведем в игровой форме, – именно в эту минуту я решаю полностью поменять подачу материала. Это всего лишь дети, которые хотят быть детьми, а не воплощать то, что когда-то не смогли достичь их родители.

– Ураа, – ребята произносят это хором, подъезжая к бортику.

– Аделина Сергеевна, а я смогу кататься, как вы? – подает голос Маша. Девочка с горящими глазами смотрит на меня.

Глаза определенно не ее отца. Есть в них какая-то загадка… тайна…

Впрочем, не все загадки нужно разгадывать, но по необъяснимым причинам ребенок с каждым занятием все больше и больше привязывается ко мне.

Очень часто она берет меня за руку, рассказывает о том, куда она поедет после тренировки, что ела сегодня на завтрак.

Остальные дети все же держат дистанцию учитель-ученик.

– Конечно, Машенька, у тебя все получится, просто в это нужно верить и даже если ты упала, в этом нет ничего страшного. Поднимайся и иди дальше. Никогда не сдавайся, – девочка широко улыбается, показывая все свои молочные зубки.

…

Пытаюсь продумать, что лучше исполнить на открытии. По некоторым данным, не исключено, что на мероприятии будет присутствовать наш Мэр.

Не хотелось бы выглядеть деревом перед такой аудиторией.

Наш спортивный комплекс занимает большую территорию, на которой находятся несколько отдельно стоящих зданий. Наш ледовый дворец, открытая футбольная площадка, закрытый бассейн и конечно же комплекс с различными залами и студиями, от баскетбола до танцев в различных направлениях. Пару раз сама сходила на High Heels, конечно речи и не шло, что бы как-то улучшить свою сексуальность, просто пластичности и гибкости девчонок реально можно позавидовать, но быстро поняла, что это точно не для меня.

Весь вечер провалялась потом на диване, как касатка, которая выбросилась на сушу. Спина ужасно ныла и тянула.

Завтрашнее мероприятие приурочено к открытию в нашем ледовом шорт-трека. Конькобежный спорт сейчас весьма популярен.

Мне же делегировали дать старт своим выступлением и связать конькобежный спорт и фигурное катание, если не воедино, то хотя бы поставить все это на оду ступень пьедестала.

До сих пор не понимаю, зачем открывать это мероприятие фигурным катанием на льду…

НО, с руководством обычно не спорят…

…

Натянув на себя костюм, нервно тереблю складки платья. Сейчас оно мне кажется непозволительно коротким.

Волнение накатывает волнами, каждая из которых сильнее предыдущей. Тошнота подступает к горлу, а руки разбивает взявшаяся непонятно откуда дрожь.

Надо было настоять на своем, не соглашаться. Вот зачем мне все это?

Открывшаяся дверь раздевалки прерывает мой внутренний диалог.

– Деля, пошли быстрей, сейчас уже начнут, – Ксю стоит в дверях с папкой в руках. Как настоящий организатор, она строго следит за тем, чтобы все шло по намеченному плану.

– Иду, только…

– Только что? – Ксюша смерив меня взглядом, постукивает по папке пальчиками.

– Мне кажется у меня ничего не выйдет, – устремляю взгляд на свои коньки, лезвия которых сейчас находятся в пластиковых защитных чехлах неоново-малинового цвета.

– У тебя? Да брось. Я еще не видела человека с такой железной силой воли.

– И с железным позвоночником, – напоминаю тихо. Больше себе, чем ей.

– Все будет отлично, идем.

Не успев пройти и пары метров нам с Ксюшей преграждает дорогу мужская фигура.

– Молодой человек, здесь нельзя находится посторонним, покиньте пожалуйста помещение, – я же говорю, все контролирует.

– Три минуты, я не займу больше, – эти слова адресованы мне.

– Все нормально Ксюш, через три минуты я приду, – соглашаясь, она нехотя скрывается за поворотом коридора.

– Лин, зачем?

– Егоров, три минуты. Говори, что хотел, если конечно есть, что сказать, – выплевываю это не очень дружелюбно, прищурив нижние веки.

– Зачем ты это делаешь, ты же понимаешь, что это большой риск?! Столько лет, столько сил, чтобы убить все за каких-то пару минут? Откажись… – вокруг нас кажется нет больше ничего, только звенящая тишина и его горячее дыхание, почему я чувствую его на своей коже.

Отшатываюсь немного назад.

Зачем? Зачем он снова появился в моей жизни? Я почти научилась реагировать на него, как на прохожего, спешащего по своим делам.

Егоров делает шаг ко мне.

Хочется закричать, я словно в ночном кошмаре и нет возможности проснуться…

Столько раз представляла себе, как он откроет дверь палаты, скажет, как он соскучился, какой он был дурак…

Потом представляла, как мы случайно столкнемся на улице, ведь к тому времени я снова могла ходить. Сама!

Но шли годы, а тяжелая боль утраты превратилась в светлую печаль.

– Три минуты прошли, – резко выпаливаю я, и оттолкнув Егорова от себя освобождаю себе путь, чтобы быстрее уйти.

…

– Девушка-феномен. Та, что не сдалась и после долго лечения, которое затянулось на годы, вновь встала на коньки… – я почти не слушаю то, что говорит обо мне ведущий.

В голове неприятный шум, который заглушает сейчас грохот аплодисментов зрителей, слова ведущего, музыку.

Я должна… не могу иначе…

Первый шаг, еще один…Одно неверное движение, и я на дне…

Арена стихает и замирает в предвкушении.

Скользя по льду, в танец я вкладываю всю ту боль, что сумела пережить и как феникс возродилась из пепла.

Набрав скорость, вхожу плавно в поворот у самого бортика, где как раз сидят представители местной власти. Так было задумано.

Не успела детально рассмотреть, но мне казалось, что Мэр куда старше. У нас разница-то лет десять, может двенадцать.

Делаю прогиб назад, скользя на одном лезвии. Вращение по диагонали и я замираю в центре льда с последними нотами звучащей композиции…

Сердце колотится как бешеное, мне кажется оно стучит у меня в голове. Трибуны взмывают вверх, как по команде, заполняя арену оглушительным звуком ударов в ладоши.

________________________

Всем спасибо))

Глава 4

Аделина Истомина

Свет софитов слепит глаза. Пытаюсь восстановить дыхание, но лажаю.

Голос ведущего звенит у меня в ушах.

– … Вы только посмотрите на эту девушку, которой подвластен даже лёд. Аделина Истомина покорила сегодня всех нас своим выступлением…

Пока я медленно скольжу к бортику, мне вручают большой букет цветов, следом еще один. Я с трудом могу различить пол перед собой, поэтому просто иду вперед.

– Деля, ну ты прям удивила, – восторженно произносит Ксю, подбегая ко мне, и забирая один из букетов.

– Решила, что просто проехаться по льду будет скучно, – пожимаю плечами.

Прекрасно понимала, что иду на огромный риск. Одно неверное движение, потеря равновесия и … все.

Не известно, какие могли быть последствия, но я справилась. В эту минуту разрешаю себе немного расслабиться.

– Ты все же неисправима, – голос Егорова за спиной застает меня врасплох.

Вздрагиваю и почти роняю этот несчастный букет на пол.

Егоров же ориентируется куда быстрее, подхватывая его на лету. Наши руки соприкасаются… и… таких мурашек, которые бегут сейчас по моим рукам вверх мне кажется я не испытывала еще ни разу в жизни.

Чувствую реакции его тела, его руки слегка дрожат, он сжимает их крепче, все как тогда…

Его сильные руки крепко держат меня, я полностью доверяю этому человеку, поправка – доверяла.

Резко выдернув свои руки, ощущаю на них нестерпимый жар, будто я сейчас держалась за раскаленное железо, мои ладони плавятся от этого жара.

– Что тебе от меня нужно? – пытаюсь звучать твердо и ровно. Как мне кажется, это вполне получается, и не важно, что внутри разворачивается стихийное бедствие.

– Просто хотел поддержать, что ты как еж реагируешь, выпуская все свои иголки наружу?

Серьезно?

Просто хотел поддержать?

– Опоздал лет на десять, – метнув в него целую кучу молний, мысленно превращая его в горстку пепла.

…

Как и обещала, занятие проходит у нас не просто: выполни это, повтори то.

Все дети включены в процесс. В игровой форме ребенку проще усвоить тот или иной навык.

– Аделина, зайдите в кабинет к Игорю Валентиновичу после тренировки, – к нам заглядывает его помощница с видом лауреата Нобелевской премии. Постоянно поправляя свои очки в огромной черной оправе и с неизменно алой помадой на губах.

– Хорошо, – внутри просыпается червячок сомнения.

Идя по коридору, я перебираю варианты, что же я такого сделала, что меня вызывают на ковер.

Сейчас наверное скажет – вы забыли, где вы находитесь? Что за балаган был сейчас на льду?

Ладони ужасно влажные и холодные…

Да что со мной такое… будто это самое страшное, что случалось со мной…

Конечно нет!

Останавливаюсь перед дверью кабинета и глубоко вдыхаю полной грудью несколько раз.

Стучу, услышав за дверью голос Игоря Валентиновича: – Да, войди.

Выдыхаю.

Берусь за ручку и медленно опускаю ее вниз, дверь открывается.

Я была готова ко многому, но ни как не ожидала увидеть именно эту картину…

Всем спасибо ❤️❤️❤️

Визуал на канале Dari Gray современные романы 📚

Глава 5

Аделина Истомина

На меня смотрят две пары глаз…

Игорь Валентинович, улыбаясь, что происходит крайне редко, жестом приглашает меня пройти в его кабинет.

Михаил Анатольевич же, напротив, серьезен.

Боже! Что я здесь делаю?

Мэр ставит стакан с прозрачной жидкостью на стол рядом с собой и произносит:

– Входите, входите Аделина Сергеевна, мы вас ждем, – сглотнув ком, образовавшийся в горле, робко вхожу в кабинет, тихонько прикрыв за собой дверь.

– Присаживайтесь, не стесняйтесь, – Михаил Анатольевич указывает на стул напротив него.

Передвигаю ногами так медленно, как будто к ним привязаны гири, каждая по десять килограммов.

В голове просто пустыня, по которой подгоняемое ветром, катится сухое перекати-поле рассеивая семена.

Ни единой мысли, зачем я сейчас нахожусь в этом кабинете.

– Вы, наверное, хотите уточнить, зачем мы вас сюда пригласили? – Мэр наливает воду в стакан из графина и протягивает его мне.

Без колебаний беру стакан и делаю один глоток, после чего согласно киваю.

– Так вот, Аделина, я внимательно смотрел за вашим выступлением. Сразу скажу, весьма впечатлен. После столь серьезной травмы вы смогли не только вернуться к нормальной, полноценной жизни, но и вернуться в спорт, который вас чуть не погубил. Вы смелая и целеустремленная девушка, Аделина, – к чему он клонит?

Взгляд мечется от Михаила Анатольевича к Игорю Валентиновичу и обратно.

Задвинул такую речь, ему явно есть что мне предложить. Вот только нужно ли мне это?

Я была права…

– Вы знаете, в моем окружении как раз не хватает таких людей. Хочется быть уверенным, что твои соратники тебя не подведут, – хватит зубы заговаривать, вываливай, что там тебе уже надо.

Я нервно ерзаю на стуле, мне кажется, что еще немного и по нему пустят электрический ток.

Ну просто камера пыток какая-то, а не кабинет руководителя. Хотя в какой-то степени это можно считать одним и тем же.

– Я, Михаил Анатольевич, вас не очень понимаю, – давайте, вскрывайте карты.

– Хочу предложить вам должность главного специалиста по физической культуре и спорту нашего города, – сказать, что я удивлена – это ничего не сказать.

Я чувствую, как мои зрачки расширяются от услышанной информации, а нижняя челюсть стремиться оказаться на столе из дорого темного дерева.

– Я? – голос звучит взволнованно.

– Да, мне кажется вы прекрасно с этим справитесь, – его улыбка немного пугает. В ней нет и доли той радости, что он сейчас пытается изобразить.

– Правда, Аделана, соглашайся, – в разговор вступает, до этого момента молчавший, Игорь Валентинович.

– Это очень ответственно, я не смогу. Я же просто бывшая фигуристка, – начинаю приводить аргументы.

– Ты не просто фигуристка, ты доказала всем и в первую очередь себе, что для тебя нет ничего невозможного.

Пауза затягивается….

Я должна что-то ответить…

Прямо сейчас…

– Я могу подумать над вашим предложением?

– Конечно, предлагаю встретится через пару дней и обсудить все в более непринужденной обстановке, – мужчины переглядываются между собой.

Внутри начинает неприятно сосать под ложечкой.

Это плохой знак!

Шестое чувство, хоть оно у меня и не сильно обострено подсказывает, что это дурная идея.

Покидаю кабинет в растрепанных чувствах. Все мысли наперекосяк.

Нужно срочно с кем-то поговорить.

Достав телефон звоню маме.

– Привет, ты дома? Я сейчас приеду, – просто ставлю в известность.

Уже несколько лет живу одна, но в родительской квартире я частый гость.

– Привет, дочка, конечно приезжай, я как раз затеяла пирожки с капустой, твои любимые, – добродушно отзывается мама.

Не трачу время на переодевания и прихватив свою сумку быстрым шагом направляюсь к выходу.

– Куда так летишь? – столкнувшись с Ксюшей в дверях, просто отмахиваюсь.

– Все потом.

Кидаю сумку на заднее сиденье машины и выруливаю с парковки.

Дорога почти не загружена, так что до дома родителей я добираюсь очень быстро.

Бросив взгляд в зеркало заднего вида, осматриваю себя. Вроде бы все как обычно, без изменений.

Но взгляд какой-то напуганный.

…

На кухне у мамы, заталкивая в себя уже четвертый пирожок, я сбивчиво рассказываю про разговор с Мэром и его щедрое предложение.

– Деля, это же просто прекрасно, – мама радостно хлопает в ладоши.

– Такие возможности, такие перспективы, – продолжает она.

– Все так, только чувство беспокойства не покидает меня. Здесь точно какой-то подвох.

– Ой, ну какой подвох, фантазерка. Просто ему нужны люди с характером на таком высоком посту, как ты у меня.

– Ну не знаю… может ты и права, – вздыхаю и отправляю в рот последний кусочек.

С пирожками пора завязывать, а то в дверь я точно не пройду.

Взяв дымящуюся кружку ароматного, горячего чая, подношу ее ближе и вдыхаю запах малины.

Сделав пару глотков немного успокаиваюсь. Я же всегда могу отказаться. Тем более у меня в запасе есть пару дней на раздумья.

_____________________________

Всем спасибо❤️‍🔥❤️‍🔥❤️‍🔥

Визуал на канале📲

Глава 6

Денис Егоров

Увидев ее на льду, меня будто пронзает насквозь острое лезвие меча.

В груди печет…

Смотрю и не верю.

Ну какой же я был дурак, зачем тогда так сказал ей…

Свою вину пытался заглушить тем, что вымещал злость абсолютно на всех.

И в первую очередь на Лине.

Тогда я действительно уехал из города на какое-то время, но быстро вернулся. Хватался за все, лишь бы вытеснить мысли о ней, как поступил тогда.

С головой ушел в учебный процесс.

Из фигуриста в адвокаты.

Неплохо, да?

Потом появилась Машуля. Я посвящал ей все свободное время.

Она мой лучик света в этой бесконечной темноте.

Когда Машуля увидела выступление фигуристов по телевизору, мир перевернулся, каждый день начинался с фразы: «Папа, а когда мы пойдем на каток».

Сначала был страх.

Прошлое снова положило свою холодную руку на мое плечо.

Я не смогу пережить, если с дочерью что-то случится.

Долгие уговоры не дали никаких результатов.

И вот спустя два месяца после первой просьбы я записываю Машу в секцию фигурного катания. Даже не подозревая, что тренер группы Аделина Истомина, та кого я любил и кого подвел.

А потом еще и сбежал с позором, оставив ее прикованной к инвалидному креслу.

За десять лет она ничуть не изменилась. Все та же девчонка с озорными, горящими глазами.

Ее характер не сломить.

Первый порыв был сразу же забрать дочь. Немного успокоившись, подумал, что пару занятий будет достаточно.

Машуле самой все надоест.

Не тут-то было…

С каждым новым занятием, Машуля приносила домой столько эмоций.

Она взахлеб делилась всем, что происходило на льду. Как ей нравится проводить там время…

Она как будто ожила.

Стала маленькой девочкой, какой и должна быть в ее возрасте, ведь после ухода ее матери, дочь перестала есть и спать.

Ночник в ее комнате всегда был включен, по-другому заснуть она просто не могла.

Сейчас у нас все по-другому, что не может не радовать…

…

Бегу по коридору, чтобы успеть…

Успеть поговорить, сказать ей то, что не сказал тогда.

Нет смысла никому ничего доказывать.

Это огромный риск, Лина все прекрасно понимает и все равно ступает на это хрупкий лёд.

Это выступление полный бред, неужели в ледовом дворце не нашлось ни одной фигуристки.

Глаза в глаза…

Как же хочется ее обнять, прижать к себе крепко-крепко.

Но на меня смотрит совсем другая Аделина.

– Три минуты, – от холода ее голоса, по всему телу пробегает дрожь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.