Летопись Аэстарии
Мир, в котором драконы – лишь начало
Максим Владимирович Брызгалов

© Максим Владимирович Брызгалов, 2025

ISBN 978-5-0067-3040-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ГЛАВА I. О НАЧАЛЕ ВРЕМЁН И РОЖДЕНИИ ДРАКОНОВ

Запись летописца Ар’Ланора, хранителя света и теней

Во тьме, где не было ни звёзд, ни меры времени, родилось первое дыхание. Не было ещё имён, не было земель и океанов, не было света – лишь Великая Пустота, что хранила в себе молчание бесконечности. Из этой тишины однажды прозвучал зов – зов Бытия. Так появилась Первая Искра, чьё имя ныне забыто, но которую древние называли Ар’Каэль – Огонь Единства.

Ар’Каэль не был существом, но волей. Он разделился на два полюса: Свет и Тень. Из их союза возникли драконы – существа первородной мощи, рожденные не плотью, но из самой сути реальности. Семь великих драконов были созданы: Белый, Чёрный, Красный, От других осталось лишь история. Каждый из них стал воплощением одной из стихий, черт или законов мира. Так началась Первая Эпоха – Эпоха Пробуждения.

Белый Дракон нёс свет, милосердие и защиту. Его дыхание несло жизнь, а его крылья расстилались над горами, где впоследствии выросли города света. Чёрный Дракон – был стражем тайн, хранителем смерти и времени. Он не нёс зла, как полагают невежественные, но оберегал порядок вечного завершения. Красный Дракон – сила воли, разрушения и страсти. Он даровал огонь кузнецам и гнев воинам. Остальные драконы ушли в неведомые земли, оставив после себя легенды.

Когда драконы дышали, из их дыхания появлялись стихии: вода и камень, пламя и снег, леса и пески. Люди и иные расы появились позже – как отблеск магии драконов, как отражение их желаний. Люди стали народом перемен – не наделённым крыльями, но способным мечтать, и эта способность изменила саму ткань мира.

Сами драконы не правили – они были как боги, но не вмешивались без нужды. Им поклонялись, им молились, но редко видели. В тех местах, где дракону было суждено пролететь, земля становилась священной, и там возникали храмы. Так в Аэстарии появились первые очаги силы.

Белый Дракон сел на снежные равнины у моря, и его след стал крепостью из света. Чёрный Дракон опустился в чащу лесов, где под его куполом возник Город Теней. Красный Дракон – пронёсся над пустынями, и его падение вызвало бурю, где была построена крепость в песках.

Эти места стали сердцами будущих кланов. Люди начали объединяться под знамёнами драконов, подражая их сущности. Так началось формирование великих Домов.

Но, увы, ничто не вечно. Там, где есть свет, возникнет и зависть. Там, где есть тьма – страх. Со временем равновесие нарушилось. Драконы начали дремать, исчезать – не умерев, но удалившись. Некоторые говорят, что они ушли в глубины мира, чтобы не быть осквернёнными жестокостью смертных. Другие – что они всё ещё здесь, но смотрят на нас сквозь завесу.

Но одно ясно: с их уходом пришла новая эпоха. Люди, познав силу, начали воевать за неё. Кланы возвысились, Империя родилась. Но всё это – уже другой рассказ.

Я, Ар’Ланор, что служил при последнем из хромых королей Империи, что видел Пробуждение Фейта и гнев Кайронна, помню иное время. Я – свидетель, хранитель и писец. Я видел руны, начертанные на костях мёртвых драконов. Я слышал пение Белой Королевы во сне. Я пил из источника, где Красный Дракон однажды утолил жажду.

Это – моя летопись. И ты, странник, держащий её в руках, теперь тоже – хранитель. Ибо знание – это искра. А искра, однажды зажжённая, может стать огнём, который изменит всё.

– Ар’Ланор, в год 1174 после Падения

Слова Летописца Ар’Ланора, хранителя памяти мира.

Во мраке времён, когда звёзды ещё не были наречены, а дыхание мира только зарождалось в груди великой пустоты, родилась Аэстария. Не по прихоти богов, ибо боги лишь тени в её истории, но по воле Силы, безымянной, вечной и несущей в себе всё – рождение и разрушение, свет и тьму, жизнь и забвение. Её имя шепчет ветер в кронах древних деревьев, её следы скрыты в магме под чешуёй гор. Я, Ар’Ланор, последний из летописцев, свершив клятву помнить, переношу это знание на пергамент, дабы не исчезла истина в вихре забвения.

Мир не всегда был раздроблен. В те дни, что ныне зовутся Золотой эрой, Аэстария единым телом дышала. Горные тропы соединяли долины с пустынями, леса сплета́лись с равнинами, а реки несли свои воды сквозь сердца всех народов. Над этим миром восходила Империя, венец разума и силы, дитя объединения драконьей крови и человеческой воли. Её законы держали порядок, её магия освещала тьму, её Император, первый из Избранных, носил Знак Единства – сверкающее пламя, что связывало сердца многих в один огонь.

Но даже в величии зрелости таится начало падения.

Империя, правившая пять веков, пала не от удара извне, но изнутри, от жажды власти и предательства. Легенды гласят, что в последний день Империи драконы развернулись в небе и обратились друг против друга, ибо каждый стремился к свободе, не желая более быть связью для смертных. Так началась Эпоха Раскола.

Пять Эпох прожила Аэстария, как человек живёт от младенчества до седых лет:

– Эпоха Зари «Время Пробуждения» – время создания, когда стихии восстали и породили жизнь.

– Эпоха Расцвета «Время Единства» – когда Драконы и смертные построили Империю.

– Эпоха Разлома «Время Теней» – начала раздробленности.

– Эпоха Крови «Время Распада» – когда кланы сражались за власть, и реки стали алыми.

– Эпоха Мира «Время Хрупкой Надежды» – нынешний наш век, шаткий, как утренний иней, где баланс висит на лезвии клинка.

Теперь же мир разбит, и каждый его осколок стал кланом, народом, памятью.

Кланы драконов, некогда соединённые кровью, ныне враждуют, каждый следуя своему Пути:

– Красный дракон, Кайронн – властитель пепла, жаждущий мести и железа, возвёл армию бездушных машин, дабы сокрушить былое.

– Чёрный дракон, Фейт – странник судеб, некогда смертный, ныне носитель силы и свободы, разрушитель и строитель одновременно.

– Белый дракон – утрачен, исчезнувший в пламени Империи, оставив лишь надежду в сердцах.

– Лесное королевство – под сенью Эльвариона, хранит мудрость природы и шёпот древних.

– Горный клан – алчный Мурданн, что торгует сердцем мира, держа сокровища в недрах скал.

– Кланы островов – Флика, варвары Келя, сектанты Валериона – отголоски иного пути, каждый сокрытый завесой истории.

И среди них течёт Ивендаль, великая река, живая артерия Аэстарии, несущая в себе память Империи. Её воды видели рождение храмов, проклятия сект и пробуждение древних сил. Её берега – страницы, на которых мир пишет свою песнь.

Я, Ар’Ланор, последний Хранитель Летописи, сижу в святилище знаний, воздвигнутом из камней, что помнят тепло Империи. Надо мной – звёзды, ставшие холодными от времени, подо мной – пыль забытого величия. Я не судья. Я свидетель. Я запишу всё, что знаю, всё, что передано голосами мёртвых и шёпотом земли.

Слушай меня, читатель будущего. Не для славы пишу я, но для памяти. Чтобы, когда сгорит последний костёр клана, кто-то вспомнил, кем мы были и во что верили.

Пусть первый пергамент ляжет, как корень в древо памяти. Да начнётся Летопись Аэстарии.

Глава II. Пять эпох и Падение Империи

«О том, что кануло в вечность, но живёт в пепле. О том, что забыто, но всё ещё формирует путь будущего. Летопись сия писана не для славы, но ради памяти, ибо кто забывает корни, тот сам становится прахом…»

Я – Тарэм-Алиэль, летописец Четвёртой Звезды, сведущий в старых рунах, знаках звёзд и дыхании земли. Мне вверено слово, как и тем, кто шёл до меня, в высоких башнях Империи и скромных скрипториях лесных монастырей. Взяв в руки перо из пера фэлриана, чьи перья не тускнеют со временем, и чернила из сока дерева Иларий, впитывающего истину, я начну сию хронику, дабы поведать о земле, что зовётся Аэстария – земле разделённой, но не забытой.

Сквозь века, войну и мир, сны и пророчества, от Эпохи Зари до Падения Империи и восхождения Фейта, из пепла древности восстаёт сия летопись. Пусть тот, кто её читает, обретёт понимание, а быть может – и судьбу…

«И было время, когда звёзды светили ярче, чем пламя в очах дракона. Тогда же и началась история народов, ныне забывших свою единую песнь…»

I. Эпоха Зари – Время Пробуждения

Первой была Заря.

Никто не знает, что было до неё. Лишь древние камни шепчут о мраке без времени, когда мир ещё не был различён на небо и землю. Тогда, в великой вспышке магического пламени, из недр первоогня поднялись Драконы – не звери, но Силы, что дали форму началу. Они не были богами, но стояли у истоков бытия. И с ними – Первые.

Первые были существами, изваянными из магмы, дыхания ветров и глубинных вод. Они не имели имён, ибо не нуждались в различии. Лишь позже, когда род человеческий отделился, были названы те, кого ныне мы называем Прародителями кланов.

Эпоха Зари длилась тысячелетия. Горные цепи восставали из земли, реки прокладывали русла, а магия, ещё не понятая, струилась в свободной воле.

«До света был зов. До зова – безмолвие. А в безмолвии родились драконы».

– из Предвечной Скрижали, расшифрованной в храме Аэл’Тири

Легенда о Первом Пламени

Среди древнейших мифов Аэстарии бытует поверье о Первом Пламени, вспыхнувшем на вершине горы Ар’Каэль, когда ещё не было имён, рек и звёзд. Говорят, что само небо раскололось от безмолвного напряжения, и из трещины мироздания вырвался свет – разумный, пылающий и вечный.

Из этого Пламени появились пять Драконов Зари, каждый несущий стихию и суть мира. Они не имели крыльев, не рычали и не летали – они были духами, пронизывающими воздух и камень, заставляющими землю расти, а воду – течь. Лишь потом они приняли телесный облик, чтобы быть понятыми смертными.

Песнь Пробуждения

Согласно преданию, Песнь Пробуждения была не мелодией, но волной сознания, пронёсшейся сквозь всё сущее. Та Песнь пробудила разум в животных, вложила слово в гортань перволюдей и даровала им первую магию – Слушание Пламени. Те, кто мог слышать отголоски зари, становились первыми жрецами и летописцами, их называли Аурами.

Считается, что Песнь Пробуждения не исчезла, но теперь звучит лишь в пустотах между мирами – в сне, в предсмертных видениях и в глубочайших медитациях.

Миф о Великом Осколке

Один из устных мифов, записанных в поздние века, рассказывает о Великом Осколке Зари – кристалле света, выпавшем из сердца одного из Драконов, когда он впервые заплакал, увидев разрушение, порождённое его дыханием. Этот Осколок, по легенде, был похоронен в глубинах Ивендаля и стал истоком самой реки.

Считается, что он всё ещё там, в глубине, и именно благодаря ему вода Ивендаля остаётся тёплой даже зимой, а берега её плодородны.

Первые люди и встреча с Драконом

Истории первой эпохи редко рассказывают о людях как о воинах. Тогда они были странниками и молчаливыми скитальцами, жившими в пещерах, на утёсах и у озёр. Они не строили городов – они слушали, запоминали и называли.

Первой встречей между человеком и Драконом считается Видение Зэрионны, девушки из племени лунных охотников. Она, заблудившись в туманных горах, уснула под каменной аркой и увидела в огне пещеры силуэт крылатого света. Дракон не говорил, но вложил в её разум знание рун. Вернувшись, она начертала первую известную магическую формулу – Знак Света. С тех пор каждый жрец рисует его перед началом обряда.

Рождение первых кланов

Слушающие – те, кто слышал Песнь Пробуждения – начали уходить в разные стороны. Некоторые осели у истоков рек, и со временем стали прародителями клана Белого Дракона. Другие, ведомые жаждой знаний, двинулись к горам – будущие Вестарионы. Самые яростные – те, кто не боялся дыхания Пламени, отправились на юг и стали основателями Красного клана.

«И каждый, кто услышал песнь, запел по-своему. Так возникло множество голосов в великом хоре мира.» – фрагмент из «Оды Пяти Духов»

Легенда о Пяти Костях Неба

Древние летописи упоминают о падении пяти звёзд в разные части мира. Жрецы называли их Костями Неба, якобы останками тех духов, что не смогли принять плоть. Вокруг этих мест позже возникли величайшие храмы – один из них позже станет цитаделью Вестариона. По поверью, если все пять Костей будут найдены и объединены, то откроется Руна Начала, способная вернуть Песнь в уши каждого живого существа.

Пророчество о Затухающем Свете

В самом конце Эпохи Зари, когда начали рождаться первые разногласия, появился пророк по имени Аркаил, чьё имя запрещено в некоторых храмах. Он утверждал, что свет, породивший мир, не вечен – и что однажды он затухнет, оставив лишь тени Пламени. Его пророчество легло в основу движения Смотрящих Внутрь – тех, кто отверг внешнюю магию и искал истину в собственной душе.

II. Эпоха Расцвета – Время Единства

После Зари настало Единство – вторая эпоха. Тогда впервые народы начали звать себя по-разному. Горцы, лесные племена, песчаные кочевники, морские рода. Но была у них одна Империя – Великая Аэстарийская, и один Верховный Владыка, чьё имя ныне забыто, но в хрониках назван он титулом Инариэль, что значит: «Тот, кто вёл свет за собой».

В это время драконы отступили в глубины своего сна, передав народу клейма силы – те, что стали ядром власти. Так родились Дома Драконов: Белый, Красный, Чёрный. Каждый владел частью первородного пламени. С ними же соседствовали лесные, горные и морские роды, не владеющие пламенем, но наделённые мудростью, плодородием или богатством.

Империя объединила народы. Появилась письменность, была создана валюта – Соларий, началось строительство храмов и Башен Знания. Летописи, что я ныне веду, – отражение того расцвета. Мир был неделим, и казалось, ничто не способно поколебать строй вечности.

«Когда драконы сложили крылья и люди протянули друг другу руки – началось Время Единства».

– из Хроник Имперской Канцелярии, том I

Легенда о Золотом Копье Императора

Одна из самых почитаемых легенд Эпохи Единства рассказывает о Золотом Копье, выкованном по указу первого Императора, из магического металла, найденного в сердце горы, где, как считалось, спал дух Дракона Камня. Копьё было не оружием – оно не резало плоть, но рассекало ложь. Говорили, что его остриё сияло только в руках достойного, и ложно клянущийся перед ним терял дар речи.

Каждое решение совета империи утверждалось именно прикосновением Копья к центральной колонне храма Воли, расположенного в столице – городе Солаэрис.

Миф о Песне Семи Народов

Согласно устной традиции, за десять лет до окончательного объединения кланов, семеро мудрейших – по одному от каждого племени – встретились в долине, ныне затопленной озером Мирэль. Там, на закате, они пели семь ночей, каждый на своём древнем языке. На седьмую ночь их голоса слились в один, и от этого резонанса в небе появился сияющий знак в форме круга – Знак Единства, позднее ставший гербом Империи.

В наши дни эту песню исполняют лишь раз в столетие, в годовщину основания Империи. Ни один музыкант не знает всех нот, и считается, что если она будет исполнена вновь в совершенстве, то Империя возродится.

Хроника Алого Моста

Одним из самых известных сооружений Эпохи Единства был Алый Мост, построенный между землями Красного и Белого дракона. Он был выложен из особого минерала, способного впитывать магию и испускать её в форме сияния при соприкосновении с драконьей силой. Ночью мост светился так ярко, что его было видно из башен столицы.

Существует легенда, что мост был не только символом союза, но и местом ритуала согласия. Каждое новое соглашение между кланами должно было быть скреплено походом правителей по Алому Мосту – от одного края до другого, в молчании.

Разрушение моста в конце эпохи стало первым знаком надвигающегося падения.

Орден Пяти Звёзд

Во времена Единства был основан Орден Пяти Звёзд – элитное братство воинов, магов и мудрецов, охранявших мир между кланами. Их символом была звезда с пятью лучами, каждый из которых представлял один из древних аспектов: Свет, Камень, Дыхание, Ткань и Тень.

По поверьям, каждый из рыцарей ордена клялся отдать свою душу Империи. После смерти их не хоронили, а помещали в Стеклянные Усыпальницы, где души якобы продолжали бдить за порядком. Многие современные жрецы утверждают, что именно эти усыпальницы временами издают голоса, особенно в дни равноденствия.

Предание о Буре Согласия

Одним из самых загадочных явлений той эпохи была так называемая Буря Согласия, что раз в двадцать лет накрывала земли центральной Аэстарии. Ветер выл не яростью, а как будто пел, неся отголоски древних рунических молитв. Летописцы считали это отголоском Песни Пробуждения, вернувшейся в мир как знак того, что драконы благословили союз людей.

Во время бури не гасли огни, не ломались крыши, и даже больные чувствовали облегчение. Маги утверждали, что в эти дни руны начинали пульсировать, а заклинания становились чище.

Философия Единства

Становление Империи породило новую школу мысли – Учение Слияния, философию, утверждающую, что все вещи стремятся к целому, а разделённость – лишь иллюзия. Эта идея проникла в управление, культуру, архитектуру (в формах замкнутых кругов), а позже – и в магические дисциплины.

Мастера Слияния обучали не разрушению, а соединению: огня с водой, металла с деревом, плоти с камнем. Именно в это время появилась практика ритуального объединения силы дракона через союз сердец – прообраз современных драконьих ритуалов передачи силы.

III. Эпоха Разлома – Время Теней

Но ничто не вечно под Луной.

На шестом веке правления седьмого Инариэля появилась трещина. Не магия, не враг снаружи – но сомнение. Белый Дракон, олицетворение мира и порядка, исчез из своего храма. Его наследники молчали. В то же время Красный Дракон, что вёл Империю через силу и волю, начал требовать власти над всеми. Чёрный же – символ Тьмы и Знания – предсказал падение порядка и начал собирать сторонников.

Начались споры в Совете Драконов. Горные лорды отказались платить дань. Лесные провозгласили суверенитет. Сектанты, жившие в изоляции, объявили: драконы – не свет, но искажение его. Тогда родились первые магические ереси и руны, способные влиять на самих носителей пламени.

Империя дрогнула. Были созданы автономные кланы. Но истинного разлома ещё не было. Он предстоял впереди.

«Когда свет Империи угас, тени обрели очертания. И из каждой тени вышел тот, кто считал себя истиной.»

– из Пророчества Затмения, приписываемого слепой жрице Лиренн

Легенда о Расплаканной Статуе

Одно из самых странных и пугающих преданий того времени рассказывает о Статуе Владычицы Империи, установленной в последнем году Времени Единства в храме Семи. Согласно записям очевидцев, в день, когда последний легат покинул столицу, по мраморным щекам статуи потекли слёзы.

Жрецы утверждали, что это было знамение начала Разлома, и с этого дня никто больше не входил в храм живым – их находили мёртвыми, с лицами, искаженными ужасом, но без следов насилия. Храм был запечатан, и его стены до сих пор покрыты рунами, запрещающими вход. Народ же верит, что в ночь летнего солнцестояния статуя шепчет имена тех, кто предал Империю.

Миф о Четвёртой Луне

Во времена Разлома небеса тоже не были спокойны. Летописцы из Вестариона утверждали, что в течение 77 дней над горизонтом поднималась четвёртая луна, бледно-зелёная, почти прозрачная. Учёные того времени пытались найти объяснение, но никто не смог прикоснуться к её отражению в воде – оно исчезало.

В народе её прозвали Луной Забвения, считая, что она уносила память. Многие жаловались на потерю имён близких, целей, даже собственного лица в зеркале. Сектанты Валериона позже провозгласили, что это было вмешательство первородного Хаоса, и сожгли все обсерватории в своих владениях.

Песнь Расколотых Сердец

Это время породило мрачную балладу, известную как Песнь Расколотых Сердец, в которой описывались клятвы, нарушенные по вине страха, любовь, принесённая в жертву амбиции, и братья, вставшие друг против друга. Её исполняли бродячие певцы в разрушенных залах, перед покинутыми алтарями, а строки менялись от клана к клану, от города к руинам.

Говорят, если услышать полную версию песни – до последнего куплета – человек теряет способность лгать. Или умирает. Но никто не знает точно – песня всегда прерывается ветром, криком ворона или внезапной болью.

Сказание о Погасших Башнях

На границах бывшей Империи стояли когда-то Шесть Башен Хранителей, соединённых эфирным светом – руническим барьером, охранявшим равновесие стихий и предотвращавшим утечку магии в чуждые измерения. Во Время Теней одна за другой они погасли, свет их исчез, и руны почернели. Маги Вестариона позднее пришли к выводу, что каждая башня погасла, когда падал один из Великих кланов, отказываясь от принципов Единства.

Последняя башня, именуемая Сердцем Предела, была разрушена ударом молнии, расколовшей небо. Очевидцы клялись, что видели в облаках облик крылатого чудовища, чья пасть пылала рунами, забытыми даже древними жрецами.

Философия Распада

Разлом дал начало новому направлению мысли, прозванному Тенью Истины. Его приверженцы – философы, маги и отшельники – утверждали, что любое единство есть ложь, а истина постигается лишь через разрушение. Они не проповедовали анархию, но искали смысл в крушении порядка, считая, что лишь разбитое может быть переплавлено в нечто подлинное.

В записках философа Наарэна говорится:

«Империя была зеркалом, отражающим то, чего в нас не было. Теперь мы остались наедине с собой. И это хорошо.»

Хроники Кровавой Дыбы

Неизвестный писец, предположительно из Горного клана, оставил жуткий сборник свидетельств о казнях, проводимых в годы Великой Паранойи, когда каждый обвинял каждого в колдовстве, измене или шпионаже. В этих хрониках – известные страницы под названием «Суд без лица» и «Исповедь под звуком меди», где рассказывается о применении звуковых пыточных рун, вызывающих в уме жертвы образ смерти близких.

Один из последних абзацев текста гласит:

«Мы убили свет не мечом, а взглядом. Каждый смотрел – и отводил глаза.»

IV. Эпоха Крови – Время Распада

«Она пришла огнём и ритуалами».

Кайронн, тогдашний правитель Красного Дома, вознамерился возродить единовластие. Он пробудил пепельные легионы, создал машины – железных убийц, не ведающих страха. Горный король Мурданн заключил сделки с тьмой и начал снабжать его арсеналы магической рудой.

На юге Чёрный Дракон, бывший спящий, был разбужен. С ним проснулся тот, кого ныне зовут Фейтом – человек, не подчинившийся ничьей воле, и ставший силой вне Драконьего рода.

Фейт возглавил сопротивление. Он не принадлежал к кланам, не был вхож в храмы, но за ним пошли те, кто устал от диктата силы. Сражения, подобные раскатам сотен громов, сотрясали континент. Города рушились, реки пересыхали. Белая Гвардия пала, храмы были захвачены, старые пророчества – сожжены.

И всё же в пепле поднялось новое пламя. Величайшая битва – Битва Пяти Драконов – стала концом четвёртой эпохи. Фейт победил Красного Дракона. Империя – прекратила своё существование.

«Когда последние стены пали, небо покраснело не от заката, но от испарений боли. И каждый стал сам себе судьёй, сам себе врагом, сам себе палачом.»

– из «Летописи Безмолвных Полей», анонимного хрониста

Легенда о Чаше Вероломства

Среди многих преданий этой мрачной эпохи особое место занимает Легенда о Чаше Вероломства. Согласно мифу, в одном из пограничных замков, где ещё держалась память об Империи, был проведён последний Великий Совет. Представители девяти старых кланов пировали за одним столом, и каждый пил из единой чаши в знак возможного перемирия.

На рассвете все они были мертвы, кроме одного – того, кто чашу не коснулся. Никто не знает, был ли яд в вине или проклятие в ритуале, но имя выжившего затёрто во всех записях, как будто сама история отвергла его.

Народ верит, что с тех пор эта чаша бродит по миру – каждый раз являясь на пирах, где куется предательство.

Проклятие Изломанных Имён

Во Время Распада появились слухи о таинственном магическом недуге, прозванном Излом Имени. Люди просыпались без памяти о своём прошлом, забыв даже имя, данное при рождении. Более того, те, кто пытался назвать их истинным именем, теряли голос.

Вестарионские маги предполагали, что это результат древнего ритуала, проведённого Сектантами – ритуала, стирающего личность в обмен на силу. Слухи приписывали таким существам нечеловеческую стойкость и отсутствие боли. Однако, по одной из легенд, если кто-то в слезах вспомнит твоё имя – проклятие исчезнет.

Песнь Пепельной Дочери

Народная баллада, распространённая в южных землях, повествует о девушке, чья деревня была вырезана наёмниками Мурданна. Единственной выжившей она прошла через войну, потеряв всё, и, как говорится в песне, собрала пепел родных, смешала с кровью и стала ведьмой, мстительницей и пророчицей.

Её звали Дочь Пепла, и она предсказывала гибель каждому, кто смеялся над прошлым. По преданию, когда она входит в дом – все свечи тухнут сами собой, но воздух пахнет гарью воспоминаний.

Певцы до сих пор боятся исполнять балладу целиком: считается, что последний куплет накликает утрату.

Руны Скверны и Войны Подземелий

Во тьме Распада магия перестала быть уделом избранных и стала оружием толпы. Распространились Руны Скверны – искажённые начертания, чьи истоки терялись в безумии. Говорили, что они были созданы пленённым жрецом, сошедшим с ума в подземельях Эльвариона.

Руны эти давали силу без цены, но отнимали душу по частям. Те, кто ими пользовался, становились серокожими, голос их искажался, а глаза начинали светиться изнутри. В кланах возникали запрещённые культы, подпольно обучавшие использованию этих рун. Их последователей называли «Безликими Крови».

Позже большинство из них были уничтожены во время Войн Подземелий, когда остатки законных властей пытались зачистить рунические святилища. Однако считается, что некоторые из них выжили и ушли под землю – дословно и духовно.

Сказ о Неведущем Короле

Среди обитателей северных земель бытовала история о Неведущем Короле – правителе, отказавшемся знать правду. Он носил шлем без прорезей, приказывал подданным лгать ему ежедневно и создавал вокруг себя мир иллюзий. Его слуги рисовали ему солнце, даже если шёл дождь, и пели гимны побед, пока стены замка трещали от набегов.

Говорят, он умер счастливым. Или безумным. Но после его смерти никто не смог найти ни тела, ни трона – лишь комнату, усыпанную зеркалами, все из которых отражали пустоту.

V. Эпоха Мира – Время Хрупкой Надежды

Сейчас, когда я – Тарэм-Алиэль – пишу сие, мы живём в начале пятой эпохи.

Формально – это эпоха мира. Нет Империи, но и нет войны. Каждый клан – сам себе владыка. Белый Дракон не найден, его королева – исчезла. Фейт скрылся. Но его слово – пульс мира. Он доказал: человек может стать равным древней силе, если не преклонит колени.

Кланы вновь торгуют. Гильдии возрождаются. Старые руины исследуются. И всё же на востоке тени сгущаются. Шепчут, что Белая Королева возвращается. Говорят, древний храм снова дышит. А сектанты… сектанты не исчезли. Их магия зреет в скалах, скрытых бурями.

И если однажды в небе вновь вспыхнет свет драконьих крыльев, то, быть может, начнётся шестая эпоха.

Но о ней напишет другой.

«Мир не приходит с клинком, но и не рождается в безмятежности. Он строится – как хрупкий мост над бездной. И каждый шаг может стать последним, если его сделать без веры.»

– из «Тихой книги» Вестарионского жреца Ардана, пережившего падение Храма Равновесия

Предание о Стеклянных Башнях

На восточных равнинах, где прежде бушевали бури магии и железа, ныне стоят Стеклянные Башни – символ восстановления и нейтралитета. Их построили по проектам древних мастеров клана Флика и на золоте горных лордов. Башни прозрачно сверкают на солнце, а стены их, говорят, по ночам отражают не лица – а души тех, кто подходит близко.

В одной из легенд говорится, что первая башня построена на месте, где Фейт однажды упал на колени – не в бою, а от сомнений. И именно там он сказал: «Я больше не поднимаю клинка, но не стану ждать, пока снова опустят его на меня.»

Башни стали местом сбора для философов, гонцов мира и изгнанников магии. Многие считают, что именно там когда-нибудь возродится новый союз.

Миф о Драконе Сна

После окончания Великого Пламени, по миру поползли слухи о Драконе Сна, который не воюет и не дышит огнём, а… спит где-то под Ивендалью. Этот дракон, по преданиям, видит сны обо всех народах, и в его снах – будущее мира. Если он проснётся, говорят, мир станет таким, каким он его увидел – добрым или разрушенным.

Жрецы Вестариона проводят особые молчаливые службы, веря, что в тишине они могут услышать дыхание этого дракона. В деревнях матерей просят не кричать при родах, чтобы не потревожить спящего. Дети, родившиеся в особую «ночь без ветра», называются детьми сна и считаются благословлёнными.

Сказание о Летописце Пыли

В постимперский век одним из самых странных персонажей стала фигура Летописца Пыли – странника, одетого в обмотки, покрытые пеплом разрушенных храмов. Он не называет себя по имени, не просит крова, но всегда знает, где недавно произошло что-то важное.

Ходят легенды, что он не человек, а заклинание, оставленное в мире, чтобы фиксировать последние следы цивилизации, пока она не исчезла или не возродилась. Те, кто встречал его, утверждали, что в его свитках записаны не только события прошлого, но и те слова, что вы произнесёте завтра.

Некоторые верят, что именно он когда-то напишет настоящую «Летопись Единства», с которой начнётся новая эра.

Песнь у Костра

В эпоху хрупкого мира особую популярность приобрела простая, но пронзительная песня, которую поют у костров. Она не принадлежит ни одному клану, и у каждой земли – свой куплет. Её смысл – напоминание, что мир существует, пока мы его поём.

Мы были пеплом, были кровью,

Мы стали пеплом вновь.

Но если руки тянут к слову —

Родится вновь любовь.

Последний куплет не произносят вслух. Его шепчут ветру, чтобы, как говорят, передать надежду драконам.

Откровение Хрупкой Надежды

Великие маги, уцелевшие в Вестарионе, однажды собрались в разрушенном Зале Согласия. Среди них был и последний из хранителей рун, и бывший сектант, отрёкшийся от фанатизма. Вместе они начертали новую руну – не разрушения, не силы, а Надежды. Её не используют в магии, не вплетают в артефакты. Её рисуют на стенах, в записках, на ладонях детей, когда те спят.

Говорят, когда число этих знаков превысит тысячу и один – начнётся новое Время.

Есть одна запись, что я сохранил из разговора с Омерионом, последним Хранителем Имперских Архивов. Старик, согнувшийся под тяжестью лет и забвения, всё ещё помнил голос былого времени.

– Летописец, ты просишь меня рассказать о падении? – сказал он, вытирая пыль с потрескавшихся манускриптов.

– Да. Не то, что пишут в песнях. Истину.

– Тогда слушай. Истина не в войнах и не в драконах. Истина – в страхе. Мы боялись будущего.

– Но Империя была великой…

– Была, потому что верили в неё. А когда начали верить в силу, а не в смысл – она умерла.

Он вздохнул и посмотрел на полуразрушенный герб над нами.

– Последний Совет говорил о защите порядка. Но в глазах у них была паника.

– Ты был там?

– Я слышал, как Архимаг сказал: «Пусть сгорит всё, лишь бы сохранить трон». И тогда я понял – Империи конец.

Он замолчал. Только пепел сыпался с рукописей, как прах с погребального костра.

Дополнение: Легенды и мифы о Пяти Эпохах

Огонь Единства – забытое имя мира

Старейшие из хронографов упоминают, что древние называли Аэстарию иным именем – Ар’Каэлин, что на старом языке означало Огонь Единства. По одной из легенд, в ту эпоху не было ни кланов, ни драконов, ни вражды – только Свет, исходящий из Сердца Мира, таинственного кристалла, что, как шепчут жрецы, ныне сокрыт под развалинами Храма Центральных земель.

Старые песни утверждают, что именно этот Свет разделился, породив первых драконов как воплощения стихий и воли мира. Однако с разделением пришло и несовершенство – началась Первая Эпоха.

Миф о Дыхании Времени (Эпоха Пробуждения)

Песнь клана Вестарион гласит:

«Когда в небе загорелось Три Ока,

И серая тень расступилась,

Явились семь голосов из огня —

Шепча, что время началось…»

Согласно этой легенде, начало Времени было не событием, а жертвой. Семь духов мира – прародителей стихий – отдали свои голоса, чтобы пробудить время и дать драконам плоть. Из их пепла родились первые ветви стихийной магии, ныне утерянные

Сказ о Башне Пяти (Эпоха Рассвета Кланов)

На островах клана Флика сохранилась легенда о Башне Пяти – месте, где кланы когда-то встретились в первый и последний раз без оружия.

«На острове, ныне поглощённом морем, стояла Башня Пяти. Там восседали первые Вожди, каждый со знаком дракона в ладони. И заключили они Клятву, названную Сердечной, что ни один из них не обратит силу против другого. Но первым солгал Горный клан…»

По мнению летописцев, эта легенда отражает древнее предательство, положившее конец попыткам раннего союза.

Предание о Кровавом Пиршестве (Эпоха Войн)

В северных землях рассказывают, как однажды десять тысяч воинов Красного дракона сожгли леса и устроили Кровавый Пир, поразив саму плоть земли.

«Три дня длилось пиршество, три ночи пылал лес, и на третий день земля не выдержала: разверзлась и поглотила лагерь. Из пепла поднялся дух мести – и это был рождённый в хаосе Чёрный Дракон».

Эта история вражды между кланами символизирует зарождение ненависти, что стала семенем последующего падения Империи.

Сказание о Лестнице Императора (Эпоха Империи)

В руинах столицы Империи старые путники до сих пор ищут Лестницу Императора – якобы магическую спиральную лестницу, уходящую в небо. По легенде, она была выкована из драконьих костей и вела в Небесный Зал, где Император получал советы от бессмертных звезд.

«Он восходил к ним каждую луну, и звёзды шептали ему судьбы народов. Но в последний раз лестница стала пеплом, ибо звёзды отвернулись…»

Этот миф часто толкуется как образ потери божественного благословения Империи.

Легенда о Песочных Стражах (Эпоха Распада)

Среди караванов пустыни ходит миф о Песочных Стражах – духах, созданных последним императором, чтобы оберегать границы Империи даже после её падения.

«Их глаза светятся светом древнего солнца, их мечи не ржавеют, и никто не может обойти их без имени, запечатлённого в крови Императора…»

Некоторые утверждают, что встречали странные силуэты в песчаных бурях, и те шептали на древнем, забытом языке.

Глава III. Великие кланы и их правители

История Аэстарии неразрывно связана с великими кланами, что подобно древним корням пронизали ткани континента, придавая ему силу, структуру и судьбу. Каждый клан – как отражение одной из стихий, как воплощение характера и пути. Веками они то сражались, то заключали союзы, менялись и преображались, но никогда не исчезали, ибо каждый несёт в себе частицу изначального мира. Ниже я, летописец Кайр Эл’Марион, собрал правдивое и беспристрастное описание этих великих кланов и тех, кто ныне или в прошлом вёл их к славе или гибели.

Клан Чёрного Дракона

Правитель: Фейт, прозванный Возрождающим Мир

Когда-то этот клан был источником страха и разрушения, но ныне, под руководством Фейта, он стал символом внутренней силы и преображения. Фейт, смертный, прошедший путь к пробуждению силы Дракона, изменил суть своего клана. Он уничтожил тиранию Красного Дракона, положив конец эпохе крови. Под его началом – Орден Крестоносцев, хранителей порядка и новой философии, проповедующей силу воли и свободы. Их столица – загадочный купол, сокрытый в туманных лесах, где природа и тьма сплетаются в единство.

«Клан Чёрного Дракона – Тьма, несущая Свет»

Ветры старой Империи говорили: «Когда тьма обретёт сердце, мир вздрогнет от новой зари». Эту фразу шептали в храмах и тавернах, в землях северных и южных, но никто не знал, что однажды её имя станет – Фейт. Он был не сыном дракона, но стал его голосом. Его приход расколол эпоху, его гнев сжёг ложь, а его тишина родила преданность.

Происхождение клана

Клан Чёрного Дракона ведёт своё начало из времён, когда ещё не было Империи. По легенде, чёрный дракон был не драконом разрушения, а драконом памяти. Он не дышал огнём, но касался разума, открывая древние воспоминания мира. Люди, собравшиеся вокруг него, стали первыми Хранителями Знания, воинами теней, что хранили Истину в безмолвии.

Когда же Империя взошла, Чёрный Клан стал её теневой опорой. Они не строили стены, но воздвигали порядок. Они не писали законов, но хранили их смысл. Именно от них происходят Ордены Крестоносцев, меч которых молчит, а действия – говорят.

Фейт – последний и первый

Фейт явился не как царь, но как вопрос. Его глаза несли в себе бездну, но в его руках – зарю. Многие старейшины не приняли его, ибо он был чужим, не вписанным в родословные строки, не вызванным ритуалом, не признанным Драконом. Но когда старый алтарь в Горах Вечного Мрака загорелся черным пламенем, они поняли: дракон пробудился не в нём, а сквозь него.

С тех пор Фейт стал не просто вождём, а идеей, вокруг которой собрался новый народ. Его прозвали Возрождающим Мир – не за разрушения, что он принёс, но за хаос, что очистил дорогу.

Жилища и земля

Чёрный Клан селится среди лесов и теней, где свет скользит, не касаясь земли. Их главная цитадель – Купол Памяти, построенный в сердце живого леса. Этот купол не из камня, а из сросшихся ветвей и металла, сплетённого из чёрного серебра, которое по ночам поёт. Там собираются мудрейшие – Хранители Тени, что обсуждают не правду, а её последствия.

Устное предание – «Тот, кто заговорит»

Среди Чёрного Клана рассказывают легенду о Безымянном, воине, что никогда не говорил. Он сражался во всех войнах Империи, но так и не проронил слова. Говорят, если однажды он заговорит, истина, что разрушит весь мир, будет произнесена.

Фейт, по слухам, встретил этого воина однажды на берегу реки Ивендаль. Оба молчали до рассвета, а затем разошлись. Никто не знает, о чём они думали, но с тех пор Фейт не носит оружия – только перчатки, вышитые из шкуры древнего змея.

Философия и вера

Чёрный Клан не молится. Их вера – в действие. Они не признают богов, но признают выбор. По их учению, каждый поступок – это молитва, каждый след на земле – это письмо в вечность. Их жрецы – молчальники, что хранят Пепельные Книги: тома, в которых нет ни слова, но страницы реагируют на прикосновения мыслями.

Дети Чёрного Клана учатся видеть в темноте, как в правде. Их не обучают магии – магия находит их сама, когда они впервые касаются лба умершего родителя. Это считается посвящением.

Фольклор – «Семь имён Фейта»

Старые женщины, сидящие у очагов, рассказывают семь имён Фейта:

– Фейт Первый – дитя, что плакало в огне.

– Фейт Безмолвный – тот, кто не ответил на зов власти.

– Фейт Разящий – несущий правду мечом.

– Фейт Сломленный – склонивший голову в пустыне.

– Фейт Пробуждённый – услышавший голос дракона не ушами.

– Фейт Судья – не карающий, но разделяющий.

– Фейт Последний – тот, кто, возможно, станет началом.

Каждое имя – отражение части его судьбы. Говорят, когда он примет седьмое имя, весь мир изменится, и старые кланы исчезнут, уступив место единому пламени.

Клан Красного Дракона

Правитель: Кайронн, Владыка Гнева

Старейший из ныне живущих носителей силы Дракона, Кайронн – обожжённый временем и ненавистью монарх, закалённый в огне мщения. Его клан процветал на южных рубежах, в пустынях, где пески скрывают металл, а солнце – гнев. Кайронн создал армию роботов-убийц, жестоких и бездушных, которые исполняют волю своего повелителя. Несмотря на поражение от руки Фейта, он уцелел и теперь правит из подполья, ожидая новой возможности возжечь пламя войны.

«Клан Красного Дракона – Пламя, что не прощает»

На раскалённых песках, где земля стонет от жара, а небо словно выжжено гневом, лежат владения Клана Красного Дракона. Здесь, где каждое дыхание – вызов смерти, рождаются воины, для которых боль – как хлеб, а гнев – как дыхание. Этот клан зовут не иначе как Наследники Пламени, а их предводителя – Кайронн, Владыка Гнева, зовут по имени только те, кто не боится пепла.

Происхождение и природа клана

Согласно древнему преданию, Красный Дракон был первым, кто взлетел над миром, пронзив небо огнём. Он не искал знания, как Чёрный, не шептал в снах, как Белый, – он кричал, и его крик стал громом войны. Люди, что услышали его голос, начали петь клинками, строя города на лаве и башни на гневе.

Клан возник не как семья, а как армия. Первые последователи Красного Дракона сожгли свои дома, поклявшись больше никогда не отступать. Они стали Пепельными Братьями, и в легендах говорится, что даже смерть не может их утихомирить – они восстают из пепла каждые сто лет, чтобы вновь вести битвы.

Город огня и песка

Столица Красного Клана — Ин’Карет, что значит «Жаждущая пустыня». Она выстроена из чёрного камня и окована золотом расплавленного песка. Город не имеет стен – потому что, как говорят воины клана, «если ты боишься врагов, ты не достоин быть огнём».

По ночам Аг’Калрим светится изнутри – сердце города питается магмой, бьющей из подземных источников. Легенды гласят, что сам Красный Дракон спит в сердце вулкана под городом, и если когда-нибудь его дыхание услышит имя Кайронна – земля расколется.

Кайронн – Владыка Гнева

Кайронн не рождён был для трона, но трон был вырезан под него. Его имя стало песней ярости, когда он в одиночку сразил отряд из двадцати пепельных стражей, чтобы доказать свою силу. Тогда огонь признал его. С тех пор он не сражается за власть – власть сражается за него.

Его тело покрыто узорами ожогов, которые, по поверью, оставлены самим драконом, когда Кайронн прошёл ритуал «Смерти без Возвращения» – древнее испытание, где воин погружается в вулканическое жерло и выходит, если достоин. Никто до него не возвращался.

Кайронн жесток, но справедлив. Он презирает слабость, но почитает силу духа. Говорят, однажды он казнил собственного сына за трусость – и оплакал его лишь однажды, в одиночестве, перед безымянным монументом из расплавленного стекла.

Военная мощь и машины

Клан Красного Дракона отличается не только силой, но и технологической мощью. Их кузнецы создают огненных машин, которых питают не топливо и не магия, а сердца сожжённых воинов. Это машины-близнецы, которых называют Каэль-Гримм – «Горящие братья». Они бездушны, но живы, и в их памяти хранятся последние слова каждого павшего солдата.

Огненные легионы Кайронна известны как Клинки Жара

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.