Берта
Анна Сулаквелидзе

© Анна Сулаквелидзе, 2025

ISBN 978-5-0067-3277-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Берта

Глава 1

В одном небольшом городе у пары чудесных коржиков родилось семь замечательных щенков: шесть девочек и один мальчик. Коржиками их называли вовсе не потому, что они походили на хлебобулочные изделия, а потому, что собаки эти были породы вельш корги. Это бело-рыжие коротколапые овчарки с большими ушами, немного похожие на лису. Вот ласково и получалось – коржики.

Ну, вернёмся к нашим щенкам. Эти забавные пушистые комочки росли не по дням, а по часам и с каждым днём всё больше походили на своих родителей. Хозяйка собак, милая пожилая женщина, не могла нарадоваться на своих питомцев. А своим ушастым новоиспечённым деткам она позволяла буквально всё, даже спать в своей постели. Трейси, так звали собаку-маму малышей, даже иногда ругала своих щенков и пыталась объяснить им, что каждая собака должна знать своё место. Но разве мог кто-то устоять перед этими милыми мордашками?

Малыши быстро росли, и настало время подумать о новых хозяевах для каждого из них. Расставаться всегда трудно, но что поделать? Оставлять столько собак в квартире не было возможности. Но одного щенка всё же было решено оставить себе. Точней не себе, а в своей семье.

Дело в том, что у хозяйки собак в соседнем районе жила внучка со своими родителями. Вот ей-то как раз и предназначалась эта чудесная бело-рыжая девочка. Женщина шутливо называла её Запятушкой, потому что у неё на груди было белое пятнышко, по форме напоминавшее запятую. Она была больше всех привязана к своей маме Трейси, поэтому разлучить их было бы неправильно.

Когда всех сестричек и братишку Запятушки отправили жить в их новые семьи, она поначалу сильно заскучала, но потом привыкла. Ведь она осталась не одна: с ней была её любимая мама, а ещё замечательная хозяйка, которая души не чаяла в своих питомцах.

Запятуша быстро взрослела и её стало интересовать множество вопросов. Однажды она спросила у Трейси:

– Мама, а у меня есть бабушка? И где она живёт?

– К сожалению, твоя бабушка пропала несколько лет назад, и её так и не смогли отыскать.

– Как же так получилось? – погрустнев спросила Запятушка.

– Мне известно только то, что наша хозяйка отправилась с твоей бабушкой на прогулку и по дороге решила на несколько минут заглянуть в магазин. А так как в магазины нам собакам заходить не разрешают, женщине пришлось оставить её на улице у дверей. Когда же наша хозяйка вернулась, её любимицы уже не было. Мы тогда все очень долго искали её, нам помогали многие люди и наши друзья собаки. Но найти её след так и не удалось, – закончила рассказ Трейси, и её глаза наполнились слезами.

Запятушка ничего не сказала, а только прижалась покрепче к своей маме. Она потом ещё долго размышляла над тем, что услышала. Именно в тот день Запятуша поняла, что жизнь – это не только игры и веселье, иногда случается и что-то плохое.

Но жизнь продолжалась дальше, и вскоре грустные мысли покинули маленькую щенячью головку. Весёлая беготня и звонкий лай вновь наполнили дом.

В одно солнечное утро мама Трейси ласково разбудила Запятушку и сказала:

– Просыпайся, мой пушистый комочек, сегодня для тебя будет очень важный день.

– Это что ещё за день такой? И почему он такой «важный»? – с недоумением спросила Запятушка.

– Сегодня ты познакомишься со своей новой хозяйкой и отправишься в свой новый дом, – ласково продолжила мама.

Запятушка быстро вскочила на четыре лапы и испуганно заскулила:

– Но я не хочу ни в какой новый дом! Я хочу остаться с тобой!

– Запятуля, – мягким голосом начала объяснять Трейси. – Ты вовсе не должна этого бояться, потому что твой новый друг – это внучка нашей любимой хозяйки, и её дом находится совсем не далеко от нашего. Вот увидишь, она тебе очень понравится, и вы ещё станете с ней не разлей вода. А мы с тобой будем встречаться каждый день во время прогулки. Всё будет хорошо, – напоследок добавила мама.

Запятушка немного успокоилась, но всё равно продолжала задавать маме Трейси миллион вопросов: «А какая она, эта внучка? А она будет разрешать мне грызть диван? Ой, а где же я буду там спать? Вдруг она не позволит мне спать с ней в постели? А она точно меня полюбит? А вдруг она мне не понравится?»…

Трейси терпеливо слушала тарахтение своего щенка и в конце ответила:

– Вот познакомишься с девочкой и всё сама узнаешь.

Запятушке такой ответ пришёлся не по вкусу. Поэтому она весь день насторожено ходила за хозяйкой по пятам, пытаясь хоть что-нибудь понять по её поведению.

«Ну не может же у такой замечательной тётеньки быть плохая внучка?» – рассуждала про себя Запятуша. И, как бы, в подтверждение её мыслей, женщина присела на пол, взяла свою маленькую любимицу на колени и, ласково улыбаясь, сказала:

– Ну вот, моя хорошая, и настал тот день, когда ты познакомишься с моей самой любимой внучкой. У неё сегодня день рождения, и я уверена, что она обрадуется тебе больше всех подарков! Ведь такую милую мордашку невозможно не полюбить, – сюсюкая проговорила хозяйка.

Запятушка очень любила ласкаться на коленях у хозяйки, но даже это занятие не смогло отвлечь её от тревожных мыслей.

Наконец настал тот час, когда пора было отправляться на праздник. На Запятушу надели красивый розовый ошейник с коротеньким поводочком такого же цвета. Она ещё раз крепко прижалась к маме, и они с хозяйкой отправились в путь.

Дом, в котором должна была поселиться Запятушка, находился совсем не далеко от её прежнего жилья. Но ей показалось, что они шли целую вечность. Разные мысли путались в её маленькой головке, и она никак не могла успокоиться от волнения.

Наконец, цель была достигнута, и они с хозяйкой оказались на двадцать втором этаже многоэтажного дома перед дверью с номером 178. Женщина ещё раз присела к Запятушке, почесала её за ушком и сказала:

– Ну, Запятуля, веди себя прилично.

После этого она встала и позвонила в дверной звонок.

– Бабуля! Это, наверное, бабуля пришла! – раздался чей-то звонкий голосок за дверью. Запятушка насторожилась и спряталась за ногу хозяйки. Через несколько секунд дверь распахнулась, и на пороге появилась чудесная рыжеволосая девочка с большими серыми глазами. Она тут же бросилась своей бабушке на шею, даже не заметив маленький пушистый комочек у её ног. А этот маленький пушистый комочек изумлённо уставился на девочку и подумал: «Ого! Ничего себе! Да у неё ведь волосы такого же цвета, как я!»

В это время объятия закончились, и бабушка перешла к самому главному: к поздравлениям.

– Солнышко моё, ты стала совсем большая! Ведь, как-никак, восемь лет! Поэтому думаю самое время тебе научиться заботиться о ком-либо. А именно, вот об этой замечательной мордашке, – с улыбкой сказала бабушка и немного отошла в сторону. И только тогда девочка увидела, что всё это время за бабушкой прятался чудесный щенок.

– Бабуль! … Но как?! … Это правда мне?! – от неожиданности и радости и без того большие глаза девочки стали просто огромными. – Это что, прям моя собака теперь?!

– Ну конечно! – засмеялась бабушка. – Прям твоя собака. Ну, иди уже, я тебя с ней познакомлю.

Женщина вместе с внучкой присела возле Запятушки и торжественно произнесла:

– Запятуля, вот, познакомься. Это моя внученька Марго!

– А что это за имя у неё такое странное? – немного возмущённо спросила Марго.

Бабушка засмеялась:

– Это просто я её так называю, потому что у неё белое пятнышко на груди на запятую похоже. Вот, видишь? – показала женщина внучке. – Но если тебе не нравится эта кличка, ты можешь подобрать ей новую. Она ещё маленькая и толком не успела привыкнуть к этой.

«Это что ещё за новости?!» – возмущённо подумала Запятушка. – «Мне и так неплохо живётся. Зачем это мне новое имя вдруг понадобилось?»

Марго нежно подхватила щенка двумя руками, прижала его к груди и почесала за ушком.

«О-о-ой! Ну, если ты так будешь делать каждый день, то можешь меня хоть как называть. Я на всё согласна,» – подумала Запятушка, прикрывая глаза от удовольствия.

– Бабуля, а я уже давно придумала имя для своей собаки, когда ещё только мечтала о ней, – вдруг сказала Марго. – Я назову тебя Берта, мой пушистый дружочек.

И девочка ещё крепче прижала к себе собаку.

Вот так у Запятушки, точней теперь уже у Берты, началась совсем новая жизнь. И она была вовсе не похожа на ту, прежнюю жизнь, которая была у неё до знакомства с Марго. С самого первого дня Берта с девочкой стали самыми лучшими друзьями и уже не могли представить себе жизни друг без друга. Марго всегда брала свою подругу с собой, куда бы ни пошла. А если, вдруг, Берте приходилось оставаться дома, то Марго, вернувшись обратно, всегда рассказывала ей, где она была и что делала. Берта очень внимательно слушала и затем одобрительно лаяла в ответ.

Особенно они вместе любили ходить в зоомагазин, где Марго всегда позволяла Берте самой выбрать новую игрушку или какую-нибудь нужную собачью принадлежность. А на обратном пути по дороге домой они частенько заходили в магазин сладостей, где Марго покупала мешочек своих любимых мармеладок и несла домой, так как мама не позволяла кушать конфеты до еды, чтобы не перебить аппетит. А уж после еды они с Бертой не могли себе отказать в этом удовольствии.

– Марго, корги нельзя давать сладкое. Для них это вредно, – говорила мама.

– Ну разве такая вкуснятина может быть вредной, – шептала Марго, как бы отвечая маме, и незаметно протягивала Берте конфетку под столом.

Вот это была собачья жизнь!

Целыми днями Марго и Берта то гуляли по улицам вдвоём, то придумывали различные весёлые игры, например, догонялки или ловля мячика (эта забава была особенно любима Бертой), то ходили в парк, где Берте позволялось вдоволь пообщаться с другими собаками.

А под вечер обе так уставали от дневных приключений, что, забравшись в уютную Маргошину постель, под почёсывание Бертиного пузика, засыпали без задних ног.

Так продолжалось всё лето, пока не пришла пора Марго отправиться в школу. Ведь наступила осень, а осенью, как известно, у всех школьников начинается учёба. Берта очень остро почувствовала на себе наступление этой «поры». Теперь ей приходилось гораздо меньше времени проводить со своей любимой хозяйкой. Отныне по утрам за Бертой заходила бабушка, чтобы забрать её на прогулку. Ведь Марго очень рано уходила в школу и не успевала выйти на улицу со своей любимицей. Возвращалась девочка только после обеда, а иногда и позже. Но это не приносило много радости и веселья Берте, потому что Марго сразу принималась делать уроки. Ей теперь некогда было развлекаться целыми днями. Поэтому Берте пришлось смириться и научиться ждать. Она знала, что рано или поздно Марго всё равно освободится и обязательно с ней поиграет и сходит на вечернюю прогулку.

Так продолжалось каждый день. Но вот приближались выходные, и для Берты наступал настоящий рай. Всё было как и раньше в эти два дня: прогулки, игры, веселье. Как же Берта полюбила эти выходные дни! Но они, как и всё хорошее, быстро заканчивались, и снова наступала мучительная для Берты неделя ожидания.

Прошло несколько недель. И вот однажды Марго прибежала домой после школы, схватила двумя руками Берту, покружила её и радостно закричала:

– Ну вот, Берта, мы с тобой и дождались! Наконец-то наступили каникулы!

Берта ничего не поняла, ведь она не знала, что такое «каникулы». Но судя по тому, как радовалась её любимая хозяйка, она подумала, что это что-то очень замечательное. Поэтому принялась весело вилять хвостом и тщательно облизывать обе щеки Марго. Девочка смеялась и ласково прижимала к себе собаку.

Через несколько дней, когда Марго, несмотря на то что выходные закончились, не пошла на учёбу, Берта поняла, что означало это слово «каникулы». Это когда не нужно было посещать школу.

Осень была в самом разгаре, но на улице ещё было тепло. Поэтому Марго и Берта могли много времени проводить на свежем воздухе, как обычно. Так продолжалось некоторое время, пока однажды не наступил тот день, который перевернул жизнь Берты с ног на голову.

Стоял тёплый осенний вечер. По улицам гуляло множество прохожих. Вот и Марго с Бертой, как всегда, отправились на вечернюю прогулку. Настроение у них было отличное. Они побегали во дворе дома, поиграли в мячик, встретили по дороге несколько знакомых собак и после этого отправились в парк. На улице было уже достаточно темно, и дорогу в парк освещали фонари. Марго шла не спеша, тихонько напевая песенку. Вдруг, она почувствовала, что что-то капнуло ей на щёку.

– Ой, Берта. По-моему, хочет пойти дождь.

Не успела Марго это сказать, как дождь резко начал усиливаться и уже через минуту полил просто как из ведра. Марго с Бертой побежали в обратную сторону, чтобы скорей выбраться из парка. Но в это время дунул сильный порыв ветра, и провода, соединявшие фонари, были повреждены. Освещение тут же погасло, и в такой темноте из-за сильного дождя стало практически ничего не видно.

Девочка растерялась. Внезапно прямо над её головой сверкнула молния, и в воздухе всё задрожало от грохота. Берта в диком испуге дёрнулась с места так, что поводок выскочил из рук Марго. Собака понеслась в глубь парка, пытаясь убежать от зловещего грохота. Она бежала и бежала в глубь леса, с которым соединялся парк. Ей казалось, что что-то ужасное пытается её догнать, и она никак не может оторваться от него. Поэтому Берта, не помня себя от страха, ни на секунду не останавливалась, и, буквально, пролетала сквозь кусты и мимо деревьев, не обращая ни на что внимания. Каждый разряд молнии и каждый раскат грома заставляли её бежать всё быстрей и быстрей. Берте казалось, что она уже бежит целую вечность, а этот ужас не прекращал преследовать её.

Через некоторое время по всему её телу начала растекаться невыносимая усталость. Берта добежала до ближайшего раскидистого дерева, чтобы укрыться от дождя и совершенно без сил свалилась у его ствола. Она закрыла глаза и уже ничего не слышала, что происходило вокруг неё.

Глава 2

Берта проснулась от солнечного луча, который аккуратно крался по её мордочке через маленькое окошко незнакомого помещения. Это была небольшая уютная конура, чистая и светлая. Берта попыталась пошевелиться, но от движения сильно заныла правая задняя лапа. Она подняла голову и заметила, что лежит на мягкой подстилке, а на её больную лапу наложена повязка.

В это время в конуру заглянула коричневая такса. Она заметила Бертино пробуждение и быстренько подбежала к её подстилке.

– Привет. Ну как ты себя чувствуешь? – с любопытством поинтересовалась такса.

– Ну… вообще-то не очень, – настороженно ответила Берта. – А где это я нахожусь? И как я сюда вообще попала?

– О! Это моя конура. Добро пожаловать! – дружелюбно объяснили такса. – Я нашла тебя сегодня рано утром, когда охотилась на лису. Ты лежала под деревом ну прям как мёртвая! Я даже побоялась сама к тебе подходить, позвала на помощь доктора Спайка. Он сказал, что ты живая, только очень обессилила, и помог перенести тебя сюда, в мою конуру. Лапу, вот, твою перевязал. Ты, видимо, поранила, когда бежала. Кстати, я Дорис, – такса приветливо замахала хвостом.

– Очень приятно. А я Берта, – всё ещё находясь под впечатлением от услышанного, ответила Берта. – Я совсем не помню, как я оказалась в лесу. Помню только, как мы с Марго гуляли по парку, потом начался сильный дождь и что-то страшное загремело в воздухе.

– О-о-о-о, дорогуша! Да ты, я вижу, совсем домашняя! Да это же самая обычная гроза. Ну ты даёшь! Забояться грозы! Прям насмешила меня, – хихикая проговорила Дорис. – Ну ничего, здесь ты быстро ко всему привыкнешь.

– Где это, здесь? – настороженно спросила Берта.

– В нашей собачьей деревне, где же ещё, – ответила такса.

– Собачьей деревне? Ну уж нет. Спасибо, конечно, большое, что позаботились обо мне, но я планирую в ближайшее время вернуться домой, – уверенно сказала Берта.

– Скажу тебе честно, это будет не так-то просто, – задумчиво проговорила Дорис. – Ну, в любом случае, с такой больной лапой ты никуда отправиться не сможешь в ближайшее время. Поэтому отложим этот разговор на потом. А сейчас ты немного подожди тут, а я сбегаю за доктором Спайком, а то он мне строго-настрого наказал позвать его, как только ты придёшь в себя, – и Дорис поспешно выбежала из конуры.

Берта осталась наедине со своими мыслями. Она пыталась осознать всё, что с ней произошло. Тысяча вопросов возникала у неё в голове: «Как же мне теперь найти свой дом? Далеко ли от дома я убежала? А вдруг мне не удастся найти дорогу домой? А может Марго сама меня найдёт? А вдруг мы с ней начнём друг друга искать и разминёмся в пути? Как же тогда быть?»

Все эти вопросы мучали Берту до тех пор, пока в конуру Дорис не вошёл большой серьёзный пёс породы бигль с белой повязкой с красным крестом на шее. Вслед за ним заскочила маленькая суетливая собачонка.

– Где больной? Где же больной? А! Вот! Кажется, я вижу, – затараторила визгливым голосом маленькая помощница доктора, бегая туда-сюда по конуре.

– Килька, не мешайся под ногами! – строго прикрикнул доктор-пёс. – Позволь сначала мне осмотреть пациента.

Он подошёл к Берте и неторопливо заговорил:

– Добрый день. Меня зовут доктор Спайк. Как вы себя чувствуете?

– Немного болит лапа, и очень хочется есть, – ответила Берта, внезапно почувствовав, как у неё заурчало в животе от голода.

– О, это естественное желание после того, как вы потеряли столько сил. Вот сейчас я только осмотрю вашу больную лапу, поменяю повязку, и Дорис позаботится о том, чтобы накормить вас. Килька! Подай мне бинт.

Тут Кильку, которая всё время осмотра как будто еле сдерживала себя, чтобы не вставить своё словечко, просто прорвало от потока накопившихся слов.

– Бинт?! А, бинт! Ну конечно, конечно. Я уже его несу. А может ещё и подорожник прихватить, док? Ведь подорожник на рану то о-о-о-очень полезен. Да, да. Я, пожалуй, и его прихвачу. Несу, несу! А может ещё чего прихватить? Так я мигом… – не успела договорить собачонка.

– Килька! – раздражённо прошипел доктор-пёс. – Я просил только бинт.

Килька поджала хвост и принесла доктору Спайку бинт. Он снял старую повязку, осмотрел рану и заново замотал лапу бинтом.

– Страшного ничего нет. Рана быстро заживёт, если сильно не нагружать лапу. Постарайтесь поменьше ходить и побольше отдыхать ближайшие несколько дней. А потом я снова вас навещу, – доброжелательно сказал доктор.

«Что же, мне теперь придётся отложить поиски дороги домой на несколько дней?» – с грустью подумала Берта.

Она поблагодарила доктора Спайка за заботу, и он со своей болтливой помощницей покинул будку Дорис.

Всё это время такса тихонько сидела в углу конуры, чтобы не мешать осмотру доктора. Ну а как только он ушёл, наказав ей как следует заботиться о больной, Дорис тут же подскочила к подстилке, на которой лежала Берта, и участливо спросила:

– Ну как ты, подруга? Ходить то сможешь? Доктор Спайк сказал, что немного можно и прогуляться. Тем более свежий воздух всегда только на пользу.

Берта медленно попыталась встать на лапы. Ей это удалось. С помощью Дорис, прихрамывая, она добралась до выхода и тут же оказалась на небольшом крылечке, состоявшем из двух дощечек. Берта осмотрелась вокруг. Перед её глазами предстало целое собачье поселение. В разные стороны тянулись тропинки, с обеих сторон которых располагалось множество будок разных цветов и размеров. По тропинкам и возле этих будок сновали собаки различных пород.

– Вот! Это и есть наша собачья деревушка, – с гордостью произнесла Дорис. – Добро пожаловать!

– Ничего себе! Но как это возможно? Целая собачья деревня посреди леса?! – удивлённо воскликнула Берта.

– О-о-о-о, подруга. Это целая история. Как-нибудь расскажу тебе за чашечкой куриного бульона, – ответила Дорис.

– Но откуда взялись все эти собаки? – продолжала удивляться Берта.

– В нашу деревню приходят собаки, которые каким-либо образом пострадали от рук человека. Все псы, обиженные людьми, находят здесь приют, – с грустью в голосе проговорила такса.

– Неужели люди могут быть такими жестокими? Вот моя Марго совсем не такая, – с нежностью вспоминая свою любимую юную хозяйку, сказала Берта.

– Тебе повезло. Но далеко не всем собакам так везёт с хозяевами.

– Тебе тоже не повезло? – участливо спросила Берта Дорис.

– Ну, можно и так сказать, – растерянно произнесла такса. – Я не успела толком узнать людей. Я даже и не помню, как они выглядят, ведь меня выбросили на улицу, когда я только родилась. А сюда меня, совсем крохой, принёс один бродячий пёс. Спасибо ему за это. Тут я и выросла, – закончила свою историю Дорис.

Берте стало очень грустно. Уже не в первый раз в своей пока ещё не долгой жизни она слышала такие ужасные рассказы про людей. Она не могла представить, как могут люди так сильно отличаться от её замечательной Марго? Но рассказы других собак, к сожалению, подтверждали, что такое часто случалось, и некоторые люди действительно могли обидеть своих четвероногих друзей.

Разогнав печальные мысли, Дорис как будто вернулась из воспоминаний прошлого и вдруг весело сказала:

– Подруга моя! Ты, кажется, хотела есть? Что это мы всё о грустном? Давай-ка подумаем о приятном и вкусном.

– Если честно, я бы не отказалась о чего-нибудь съедобного, – смущаясь проговорила Берта.

– Ещё бы! Ты со вчерашнего дня ничего не ела. Тем более, тебе нужно хорошо питаться, чтобы скорее набраться сил. Давай-ка ты заходи обратно в будку, а я буду буквально через пять минут. Туда и обратно. И вкуснейший завтрак тебе гарантирован, – пообещала Дорис.

Берта, повинуясь, поковыляла обратно к своей подстилке. Она прилегла, и снова мысли о доме и о Марго заполнили её разум. Всё произошедшее никак не укладывалось у Берты в голове. Она совсем не понимала, с чего ей начать, что сделать, чтобы попасть домой. Но всё же чувство голода взяло верх над её переживаниями, и Берта решила отложить раздумья о дальнейших действиях на потом.

Не прошло и пяти минут, как в конуру вернулась Дорис и хлопотливо начала подносить Берте различные миски с едой.

– Ну вот, подруга. Теперь уж ты вдоволь подкрепишься. Давай, не стесняйся! Налегай уже, – Дорис жестом пригласила Берту к, так называемому, столу.

У Берты разбежались глаза. Она даже не знала, с чего начать. Нужно сказать, что она в жизни не пробовала предложенных ей Дорис блюд. Поэтому, с сомнением оглядев всё это, она осторожно спросила:

– А где это ты столько всего набрала?

– А-а-а, это наш любимый повар Дони приготовил. Специально для моей дорогой гостьи, – подмигивая ответила Дорис. – Ну, давай уже. Чего ты медлишь? Я сейчас слюной подавлюсь, честное слово!

Берта поняла, что ей никуда не деться от заботливой подруги, и всё-таки решилась с чего-нибудь начать. Она аккуратно подвинула к себе ближайшую миску с чем-то жидким и, не торопясь, начала пробовать это на вкус. Надо признаться, что блюдо оказалось очень даже вкусным. Берта за обе щеки уплела целую миску этого лакомства и только потом спросила у Дорис:

– Что это такое было? Я в жизни не пробовала такой вкуснятины!

– То ли ещё будет, – махнула лапой такса. – Наш Дони настоящий мастер своего дела. Пальчики от его еды оближешь. А эта, как ты говоришь, вкуснятина называется суп из потрохов куропатки.

– Куропатки? – очередной раз удивилась Берта.

– Ну да. Птичка такая, по лесу бегает, – Дорис пристально посмотрела на Берту. – О-о-о-о. Да я смотрю, ты, дорогуша, совсем жизни не знаешь. Ну ничего! Поживёшь тут с нами пару недель и всему научишься. И кто такая куропатка узнаешь, и с чем её едят… – не успела договорить Дорис.

– Пару недель?! Ну уж нет! Я, буквально, через пару дней отправлюсь искать свой дом. Вот только рана заживёт немного.

– Опять двадцать пять, – закатила от возмущения глаза Дорис. – Вот пускай она сначала заживёт, а потом об этом и будем говорить. А сейчас ешь давай! Когда я ем, я глух и нем! Тебя что, не учили этому в детстве? – проворчала Дорис.

Берта решила и вправду отложить пока этот разговор до полного выздоровления и приступила к дегустации остальных блюд, среди которых оказались и сырое мясо глухаря, и холодец из кабаньих копыт, сушёные заячьи уши и даже салат из языка лося и перепелиных яичек. Всё было очень необычно и, как показалось Берте, потрясающе вкусно.

Наевшись досыта, Берта уже не могла ни о чём думать, даже о возвращении домой. Она почувствовала, как её веки наполняются тяжестью и её нестерпимо клонит в сон.

– Спасибо тебе за всё, Дорис. Было очень вкусно, – в полудрёме пробормотала Берта. – А сейчас, ты не против, если я немного вздремну?

– Ну конечно, подруга! О чём речь?! Больным полагается только есть и спать, – с видом всезнайки сказала Дорис.

Но Берта уже её не слышала. Она сладко посапывала, свернувшись комочком на своей подстилке.

Так прошло несколько дней. Берта быстро набиралась сил, и рана её почти зажила. Но это было и не удивительно, ведь такую заботливую подругу, как Дорис, ещё поискать. Она день и ночь присматривала за Бертой: приносила ей самую вкусную еду, помогала выбираться из конуры, чтобы подышать свежим воздухом и даже несколько раз сама поменяла повязку на больной лапе. С такой заботливой сиделкой трудно не пойти на поправку за короткий срок. Так случилось и с Бертой.

На улице стояла прекрасная солнечная погода, и Берте уже не терпелось выйти из будки и хорошенечко поразмять свои лапы. Но для начала нужно было дождаться доктора Спайка, которого Дорис как раз позвала в этот день.

– Ну, и как чувствует себя наша больная? – первым делом поинтересовался доктор-пёс после того, как ему с трудом удалось усмирить свою болтливо-суетливую помощницу Кильку.

– Спасибо, доктор. Мне уже гораздо лучше и даже ничего не болит, – весело ответила Берта.

– Тогда давайте снимем повязку и осмотрим вашу лапу. Килька, вместо того чтобы наворачивать круги передо мной, займись лучше делом и помоги мне снять повязку с лапы больного! – как всегда строго, по отношению к этой шустрой собачонке, сказал доктор Спайк.

Килька, поджав хвост, выполнила все указания своего начальника и тихонько удалилась в угол конуры.

– Ну что ж, – осмотрев лапу Берты, сказал доктор-пёс. – Могу вас обрадовать и сообщить, что ваша лапа полностью зажила! Теперь можно смело совершать небольшие прогулки по деревне. Но пока лишь небольшие, – предостерёг доктор. – Уж бегать и прыгать можно будет через недельку.

Но Берте и этого было достаточно. Наконец-то она сможет выйти на улицу и осмотреть всю собачью деревню, о которой так много рассказывала Дорис, пока Берта, болея, лежала в конуре.

Наконец доктор Спайк покинул будку, распрощавшись с Дорис и Бертой и пожелав им хорошего здоровья. Килька же, выходя из конуры, не смогла не вставить своего напутственного слова:

– Берегите, берегите себя! И вот что: всегда держите дома подорожник, Подорожник, слышите? Это самое лучшее средство при…

– Килька! Да чтоб тебя! – раздражённо зарычал доктор Спайк. – Ты опять где-то зацепилась своим болтливым языком?

– Всего хорошего, – торопливо пробормотала собачонка и вынырнула на улицу.

Берта с Дорис переглянулись и тихонько похихикали над забавной помощницей доктора. Но быстро забыли об этом, потому что наконец-то настал тот момент, которого они с нетерпением ждали всё утро. Берта окончательно поправилась, и они вместе с Дорис могли отправляться на увлекательную экскурсию по собачьей деревушке.

– Послушай, дорогуша, – торопливо начала Дорис. – Для начала нам просто необходимо заглянуть к Дони. У меня из-за всех этих ожиданий доктора ещё ни крошки во рту не было. Я бы сейчас проглотила целого кролика!

– Хорошо, Дорис, – послушно согласилась Берта и добавила, – Но только обещай мне, что теперь мы уж точно поговорим о моём возвращении домой.

– Ничего не хочу слышать! – закрыв лапами уши завозмущалась такса. – И потом, ты разве не слышала, что сказал доктор Спайк? Неделю совершать только небольшие прогулки. Не-боль-ши-е! Так понятно? Всё! И не приставай ко мне с этими разговорчиками, особенно на голодный желудок.

Берта, поняв, что очередная попытка уговорить Дорис помочь ей разыскать дорогу домой не увенчалась успехом, обречённо поплелась за ней следом из конуры. Она, конечно, понимала, что её новая подруга делает это ни со зла. Дорис просто не хотела отпускать её, потому что привязалась к Берте и переживала за неё.

Для Дорис и в самом деле была просто невыносима мысль, что ей вскоре придётся расстаться со своей первой в её жизни подругой. Хотя такса и понимала, что это неизбежно произойдёт рано или поздно, но она всеми способами пыталась оттянуть этот момент. Именно поэтому, каждый раз, когда Берта заводила разговор о доме, она делала вид, что ей это не интересно и быстро старалась перевести разговор на другую тему. Она и не подозревала, что Берта давно раскусила причину её такого поведения и просто ждала удобного случая, чтобы, не обидев Дорис, всё же начать этот разговор.

Глава 3

Будка, в которой проживала Дорис, и вот уже несколько дней и Берта вместе с ней, находилась практически в самой середине собачьей деревни. Поэтому вокруг неё всегда было очень оживлённо. Жизнь здесь не стояла на месте. Все были чем-то заняты. Такое собачье поведение было совсем не похоже на то, что привыкла видеть Берта в городе среди своих знакомых собак. Все четвероногие, которых она знала, были любимцами своих хозяев, и единственной их заботой было вкусно покушать, побегать во дворе дома и поспать. Всю остальную работу за них выполняли люди. Ну, например, такую как добыча и готовка еды, купание и вычёсывание шерсти, а также выгуливание и игры со своими пушистыми друзьями. Берта всю свою жизнь думала, что так и должно быть, и даже не подозревала, что у собак может быть совсем иная судьба.

Поначалу, Берта сильно удивлялась всему, что видела, и даже жалела всех жителей этой деревни за то, что им приходится самим заботиться о себе и выживать в таких трудных условиях в лесу. Но потом она поняла, что это вовсе не в тягость для них и что это совсем не так страшно, как могло ей показаться на первый взгляд. Здесь многие были по-своему счастливы и даже благодарили судьбу за то, что в своё время попали в это место, а не остались скитаться по улицам и умирать с голоду после того, как были обижены или выкинуты людьми.

Всё это рассказала Берте Дорис, пока они не спеша прогуливались по одной из тропинок среди многочисленных будок.

– У нас здесь давно налажен свой порядок. Каждый знает, что ему нужно делать, чтобы вся деревня продолжала существовать, – продолжала Дорис свой рассказ.

– А чем ты тут занимаешься? Какое у тебя дело? – поинтересовалась Берта.

– Я охочусь! – с гордостью ответила такса. – Охочусь на лис и на зайцев. Это не только моя обязанность в деревне, но и любимое занятие, – расплылась в улыбке Дорис.

– Ничего себе! Никогда бы про тебя не подумала, – удивлённо проговорила Берта. – Хотела бы я на это посмотреть.

– На что?

– Ну, на то, как ты охотишься, – ответила Берта.

– А-а-а, да это мы можем легко устроить! – обрадовалась Дорис, но потом строго добавила, – Но только через неделю, когда твоя лапа полностью восстановится.

Берта снова безнадёжно вздохнула, поняв, что, видимо, никуда ей всё же не деться от чересчур заботливой подруги. И они продолжили свой путь.

Уже через несколько минут Берта и Дорис подошли к просторному дворику, окружённому чем-то вроде заборчика из невысоких кустиков. По всему дворику стояло множество пеньков, вокруг которых толклись разные собаки.

– Ну вот мы и на месте! – радостно воскликнула Дорис.

– А что это за место? – полюбопытствовала Берта, разглядывая всё вокруг.

– Это самое любимое место всех здешних собак, – с трепетом в голосе произнесла Дорис. – Это ресторан «Кость»!

– Ресторан? – задумчиво спросила Берта.

– Ну уж нет! Только не это! – Дорис выпучила глаза от удивления. Послушай, подруга. Я вот что-то не пойму, кто из нас жил в городе: ты или я? Ты что, и о ресторанах никогда не слышала, что ли?!

– Ну-у-у… – смущённо произнесла Берта.

– Что «ну-у-у»? Ресторан – это такое место, куда все приходят что-нибудь поесть, – поучительно проговорила Дорис. – Ну ты прям как с луны свалилась, честное слово! – продолжала возмущаться такса.

– Ну ладно тебе уже меня стыдить! – начала оправдываться Берта. – Мы с Марго никогда не ходили ни в какой такой ресторан, потому что всю еду всегда дома готовила Маргошина мама.

– Да я уже поняла, что ничего, кроме своей Марго, ты в жизни не видела, – как будто ревнуя сказала Дорис. – Ладно уже. Хорош тут болтать, а то весь аппетит пропадёт от этих разговорчиков. Пойдём я лучше познакомлю тебя с нашим знаменитым поваром Дони, который кормил тебя всё это время, пока ты болела.

И они с Бертой направились в глубь дворика, где стояла небольшая будка, которая представляла собой кухню этого собачьего ресторана. Около небольшого окошка этой кухни суетился какой-то пёс, будто подгоняя кого-то внутри.

– Ну давай же, Дони, поторопись! А то они меня сейчас съедят вместо заказанного обеда.

– Привет, Кекс! Ну как работа? Справляешься? – обратилась к этому псу Дорис.

– О, Дорис! Приветствую! Да куда уж там. Ты посмотри сколько народу понабежало. Едва успеваю заказы принимать. Устраивайтесь за какой-нибудь столик, а я, как освобожусь, сразу к вам, – ответил Кекс.

Берта сообразила, что он был, видимо, тем, кто помогает разносить еду из кухни посетителям. Но спрашивать у Дорис ничего не стала, так как побоялась, что такса снова начнёт над ней потешаться, что она не знает даже «таких простых вещей», как она выражалась.

– А Дони на месте? – спросила Дорис дружелюбного официанта Кекса. – А то я тут хотела его познакомить кое-с-кем.

– На месте, конечно. Куда ж ему деться, – ответил Кекс. – Дони! К тебе тут кое-кто пришёл! – прокричал он, заглядывая в окошко будки.

Через несколько секунд в окне показалась широкая бульдожья морда, по первому взгляду, чем-то недовольная. Но, увидев, Дорис, морда тут же расплылась в добродушной улыбке и радостно воскликнула:

– Дорис! Дорогая моя! А я как раз хотел тебя увидеть, спросить, как себя чувствует твоя гостья, за которой ты ухаживала?

– А у меня, Дони, для тебя сюрприз, – загадочно сказала такса. – Вот! Познакомься. Это Берта. Та самая моя гостья, для которой ты всё это время готовил свои чудесные угощения, пока она набиралась сил, – торжественно представила Дорис свою новоиспечённую подругу. – Берта! Это наш дорогой Дони. Лучший собачий повар в мире!

– Ну уж ладно тебе, – заскромничал Дони. – Скажешь тоже, «лучший».

Берта не могла промолчать и поддержала Дорис.

– Целиком и полностью с ней согласна. Я и правда в жизни не ела ничего вкусней, приготовленных вами блюд. Именно поэтому пришла, чтобы от всей души поблагодарить вас. Ведь у меня ещё не было такой возможности.

– О-о-о, да пустяки! Для меня всегда только в радость поддержать того, кто действительно нуждается в помощи. На здоровье! – с искренней заботой в голосе сказал повар-бульдог. – А сейчас, прошу меня извинить, но мне пора возвращаться к работе, так как еда для посетителей сама себя не приготовит.

– Увидимся, Дони! Хорошего дня! – помахала лапой Дорис и повернулась к Берте, когда бульдог скрылся из виду. – Вот как в жизни бывает, – тихонько прошептала такса, отходя в сторону. – Некоторые события могут оставить след в твоей душе.

– О чём это ты? – также тихо спросила Берта.

– Да я про Дони. Как ты думаешь он стал таким искусным поваром? – спросила Дорис у Берты.

– Ну, я даже не знаю, – задумалась Берта.

– А я тебе расскажу как. Несколько лет назад, ещё малышом, Дони попал в руки одного итальянского повара. Повар он был ну просто высший класс! Да и поначалу всё было хорошо. Но когда Дони немного подрос, оказалось, что этот гнусный поваришка завёл его себе только для того, чтобы он гонял котов с кухни ресторана, в котором он работал. Уж не знаю, откуда там взялось столько котов, но это уже и не важно. Так вот, – продолжала Дорис. – Для того, чтобы Дони лучше выполнял свою работу, повар морил его голодом! Ты только представь! Чего только не натерпелся тогда бедный наш Дони. Так продолжалось довольно долгое время, пока наш друг не удрал от своего мучителя и не попал в собачью деревушку. Но то время, что он провёл на кухне ресторана, где работал его хозяин, не прошло для него даром. Он многому научился в поварском деле, подсматривая за работой того итальянишки. И здесь эти навыки ему очень пригодились. Дони всегда беспокоится, чтобы все собаки нашей деревни были вдоволь накормлены. Ведь он не понаслышке знает, что такое голод, – закончила свой рассказ Дорис.

Они с Бертой подошли к одному из свободных пеньков и стали ожидать Кекса. Но долго этого делать не пришлось. Он был настолько ловким и шустрым, что казалось, будто Кекс просто летает между столиков-пеньков, разнося миски с вкусно пахнущей едой. И вот, через несколько минут, он уже стоял возле их пенька.

– Ну что, девчонки! Вы уже надумали, что будете заказывать? – весело спросил Кекс.

– Кексик, мне как всегда: мои любимые утиные ножки и стаканчик мясного бульона, – со знанием дела сказала Дорис. – А ты, подруга, что будешь?

– Ну, мне, если можно, тот самый суп из потрохов куропатки и сушёные заячьи уши, – скромно попросила Берта. – Уж больно они мне понравились.

– Да не вопрос! – воскликнул Кекс. – Конечно можно! Сейчас всё организуем в лучшем виде!

Он тут же метнулся на кухню, и уже через пять минут у них на столе стояли миски с ароматными собачьими лакомствами. Берта и Дорис в мгновение ока расправились со вкусным обедом, так как очень проголодались, гуляя по деревне.

Сытые и довольные, они сидели возле своего пенька, на котором остались лишь дочиста вылизанные миски, и наслаждались уютной атмосферой ресторанного дворика.

– Послушай, Дорис, – начала Берта. – Как бы ты не оттягивала этот разговор, но рано или поздно я всё равно начну искать дорогу домой, с твоей помощью или без. Но сильно долго я тоже ждать не могу, ведь моя Марго, она наверняка очень переживает из-за меня. Я не могу заставлять её страдать ещё дольше.

Дорис глубоко вздохнула, помолчала немного и наконец сказала:

– Ты не подумай, что я делала это со зла. Конечно, мне бы очень хотелось всеми силами тебе помочь хоть чем-нибудь, что от меня зависит. Но в то же время, как представлю, что больше тебя не увижу, – и Дорис смахнула слезу. – Ты ведь первая настоящая подруга в моей жизни. Ни к кому я ещё ни разу так не привязывалась.

– О, милая Дорис, – растрогалась Берта. – Ты тоже стала для меня близким другом, и не передать всю благодарность за то, что ты сделала для меня. Но и ты пойми, там моя семья. Не только Марго заставляет меня искать путь домой, но и моя мама. Подумай сама! Если бы ты оказалась на моём месте, разве ты бы осталась здесь? Разве не попыталась бы вернуться к своим родным?

– Ты права. Конечно права. Не обращай на меня внимания. Что-то в последнее время я стала чересчур чувствительная. Слёзы так и брызжут из глаз по поводу и без повода, – Дорис вытерла глаза и быстро расправила плечи, будто ничего такого вовсе и не было. – Ну так и с чего же ты предлагаешь начать?

– Так ты согласна?! Ты поможешь мне?! – обрадовалась Берта.

– Будто у меня есть выбор, – недовольно пробормотала себе под нос такса, а потом чуть громче сказала, – Помогу, конечно. На что же ещё нужны друзья? Но у меня будет одно условие.

– Я так и знала, что просто так ты не сдашься, – засмеялась Берта.

– Ну а как ты хотела?! Ты лишаешь меня единственной подруги за столько лет! – начала возмущаться Дорис.

– Ладно, не злись. Выкладывай уже своё условие.

– Я сделаю всё, что от меня потребуется, но поиски мы начнём с завтрашнего дня. Я хочу ещё хоть один день пожить, не думая о расставании. Это моё условие, – заключила Дорис.

– Тогда давай выпьем ещё по кружечке мясного бульона и пойдём дальше гулять по деревне. Ведь ты мне ещё не всё тут показала, – обрадовавшись сказала Берта.

Они заказали себе мясного бульона, и выпив его, поблагодарили Дони за прекрасный обед и отправились на прогулку.

На улице стояла чудесная осенняя погода. Солнышко всё ещё грело тёплыми лучами. Жёлтые листья золотились на деревьях и под ногами. Берта и Дорис молча прогуливались по лесной тропинке, наслаждаясь нетронутой вокруг природой.

– Как же здесь хорошо! – вдруг нарушила тишину Берта. – В городе не найдёшь таких красивых мест, как в лесу.

– Я всю жизнь прожила здесь и даже не помню, как выглядит город, – продолжила беседу Дорис.

– Думаю, это не самая большая потеря в твоей жизни, – посмеялась Берта. – Наверное, собакам, как и другим животным, больше нравится проводить время на природе, чем слоняться в каменном городе.

– Каменном? Он что, сделан из камней что ли? – удивилась Дорис.

– Ну, можно и так сказать. У нас, конечно, есть парк, в котором мы с Марго любим гулять, но это вовсе не то, что настоящий лес. Здесь как-то всё по-другому, по-особенному, – и Берта закрыла глаза, будто пытаясь чётче услышать все лесные звуки вокруг.

Вдруг, из кустов кто-то выскочил и напрыгнул прямо на Берту. Они вместе кубарем покатились в траву. Придя в себя и вскочив на лапы, Берта возмущённо закричала:

– Это ещё кто?! Что происходит?!

В нескольких шагах от неё стоял скрюченный облезлый пёс и безумными глазами разглядывал Берту.

– А-а-а, это сумасшедший Бил. Не обращай внимания, – успокоила подругу Дорис. – Его как-то укусила бешеная лиса, с тех пор он всегда такой.

Безумный пёс чуть ближе подкрался к Берте и тихим загадочным голосом вдруг сказал ей:

– Беги отсюда. Здесь нельзя оставаться. Мы все умрём! Мы все умрём!

Сумасшедший Бил отскочил в сторону и, рыдая, поковылял по направлению к лесу.

– О чём это он? – настороженно спросила Берта у Дорис.

– Да я же тебе говорю, с головой у него плохо. Оставь ты уже его. Пойдём лучше я покажу тебе наш чудесный ручей, – и такса беззаботно продолжила прерванную прогулку.

Берта ещё раз посмотрела вслед удалявшемуся Билу. Что-то показалось ей странным в его словах. Будто он пытался предостеречь её от чего-то, или даже кого-то. Но очень скоро мысли о завтрашнем дне и о возможной скорой встрече со своими близкими вытеснили все её подозрения. А через некоторое время Берта и вовсе забыла об этом происшествии.

Глава 4

На следующее утро Берта проснулась очень рано, несмотря на то что не могла долго уснуть предыдущей ночью из-за множества беспокоящих её мыслей о предстоящем дне. Не дождавшись пока взошедшее солнце через окошко разбудит Дорис, она встала со своего лежака и пошла будить её сама.

– Дорис! Дорис, доброе утро! Давай, просыпайся уже, нам пора заняться делами, – пыталась растормошить таксу Берта. Но та ни в какую не хотела открывать глаза.

– Какие ещё дела? У меня сегодня выходной, – пробормотала сквозь сон Дорис и повернулась на другой бок.

– Ну как же так?! Ты же мне обещала вчера, что сегодня поможешь мне с возвращением домой, – отчаянно заскулила Берта.

Дорис повернулась обратно к Берте, открыла один глаз и возмущённо сказала:

– Ну так сегодня то ещё не настало! Вон, посмотри! Ещё даже солнышко спит и совсем не намерено заглядывать к нам в окошко ближайшие пару часов.

– Ну Дорис, ну миленькая. Ну может ты проснёшься сегодня чуточку раньше ради меня? – умоляюще простонала Берта. – Ну нет у меня больше сил ждать. Я скоро просто лопну от нетерпения!

– Ой, ну какая же ты назойливая! Как муха в осеннюю пору. Тут и не захочешь, так проснёшься от твоего жужжания над ухом, – проворчала Дорис и встала с лежака. – Ладно, пойдём уже. Но сначала заглянем в «Кость», позавтракаем хорошенько. А то мне совсем не думается на голодный желудок.

Когда Дорис и Берта вышли из будки, солнце ещё даже не встало из-за леса. Деревня ещё не проснулась, и лишь кое-где по тропинкам прохаживались собаки.

– Ну надо же. Почти никого не видно на улице, – начала разговор Берта.

– Ещё бы! – воскликнула Дорис. – Все нормальные собаки ещё спят в это время.

Они не спеша добрались до ресторана и вошли в совершенно пустынный дворик с пеньками. Из кухни, услышав чьи-то шаги, вынырнул Кекс.

– Девчонки?! – удивился он. – Вы что тут делаете в такую рань?

– А это ты вот у этой ранней пташки спроси, чего ей не спится с утра пораньше, – недовольно проворчала Дорис, указывая на Берту.

– Да просто у нас есть одно неотложное дело. Вот мы и зашли хорошенько подкрепиться перед тем, как к нему приступить, – объяснила Берта.

– Ну, всё с вами понятно. Только мы с Дони недавно открыли кухню, и он ещё не успел ничего приготовить. Но если вы очень торопитесь, могу предложить сушёные заячьи уши, которые остались со вчерашнего дня, – сказал Кекс.

– Нам вполне подойдёт, – с благодарностью кивнула Берта.

– Давай, неси уже свои уши. Ну, в смысле, не твои, а заячьи. Может хоть они поднимут мне настроение, – продолжала ворчать Дорис.

Кекс тут же сбегал на кухню и принёс подругам две миски аппетитных заячьих ушек.

Умяв за обе щеки свою порцию, Дорис окончательно проснулась и даже повеселела. И Берта, заметив это, решила не упускать момент и начала долгожданный разговор.

– Ну что, Дорис. Я выполнила все твои условия, как ты и просила. Теперь очередь за тобой. Ты же мне поможешь найти мой дом? – с надеждой в голосе спросила Берта.

– Так-то оно так. И я бы тебе, конечно, помогла с удовольствием, но только даже представить себе не могу, с чего бы нам начать, – задумалась Дорис. От меня то тебе точно толку не будет. Я дальше нашего ручья никогда и не выбиралась.

– Но как же так? Что же нам теперь делать? – безнадёжно заскулила Берта.

– Да подожди ты. Не вешай нос, – ободряюще сказала Дорис. – Есть у меня одна приятельница. Так вот, она одно время у лесника местного жила, пока он не заболел и его в город на совсем не отправили. Она с ним весь лес вдоль и поперёк обошла. Лучше неё здесь никто не ориентируется. Может она тебе сможет помочь отыскать путь домой?

– Отлично! – снова воспряла духом Берта. – А где же нам её найти, эту твою приятельницу?

– Да нигде её искать не надо. Сейчас прям пойдём и поговорим с ней. Здесь недалеко, – махнула лапой Дорис.

Они тут же поблагодарили Кекса за сытный завтрак, передали через него привет Дони-повару и отправились к дому той самой приятельницы Дорис.

Солнце уже поднималось над деревней, и на многочисленных тропинках начиналась утренняя суета. Пройдя от ресторана буквально несколько будок, Дорис вдруг радостно воскликнула:

– О! А вот и Эбби! Привет, Эбби! Опять возишься со своими сорванцами?

Во дворике небольшой будки, к которой подошли Берта и Дорис, без остановки резвились и бегали четыре очень подвижных щенка. А их мама, приятельница Дорис Эбби, никак не могла собрать их вместе.

– Ох, Дорис. И не говори. Они меня с ума сведут. Такие непоседы! – только успела проговорить Эбби, как с трудом пойманные малыши снова разбежались в разные стороны.

– Слушай, дорогая, – начала Дорис. – У меня, вообще, дело одно к тебе есть. Позволь познакомить тебя с моей новой подругой. Это Берта. Она потеряла свой дом, и мы совсем не знаем с чего начать, чтобы найти к нему дорогу.

– О, это, конечно, всё очень печально, – ответила Эбби, всё ещё пытаясь отловить щенков. – Но поговорить с вами я смогу только в том случае, если вы поможете мне отнести этих безобразников в щенячий сад.

– Щенячий сад? – удивилась Берта.

– Да, это такое специальное место, куда мамочки могут на время сдать своих отпрысков и спокойно отдохнуть пару часов или заняться делами, – ответила Дорис, уже привыкнув к тому, что её подруга постоянно чему-то удивляется в их собачьей деревушке.

Берта и Дорис охотно согласились помочь Эбби и тут же принялись догонять маленьких непосед. Дело это оказалось совсем не лёгким, но, спустя несколько минут, подруги уже держали в зубах по одному щенку, а Эбби изловчилась ухватить сразу двоих.

Щенячий сад находился в пяти минутах ходьбы от дома Эбби. Он представлял собой разноцветную будку и площадку, огороженную со всех сторон зелёным деревянным заборчиком. Здесь по всей траве были разбросаны различные мячики, резиновые косточки и погрызушки, которые то и дело становились добычей зубастых щенят.

Заведовала этим щенячьим садом добрая, но требовательная пожилая сербернариха мадам Люсинда. Дети её просто обожали, ведь она позволяла им делать буквально всё, что им вздумается. Единственным требованием мадам Люсинды было соблюдение щенками трёх главных правил: не убегать за пределы щенячьего сада, не оскорблять и не дразнить друг друга и никогда не баловаться с едой. Последнее правило было особенно важным, ведь, как объясняла своим подопечным пожилая воспитательница, добывать еду в лесу не так-то просто, поэтому они должны уважать труд собак, которые этим занимаются.

Когда Берта, Дорис и Эбби с щенками в зубах подходили к щенячьему саду, мадам Люсинда уже издалека заметила их.

– Эбби, дорогая! Доброе утро! Смотрю, ты уже одна не справляешься со своими хулиганами? – добродушно пошутила сербернариха. – Давай их скорее сюда. Здесь они найдут куда выплеснуть всю свою энергию.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.