Осторожно, мошенники!
Сергей Север

Редактор Елена Чижикова

Корректор Венера Ахунова

© Сергей Север, 2025

ISBN 978-5-0067-3485-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Данная книга является художественным произведением, не пропагандирует и не призывает к употреблению наркотиков, алкоголя и сигарет. Книга содержит изобразительные описания противоправных действий, но такие описания являются художественным, образным, и творческим замыслом, не являются призывом к совершению запрещенных действий. Автор осуждает употребление наркотиков, алкоголя и сигарет. Пожалуйста, обратитесь к врачу для получения помощи и борьбы с зависимостью. 

Глава 1. Уникальные мыльные пузыри

– Что за поза у тебя? – обратился совершенно незнакомый молодой человек к Артёму, который сидел в одном из живописных московских парков на деревянной скамеечке.

– Какая поза?

– Ну, вот эта – твоя странная поза: сидишь нога на ногу, с высоко задранной головой, и рука на затылке.

Тёма и не заметил бы ни за что этого откровенно полного парня, поскольку всё его внимание было направлено совершенно на другой объект.

– А ты замри ненадолго, – толстяк казался безобидным. Артём решил поддержать диалог.

Долго ждать не пришлось, почти сразу же перед новыми знакомыми упал какой-то предмет. То ли лист, то ли кусочек коры или шишки.

– Видел?! – сразу воскликнул Тёма. – Думаешь, что это?

– Что?

– Присмотрись! Это кедровые шишки! Точнее их останки. Смотри, на ветке, прямо над нами сидит белка, грызёт свежие шишки и сбрасывает что не вкусно нам на головы.

– Это значит, ты за белкой в такой позе наблюдаешь? А голову зачем рукой так смешно подпёр?

– Я на неё уже минут десять смотрю. Шея затекла за это время.

– Ясно. Тебе, наверное, интересно знать моё имя?

– Вообще-то не очень…

– Меня зовут Александр Меньшиков.

– Ого! Как Светлейшего князя.

– Кого?

– Ты не знаешь? Из Петровской эпохи.

– Кабак, что ли, какой новый? Ещё не бывал.

Тёму насмешил их разговор. Толстяк невозмутимо продолжал:

– Тебя-то как звать?

– Я Артём.

– Артём… фамилия-то как?

– Можно без фамилии, – снова улыбнулся Тёма.

– Не, назови! Мало ли для чего это может пригодиться в нашей дружбе!

– Какой ещё дружбе? – молодой человек стал несколько раздражаться от такого наглого напора, но по своему обыкновению не показывал это внешне. – Нет между нами никакой дружбы, мы же едва знакомы!

– Так давай знакомиться! Двинься! – Сашка с размаху плюхнулся рядом с Тёмой, обдав бедолагу своим едким запахом пота. – Вот это что у тебя?

– Где?

– Вон, в сумке?

– Так, ничего особенного…

– Ты, что ли, продажник? Что продаёшь? По электричкам ходишь? – Меньшиков уже шарил в Тёминой сумке своей пухлой рукой.

Тот оторопел от такой беспардонности:

– Допустим и так, а что такого-то? – парень с некоторой неловкостью потянул свою сумку на себя.

– Ммм… Мыльные пузыри! – всё же успел разглядеть Сашка. – А чего сумка такая полная? Ты начинаешь работать так поздно? Или не продал ничего?

– Не хочу показаться грубым, но не находишь, что это, пожалуй, всё-таки не твоё дело? – раздражённо, но всё ещё вежливо продолжил Артём.

– Так продаются пузыри или нет? – Меньшиков словно не замечал этой раздражённости.

– Нет, – после короткой оценивающей паузы сдался Тёма. – Их совсем не покупают! Мне-то, главное, толкнули! Так описывали красиво. Вот я и повёлся, наивный дурак! А на самом деле – обычные пузыри! Никому они по сотке штука не нужны!

– Это потому что ты продаёшь «обычные» пузыри, от того и не берёт никто. Вот если бы ты продавал «уникальные» пузыри, тогда от покупателей отбоя бы не было!

– Да где ж их взять-то, эти «уникальные» пузыри?

– Как где? – неподдельно удивился Сашка. – Вон же, целая сумища ими забита! Люди, у которых ты это купил, продавали «уникальные» мыльные пузыри, потому и толкнули тебе столько.

– Как их ни назови, привлекательней не станут…

– Только если это не «уникальные» пузыри, – снова поправил толстяк.

– Да что ты заладил?! В каком месте они уникальные? – Тёма выхватил из сумки баночку и протянул её прямо к Сашкиному носу, как будто желая, чтобы тот получше рассмотрел. – Обычный китайский ширпотреб!

– Всё верно, – вторил совершенно невозмутимый Меньшиков, прикрыв заплывшие глазки, – в твоих руках под твоим взглядом они обычные. Пойми, обычным пузырям никогда не стать уникальными, пока ты сам в это искренне не поверишь.

– Да что же это! Послушайте, Саш… Александр, или как вас там, мы ведь пять минут как познакомились! Поверьте, самое последнее, в чём бы я хотел участвовать, это конфликт! Но даже меня вам удалось вывести из терпения. Поэтому я возьму на себя ответственность озвучить прямо, без утайки моё нежелание продолжать дальнейший диалог…

– То, что ты мягкотелый и не сможешь меня послать, я заметил ещё с самого начала, иначе и не подошёл бы, больно мне надо оскорбления слушать, не терплю унижения.

– Почему это не смогу? Всё смогу! – сильнее прежнего возмутился Тёма.

– Тогда пошли меня прямо сейчас! Скажи: «Отвали, говнюк! Меня тошнит от твоего присутствия!»

– Ну, наша ситуация не требует такого радикального подхода…

– Я же сказал – не сможешь.

– Да просто ты не рассердил меня настолько…

– Хорошо, хорошо, как скажешь, – Меньшиков совсем уже бесцеремонно игнорировал блеяние Тёмы, который стремился хоть как-то сохранить лицо, – но вот с пузырями надо что-то делать. Негоже столько товара забрасывать, за него ведь деньги заплачены. Пойдём-ка, покажу тебе, как с ними следует поступить, – Меньшиков деловито закинул Тёмину сумку на плечо, пожалуй, даже чересчур резво для юноши с таким переизбытком лишнего веса, и вразвалку заковылял в сторону пригородной станции электропоездов, благо до той было рукой подать.

– Кстати, ты один живёшь? – вдруг снова обернулся Сашка к своему новому знакомому.

– Это тут при чём?

– Один или нет?

– Один. Точнее не совсем, комнату снимаю. Но я не понимаю…

– Подходит! Пошли!

Артём был настолько поражён Сашкиной наглостью, что даже слов подобрать не мог, а только глупо улыбался, бормоча под нос что-то вроде: «Это смешно…» – и покорно семенил вслед за толстяком.

У самого перрона Тёма повернул было по привычному маршруту: к автоматам продажи проездных билетов. Парень уже смирился с тем фактом, что быстро избавиться от назойливого спутника не удастся. Но тот его остановил, схватив за рукав мятого старенького пиджака:

– Стой! Ты куда?

– Дай хоть билеты взять…

– Запомни первое правило бизнеса: за отсутствием стартового капитала выбирай максимально малозатратные способы действия и даже в них сразу же минимизируй вложения, насколько это возможно. Едем зайцами!

– Неудобно же, вон, сумка какая тяжеленная, – скорее для очистки совести продолжал спорить Тёма, поскольку отчётливо видел и осознавал, насколько наплевать Меньшикову на его возражения.

– Вот смотри: эта станция тем хороша, что на ней перила на перронах не выше человеческого роста. Нам такие перила только на руку – легче перелезть! Многие так делают. Контролёры, что перекрывают входы на перрон, даже если и заметят, вряд ли погонятся.

– Так мы совершаем административное правонарушение…

– Так мы следуем веками складывающимся общественным нормам, присущим национальному менталитету! С чего вдруг я должен платить за то, что имею возможность получить бесплатно? – Меньшиков уже перебросил через перила сумку и, кряхтя, не без усилий, перебирался на перрон. – Даже социологи своими опросами доказывают, что две трети россиян не считают нужным платить за электричку.

Артём, конечно, последовал за новым приятелем, точнее даже за своей сумкой в его руках.

– Откуда такая статистика? Что-то не больно в неё верится.

– С погрешностью же! В интернете почитай. Я вот большую часть жизни в сети провожу, да по мне и так заметно, – Сашка подкрепил слова наглядным жестом, окинув рукой свой пухлый торс.

– Да, поднабрал немножко, – улыбнулся Тёма.

– Я вообще-то указывал на отсутствие загара, – обиженно возмутился Сашка, чем весьма пристыдил своего собеседника. – А вот и электричка наша, – недолго строил уязвлённую жертву Меньшиков. – Начнём с первого вагона. Расскажи, как ты пытался впарить свой товар покупателям?

– В каком плане?

– Смотри, – Меньшиков достал из бокового кармана своих поношенных широких джинсов мятую сторублёвую купюру, – я покупатель, у меня есть деньги. Продай мне эти мыльные пузыри!

Тёма замялся:

– Эм… простите, не хотели бы вы купить у меня мыльные пузыри?

Последовала неловкая пауза.

– Ну? – раздражённо нарушил её Меньшиков.

– Что – ну?

– Это всё?

– Нет, я должен ещё привести пару доводов в пользу своего товара… ах да! Ещё у меня есть скрипт продаж… – Тёма рассеяно захлопал себя по карманам, – их всем дают. Только он жутко скучный и длинный. Никак не запоминается…

– И ты так продавал?

– Да нет же, – Тёма снова смутился. – Текст, что мне выдали, действительно никуда не годится. Да я, если честно, следовал совершенно другой технике продаж…

– Какой?

– Просто раскладывал возле каждого пассажира по баночке с пузырями с запиской, а потом собирал обратно. Так можно больше поездов обойти…

– Ооо! Так ты глухонемым притворялся! – захохотал Меньшиков.

– Нет же…

– Ага, рассказывай! В записке той описана жизнь твоя нелёгкая, и что глух от рождения, и что на работу с недугом никуда не берут, а потому и приходится по электричкам слоняться горемыке несчастному. Так что купите, мол, сувенирчик, помогите несчастному. Знаю я об этой уловке. И все знают! Она стара как мир.

– Нет… хотя да! Именно так всё и было! – сдался, наконец, Тёма. – Да, видимо, все знают. Потому что не поверили.

– Понятно всё – ножки промочить боишься, – уже серьёзно добавил Сашка.

У Тёмы закончились аргументы для противостояния с настырным Меньшиковым. Он покорно замолчал, а тот воодушевлённо продолжил:

– Чтобы успех пришёл, ты, в первую очередь, сам должен верить, что продаёшь людям полезную вещь, даже если она взаправду бесполезна. Ты должен так думать не потому, что без неё покупатель действительно жить не сможет, а потому что она тебя кормит, чёрт возьми, и заслуживает к себе такого отношения! Ты должен любить свой товар! Только если сам будешь верить в его уникальность, поверят в это и потенциальные «покупашки»! А поверят – захотят приобрести, что и является нашей конечной целью! Ради этого всё и затевается, разве нет?

Тёма и глазом не успел моргнуть, как они с Сашкой уже стояли в тамбуре пригородной электрички.

– Этот поезд пройдём вместе, – не переставал вещать Меньшиков, – все последующие – уже по отдельности, с разных концов, понятно? Сейчас же запоминай… – на последних словах толстяк даже понизил голос до интригующего шёпота. Его лицо словно окаменело и наполнилось самоуверенностью. Ни один мускул не дрогнул, даже в осанке парня Тёме почудилась какая-то решительность и целеустремлённость.

Но Меньшикова стало не узнать, чуть только он открыл дверь тамбура и вошёл в вагон к пассажирам:

– Здравствуйте, дорогие попутчики! – никогда в жизни Артём не видел такой широкой улыбки. – Я бы хотел пожелать вам счастливого пути и отнять чуточку вашего времени, если никто не будет против.

Толстяк сделал театральную паузу и актёрски окинул вагон услужливым взглядом, словно ожидая, что кто-то выскажет своё несогласие. Пассажиры и внимания на него не обратили. Только некоторые всего на секунду презрительно подняли глаза. Меньшиков же кивнул, удовлетворённо хмыкнул, будто получив разрешение говорить, и продолжил ещё более ласково и дружелюбно:

– Скажите, пожалуйста, у кого из нас нет горячо обожаемых деток? Будь то собственные сорванцы: дочери, сыночки, внуки или племянники? Может, соседская детвора, малыши друзей или знакомых друзей? Да почти каждый из нас, уверен, так или иначе сталкивается ежедневно с юной детворой! Если, конечно, вы сейчас сами не пребываете в этом беззаботном возрасте. А теперь давайте зададимся вопросом: как часто мы ломаем голову над тем, чем бы ещё удивить наших любимых озорников? Ведь живём мы в век продвинутых технологий, айфонов и планшетов, компьютерных игр и консольных приставок. А ответ-то – вот он, на поверхности! Кроется в старом добром проверенном решении. И сегодня я захватил его с собой, чтобы поделиться с вами! Хочу представить вашему вниманию уникальные мыльные пузыри! Спросите, почему же, казалось бы, самые обыкновенные мыльные пузыри я так громко называю уникальными? Давайте разбираться, я с лёгкостью отвечу вам на этот справедливый вопрос! А уникальны они потому, что выполнены по специальной современной технологии! После тщательных исследований европейских учёных нам удалось получить такие мыльные пузыри, которые не лопаются ровно в два с половиной раза дольше абсолютно всех своих аналогов! Представляете, как это понравится ребятишкам? Кроме того, после грандиозной работы, проделанной ведущими дерматологами, наши мыльные пузыри удалось сделать совершенно противоаллергенными! Теперь вы можете подарить чудесный подарок своему малышу, вовсе не опасаясь за его здоровье, а только лишь наблюдать за искренним детским восторгом и счастьем! Ну а во сколько же обойдётся такой чудесный подарок для вашего ребёнка? Не ударит ли по карману? Наверняка многие из вас задались этим резонным вопросом. А я отвечу: в интернете стоимость мыльных пузырей варьируется от ста рублей до полутора тысяч, можете себе представить? У меня же только сегодня в рамках краткосрочной грандиозной распродажи есть невероятная возможность предложить вам уникальные противоаллергенные мыльные пузыри, которые не лопаются в два с половиной раза дольше всех своих аналогов, всего за 100 рублей! А если возьмёте три штуки сразу – отдам за 250 рублей! Где ещё вы найдёте такие же безопасные, выполненные по уникальной формуле пузыри за такую цену? Да нигде не найдёте! Если вдруг обнаружите, я бываю здесь регулярно, живу неподалёку, подойду – оставлю номер телефона, позвоните – верну деньги…

В первом же вагоне Меньшиков продал девять баночек с мыльными пузырями, купленных Тёмой с утра по восемь с половиной рублей за штуку, выручив по сотне за каждую. Сашка, продавая, не спеша вышагивал по полупустому вагону, чтобы его расслышал каждый пассажир, активно жестикулировал, говорил очень выразительно, сопровождал слова театральной мимикой и ни на секунду не переставал улыбаться. И, конечно, регулярно выдувал из баночки мыльные пузыри, раз за разом демонстрируя их уникальность.

– Это невероятно! – в первом же тамбуре налетел на него Тёма. – Где ты так натаскался?

– Ты всё понял? – совершенно серьёзно проговорил Сашка, не замечая вопроса. – Это распространённая техника продаж, не только я ей пользуюсь. Не следует пытаться продать пузыри всем подряд, подвыпившей компании с пивасом в руках они на хер не нужны! Ты для них клоун, а не продавец, не стоит тратить на них драгоценное время. Сегментируй аудиторию, притом сегментируй грамотно. Не пытайся понравиться сразу детям, они не платёжеспособны, а могут лишь канючить и истерики закатывать, портя тем самым настроение своим родителям – действительно ценным для нас персонажам, только отдаляя их от покупки. Нам интересны заботливые мамочки и бабушки, которые хотят сделать приятно своим отпрыскам и на эмоциях, услышав, что пузыри особенные, купят у тебя товар. С возражениями справляйся заранее, а они, без сомнения, сопровождают каждого человека. Безопасно ли? Конечно! Они же противоаллергенные, дерматологи доказали! Дорого? Нисколько! В интернете есть и подороже. При этом, может, и нет, я же «вилку» озвучил, в этот интервал по-любому попадём! Тем более всё равно из-за какой-то сотни никто не полезет проверять. И, конечно, побуждение к действию: «Только сегодня – уникальная распродажа!» Подкрепим гарантией: «Найдёте дешевле – верну деньги!» А самое, слышишь, самое главное – не переставай улыбаться. Депрессивных рож этим бедолагам хватает в жизни и без тебя, они ж, блин, на электричке едут! Это же каждый знает по себе: приятнее иметь дело с жизнерадостным человеком, нежели с говном унылым. Все это знают, все понимают! Так почему же не пользуются?

Тёма всегда был крайне застенчивым молодым человеком. Но в этот день настроем от Меньшикова заразился. К вечеру в его сумке не осталось ни одного «уникального» мыльного пузыря. Двое парней сменили множество электричек, и ни разу они не платили за билет. Контролёров ловко оббегали по перрону, когда пригородный поезд совершал очередную остановку. Всего один человек поднял скандал из-за цены, заявив, срывая голос, что видел такие же в газетном киоске за 15 рублей. Меньшиков хладнокровно закрыл и это возражение развёрнутым рассуждением, что, мол, то, вероятно, были какие-то обычные мыльные пузыри, поскольку его безопасная и экологичная продукция, что, к слову, подтверждено соответствующими специалистами и сертификатами, не может стоить 15 рублей и уж тем более не может продаваться в каких-то там киосках. Произнося эту речь, изображающий крайнюю уязвлённость Сашка эксцентрично тряс перед самым носом у мужика сложенными вчетверо ксерокопиями каких-то своих анализов из поликлиники под видом озвученных документов. Показывать сертификаты, правда, Меньшиков, благоразумно не стал, дабы избежать разоблачения, объяснив это нежеланием тратить и минутки своего времени на такого грубияна.

– Должен поблагодарить, ты буквально спас меня, – робко заговорил Тёма уже в вагоне метро, только что жадно заглотив шаурму, почти не жуя и совсем не запивая. День утомил парней, они жутко проголодались.

– Правда испытываешь благодарность ко мне? – так же с набитым ртом произнёс Меньшиков. – Тогда услуга за услугу: мне негде ночевать, и я вынужден напроситься в твою съёмную комнату. Признаться, ради того всё и затевалось, – честно добавил он, разведя руками.

– Но ведь мы почти не знакомы, – парень колебался, – а вдруг ты завалишь меня ночью и вынесешь всё ценное?

– Брось, я же вижу, во что ты одет и чем занимаешься. У тебя дома нет ничего ценного, значит, и мочить тебя ночью себе дороже. А что до степени нашего знакомства, также не вижу проблемы. Что бы ты хотел обо мне узнать? Но условие: на заданные вопросы отвечаешь так же и сам. И сразу! Чтобы ты понимал, что спрашиваешь, плюс и я тебя узнаю получше.

В целом Тёма уже был не против такого соседства, поэтому заговорил по существу:

– Хорошо. Откуда ты? Вот я с Севера, из провинции.

– Родился в Ульяновске. В Москву переехал ещё в детстве с матерью и отчимом, которые и сейчас здесь живут. Мать работает, отчим на пенсии – пьёт. Впрочем, не думаю, что задержусь в рашке надолго. В планах релокация.

– Хм… тоже полагаешь, что Россия немытая?

– В смысле?

– Ну как Лермонтов.

– Не понимаю. Я перееду, потому что здесь никому не нужен.

– А там?

– А там все нужны. Там всё для всех есть.

– Ты учёный или владеешь какой-то престижной гражданской специальностью?

– Нет, конечно, с чего ты взял?

– Программист?

– Начинал учиться, но скорее нет.

– А уже бывал за границей когда-нибудь?

– Неа.

– Языки какие-то знаешь, кроме русского?

– Никак нет.

– Ясно…

– Ну а ты? Думал перебраться куда-нибудь?

– Нет уж, не хочу я никуда. Где родился, там и пригодился! Я, если хочешь знать, патриот! Ты даже представить себе не можешь, сколько я людей в комментах под политическими постами на место поставил!

– Ага, с аккаунта под чужим именем и без фотографий, – Меньшиков хитро ухмылялся. – Да ты не парься, я сам такой же! Тоже охотно ввязываюсь в срач в социальных сетях, но непременно с сохранением конфиденциальности на всех уровнях. Некоторые зря пренебрежительно относятся к «диванной экспертизе», потому что она-то самая объективная и есть. Можно даже саму новость не читать, сразу в комменты идти.

Когда Сашка так рассуждал, это уже не казалось Артёму настолько благородно, праведно и оправданно, как в те моменты, когда он строчил кому-то язвительные замечания с фейковой страницы в социальных сетях, поэтому парень поспешил сменить тему:

– Слушай, а если твои родители тоже в Москве, почему не живёшь с ними?

– Я жил вообще-то до некоторого времени. Просто в недавнем прошлом произошёл ряд событий, который внёс в мою жизнь существенные изменения. Вот, например, одно из них: моя матушка узнала, что меня исключили из универа. Это ожидаемо привело её в бешенство. Она решила меня работать заставить. А я не хочу работать на дядю, это не для меня. Я принадлежу другому поколению – не такому, как наши предки. Почему я должен подчиняться какому-то левому чуваку только потому, что он выше меня по должности? Почему не могу указать на невежество и некомпетентность человека, если он действительно невежественен и некомпетентен? Сейчас ведь по блату всё! Такая древесина занимает руководящие посты!

– Ты сам-то хотел бы?

– Что хотел?

– Руководить.

– Конечно хотел бы! Тебе не заставить меня смутиться таким вопросом, что за попытки…

– «Прежде чем начать командовать, научись подчиняться»¹. Я хочу сказать, что решают опыт и накопленные знания, которые нигде не получить, кроме как в роли подчинённого.

– Я так не считаю, – спокойно возразил Сашка. – Моё мнение таково: кто-то рождён быть главенствующим изначально. Так сказать, голубых кровей, если угодно. А кому-то уготовано пресмыкаться. Это не нам решать, это на генетическом уровне заложено. Вот я чувствую в себе руководящую жилку, поэтому и не смогу никому подчиняться. Предназначение другое, понимаешь? Однажды мне будет предоставлен шанс, за который я вцеплюсь зубами, как бойцовский питбуль, а пока приходится пребывать в праздности.

Артём в очередной раз ощутил всю абсурдность Сашкиных умозаключений, поэтому вновь счёл разумным просто не продолжать этого разговора и задал новый вопрос:

– Пусть каждый останется при своём мнении. Но если ты не желаешь работать, учиться – тоже не учишься, чем же заниматься планируешь?

– О нет! – горячо возразил Меньшиков. – Не искажай мои слова! Я сказал, что не признаю работу в том виде, в котором нам её преподносят, в котором мы её обязаны воспринимать. Трудовую деятельность в своих интересах, даже сложную, я не только не презираю, но и стремлюсь к ней! Другими словами, работая исключительно на себя, будь то малый бизнес, или инфобизнес, или ещё что-то, я готов пахать 24 часа в сутки, землю жрать, рисковать, идти на отчаянные поступки! В общем, проделывать всё то, что позволит мне достичь исключительно моего развития и обогащения, а не кого-то ещё. Что же касается образования, то я не так глуп, как тебе могло показаться, и не лодырь, кстати, тоже. Не мотай головой, ты именно это и имел в виду, дай договорить. Так вот, саморазвитием я занимаюсь регулярно. Да, может, я не так сведущ в литературе или истории – вещах, которые, как я успел понять, в людях особенно ценишь ты, но я преуспел в других направлениях. Тех, которые для тебя, возможно, вообще дремучий лес. Думаешь, я бездельничаю с того момента, как бросил учёбу? А вот и нет! Даже наоборот – у меня, наконец, появилось время для приобретения действительно ценных знаний! Я за этот год узнал полезного больше, чем за всю прошлую образовательную активность в навязанных обществом госучреждениях! Я начал осваивать специальность, которая действительно представляет интерес для меня и может пригодиться мне в будущем, а главное – принести деньги. Это интернет-маркетинг. Очень актуальное направление сейчас. Ты даже представить себе не можешь, Тёмыч, какое огромное количество информации я пропустил через себя за эти полгода! Сколько просмотрел вебинаров и посетил обучающих семинаров. У каких мастеров рекламы – контекстной и других видов – перенимал опыт.

– Это лохотрон, – осмелился вставить Тёма.

– Это инфобизнес! – тут же парировал Меньшиков. – Ты говоришь так, потому как они используют стратегию агрессивных продаж, совершенно законную, между прочим. Да, кого-то это отпугнёт, но остальные готовы покупать! И они ничего с этим поделать не в состоянии. Ты закрылся формулировкой «лохотрон», потому что завидуешь, что сам не можешь продавать так же, ведь для этого требуется выпрыгнуть из зоны комфорта и постоянно чувствовать неловкость. Тебя это бесит, и ты прячешься за оскорблениями в их сторону, утешая и успокаивая себя тем, что всё равно это развод, но, на самом деле, у тебя просто кишка тонка работать так же. Мощное самовнушение, только и всего, психологический барьер. А между тем, пока ты тратишь ещё несколько минут драгоценного времени на ягнячье блеяние, те ребята вновь заработали очередной миллион!

Тёма задумался. Он понимал, что Сашка нарочно расшатывает его эмоциональное равновесие, но был отчасти согласен с ним. Согласен и поражён проницательностью толстяка. Однако поселилось в молодом человеке и сомнение, которое он решился всё-таки озвучить:

– Ты говоришь, как они!

– Возможно. Но разве не прав, скажи?

– В чём-то прав… – после небольшой паузы покорно выдохнул Тёма. – Выходит, решил маркетологом заделаться или в инфобизнес податься?

– Во всяком случае уж точно не на вредном производстве оставить своё здоровье за копейки.

– А я приехал из глубинки покорять столицу. Банально, да? И смешно. Сколько нас таких наивных…

– Я так не думаю, дружище! – Меньшиков с самым серьёзным видом смотрел на приятеля. – Более того, я только поддерживаю подобные поступки. Могу я спросить, каким образом ты планируешь этого добиваться? Есть какая-то стратегия?

Артём никогда ни с кем не делился своими планами, их преимущественно не воспринимали всерьёз. Но в словах и поведении Меньшикова парень так и не обнаружил насмешки. Поэтому решил раскрыться новому другу:

– Что ж, слушай и будь мне судьёй – смешон я или перспективен. Так случилось, я очень люблю спорт. Да-да, люблю! Хоть сам я и не больно спортивный. Я люблю его не так, как это делает большинство людей. Люблю наблюдать, участвовать в околоспортивных событиях. Мне по душе организационный процесс, а не сама игра. Ну и, конечно, мне бы доставляло удовольствие пожинать плоды своего труда. К примеру, смотреть, как растёт и приобретает популярность мною замеченный и приведённый в спорт тот или иной спортсмен; как открывается очередная детско-юношеская школа; какими благодарными взглядами одаривают меня родители воспитанников этих школ.

Хочу, чтобы моё увлечение приносило мне деньги, – это сложно! И всё же я очень хотел бы… Так что все мысли мои о собственном деле, собственном бизнесе. Можешь смеяться, но моя мечта – спортивная империя, включающая в себя инфраструктуру, детские школы, эффективную рекламу и самоокупаемость. Это был бы мой вклад в оздоровление нации, я был бы счастлив видеть, как воспитанники созданных спортшкол любят и гордятся нашей организацией! При этом я вовсе не считаю необходимым создавать свою империю именно в столице. Просто здесь больше возможностей и сильнее мотивация. Если вдруг для воплощения мечты потребуется вернуться на родину, я поеду, не задумываясь! Всем этим смогут пользоваться мои земляки, взрослые и дети. На Москве свет клином не сошёлся, с меня довольно и положения в провинции. Венцом же своих усилий вижу какой-нибудь общепризнанный спортивный клуб, участвующий в каком-то, а может, даже и в нескольких видах спорта. Хочу, чтобы этим клубом восхищались и любили его тысячи людей! Так и вижу: ребятня стремится туда попасть с самого детства, для них это честь! Клуб уважают и боятся в других странах, он много добился совершенно с нуля. Даже легенды и иностранные легионеры мечтают за него поиграть. Но самое главное – клуб живёт исключительно на собственные средства. Полностью обеспечивает себя сам и не зависит ни от финансовой помощи властей, ни от государственных программ. Зарабатывает достаточно благодаря разумному и умелому управлению и грамотно выстроенной маркетинговой кампании его владельца – то есть меня. Так выглядит моя заветная мечта: успешный и богатый спортивный клуб. А я его мудрый руководитель.

Но начать, конечно, следует с малого. Например, с магазинчика спортивных сувениров. Есть у меня одна идейка оригинальная. Имеются и необходимые навыки. Теперь бы ещё научиться выгодно свою идею продавать. Для того я и приехал в Москву.

Артём говорил быстро и отрывисто, словно на одном дыхании. Меньшиков слушал внимательно, не перебивая. Казалось, толстяк старался уловить каждое слово. Даже зрачки его беспорядочно бегали вслед за мимическими движениями и жестикуляцией рук собеседника. Когда Тёма смолк, на некоторое время воцарилась тишина. Но Сашка прервал его решительным тоном:

– В таком случае мы можем быть друг другу полезны! Чего не хватает тебе, восполнят мои знания. Чего нет у меня – найдётся в твоих идеях. Думаю, мы с тобой встретились не случайно.

Молодые люди уже почти добрались до дома, где Тёма квартировал помещение. Они молча шли по сумеречной окраине Москвы, глазея на витрины, верхушки высоких зданий и заглядывая в лица самых разнообразных прохожих. Парни больше не разговаривали, этот день и без того был очень богатым на события, чтобы делать его ещё более информативным.

Но у самого подъезда Тёма всё же решил избавиться от ещё одной откровенности, которая давила на него:

– Кролик, моя фамилия Кролик. Меня часто дразнили, поэтому стараюсь никому её не называть. Но с тобой хочу быть откровенным.

– Красивая фамилия! – невозмутимо отозвался Сашка, не подав даже малейшего повода сомневаться в его искренности.

Больше новые друзья ничего важного не обсуждали этим вечером.

Глава 2. «Современное Предпринимательство»
(стартап агрессивных продаж)

– А что ты хотел, в электричках тоже существует здоровая конкуренция, это нормальный процесс, – Меньшиков с трудом скрывал ироничную улыбку, прикладывая к подбитому глазу друга замороженного бройлера из холодильника.

– Какая ж это конкуренция? Ладно бы просто наорали и вытолкали из вагона! Но решать спор рукоприкладством – это уже перебор! Первобытное невежество, каменный век! – Тёма сидел чуть ли не в слезах, больше от обиды, чем от физических страданий, поскольку боль от полученного удара по лицу уже почти улеглась, пока он добирался до дома. Теперь остался только фингал.

– Какой бизнес, такая и конкуренция, – засмеялся Сашка, – не удивлюсь, если и в электричках есть силы, которые действуют организованно. Хорошо, что с ними пока не поссорились. Такие могут и товар отобрать, и босиком домой отправить. Это болезненней ощущается, чем по морде получить.

– Что делать-то теперь? Я не пойду больше пузыри по электричкам толкать! Я на такое не подписывался!

– Знаешь, думаю, больше и нет нужды. Нам пора двигаться дальше, перейти на следующий этап – ступенькой выше, так сказать.

– Пока плохо понимаю…

– А я объясню. Вот смотри: мы должны быть благодарны нашей «железнодорожной» деятельности, она помогла нам оттолкнуться ото дна. Теперь мы её переросли, – Меньшиков взял некоторую паузу, увлечённо наблюдая за реакцией друга.

– Что ты хочешь этим сказать?

Сашка продолжил:

– Хочу позвать тебя на одно мероприятие. Это встреча начинающих бизнесменов. Они собираются, чтобы обменяться друг с другом идеями, познакомиться с полезными людьми либо элементарно найти новых клиентов для своих стартапов. А ещё – послушать истории успеха от уже состоявшихся предпринимателей, людей богатых и успешных, что, пожалуй, главная причина, которая собирает такое большое количество энтузиастов вместе. Они жаждут получить от этих людей мощную мотивирующую энергетику, «волшебный пинок», если угодно. Участие в таком мероприятии бесплатное, но, конечно, подразумевает под собой коммерческую выгоду для организаторов.

– Я вроде понял, что ты имеешь в виду, – остановил Меньшикова Артём, – слышал, что есть в Москве организация, которая якобы воспитывает успешных предпринимателей за деньги. Названия не припомню… Смысл такой: мол, если пройдёшь платный курс – твоё дело обречено на успех. Развод это всё! Если кто в этой ситуации и зарабатывает, то только хитрые чуваки, которые придумали такой извращённый способ наживы.

– Пускай так, – по своему обыкновению уступчиво согласился Сашка. – Мы-то с тобой только на бесплатную прелюдию сходим. Развеемся, так сказать, проникнемся мотивирующими настроениями и духом победителя для новых свершений, поглазеем на открытые плечи недосягаемых женщин, осмотримся, а после сразу свинтим оттуда! Я всегда так делаю, денег-то всё равно нет! Чего бояться, если нечего терять? Больше чем «ничего» всё равно не оставишь, – Меньшиков заразительно улыбнулся.

Тёма сдался:

– Ну пойдём, поглазеем на дам в дорогих туалетах…

– Нет-нет, дружище! Если ты полагаешь, что мы встретим там почтенных сеньор с многомиллионными состояниями за хрупкими женскими плечами, то глубоко заблуждаешься. Это не корпоративная встреча акционеров нефтяной компании, всё на порядок скромнее. Мы направляемся в место, где уважаемые аристократичные леди и джентльмены лишь притворяются таковыми, имеют грандиознейшие амбиции и наипустейшие кошельки. Большинство из них авантюристы, многие – бедняки без гроша в кармане вроде нас, только тщательно замаскированные под дорогим парфюмом и рискованными вырезами на изысканных платьях. А те, кому что-то и удалось заработать, батрачили для этого всю свою жизнь. От этого они выглядят замученными и старше своих лет. Нам, кстати, тоже предстоит притворяться успешными, шаришь?

– Надо – притворимся, – снисходительно произнёс Артём, отвечая на дружескую руку у себя на плече таким же прикосновением. – Что не на свиданку идём, тоже понимаю. Я и не собирался никого клеить, не особо-то и умею.

– Серьёзно? – Меньшиков оживился. – У тебя кто-нибудь был вообще? – он вопросительно вздёрнул бровь.

– Да! Я полагаю, что могу так утверждать.

– Это как? Расскажи! – предвкушая, хохотнул Сашка.

– Не расскажу я тебе ничего, это личное!

– Ну вот…

– А сам-то часто в отношениях состоял?

– Конечно, тыщу раз! – в сердцах воскликнул Меньшиков, словно это был настолько очевидный факт, что должно было восприниматься как само собой разумеющееся. – Я могу снять совершенно любую тёлку! Для меня это спорт, не более!

На вечер начинающих бизнесменов молодые люди двинулись прямиком из секонд-хенда, в котором только что оставили несколько тысяч на двоих, купив по рубашке и более или менее сносные брюки. По пути Сашка делился с Артёмом той информацией, которой сам владел. Говорил всё как есть, без утайки и в таких подробностях, на которые только был способен:

– Идём мы с тобой не на благотворительный вечер, чего лукавить. Надо помнить, мероприятие это проводится не для нас, а для его организаторов. Цель одна – заработать, никаких других намерений оно не преследует, об этом важно не забывать! И речь не о ванильном капучино, который, нет никакого сомнения, нам будут впаривать по тройной цене. Очень многие заблуждаются, полагая, что действительно выйдут оттуда просветлёнными успешными бизнесменами. Как в казино или букмекерской конторе, понимаешь? Люди должны оставлять там деньги, иначе смысл тогда этого всего?

– Бывает, выигрывают же… в казино-то.

– Разумеется! В промоционных целях. Чтобы другие видели и захотели так же. Каждый такой случай – рекламная кампания.

Артёму нечего было возразить. Он и не предпринимал попыток. Меньшиков продолжал:

– Вернёмся к нашим баранам. Итак, собирая в одном месте подобное количество замотивированных людей, готовых покупать, ты создаёшь такой сумасшедший плацдарм для коммерческой деятельности, что и представить трудно! Только подумай: целая толпа потенциальных предпринимателей, согласных рисковать своими последними деньгами ради мечты! Нет ни экономных мамаш, ни доморощенных работяг с кредитными тачками и кое-какими накоплениями на детский сад растущему ребёнку. Именно на уровне сознания нет, а не буквально. Есть только авантюристы, которые не против даже в долги влезть, только бы попробовать! А теперь вообрази, сколько можно получить с этих людей, если немножечко организовать, взрастить их, чуть-чуть направить, подтолкнуть к решительному шагу. Огромные деньги! Вот мы и подобрались к главному действующему лицу – организации, которая и устроила данное мероприятие.

Вообще, организация – больно грубо, на мой взгляд. Это полноценная компания, работающая на совершенно законных основаниях, хоть участники её и действуют достаточно нагло, а продажи ведутся в весьма агрессивной форме. Если тебе интересно моё мнение, то я так и вовсе восхищён основателями этой компании! Их двое, и они всего лишь продают информацию! Всё! Можешь себе представить? Они ничего не производят и ничего не закупают, не предоставляют никаких услуг и ничем не спекулируют. Они только и всего – передают другим свои знания и опыт! А ещё прививают уверенность в себе. И всё это за большие деньги! Как одно время очень популярное движение пикапа. Там тебе объяснят, что и как делать, каким образом вести себя в той или иной ситуации. Даже как одеваться и что говорить. Другими словами, помогают людям начать свой бизнес. «Современное Предпринимательство». Так называется компания. Основали её двое сообразительных парней, имеющих опыт общественной и даже политической деятельности, ну и, конечно, опыт ведения бизнеса. В какой-то момент им захотелось создать нечто своё: оригинальное и масштабное. Так и появилось «СП». Понятно, что компания разрослась, и их там уже не двое. Штат на сегодняшний момент насчитывает около 150 человек, если не ошибаюсь. На их официальный сайт в месяц заходит более 500 тысяч человек, и у них открыто более 150 филиалов в нескольких странах. Сама компания, конечно, многопрофильна. В ней работают маркетологи и программисты, которые занимаются рекламой в соцсетях и поисковых системах, созданием сайтов и одностраничников. Есть и отдел продаж, конечно. Это для них самый ценный ресурс – самый полезный народ. Эти люди день ото дня оттачивают своё мастерство легко и непринуждённо продавать всё вышеперечисленное потенциальным, а бывает, и вполне состоявшимся бизнесменам за деньги гораздо большие, чем оно стоит на самом деле. Ну не круто разве?!

– Впечатляюще. Но пока мало понятно…

– Ой, вот и увидишь всё как раз, – Меньшиков по своему обыкновению начал терять терпение. – Мы почти на месте. Можешь не говорить ни слова. Сейчас я хочу от тебя лишь одного: проникнись, пожалуйста, этой атмосферой! Это очень важно.

Молодые люди шагнули на первую в своей жизни московскую вечеринку, готовые жадно проглотить и надолго сохранить в памяти эти впечатления – момент, который принято называть незабываемым. Артём молчал не потому, что Сашка его о том попросил, а потому что для болтовни не было и минутки, ему было интересно всё. Впервые он оказался в таком месте. Парень просто пялился на желанных женщин и изысканные наряды.

– А вот и сцена, смотри! – не переставал бубнить свои «ценные» комментарии Меньшиков, довольный реакцией друга и его растерянным видом. – Они же пригласили какую-то музыкальную группу, так что чуть позже будет живой звук… глянь! Они пригнали сюда дорогие тачки! Ооо, смотри! – парень ткнул пухлым пальцем в какую-то афишу на стене. – Скоро начнётся дымовое шоу чуваков в костюмах трансформеров! Зацени, какая задница у этой тёлки! Как желе! Её ж задеть – ещё пару часов будет штормить, – Сашка и сам пребывал в эйфории. Только, в отличие от закрепощённого друга, чувствовал себя вполне комфортно.

– Чёрт, ты можешь не орать, она ведь всё услышит… – совсем побледнел от неловкости Тёма.

– Посмотри сюда! – толстяк и бровью не повёл на замечание. – Это, собственно, то, ради чего и проводится мероприятие.

Меньшиков кивком головы указал на длинную вереницу рекламных палаток с информационными стендами, где с широченными улыбками длинноногие красавицы презентовали услуги всевозможных маркетинговых агентств, веб-студий и инфобизнесменов.

– Нет, эти люди не для торговли круассанами такие вечера закатывают. «СП» – это целая сеть, паутина! У них много партнёров и единомышленников. И все они сейчас здесь ненавязчиво пытаются впарить народу какую-то услугу. Хотя… как ненавязчиво: только прояви перед любым из выступающих на сцене спикеров хотя бы капельку своей заинтересованности, и он убедит тебя последние гроши оставить в обмен на его знания. Начнёшь слепо повиноваться каждому его распоряжению, поскольку это якобы сделает тебя богаче, успешнее, привлекательней в глазах женщин. И ты ведь поверишь! И ещё будешь благодарен! Если бы у нас с тобой была хоть копейка за душой, не сомневайся, мы бы тоже чего-нибудь здесь купили. Но не волнуйся, у нас иммунитет от незапланированных трат – пустые карманы, – на последней фразе Сашка позволил себе улыбнуться. – Даже занять не сможем с моей-то кредитной историей.

Решив послушать, о чём так пылко вещают со сцены ораторы в дорогих костюмах, парни пробрались между людьми и приземлились на два мягких пуфика, которые были расставлены в большом количестве повсюду, прямо на земле. На сцене как раз выступал один из основателей компании «СП». Его красноречие действительно приковывало внимание. Сегодня, впрочем, во всяком случае так показалось Меньшикову, речь его была куда непринуждённее, чем обычно:

– …я знаю, что говорю, это действительно реальный случай. Так вот, этот парень, назовём его Дмитрий, чтобы обойтись без настоящих имён, приехал в Москву ни с чем и никем, как и многие из вас. Приехал к другу, допустим, Коле, который уже успел кое-чего добиться в мегаполисе. Начиналось всё более чем отлично, Коля поставил Диму управлять одним из своих ресторанов, пустил пожить в свою двухкомнатную квартиру. Дима платил тем же: дела у ресторана под его руководством шли недурно, даже очень недурно. Но приблизительно через год молодые люди разругались. Опуская подробности, Коля выгнал друга из дома и лишил должности. Итак, Дима управлял далеко не самым последним рестораном в Москве, зарабатывал неплохие деньги, и, казалось бы, вновь подняться на ноги ему не составит труда. Да только в том-то всё и дело, что парень жил исключительно сегодняшним днём, на широкую ногу, не заглядывая вперёд. Поэтому когда очутился на улице, у него не оказалось ни гроша…

– Что мы тут делаем, Санёк? – тем временем перешёптывались двое приятелей в зрительном зале, вполслуха, впрочем, не переставая следить и за происходящим на сцене. – Да, здесь красивые люди, дорогая одежда и непревзойдённая атмосфера. Но ведь всё это бутафория… Они только выглядят солидно и делают вид, что социально значимы. На самом деле, большинство из них приехали на метро, край – на кредитной тачке; большинство берут в супермаркетах еду по акции и дешёвый алкоголь, а также ходят в одних и тех же джинсах несколько лет. Я подслушал парочку в зоне кафе. Один из них с энтузиазмом рассказывал другому, как взял сумасшедший кредит, чтобы учиться у здешних наставников! Он погряз в долгах, чтобы продлить себе эту принадлежность к успешным людям, понимаешь? Далеко не факт, что эта учёба принесёт тебе работу или деньги, да и вообще хоть как-то пригодится в будущем! Она даже не подтверждается никаким дипломом по завершении! Кому ты что докажешь потом? Да, кто спорит, местная атмосфера заставляет организм вырабатывать эндорфин, но ведь уже вечером всё равно придётся спуститься на землю…

– Вот! Тут очень важно понять, что большего и не надо! В этом и отличие нас с тобой от большинства неудачников, которые разочаруются в «СП» и затаят на них злобу, всячески жалея себя. Мы не за знаниями пришли, а за мотивацией! За их уверенностью, за настроем! Что-то должно дать нам волшебного пенделя под задницу, и это как раз оно! Ты говоришь – диплом, но давай начистоту: кто ты по образованию?

– Токарь.

– Токарь? Много выточил полезного, токарь?

– Я просто в какой-то момент осознал, что не моё… – начал было оправдываться Артём, но, конечно, сразу был перебит.

– Несколько лет ты потратил на учёбу, просто чтобы доучиться. Чтобы родителям там угодить или, не знаю, на всякий случай: пускай, мол, будет. Хотя случая этого в жизни твоей так и не наступило, и готов отдать руку на отсечение – не наступит никогда. Тебе осталось лишь устроиться на ненавистную работу по нелюбимой специальности из одного лишь страха: к старости остаться без пенсии, как все делают. И всё – полноценная ячейка общества! До конца своих дней ты будешь ненавидеть, презирать себя, замечать лишь серость и существовать от выходного до выходного.

– То есть ты хочешь сказать, что вся образовательная система – лажа, никому не нужная?

– Послушай, Тёмыч, я не доучился год в одном из престижнейших московских вузов. Один год! Я неплохо учился, не испытывал нужды в деньгах – всё оплачивала мать с военной пенсии отчима. Однако меня, наконец, озарило: сколько времени я потерял! Но лучше поздно, чем как у тебя. Я бросил учёбу. За год до диплома, чтобы не потерять ещё и его. Запомни, брат, нет ничего более фиктивного, чем образование. Если бы я больше читал в детстве, непременно подкрепил бы сейчас свои слова каким-нибудь литературным примером…

Тёма как раз читал много, сколько себя помнил. Ему захотелось это продемонстрировать:

– Вот Холмс, к примеру, утверждал, что человеческий мозг – это пустой чердак, который каждый может набить по-своему. Дурак тащит херню всякую. Умный же не может позволить себе допустить, чтобы полки были заполнены бесполезным хламом. Или же, что ещё хуже, чтобы ценная информация оказалась запрятана так далеко, что её попросту в нужный момент никак не добыть из-под ненужных фактов. А потому хранить на своём чердаке следует только самые необходимые вещи.

– Точно! Чердак! Как верно сказано. Вот я свой и обустраиваю, как мне нужно!

– Прикинь, – продолжал Тёма, – мужик заморочился и описал в своей работе, как отличить по меньшей мере 140 сортов табака по пеплу! Умный дядька был. При этом, правда, не знал, что земля вертится вокруг солнца, а не наоборот…

– Как про меня стелешь! Я даже больше скажу: не сомневаюсь, только благодаря тому, что этот твой дядька не захламлял ненужными вещами себе голову, он и стал таким умным и известным! И я всего добьюсь! – блаженно заключил Меньшиков, жутко довольный выводом, к которому они с Тёмой пришли в разговоре.

– …так вот представьте себе человека, – всё вещал со сцены голос молодого миллионера, – который, когда его вышвырнули на улицу, тратит только что взятый кредит на аренду элитного жилья и дорогущий вискарь, вместо того чтобы пустить деньги в дело и снова встать на ноги! Представили? Он, конечно, мог снять простенькую хрущёвку, но уже брезговал. Привык к роскошному интерьеру, не смог себе отказать. И вот идёт наш герой с утра в сортир и прекрасно понимает, что теперь ещё в большей жопе, чем вчера вечером, пусть и срёт он пока всё ещё в «золотой унитаз». И это он сам себе такую ситуацию создал! По собственной прихоти. Что люди делают в подобном случае? Как бы вы поступили? Вот сидит наш Димас на очке в своей элитной квартире и размышляет: у него ни денег, ни работы, а теперь ещё и кредит гасить. А Дима законопослушный гражданин. Долг вернуть для него – дело чести! Как вам такой стимул? Полная задница? Чем не мотивация? Тут ставки высоки, ошибиться нельзя! Либо найдёшь, как выпутаться, либо назад в деревню, к родителям, с испорченной кредитной историей и коллекторами на хвосте. А вы порой годами не решаетесь оставить осточертевшую работу ради собственного дела. Ведь там же стабильность, пенсия! И продолжаете проглатывать унижения от конченого начальника. Но что же делает Дима? Он начинает думать по существу: как быстро заработать денег? Конечно, спекуляцией! А что нужно для успешной перепродажи? Капитал? Да нет, он же продавец, пускай клиент платит! Что-то производить самому? Иначе где брать товар для реализации? Тоже нет. На производство ещё больше бабла потребуется! Что же нужно тогда? Да идея повыгодней, только и всего!

– Слушай, Санёк, – как-то странно зашептал другу в самое ухо Тёма, – я порой боюсь мыслей, появляющихся в моём чердаке. Иной раз в нём рождаются такие идеи, которые сделали бы меня гораздо богаче, чем сейчас. Но они… как бы это сказать… не совсем законные. Чёрт, да они совсем незаконные! – тут голос у парня предательски дрогнул, но Меньшиков всем видом демонстрировал такую учтивую заинтересованность, что ему захотелось договорить. – Как бы сказать, иногда я отчётливо вижу, как можно совершить то или иное приобретение, самому при этом ни с чем не расставаясь. Другими словами, захватить, украсть, нажиться за чужой счёт, обмануть! Я никогда, разумеется, не преступал закон, но часто в подобных случаях я начинаю размышлять: а что, если бы я совершил деяние, которое родилось в моей голове? С какими трудностями мне бы тогда пришлось столкнуться? И есть ли возможность обойти эти трудности? Смог бы я их миновать? Самое страшное, Санёк, что когда я начинаю искать пути решения возможных проблем в случае потенциального совершения предполагаемого преступления, я начинаю их находить! Проще говоря, я вижу, как нажиться преступным путём безнаказанно! А я не хочу быть преступником! Даже разговаривать об этом стрёмно! Я хочу зарабатывать честно! Разбогатеть своим трудом, своими мозгами. Заниматься открыто благотворительностью, чтобы люди не задавались вопросом: «Где это он столько наворовал?» Чтобы спать и не бояться каждого шороха в ожидании, когда за тобой придут…

– Вот уже и логическая цепочка начала выстраиваться в Диминой голове, – всё вещал голос со сцены. – Итак, ниша нужна действенная для скорого заработка. Раз деньги нужны здесь и сейчас, значит, ещё и сезонная, скорее всего. Вроде извилины зашевелились… Для чего сейчас сезон? Вроде до всего ещё рано. Купальный сезон не открыт. Жары нет, чтобы что-то холодное продавать, освежающее или отбрасывающее тень. Что-то зимнее продавать, согревающее или годное для зимних видов спорта – тоже время не подходящее. Пока одни только «ещё», а не «уже». Думай, Димон! Сельскохозяйственные посадки не начались ещё, рановато… Кстати! Сельское хозяйство! Это же в Москве не начался сезон, южнее-то уже наверняка сажают вовсю! И действительно, Google подсказал, что в Воронеже посадка картошки в самом разгаре. Что ж, уже что-то. Как там картошка растёт? Сажаем, поливаем, удобряем… Удобряем! А что, если удобрений Воронежу продать? Удобрений, правда, пока нет, надо найти… Дима отыскал несколько воронежских фирм, занимающихся производством удобрений и, обзвонив их, определил самую дешёвую. Однако стоимость 2 800 рублей за тонну всё ещё не устраивала молодого человека…

– Согласен с тобой! – Меньшиков по-дружески похлопал по плечу распереживавшегося друга. – Разумеется, мне тоже глубоко безразличны беззаконные способы наживы. Мы что с тобой – бандиты какие-нибудь? Но позволь выразить небольшой протест с тем, что ты не хочешь об этом говорить. Времена политических репрессий миновали, и поэтому не понимаю, почему мы не можем в шутливой беседе обокрасть парочку-другую банков или других учреждений и весело посмеяться над этим? Это же всего лишь несерьёзный диалог. Вот ты любишь читать – как бы родилось, скажи, пожалуйста, к примеру, «Преступление и наказание», если бы к наказанию автор не придумал ещё и преступление для главного героя? Не было бы тогда знаменитого произведения! Тебе тогда нечего было бы читать! Кроме того, раз уж эти твои мысли настолько гениальны, насколько это чувствуется из твоего описания, почему бы не выудить из них всё самое лучшее и не использовать уже в каком-нибудь честном и совершенно легальном бизнесе? Ведь это может явиться весомым преимуществом перед конкурентами.

– Как можно найти в воровстве или другом преступлении что-то хорошее?

– Не хорошее, а полезное! И не в самом преступлении, а всего лишь в беседе о нём… в беседе об его исполнении. Чтобы поискать что-то, что можно и в честном бизнесе применить. Что с удовольствием делал бы каждый, но никто об этом просто не догадался. Никто, кроме нас с тобой! – Сашка хитро прищурил свои заплывающие тяжёлыми веками глазки так, как делал это, когда называл мыльные пузыри «уникальными» в день их с Тёмой знакомства…

– …договорившись с поставщиком, парень начал искать покупателя, обзванивая воронежских фермеров. По второму номеру телефона Диму хоть и не послали откровенно, как в первом случае, – по-прежнему вёл свой монолог основатель «СП» со сцены, – но тоже ответили категоричным отказом. На этот раз беседа свелась к тому, что потенциальный покупатель сказал: «Я подумаю». Дима прекрасно понимал: слово «подумаю» на языке купли-продажи значит «не куплю». Осознавал также и то, что это не клиент – жмот, это он не смог доказать клиенту состоятельность предложения. Дима взял небольшую паузу, чтобы сосредоточиться и собраться с мыслями, как вдруг зазвонил телефон. И кто его набрал! Это был тот первый дядька! Он извинился и даже оправдываться стал за свою резкость. А после перечислил все свои страхи и возражения, которые с успехом и закрыл Дима. Парень привёл такие условия сделки: упомянув о динамике повышения цен с приближением сезона к своему разгару, конечно, предложил скидку за особо крупный заказ, что, впрочем, классика. Но что самое важное, обозначил систему штрафов за каждый час опоздания его продукции до покупателя. То есть предложил особенные условия, о которых никто больше не додумался! Выгодное предложение в совокупности с харизматичностью молодого продавца привели к тому, что клиент согласился закупиться, не обратив внимание на то, что вообще-то цена превосходила рыночную в полтора раза! Дожала его новость о бесплатной доставке, которую Дима мог себе позволить, поскольку поставщик обязался самостоятельно доставить товар. А десятипроцентная скидка за «особо крупный заказ» была совершенно не критична из-за изначально завышенной цены. Парень, не выходя из дома, не вложив ни единого своего рубля, продал девять вагонов удобрений, заработав на этом почти столько же, сколько поставщик, не имея при этом ни своего производства, ни рабочих, ни должной техники! Кто-то скажет – хитрый спекулянт. Мы же с вами знаем – сильный продажник!

– Хорошо, поделюсь с тобой одной мыслью, которая пришла мне уже здесь в Москве, – неуверенно начал свой рассказ Артём, как будто всё ещё сомневаясь, надо ли вообще придавать огласке подобные вещи. – Но условие: поговорили и забыли!

– Разумеется! – с готовностью горячо отозвался Меньшиков.

– Только не думай, пожалуйста, что я придумал, как обнести какой-нибудь банк или казино. Расскажу тебе маленькую уловку, после которой, как мне кажется, ничего не будет, кроме кое-какой денежки в кармане. По приезде в столицу я в какой-то момент понял, что и возможности здесь иные. Я хочу сказать, что тут реально провернуть то, чего никогда не удастся совершить в провинции, поскольку люди в мегаполисе находятся в изобилии возможностей, как в тёплой ванне, а в любую такую деятельность, какой бы культурной или благой она ни была, можно запихать некоторую хитрость. Москвичам повезло, у себя в столице они могут овладеть такой профессией, прикосновение к которым мне в моём крохотном городке на севере страны лишь снилось в счастливых снах. Взять кинематограф: в Москве ведь столько образовательных учреждений, где обучают этой интереснейшей деятельности! Только представь, ты можешь выучиться, получить диплом об образовании, а после всю свою жизнь заниматься любимым делом! При этом все смотрят на плоды твоих усилий, обсуждают, восторгаются тобой! И плевать, что это стоит бешеных денег. Я, к примеру, не сомневаюсь ни на секунду – будь у меня необходимая сумма, отдал бы её за такое образование, не задумываясь! Или писательство! Не важно, в каком стиле: публицистическом, художественном или другом. В Москве как будто это реально, до всего можно прикоснуться. И поверь, Санёк, люди, что грезят любимым делом, одержимы своей мечтой до фанатизма! И обмануть их ничего не стоит… не потому что они глупы, а потому что слепы на пути к своей мечте и не хотят верить, что их обманывают, даже если заподозрят что-то. Они сами отгораживаются от истины. Воспринимают происходящее не как сомнительное действие, а как шанс, ниспосланный свыше, за который следует зубами цепляться, поскольку такое бывает один-единственный раз! Взять, опять же, меня. Иной раз я на 99% уверен в обмане, но всё равно наступаю на предложенные грабли, поскольку, во-первых, только так могу проследить предложенную хитрость, тонкую человеческую мысль от начала и до конца. А во-вторых, я, как и прочие, тоже верю в этот 1%, который остаётся…

Так вот, представь, что ты, находясь в Москве – городе неслыханных возможностей, всею душой желаешь хоть каким-то образом быть причастным, допустим, к какого-то рода копирайтингу. Ну, нравится тебе статьи писать, или памфлеты, или стихи. Мечтаешь стать журналистом, или писателем, или поэтом. Ты живёшь себе со своей мечтой, читаешь новости о современных писателях или журналистах в интернете, следишь за их творчеством, ждёшь выхода новых книг или статей. Как вдруг на одном из сайтов подобной тематики тебе попадается реклама, сообщающая о том, что серьёзная компания ищет молодых авторов для постов своего сообщества. Или даже нет! Всё ещё проще: где-нибудь на крупном ресурсе размещаем объявление об открытой вакансии наборщика текста. Во, точно! Работа на дому, работа не пыльная. Платят немного, это для реалистичности, но есть возможность попасть в штат на серьёзную журналистскую деятельность. Казалось бы, кто авторов когда набирал подобным образом? Даже просто текст на клавиатуре набирать. Но с другой стороны – как же хочется попробовать себя в творческой деятельности! Поверь, во внутренней борьбе рассудительности и авантюризма почти всегда верх берёт последнее. Я знаю, по себе сужу. Кроме того, ну что я потеряю, если оставлю на сайте свою заявку? Я же не дурак – сразу пойму, что меня разводят в случае чего и пошлю их на хер. Чуть только речь пойдёт о какой бы то ни было оплате с моей стороны, сразу заднюю включу. Всё. Однако я уже выказал интерес своей заявкой, уже попался, уже обречён быть обманутым, теперь дело за малым. С этого момента успех предприятия зависит лишь от уверенности переговорщика на другом конце провода. Хотя нет, даже звонить не надо, это ж стрессовая ситуация. Всё решаем в переписке по почте. Отсутствие уверенности в себе, кстати, это единственная вещь, которой недостаёт мне, чтобы теоретически я был способен совершить подобную глупость. Впрочем, есть ещё совесть и человечность. Они-то точно не позволят обжечься.

Итак, что мы делаем. Давай ещё раз сначала: на досках объявлений в инете размещаем вакансию следующего содержания:

«Требуется наборщик (даже лучше переписчик) текста или копирайтер для работы с печатными проектами. Требования: базовые знания Word, высокая скорость набора текста, грамотность, ответственность, наличие домашнего компьютера и доступа к интернету (к электронной почте). Опыт не требуется. Занятость свободная. Оплата достойная».

Указываем мыло², куда писать соискателям. Откликнувшимся присылаем ответным письмом подробности вакансии. Это письмо – самое главное. Оно должно быть крайне убедительным. Его следует проработать до мелочей, предусмотреть все возможные трудности. Чтобы у откликнувшегося возникло минимум вопросов, чтобы он проникся доверием к нам. Поэтому вся инфа в письме должна быть максимально подробной. Перечисляем требования. Они очень просты, чтобы любой подошёл: какую программу потребуется установить для работы, в каком формате сдавать файл с выполненным проектом, каким шрифтом пользоваться и прочее. Далее жирно выделяем способы получения заработной платы. Это ж всех и интересует в первую очередь. Тут в детальности описания вообще не должно быть рамок. Тщательнейшим образом разжёвываем, каким способом собираемся переводить деньги за работу, хоть и вовсе не собираемся этого делать. Какой труд сколько будет стоить, можно привести пример для наглядности.

Перечисляем, какие данные потребуются, в случае если наша вакансия заинтересовала обратившегося: ФИО, контактный телефон и т. д.

И в конце самое важное. Невзрачненько так указываем, что последнее, что требуется, это оплатить страховой взнос. Это и будет наш заработок. Следом за этим пунктом подробнейшим образом расписываем, что такое «страховой взнос». Что, мол, это гарантия заказчика, которому важен дедлайн выполнения его заказа, что это страховка нашей компании от недобросовестных исполнителей, что этот взнос возвращается с заработной платой за первый же проект.

Вот и всё. Ещё можно описать, как именно оплатить страховой взнос, и сразу представить некий список заданий, которые сейчас в очереди. Ещё попросить прислать фотографию оплаты страхового взноса. Для реалистичности. Но сделать это лучше уже в последующей переписке, не в первом письме. Всё так же – для правдоподобности. Сам этот страховой взнос не должен быть крупным. Чтобы, во-первых, даже если у соискателя после нашей подробной вакансии остались сомнения, он думал: «Да чёрт с ними, с этими, – там, условно, – тремястами рублями, не обеднею. А вот если не попробую – буду жалеть». А уже когда попался на развод, думал: «Да и чёрт с ними, с этими тремястами рублями. Теперь что-то выяснять – себе дороже. Не стоит это затраченных нервов». Но даже если кто-то решит заморочиться и написать заявление, у него же ничего на нас нет, кроме электронного адреса, регистрируя который, мы даже телефон свой указывать не будем.

Меньшиков немного помолчал. Его заплывшие глазки смотрели на Тёму, не моргая.

– Я не говорил тебе, что никогда раньше, до нашей с тобой первой встречи, не подходил на улице знакомиться к левому мужику? Я думаю, в твоей голове хранятся гениальные идеи. И тогда, в день, когда мы познакомились, я это почувствовал!

– Мы оба понимаем, что ты преувеличиваешь, – скептически заявил Артём, слегка, впрочем, покраснев. – Да, с юридической точки зрения уличить нас будет крайне непросто, но с нравственной стороны это подлый обман с мерзкой целью лёгкой наживы! И мы не станем заниматься подобной грязью!

– Ну конечно! – встрепенулся Меньшиков так горячо, что даже подскочил на месте, оторвав пухлый зад от своего пуфа.

– Вот вы где! Идём! – дальнейшие действия развивались столь же стремительно, сколь и неожиданно. К Тёме со спины подлетела худенькая девушка с забранными в тугой конский хвост крашеными белыми волосами. – Быстрее же, нас уже заждались!

– Кто вы? – Артём по обыкновению одеревенел от такого близкого нахождения к женщине и затрясся всем телом. В нестандартных ситуациях он не мог контролировать своего панического состояния.

– А в чём, собственно, дело? – моментально включился в происходящее Меньшиков, цепко схватив друга за локоть и мягко, но настойчиво потянув на себя.

Девушка в строгой блузке и обтягивающей юбке до колена удивлённо вскинула татуажную бровь:

– Максим Сергеевич уже 10 минут как должен быть на сцене.

Артём почувствовал некоторое облегчение. Его всего лишь с кем-то перепутали! Но страх уже проник глубоко в сознание, а адреналин наполнил кровь, от чего парень только и мог, что беззвучно хватать воздух широко открытым ртом.

Паузу, конечно, заполнил Меньшиков:

– А вы не пробовали задаться вопросом: почему Максим Сергеевич уже 10 минут как опаздывает со своим выходом, хотя должен давно находиться на сцене? – Сашка, напротив, вёл себя максимально уверенно. Едва ли кто-то мог так реалистично возмущаться несуществующим вещам.

– Что-то случилось? – лицо девушки стало наполняться тревогой.

– Как? Вам ещё не сообщили?! Он же… Максим Сергеевич сломал себе челюсть! Прямо по дороге сюда, в ДТП. Взгляните на его лицо, – Меньшиков указал на физиономию друга, которая и впрямь от испуга и негодования выглядела жутковато, только что крови в уголках рта не хватало или гематомы во всю щёку. – Он не то чтобы спикерствовать – коктейль молочный через трубочку едва ли втянет!

– О боже, да вам же в больницу надо!

– Мы не могли подвести вас, – Сашка снисходительно прикрыл глаза, – какой бы уважительной ни была причина.

– Да плевать на спикерство и договорённости, когда дело касается жизни или здоровья нашего ведущего маркетолога! Вообще – человека!

– Какие ещё договорённости? – рявкнул Меньшиков так, что его собеседница даже вздрогнула от неожиданности.

– Нет-нет! Говорю же: пиарить Максима Сергеевича позже будем, время ещё есть. Сейчас срочно в больницу!

– Разумно. Договорённости договорённостями, но когда человеку чуть пол-лица не снесло, о каком сотрудничестве может идти речь?

– О господи, разумеется! – преисполненная жалостью, девушка закрыла ладошками нос.

– Послушайте, Максим Сергеевич только на днях нанял меня своим ассистентом, поэтому нас ещё не успели познакомить, как вас зовут?

– Кристина.

– Очень приятно, Кристиночка, я Александр. Давайте-ка с вами обменяемся номерами телефонов и поговорим о делах несколько позже. Максим буквально за минуту до вашего прихода жаловался мне на головокружение и тошноту, как бы сознание не потерял…

– Конечно-конечно, пишите номер! И мне наберите сразу, я тоже вас запишу, Александр! – от волнения у Кристины даже руки затряслись. – Вы на авто?

– На такси.

– Сейчас позову кого-нибудь из наших, они выделят вам машину с водителем!

– Будем признательны, – сдержанно поблагодарил девушку Меньшиков, с удовольствием предвкушая халявное возвращение домой. – Пихай в рот! – как сумасшедший, закричал он уже Тёме, сразу как Кристина в спешке скрылась из виду.

Он достал несколько «барбарисок», которые горстями валялись в его карманах, и лично стал помогать вставлять их прямо в фантиках за щёку другу, с силой оттягивая другой рукой его нижнюю губу.

Кристина отсутствовала всего несколько минут. Едва только Сашка успел извлечь пальцы из Тёминого рта, протолкнув ему за щеку последнюю конфету, как девушка тут же объявилась, озабоченно что-то щебеча, да кому – одному из основателей «Современного Предпринимательства»!

– Кристина толком ничего не объяснила, – заговорил он спокойным, даже подчиняющим голосом, – только верещит, как клаустрофоб в застрявшем лифте. Но основную мысль я уловил. Свяжемся с вами позже. А сейчас вас ждёт автомобиль с водителем. Он доставит вас в любую больницу Москвы. Да вы опухать начали… Травма серьёзная. Не стоит больше терять время.

У Артёма от зрительного контакта с успешным человеком совсем ноги отказали, и он повис на Сашкиной руке. У того аж пот проступил от нагрузки. Соучредитель «СП» источал столько самоуверенности и решимости, что дрогнул даже Меньшиков. Ещё вчера он отдал бы многое за такой разговор. Сейчас же робко и глуповато кивал, на всё соглашаясь. Одно дело – наивную помощницу водить за нос, и совершенно другое – проницательного бизнесмена.

Но вроде обошлось. Никто не заметил подвоха. В машине ехали молча. Тёма отходил от шока. Меньшиков боялся выдать себя водителю, который, несомненно, был знаком с основателями «СП» и мог раскрыть им его хрупкую ложь в случае, если он сболтнёт лишнего.

Заговорили, лишь когда вышли у одной из столичных больниц недалеко от дома, где снимали жильё.

– Что это было? – тихо, почти шёпотом начал всё ещё бледный Артём.

– Спокойно! Сейчас всё объясню! – ободряюще положил свою руку на плечо другу Сашка. – Только не торопись осуждать меня, дружище. Итак: ты, наверное, успел понять, что тебя перепутали с каким-то талантливым инфобизнесменом? Конечно успел! До меня же просто немножечко быстрее дошло осознание того, насколько редкий и уникальный случай нам предоставился.

– У меня таких мыслей не было! И никогда не появилось бы – выдавать себя за другого человека! – парень возмущался, чуть не плача.

– Послушай, братиш! Разве стал бы я совершать что-либо бесполезное для тебя? – Меньшиков сжимал плечо друга всё сильнее. – Посмотри на меня! Видел ты возле меня ещё кого-то за то время, что мы знакомы? У меня же, кроме тебя, никого нет! Ты дорог мне! – Сашка сделал паузу, не сводя взгляда с широко распахнутых неморгающих Тёминых глаз. – Я знаю, что делаю, верь мне!

И Тёма поверил.

– Что нам теперь со всем этим делать?

– Тебе не о чем волноваться, – Меньшиков заговорил ещё мягче, – мы стали с тобой только что даровитыми бизнесменами, как и мечтали! Да, трудности непременно возникнут. Да, произойдёт это совсем скоро. Да, местами будет непросто, но как не попробовать, скажи? Что нам терять? Тебе есть? Мне – нет! Даже если облажаемся – ну и что? Обрастём опытом и связями! Это наш счастливый билет!

Артём всё ещё колебался:

– Я не знаю… мне страшно, Санёк…

– А мне нет! Мне не страшно за двоих! Мы встретились неслучайно, брат, я не брошу тебя!

– А вдруг он найдётся? Ну, тот – с кем меня перепутали?

– Вот! Это уже разговор по существу. Давай всё обсудим. Итак, что мы имеем? Талантливого бизнесмена, которого нам предстоит изображать, зовут Максим Сергеевич. Это уже кое-что! Есть что в гугл вбить! А уж он-то расскажет нам, кто такой Максим Сергеевич так подробно, как только мы пожелаем. Гугл мудрый!

– Как виски… и тоже умеет раскрывать секреты.

– Что?

– О, не обращай внимания, просто что-то вспомнилось из «Мартина Идена»³. Похоже, сказал вслух. Извини, что перебил.

– Ясно-понятно. Так вот, нам также известно, что у Максима Сергеевича существуют договорённости с «СП» об его пиаре. Можно точно утверждать, что договорённости эти основываются на взаимной выгоде, иначе такая компания, как «Современное Предпринимательство», даже и разговаривать бы с Сергеичем не стала. Тут, конечно, инфы маловато для того, чтобы не попасть впросак. Было бы здорово узнать, в чём, собственно, заключается сотрудничество. Что нужно будет делать Сергеичу, то есть тебе, – Тёма тяжело вздохнул. Меньшиков предпочёл не заметить и невозмутимо продолжил: – Это и предстоит выяснить: какую выгоду преследует «СП»? Что они потребуют от нас за пиар? Осилим ли мы эту плату? Информация нужна нам уже сейчас. Пока, увы, мы знаем крайне мало. Но у нас есть Кристиночкин номер телефона! Однако это уже мой головняк, брат, мой выход из «зоны комфорта», ты и так сделал сегодня очень много, спасибо тебе!

– Да что же я сделал такого? Наоборот, чуть не обосрался… – смущённо констатировал Тёма.

– Нет-нет, не говори так! Что ты сделал? Ты со мной заодно! – молниеносно, с чувством отозвался Сашка. – К тому же ты весьма убедительно молчал, мужик. Это тоже талант! Кроме шуток! – добавил он с едва заметной улыбкой на добродушном лице.

Глава 2.1. Меньшиков

Здравствуй, уважаемый читатель! Это я, Артём. Изначально я задумывал написать свою историю в виде одних лишь диалогов нескольких людей. Но, работая над этой книгой, в какой-то момент мне захотелось обратиться к вам от первого лица. Сразу оговорюсь: я знаю цену времени, вижу, каким динамичным стал мир. Я знаю это по себе – пролистывая стенку какой-нибудь социальной сети, к примеру, я всячески избегаю громоздких текстов. Чтение не должно отнимать много времени, поэтому здесь я не пускаюсь в длительные рассуждения или подробные описания, а просто собрал все самые ключевые, судьбоносные, переломные события, произошедшие со мной в описываемый период времени. Воспользовался хемингуэевским стилем изложения: без подробных описаний и украшательств. Ничего лишнего.

Однако эта глава будет выглядеть иначе. Сначала не планировал вести повествование от своего имени, но потом понял, что мне это нужно. Чтобы выговориться. Таких глав будет несколько. В них я откровенно поведаю вам всё, что действительно думаю о тех людях, с которыми мне тогда довелось иметь дело. Эти главы я пронумерую особым образом, словно они просто дополнения к предыдущим главам (этой, к примеру, присвоим номер 2.1). На основную сюжетную линию они, в общем-то, никак не влияют, но я очень прошу вас подарить им немного внимания. Без них наша история будет не совсем полной.

И прежде считаю необходимым рассказать, конечно, о Меньшикове… Хотя нет, в первую очередь, пожалуй, нужна пара слов о себе, как бы мне ни хотелось избежать этого. Если уж взялся откровенно излагать о других людях, то не следует скрывать и своей личности.

Итак, меня зовут Артемий. Артём, Тёма – так привычнее. Где родился? Точного места не скажу. То, о чём повествует эта книга, – не геройство вовсе. Зачем моему маленькому городку, настолько милому сердцу, подобная слава? Сообщу лишь, что родился на севере европейской части России, в глухой глубинке. Вся жизнь моя сводилась к выживанию. Нет, не потому что мои родители были малообеспеченными или их не было вовсе, совсем не поэтому. Отец и мать всегда любили меня, зарабатывали достаточно и воспитывали меня, как умели. Выживание моё носило иной характер, это было выживание в обществе. Дело в том, что я всегда и везде: в детском саду, у себя во дворе, в школе и училище, на редких вечеринках, в личной жизни, в общении со сверстниками или старшим поколением, с девушками и парнями, детьми и стариками – абсолютно во всех случаях я оставался жалким неудачником и жутким трусом. Иные неудачи были настолько унизительными, что и смена города, пожалуй, не спасла бы. Хотите подробностей? Подумаю. Может, и вставлю в книгу между диалогами… Но эта глава не обо мне, а о Сашке Меньшикове – моём единственном друге за всю жизнь. Так было тогда, так остаётся и впредь…

Александр Меньшиков. Это его настоящие имя и фамилия. Он гордился ими и, кстати, без преувеличения целиком их оправдывал! Точно так же, как и беспрекословный пособник будущего императора, так удачно, по одной из версий, проникнувший однажды в немецкую слободу на запятках Лефортовой кареты, мой Меньшиков тоже имел нескончаемый запас энергичности и не признавал никаких рамок на пути к достижению поставленной цели.

Сашка являлся единственным человеком, с которым я не чувствовал себя не в своей тарелке. Даже с родителями я не был так близок. Таких тайн и подробностей из своей жизни, а их было не мало, поверьте, я не рассказывал никому ранее! А уж сколько новых событий и впечатлений мне довелось пережить вместе с Меньшиковым! Думаю, сейчас уже могу так сказать: Сашка оказался первым, кто начал относиться ко мне действительно с уважением – по-настоящему. И я привязался к нему.

И всё же я и боялся его тоже. Нет, Меньшиков никогда не давал повода, не подумайте! Не угрожал мне и не оскорблял меня. Не высмеивал мои многочисленные недостатки и не шантажировал. Я боялся, что однажды он просто кинет меня. В самый болезненный для самолюбия момент. Использует и выбросит, как повзрослевший ребёнок свою любимую в прошлом куклу. Этого я боялся панически, маниакально! Никогда я не верил людям. Слишком часто они причиняли мне боль и выставляли на посмешище. Мне всегда казалось, что и Сашка не станет исключением, и когда-нибудь я окажусь ненужным и для него.

Характер Меньшикова был крайне вспыльчив, хотя по первым главам нашего с тобой повествования, читатель, этого и не скажешь. С той поры, когда мы с ним продавали «уникальные мыльные пузыри», нам довелось обзавестись большим количеством различных знакомств. С кем-то он вёл себя нагло, с кем-то – враждебно, с кем-то – откровенно агрессивно! С женщинами – преимущественно властно, пренебрежительно и свысока. Особенно тогда, когда положение и толщина кошелька позволили ему так себя вести, не получая за то упрёков и ответных выпадов.

Если того требовала ситуация, Сашка реалистичнейшим образом лицемерил прямо в глаза оппоненту. Вы даже представить себе не можете, сколь часто его актёрская игра и ложь снимали нас с края пропасти! Но никому и никогда Меньшиков не льстил так ласково и дружелюбно, как мне. И, чёрт, всякий раз он убеждал меня, что говорит искренне!

Да, кстати, рассказывая о себе, коль скоро я вывалил вам все свои недостатки, упомяну также и о преимуществах, они тоже были! Как минимум одно – стремление к саморазвитию. Например, ещё школьником я уже мог правильно подобрать лечение мучившемуся страшными болями в спине отцу, которое ему помогало больше, чем то, что назначали в местной больнице. Для этого я проштудировал гору информации о невралгии, противовоспалительных препаратах и витаминах. Я смертельно боялся заговорить с любой девчонкой, но совершенно спокойно делал внутримышечные инъекции. Или однажды наступил период, когда я увлёкся микологией. С того момента мы с матерью иногда начали выбираться погулять по лесу, потому что теперь было кому проверить после прогулки её корзинку на наличие поганок. Я неплохо развил свою память. В любой области, какую бы ни затрагивал, я добивался существенных успехов. Даже в своём образовании, которое я не считал интересным и получил его лишь в силу отсутствия какого-то большого выбора специальностей в наших краях, смог достигнуть неплохого профессионального уровня.

Что же до Меньшикова – Сашка вовсе не был глуп, но он крайне избирательно относился к приобретению знаний. Далеко не всякая информация заслуживала его внимания. Меньшиков действительно тщательно подбирал сведения для изучения, словно считал свой мозг съёмным носителем и боялся, что в самый неподходящий момент память на нём может закончиться. Он был сведущ во многих полезных вещах. Прочитал множество книг о маркетинге и программировании. С интересом и скрупулёзностью изучал способы рекламы в интернете, а также механизмы создания и продвижения сайтов. Но, вместе с тем, он совершенно не разбирался в географии или биологии. Искренне считал, что в Индии живут индейцы, а кофейные зёрна добывают в Италии, раз на пачках с кофе написано, что он итальянский.

А вот в чём Сашке действительно не было равных, так это в его любви к кинематографу, в котором он превосходно разбирался! За всё время нашего знакомства мне не удалось вспомнить и назвать ни единой экранизации, которую бы видел я, но в то же время не видел он. При этом в обратную сторону существовал миллиард примеров!

Ещё Меньшикову претили общественные нормы и правила приличия. Но если первое совершенно его не беспокоило, то со вторым всё было не так однозначно. Случалось, Сашку задевало собственное невежество. Это могло мотивировать его на весьма впечатляющие действия. Так, однажды в период нашей общей депрессии и физической истощённости от изнурительной работы, когда мы ещё таскались с баулами различного китайского ширпотреба по электричкам, когда мы оба крепко подсели на лёгкий алкоголь, который употребляли в большом количестве по завершении каждого рабочего дня, я в разговоре сравнил нас с Иденом и Джо в их прачечной. Что нам, как и им, стоит бояться даже не столько рождающейся в нашем подсознании зависимости, сколько нравственного падения и умственной деградации, утраты решительности и активной деятельности. Следует понимать, что после каждого нового раза, когда мы с ним пытаемся утопить на дне стакана с дешёвым пивом любую новую трудность, ожидание того заветного состояния будет становиться всё нестерпимей и томительней, а иллюзия отсутствия проблем – всё реалистичнее. Мы рискуем стать пленниками собственного самовнушения, что всё важное успеем сделать и завтра. А пока пусть побудет праздно и приятно. Меньшиков аллегории не понял, поскольку не читал Лондона, но смысл сказанного проник глубоко в его мозг, потому что отныне всякий хлам по электричкам мы больше не продавали и перестали пить в будни.

Лжи Меньшикова, наверное, следовало бы посвятить отдельную главу. Врал он всем. Сашка любил и умел это делать. В том числе и мне. В будущем, когда круг моего общения выбрался далеко за рамки нашей с ним пары, в большой компании он обожал травить байки. Россказни свои он не стеснялся присваивать как себе, так и своим многочисленным якобы коллегам, друзьям, родственникам, существование которых было никак не проверить. И всегда он упрямо доказывал до потери пульса, что это чистая правда, смертельно обижаясь, когда ему не верили. Однако Сашка порой так завирался, что ложь его было несложно вычислить по банальному несовпадению фактов и хронологии событий.

Приведу один пример. Меньшиков однажды заявил, что он неоднократно сидел, и первая его ходка случилась во времена, когда он был стройным и по-спортивному подтянутым, тогда он жил с одной очень привлекательной особой. Они посвящали много времени друг другу, любили вместе гулять поздними зимними вечерами. Как-то на одной из таких прогулок настроение у обоих было игривое, молодые люди начали баловаться, бросались снежками, валялись в снегу. Как раз в этот момент мимо проходил наряд патрульно-постовой службы. Сотрудники, со слов Меньшикова, восприняли происходящее как разбойное нападение на девушку, Сашку скрутили и затолкали в полицейскую машину. Никакие объяснения не помогли, невинную жертву отправили в отделение, а после упекли на 15 суток за административное правонарушение. Даже если не брать во внимание тот факт, что в задержание двух трезвых адекватных людей, которые оба утверждают, что баловались, верится как-то с трудом, вопросы, помимо этого, возникают и по другим обстоятельствам «дела». Просто если вычесть из возраста Меньшикова всё то время, которое он провёл за решёткой (а это по Сашкиным горячим заверениям был лишь первый, самый безобидный эпизод), то получалось, что сожительствовать с той девушкой Меньшиков начал лет в 13—14. Я уже не говорю о том, что совершенно не представляю Сашку спортивным и подтянутым. Но его все эти несовпадения абсолютно не смущали.

Из-за этой лжи, кстати, до конца не ясной для меня оставались и его биография, интересы, прошлый круг общения. Дело в том, что в разных компаниях, чтобы подстроиться под определённых собеседников, и, если это по каким-то причинам было выгодно ему, Сашка по-разному рассказывал о своей жизни и увлечениях. Так, к примеру, если мы находились в окружении молодых инфобизнесменов, в кругу поколения «next» – фрилансеров и маркетологов, которые считают, что продать можно что угодно и кому угодно, лишь бы скрипт был толковый, Меньшиков горячо поддерживал политику агрессивных продаж, активно цитировал Парабеллума и Богачёва, делился своим опытом участия во всевозможных бизнес-инкубаторах, подолгу пересказывал, что ему удалось извлечь из общения с различными бизнес-тренерами. Если же Меньшиков вдруг оказывался среди предпринимателей старого толка, которые считали, что богатым и успешным не стать, пока «не прохаваешь это дерьмо с самого начала», не пройдёшь этот путь до конца, собственным трудом, потом и кровью, по крупице не создашь дело всей своей жизни, среди людей, которые ходят с последним айфоном, но по-прежнему на всякий случай от руки переписывают все контакты с телефона в записную книжку, тут Меньшиков перестаёт быть современным. С искреннейшей убедительностью соглашается, что «молодёжь уже не та…», что невозможно научить человека зарабатывать деньги посредствам какого-то онлайн-вебинара в интернете, что все эти бизнес-наставники со своими семинарами, коучингами и интенсивами мошенники чистой воды и что Сталина на них нет!

Но так он вёл себя только в тех случаях, когда видел для себя или меня выгоду от этого. Если же беседа носила чисто разговорный характер, без какого бы то ни было интереса с той или иной стороны, то Меньшиков мог отстаивать свою точку зрения… как бы это сказать, чтобы вы поняли, насколько это было принципиально для него: до кровоотхаркивания, до появления пены в уголках рта, до последней стадии беспамятства. Я утрирую, конечно, но порой мне казалось, что все эти определения вот-вот начнут проявляться буквально. Так обычно они спорили с Толяном – вы ещё познакомитесь с ним. В этих своих спорах они не ведали границ…

Впрочем, мы отвлеклись. Итак, биография Александра Меньшикова. Вот как мне удалось более или менее сопоставить данные о его жизни из всего, что он успел нарассказывать за время нашего знакомства. Меньшиков родился всё же, думаю, уже здесь – в Москве, хотя в день нашей с ним первой встречи упоминал Ульяновск, а в будущем ещё несколько других городов. Это моё внутреннее ощущение, проверить сложно. Родители, точнее мать с отчимом у Сашки были приезжие: мать – из Ульяновска, отчим – откуда-то из Саратова, что ли… впрочем, этого выяснить наверняка также не удалось. Школ в детстве Меньшиков сменил множество. По одной версии, поскольку являлся отпетым хулиганом и негодяем. По другой – его везде крепко обижали, и весьма восприимчивый юноша так спасался от насилия и унижений. Я придерживаюсь второго мнения. Но в присутствии Сашки – исключительно первого, за которое стоял и он. Уж очень остро и болезненно парень реагировал, когда с этим мнением не соглашались.

Учился Меньшиков плохо. Худо-бедно закончил 9 классов и поступил в колледж на разработчика программного обеспечения, хотя, когда об этом впервые зашла речь, сказал, что не доучился года в престижном вузе. Студенчество не особенно увлекало Сашку, но в то время он узнал о маркетинге и рекламе в сети. Кроме того, преподавателям колледжа всё же удалось вложить в его голову кое-какие знания программирования. Когда пришёл призывной возраст, и так далеко не худенький Меньшиков начал резко набирать вес и набрал его столько, что от армии с блеском откосил. При этом и после того, как получил белый военный билет, решительно отказывался сбрасывать лишние килограммы, перестраховываясь. В период своего совершеннолетия Санёк ушёл из дома. Трудно судить о причинах произошедшего – это была самая неприятная тема для моего друга. В этот отрезок жизни у Меньшикова началась школа жизни. Он стал скитаться по хостелам и ночлежкам, работая то грузчиком на вокзале, то дворником, то выпрашивал мелочь у пассажиров электричек возле касс. Вообще, занятий Санёк перепробовал множество. Наверное, даже я не знаю всех его профессий. Скажете: дорога в никуда? Для большинства людей – возможно, но только не для Меньшикова! У него вообще было особенное отношение к знаниям. Однажды он сказал фразу, которая навсегда врезалась в мою память. На мой вопрос – не хотел бы он всё же получить хоть какое-нибудь образование, он со смехом ответил следующее: «Знаешь, когда я, совсем ещё не старый, в своём собственном кресле своего собственного кабинета стану брать эти жалкие корочки с красными и синими обложками из дрожащих рук своих ровесников, принимая их на работу в свою собственную фирму, то буду хохотать до безумия от того, на что они потратили драгоценное время, когда можно было зарабатывать деньги».

Но отсутствие образования вовсе не говорило о том, что Меньшиков был напрочь лишён тяги к знаниям. В период своей самостоятельной жизни Сашка чётко определил увлечение всей своей жизни. Это была реклама. И уж тут-то он не жалел ни сил, ни денег. Вы бы только видели, как одухотворённо он продавал «уникальные мыльные пузыри». Как преподносил эти никому не нужные флакончики из дешёвой китайской пластмассы, себестоимость которых составляла менее 10 рублей за штуку. Меньшиков умел продавать. Он делал это легко, на одном дыхании. Сашка как-то рассказывал, что с первой же своей зарплаты побежал не обмывать её, как все делают, а в дорогой европейский бутик за шикарным строгим костюмом. Он спустил на него весь месячный заработок до копейки. А потом голодал ещё месяц до следующей зарплаты. Думаете, он пожалел о своём поступке? Ни на секунду! Как он сам говорил: «Это был один из счастливейших месяцев в моей жизни. Очень счастливый! Примерно настолько же, насколько голодный». Костюм этот открыл Меньшикову дорогу в мир маркетинга. С тех пор он старался не пропускать ни одного бесплатного семинара известных отечественных бизнес-тренеров. Все свои деньги тратил на наставничество ведущих инфо-бизнесменов и обучающие тренинги по настройке контекстной рекламы в известных поисковых системах. Следил за всеми нововведениями и трендами в мире маркетинга. При этом Сашка, вкладывая все свои сбережения в подобного рода образование, совершенно не имел с этого никакого дохода и продолжал перебиваться случайными заработками. Более того, он влез ради этого в серьёзные долги, отсюда плохая кредитная история. На вопрос же – почему он не разместит информацию о своих услугах на бесплатных досках объявлений в интернете, Сашка невозмутимо отвечал: «Неужели ты думаешь, я не уважаю себя настолько, что стану продаваться за копейки на досках бесплатных объявлений нищебродам, которые ищут всё и сразу за бесплатно? Нет, если я и возьмусь рекламить кого-то, то непременно принесу ему кучу денег. Поэтому мои услуги стоят дорого! А на еду себе заработаю и разгрузкой вагонов!»

Кстати, о физическом состоянии Меньшикова: он сам себя считал довольно крепким и выносливым. Я же останусь честным – вагонов мой друг не разгружал никогда в жизни. Да, Меньшиков готов был взяться за самую трудную, даже невыполнимую задачу. Но вот тяжёлый физический труд… это было не для него. Если бы перед Меньшиковым стоял выбор: перебрать здоровенный ящик с гнилыми помидорами, на что ушло бы не менее часа, или перенести этот ящик с места на место, что заняло бы всего пару минут, он гарантированно выбрал бы первое только потому, что для перемещения ящика пришлось бы затратить гораздо больше физических усилий. Однажды Сашка обронил фразу: «Попадись мне в руки золотая рыбка, исполняющая желания, я бы, не задумываясь, пожелал беззаботно провести эту жизнь сидя».

Сашка определённо не походил на атлета: грузный, слегка косолапый, с моментально появляющейся испариной на лбу при малейшем движении. У вас уже, наверное, сложилось впечатление, будто бы я видел в Сашке только его недостатки. Что ж, не скрою, их было великое множество. Но позвольте со всей ответственностью заявить, что я также и любил Меньшикова! Он всегда был и останется моим единственным настоящим другом.

Спросите, что в нём такого, ведь я уже столько всего наговорил о нём нелестного? Я отвечу: Сашка меня понимал. В день нашей первой встречи он сказал, что решил познакомиться, потому что разглядел во мне «диванного эксперта» вроде него самого, но тогда Сашка был со мной не совсем откровенен. Позже, когда мы с ним были уже весьма обеспечены, на одной из многочисленных вечеринок по случаю какого-то очередного нашего успеха он в изрядном подпитии признался, что заприметил меня в тот день раньше, ещё в электричке, где я предлагал пассажирам купить у меня мыльные пузыри. Я уже перестал предпринимать попытки что-то продать и сидел без настроения, так как получалось неважно. Ко мне подсел какой-то попутчик с невероятно лоснящимся, располагающим к себе лицом, и у нас завязался разговор, который Сашка подслушал. Речь шла об инновациях, контрастности и современности. О том, к примеру, что на мобильных устройствах за считанные годы исчезли все кнопки, но в то же время в тамбурах загаженных расписанных пригородных поездов всё так же накурено. А ещё мечтали, обменивались мыслями, как можно добиться успеха, доброго расположения большого города. Я объяснял тому мужику, что можно заработать признание и обеспечить себя при помощи обыкновенного токарного станка. Нужно лишь взять идею и преподнести в выгодном свете, по примеру коротышки Пончика, который вовсе не открыл существование соли и способа её применения, а только рассказал о ней в месте, где о том ещё ничего не знали. Вот взять мою профессию, к примеру, токарь 4 разряда. Не самая популярная профессия. Но что, если применить её креативно? Там, где никто ещё не догадался её применить, ну, или, если занимаются этим, то очень немногие? Например, вытачивать миниатюрные кулончики в виде гантель и штанг для тяжелоатлетов? Или в форме клюшек и коньков для хоккеистов? Украшения при этом должны быть непременно ручной работы – дешёвой китайской фигни в любом привокзальном ларьке полно. Разве не может это приносить деньги? Разве не сделает обычную, заурядную и скучную профессию делом всей жизни? Вот что привлекло Меньшикова! Мой образ мышления. Незаурядное видение, оригинальный подход, мои идеи! Не заблуждайтесь, мой пассивный характер он так же сразу разглядел по огромному баулу с нераспроданными мыльными пузырями. Разглядел, безусловно! Но решил, что его эксцентричности хватит нам на двоих…

Теперь, после всех тех событий, которые произошли с нами и о которых будет изложено ниже, я чётко осознаю, что с Меньшиковым мы идеально дополняли друг друга. Всё, чего не хватало мне, – было у него, и наоборот. Мы были абсолютные противоположности к тому же: он был отчаян, я робок; он вспыльчив, я рассудителен; он болтлив безмерно, я знал, когда следует замолчать; он деятелен, как неугасающая батарейка, я тяжёл на подъём; он был откровенно полон, моей комплекцией всю жизнь являлась нездоровая худоба. Так мы многое пережили, множество совершили поступков. Хороших или плохих? Я бы и рад написать: «Вам решать», – да понимаю, к своему огорчению, что скорее больше плохих. Но прошу вас, попробуйте отыскать в нас и положительные стороны, ведь были и они…

В заключение хочу рассказать ещё один случай, который ярко характеризует Меньшикова. Это в своё время произвело на меня огромное впечатление! За всё время нашего с Сашкой знакомства один-единственный раз к нему приехал отчим. По просьбе матери, скорее всего. Окинув нашу комнатуху взглядом, он предложил моему другу денег на хорошее съёмное жильё. Но Меньшиков, как заправский гончаровский Штольц, заявил, что принимать в гостях его с матерью он будет готов, когда обзаведётся собственной квартирой. А пока что и здесь поживёт.

Такой он – мой братан, Меньшиков.

Глава 3. Молодой инфобизнесмен

– Электричка? Да ну нафиг, Санёк! – Тёма с отвращением попятился назад, когда понял, что приятель увлекает его на платформу пригородных поездов. – Поговорить и в парке можно или в кафе, да где угодно! Зачем ползти в заплёванную электричку? Я ещё от побоев за «уникальные пузыри» не отошёл!

– Шш! – и слушать не захотел Меньшиков, невозмутимо продолжив тащить упирающегося друга вдоль красно-серого состава. – Рад, что тебе сейчас отвратно. Это выход из твоей зоны комфорта. И этому я способствовал. Горжусь собой. Я от электрички и сам не в восторге, но у нас здесь дело. Всё не зря, всё не зря…

– Ты меня вообще-то с работы выдернул! А она, между прочем, кормит не только меня, но и тебя тоже. Сколько ты уже не работаешь? Сколько мы живём только на мою зарплату?

– Ты, что ли, уже на автомойке своей зарплату первую успел получить? Я думал, мы до сих пор живём на средства, оставшиеся от «Уникальных мыльных пузырей». Можешь не отвечать, что бы ты ни сказал сейчас, особой пользы всё равно это не принесёт, – Меньшиков невозмутимо прикрыл свои наглые заплывшие глазки. – Но я-то ещё соображаю, поэтому в жопу твою автомойку, когда появляются действительно важные дела. Ты спрашиваешь: почему в электричку идём? А я отвечу: потому что это место большого скопления талантливых и сообразительных людей! Поскольку мы как молодые предприниматели в силу нашей скорой огромной занятости бесспорно будем вынуждены делегировать ряд своих обязанностей сторонним лицам, нам совершенно точно потребуется команда. А где искать её, как не в этой столь разносторонней обители?

– Какие, блин, предприниматели, Меньшиков? – не выдержал Тёма. – Нас всего раз с кем-то перепутали, а ты и губу раскатал. Завязывай уже об этой фигне вспоминать! Иди лучше работай! Хоть за хату поможешь платить.

– А вот и нет! Не фигня это вовсе! – громко перебил Тёму Сашка. – Не смей убеждать меня в несостоятельности моих идей, даже если это действительно так, и разрушать мои мечты своим унылым бесперспективным пессимизмом, – продолжил он уже шёпотом, – чуть только нытьё твоё вселит и в меня каплю сомнения – всё, цели конец! Не будет ни денег, ни славы, ни жизни… Мы друг друга поддерживать должны, а не критиковать, даже если критика только и уместна, ясно?! Нам друг на друга опираться нужно, зубами друг дружку из задницы вытаскивать! А критиков ещё батальонами будем встречать, не сомневайся!

Меньшиков вновь растоптал сомнения друга своими доводами.

– О чём поговорить хотел? – глядя покорно под ноги, тихонько произнёс со всем согласившийся Тёма.

– Присядем, – ребята уже стояли внутри электропоезда. – Часто наблюдаешь за людьми?

– Нет. Вообще не наблюдаю. Я их боюсь.

– А я люблю наблюдать за человечеством. Это забавно. Смотри: разве тебе не интересно, о чём говорит симпатичная девчонка с тем вонючим бомжом? Вокруг этого бомжа даже лавки все пустые. Никто на них не садится – брезгуют. А она зачем-то терпит… Интересно – зачем? Давай позади них сядем и послушаем. Ну и сами заодно поговорим.

И действительно, Сашка умолк, прислушиваясь к двум случайным попутчикам. Артём последовал его примеру. Старик и девушка, по правде сказать, сперва и не беседовали совсем. Девчонка, по всей видимости, просто-напросто очень устала и пренебрегла отвращением к запаху и виду бомжа, усевшись напротив него, поскольку свободных мест всё равно больше не было. Их молчание прервал один факт, который изначально скрылся от глаз парней. Под лавкой бомжа лежал большой косматый пёс, от которого смердело, похоже, больше, чем от хозяина. Он и пробудил в девушке любопытство:

– Это ваш пёс? Такой забавный…

Старик бросил взгляд на робеющую девушку из-под густых бровей:

– Это же не твой вопрос, – заскрипел он неприятным прокуренным голосом, – и вовсе ты не считаешь этого грязного пса забавным. Так ты просто создала прецедент для разговора, чтобы узнать что-то иное. О чём неудобно спрашивать. Впрочем, я совсем не прочь с тобой поболтать, так что разговор поддержу. Этот пёс совсем даже не мой, он сам по себе. Как-то встретил его на перроне. Животное не решалось заскочить в вагон. Не знаю, с чем это связано. Может, дверьми прищемило когда. Факт в том, что я помог ему тогда справиться со страхом и завёл в электричку. С тех пор этот пёс стал ездить со мной регулярно. Притом вместе мы только в поезде, по прибытии разбредаемся в разные стороны. Он по-прежнему не заходит в вагон самостоятельно. Может, дело в страхе, но мне кажется, что этот старый плут давно уже ничего не боится, а просто притворяется, чтобы за компанию прокатиться со мной. Порой я даже подозреваю, что если перестану ездить пригородным поездом, то и это лохматое страшилище прекратит ездить электричкой куда-то изо дня в день.

– Действительно, я хотела спросить совсем о другом. Вы невероятно проницательны для… – девушка запнулась.

– О, нет нужды подбирать выражения, было бы перед кем чиниться. Хотели сказать – для бомжа я слишком прозорлив? Я не всегда таким был. Было время – даже опером работал. Отсюда и дедуктивный навык, и дальновидность. Я хорошо разбираюсь в людях. Вот вы неплохой человек, иначе бы я с вами не заговорил.

– В таком случае не могу не спросить: как так вышло?

– Что стал бомжом? – снова подхватил старик, чувствуя, что девушка вновь ощущает себя неловко. – Если без подробностей, то развёлся неудачно. И как раз эту тему мне бы не хотелось затрагивать. У всех бывают ошибки, каким бы ни был человек проницательным и дальновидным.

– Понимаю. У вас наверняка и образование хорошее?

– Разумеется! Высшее, юридическое!

– Почему в таком случае не начать всё с чистого листа? Зажить новой, лучшей жизнью! – горячо воскликнула девчонка.

– Да потому что не хочу! Я тебе больше скажу, деточка моя, если бы ты мне сейчас вручила крупную сумму денег и сказала, что не требуешь её возмещения, но с условием, чтобы я потратил эти средства на возвращение к прежней жизни, в социальную ячейку общества, то я бы отказался от них! У всякого своё представление о свободе и счастье! Ты уверена, что свободна и счастлива. Поверь – я тоже!

– Фу, от него ведь действительно несёт дерьмом каким-то, – брезгливо скорчился Тёма, увлечённо прислушиваясь тем не менее к этим настолько разным собеседникам.

– Ой, сели уже. Поздняк метаться! – круто оборвал друга Сашка. – Вот, о чём я тебе сообщить хотел: первое – это то, на что я «губу раскатал», по твоим словам. Имею в виду случай в доме «Современного Предпринимательства», когда мы из зрителей и слушателей в один момент перевоплотились в талантливых бизнесменов. Как бы ты ни старался заразить меня своей унылой хандрой и скептицизмом, я всё равно отказываюсь расценивать это событие как незначительное. Нас настигло везение выдающееся, выпадающее всего раз в жизни, и то – единицам! Но чтобы жить чужой жизнью, требуется приложить огромнейшие усилия: хорошенько изучить изображаемого человека, раздобыть о нём максимум информации и выучить всё это от а до я. А поскольку с тем крутым чуваком перепутали именно тебя, прилагать эти огромнейшие усилия придётся тебе, Тёмыч. Как бы ты ни цеплялся за свою зону комфорта, такую пушистую, родную и тёплую. Как бы ни кричал, что не желаешь этого делать. Я же, естественно, во всём помогу!

Итак, я навёл справки. Для начала – вот, что нашептал мне по этому поводу Google. Во-первых, конечно, твою новую фамилию, точнее псевдоним. Разумеется, он нестандартный и запоминающийся для простого российского слуха – Кляйн. Теперь ты Максим Сергеевич Кляйн получаешься. Я отыскал твой официальный сайт. Кое-что и он мне поведал. Возраст, к примеру, тебе двадцать пять. А ещё на сайте есть фото Кляйна, так что мы теперь знаем, как выглядит оригинал, вы действительно невероятно похожи! Сайт предлагает рекламу в известных поисковиках по Краснодару. Это значит, что Кляйн в столицу, вероятно, из этого города перебрался и является маркетологом в области контекстной рекламы. Нам её требуется изучить в кратчайшие сроки! Ещё одной ниточкой, ведущей к прошлому господина Кляйна, стало его портфолио. У него уже были свои клиенты. Я счёл, что он мог что-то кому-то из них рассказать о себе, поэтому обзвонил всех, кого смог, от лица помощника Кляйна. Просил обратную связь: как прижилась рекламная кампания, настроенная Кляйном, всё ли работает? Спрашивая, между делом слушал, что они говорят о Максиме Сергеевиче, как о нём отзываются. И знаешь, что оказалось? Среди краснодарских клиентов полно его знакомых и даже родни! Они вывалили кучу инфы про Кляйна, я сам не ожидал! Плюс ко всему Кристиночка из «СП» также кое-что знала и оказалась полезной, мы встречались, наплёл ей, что сам только-только начал сотрудничать с тобой и хотел бы лучше узнать своего босса.

Идём дальше: с чуваками из «СП» Максим Сергеевич познакомился пару лет назад в Краснодаре, на их интенсиве. Сперва для них он был обыкновенным учеником, каких множество, однако выделялся необыкновенным рвением и страстью к маркетингу. Будущий маркетолог так загорелся этой деятельностью, что стал ездить за «СП» по городам на каждый их интенсив, параллельно подыскивая себе клиентов и настраивая им рекламу в интернете. У спикеров «Современного Предпринимательства» не осталось шансов его не запомнить, сначала просто начали узнавать, а впоследствии решили пригласить преподавать на свою весьма многочисленную аудиторию! Это и предполагалось обсудить тем вечером, когда тебя так удачно перепутали с Кляйном.

Теперь о личной жизни: фактов добыто немало, спасибо общительным краснодарским родственникам! В качестве псевдонима Кляйн использует фамилию своей бабки, которая очень много для него сделала, так-то он Сидоров. Становится понятно, почему он взял более запоминающуюся фамилию, не правда ли? Родился Максим Сергеевич в Прибалтике, в семье русских эмигрантов. В Россию перебрался с матерью, уже когда отец бросил их. Здесь же начал получать музыкальное образование и даже стал подавать надежды неплохой игрой на саксофоне. Этот пробел, похоже, придётся восполнять, так что, надеюсь, у тебя есть слух. Будучи даровитым, талантливым ребёнком, Кляйн постепенно скатывался по наклонной из-за своей матери, которая совершенно не уделяла внимания воспитанию сына, отдавая всё свободное время многочисленным романам, если все эти случайные связи можно таковыми назвать. И чем дальше, тем хуже. Школу окончил с горем пополам, потом какой-то экономический университет благодаря связям матери. И всё же, несмотря на плохую успеваемость, не стоит судить о Кляйне как о глупце, это будет чудовищной ошибкой. Когда парня действительно что-то занимало, он демонстрировал недюжий интерес и стремление. Парень всегда добивался неплохих результатов, когда брался за что-либо с увлечённостью. Об этом говорит, например, его активное участие во всевозможных олимпиадах в школьные годы. Участвовал по настроению и в общественной жизни. Всегда охотно занимался спортом. Не обладая атлетичным телосложением, с большим удовольствием принимал участие в командных видах спорта, притом совершенно разных. И всегда становился настоящим вожаком для коллектива, налицо лидерские качества нашего подопечного. Там, видимо, на спортивной площадке и стал зарождаться руководительский потенциал. Но, насколько я понял, чем старше становился молодой Кляйн, тем сильнее портился его характер. Далеко не все его родственники и друзья отзываются о нём положительно, скорее даже наоборот… Такими сведениями мы обладаем. Что-нибудь скажешь?

– Это безумие… то, что мы затеваем. Мне никогда не стать таким, как этот человек, – Тёма выглядел подавленно и жалко.

– Да? А я так не считаю! – мгновенно отозвался Меньшиков. – Посмотрим, как ты запоёшь, когда девушки, восхищённые твоей игрой на саксофоне и дорогим «Ролексом» на руке, будут сами подходить, чтобы познакомиться. Посмотрим, что скажешь, когда толпы мужиков будут выстраиваться в огромные очереди, чтобы услышать хотя бы махонький скромный совет от мастера, да хотя бы просто пожать его руку! Только представь!

Артём хотел сказать, что не хочет ни девушек, ни «Ролекса», ни очередей, но уже представил.

– Что ж, твоя воля, – обречённо вздохнул молодой человек, – что потребуется от меня?

– Вот, держи, – Сашка деловито поменял ногу, закинутую одна на другую, и протянул другу какую-то книжонку.

– Что это?

– Твой распорядок дня. Отныне мы с тобой живём по ежедневнику. Я позволил себе заполнить его на несколько дней вперёд. В дальнейшем сам будешь его заполнять. Теперь ты дважды в неделю берёшь уроки игры на саксофоне, с понедельника по четверг изучаешь контекст и раз в три дня посещаешь тренажёрку. Там ещё много чего, взгляни.

Тёма взял в руки аккуратненький ежедневник с выполненной под кожу обложкой и открыл на первой попавшейся странице:

– Ты меня в среду на маникюр записал? – сразу же ужаснулся он.

– Тёмыч, блин, тебе не камнетёса изображать предстоит! Ты свои обрубки видел? Как можно так страшно стричь ногти? Я себе секатором ровнее обкромсаю.

– У меня просто щипчики затупились. Подстригу ножницами в следующий раз, да и всё.

– Какие, на хрен, щипчики? В среду на маникюр, короче, не спорь! Только там теперь можно исправить этот вандализм… Уберут хоть эти твои кутикулы мерзкие. Скоро ногтей не будет видно под ними. Того и гляди – за рукава цеплять начнут при рукопожатии.

– В посёлке меня за такое покарали бы жестоко…

– Хорошо, что мы не у тебя в посёлке.

– Чёрт с ними, с ногтями, – Тёма решил уйти от неудобной темы. Мне вот что непонятно, зачем мы для этого разговора на электричке поехали?

– Почему вы только что сделали это? – тем временем продолжала свой разговор со стариком незнакомая девушка за спинами парней. – Почему дали денег именно этому мужчине с акустической гитарой, а не кому-то ещё? Ведь он совсем не похож на нуждающегося: одет прилично, по курортам ездит, о чём даже рассказать не постеснялся.

А бомж минутой ранее действительно совершил этот весьма неожиданный поступок. Он достал из своей рваной куртки сторублёвую купюру и бросил в сумку бродячего музыканта в благодарность за исполненные песни, хотя до этого по вагону прошло множество попрошаек, торговцев и музыкантов гораздо более жалкого вида. Ко всем ним он остался совершенно равнодушен.

– В том-то и дело, что музыкант, которому я дал денег, настоящий! – с готовностью отозвался старик. – Он потрудился над внешним видом, чтобы хорошо выглядеть перед слушателями, честно поведал, для чего зарабатывает подобным образом, хорошо настроил инструмент, вежлив, обходителен, учтив: поздоровался и попрощался. Внимание проявил, ведь спел, и хочу заметить – неплохо спел, две песни целиком с толком и расстановкой. Большинство ведь здесь слоняющихся издадут ряд звуков побыстрее, соберут копейки, которые дают больше из жалости, чем за талант, и удаляются восвояси. Это и правильно, а то кто-нибудь ещё спросит: как песня называется или, что ещё хуже, какого композитора музыка, так и совсем облажаются. Ведь такие подробности горе-исполнителям, разумеется, не ведомы. А как деньги собирал, заметили? Специально ни у кого из рук не взял, чтобы никого не смутить. Показал, что ему совершенно всё равно, кто сколько в сумку кинет, он не проверяет. Это чтобы не стыдился никто маленьких сумм. Уровнял всех – грамотный мужик. Такого не грех денежкой наградить. Что касается меня, то это не последние мои деньги, последние я бы не отдал. Некий гандикап, чтобы прожить следующий день, у меня создан, а большего мне и не надо.

– Сколько примерно мы уже едем в этой электричке? – оживлённо, но вполголоса, чтобы слышать разговор бомжа с девушкой, спросил у Артёма Меньшиков. – Минут двадцать? Ты заметил, какое количество торгашей и музыкантов уже прошло мимо нас? Согласен, большинство из них алкоголики и бездарности, однако попадаются и действительно ценные экземпляры. Дай договорю, я понимаю, что означает скептическая насмешка на твоей физиономии, но я не оговорился!

Тёма согласно кивнул.

– Пойми, братец, – продолжал Сашка, – понимающие, значительные игроки в мире бизнеса возрасту и консервативности предпочтут молодость и современность, потому что у первых уже сложились свои принципы, а вторым ещё можно эти самые принципы вложить, какие сам пожелаешь. Ведь люди, считающие себя акулами, имеющие многолетний стаж работы, будут навязывать свои замыленные, давно устаревшие правила и стереотипы, апеллируя огромным личным опытом, который, конечно же, уже неоднократно себя зарекомендовал. Почему, думаешь, во всех рекрутинговых агентствах есть отсечка по возрасту? Потому что с накоплением профессионального опыта расходуется энергичность, свежесть, потенциал, хоть и всегда бывают исключения, разумеется. Молодёжь же готова обучаться, она даже желает этого! А если она находится на дне социальной иерархии – ещё лучше, так она сильнее мотивирована! Давай и мы с тобой будем умнее, братан! Не станем вестись на бородатые стереотипы. Нам нужна команда, и она в том числе здесь – в этой электричке, вот увидишь! О, вот и дождались! – в этот момент в поезд вошёл очередной творческий тандем…

А любопытная девчонка с соседней лавки всё никак не отставала от бомжа:

– И всё-таки неужели вам не жалко бабушек и инвалидов, которые просто просят милостыню от безысходности?

– Если бабушка или инвалид, о которых вы говорите, тоже настоящие, я готов помочь и им. Дело в том, что действительность не всегда является тем, чем кажется на первый взгляд.

– Это как?

– А вот я сейчас покажу, – старик переключил своё внимание на новых, только вошедших в вагон попрошаек, одной из которых была девчонка цыганской внешности с аккордеоном на шее.

Инструмент закрывал почти всю грудь уличной музыкантши, но под расстёгнутой сильно заношенной курткой с нелепыми узорами виднелся принт с каким-то драконом на футболке. Точнее сказать, это был покемон⁴. Чармилион. Артём почувствовал лёгкое прикосновение ностальгии и едва заметно, умилённо улыбнулся от этого наблюдения. За руку попрошайка с аккордеоном вела чумазую маленькую девчушку лет пяти. Музыкантша затянула пронзительную жалостливую песню, а девчушка на вытянутых руках держала открытый пакет для подаяний. Из-за непонятного акцента и скрипучего голоса в песне можно было уловить только одно слово – «мама», которое периодически повторялось в припеве. Но этого оказалось достаточно, чтобы тронуть сердца многих пассажиров в вагоне электрички. Когда милый неумытый ребёнок пошёл вдоль лавок с печальным выражением лица, протягивая людям открытый пакет, тянущихся к нему рук с мелочью оказалось куда больше, чем у кого бы то ни было из их предшественников. Проникся всеобщей жалостью к девчонке с малышкой и Тёма, меланхолично шаря по пустым карманам в поисках хоть какой-нибудь мелочи. Но вот Сашка… в него словно бесчувственный бес вселился. – Вот как выглядит великий артистизм, – с пугающей улыбкой процедил толстяк. Девушка уже хотела подхватить свою юную спутницу и перебраться в другой вагон, как вдруг на её пути выросла сгорбленная фигура хорошо нам известного старика:

– Что за неуважение? Даже второго куплета не споёшь? Ах, ну денег-то уже нормально накидали, чего заморачиваться, верно? Хотя правильно! Всё равно из твоего исполнения ничего не поймёшь.

Попрошайка боязливо попятилась назад, пряча маленькую девочку у себя за спиной. Вокруг стали раздаваться недовольные реплики пассажиров.

– Слушай-ка! А я ведь тебя вспомнил! Это не ты ли пару лет назад на Курском направлении по вагонам ползала с якобы парализованными конечностями? Натуральненько так волочила обмотанные в простынь ножки прямо по грязной весенней каше, занесённой пассажирами со слякотной улицы. Вот только порожки тамбуров несподручно перелезать было на одних руках. Приходилось все же едва заметно ножками помогать. Я это сразу приметил. И лицо твое запомнил. Уже отпустила ножная хворь? Хоть бы уж в одиночку тогда попрошайничала, пожалела бы свою малютку! Надеюсь, она твоя? Или в каком-то из подмосковных детских садов сейчас одной такой не хватает? А могла бы нормально работать, вон какая лошадь вымахала! Неужели ведутся все на этот твой маскарад и никто ничего не замечает?

На фоне народного недовольства обнаглевшим бомжом девчонка, чувствуя поддержку, злобно и незаметно для окружающих прошипела на ухо старику:

– А чё нет-то, ещё как ведутся! Лох – вид распространённый, всегда будет, – после этого она отпихнула бомжа в сторону и двинулась прочь из вагона.

– Не по плану… идём! – засуетился Меньшиков, бросаясь за скрывшимися в тамбуре оборванками.

Бомж с довольным видом вернулся на прежнее место, к своей собеседнице, которая, казалось, единственная из всего вагона услышала ответ уличной музыкантши и занимала сторону старика. Это Тёма уже уловил лишь краешком глаза, поскольку спешил за другом, не отставая от него ни на шаг.

– Куда делись? – заозирался Сашка, не обнаружив попрошаек в соседнем вагоне.

Поезд как раз остановился на станции.

– Вот они! – толстяк случайно высмотрел преследуемую парочку на перроне через окно. – Чёртов старик! И нам, и им карты спутал! – Сашка возмущался, но по лицу было видно, словно он вовсе и не расстроен таким поворотом событий. – Что ж, сразу подходить не будем в таком случае, немного последим.

Двое друзей вышли из электрички и как можно незаметней двинулись за девчонкой с ребёнком.

– Ты меня в могилу загонишь, Сашка. Если я тебя и не попытался осадить ещё в поезде, то только потому, что потерял дар речи, испугавшись толпы и бомжа. В действительности же я не хочу никого преследовать, ни за кем следить и никого изображать… отпусти меня домой.

– Сколько раз ты вот точно так же сомневался в том, что мы делаем? Сколько раз я шёл с тобой на попятную? Верно – ни одного. Не скули и в этот раз. У меня, как и прежде, найдётся тысяча доводов в оправдание наших действий. Но сейчас нет времени утешать и успокаивать тебя, – Меньшиков бесцеремонно пихнул Артёма перед собой, – иди вообще впереди, чтобы я тебя видел.

У Тёмы от беспомощности подступили слёзы:

– Мы хоть где?

– Химки. Девочки, похоже, решили хавчиком⁵ от шока оправиться. Во всяком случае, в той стороне, куда они пошли, целая россыпь «шаурмучных». Перекусим и мы.

Попрошайки действительно завернули в одну из привокзальных забегаловок и купили у плохо разговаривающего на русском таджика пару чебуреков. Меньшиков выждал, пока девушка с аккордеоном станет расплачиваться, расторопно выскочил из-за её спины и, добавив к заказу два кофе для себя и своего друга, расплатился за всё. Музыкантша наградила Сашку равнодушным взглядом. Противиться, однако, его джентльменству не стала, забрала свои чебуреки и направилась за грязный липкий столик к своей юной спутнице. Меньшиков с Тёмой подсели к ним.

– Классно поёшь, – начал было Сашка.

Девчонка и бровью не повела.

– Много так зарабатываешь? Ну, чистыми, без учёта процента старшим, уж не знаю, кому ты там башляешь…

– Какого хера тебе надо от меня? – вспылила попрошайка из электрички.

– Окей, давай сразу к делу. Меня, на самом деле, мало интересуют твои вокальные данные. Больше поражает артистизм! Ты многих разжалобила в том поезде час назад. И проделываешь это регулярно, я не первый раз встречаю тебя на этом ж/д направлении. Если бы не тот старик, опять был бы джекпот, верно? А как реалистично изображала испуганную овечку, когда бомж изобличил тебя. Толпа грудью бросилась на твою защиту! А ведь старый не лгал! Иначе ты не выскочила бы из вагона с такой скоростью на первой же станции.

– Пошёл к чёрту, толстый! Смотри сюда, – девчонка достала откуда-то из складок своих лохмотьев новенький айфон последней модели и потрясла перед торжествующим от собственной правоты лицом Меньшикова, – один только звонок, и эти самые, как ты их называешь, «старшие» будут пинать тебя на заднем дворе этой же забегаловки!

– Тише, тише, Маздочка моя, – Сашка намекал на сросшиеся на переносице брови музыкантши, что ввело последнюю в ещё большее раздражение. Девушка даже чуть не до крови закусила себе губу. – Я ж с миром явился в табор, хочу предложить тебе дополнительный заработок. С твоим-то обманщицким даром это будут лёгкие деньги!

Обстановка накалилась до крайности. Рука девчонки потянулась к пластиковому стаканчику с горячим кофе, чтобы выплеснуть содержимое прямо в лицо нахальному толстяку.

Тёма в разговор вступил самым нелогичным образом:

– Чармандер? У тебя на футболке – Чармандер?

– Чармилион вообще-то…

– Точно, точно! Под аккордеоном хреново видно. Чисто огненный тип из первого поколения. На кончике хвоста всегда горит пламя, размер которого говорит о здоровье и силе покемона. Если пламя погаснет, он умрёт.

Меньшиков еле подавил приступ безудержного хохота. Девушка же, напротив, к великому удивлению Сашки, оживлённо и заинтересованно повернулась в сторону Артёма. От той ненависти во взгляде, которым она пепелила Меньшикова, не осталось и следа:

– А в какой серии в аниме Чармандер Эша эволюционировал в Чармилиона, сможешь назвать?

– Конечно, «Марш Экзеггуторов». А в Чаризарда – в «Атаке доисторического покемона». Это твой любимый покемон?

– Ну, он сильный, точнее его последняя форма – Чаризард. Ты как будто не согласен? А какой покемон, по-твоему, самый сильный?

– Мяут.

– Мяут? Ты с ума сошёл, у него же кроме атаки когтями ничего нет!

– Он сильный не из-за мощных атак. Я думаю, что покемон, который может научиться даже человеческой речи ради любви, как это сделал Мяут из команды «R», в состоянии придумать способ победить любого противника. Хитростью, не силой. Человек же тоже не благодаря физическим возможностям доминирует на планете.

Музыкантша из электрички даже не пыталась скрывать своей симпатии к новому знакомому. Совершенно очевидно – она и представить не могла, что кто-то когда-то поддержит с ней диалог о её любимом аниме. Образовалась небольшая пауза в беседе, после которой девчонка заговорила:

– Знаешь, я почти не умею читать, – интонация девушки больше не звучала презрительно, она стала мягкой, даже детской, что ли. – Едва-едва делаю это по слогам. Поэтому смотрю всякое разное в интернете. Очень люблю мультики, особенно аниме.

– К слову сказать, деньги мы предлагаем неплохие. Заодно и читать подучим, если будет угодно, мы хорошо читаем, – аккуратно вклинился в диалог Меньшиков, склоняя голову в притворной учтивости.

– Что нужно будет делать? – обратилась девушка к Сашке, не отрывая при этом взгляда от Артёма.

– Отвечать на телефонные звонки, не более того. Ну, может, ещё какие-нибудь простенькие задания, – тут же отозвался Меньшиков.

– Вот мой номер телефона, наберёшь, – попрошайка набила цифры на дисплее своего мобильного и показала довольному толстяку, по-прежнему не смотря в его сторону. – Угораздило же тебя с ним связаться, – бросила она уже в Тёмин адрес, имея в виду, конечно, Сашку.

– А что со мной не так? – фамильярно ухмыльнулся толстяк.

Девчонка, наконец, направила пристальный взгляд на Тёминого друга:

– Напоминаешь мне крысу Уизли, только фаланги все на месте ещё, – она с фальшивой приветливостью взяла округлившуюся пухлую кисть толстяка и со всей силы надавила ногтем на безымянный палец, – так же и закончишь⁶.

Меньшиков взвизгнул от боли и неожиданности, поспешив отдёрнуть руку:

– Совсем больная? Не трахает тебя, что ли, никто?

Сашка прекрасно понял сравнение.

Глава 4. Первая московская днюха

– Нет такого слова «ложить», глупая ты женщина! Оно употребляется только с приставками: положить, уложить, наложить. Вот я сейчас на тебя с удовольствием наложил бы. Правильно говорить «класть».

– Господи, хорошо б тебя ещё с утра автобус переехал, вот я бы порадовалась. Как по мне, так полезнее владеть умением вести себя в обществе, а не правилами орфографии. Ты же всё равно меня понял, и все поняли. К чему эти сложности? Зачем поправлять?

Это в очередной раз ругались Ленка (так звали девчонку из поезда) и Меньшиков.

Если быть до конца откровенным, девушку звали цыганским именем Хелен, или Хелена. Но, понятно, всё тот же Сашка сразу «подтесал» имя под более привычное слуху, сказав, что: «Больно жирно будет обычной воровке с таким именем».

– Что я слышу? Ты учишь меня, как вести себя в обществе? И это говорит мне тёлка, которая, вступив в свой третий десяток, всё ещё крадёт у родителей деньги? Да что там деньги, даже детей! А говорить и писать надо правильно хотя бы потому, что это не ты придумала русский язык, ты лишь пользуешься им. Выходит, тебе дали возможность быть услышанной, тебя могут понимать! Обосравшись, ты можешь попросить, чтобы тебе принесли подтереться, а не умирать от пламени ерша, разъедающего промежность! Ты должна писать грамотно, верно ставить ударения в словах, соблюдать пунктуацию из уважения к чужому труду, к сформировавшейся культуре речи! А следуя твоей логике, я имею полное моральное право хамить тебе в таком объёме, в каком только мне заблагорассудится. Ведь какая разница, как с тобой изъясняться: вежливо или как с низкопробной шлюхой? Общий же смысл сказанного до тебя дойдёт в любом случае, – Меньшиков переигрывал специально, чтобы посильнее уязвить девчонку.

– Я краду, а не хамлю. Хамство куда страшнее, но речь не об этом. Ведь ты же сам – необразованная деревенщина. Тебе просто запомнилось несколько правильных слов, или ты спецом⁷ выучил и теперь умничаешь при любой возможности, хотя в другой ситуации, при использовании других слов, которые не входят в число тех нескольких заученных, ты сам говоришь, как чурбан, и делаешь тупорылые ошибки.

– Это когда я неправильно сказал чего-то?

– Да постоянно!

– Приведи пример!

– Что, я запоминать должна?! Вот мне делать нечего.

– Потому что не было такого никогда! Вот и не можешь внятного ничего сказать.

– Было, – Ленка нарочно лезла под кожу. – Ну как правильно: носок или носков?

– Носок. Ой, подожди! Как там правило: носочки – коротенькие, поэтому всегда стремятся удлиниться, а чулки – длинные, поэтому хотят укоротиться. Значит правильно: носков и чулок. Что ты ржёшь, дура! Спроси ещё что-то!

– Надеть шляпу или одеть шляпу?

Меньшиков замешкался, в этом слове он сам с детства путался. Ленка это знала, поэтому и накинула именно его.

– Видишь, ты сам не знаешь, придурочный.

– Да знаю! Так. Тёма, поправь, если что: неодушевлённый же предмет надевают, одушевлённый предмет одевается.

– Да уже всем всё понятно насчёт тебя, – девушка громко с наслаждением смеялась.

– Есть хорошее мнемоническое правило для запоминания этого слова, – Артём по обыкновению сохранял серьёзность, – одеть Надежду, надеть одежду. Я так запоминал.

– Во! Я правильно же сказал! – Меньшикову приходилось говорить громко, чтобы перекричать звонкий Ленкин смех. – Как ты не поймёшь, глупая, что все эти правила, исключения, как ты говоришь, «сложности» дают тебе возможность более развёрнуто, складно, красноречиво выразить свою мысль. Твоя речь созвучнее и ярче, выражение мысли – чище и обдуманней. Вот ты тупенькая, но если бы была хоть немножечко образована, то поняла бы своей смазливой, но пустой головкой, что если бы владела собственной речью и умела членораздельно излагать мысли, то, возможно, не только не грубила бы окружающим, но и очень даже может быть и не крала бы у них. Не было бы необходимости. Потому как была бы уважаема и признана обществом.

– Да прекратите вы! – Тёме надоел этот спор.

Наскучил он и Ленке, она сменила тему:

– Колбаса осталась. Дорезать просто так, на тарелку? – Ленка шинковала оливье. Готовились к Тёминому дню рождения.

– Пожалуй, – отозвался тот.

Ребята решили устроить небольшую вечеринку, позвать всех Тёминых друзей. Таковых оказалось двое. Собственно, Сашка и ещё Мазда (такое прозвище девчонке дал Сашка за сросшиеся на переносице брови).

– Смотри-ка, за водил взялись… – с лёгкой улыбкой безучастно проговорил Сашка, отрешённо уставившись в телевизор. Шла информационная программа по федеральному каналу. Новость заключалась в том, что с первого сентября текущего года минимальный штраф за нарушение ПДД увеличивался со ста до пятисот рублей. И в целом все штрафы за нарушение правил дорожного движения увеличивались примерно в три раза.

– Тебе-то что с того? У тебя и прав-то водительских нет, – Тёма говорил мягко. Он не задавался целью уязвить друга. – Зачем ты ваще притащил этот телек? Так хорошо без него было. Зомбоящик придуман, чтобы промывать людям мозги, а уж никак не для того, чтобы восхищаться мировым кинематографом, или спортом, или ещё чем. Это ширма для пропаганды.

– Не скажи. Я не буду распинаться на тему того, что если не согласен с чем-то отечественным или что-то не нравится – не смотри тогда, не включай таких каналов, которые не по душе. Смотри американские мультики по «Дважды два» или западные новостные источники по кабельному, если им доверяешь больше. Только вот так ли они чисты и незапятнаны, как ты это проверишь? Что, их демократия демократичней? Не подумай, я не настаиваю ни на одном из политических взглядов. Но я решительно указываю на то, что человек, имеющий своё мнение и характер, чтобы его придерживаться, сможет найти в себе силы не поддаваться влиянию этих самых политических взглядов, если не разделяет их. А вот, не имея представления о том, что происходит в мире, человек рискует стать большим неосведомлённым невежей. Чтобы было понятней – это как если книжек не читать. Тебе же такое сравнение наглядней? Неуч, одним словом.

– Я, кстати, не считаю нечитающих людей неучами! – возмутился Тёма. – Можно и не читать книжек, но быть при этом превосходным механиком, или рыбаком, или спортсменом. И пользоваться огромным уважением! Хочешь сказать, ты за повышение штрафов?

– Да.

– Да ну нафиг, Санёк! Ведь ты сам в будущем можешь стать водителем! И тебе тоже придётся платить. Платить большие суммы за какую-нибудь хрень! Посмотри на это глазами автовладельца. Ладно ты – распоследний холостяк. А представь, каково тем, кто зарабатывает на жизнь баранкой? Это же пипец какой раздражитель сильный!

– Для всех них есть один железный выход из положения: не нарушай.

– И всё же, Сашка, я ж не против наказания. Всё логично: провинился – плати! Но размер этого наказания! Я о сумме штрафа говорю, он же несопоставим со средним доходом совершенно!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Цитирует Аристотеля, воспитавшего знаменитейшего завоевателя и жёсткого правителя Александра Македонского.

Вернуться

2

E-mail. Электронная почта (жарг.).

Вернуться

3

Имеет в виду следующую цитату из романа Дж. Лондона: «Нет, обращаясь в рабочую скотину, он не покорит вершину – вот что нашептал ему виски, и он согласно кивнул. Виски – оно мудрое. Оно умеет раскрывать секреты».

Вернуться

4

Покемон – персонаж компьютерной игры, а затем и аниме, созданный Сатоси Тадзири в 1996 году.

Вернуться

5

Едой (жарг.).

Вернуться

6

Намекает, что Меньшиков заслуживает остаться без пальца. Крыса Рональда Уизли, персонажа знаменитой серии романов «Поттериана» Дж. К. Роулинг, по имени Короста была беспалой.

Вернуться

7

Специально (жарг.).

Вернуться