Зара Нельсон
Падая в пропасть

Предисловие

Сколько раз человек может погибать и всё же оставаться в живых?

Р. Брэдбери.

В любви нет невинных, есть только жертвы.

Мартен Паж.

Пролог

Дейв

Я в полном недоумении смотрю на этих двух столкнувшихся людей. У Месси кровь отлила от лица. Я обеспокоенно бегаю глазами по её лицу, трясу её за плечи, но она никак не реагирует. Её глаза налиты кровью. Они будто лишились жизни. Взгляд выражает полный шок, и она крепко хватается за мою руку. Я хочу спросить, что с ней, но решаю поднять глаза на девушку, которая столкнулась с Месс.

Я удивляюсь увиденному ни меньше, чем Месси. Не могу поверить, что именно её я встретил здесь. Сколько же мы не виделись? Я уже точно и не вспомню. Её волосы такие же кудрявые, а взгляд виноватый и шокированный, такой же, как и у Месс.

Наконец, я сглатываю и говорю:

– Дебби?

Девушка переводит взгляд на меня, и я холодею. Это действительно она. Я и не думал, что мы с ней когда-то ещё и свидимся. Но, видимо жизнь решила снова сыграть надо мною злую шутку. Ну почему она появилась именно сейчас?

Стоп.

Я чувствую, как рука на моём запястье слабеет. Месс опустила руку и…Она падает.

Чёрт!

– Месси! Месси! Что с тобой? – я удерживаю её за талию руками.

Она потеряла сознание. И что, блин, делать? Я чуть не свихнулся, когда стал свидетелем её приступа головной боли, а теперь она на моих руках без сознания.

– Господи, что с ней!? – почти визжит Дебби, подлетая ко мне.

«А я откуда знаю!» – хочется крикнуть мне, но нужно сохранять спокойствие.

– Помоги, – хрипло говорю я ей, указываю на сумку, которая упала с плеч Месс, и из неё рассыпались вещи.

Дебби кивает, а я беру Месс на руки. Пока Дебби собирает с земли вещи, я аккуратно кладу Месс на скамейку. Если вызову скорую, то Месси заберут в больницу, а она её жутко не любит. Да и не в этом дело! В больнице обязательно должны связаться с Чарли, тогда он приедет за ней и заберёт её у меня. Вряд ли я смогу ему помешать в присутствии докторов. Точно! Нужно повезти её к себе в квартиру. Там, он нас не найдёт. Никто не найдёт, кроме Эдисона. А он обещал, что ни за что не обмолвится Чарли о моём адресе.

– Я всё собрала, – тонким голосом говорит Дебби, подходя ближе.

– Думаю, сейчас не время для разборок, какого чёрта ты делаешь в Чикаго и всё такоее, поэтому просто поехали с нами. Нужно отвезти Месс в мою квартиру.

– А зачем я там? Я надеюсь, что с ней всё будет хорошо. Мне нельзя, чтобы она снова в сознании меня увидела, – объясняет Дебби, тяжело вздыхая.

Её глаза блестят. Она вот-вот расплачется.

Что, вообще происходит?

– Ну уж нет, – рычу я. – Я обязан знать, как вы с ней вообще связаны. Ты видела, как она на тебя смотрела? Она будто призрака увидела.

После слова «призрак» плечи Дебби заметно напряглись.

– Дейв, я не могу. – Её голос звучит еле слышно, а первые слезинки уже скатываются по щекам.

– Ты едешь и точка. Месс потеряла сознание, чёрт возьми, – я вскидываю руку и тычу в неё пальцем. – И что-то мне подсказывает, что это очень связано с твоим появлением.

Дебби опускает глаза и еле заметно кивает.

– Вот и хорошо, – говорю я и направляюсь к машине.

Я аккуратно кладу Месс на заднее сиденье. По её рассказам обмороки длились несколько часов. Запрыгиваю на водительское сидение и завожу мотор. Дебби нервно сжимает край своей футболки и смотрит в окно. Мне кажется, она не моргает.

– Это прямо детектив какой-то, – хмыкаю я, останавливаясь на светофоре.

– Что? – она поворачивается ко мне.

– Ты и Месси, сталкиваетесь на улице в Чикаго. Вроде, обычное дело, но вы знакомы! – мой голос срывается. – Как такое, блин, возможно, а?

– Всё в жизни случается, – тихо бормочет она.

– Ты серьёзно? Это не просто случайность, а какая-то идиотская шутка вселенной! – я крепко стискиваю пальцами руль и нервно выдыхаю.

Дебби появилась чертовски не вовремя. Она такой же призрак прошлого, как и долбаная Эрика. Месси совсем не понравится такой расклад. Она ужасно сильно разозлится, когда очнётся, и мне придётся рассказать, каким образом я знаком с этой девчонкой. Боже. Мой мозг сейчас лопнет! Сколько ещё дерьма выльется на долю Месс из-за меня? Правильно. Столько, сколько я натворил.

Мы с Дебби больше не говорим друг друга ни слова. Подъехав к дому, я аккуратно взял на руки Месс и молча кивнул Дебби, приказывая ей идти за мной.

Глава 1

Месси

Веки кажутся настолько тяжёлыми, что я с трудом размыкаю глаза. Голова ватная и, кажется, как и мои веки, весит около тонны. Во рту сухость. Губы сухие. Мне нужно попить. Распахиваю глаза шире и понимаю, что нахожусь в комнате Дейва, на его кровати. Что, чёрт возьми, я тут делаю? Мы же с ним были около галереи.…О господи! Я ведь видела её, она столкнулась со мной! Получается, что это был всего лишь сон? Обычный дурной сон, и всё? Я думала, что окончательно сошла с ума, когда она явилась перед моими глазами. Как камень с души. Пока, я ещё в своём уме. Только почему-то не помню, как всё-таки мы приехали к Дейву.

Я пытаюсь встать, но тщетно. Голова начинает кружиться. Лучше остаться в постели. Может, у меня был приступ головной боли, а потом я уснула, и Дейв не стал будить меня? Лучше у него и спросить. Не успеваю я и набрать воздуха, чтобы крикнуть Дейву, как в комнате распахивается дверь

– Боже, Месс! Ты очнулась! – Дейв подлетает ко мне и крепко сжимает в объятиях.

Я, ничего не отвечая, я крепче прижимаюсь к нему и утыкаюсь головой в его плечо. Спустя несколько секунд, я поднимаю глаза, и моё сердце пропускает удар. Я часто дышу. Зажмуриваюсь и вновь открываю глаза. Это был не сон.

Я буквально отпрыгиваю от Дейва к другому краю кровати. Это она. Она прямо позади Дейва. Стоит у стены! Живая! Это не галлюцинация. Или галлюцинация? Господи!

– Месс, ты чего? Что с тобой? – Дейв придвигается ближе, но я пячусь назад, прижимаясь к стенке кровати.

– Ты!? Это ты!?– я тычу пальцем прямо на неё. – Почему я тебя вижу? Зачем ты пришла?! Уходи! – я кричу во всё горло и начинаю истерично плакать.

Горло начинает першить. Я продолжаю кричать. Кричу и всё. Я начинаю кашлять и перестаю кричать. Тяжело дышать. Я задыхаюсь. Дейв что-то говорит и пытается ко мне прикоснуться, но я кидаю в него и в «неё» подушками и обнимаю себя за плечи, пытаясь защитить. Приступ кашля усилился и через мгновение Дейв осторожно подносит к моим губам чашку воды. Я не могу думать о воде.

Я сошла с ума! Я сошла с ума!

Когда «она» делает шаг в сторону кровати, мои глаза распахиваются ещё шире. Я не знаю, что я делаю. Я не в себе. В это же мгновение я выхватываю стакан из рук Дейва и бросаю его в ту стену, около которой стоял её призрак. Она ведь призрак? Она, что, пришла за мной?

Дейв подпрыгивает от моего действия, и я обращаю внимание, что его глаза наполняются слезами и…ужасом. Ему страшно. Ещё бы. Его девушка свихнулась. Окончательно. Я смотрю на «неё». «Её» губы дрожат, а на глазах…Она плачет. А разве призраки плачут?

– Исчезни, пожалуйста! – кричу я из последних сил и хватаюсь за голову.

Я не могу это больше терпеть. Мне страшно от самой себя. Она не может быть жива. Это нереально. Я была на её могиле. Да я, чёрт возьми, видела её в гробу. Я поняла, она воскресла, чтобы забрать меня с собой на небеса. Господи, что я несу? Бред, бред, бред!

– Месс, пожалуйста, успокойся. – Я слышу, полон страха голос Дейва, но не смотрю на него.

Если я посмотрю в его сторону, то снова увижу её. Я не могу её видеть. Она умерла!

Эти двое начинают разговаривать. Или мне кажется. Кажется. Они не могут разговаривать. Или Дейв тоже её видит? Исключено. Она пришла ко мне, чтобы мучить меня. Но зачем? Я ведь любила её, а она меня. Зачем ей причинять мне боль? Может, я придумываю? У меня совсем съехала крыша? «Она» никак не могла прийти. Я просто вижу её в своей голове. Это конец. Мой разум выключился, и теперь я в огне. Я сама воображаю себе, чёрт знает что, вижу это, и схожу с ума. Всё просто.

Нет, не просто!

Я одновременно в реальности и вне её. Я слышу Дейва, чувствую, как он пытается до меня дотронуться, но этого будто и нет. Мой мозг сейчас взорвётся. Это всё нереально. Виски начинают колоть. Лоб начинает вибрировать. Только не это! Только не сейчас! Я пытаюсь дышать ровно, чтобы успокоиться. Но как успокоиться? Я даже не знаю, что за демон сейчас во мне бушует.

Глава 2

Дейв

Моё сердце разорвалось тогда, когда Месс начала кричать и плакать так, что мои перепонки едва не лопнули. Её кашель в перерывах от крика пронзал мою грудь необъяснимой волной боли и ужаса. Я не могу её успокоить, не могу дотронуться. Она шарахается от меня. От меня – своего парня. Всего пять часов назад мы лежали на крыше моего автомобиля и любовались рассветом. Мы признавались друг другу в любви. Три часа назад мы стояли около галереи. Она улыбалась. Но в один миг на неё налетела тьма. Я надеялся, что когда она очнётся, то с ней всё будет в порядке. Но я пришёл в ужас, когда она, будто мне себя, стала кричать на Дебби, будто та, дьявол воплоти. Сейчас некогда разбираться в том, что между ними произошло, но любой дурак поймёт, что это что-то очень серьёзное. Месси так бурно реагирует на присутствие Дебби словно увидела призрака. Мозг ломается. Я не могу сложить два и два, чтобы понять, что сейчас происходит. Но я сейчас совершенно не думаю о том, что Дебби в этой комнате, и что повлияло на истерику Месси. Мои мысли о том, как её успокоить. Я вижу, что ей страшно от того, что она видит, и от своего состояния. Месси всегда могла держать себя в руках, оставаться сильной даже в приступах боли. Но только не сейчас. Я должен любым образом защитить её…Это невозможно представить, но я должен защитить её от самой себя.

Я вновь пытаюсь придвинуться к ней ближе. Её истерика потухла. Теперь же её охватил шок. Она сидит, обняв себя за колени, и покачивается вперёд-назад. Чёрт. От этой картины меня передёргивает. Я буквально оказался в триллере, где человек, сошедший с ума, вот так же сидел в углу и качался. Нет! Я не смею сравнивать свою Месс с какими-то психами. Я уже ненавижу себя за такие мысли.

– Месс, это я. Пожалуйста, посмотри на меня. – Я сажусь прямо перед ней, и слегка дотрагиваюсь до её лица.

Ноль реакции.

Она продолжает покачиваться, и всё также обнимает себя за колени, пряча в них своё лицо. Я уже не знаю, как вернуть её в себя. Не знаю, ка обратить её внимание. Я глажу её по голове, целую в макушку. Она никак не реагирует. Радует одно, что хотя бы не оттолкнула меня. Иначе я бы упал на пол от бессилия. То, как она бросила меня подушкой и уползла прочь, разрезало мне ножом сердце. Я понимал, что это реакция на Дебби, но она ведь со мной не желала поговорить. Месс продолжает молчать. Мои глаза начинают наполняться слезами. Я сейчас расплачусь, как ребёнок. Я не вынесу и минуты того, как видеть свою любимую девушку в таком состоянии. Я ничто. Я даже и не могу ей помочь сейчас.

– Детка, прошу тебя. Посмотри на меня. – Её голова мгновенно дергается, и она отрывает от коленей своё лицо.

Неужели нужно было сказать «детка», чтобы обратить её внимание?

Месси на мгновение открывает глаза и смотрит прямо на меня. Грудь сдавило. Её взгляд пронзил меня, словно кинжал. Он такой холодный, а её глаза…они будто наполнены ртутью. Она мимолётом бросает взгляд мне за спину и сильно зажмуривается, закрывая лицо руками.

– Месс, родная, открой глаза, – умоляю я, надрывающимся голосом, и аккуратно отвожу её руки от лица.

– Не могу. – Её голос принёс мне новый удар боли, но и облегчения одновременно. Слава богу, что она вообще заговорила.

Я глубоко вздыхаю:

– Почему? Просто открой глаза. Давай поговорим, прошу тебя. – Я целую её руки и прижимаю к своей груди, но она лишь качает головой.

– Мне нельзя, – тихо бормочет она.

– Открой. Всё хорошо, правда. Я ведь рядом, а значит, с тобой всё будет хорошо. – Я пытаюсь её успокоить, но выходит ужасно глупо.

– Если я открою, то увижу её. – Говорит она надломленным голосом так, будто каждый звук даётся ей с трудом. Моё сердце обливается кровью уже в сотый раз.

– Никто не причинит тебе вреда. – Я оборачиваюсь и смотрю на Дебби, та умоляющим взглядом просится уйти, но я качаю головой.

Они должны разобраться друг с другом. Если они поссорились очень сильно, то должны как-то поговорить, иначе Месси не сможет спокойно жить. Её постоянно будет тревожить эта встреча. Поэтому пусть лучше разберутся сразу.

– Она прямо позади тебя, Дейв. Она пришла за мной, не отдавай меня ей!– голос Месси срывается и сквозь закрытые веки стекают слёзы.

Моя бедная девочка! Я не понимаю, что творится с её разумом сейчас. Почему Дебби должна её забрать. Я наклоняюсь и стираю большим пальцем слёзы с её румяных щёк.

– Она не заберёт тебя, обещаю. – Это всё, что мне пришло в голову. Я прижимаю Месси к себе крепче, но она так и не открывает глаза.

– Когда она уйдёт? – тихо спрашивает моя девочка, всхлипывая.

– Ты хочешь, чтобы она ушла? Может, вы поговорите?

– Что? – она отстраняется, но её глаза всё также закрыты, и это сводит меня с ума – Нет. Это невозможно.

– Возможно. Дебби поговорит с тобой. – Я глажу Месси по волосам.

– Не надо, Дейв. Я должна уйти. Я просила тебя, мне не нужно было приезжать. – Позади меня раздаётся сдавленный голос Дебби.

– Аааааааа! – Месси начинает кричать, и мои слёзы выливаются наружу.

– Всё хорошо. Всё хорошо. – Я прижимаю её к себе и целую каждый сантиметр её лица.

– Она говорит с тобой, – задыхаясь от крика, еле выговаривает Месс. – Ты не можешь её видеть!

Я выравниваю дыхание и говорю:

– Почему? Дебби здесь, и я её вижу.

Месси на удивление, открывает глаза и я облегчённо выдыхаю. Но, как оказалось, я рано обрадовался. Месси начинает громко смеяться. Я смотрю на Дебби, та уже задыхается в слезах и закрывает рот рукой. Я уже жалею, что не позволил ей уйти сразу. Но тогда Месси бы подумала, что она привиделась…

Стоп.

Месси сказала, что я не могу видеть Дебби, следовательно, она считает, что Дебби ей всего лишь кажется.

– Детка, – я снова привожу это слово, чтобы попытаться вывести Месс из истерики. И это срабатывает. Она перестаёт смеяться и смотрит на меня дикими глазами. От такого взгляда по телу пробежались мурашки.

– Дебби тебе не привиделась. Она здесь, – уверенно говорю я.

– Хватит! – Кричит она так, что её щёки вновь полыхают.

– Что, хватит?– Не понимаю я.

– Это не Дебби! – рычит она. – Хватит её так называть!

Я смотрю на неё, вытаращив глаза так, что они от-вот выкатятся из орбит. Как это не Дебби?

– Хорошо, – выдыхаю я. – Тогда кто это?

Месси опускает глаза и сжимает губы. Она хватается за голову и начинает скулить. Это уже не плач и не смех, и мне становится ещё страшнее за неё.

– Кайла, – сквозь зубы цедит она, и я готов упасть в обморок.

– Что? – Я нервно сглатываю, и оборачиваюсь. Дебби вся в слезах, прижимается к стене и едва кивает мне.

Твою же мать!

– Как?! Нет! – Теперь, кажется, я схожу с ума.

Месси рассказала мне сотню историй про свою подругу Кайлу, которая умерла. Месси видела её в гробу. Она читала письмо, написанное Кайлой. Мы ездили, на этот чёртов водопад, по той путёвке, которую купила Кайла. Та самая Кайла, лучшая подруга Месси, которая умерла от рака. Теперь всё встаёт на вои места. Шок и истерика Месси. Вот, почему она смотрела на неё, как на призрака, потому что так и есть. О. Мой. Бог. Всё это время, я смел считать, что она вне себя по непонятной причине, но она ещё держится молодцом. Моя девушка увидела подругу, которую несколько лет назад похоронила. Я бы слетел с катушек, будь на её месте. Я уже слетаю. Позабыв о Месси я вскакиваю с кровати и нервно провожу рукой по волосам. Я направился к Дебби…то есть Кайле. Она вся дрожит. Я смотрю на неё с желанием придушить её. Это страшная мысль. Но как такое возможно? Я знаком с этой девушкой, как с Дебби, а Месси как с Кайлой.

Я вскакиваю с дивана и направляюсь к Де…Кайле.

– Ты чёртовый лживый полтергейст! – Кричу я и ударяю по стене, к которой она прижалась, с такой силой, что в ней образуется дыра. Дежавю. Такой же момент был и с Месс. Руку сразу начинает сводить от боли, но об этом нужно думать в последнюю очередь.

Дебби зажмуривается и не говорит ни слова. Конечно. Она, блин, умерла для Месси, и теперь стоит здесь. Всё это время, я как дурак пытался доказать Месс, что всё хорошо, а на самом деле происходит какая-то чертовщина.

– Мы с тобой разберёмся, – рычу я. – Иди в гостиную. Если вздумаешь ускользнуть, то я тебя из-под земли достану.

Дебби, тьфу ты, Кайла поднимает на меня опухшие глаза и медленно выходит из комнаты, ни говоря ни слова.

Глава 3

Месси

Мне кажется, что всё это происходит не со мной. Будто я ощущаю своё тело, но не свою душу, разум. Разве такое возможно? Полагаю, что нет. Я действительно не в себе. Но ведь Кайла.

Кайла…

Моя лучшая подруга, которую я похоронила несколько лет назад, минуту назад разговаривала с Дейвом. И мне это не привиделось. Она, чёрт возьми, издавала звуки. Господи, она живая! Я не рассматривала её лица, и не знаю, изменилась ли она. Я брежу. Она не может быть жива. Но в то же время я её вижу, и Дейв тоже. Мы не могли свихнуться одновременно. Не могли ведь? Это какая-то чертовщина, честное слово! Как бы то ни было, нужно разобраться. Действительно ли это Кайла – моя лучшая подруга, или просто похожая на неё девушка. Или глюк? Нет. Я понемногу прихожу в себя и понимаю, что видела её отчётливо. Кайла не галлюцинация. И этот факт сводит меня с ума.

– Месс. – Хрипловатый голос выводит меня из транса.

Дейв осторожно присаживается рядом. Я вглядываюсь в его лицо. Чёрт. Он напуган, до сих пор. А его глаза…Он плакал? Что? Из-за меня? О, господи!

Дейв дотрагивается до моей руки, а я никак не реагирую. Просто не могу. Дейв бегает глазами, по-моему, лицу и отчаяние в его глазах лишь усиливается. Если несколько минут назад я разговаривала и смеялась, то сейчас я не могла вымолвить и слова. Погодите-ка, а почему я смеялась? Я не помню, то есть помню, но не знаю, зачем это делала. Боже. Мне уже начинает казаться, что я в параллельной реальности, потому что всё, что происходит вокруг меня, не может быть правдой.

Кайла умерла.

Она не могла воскреснуть – это мистика. Она не могла стоять здесь – в этой самой комнате.

Кайла умерла.

Не может быть, чтобы какая-то знакомая Дейва была точной копией Кайлы. Это всё невозможно.

– Месс, пожалуйста, скажи что-нибудь, – просит Дейв, и я слышу лишь его голос, но слова…я их не разобрала.

В голове туман. От коробящих мыслей о чудотворном воскрешении Кайлы голова идёт кругом. Мне больно думать. Больно от всех этих мыслей. От всего. На меня резко набрасывается усталость. Но мне не хочется спать. Я хочу лечь. Точно. Нужно лечь. Всё.

Стоп.

Я смотрю на своё тело. Я всё ещё сижу, но я ведь легла. Или нет? Я просто подумала об этом, но не совершила? Прекрасно. Теперь собственное тело меня не слушается. Какая-то глупость. Мне становится холодно. Почему так холодно? Сейчас ведь лето. Должно быть жарко, наверное…Чёрт, меня знобит. Наконец, моё тело мне поддается, и я на автомате укутываюсь в одеяло, на котором я сижу. Укладываюсь на бок и закрываю глаза, пытаясь освободить свою голову ото всех мыслей. Чувствую руки Дейва на моих бёдрах, потом талии. Кажется, он поправляет мне одеяло. Я не уверена. Затем на лбу я чувствую мягкое прикосновение тёплых губ, а после удающиеся шаги.

***

Дейв

Я не понял ничего из действий Месси. Она просто укрылась одеялом и уснула. Молча. Никак не реагируя на меня. Моё сердце до боли сжалось, но я ничем не могу ей сейчас помочь. Она борется с ужасными мыслями, которые тяготят её сейчас из-за этой паранормальной ситуации. Поэтому я лишь поправляю одеяло, целую её в лоб и покидаю комнату.

В гостиной я застаю Дебби, чёрт, Кайлу. Не сбежала. Это уже хорошо. Удовлетворённо хмыкнув, я направляюсь к дивану, на котором она сидит.

– Ещё раз: какого чёрта ты делаешь в Чикаго, и почему, чёрт возьми, ты мертва, а!? – Звучит ужасно глупо, но по-другому сформулировать свою мысль я не могу.

– Я…всё… – она всхлипывает, и глотает воздух, потому что от плача её голос дрожит – Расскажу.

Моя злость улетучивается, при виде её состояния. Господи, ну я же не изверг какой-нибудь. Ей плохо, очень плохо. Хоть из-за неё Месс сейчас в таком состоянии, я не могу просто так сидеть и смотреть, как она задыхается от собственного плача. Сдержав измученный стон, я иду на кухню и наливаю воды. Достаю с кухонной полки аптечку, где нахожу успокоительное и бросаю его в стакан с водой.

С невозмутимым видом я подошёл к Кайле:

– Выпей.

Она подняла на меня опухшие, заплаканные глаза. Издав очередной всхлип, она дрожащими руками взяла стакан из моих рук, и медленно выпила содержимое.

– Спасибо – тихо вымолвила Кайла, и я кивнул – Я всё расскажу о своей инсценированной смерти и обо всём, что…

– Стоп, – останавливаю я её, усаживаясь на кресло. – Всё это ты расскажешь нам с Месси, когда она придёт в себя.

– Я не представляю, что с ней сейчас творится. Она не должна была меня увидеть. Никогда, – её голос надламывается. – Если бы я знала, что она здесь, в Чикаго, то не вернулась бы сюда.

– Вот об этом я и хочу узнать, – подмечаю я. – Почему ты не в Нью-Йорке?

– Мне пришлось уехать, – бормочет она скорее для себя, а не для меня.

– И? – тороплю её я.

Она мешкается.

– Когда мы виделись с тобой в последний раз, ну, на вечеринке в честь удачной сделки с тем богатым парнем, помнишь? – После её слов я нервно сглатываю. Как раз таки об этом я и не хочу вспоминать. Никогда. – Так вот, тогда я и рассказала тебе о своих планах, что хочу поменять свою жизнь, уехать в город свободы – Нью-Йорк.

– Помню – снизив голос, говорю я – Так ты не уехала?

– Уехала – с тоской проговаривает она, и, сжав губы, продолжает – Но я солгала тебе. Я уехала не потому, что мне просто захотелось. Я сбежала.

«От кого? Зачем? В каком смысле?» – хочу спросить я, но говорю другое:

– Сбежала от работы? Рональд держал тебя силой? – предполагаю я. Это было бы ужасно, если окажется правдой.

Кайла ёрзает на диване и судорожно выдыхает:

– И нет и да – она устало опускает глаза и рассматривает свои руки, сложенные на коленях – Всё остальное связано с тем, почему Месс считает меня умершей. Это то, чего ты не знаешь.

– Ладно – выдыхаю я.

Как бы сильно я ни был зол на неё, я не могу мучать её расспросами. Всё равно завтра она расскажет всё, и ей предстоит самое трудное – объяснение для Месси. Я не понимаю, зачем она так жестоко поступила с ней, со своими близкими. Это какой-то абсурд, на самом деле. Я не разделяю такого положения вещей. Она добровольно отказалась от своих родных и друзей и начала жить по-новому и по-другому. Надеюсь, на всё это у неё были веские причины.

– Это всё ужасно, отвратительно. Я понимаю, но… – Кайла замолкает, устремляя взгляд на фотографию, на которой мы с Месс на водопаде. Непонимание спадает с лица Кайлы, и она едва улыбается. – Вы поехали.

– Да – быстро отвечаю я, прекрасно понимая, о чём она заводит речь.

– Хотя бы что-то хорошее Месс получила от меня – всё также тихо говорит она, и не удерживается от нервного смешка. Затем она поднимает на меня глаза и смотрит уверенным взглядом. – Я не понимаю, как так получилось, что именно ты – вторая половинка Месси. Это безумное совпадение, но я так рада. Рада, что она смогла обрести счастье и любовь. Я молилась об этом каждый день.

– Это вообще всё нереально – я провожу рукой по волосам и судорожно выдыхаю – Чертовщина.

– Жизнь может круто тебя подставлять – хмыкает она, и мы почему-то начинаем невольно смеяться. Не понимаю, что смешного, но видимо, мы просто перенервничали. В нашем случае лучше было расставить всё по полкам и отнестись к происходящему серьёзно. Только сейчас это сложно. Слишком резкий поворот для всех нас.

Я проверил Месси. Она тихо и мирно спала в кровати. Не буду её беспокоить. Надеюсь, к утру с ней всё будет нормально. Бред. После сегодняшнего безумия с ней не может быть всё окончательно нормально.

Глава 4

Месси

Открыв глаза, я понимаю, что уже утро. Комната освещена солнечным светом. Поворачиваю голову и смотрю на будильник: 9:30. А когда я вчера уснула? Не помню. И сколько проспала, тоже не имею понятия. Но судя по тому, как ломит тело и немного болит голова, проспала я долго. Во рту вяжет и ужасная сухость. Господи, как же хочется пить. Нужно подниматься с постели. От резкого движения в глазах темнеет, и чтобы не упасть я держусь рукой за тумбочку. Подхожу к двери и поворачиваюсь влево. Там висит зеркало…

О боже! На кого я похожа? Волосы спутанные, как гнездо, глаза опухшие, а под ними синяки больше, чем мои глаза. Не удивлюсь, если Дейв спутает меня с привидением.

Привидение…Чёрт, возьми! Кайла была здесь!

И тут на меня волной цунами накатываются воспоминания за последние сутки. Почему, когда я проснулась, то всё было хорошо, а теперь я вспомнила всю эту чертовщину. Я помню Кайлу и Дейва, они разговаривали. А что делала я? Не помню.

Стоп.

И почему я так спокойна? Моя мёртвая подруга ожила, чёрт побери! Вроде я не принимала успокоительных. Видимо у меня не осталось сил паниковать, да и вообще ни для чего. Ладно. Нужно выбраться из этой комнаты безумия. Выхожу в гостиную и направляюсь на кухню. Какой божественный запах здесь витает! Мой живот урчит. Наверняка я не ела ничего за эти сутки.

Дейв стоит у плиты, помешивая что-то на сковороде. Также я вижу, что кофеварка включена. Кофеин мне сейчас жизненно необходим. Прислонившись к стене, я невольно заглядываюсь на своего парня. Его широкие плечи напряжены. Сквозь обтягивающую футболку видны рельефные мышцы. Волосы слегка потрёпаны. Как человек может быть таким красивым уже со спины?

Я отодвигаю стул и усаживаюсь за столешницу, чем привлекаю внимание Дейва.

Он резко поворачивается в мою сторону:

– Месс – на его лице появляется волнение – Как ты…то есть, всё нормально, или…чёрт.

– Не волнуйся – успокаиваю я его, и прокашливаюсь. Мой голос звучит хрипло. Дейв напрягается после моего кашля, но я продолжаю говорить – Я пришла в себя, но не помню, что делала, сколько спала, и вообще будто была где-то не здесь – я нервно потираю предплечье.

Дейв осекается:

– Не помнишь? Ничего за прошлый день?

– Помню – я устало вздыхаю – Я не помню только того, почему не могла отдавать отчёт своим действиям – и вновь меня настигает приступ кашля.

Дейв хмурится. Мигом наливает в стакан воды и протягивает его мне

– Спасибо – шепчу я и жадно пью содержимое стакана.

– Ты была не в себе – спокойно проговаривает Дейв, и его глаза искажаются болью.

– Сколько я проспала? – отняв стакан от губ, я подняла взгляд на Дейва.

– Шестнадцать часов – отвечает он, поджав губы.

– Сколько? – мой организм никогда не знал такого сна, это безумие.

– Ничего, тебе нужно было отдохнуть – угрюмо говорит он, а его глаза блестят. Он сдерживает слёзы? Или что с ним?

– Я…я обидела тебя? Почему ты так смотришь? – я закусываю губу. От его взгляда по телу пробегает холодок. Может, он решил, что я совсем, сумасшедшая и бросит меня? Но ведь…

– Нет, детка. Конечно, нет – перебивает он мои мысли.

Я прыскаю воду обратно в стакан.

Детка?

– Ты никогда меня так не называл – я пожимаю плечами – Мне казалось, ты не любитель подобных прозвищ.

– Вчера называл. Только так, ты обратила на меня внимание – его кадык напрягается, и он отводит взгляд.

– Что? Я не понимаю, – я качаю головой и внимательнее вглядываюсь в его лицо.

– Ты кричала – говорит он сдавленным голосом – Я пытался тебя успокоить, но ты не дала и к себе прикоснуться.

– Я была в шоке – бурчу я, постепенно вспоминая свои вчерашние действия

– Я так испугался за тебя, Месс, – его голос полон горечи и боли – Я не мог ничего сделать. Ты была будто не в своём теле – Я ощущала себя именно так. – Я разговаривал с тобой. Долго. Сначала ты отвечала, а потом вела себя так, будто ты в комнате совершенно одна.

– О, господи…– я зажимаю рот рукой и начина плакать. Я всё вспомнила. Как я кричала, как отталкивала Дейва, закрывала глаза. Вспомнила, как слышала голос Дейва, но не могла его догнать, чтобы ответить, как Кайла говорила… – Где она?!

Дейв вскидывает брови, но затем его непонимание сменяется испугом

– Ты помнишь её?

– Да, и у меня уже нет сил, впадать в транс от этого безумия. Я уже пришла в себя, Дейв, и осознала, что она действительно жива – я набираю воздух и пытаюсь выровнять дыхание – Она должна объяснить какого чёрта происходит.

Дейв приближается ко мне. Слёзы предательски вытекают из глаз. Теперь я не спокойна. Сердце колотится.

– Всё будет хорошо. Она всё нам расскажет. Только, пожалуйста, постарайся не волноваться снова так сильно, если случится приступ, то…

– Не случится – мямлю я и утыкаюсь Дейву в грудь, после чего он меня крепко обнимает.

В его объятиях я чувствую себя защищённой и…нужной. Боже, если бы его сейчас не было рядом, то я не справилась со всем этим в одиночку. Вчера он был не менее шокирован чем я. Его девушка бросила в него стаканом, отталкивала его, кричала…впала в истерику. Грудь сжимается от этих воспоминаний и глаза щиплет. Слёзы так и норовят вновь вытечь.

Дейв отстраняется, и я поднимаю голову. В середине комнаты стояла…Кайла. Я немного пошатнулась, и Дейв удержал меня за талию.

– Тебе плохо? – он бегает глазами по моему лицу.

– Всё в порядке – я сглатываю и вновь поднимаю взгляд на свою воскресшую подругу.

Она стоит у дивана. Её кудрявые волосы пострижены до плеч. У неё всегда были длинные волосы, а у меня доходили до плеч. Теперь же мои длиннее. Я всматриваюсь в её лицо. Моя единственная подруга, которую я оплакивала столько времени, жива. Та, которой я клала цветы на могилу, стоит передо мной и виновато опускает глаза, еле стоя на ногах. Ей плохо?

– Кайла, сядь – мягко требует Дейв, и она, кивнув, садится – Месси готова с тобой поговорить. Ведь так? – он вопросительно смотрит на меня, и я едва киваю.

Я не знаю, что делать. С визгом броситься к ней в объятия и долго обнимать, или с криками выбежать прочь. Я ведь так её люблю…любила. Чёрт, я не знаю. Она предала меня, обманув самым подлым и безумным способом, но в то же время она здесь. Моя лучшая подруга, которую я похоронила. Она жива. Я должна радоваться, но мне не до веселья. Это всё слишком. Слишком много за последнее время. Бог, что, решил сыграть надо мной злую шутку?

– Месси – этот голос…как же мне не хватало её голоса, который всегда звучал звонко и был наполнен радостью. Но только не сейчас. Сейчас этот голос звучал глухо и мрачно.

– Ты…как, я не… – я качаю головой и медленно выдыхаю. Это тяжело.

Кайла смотрит прямо мне в глаза. Моё сердце ухает вниз с огромной скоростью. Моя Кайла. Она здесь. Господи. Её большие глаза наполняются слезами, а нижняя губа дрожит так же, как и у меня. Чувство обиды не позволяет мне расплакаться и кинуться сжать её в крепких объятиях. Нужно для начала узнать всю правду.

– Месс, может, ты присядешь? – предлагает Дейв, коснувшись моей руки.

– Нет. Я постою – отвечаю я, еле передвигая губы.

– Хорошо – Дейв вздыхает и становится рядом со мной.

– Я всё объясню, Месс – опуская глаза Кайла, перебирает край своего свитера.

– Разумеется – отвечаю я, как ни в чём не бывало. А что, собственно, такого произошло? Подумаешь, моя умершая подруга на самом деле жива!

– Ну и? – торопит её Дейв.

– Да, хорошо – Кайла вздыхает и неуверенно поднимает глаза – Тогда, в Воне, когда я узнала, что заболела, мой мир рухнул. Я была будто в каком-то вакууме, отделённом от всего и от всех. Я строила колоссальные планы на будущее, хотела поступить в Чикаго, вместе с тобой – она посмотрела на меня, и из наших глаз почти одновременно полились слёзы. Кайла сжала губы и продолжила – Я мечтала, что буду здесь учиться, заведу много знакомых и найду парня. Не просто так, для галочки. Я хотела обрести любовь, всегда хотела. В старшей школе я встречалась со многими, но никого из них не любила.

Я всё это знала. Я понимающе кивнула Кайле.

– Все они были не те – Кайла тяжело вздохнула и отвела взгляд в сторону – когда я летала в Нью-Йорк, я познакомилась там с парнем, его звали Джон. Он был невероятно обаятельный. Он проявил любезность, помогая мне, когда я сломала каблук. Джон отвёз меня не в мастерскую, как я просила, а в кафе, но до него мы заехали в магазин, где он купил мне новые туфли. День был потрясающий. Мы много смеялись, дурачились, ночью танцевали до упаду в элитном ночном клубе. Джон был богат. Я продолжила с ним общение и после уезда домой, в Вон. Я не повелась на деньги, да и он не казался мне сначала каким-то избалованным мажором. В нём было что-то настоящее. Именно с ним я и поехала на водопад. Он оплатил поездку.

– А сертификат, который ты оставила для меня? Он тоже куплен на его деньги? – мне бы совершенно не понравилось отдыхать за деньги какого-то Джона. Судя по тому, как Кайла рассказывает, вся их романтическая история закончилась крахом. Я поняла это, когда она, рассказывая, зажимала пальцем мочку уха. Кайла всегда так делала, когда ей было трудно говорить на неприятную для неё тему.

– Ох, нет, Месси. Этот сертификат я оплатила на деньги из фонда – встревоженным голосом отвечает Кайла и вновь отводит от меня взгляд.

Мне до сих пор не верится. Всё это происходит на самом деле. Кайла в квартире Дейва, рассказывает о том, что с ней было до инсценирования смерти, то, чего я не знала. Всё это сравнимо лишь с безумием.

– Что было дальше – вновь подталкивает её Дейв, но более мягким и спокойным тоном.

– Поездка с Джоном была волшебной. Я доверилась ему, полностью – на этом слове его голос ломается, и я понимаю, что она имела в виду. – После того, как наши отношения перешли на новый уровень, я решила рассказать ему о болезни. Да и молчать, было несправедливо, по отношению к нему.

Она что, это серьёзно?

– Несправедливо по отношению к нему? – я усмехнулась – А ко мне? Справедливо ты отнеслась к своей лучшей подруге, умолчав о своей болезни?

– Нет – отвечает она спокойным тоном – Я виновата, я знаю, я расскажу тебе причину своего молчания чуть позже.

Я проделываю дыхательное упражнение. Дейв сжимает мою руку и приобнимает за талию.

– Давай просто её выслушаем. После, я разрешаю тебе кричать на неё, сколько влезет – его одновременно серьёзный и шуточный тон вызывает во мне нервный смешок. Сдавшись, я киваю.

– Ладно, о чём это я? – Кайла на несколько секунд хмурится, а затем, сжав губы в тонкую линию, продолжает – Джон, конечно, был ошарашен моей новостью, и обвинил меня в том, что я не сказала ему раньше. Когда я познакомилась с ним, то забыла о своей болезни и, чёрт возьми, это время было самым прекрасным. Позже, я подумала, что пока не стоит говорить ему о раке. Я просто наслаждалась последними днями своей жизни, ведь я безумно её любила.

– Как ты вылечилась? Ведь прошло столько лет, а ты…с тобой всё в порядке, да? – раз она жива, с ней ведь должно быть всё в порядке. Я надеюсь.

– Со мной всё хорошо – успокаивающим тоном отвечает она и медленно закрывает глаза.

– Что было дальше? – спокойно спрашиваю я, не сводя с неё взгляда.

Кайла открывает глаза. Красные и безжизненные от слёз глаза. Мне кажется, за последние сутки мы с ней выплакали целый бассейн слёз. Ей плохо от того, что чувство вины её съедает изнутри, а мне из-за её предательства. Мы обе видим это и понимаем, лишь посмотрев друг на друга. Спустя столько лет мы не утеряли ту особенную связь, которая была между нами.

– Джон сказал, что ему нужно подумать. Эта новость стала для него ударом, по его словам – губы Кайлы кривятся в нервной усмешке – Я сказала ему, что надежда есть, но нужна дорогостоящая операция. Родители были готовы на всё, чтобы вылечить меня. Доктор сказал, что нужно проходит курс химиотерапии, но я не хотела себя истязать, потому что чувствовала себя хорошо. Рак протекает у всех по-разному. У большинства болезнь проходит с болями, слабостью и мышечными спазмами. У меня ничего из этого не было. Редкий случай безболезненной смерти. Я не чувствовала себя больной, но врачи сказали, что мне осталось несколько месяцев. Был лишь маленький шанс на выздоровление – операция в Германии. Я не хотела, чтобы родители потеряли всё и влезли в кредиты, чтобы потратить деньги на операцию…которая может не помочь.

– Но ведь был шанс. Они хотели в него верить! Ты была им нужна, они мы сделали всё, я бы сделала всё – не понимаю, почему я злюсь, ведь всё хорошо. В том смысле, что Кайла жива и здорова.

– Если бы операция не помогла, то я бы всё равно умерла, а родители остались бы ни с чем. Я не хотела этого – Кайла качает головой и нервно смеётся – Всё же, я жива.

– Как это получилось? Я ни черта не понимаю. Ты вылечилась. Произошло чудо? – я потираю пальцами виски, пытаясь понять каким образом всё это происходило.

– Я попросилf врача не говорить родителям, что мне может что-то помочь. Шансы были мизерны. Он согласился, но мне пришлось очень долго его уговаривать. Однажды, когда я возвращалась домой, у подъездной дорожки я увидела Джона. Мы поговорили с ним, и он сказал, что оплатит мне операцию, только при одном условии – если я откажусь от своей прежней жизни, от всех, кто мне дорог, в том случае, если операция мне поможет.

– Но зачем ему это было нужно? – от этой безумной истории голова шла кругом. Дейв крепче сжал мою руку и поцеловал меня в висок, дабы помочь мне успокоиться.

– Он сказал, что так сильно меня любит, что не может потерять. Поэтому, когда я вылечусь, должна буду уехать с ним, а для родных – умереть.

– Это какой-то бред! – я совершенно не могу ничего понять. Ничего.

– Я понимала, что это верх безумия. Как он мог любить меня, если хотел, чтобы я оставила всех своих родных, и того уже была бы для них мертва.

– Зачем ему было это нужно? – не отстаю я, скрестив руки на груди.

– Если вкратце, то ему была срочно нужна верная девушка и работница – Кайла вздыхает, и несколько слезинок выкатываются из её глаз.

– Погоди, – я задумчиво вскидываю брови – Почему ему нужна была именно ты, если ты висела буквально на волоске от смерти? И он готов был оплатить операцию для того, чтобы ты на него работала?

Кайла медленно кивает.

– Это какой-то бред чистой воды! – продолжаю я, и хватаюсь за голову – Извини, но он мог бы найти сотни здоровых девушек, которые могли бы на него работать.

Кайла издаёт смешок и качает головой

– Думаешь, я не задавалась этими вопросами тогда? Я была в полном шоке. Позже, когда я отказалась от его предложения, потому что не могла так поступить со своей семьёй, чтобы они думали, что я умерла и…

– Всё же именно так и поступила – перебиваю я её и отвожу взгляд.

– Месси – устало произносит она, и я поднимаю на неё взгляд – Мне пришлось так поступить. Как я ранее сказала, я отказалась от его предложения. Да, безусловно, я хотела жить, но не таким способом. После отказа Джона стал совсем другим, тем, которого я не знала раньше. Он избил меня.

Что?

– Избил? – я подношу руку ко рту.

– Да, но после этого, он извинился и сказал, что слишком сильно в меня влюблён, чтобы смириться с моим отказом.

– Как такое возможно? Что за больная любовь? – я в непонимании начинаю ёрзать на месте.

Как парень может любить так, чтобы избивать любимую девушку, шантажировать её? Правильно. Он был не здоров на голову

– Джон был болен, сильным психическим заболеванием – говорит Кайла, и я изгибаю брови. Мои догадки подтвердились. – То есть, он не мог не остановиться ни перед чем, чтобы завладеть тем, что ему приглянулось. Он действительно любил «больной любовью». Форма его заболевания была усложнённой, такие, как он, готовы убить, лишь бы владеть предметом своего обожания, то есть меня.

– О господи, Кайла – ахнув, я сжала губы, чтобы не расплакаться.

– Джон угрожал мне, что убьёт мою семью, – она посмотрела на меня в упор – твою семью. Всех тех, кто мне дорог. Я сначала подумала, что он не в серьёз, но когда увидела у него оружие, я немного испугалась. Затем, случилось ужасное. Джон попытался поджечь моих родителей.

– Тот пожар? Это он сделал? – в мою голову приходят воспоминания о той ночи, когда Кайла звонила мне, задыхаясь от слёз. Тогда её родители отравились угарным газом, но слава богу, ожогов не получили и выздоровели скоро. Потому что отравление было лёгким.

– Да – она едва кивает – Тогда мне пришлось принять решение согласиться. Сразу после пожара, на следующее утро, я сказала Джону, что согласна на всё, лишь он не трогал моих близких. На другой день мы отправились на консультацию в Торонто, к моему доктору. Он сказал, что вылетать нужно срочно, чтобы успеть на место, которое в клинике Германии придержали для меня.

– Когда ты туда летала? – недоумеваю я, пытаясь вспомнить этот момент.

– Тогда, когда сказала тебе и родителям, что уезжаю в лагерь. Родители легко отпустили меня, ведь знали, что у меня осталось мало времени.

– Лагерь – повторяю я и вспоминаю тот день.

– Вот тогда я и полетела в Германию на операцию, где после неё, пролежала там ещё две недели. Я не знаю, чудо это или нет, но после реабилитации врачи убедили меня, что лейкемия побеждена. Они сказали, что я здорова, но лишь эритроцитов в крови не будет хватать, как следствие после рака.

– И ты выздоровела, потом жила себе в удовольствие, пока мы оплакивали тебя? – может, я и резка, но злость берёт верх.

– Месс, я ведь объяснила. Мне пришлось – она опускает глаза.

– Пришлось? Да, пришлось – я обдумываю сказанные ею слова, на счёт шантажа Джона – но ты ведь могла как-то скрытно сообщить нам, что с тобой всё хорошо. Чёрт. Я видела тебя в гробу, я упала перед ним в обморок. Все твои родные и друзья видели тебя в тот день в гробу.

– Да, там действительно лежала я – признаётся Кайла и её голос ломается.

– Какого чёрта? Ты не могла столько времени пролежать смирно, погоди, а кладбище? Как вообще всё это провернулось таким образом? Кого мы все, чёрт возьми, хоронили?!

– После прощания в доме, люди Джона, помогли мне выбраться из гроба, а туда положили тряпочную куклу из театра.

Она это серьёзно?

– Кукла? – я начинаю истерично смеяться – Твоя семья и твои близкие люди. Все мы оплакивали и хоронили…куклу?

– Это ужасно, я знаю, что виновата так сильно, что мне не искупить вину никогда – Кайла начинает плакать и уже не может говорить.

– Ты предала нас всех! Ситуация с Джоном ужасна, но ты могла хотя бы предупредить, что вся твоя родня будет разбита горем из-за куклы!

Кайла качает головой и, продолжая плакать, выдавливает:

– Я не могла рассказать правду, не могла иначе. Это было опасно, слишком опасно.

– Я не хочу верить в то, что ты не смогла рассказать правду нам, только самым близким, думаешь, мы бы выдали тебя? Мы бы просто знали, что ты здорова, что ты в порядке!

– Это было невозможно, Месс…

– Возможно, Кайла! Никто бы не узнал. Ты, конечно, понимала, что совершаешь, но ты никогда не почувствуешь то, что чувствовали мы! Что каждый день твоя мама сидела часами у твоей могилы, что твой отец, будучи сильным мужчиной, замкнулся в себе, потому что он потерял свою единственную дочь. Твои родители считают тебя умершей от рака, а ты здорова, и живёшь в Чикаго, будто ничего и не было!

– Я узнавала о них, как они живут…

– Но ты не могла залечить их рану, рану потери – я вновь её перебиваю, но я уже не совладаю с разумом. Моё тело охватывает дрожь.

– Месс, пожалуйста, не волнуйся, иначе снова начнутся боли – Дейв умоляюще смотрит на меня и обхватывает ладонями моё лицо, по которому ручьями текли слёзы.

– Б-боли? – заикаясь, произносит Кайла.

– После твоей… – я сглотнула ком, и схватилась за руку Дейва, чтобы не упасть. Слова давались с трудом. – После того, как я думала, что ты умерла, у меня случился нервный срыв из-за сильного эмоционального стресса.

– О господи, Месс – она закрывает рот рукой и плачет.

– Месси теперь страдает из-за болей, которые…– начинает объяснять Дейв, но я его останавливаю.

– Не надо, Дейв. Не сейчас – я пошатываюсь, в глазах темнеет.

– Месс, боже, что с тобой? – Кайла подлетает ко мне, но я прижимаюсь к Дейву и зажмуриваюсь.

– Я отнесу её в кровать. Пусть немного отдохнёт. Ей нужно переварить всё это – Дейв обращается к Кайле, а меня поднимает на руки и несёт в комнату.

Когда я оказываюсь в постели, Дейв целует меня в щёку, и я удерживаю его за руку.

– Кайла поступила ужасно, но не надо пока говорить ей о моих приступах, и обо всём другом. Ей было намного тяжелее, как и мне.

– Хорошо, но если она сама захочет узнать, я расскажу.

Я киваю, и закрываю глаза, переворачиваясь на бок. Через минуту Дейв приносит мне успокоительное, которое я выпиваю без протестов, и засыпаю.

Глава 5

Дейв

Я обнаружил Кайлу на диване. Она сидела неподвижно. И, кажется, вновь не моргает. Я обошёл диван с другой стороны и сел рядом.

– Дейв, – тихо подала голос Кайла, и медленно подняла на меня глаза. Боже, сколько же боли в этих глазах. – Как она? У неё ничего не болит? Или что обычно бывает?

– С ней всё в порядке, – успокаиваю я её.

– Что за…– она втягивает воздух и медленно выдыхает – Вы говорили о болях. Что за боли?

– Не должен тебе рассказывать. – Я качаю головой и провожу рукой по волосам.

Месс просила меня не рассказывать пока Кайле о приступах и о другом, но она ведь сама просит.

– Дейв, пожалуйста, – она дотрагивается до меня рукой, от чего по телу пробегается холодок. – Я знаю Месс, она мне не расскажет, она слишком добра, чтобы рассказать мне о том, что случилось с ней из-за меня.

– Ты уверена, что хочешь знать? – я смотрю на неё в упор.

Кайла вздыхает и заправляет кудрявую прядь за ухо.

– Да. Уверена.

– Месси сложно тебе рассказать об этом, как и сложно ей было признаться в этом мне. Хотя, я сам стал свидетелем этого…

– Чего? – торопит меня Кайла.

– Месси рассказала мне, что у неё начались галлюцинации. Она повсюду видела и слышала тебя. – Я не могу смотреть, как нижняя губа Кайлы дрожит. Вот-вот она расплачется. – Не нужно плакать. Ничего уже не изменить. Тем более, сейчас всё хорошо.

– Она, наверное, думала, что я прихожу к ней. Что, якобы мой дух, её мучает? – лицо Кайлы искажается болью.

– Ты правильно думаешь, – подмечаю я. – Чарли рассказал, что Месси кричала и просила тебя перестать звучать в её голове и всё такое.

– Это ужасно, – едва слышно бормочет Кайла, потирая глаза.

– Это не всё, – резко бросаю я, и Кайла так же резко поднимает на меня взгляд. – Однажды, ей привиделось, что ты идёшь по дороге, возле её дома. Она кричала, звала тебя, но ты не отвечала, так как это ведь вовсе была не ты, а другая девушка, которая…

– Дейв, успокойся. – Кайла сжимает мою руку и понимающе кивает,пока я пытаюсь выровнить дыхание. – Я поняла тебя, Месс перепутала девушку со мной.

– Да, – глухо отвечаю я. – Так вот, тогда она вылезла на крышу, чтоб спуститься и догнать тебя, но крыша была мокрой после дождя, и она упала с неё.

Кайла ахает и закрывает рот рукой. Её глаза наполняются слезами. Я думал, что она их все выплакала, так же как и Месс. Но видимо ситуация отвечает сама за себя, что даже воды в организме у этих девушек не иссякает.

– Высота небольшая, но Месс упала неудачно. Вывихи были не страшны, но сотрясение повлекло последствия. После этого падения, при любом стрессе, у Месс начинались приступы сильной головной боли и головокружения. Я сам видел это, и чуть не сошёл с ума. – Кайла начинает дрожать, а мою грудь сдавливает от воспоминаний той ночи, когда Месс извивалась на кровати от боли. Приступ случился из-за меня. – Невыносимо видеть, как твоя любимая девушка кричит от боли, а ты никак не можешь ей помочь. Поэтому сегодня я так переживал, чтобы она не волновалась.

– Ведь моё появление это сильнейший шок и стресс, но у неё не было приступа, – замечает Кайла.

– Верно, но ты ведь сама видела, что с ней было вчера, – напоминаю я.

– Она была не в себе. Это я виновата, что вчерашний вечер стал таким ужасным не только для неё, но и для тебя. Я ведь видела твоё лицо, когда она оттолкнула тебя. Я никогда бы не подумала, что Месс может быть в таком состоянии. Состоянии, в котором она пребывала из-за меня. Я так виновата, – её голос срывается. – Месси страдает приступами боли, из-за меня, она получила нервный срыв из-за меня, травмы…Я ведь и не могла представить, что всё так обернётся. Я надеялась, что Месс переживёт мою смерть и начнёт двигаться дальше. Я вижу тебя, её парня. Вы счастливы – это единственное, что меня сейчас радует. Но мысль о том, какою ценою ей пришлось пройти весь этот путь, разъедает меня изнутри.

– Главное, что она обрела тебя. Пусть ты и предала её, она всё равно любит тебя, и поверь, что над ней просто взяла верх злость. Ты прошла тяжёлый путь – Месс это понимает. На самом деле она уже простила тебя, как бы сильно ей не было обидно. Она потеряла тебя, свою лучшую подругу, но всё же…

– Всё же я здесь. Я жива и должна всё исправить. – Кайла едва улыбается.

Я понимающе киваю.

– Именно так.

– Я надеюсь, что ты прав, и Месси действительно сможет найти в себе силы простить меня. Месс всегда была сильной, и я невероятно горда тем, что она пережила все те преграды, что ей пришлось пройти – Кайла теперь улыбается по-настоящему.

– Вам о многом ещё придётся поговорить, – подмечаю я, приподнимаясь с дивана.

– Это точно, – Кайла устало вздыхает.

– Тебе не помешает передохнуть, – я протягиваю ей подушку с другого конца дивана, и она кивает. – К вечеру, я полагаю, вы сможете поговорить.

– Да. Думаю, сможем, – она удерживает меня за руку и тихо говорит. – Спасибо.

– Не за что, отдыхай. – Я разворачиваюсь и собираюсь уйти в свою спальню, но кое-что вспоминаю. – Кайла.

– Да? – она поворачивается ко мне

– Расскажи ей всё.

Кайла вопросительно изгибает брови.

– Я более чем уверен, что ты многое упустила. Расскажи всю правду.

– Да, конечно. Я расскажу, – она кивает мне и переворачивается на бок, откинув голову на подушку.

Пытаясь переварить последние события в голове, я плюхаюсь на кровать и закидываю руки за голову. Потрясение. Вот каким словом можно описать происходящее. Боюсь представить, какая каша в голове у Месс. Я согласен с Кайлой. Месс, действительно сильная. Она приняла новость о том, что её умершая подруга на самом деле жива, и это её не сломало. Месси упорно хочет узнать всё, что происходило с Кайлой за это время. Пусть, она и узнала горькую правду предательства, но она понимает подругу, что у неё и в правду не было выбора. Месси не может не простить её, я понял это тогда, когда она попросила меня не рассказывать Кайле про её приступы, потому что она понимала, что ей и так сейчас очень плохо. Я удостоверился, что между ними действительно есть связь. Сам не понимаю, что чувствую. С одной стороны невероятно здорово, что та, которую Месс считала сестрой жива, но с другой все эти новости и перемены могут причинить вред, её и без того хрупкой, нервной системе.

Глава 6

Месси

За последние дни я слишком много спала. Так и не сложно привыкнуть. Мне кажется, моё тело совсем обленилось. Привстаю с кровати и ощущаю неприятную дрожь. Я отлежала ногу. Ладно, должно пройти. Тянусь к будильнику. Восемь вечера. Мой желудок напоминает мне о том, что я ничего не ела уже двое суток. Мыслям о еде просто не было места в моей голове.

Так же, как и утром, я выползаю из кровати, чтобы наполнить свой желудок чем-нибудь съестным. На этот раз, решаюсь хотя бы причесаться. Душ бы мне сейчас не помешал, но сначала нужно поесть. Разговор с Кайлой забрал мои последние силы. Я ещё никогда в жизни не была так обессилена морально. Я уверена, что она ещё здесь, мы ещё многого не обсудили. Я обижена, ужасно обижена, но я не могу её оттолкнуть. Кайла пережила многое, и это, я уверена, не самое лучшее время в её жизни. Я понимаю, что у неё не было выбора, как поступить, но я всё ещё склонна к той мысли, что она могла бы предупредить. Написать письмо, например. Стоп, она ведь написала мне письмо, но там было написано о том, что она уже якобы мертва. Об этом нам тоже нужно поговорить. Собрать все силы и поговорить. Я не знаю, имею ли я право её не прощать, после всего, что она пережила. Но с другой стороны имею ли я право прощать её? Она предала меня и свою семью, но на то был причины. Я совершенно запуталась. Я вновь думаю о неважном. Разве я не должна радоваться тому, что моя лучшая подруга, родная душа, осталась жива. Я ненавижу себя за свою слабость – неумение чёткого принятия решения.

Оказавшись на кухне, я застаю Дейва и Кайлой за приготовлением чего-то вкусного. Запах божественный, который сразу вызывает урчание в моём животе. Дейв что-то говорит Кайле, и та смеётся. Она смеётся по-настоящему. Не нервным смехом или усмешкой, а искренне. Мне стыдно, но я чувствую небольшой укол ревности. Конечно, нет повода, ведь они просто давно знакомы, и им легко общаться. Точно. Я ведь ещё не знаю, как всё-таки они познакомились.

Немного прокашлявшись, я усаживаюсь на стул, желая привлечь их внимание. Дейв отвлекается от нарезания овощей, а Кайла смущённо поднимает на меня глаза. Её густые кудрявые волосы собраны в пучок, а на ней фартук с цветками маков. Она всё такая же худенькая и красивая, но её лицо омрачают огромные синяки под глазами и усталость, такая же, как и у меня.

– Отлично выглядишь. – Дейв улыбается своей потрясающей улыбкой.

Он подходит ко мне и целует меня в щёку.

Я фыркаю.

– Я выгляжу ужасно. Мне нужно помыться.

– Кстати, это бы не помешало, – с усмешкой произносит Дейв, за что я бросаю в него скомканной салфеткой.

– О боже, я ранен. – Он театрально прикладывает руку к животу и ахает.

Мы с Кайлой разражаемся хохотом. После, придя в себя, мы обе моментально напрягаемся. Несколько часов назад мы обе задыхались в слезах, а теперь смеёмся над поведением Дейва. Это должно быть странно?

– Эй, всё в порядке? – Дейв касается моего плеча.

Я киваю.

– Да, но всё же для нашей ситуации это не очень уместный вопрос.

– Сейчас мы поедим, и всё будет отлично. – Он понял, что в моих словах больше иронии, чем грусти. – Кайла приготовила пирог, и, судя по тому, как он аппетитно пахнет, сегодня у нас праздник живота.

Дейв подмигивает Кайле, на что она качает головой и невольно улыбается. Эти двое ведь не заигрывают у меня на глазах? Нет, этого не может быть. «Даже не смей об этом думать, Месси – мысленно предупреждаю я себя»

– Мы будем, есть сегодня, или нет? – я нетерпеливо барабаню пальцами по столу.

– Уже всё готово, – говорит Дейв, расставляя тарелки, и посылает мне свою улыбку.

Через секунду Кайла раскладывает в тарелки жаркое, и наливает в стаканы сок.

– Пирог будет чуть позже, – её голос звучит неуверенно. Она всё ещё напряжена. Конечно. Я всё же пытаюсь как-то относится ко всему этому, со стороны позитива, что-ли? Ну, да. Я решила это только десять минут назад. Потому что несколько часов назад я кипела от злости. Но сидеть, дуться и брызгать ядом в сторону Кайлы, я не стану. Я не могу. Я ведь люблю её, хоть она и совершила не очень хороший поступок. После ужина, я надеюсь, что оправдаю её. Кайла умолчала о чём-то важном днём. Я в этом уверена.

– Вы двое. – я, прищурившись, пристально смотрю на них. – Всё же, как получилось так, что вы знакомы? И ещё, почему ты Дебби?

Кайла напрягается, а Дейв, как ни в чём не бывало, пожимает плечами.

– Можно сказать, что мы были коллегами, – отвечает он, отпив из стакана сок.

– Наверняка не дизайнер сайтов, – с грустной полуулыбкой отвечаю я, не сводя глаз с Кайлы.

– Мы вместе работали у Рональда, – признаётся Кайла, лениво мешая ложкой содержимое тарелки. – Дебби лишь вымышленное имя, ведь Кайла мертва.

Кайла мертва…

От этих слова по мне пробегает холодок. Я жила с этой ужасной мыслью и дырой в груди несколько лет. Для её семьи и остальных близких людей она действительно мертва. Но Кайла здесь, и она жива. Только вот, для меня, а не для остальных. Теперь для всех окружающих есть только Дебби.

– Весело, – я хмыкнула. – Значит, ты работала у преступника.

Кайла выпрямляется и пожимает плечами.

– Впрочем, так же, как и Дейв.

А это ловкий ход.

– Верно. Но это не одно и то же, – подмечаю я, и запускаю в рот картошку на вилке.

– Месси, может, не будем об этом. – Глаза Дейва сверкнули, а голос досадный.

– Я не о тебе ведь говорю, – ткнув в его сторону вилкой, проговариваю я, и направляю вилку в сторону Кайлы. – Речь о ней.

Кайла с трудом проглатывает то, что она разжевала и закусывает губу. Не знаю, что на меня нашло, но я действительно веду себя резко. С другой стороны, а как мне ещё разобраться во всём этом безумии.

– Детка, давай просто поедим. – Дейв накрыл своей ладонью мою, а я съежилась. Не привычно слышать это слово с его уст.

Вздохнув, я киваю, и продолжаю есть.

Ужин проходит под тяжёлой тучей напряжения. Дейв пытается хоть как-то подбодрить нас с Кайлой, а мы лишь изредка выдавливаем фальшивые улыбки и продолжаем ковыряться в тарелке.

– Так, дамы. – Дейв встаёт из-за стола. – Я оставлю вас. Думаю, вам есть о чём поговорить.

Кайла глазами посылает ему убийственный взгляд, но Дейв лишь кивает ей. Он целует меня в макушку и уходит из комнаты. Я боялась этого момента ни меньше, чем Кайла, но рано или поздно этот разговор должен состояться.

– Месси, – тихо проговаривает Кайла, теребя в руках край свитера, так же, как и вчера. Этот жест даёт понять, что она дико волнуется. Ещё бы. Волнение это вполне можно считать лишь мелочью с тем, что со мной происходило за прошлые два дня.

– Не думай, что я стану тебя осуждать, – говорю мягко, и спокойно вздохнув, продолжаю. – Я невероятно устала за прошлые сутки, дни. Точнее, были редки те моменты, когда я чувствовала себя в своей тарелке. Просто, скажи мне правду. Всю правду. Это единственное, о чём я прошу.

– Конечно, я ведь сказала, что расскажу тебе всё. – Она сжимает губы. Её глаза метаются то по моему лицу, то по настенной плитке.

– Кайла, – её имя почему-то больно произносить вслух. – Говори.

– После спектакля с моей смертью, Джон увёз меня сюда, в Чикаго. – Она закрывает глаза и нервно выдыхает. – Он был болен, я не могла его судить за это. Джон не чаял во мне души, но он стал мне противен после его ужасной выходки с тем, что он заставил меня так поступить с дорогими мне людьми. Месс, я смирилась со своей скорой кончиной, и я хотела прожить последнее время на всю катушку, провести больше время с близкими людьми. Я должна была умереть, после последних месяцев беззаботной жизни. Только вот, я жива. Так как, Джон оплатил мою операцию, я, как он считал, обязана ему всем, ведь он подарил мне жизнь.

– Но ты не просила его об этом, – напоминаю я, хмурясь.

– Верно. Только я ведь уже говорила, он психически не здоров, и был зависим мною. Он не мог меня потерять. Такие люди, как он, одержимы своими предметами воздыхания. Он не мог совладать с собой. Месс, я тоже его любила, но не так, как раньше. Он вовсе не подарил мне жизнь, он отнял её у меня. Я стала пешкой в его руках – она сильно кусает губу, которая дрожит, давая понять о том, что она едва сдерживает слёзы. – Я прежде сказала, что не хотела соглашаться на его предложение, хоть и безумно желала жить. Но этот способ, предложенный им, привёл меня в шок. После его угроз и того поджога, я согласилась, остальное ты знаешь.

– Что было дальше, когда вы уехали в Чикаго? – уверенно спрашиваю я.

– Сначала мы жили, как обычная пара. Я смотрела за домом, убиралась, готовила еду. – Кайла не удерживается от нервного смешка. – Он поменял мне имя, документы, я сменила причёску, первое время не выходила из дома, совсем. Позже, мы с Джоном выбирались вместе в город. Точнее, он тащил меня за собой. Я не была счастлива с ним не минуту. Моя любовь сгорела, а угли стали горечью обиды. Я вовсе не жила. Дыра в груди поглощала меня сильнее и сильнее. Каждый божий день я плакала, пересматривая фото родителей, проверяя твои соцсети – Кайла не сдерживается, и первые слезинки выкатываются из её глаз.

– Я не представляю, как вообще можно находиться под одной крышей с таким человеком, – я опускаю глаза. – Прости, что накричала вчера.

– Ох, нет, нет. – Кайла качает головой и сжимает мою руку. – Ты ни в чём передо мной не виновата и не должна просить прощения. В нашей ситуации все косяки за мной.

– Подожди, а как всё это связано с Рональдом? – недоумеваю я.

– Когда Джон впервые вывез меня на какую-то закрытую вечеринку, он познакомил меня с Рональдом. Там они и договорились о том, что я стану работать у него. Я не понимала, зачем это нужно, но Джон сказал, что он должен крупную сумму Рональду, которую мне придётся отрабатывать, а этот вариант работы самый безобидный для меня по его мнению. Ещё вначале, он сказал, что я стану так называемой работницей.

– Как он мог заставить любимую девушку работать на преступника? – я морщу нос.

– Месси, Джон всегда менялся, и…

– Да, я забыла, прости, – я виновато поджимаю губы. – Ты ведь уже сотню раз упомянула о его психическом состоянии.

– На вечеринке был Дейв. Он показался мне самым адекватным и добрым из всей этой компании. – Она смущённо поправляет волосы и отводит взгляд.

– О, – только и могу произнести я.

– Мы с ним подружились, но когда он хотел позвать меня на танец, Джон появился рядом, пьяный в стельку, и ему невозможно было объяснить ситуацию. Тогда он ударил Дейва, и они начали драться не по-детски. Кто-то из гостей вызвал полицию, и их обоих забрали в участок.

– Значит, когда в Нью-Йорке Дейва забрали в полицию из-за драки, он был в такой ситуации не в первый раз? – я возмущённо охаю. – То-то он был такой спокойный.

– Их быстро отпустили, – объясняет Кайла и потирает ладонью шею. Её скулы дёргаются. – После того, как мы с Джоном приехали домой, он обозвал меня тем самым словом на букву ш и… Избил. Очень сильно. Даже напал с ножом.

О господи!

Я закрываю рот рукой, чувствуя, как глаза начинает щипать от наступающих слёз.

– Поэтому у тебя на руке, – я сглатываю, голос дрожитю. – Там, что выше локтя. У тебя там виднеется что-то.

Кайла зажмуривается, и слёзы вновь катятся из её глаз.

– Вот, – она засучивает рукав свитера, и я вижу шрам от пореза.

– Боже мой! – я качаю головой, отказываясь верить в то, что над Кайлой так издевались.

– В ту ночь я узнала ещё одну сторону своего сумасшедшего бойфренда. – Она пытается выдавить улыбку, но издаёт сдавленный всхлип. – После, это продолжалось частенько. Синяки и ссадины покрывали моё тело, не успевая зажить, а этот шрам у меня от ножа. Джон задел меня, когда кричал, в тот момент он резал себе что-то на кухне. Самое странное, чего я пугалась в его поведении это то, что после каждого избиения он просил прощения, целовал мои побои и плакал.

– Кайла, я… это ужасно, господи, – крепче сжимаю её ладонь в своей руке. – Почему ты не сбежала от него?

– Это было бесполезно, – она пожимает плечами. – Всё происходило как в чёртовых банальных мелодрамах. Парень-тиран бил свою девушку, а когда она пыталась сбежать, то его люди её находили, и он наказывал её ещё сильнее. После двух раз неудачи я перестала пытаться.

– Это всё, какая-то чертовщина. – Я хватаюсь за голову. – Ты могла бы обратиться в полицию, или ещё куда-нибудь.

– У меня не было возможности. Телефон был только у Джона, домашнего не было. Охранник, который не спускал с меня глаз, не давал мне и малейшего шанса что-либо сделать, хотя это не важно.

– Почему? Ты ведь никогда не сдавалась, неужели ты не нашла способа укрыться от этого кошмара? – мой мозг уже онемел от всей этой путаницы.

– Полицейские могли запросто пробить моё имя по базам и понять, что никакой Дебби Клэр Стивенс не существует. И узнали бы обо мне правду, что я жива. – Голос Кайлы стал на удивление спокойным, она уже не плакала, лишь изредка моргала красными от слёз глазами.

– Я думала, что моя жизнь просто кошмар, но как же ошибалась. – Я краснею. – Я переживала из-за глупостей, думала, что не найду себе места. Всё это было такой мелочью, по сравнению с тем, что пережила ты. Я лишь скорбела по тебе, а ты не была свободна, как всегда мечтала, ты страдала и была скованна цепями.

– Не говори так, Месс. – Её глаза отражают чувство вины, которое её охватывало. – Да, я никогда не могла представить себе такой жизни, но ты настрадалась ни меньше. Твои приступы боли, нервные срывы, больницы – всё это из-за меня одной. Я своей махинацией причинила тебе ни меньше страданий.

– Всё это уже не важно. Я ведь только сейчас действительно поняла, что у тебя не было никакой воли – я сжимаю губы и закрываю глаза.

– Я так горжусь тобой, Месс, – мягким голосом произносит она.

– Что? – я вскидываю брови. – Тебе не за что мною гордиться.

– Ты прошла через полосу страданий и не сломалась. – Кайла одаривает меня своей улыбкой.

Как я скучала по её чистой улыбке!

– Так же, как и ты, – уверенным голосом говорю я. – Меня постоянно поддерживал папа, потом Дейв. Я не была одна, а ты была. В этих ужасных обстоятельствах. Боже, мне страшно представить всё это. Ты невероятно сильная.

– У меня не было выбора, так сложилось. Главное, что всё это закончилось, и ещё, – она закусывает губу. – Ты ведь…простила меня?

– Конечно, простила. Я потеряла тебя, это было невыносимо больно, но ты здесь. Я тебя обрела заново. Пусть таким внезапным и шокирующим способом, но боже, – я грустно смеюсь. – Я так счастлива, что ты здесь, и что ты жива, что это всё не сон.

– Месс, – Кайла горько смеётся и кидается мне на шею, крепко меня обнимая. Я обнимаю её в ответ, и впервые за эти дни я чувствую умиротворение. Я чувствую, что счастлива, пусть и мне пришлось пережить такое потрясение. Главное, что моя родная подруга, рядом со мной. Я не могла об этом и мечтать.

Глава 7

Месси

– Ты уверена, что справишься сама? – мой вопрос звучит скорее с надеждой, чем с волнением.

Кайла собирается съездить в свой съёмный домик на самой окраине города. Я вымаливаю у неё разрешения, поехать с ней. Кайла живёт с нами неделю, и я хочу, чтобы она оставалась жить и дальше. Она так же, как и я, хочет этого, потому что скучала по мне. Только она выдумывает, что это совершенно неудобно, и что она мешает нам с Дейвом.

Какие глупости!

Я столько лет жила с угрызающей мыслью, что моей лучшей подруги больше нет. Теперь, когда она со мной, я хочу проводить с ней как больше времени, чем это возможно. За эти две недели мы не могли наговориться. Кайла рассказала о том, как ей удалось вырваться из рук Джона. Оказалось, что его поймали с поличным и после суда, посадили за решётку, где ему и место. Тогда, он приказал своим дружкам опекать и не сводит глаз с Кайлы, но ей удалось сбежать. Она продолжала работать на Рональда, тот просто не позволил ей уйти. И вот однажды, после крупного дела состоялась вечеринка. Там, она и рассказала Дейву, что хочет уехать, но он не знал, что это был побег. Дейв оказал ей услугу, когда подвёз её до аэропорта. Им пришлось выйти через задний ход, пока так называемы надзиратели Кайлы, отвлеклись двумя брюнетками. Естественно, Дейву после этого досталось, но он ведь не знал о её образе жизни, и что она вообще собирается сбежать. А парни-охранники были избиты до полусмерти предшественниками Джона за то, что не углядели за Кайлой. А Кайла, будучи уже в Нью-Йорке, пыталась начать жизнь заново.

Сейчас же она уверяет меня, что для неё безопасно добраться до своего съёмного домика, откуда она заберёт вещи и привезёт их сюда.

– Уверена, – сдув прядь с лица, Кайла зашнуровывает кеды. – Чикаго это не Техасская деревня, где все друг друга знают. Это мегаполис, Месси. Шанс, что знакомые Джона меня заметят, ничтожен.

Тихо взвыв, я прислоняюсь к стене.

– Это всё равно может быть опасно. Может, Дейв привезёт твои вещи?

– Я не хочу его утруждать, тем более он работает. – Кайла подходит ко мне ближе и кладёт руки на мои плечи. – Я спокойно передвигалась в Чикаго до того, как мы встретились. Всё будет в порядке.

До того, как мы встретились…Кажется, это было так давно.

– Но почему я не могу поехать с тобой? – склонив голову, я изучаю выражение её лица. Она напряглась.

– Потому что мне нужно поехать одной – улыбнувшись фальшивой улыбкой, Кайла отходит от меня и хватает сумку с крючка.

– Это самое глупое оправдание, – нахмурившись, я обиженно надуваю губы.

Кайла поворачивается ко мне и тяжело вздыхает.

– Мне нужно поехать туда одной. Я не могу взять тебя с собой. Просто потому, что мне лично нужно разобраться с некоторыми делами.

– Я могу тебе помочь, – предлагаю я, затем ощетиниваюсь. – Ты что-то недоговариваешь.

Лицо Кайлы помрачнело. Она закусила губу, тем самым выдав себя. Она о чём-то до сих пор умалчивает.

– Нет, – уверенно пытается сказать она, и широко мне улыбается. – Не хочу тебя никуда впутывать. Вот и всё.

Кайла обнимает меня и целует в щёку.

– Обещай, что ты вернёшься целой и невредимой. – Я смотрю на неё в упор.

Она кивает.

– Обещаю.

Послав мне напоследок воздушный поцелуй, она скрывается за дверью. Во мне нет, как странно, чувства тревоги, но я уверена, что Кайла всё-таки о чём-то умалчивает. Ведь она обещала рассказать всё, и она рассказала мне многое, но видимо за эти годы у неё скопилось столько скелетов шкафу, о которых она не в силах рассказать даже мне.

Дейв работает в компании отца Кая. Вместе с Каем Дейв ездит на вызовы, где они устанавливают, чинят кабельное телевидение и интернет-роутеры. У Дейва есть достаточно средств, вырученных с прошлой работы и участия в выставке, но они ведь не вечны. Нужно покупать продукты, оплачивать коммунальные счета. Сейчас лето, поэтому он хочет накопить ещё денег, чтобы мы куда-нибудь съездили отдохнуть. В библиотеке моя работа начнётся только в сентябре, вместе с учёбой.

Папа первые три дня разрывал мой телефон, поэтому я просто его отключила. Дейв заблокировал его номер. Он не хотел этого делать, но я знала, что папа не отстанет. Я до сих пор на него злюсь. Никогда я ещё не видела отца с такой стороны. Ему нравился Дейв, из-за его ошибок прошлого, он кардинально поменял о нём мнение. Некоторая часть меня понимала, что он просто беспокоится и любит меня, но поговорить с ним, у меня нет сил. Я знаю, что он скажет. Я узнала, о его стороне, о существовании которой и не догадывалась. Если папа узнает, где я, он заберёт меня в Канаду, и не подпустит ко мне Дейва ни на шаг. Он, конечно, не сможет затолкать меня насильно, но если прибегнет к приставам, то меня начнёт искать полиция, как пропавшую. Хоть мне и есть восемнадцать, но отец всё же имеет право это сделать, обратиться в полицию или ещё куда.

Эдисон не выдаёт Дейва, хотя знает, где мы находимся. Ещё, он уверил отца, что в этой квартире нас нет, и он это проверил. Отец поверил ему. Удивительно. Дейв рассказал Эдисону обо всей это ситуации с Кайлой, и после этого к нам сразу примчалась Элис, чтобы меня как-то утешить. Конечно, сначала мы посоветовались с Кайлой, и она сказала, что не против, рассказать Элис и Эдисону правду. Тем более, Элис бы всё равно её узнала, хоть и не видела много лет. Мы бы не смогли прятать Кайлу постоянно. Элис была шокирована всей этой ситуацией, но виду не подала, зная, что мне тяжелее. Она привезла с собой малютку Эвери, которую всучила Дейву, а мы с ней и Кайлой проболтали несколько часов. Дейву очень шло нянчиться с племянницей. Правда, когда Эвери заплакала очень громко, что вся покраснела, Дейв с испугом и потом на лице примчался к Элис. Оказалось, что просто пришло время поменять подгузник. Когда Элис попросила Дейва заняться этим делом, от его выражения лица мы трое разразились хохотом. После, уже возились с малюткой я и Кайла, пока Элис о чём-то договаривалась с Дейвом. Кайла вела с себя с малышкой очень умело и бережно, будто все эти хлопоты ей знакомы. Ну, я подумала, что она просто с кем-то нянчилась ещё. Больше Элис не приезжала, но мы с ней часто созваниваемся. Я могу сказать, что пройдя через такую полосу шока и безумия, я вновь обрела покой и чувствую себя счастливой. Со мной рядом люди, которых я люблю всем сердцем. Правда, с отцом я так и не помирилась, но это поправимо. Просто стоит немного подождать, когда он свыкнется. Всё будет хорошо. Теперь, просто обязательно должно.

Глава 8

Дейв

Кажется, с меня сошло семь потов, пока я сорок минут устанавливал кабель на крыше дома милой старушки Ванессы. Она сама попросил её так называть. Жара стояла невыносимая, что удивительно для июня. Обычно в Чикаго не так жарко в этом месяце погода штука непредсказуемая.

Футболка вся промокла. Срочно нужно переодеться. Попрощавшись с Ванессой, и попробовав её печенье, чтоб не обиделась, мы с Каем направились к машине.

– Чувак, надеюсь, у тебя есть запасная футболка, – он усмехается. – От тебя пахнет.

Я фыркаю:

– Это говорит мне человек, который настраивал роутер в прохладном доме, пока я работал на пекле?

Кай приобретает серьезное выражение лица и кладёт руку мне на плечо

– Я всё равно на следующем заказе, вспотею так же, как и ты. Моя очередь устанавливать кабель, – он хлопает меня по плечу и запрыгивает в машину.

Я качаю головой и прыгаю на водительское сидение.

Через полчаса мы приехали к другому заказчику. Когда я завернул на подъездную дорожку, до меня, наконец, дошло, куда мы приехали.

– Я не пойду, – бурчу я, сжимая в руках руль.

– Почему? – Кай выгибает бровь.

– Этот дом, – я киваю и нервно сглатываю. – Тут живёт Люк.

– Ох, вот же чёрт, – Кай вздыхает и отпивает воды из бутылки. – Думаешь, он до сих пор в обиде на тебя?

– Как бы то ни было. Я не войду в этот дом, – нервно провожу руками по волосам.

– Да ладно, всё будет в порядке, – Кай понимающе сжимает моё плечо.

Нет. Не будет в порядке. Прошло два года, а Люк так и не попытался со мной связаться. Да, я его ударил, но я столько извинялся, как девчонка, блин. И к тому же, я был пьян, отчаян. Мне было больно. А он игнорировал меня. Тот, который был мне как брат.

– Здесь уже дело не в том, что он на меня зол или что-то типа того. Я каялся перед ним, но он даже и не пытался дать мне шанс, простить. В этом случае уже моя гордость мне не позволит с ним заговорить.

– Ты рассуждаешь как девчонка – Кай закатывает глаза.

– Ни черта – рычу я, сжав губы – Речь о каком-никаком мужском достоинстве.

– Ладно, ладно – Кай поднимает руки, признав поражение.

– Я не могу войти в этот дом и ещё что-то там устанавливать – со вздохом я подавляю желание биться о лобовое стекло головой.

– Заказ должен быть осуществлён сегодня – Кай качает головой – Но если тебе действительно это важно, ты можешь подождать меня здесь. Я сам всё сделаю.

Я хочу уже подпрыгнуть от счастья и сказать ему сотни благодарностей, но не делаю этого.

– Из-за своих заморочек ты не доложен всё делать за меня – я издаю нервный смешок – Я действительно веду себя глупо. Прошло два года. Я просто установлю этот роутер и пойду прочь. Всё.

– Да. Абсолютно верно – Кай изгибает губы в усмешке – Вот теперь я узнаю в тебе мужика

Я усмехаюсь. Придурок.

– Ладно, хватит уже сидеть. Идём – я беру на себя смелость, и первый покидаю салон автомобиля.

Ступая на дорожку, мои ноги неуверенно плетутся ко входу. Многое изменилось. Фасад перестроен. На лужайке клумбы с орхидеями и даже садовые гномы. Видимо мама Люка нашла себе новое пристрастие – уход за садом. Раньше у них и травы то толком не росло, а сейчас прямо какой-то оазис. В голове промелькает мысль, что миссис Ниман всё-таки ушла с работы и посвятила себя семье. Помню, как Мистер Ниман часто с ней ссорился из-за того, что она работает больше чем кто-либо и не уделяет время семье.

Подойдя к двери вплотную, я стискиваю челюсть и медленно втягиваю воздух.

– Эй, – Кай касается моего локтя. – Ты уверен, что справишься?

– Да, – сухо отвечаю я.

Кай кивает, и, закинув сумку с инструментами на плечо, уходит в гараж (который уже открыт для того, чтобы установщики забрали лестницу)

Сжав кулаки, я звоню в дверь. Она распахивается передо мной через 30 секунд, и я вижу перед собой молодую брюнетку с маленьким карапузом на руках.

Это ведь не девушка Люка? И не его ребёнок? Если это так, то я, мягко говоря, удивлюсь.

– Добрый день! – она вежливо улыбается, а малыш на её руках пристально на меня смотрит. Любопытный малый. – Вы установщик кабельного?

– Да, мисс, так и есть – я киваю.

– Проходите. – Она открывает дверь шире, и я, полный смятения, вхожу внутрь.

Кто же она такая?

– Прямо по коридору гостиная, – объясняет она мне и малыш начинает хныкать. – Что же, ты? Тише, Олли, тише.

Олли. Так звали дедушку Люка. Они, типа, назвали сына в честь деда? Истинные семьянины.

Интересно, как так вообще получилось. Люк был из тех парней, который придерживался того, что заведёт семью только после построения успешной карьеры. Хотя, может он был неосторожен в связи с девушкой. Нет. Это тоже на него не похоже.

– Я понял. Только мне нужно, знать, где я могу отключить электричество.

– Ох, я в этом не разбираюсь, и даже не знаю, где электрический щит – она посмеивается, качая малыша на руках то влево, то вправо.

Это милое зрелище. Я невольно улыбаюсь. Малыш больше похож на отца Люка, чем на него самого.

– Я позову Люка. Он поможет – в этот момент она скрывается за дверной аркой.

При упоминании его имени мой желудок сжимается. Оказывается, я совсем не готов его увидеть.

– Здравствуйте, я покажу, где нужно… – Люк присмотрелся и, сощурив глаза, скрутил губы на удивлённое «о»

Я напрягся. На его лице больше не дрогнул ни один мускул.

– Здравствуй, Люк, – сухо проговорил я, стиснув челюсть.

Его светлые волосы остались такими же волнистыми, но их длина стала больше, как и его мышечная масса, кстати.

– Ээ…да…привет, Дэвид – он нервно сглотнул.

Волнуется? Смешно.

И стоп. Дэвид? Что за официальность?

– Так, ты покажешь? – я решаю вести разговор чисто из рабочих побуждений. Если он захочет что-либо сказать на счёт нашего случая, то скажет.

Он кивнул и прошёл мимо меня, направляясь в сторону чулана. Я молча последовал за ним. Дойдя до генератора, я отключил его, чтобы приняться за работу. Я последовал в гостиную и опустился на пол перед телевизором. Тихие неуверенные шаги слышались позади.

– Так ты работаешь установщиком? – в его тоне ни капли ехидства, он просто полюбопытствовал.

– Ага, – пробубнил я, доставая из сумки оборудование – Подработка на лето.

– Хм, ясно, – я чувствую его пристальный взгляд со спины. У него нет дел других что-ли? – Я слышал, что ты уезжал отсюда.

– Так и было. Но всё же я здесь, верно? – хмыкаю я, распутывая провода приёмника.

И откуда, он, блин это мог услышать?

– Верно, – он вздыхает, и я слышу, как прогибается диван. Он уселся. – Не сложилось?

Он это серьёзно? Какая ему вообще разница? За столько лет он и ни разу не позвонил. Как девчонка удалил меня из соцсетей.

– Я не собирался там оставаться. Просто нужна была передышка, – мой голос полон равнодушия. А я переживал. Оказалось, что на самом деле он должен чувствовать вину больше чем я. Так и вышло.

– Передышка, – повторяет он.

Видимо, мне не поработать сегодня спокойно. Он так и будет сидеть, и смотреть на меня?

Сглазил. Люк сидел долбаные полчаса и молчал, пока я делал своё дело.

Собрав всё оборудование в сумку, я направился к выходу. Люк перегородил мне путь. Ну, конечно.

– Дейв, ситуация дурацкая, да? – он пытается посмеяться, но получается нервный смешок.

Я ухмыляюсь.

– Возможно. Но я-то ни при чём, ведь так? – я изгибаю бровь.

– Сначала ведь так и…чёрт, нет. После, уже я обложался.

Передо мной стоит мой бывший лучший друг, который всегда был рядом, даже когда умерли родители. Мы всегда были друг другу поддержкой. Только когда ему было плохо, я действительно его понимал и помогал ему. Если он со злости срывался, или ему была нужна помощь, когда он обкуривался травкой, а я прикрывал его и приводил в чувство. Да, он считал себя примерным и почти идеальным человеком, другом. Просто он смог взять себя в руки и отказаться от этого дерьма, но не самостоятельно. Я помог ему. Только когда я был убит горем и пил, много пил, он лишь читал мне нотации, занудствовал. Ни капли поддержки в его словах я не услышал. Он бы мог так же, как и я когда-то, вытащить меня из этого состояния. Но действиями, а не бессмысленными речами о том, что я гроблю свою жизнь и веду себя несоответственно. Его поддержка была токсична, только и всего.

И сейчас, после нескольких лет, он пытается, что? Извиниться? Раскаяться? Мне это больше не нужно. Уже плевать. Давно. Тогда было нужно, когда я извинялся перед ним сам, когда я каялся за свою ошибку, что ударил его. Просто подрались. Да, это ошибка, но не настолько серьёзная, что бы он отказался от меня в самый трудный для меня момент. Все эти воспоминания вызывают чувство желчи в горле.

Люк стоит передо мной, может, пытается раскаяться. Но я никак не могу реагировать. Я бы сказал, что мне всё равно, но нет. Обида на него въелась мне под кожу.

– Могу согласиться, – сквозь зубы, выдавливаю я.

– Имеешь полное право, Дейви, – Люк вздыхает.

Дейви? Он, что, решил задобрить меня прозвищем, которое он придумал ещё в школе? Серьёзно?

– У тебя милая девушка, и сын тоже. – Тут уже я решил высказаться в лоб.

Его брови вздёрнули вверх.

– О чём ты? Ах, это, – он усмехается и качает головой. – Это Райли – новая жена моего отца, а малыш Олли – мой сводный брат.

Этого я совсем не ожидал услышать.

– Ээ…я, извини. Сделал поспешный вывод, – я почесал затылок. – Что стряслось с родителями?

– Разбежались, – он пожимает плечами. – Они часто ругались, папа завёл любовницу, а затем и вовсе объявил, что женится на ней.

– Вот чёрт, а как же твоя мама?

– Она не удивилась. Они оба уже поняли, что их отношения не спасти. Мама переехала в Огайо, сейчас у неё есть вроде, как, ухажёр.

– А ты почему не уехал с ней? – я знал, что он больше был привязан к матери, нежели к отцу.

– Переехал. Пришлось, – он резко втягивает воздух. – Мама сказала, что не допустит того, чтобы я жил здесь с отцом и молоденькой мачехой.

– Но ты всё же здесь – я запутался.

– На каникулах. Как бы там ни было, я обожаю своего младшего брата – он едва улыбается.

– Мне жаль, что всё так вышло с родителями. – Язвить сейчас уж точно не собираюсь. И читать пустые нотации тоже. Я не он. Моя душа не падкая на такое.

– Ничего. Видимо, я этого заслужил.

Вау. Вину признаёт? Уже интересно.

– Мне пора, – я решаю не комментировать вслух его последнюю фразу и скорее отсюда свалить.

– Да, конечно. Я тебя провожу. – Он отходит в сторону, чтобы дать мне пройти и идёт за мной.

Когда я выхожу за порог, то решаю, что всё-таки нужно попрощаться. Но не нахожу слов. Совсем.

– Дейв, – голос Люка заставляет меня к нему повернуться прежде, чем я сел в машину. – Мне жаль.

– Жаль? – я сначала не совсем понимаю, о чём речь.

– Да, – он сжимает губы и проводит рукой по светлым волосам. – Жаль, что всё так вышло. Я не верну время вспять, но знай, я не забывал тебя.

Грудь сдавливает. Не забывал обо мне. Так почему же не пытался со мной связаться? Но я об это умалчиваю.

– Мне тоже, – ровным голосом проговариваю я и открываю дверцу своей машины. Прежде чем сесть, я оборачиваю взгляд на Люка – Пока, Люк. Может, ещё свидимся.

Он, видимо, услышал в моих словах надежду. Его лицо засияло, и губы расплылись в улыбке. Он кивнул мне, и я сел в машину, где меня уже ждал мой нынешний друг Кай.

– Так, всё нормально? Вы мило болтали, – он ухмыляется и заводит двигатель.

Я закатываю глаза:

– Просто был вежлив. Что же мне, нужно было его игнорировать?

– Нет, – его скулы напрягаются. – Так что, вы помирились?

– Нет, – я вздыхаю. – То есть не знаю, но он пытался извиниться, сказал, что ему жаль и всё такое.

– Он скучал по тебе, чувак, – Кай останавливается на светофоре.

– Наверно, но мне как-то всё равно что-ли? – я всматриваюсь в окно – Его родители развелись. Я просто не мог что-то ему предъявить. Это низко.

– М-да. Ты поступил правильно. Игнорировать его было бы как-то, как ты сказал? – он щёлкает пальцем, пытаясь вспомнить.

– Низко, – бормочу я.

– Да. Правильное слово, – он заворачивает налево. – Получается, вы снова будете друзьями.

Это был не вопрос. Он сделал вывод.

– Кай, я не знаю.

– Так и будет. Вам нужно помириться, он всё-таки был твоим лучшим другом, но ты не забывай меня, если что.

Ох, я понял. Кай думает, что я начну общаться с Люком и кину его? Ни черта. Я единственный близкий друг Кая, в университете с ним никто не дружил, считая его тихоней и ботаном. Не совру, я тоже так думал, но ошибся. Кай отличный парень. Он стал мне вторым братом.

– Шутишь что-ли? Ты всегда будешь моим другом. Не смей и думать, что я забуду про тебя.

– Дейв, это слишком мило. – Он говорит серьёзно, но затем начинает безудержно смеяться. Через мгновение я укатываюсь со смеху вместе с ним.

Глава 9

Месси

Мне кажется, я начала убираться по второму кругу. Полы сияют так, что в них можно увидеть своё отражение. Я осмотрелась. Чистота идеальная, что если бы сюда приехала инспекция, она точно поставила бы мне 10 очков. Всё же я продолжаю начищать столешницу, потому что пытаюсь себя занять. Кайлы нет слишком долго. Я написала ей несколько смс, она ответила, что всё в порядке. Только это было полтора часа назад. Почему она собирает вещи так долго?

Через полчаса я понимаю, что утомилась. Помимо уборки я наготовила еды. В последнее время я готовлю чаще и больше, чем когда-либо. Кайла просто сходит с ума по разным рецептам, которые мы постоянно готовим. Дейв в восторге от такого изобилия, а я насторожена. Сколько помню Кайлу, она никогда так не была заинтересована готовкой. Неужели жизнь с Джоном так повлияла на неё? Да, его нужно было ей кормить, но полагаю, она готовила без удовольствия, ведь Джон – говнюк.

Отбросив все мысли, я валюсь на диван и укрываюсь тонким пледом. Набираю номер Кайлы. Не берёт. Чёрт, теперь я волнуюсь ещё больше. Ладно, не буду себя накручивать. Всё будет хорошо, и вечером Кайла вернётся в целости и сохранности.

Я проснулась от звука поворачивающегося ключа в замке. Я сонно потёрла глаза и, натянув на себя плед, поплелась встречать, как я надеялась Кайлу. Но это была не она.

– Доброе утро, да? – Дейв улыбается, снимая кроссовки, затем оглядывает меня с ног до головы и изгибает брови.

– Что? – недоумеваю я.

Он ухмыляется.

– Вообще, я думал, мы собираемся в кино, которое… – он прищуривается, глядя на экран телефона – начинается через 30 минут, а ты всё еще в пижаме

– Ой, прости. На самом деле я думала, что пришла Кайла.

Дейв хмурится, снимая с себя грязную футболку.

– Не рада меня видеть?

Я склоняю голову набок совершенно нагло рассматривая Дейва: массивные мышцы и рельефная грудь открылась мне на показ. Он стал больше качаться. Когда мы с ним познакомились, он не был щуплым, его бицепсы были умеренные, но грудь не накачена. Теперь же передо мной стоял Аполлон с изящной и рельефной грудью, и животом с двумя кубиками пресса.

– Земля вызывает Месси! – он театрально прикладывает ладони ко рту, чтобы голос слышался громче.

– А? – я краснею. – Дейв, я не могу быть не рада тебе, мы живём в одной квартире.

– Мы живём вместе, – твёрдо исправляет меня он и подходит ближе.

– Не официально, – возражаю я. – Мы это не обговаривали.

Он хмыкает.

– Милая, не пытайся меня переспорить. – Дейв притягивает меня к себе и прижимается своими губами к моим.

Мои ноги пошатываются, и Дейв прижимает меня к стене, не отрываясь от моих губ. Когда нам не хватает воздуха, он отстраняется и целует мою шею. Я крепче прижимаюсь к нему. Его губы исследуют мои ключицы, уголки под ухом, щёки, подбородок. Я беру его за затылок и целую его в губы, отчего он смеётся, и его смех вибрирует на моих губах.

Дейв отстраняется и водит руками по моим бёдрам. Мои хлопковые шорты достаточно коротки, чтобы позволить ему делать это.

– Думаю, я доказал тебе, что мы официально живём вместе, и твои возражения не принимаются – его голос серьёзен, что на миг я напрягаюсь. После он расплывается в улыбке, отчего я понимаю, что он просто просит меня об этом. Жить с ним даже тогда, когда каникулы закончатся

Я слабо киваю, глотая воздух после долгого поцелуя.

– Хочешь жить со мной совсем?

– Как это «совсем» – Спрашивает Дейв, немного нахмурившись.

Я тяжело вздыхаю.

– Даже когда начнётся учёба. То есть мы будем жить вместе, покупать вместе продукты, спорить каждый вечер какой канал будем смотреть и обсуждать, как прошёл наш день, разделять весь этот быт и прочее.

Дейв внимательно вглядывается в моё лицо, пытаясь понять, хочу я этого или нет.

Я люблю Дейва и хочу быть рядом с ним как можно больше времени, но мне неспокойно. Я хочу всё же или нет? На самом деле я и сама не знаю. Я не вижу ничего плохого в сожительстве, но мы помирились недавно, хоть и до этого встречались полгода. Всё-таки – это мало. К тому же по статистике, пары, которые поспешно съезжаются, быстро разбегаются, так как их пожирает домашний быт.

– Да, я хочу всего этого, и ты перечислила лишь малу часть пунктов совместной жизни. – его лицо смягчается и он протягивает руку ко мне, чтобы погладить мои раскрасневшиеся щёки. – Ко всему этому, Месс, мы живём вместе с того дня, как мы помирились, и я не хочу жить порознь. Это сплошное разочарование. Я элементарно без тебя и не усну.

Я улыбаюсь.

– Ох, тогда, может, закупишься снотворным?

Дейв вздыхает.

– Хватит издеваться. Говори прямо.

Я вздыхаю и отлипаю от стены, чтобы пройти в гостиную. Устроившись на диване, я жестом подзываю к себе Дейва. Совершенно с обеспокоенным видом он садится рядом со мной.

– Я люблю тебя, ты ведь знаешь это? – я наклоняюсь к нему и беру его за руку.

– Меня пугает такое начало разговора. – Он поджимает губы и не держит мою руку в ответ. Я же продолжаю водить большим пальцем по его ладони.

– Эй, я не собираюсь порвать с тобой, – обиженно фыркаю я, но затем улыбаюсь.

Плечи Дейва расслабляются.

– Так, тебя не устраивает идея жить со мной постоянно?

– Устраивает, – я потираю свободной рукой висок. – Просто мне страшно, что, либо мы утонем в быту, либо надоедим друг другу.

Дейв хмурится, и презрительно смотрит на меня.

– Ты веришь, что мы надоедим друг другу?

– Дейв, я предполагаю исход события, – закусив губу, я понимаю, что мои слова его как-то задели.

– Про быт – это настоящий бред и стереотип из глупых женских журналов. Всё будет в порядке, тем более это всё равно случится рано или поздно. Наше сожительство.

– Конечно, но мы недавно помирились после долгой разлуки, и…

– И? – его тон стал жёстким.

– Мне кажется ещё рано, – выпаливаю я.

– Ты не доверяешь мне или что? – его выражение лица показывает совершенную растерянность.

Я закатываю глаза.

– Господи, конечно доверяю. Причём тут это?

– При том, что ты, говоришь, что любишь меня, веришь мне, и мы с тобой немало прошли и испытали, а теперь ты заявляешь, что не хочешь жить со мной. – Он отдёргивает свою руку и встаёт с дивана.

Я тоже поднимаюсь на ноги.

– Я хочу, но считаю разумным, что ещё рано. Можно какое-то время нам жить, как и раньше, всё между нами остаётся также, ты для меня всё тот же самый важный и любимый человек.

– Твои слова – сплошная глупость и доказывают обратное. – Он взъерошивает свои волосы и нервно вздыхает.

Он считает, что моё мнение – это глупость?

– Знаешь, если ты хочешь так думать, думай. Твоё право, – я отворачиваюсь и ухожу в спальню.

Обнаружив на кровати скомканное чистое бельё, я решаю, что заняться им самое верное решение сейчас. Это занятие немного успокоит мои нервы

Через минуту Дейв приходит ко мне.

– Я не думал так. Прости.

– Минуту назад, ты говорил иначе, – я пожимаю плечами и продолжаю складывать постиранную одежду.

– А что я ещё мог сказать? Моя любимая девушка, считает, что если мы съедемся насовсем, то обязательно надоедим друг другу. – Его тон раздражённый и резкий, и от него я вздрагиваю.

– Я не говорила «обязательно», – спокойно отвечаю я, сложив руки на груди.

Дейв фыркает.

– Дала понять.

– Ничего такого. Просто мне страшно, чёрт возьми! Понимаешь? Страшно! – я вскакиваю на ноги, и голос становится таким же раздраженным, как и у Дейва.

– Чего ты боишься, Месс? – ровным голосом спрашивает он.

– Того, что живя вместе, ты поймёшь, что я не совсем такая, какую ты меня знаешь, что, проводя со мной почти всё своё время, живя со мной в одной квартире, ты начнёшь копаться в себе и во мне, ища недостатки. Тебе вдруг покажется, что ты ошибся, что может я, не совсем та, которая тебе нужна, не твой человек. Боюсь, что я тебе буду докучать или того хуже, начну раздражать.

Дейв молчит и смотрит на меня такими глазами, что моё сердце сжимается до боли. Я задело его. Сильно.

– Ты действительно так думаешь, исходя из того, сколько мы прошли, как я говорил тебе, что ты мой свет, моя надежда на лучшую, счастливую жизнь, что я не хочу тебя отпускать от себя и люблю тебя больше жизни. Я готов на всё ради тебя, ты это знаешь. После всего этого, ты говоришь мне, что я разлюблю тебя, и ты мне просто надоешь? Ты, чёрт возьми, правда, так думаешь?

В глазах щиплет. Я еле сдерживаю слёзы.

– Я всё сказала, больше я никак объяснить своё беспокойство не могу.

– Боже, Месс, ты опять думаешь не о том, это глупо, и … – он видит, как мои глаза наполняются слезами, и качает головой в отчаянии – Нет, нет, прости меня. Твои страхи – это не глупо. Когда мы в последний раз ссорились, я сильно обидел тебя этим и больше повторять этого не хочу.

Я даже удивилась тем, как он резко усмирил свой пыл и осознал то, о чём он говорит. Но я сама не понимала, как выкрутиться теперь из сложившейся ситуации, потому что вижу, то, что я сказала ему ранее, его задело, и он просто подавил в себе обиду, чтобы не сорваться.

– Всё это сложно, знаешь. Я хочу быть с тобой каждую минуту своей жизни, но жить вместе, это уже очень серьёзно, и потом, если мы расстанемся, будет больнее. – Я сжимаю губы и мысленно ругаю себя за то, что сказала.

Расстанемся. Я и не думала об этом. Почему я это сказала? Нужно спросить мою безмозглую голову.

– Если мы расстанемся, – удивлённо повторил Дейв и осёкся.

– Нет, я не то хотела сказать. – Я подхожу к нему, но он останавливает меня, выставив вперёд руку.

– Раз ты это сказала, значит, ты думаешь об этом. – Его осевший хриплый голос причиняет ему боль.

Я точно сказала огромную глупость!

– Нет, конечно, нет. Я не хочу этого, – протестую я и закрываю лицо руками.

– Зачем ты тогда мне это говоришь, Месси? Я, блин, не понимаю тебя! – он почти рычит и стискивает челюсть.

– Потому что пытаюсь донести до тебя и объяснить то, почему мне страшно жить с тобой, я боюсь тебя потерять, только и всего – я пожимаю плечами и смахиваю уже выкатившиеся слёзы рукой.

– Ты сейчас поняла, что ты сказала? Противопоставила свои же слова. – Он качает головой и нервно выдыхает. – Сегодня я виделся с Люком – это меня пошатнуло, я пришёл домой, и тут же ты начинаешь пудрить мне мозг.

Я хмурюсь:

– Ты виделся с Люком?

– Чёрт. Да – он проводит рукой по волосам и прижимается спиной к стене.

– Вы поговорили? Помирились? – эта новость настолько меня потрясла, что я, забыв о нашем нынешнем разговоре полностью проникнулась в тему встречи Дейва с Люком.

– Да, поговорили. Помирились – это вряд ли.

– Но почему? Он не сделал ничего для этого? – я изгибаю брови.

– Сделал. По-видимому, он хочет примирения, но я нет – Дейв напрягается.

– Не хочешь? – я, мягко говоря, удивилась. – Он ведь был твоим лучшим другом.

– Был, – сухо проговорил Дейв.

– Но ведь ты сам чувствовал вину перед ним, – осторожным голосом говорю я, прикусывая губу.

Эта тема ему не приятна, но я всё же достаю его вопросами. Что за муха меня сегодня укусила?

– Он виноват так же передо мной, как и я перед ним, даже больше. Я больше не хочу об этом говорить.

– Ты избил своего лучшего друга, и считаешь, что это он должен извиняться?

Да, кто меня тянул за язык, чёрт возьми?

– О, а ты, оказывается, сучка – Дейв нехорошо усмехнулся.

– Что ты сказал? – я возмущённо скрестила руки на груди.

Я? Сучка? Если бы он не усмехнулся так, с сарказмом, я бы опустила этот момент, как шутку. Но он сказал это всерьёз.

– Ты сейчас упрекнула меня в том, что я избил Люка – Дейв стискивает челюсть и сжимает руки в кулаки – Да, я его ударил, и ты сама знаешь почему. Я был пьян, мне было чертовски плохо, и всё это дерьмо. Так, в конечном итоге, ты обвиняешь меня!

– Да, что с тобой такое? Я ничего подобного не имела в виду, это ты только что назвал меня сучкой! – мой голос переходит на крик.

– Потому что ты себя так ведёшь, – рычит он в ответ.

– Знаешь, что? Я просто удивилась тому, что ты не захотел помириться со своим бывшим лучшим другом, которым, как ты мне говорил, дорожил. Но оказывается ты просто слабак, Дейв. Ты не можешь впустить обратно человека из своего прошлого, – тычу в него пальцем. – Ты считаешь глупыми мои страхи, но сам боишься больше чем я. Ты боишься, что прошлое вновь тебя настигнет, бросит свои тени, ведь оно уже к тебе возвращалось, когда из-за этого я чуть не погибла! Ты, чёртов трус, не я! – прижимая руку к груди, я качаю головой.

Во мне кипела злость и обида, я не думала, о чём говорю. Дейв сам нагло предъявил мне, что мои мысли – это глупо, мои страхи – ерунда. Разве так можно смеяться над чувствами человека, которого ты любишь?

Глаза Дейва искрятся и наливаются кровью. На лице не дрогнул ни один мускул.

– Выходит, что я трус в твоих глазах, да? – его тон настолько ледяной, что моё сердце ухает вниз с бешеной скоростью.

– Ты вынудил меня сказать это. Почему же ты смеёшься над моими страхами, Дейв? Значит, и я могу посмеяться над твоими.

Его губы кривятся в удивлённом «О»

– Даже хорошо, что ты не помирился с Люком. Он, кажется неплохой парень, раз сам сделал первый шаг тебе навстречу, даже после того, что ты сделал. Ему же лучше, не иметь такого друга, как ты. – Я говорю это на одном дыхании, и вдруг чувствую, как глаза жжёт.

Я знаю, что не стоило мне это говорить. Однако, я уже это сказала.

– Вот как, – ледяным тоном проговаривает Дейв и сужает глаза, в которых столько боли, от чего я отшатываюсь назад.

Я сделала ошибку. Что, со мной вообще такое? Я не понимаю, о чём я говорю. Такой момент, что в голове у меня одно, а мой язык говорит другое и не подчиняется мне.

– Дейв, я… – не успеваю я, и закончить, как Дейв поднимает руку, призывая меня замолчать.

– Я всё услышал, – перебивает меня он. – Ты достаточно сказала.

– Я не хотела, Дейв – я подхожу к нему и касаюсь его руки.

Дейв смотрит на меня сверху вниз, как на…ничтожество? С отвращением он отбрасывает мою руку и вылетает из комнаты. Через несколько секунд я слышу, как хлопает входная дверь. И в этот момент я понимаю, что теперь я причинила ему столько боли за раз, сколько никогда не причиняла, и чего он от меня точно не ожидал.

Чувствуя огромную пустоту и раздирающую боль в груди, я обессиленно падаю на кровать, и зарываюсь лицом в подушку, чтобы подавить крик плача.

Глава 10

Дейв

Напиться сейчас было бы самой лучшей идеей, но я не стану этого делать. Если вновь опущусь до этого уровня, назад дороги не будет. Я, будто зависим. То есть, если я сейчас придамся алкоголю, как спасению, то натворю дел, это уж точно. Тогда я точно потеряю Месси. Пьяный я вломлюсь в квартиру и наговорю ей такого дерьма, которого она не вынесет и уйдёт, навсегда уйдёт. Есть вариант и хуже – я могу её выгнать.

Я иду по тротуару своей нешумной улицы. Конечно, днём здесь кипит жизнь, но, почему-то к вечеру жизнь здесь приходит в покой. Вообще, я думал, что должно быть иначе. Обычно центральные улицы вечером становятся намного шумнее, чем днём. Люди выходят в клубы, рестораны, танцуют на площадях под музыку уличных музыкантов, собираются компаниями, чтобы отдохнуть после долгого трудового дня. Только здесь, на этой улице, просторно и людей не так много. Хотя странно, ведь вечер прохладный, по сравнению с тем, какое пекло было сегодня днём.

Добираясь до ближайшего парка, я нахожу одинокое дерево и устраиваюсь прямо под ним. Пока я шёл сюда, я пытался освободить голову от мыслей, но сейчас все прошедшие полчаса навалились на меня огромной и бешеной волной.

Первое: Моя любимая девушка, которая и есть мой смысл жизни, сомневается в серьёзности наших отношений.

Второе: Она не хочет жить со мной.

Третье: Она считает меня слабаком, и что дружба с таким как я – это отстой.

Каков итог? Я не знаю, что мне со всем этим делать. Таких слов услышать от моей девочки я совсем не ожидал. Во мне угасла злость, да и её не было. Я насквозь пробит обидой, что грудная клетка сжимается до боли, когда я делаю вдох. Да, я ответил ей как-то грубо, но это только уже после ею сказанных слов. Я просто был настолько ошарашен её поведением, что не нашёл других слов, кроме того, чтобы назвать Месси сучкой. И вообще, я не понимаю, какого чёрта она приставила мои отношения с Люком, к теме о сожительстве. Я знаю, что она меня любит, что прошлый год остался, как и надо, в прошлом. Я надеялся, мы забудем это, будто и не расставались, будто этот год были вместе. Но Месси, видимо, считает иначе, раз убеждала меня в том, что слишком рано. Я думал, что мы полностью доверяем друг другу и уверены, что наши отношения самые, что ни на есть серьёзные. Я собираюсь прожить с ней всю жизнь, я говорил ей, что люблю её так сильно, что больше никогда в моём сердце другой не будет места. Всё моё сердце занято ею. Я отлично помню моменты, когда Месс говорила мне, что я изменил её жизнь, подарил ей любовь, и что она ни за что не хочет со мной расставаться, всегда быть рядом. Только почему сейчас всё иначе? Что такого в том, что мы будем жить вместе, я думал, это её маленькая мечта или что-то в этом роде. Мы с ней жили в отеле вдвоём, ночевали в моей квартире, спали вместе. Всё делали вместе. Да, блин, мы последние недели живём вместе. Я полагал, что она счастлива, но как оказалось, Месс не считает, что продолжать жить под одной крышей хорошая идея.

Я поднимаю голову и смотрю на облака, беззаботно плывущие по небу. Обида прожигает тело. Глаза затуманиваются. Чувствую, что они наполняются слезами. Я, чёрт побери, чуть не плачу. Всё же сдерживаю слёзы. Я не маленький мальчик, в конце концов. Если что-то между мной и Месси изменилось, если она не хочет и дальше быть со мной, я не буду её держать. Не вижу смысла. Не хочу верить в то, что я ей не нужен, но уже поздно. Эта мысль нагло влезла в мою голову и не собирается оттуда выходить.

На улице почти стемнело. Думаю, что сидя здесь я ничего не добьюсь. Ладно. Хотя бы немного проветрил мозги, уже что-то. Я чувствую пустоту. Почему её слова так сильно меня задели, даже ранили, я не знаю. Может, потому, что по её тону я понял, что она говорит правду, то есть эти слова не вырвались с её губ просто так. Месси осознавала, что и как мне говорит, но это не остановило её. Она добила меня тем, что я плохой друг. Откуда ей вообще знать, чёрт возьми. Сморозила глупость, как по мне, ссылаясь только на ту ситуацию с Люком. Но в то же время она сама же меня поддержала, когда я рассказал ей о драке, сказала, что понимает, тогда я был сломлен.

Я не смогу так быстро оттаять к ней, но домой вернуться нужно. Проходя мимо бара, который забит людьми, вывеска так и манит, я сжимаю руки в кулаки. Мне противно от самого себя. Неужели Месси права, и я действительно слабак? Я искоса смотрю на бар и мысленно бью себя по челюсти за мысли о том, что чертовски хочу там напиться, чтобы забыться. Чёрт. Рассуждаю, как алкоголик. Но вся эта ссора меня подкосила. Если бы родители видели сейчас, что я при малейшей проблеме собираюсь напиться, они были бы очень сильно разочарованы. Я не думал об алкоголе вовсе. Когда мы разлучались с Месс больше чем на год, всё это время я не пил, когда ходили с ней в ночные клубы, ругались – я не пил. Я смог взять себя в руки и отказаться от этого дерьма, после которого я расхлёбываю собою созданные проблемы.

Добравшись до квартиры, я как можно тише поворачиваю дверной замок, стараясь войти не замеченным, но это зря. В доме никого нет, хотя бы потому, что у порога нет ни сандалий Месс, ни кед Кайлы. Просто прекрасно. И куда же сбежала Месси?

Пройдя в гостиную, я услышал, как где-то вибрирует телефон. Войдя в спальню, я обнаружил, что Месси забыла его на тумбочке.

Да, так не стоит делать – нельзя влезать в чужой телефон, даже если это телефон твоей девушки. Но я всё равно делаю это, потому что на него уже трижды пришло уведомление. Резко выдохнув, я беру в руки телефон и снимаю с блокировки.

Сообщение от Уилла:

Малышка, почему ты так долго едешь? Надеюсь, всё в порядке.

Отпишись мне, когда будешь подъезжать.

А, и ещё я купил нам огромную коробку мороженного, я развеселю тебя!

У меня глаза на лоб полезли, и я чуть не выронил телефон из рук. Он ещё в конце поставил ей кучу смайликов в виде сердец. Какого чёрта он называет её малышкой? Друзья называют друг друга деткой? Разумеется, нет. Теперь они уже больше, чем друзья?

Я зажмуриваюсь и резко открываю глаза. Телефон всё ещё в моих руках и эти сообщения опять перед глазами. Я надеялся, что мне показалось, но чуда не случилось.

В коридоре слышится хлопок двери. Быстрые шаги приближаются к спальне.

Месси входит в комнату и вскрикивает:

– Вот, чёрт! – она отскакивает к стене и внимательно меня разглядывает – Ты меня напугал.

Я ничего не отвечаю. Месси приковывает взгляд на телефон в моих руках, и хмурится.

– Я его забыла, – прикусив губу, она заправляет за ухо прядь. Её глаза сверкнули. – Ты влез в мой телефон?

– Нет, – сухо отвечаю я. – Он слишком долго вибрировал, и там высветились сообщения.

– Наверное, они от Уилла, – спокойно отвечает она.

– Ты так просто мне об этом говоришь, да? – я усмехаюсь.

– Да. Уилл – мой лучший друг, и ты это знаешь, так что твои сцены ревности тут не уместны. – она скрещивает руки на груди.

Чёрт. Как у неё всегда в конечном итоге получается выйти сухой из воды? А я чувствую себя придурком.

– Он назвал тебя малышкой, – выдвигаю свою позицию, не отводя глаза от Месси.

– Он меня так называет иногда, когда мне плохо. Просто в шутку по-доброму. – Она пожимает плечами, будто в этом нет ничего такого. – Ах, да. Я собиралась к нему ехать, потому что мне нужно было с кем-то поговорить, а Кайлы нет дома.

– Ясно, – сухо отвечаю я и, оставив телефон на тумбочке, выхожу из спальни, минуя взгляд Месс.

Через мгновение она догоняет меня и останавливает за плечо.

– Ты ведь не подумал, что между мной и Уиллом что-то есть? – её глаза, как у оленёнка Бемби: круглые, взволнованные бегают по моему лицу, внимательно всматриваясь.

– Мне всё равно, – отрезаю я, стряхивая её руку с себя.

Она резко втягивает воздух и отступает на шаг назад, будто от сильного удара. Её губы дрожат, щёки покраснели. Она вот-вот заплачет.

Знаете, что самое ужасное? Что мне действительно не жаль её. Каждое грёбаное слово, которое она сказала против меня, въелось в мой мозг и держит обиду. Она умудрилась съязвить и защитить себя даже тогда, когда я ей предъявил, что её друг называет её Деткой. Так, блин, не бывает. Он не имеет называть Деткой мою девушку. К тому же, после того, как она поссорилась со мной она сразу бежит, что? Обсуждать это со своим дружком.

Господи, не знаю, что мною движет, но я ещё не остыл до конца, чтобы ответить ей помягче, обнять её или успокоить. Нужно уйти. Снова. Иначе я сделаю глупость и нагрублю ей. А я этого вовсе не хочу.

Глава 11

Месси

Что такое боль? Душевная, которая разрывает тебя на части изнутри и сдавливает грудь так сильно, что тяжело дышать. Больно – когда тебя предают, когда любовь не взаимна, когда что-то не получается, когда уходят близкие люди. Только сегодня я ощутила новую и ещё незнакомую мне боль. Она острее, она задевает самые сокровенные места души и разрывает сердце пополам. Эта боль – равнодушие.

Когда Дейв хлопает дверью вот уже второй раз, и в этот раз прямо перед моим лицом, я хочу исчезнуть, чтобы не чувствовать всего этого. В его взгляде, голосе – один холод и равнодушие. От этого становится настолько ужасно на душе, что нет никаких сил.

Неужели мои слова его так сильно задели? Раньше, когда мы ругались, мы быстро мирились, находили компромисс и извинялись. А сейчас всё так навалилось. Он предложил мне жить вместе всегда. Я хочу этого, безусловно. Но только я не считаю свои страхи такими уж глупыми. Я здраво оцениваю реальность. После нашего разрыва, мы не виделись больше года. Да, он всё тот мой родной Дейв, и я для него всё та же, но это не так. За прошлый год произошло многое, о нервном срыве Дейв уже слышал от отца, и про новые приступы рвоты, тошноты, недомогания тоже. Но это ещё не вся правда. Моё психическое состояние ухудшилось, и даже папа не знает, что я пью новые таблетки. Когда я находилась одна в комнате, мне казалось, что Дейв рядом, сидит напротив и рассказывает мне о том, как прошёл его день. Я видела его так же ясно, как день. Я слышала его, разговаривала с ним. И вопрос. Кто так делает? Да, верно – сумасшедшие. Но доктор Педерсен меня уверял, что это не так. Если бы я время от времени разговаривала само с собой, то это бы вполне считалось нормальным. Но я не разговаривала сама с собой. Я разговаривала с Дейвом, представляя, что он совсем рядом и всё такое. Педерсен сказал мне, что такое отклонение появилось из-за сильной тоски к Дейву, ведь мы до этого не расставались больше, чем на сутки. После срыва и больницы, моё сознание настолько меня мучило воспоминаниями о Дейве, что это привело к тому, что я отчётливо видела его образ, слышала голос. Покопавшись в источниках, я поняла, что Педерсен просто скрыл от меня правду, чтобы не расстраивать и не пугать меня. Либо он просто сам не знал, что со мной. Всё, что со мной происходило – это было одним из пунктов психоза, а психоз – это один из симптомов шизофрении. Но это лишь возможный диагноз, так как не все симптомы совпали. У меня не было агрессии, я не избегала общения, с речью всё было отлично. Но всё же совпали такие симптомы, как: галлюцинации, зацикленность на человеке (Дейве), проблемы со сном, депрессия, голоса в голове. Я и раньше слышала голоса, но не разговаривала с ними, и они не отвечали мне, как отвечала галлюцинация Дейва. Доктор Педерсен просто сам в замешательстве, поэтому и сказал мне, что волноваться не о чем. Я приходила постепенно в норму, после разрыва с Дейвом. Вернула жизнь в прежне русло. Всё налаживалось, даже мы с Дейвом скоро вновь стали вместе. Но шок, который я испытала, когда появилась Кайла, сильно сказался на моём психическом здоровье. Собственно, поэтому я время от времени не могу осознавать, что я говорю и зачем. Я совершенно ненормальными отговорками дала Дейву понять, что не хочу жить с ним, хотя это не так. Я обидела его, сказав, что такого друга, как он никому не пожелаю. Я не могла себе противиться. Просто говорила, но не понимала, какие ужасные вещи я сказала.

Собирая в голове весь груз этих гнетущих мыслей, я совсем обессилевшая рухнула на пол и заплакала в голос. Не могу терпеть эту неясность в себе. То, чего я так боялась. Неужели, я схожу с ума по-настоящему? Я так долго работала над собой, чтобы этого избежать. Но всегда происходят такие события, которые выводят меня из колеи. Что даже обычная ссора с Дейвом, в которой виновата лишь я, причиняет мне сильную боль. Я ещё в здравом уме, я осознаю точно, что происходит – это меня успокаивает. Я надеюсь, что мои отклонения с неконтролируемыми эмоциями, меня оставят, и всё будет хорошо. Постараюсь, чтобы было. Мне не место в доме, для сумасшедших.

***

Я даже и не помню, как очутилась на диване и уснула. Меня разбудило какое-то жужжание. Ах, да, вибрировал мой телефон. Я лениво потянулась за ним, к журнальному столику.

Звонила Кайла.

– Господи, Кайла! – я облегчённо выдохнула. – Почему ты не отвечала на звонки?

– Прости, прости, – щебечет она. – У меня телефон разрядился.

– Когда ты приедешь? Ты говорила, что поездка не займёт много времени. Я переживаю.

– Пришлось задержаться. Нужно было уладить кое-какие дела с хозяйкой – вдруг на заднем плане послышался детский плач.

– Что там такое?

– Эээ… – она запинается. – Это какой-то малыш плачет в автобусе.

Она врёт.

– Но ведь не слышно шума автобуса, и остальных людей, – возражаю я.

– Просто стояли на остановке. Всё, больше не могу говорить. Скоро буду, целую.

Кайла отключает трубку, и я пытаюсь отогнать из своей головы ту мысль, что Кайла меня обманула. Может, она присматривает за ребёнком хозяйки или ещё что. Как бы то ни было, главное, чтобы она не попала в неприятности.

Урчание в животе даёт понять, что я ничего не ела с самого утра. Нужно что-нибудь приготовить. Встав с дивана, я немного теряю равновесие. Голова раскалывается. Скорее всего от того, что в квартире жутко душно. Конечно, я ведь забыла включить кондиционер. Разобравшись с ним, я побрела на кухню. Изучив содержимое холодильника, я поняла, что приготовить лазанью, будет оптимальным вариантом.

Закончив с готовкой, я решила, что дождусь к ужину Кайлу, или Дейва. Хотя, Дейв вряд ли будет ужинать. Надеюсь, он придёт ночевать домой.

Оставив лазанью на столе, я прихватила с собой яблоко и устроилась на диване. Включила телевизор и наткнулась на какой-то детектив. Почему бы и не скрасить этим фильмом вечер?

Через минут двадцать в прихожей открылась дверь. Я хотела уже встать, и пойти на кухню, так как думала, что приехала Кайла. Но это снова была не она. Неторопливо в гостиную вошёл Дейв.

– Привет. – Это всё, что мне на данный момент пришло в голову.

– Виделись, – сухо отвечает он, вытаскивая из холодильника бутылку газировки.

Ох.

– Я приготовила ужин. Может, поешь? – я пересаживаюсь на подлокотник дивана.

– Я не голоден.

Господи. Его голос. Такой холодный, равнодушный. Будто меня облили ледяной водой. Кто бы мог подумать, что мне будет так больно чувствовать это – равнодушие от любимого человека.

– Ты поел в городе? – пытаюсь спокойно сказать я, но голос предательски дрожит.

– Ага, – таким же дурацким тоном отвечает он, и закрывает бутылку газировки, кладя её обратно в холодильник. Затем отворачивается и уходит

Нет, так не пойдёт.

– Ты долго ещё будешь вести себя так? – возмущаюсь я, следуя за ним.

Дейв нехотя останавливается и медленно поворачивается ко мне.

– Как так?

– Как полный придурок, – скрестив руки на груди, отвечаю я.

Он резко втягивает воздух, но ни один мускул на его лице не дрогнул.

– Лучше ничего мне не говори, – цедит он сквозь зубы. – Я наслушался, спасибо. А теперь просто не лезь ко мне хотя бы пару часов.

Я отшатываюсь назад. То ли он сказал это грозно, то ли жалобно. Он ведёт себя непонятно, не могу разобраться, почему он всё ещё обижается, и не даёт мне с ним поговорить нормально.

– Дейв, ты не можешь… – я не успеваю закончить.

– Я не остыл, ладно!? – рычит он, но затем смягчается и продолжает. – Просто оставь меня в покое.

Мои губы дрожат, глаза щиплет. Нет, я не должна перед ним плакать!

Не посмотрев на меня, Дейв уходит в комнату…Родителей? Он туда зайти на несколько минут мог с трудом, а сейчас он забрал подушку из своей комнаты и зашёл в спальню родителей. Даже не в гостиную, а туда. Конечно, он не хочет со мной сейчас пресекаться. Как будто я предала его. Он ведёт себя именно так.

– Хэй, я пришла! – в квартиру влетает Кайла, и, судя по её тону, у неё прекрасное настроение.

Как же я ей сейчас завидую.

– Я тебя заждалась. – Подходя ближе, я протягиваю к ней руки.

– Ещё раз прости, что заставил тебя волноваться. – Она обнимает меня и целует в щёку. – А чем это так вкусно пахнет?

– Голодная?

Кайла хитро улыбается:

– Чертовски.

– Иди, мой руки, – слегка улыбаясь, говорю я, и вздыхаю. – Хоть кто-то рад ужину.

Кайла снимает кеды, и с недоумением смотрит на меня:

– А где Дейв? Разве вы не отужинали вместе?

Я сглатываю комок в горле.

– Нет. Идём уже скорее есть.

Мы проходим в кухню и усаживаемся за кухонный островок. Я накладываю в тарелки лазанью, и Кайла сразу же жадно проглатывает первый кусочек.

– Господи, как вкусно. – Она издаёт удовлетворённый стон, а я в ответ пытаюсь выдавить подобие улыбки.

– Что с тобой не так? – вдруг спрашивает Кайла, отпивая из стакана сок.

– Мы с Дейвом… – я бросаю взгляд на коридор, чтобы удостовериться, что Дейв нас не слышит – поссорились. И, в общем, он как-то странно отреагировал. Раньше он ни разу так не обижался.

– То есть, ты зачинщик? – вскидывая брови, спрашивает Кайла.

Я устало вздыхаю и закрываю лицо руками:

– Видимо, да.

– И видимо, твои слова как-то по особенному задели Дейва, – пожав плечами, Кайла проглатывает ещё один кусок. – Когда мы вместе работали, я назвала его нюней. После этого он не разговаривал со мной продолжительное время, и скалился, как гремучая змея.

Я издаю смешок.

– Значит, я до сих пор его хорошо не знаю.

– Уф-ф, – Кайла взвывает и закатывает глаза. – Ты знаешь его так, как никто другой. Перестань себя накручивать. Неужели ты весь день сидела и волновалась об этом?

Я киваю.

– Завтра же вы помиритесь, поверь мне – заключает Кайла.

Ага, если он завтра с самого утра не убежит от меня, лишь бы я его не трогала, как он сказал: «Оставь меня в покое, не лезь ко мне». Я знаю, что он меня любит, и только поэтому я всё ещё здесь и пропускаю эти его ужасные слова мимо ушей.

– А что на счёт тебя? – я пристально смотрю на Кайлу.

– А что? – она поправляет заколку на волосах, и кудрявая прядка выбивается из пучка.

– Почему ты так задержалась, – объясняю я.

Её взгляд сразу же мрачнеет. О, нет. Она боится этого разговора, и даже волнуется. Я всё ещё помню повадки своей лучшей подруги.

– Просто сразу закончила все дела с хозяйкой. Оплатила остаток ренты, разобрались с бумагами, только и всего. – Она откидывается на спинку стула, и потягивает из стакана сок.

– А что за ребёнок плакал? Это точно в автобусе? – не отстаю я.

– Ну, конечно, – уверенно отвечает она.

Может, я и поверю.

– Ты не попала ни в какие неприятности? Поездка в целом прошла хорошо?

Кайла театрально вздыхает:

– Да, Месси, всё было хорошо, не волнуйся. И никто меня не преследовал и не пытался убить, если ты об этом – она встаёт из-за столешницы и складывает посуду в посудомойку.

– Ладно, хорошо. – Я мягко улыбаюсь.

Кайла подходит ко мне и обнимает меня за плечи:

– Я жутко устала. Ты не против, если я пойду спать?

Я крепко обнимаю в ответ подругу, и посмеиваюсь.

– Конечно, нет. Почему ты спрашиваешь?

Отстранившись, Кайла пожимает плечами:

– Может, тебе всё ещё грустно и хочешь поболтать?

– Всё нормально, я тоже сейчас лягу, – успокаиваю я её, и она, пожелав мне доброй ночи, скрывается из гостиной.

Глава 12

Дейв

Проснувшись утром, я молюсь, чтобы не застать на кухне Месс. Просто не готов разговаривать с ней. Лучше я, как и хотел, поеду в тренировочный зал с Каем. Выплесну всю агрессию, которая так и давит. Я чувствую себя, как два года назад, когда во мне жил тот самый зверь, как сказала Месси. Я не мог тогда контролировать свои эмоции. И самое страшное, что сейчас это происходит снова. Такое ощущение, если на улице меня кто-то заденет, я его прибью. Очень глупо, да. Но я всю ночь прокручивал в голове встречу с Люком, слова Месс, и думал над тем, что нужно сделать. Чтобы привести свои мысли в порядок и убить в себе ту каплю чувства вины, которая осталась. Нужно поговорит с люком сегодня. Да, сделаю это сразу после тренировки в зале.

Надев джинсы и чёрную футболку, я покидаю спальню родителей. Вчера я долго не решался лечь на эту кровать. Но идея спать на жёстком полу – не лучшая инициатива.

Выйдя в коридор, случилось то, чего я хотел меньше всего – столкнуться с Месс. Но через секунду я меняю своё решение.

Месси вышла из ванной, вытирая мокрые волосы полотенцем, и… она в одной футболке, без шортиков. Практически в нижнем белье, она смотрится в зеркало, продолжая высушивать волосы. Я невольно склоняю голову и откровенно пялюсь на её ягодицы, идеально очерченные бёдра, которые покачиваются из стороны в сторону, когда Месси поворачивается корпусом.

Я сглатываю слюну, видимо достаточно громко, что привлекаю внимание Месси.

Она ахает:

– Я тебя не заметила. – Её щёки покрываются румянцем, и она моментально тянет подол футболки вниз, чтобы прикрыться. Ха. Как будто я не видел её в белье.

Я усмехаюсь.

– Да ладно, – я стаскиваю с крючка ключи от машины и ветровку.

Месси всё так же в недоумении смотрит на меня. Ох, она ждёт от меня какие-то слова, но я не готов говорить. Не хочу язвить ей, а сейчас я могу это сделать, потому что в паршивом настроении…И вообще, я бы сейчас сжал её идеальные бёдра и зацеловал до смерти, но мне нужно вытрясти из себя всю дурь, которую я ощущаю.

Прежде, чем я захлопну дверь, Месси окликает меня.

– Ты ведь сегодня не работаешь. – Её голос встревожен.

Я пожимаю плечами:

– Появились дела, – я уже выхожу из квартиры, но придерживаю дверь и говорю через плечо. – Ходи в таком виде чаще.

Сначала её щёки снова вспыхивают, но после она смущённо улыбается, а я подмигиваю ей и закрываю дверь. Думаю, она поймёт, что вчерашний я – это всплеск злости и обиды, и что уже сегодня вечером я буду тем же самым хорошим Дейвом. По крайней мере, надеюсь.

***

В зале людей не много, что меня радует. Значит, точно найдётся свободная груша. Проталкиваясь через кучку потных парней, я вхожу в раздевалку. Обнаружив там спортивную сумку Кая, я догадался, что он уже в зале.

Переодевшись, я иду в тренировочный зал и ищу глазами Кая. Когда я вижу его, то направляясь ближе, сотрясаюсь от смеха. Груша раскачиваясь, ударяет его, а он яро пытается ей противиться.

– Суровый противник, а? – усмехаюсь я, останавливая раскачивающуюся грушу.

Кай фыркает, взъерошивая свои чёрные волосы:

– Эй, я просто новичок в этом деле.

Я закатываю глаза.

– Какого чёрта ты так сильно её раскачал?

Он пожимает плечами, и ударяет грушу, толкая её.

– Я сделал так, и всё.

Я сейчас умру от истеричного смеха.

– Её нужно бить, напрягая все мышцы, – объясняю я. – А не толкать, как входную дверь или типа того.

Кай взвывает, ругаясь под нос.

– Чувак, я, что реально такой тупой?

– Нет, конечно. Просто природа дала тем меньше мозгов, чем всем остальным, – Я кривлюсь в усмешке, а Кай пихает меня в живот достаточно сильно, что я откашливаюсь.

– Блин. Больно? – Кай держит меня за плечи, заглядывая мне в глаза.

– Всё нормально, – я медленно выпрямляюсь и хлопаю друга по плечу. – Видишь, сила то есть, просто нужно научиться, правильно ею пользоваться.

Я показал Каю правильную технику, которую помню ещё с тех времён, когда занимался баскетболом. Я частенько занимался с грушей, чтобы выпустить пар. Помнится, в большей степени я хотел быть сильным и чувствовать себя увереннее. Так как в баскетболе обычно парни по два метра ростом, я с тремя парнями был меньше остальных со своими метр восемьдесят.

Оставив Кая наедине с «противником» я последовал к другой груше и занимался до тех пор, пока костяшки на пальцах не разодрались до крови. Знаю, можно было надеть повязки, но тогда я бы не почувствовал эту боль, физическую, которая принесёт ясность в мою голову. Да, странно. Но таков вот я.

Закончив тренировку, я как раз увидел в поле своего зрения человека, с которым сегодня мне нужно, наконец, разобраться. Раз и навсегда. Либо всё наладится, либо нет.

С совершенно потерянным видом, Люк направлялся в мою сторону. Кай, тоже, его, заметив, заканчивает мучать свою грушу и подлетает ко мне.

– Что он здесь делает? – в его тоне толи удивление, то ли…Ревность?

Да, он определённо не в восторге от того, что я, возможно, сближусь со своим старым другом. Но как бы то ни было, я ведь всё равно продолжу дружить с Каем. И вообще, ещё не ясно: сможем мы с Люком теперь найти общий язык или нет.

– Привет, Дейв и…– он, прищурившись, смотрит на Кая.

– Я Сисилио, – уверенно отвечает он, а я прыскаю со смеху.

– Сиси… Как? – Люк в недоумении, а Кай сотрясается от смеха.

Я, решив, что достаточно прикалываться, толкаю его в плечо. Он успокаивается.

– Кай. Меня зовут Кай, – прокашлявшись, говорит он и тянет рук к Люку.

– Господи, а сразу так нельзя было так ответить? – Люк по-доброму улыбается и сжимает руку Кая в рукопожатии.

Ого. Обстановка разрядилась, я смотрю.

– Так, ты позвал меня, как я думал, поговорить. – Люк осматривается, а затем вновь смотрит на меня, выгибая бровь. – Но…спортзал?

– Угу, – я раскидываю руки и подмигиваю – Это спортзал. Ты правильно понял.

– Дейв, ты хочешь сказать… – Люк хмурится.

– Я просто тренировался тут с Каем, и как раз, символично. Поэтому, ты сделаешь это здесь. Давай, – я встаю в расслабленную позу.

– Дейв…– начинает Люк.

– Что вообще происходит? – тут вмешивается Кай.

Происходит перемирие! – Хочу сказать я, но умалчиваю.

– Дейв, нет, – уверенно говорит Люк.

Кай истерично вздыхает.

– Вы, чуваки, можете перестать говорить загадками!

Ха. Никаких загадок. Люк сразу всё понял.

– Ударь меня, – твёрдо говорю я.

Глаза Кая чуть не выползают из орбит.

– Что?! Какого хрена?

Люк качает головой и скрещивает руки на груди.

– Нет, Дейв. Я не стану этого делать.

Кай мечется между мной и Люком.

– Объясни мне, какого чёрта ты просишь его ударить тебя? – он буквально испепеляет меня взглядом.

Я не обращаю на него внимания. Пока, мне не до этого. Мне важно покончить с недопониманием, и как сказала Месси, попытаться наладить с Люком отношения. Всё-таки когда-то он был мне совсем как брат.

– Люк, чего ты ждешь? Давай же, – я вызывающе смотрю на своего старого друга, но ни один мускул на его лице не дрогнул.

Он лишь фыркнул.

– Что за Детский сад, Дэвид? Перестань просить меня ударить тебя.

Ну, ладно. По-хорошему не получилось. В ход выпускаю козыри. Провокация.

– Ты всегда был слабаком, – хмыкаю я.

Люк сжимает челюсти, его кадык напрягся.

– Что ты сказал?

О, уже что-то. Я разбудил в нём гнев.

– Что слышал, – я пожимаю плечами. – Если бы не я, ты бы не слез с травки, наркоты. Мало ли, кем бы ты сейчас стал, а?

Кай раскрывает рот, а Люк сжимает кулаки.

– Ты к чему мне всё это говоришь? Я прекрасно помню, как ты мне помог и благодарен тебе.

Ага. Стена ещё не проломилась. Решил вообразить из себя само спокойствие. Ну ладно, продолжим дальше.

– Может, тебе бы ещё хуже сорвало крышу, может, ты бы пошёл на преступление ради дозы, и всё – тюрьма.

Люк пыхтит от злости. О, да. Я добился своего.

– Что ты несёшь, мать твою? – цедит он сквозь зубы.

– Чуваки, вы чего, блин? – Кай пытается встать между нами, но мы не даём ему этого сделать.

Люк должен меня ударить. Так, по справедливости. Мы будем квиты и никаких проблем.

– Что, Люк? Не нравится слушать правду, да? Мне тоже не особо было приятно, что ты отказался от меня, когда мне было плохо.

– Я не отказывался, – рычит он.

– Ну да. Просто струсил и всё. Я раз тебя ударил, а ты уже промочил штаны, верно?

Люк хмыкнул.

– О`кей, – и тут он размахнулся и с силой ударил мне в челюсть, задев губу.

Я согнулся, отшатываясь от него, и помотал головой. Челюсть свело, а во рту был стальной привкус крови. Ого. Люк разбил мне губу.

Кай подлетает ко мне.

– Эй, дружище, ты как? – он помог мне выпрямиться и перевёл грозный взгляд на Люка. – Ты, что, с катушек слетел?

– Он сам хотел этого, – ровным голосом отвечает тот.

– И что, блин? Если я скажу, спрыгни с моста, ты пойдёшь и спрыгнешь? Так, что-ли?

Я хватаю друга за плечо, пытаясь его успокоить.

– Кай, не горячись. Люк должен был это сделать. Мне это было нужно. Теперь между нами нет никакого прошлого и никаких разногласий.

Кай удивлённо смотрит на меня.

– У тебя жар?

Мы с Люком переглядываемся и заливаемся смехом. Кай в полном недоумении смотрит на нас, как на сумасшедших.

– Друзья, да? – Люк подходит ближе.

– Друзья, – твёрдо отвечаю я и сжимаю его в крепких дружеских объятиях.

– Вы ненормальные, – ворчит Кай, который так и не понял происходящего.

Я лишь пожимаю плечами.

– Думаю, нам нужно где-то перекусить, посидеть. Как вам идея?

– Отличная, – улыбаясь, говорит Люк, и Кай кивает в знак согласия.

– Хорошо, сейчас мы с Каем примем душ и можем идти.

Кай морщится.

– Чувак, я, конечно, люблю тебя, но не до такой степени, чтобы мыться с тобой вместе.

Я вздёргиваю бровь. Люк поставляет кулак ко рту и начинает ржать.

– Ты себе льстишь. – Я подмигиваю Каю и взрываюсь от смеха, пока Кай наигранно надувает губы, якобы обидевшись, как девчонка.

Приняв душ, я включаю телефон, где обнаруживаю пропущенные звонки от Месс. Чёрт, я не могу ей перезвонить. Не сейчас. Добравшись до дома, обязательно поговорю с ней и извинюсь, но не сейчас.

Собираясь закинуть телефон в сумку, я слышу, как приходит уведомление. Увидев, что на экране, я сжимаю телефон с такой силой, что чуть не ломаю его пополам.

Отдыхаем с принцессой. Полный релакс.

Так подписал свою публикацию Уилл и отметил на фотографии Месси, которую он обнимает, а на лицах у них тканевые маски.

Что за чёрт? Может, он гей? Зачем он нацепил женскую маску на лицо? И какого чёрта он обнимает Месси так, будто она его девушка, а не моя. Она нарочно хочет вывести меня из себя или что? Почему она опять поехала к нему? Кайла, между прочим, была дома, и Месси могла бы с ней поговорить. Но всё же Месс сейчас не дома, не с Кайлой. Она проводит время в компании своего друга, и на счёт друга, я уже не уверен. Моя ревность выше меня. Чтобы я сейчас не поехал к ним, и не разбил морду об пол этого придурка, мне нужно выпить. Да, это лучше, чем потом выслушивать обвинения от Месс, что я зверь и избил её друга. Мне этого не нужно. Довольно. Почему бы не выпить с друзьями? Ничего плохого из этого не будет. Даже если что-то случится, мне плевать.

На парковке меня уже ждали парни.

– Сегодня мы обязаны выпить, – заключаю я, залезая в машину.

Кай садится спереди, а Люк устраивается на заднем сидении.

– Дейв, это не лучшая идея, если вспомнить…– Люк замолкает и сжимает губы в тонкую линию.

– Расслабься. Вы ведь, ребята, со мной. Мы просто выпьем, забудем обо всём плохом, только и всего. – Я непринуждённо улыбаюсь, и, надев солнечные очки, выезжаю с парковки.

Глава 13

Месси.

– Позвони ей, – твёрдо говорю я, когда уже десять минут подряд, наблюдая, как Уилл, сжимая губы, косится на свой телефон.

Он молчит и лишь медленно качает головой.

Дома, когда мы с Кайлой затеяли печь шоколадные кексы, мне позвонил Уилл, он был очень расстроен. Вчера, я так и не поехала к нему, из-за того что Дейв меня приревновал, я решила остаться дома. Но если вчера мне было плохо, и Уилл хотел меня поддержать, то сегодня всё сложилось наоборот. Я нужна была ему. Они с Кэти сильно поругались, и как ни странно, но Кэти не звонила мне вся в слезах и не хотела поговорить. Я была удивлена, ведь последний год мы рассказывали друг другу всё, особенно то, что тяготило нас. Я решила, что нужно самой ей позвонить. На мой звонок она коротко ответила, что ей нужно побыть одной и разговаривать об Уилле она совершенно не желает. И мне не понадобилось времени, чтобы понять, что в ссоре виноват Уилл. Иначе бы Кэти так себя не вела, и Уилл бы каждую минуту не повторял, какой он урод.

Только сейчас, я сижу с ним уже три часа, и до сих ничего не знаю. Он просил меня как-то отвлечь его хоть на некоторое время. Мы ели мороженое и смотрели «Милые обманщицы», затем делали маски и играли в монополию.

Но вот уже 15 минут в воздухе квартиры Уилла витает напряжение. Уилл не улыбается и не смеётся как час назад во время просмотра фильма. Значит, время для защитного вакуума от проблемы истекло, и сейчас, он полностью погружён в отчаяние.

– Уилл, – мягко произношу я и встаю с ковра, чтобы сесть на диван, рядом с ним.

– Месс, мы не помиримся с Кэти, у нас ничего не будет хорошо, как раньше…

– Вот ещё! Ты что такое говоришь? Это всего лишь ссора. Вы любите друг друга и помиритесь. Если ты её как-то обидел, то я уверена, она простит тебя, ведь любовь…

– Я ей изменил.

Что? То есть…

– Что!? – я вскакиваю с дивана.

– Я не хотел, не думал…– его голос охрип, и он откашливается. – Это случилось случайно. Я бы ни за что, Месс, никогда бы так не поступил.

Всегда так говорят.

– Но поступил же! – я хватаюсь за голову и нервно шагаю по гостиной.

– Она меня не простит. – Уилл судорожно выдыхает и всхлипывает.

Его глаза цвета карамели наполняются слезами. Он же не собирается….Чёрт.

– Никогда бы не подумала, что ты плачешь, – сжимая губы, сажусь к нему обратно и беру его за руку. – Как это случилось?

– Девушка с параллельного курса – Гвен, она сохла по мне два года. – Он морщится при упоминании её имени и сжимает мою руку крепче. – Она липла ко мне, что безумно раздражало. Сначала она мне нравилась, но потом её навязчивость начала меня изводить. Я ей сто раз давал ясно понять, чтобы она от меня отстала. Несколько раз даже повышал на неё голос. Но такое ощущение, что у неё нет никакой гордости…пустышка.

– Так, это ты с ней…Ну. – Я прикусываю язык и краснею.

Уилл несколько раз медленно моргает. Он борется со слезами.

– Да, – сглотнув, Уилл потирает переносицу. – Это случилось на пляжной вечеринке, в бунгало, которое она сняла специально, сучка.

– То есть не просто поцелуи и подобное, а было всё? – осторожно спрашиваю я.

– Всё, чёрт возьми. – Он выпрямляет спину и с криком ударяет ногой по журнальному столику так сильно, что я подпрыгиваю. – Было всё, и радует одно, что я помню только конец, когда пришёл в себя.

Пришёл в себя?

– Что ты имеешь в виду? – я хмурюсь.

– Гвен подсыпала мне в пиво афродизиак, причём какой-то странный, ведь как я уже сказал, я почти ничего не помню.

– О боже, вот же стерва, – выпаливаю я.

– Это уж точно, – вяло проговаривает Уилл.

Его голос ломается, мне кажется, ещё чуть суть и вместе с ним расплачусь я.

– Как вы оказались в бунгало?

Уилл тяжело вздыхает и молчит около минуты.

– Когда Кэти отлучилась на полчаса в город, ей нужно было срочно купить таблетки. У неё разболелась голова, но вечеринку она пропускать не хотела и отказалась ехать домой. Меня она с собой тоже не взяла. Велела, чтобы я пообщался с друзьями. – Он хмыкает и грустно улыбается. – Когда мы выпивали с ребятами из ниоткуда появилась Гвен. Но на самом деле её пригласил Логан, мой приятель. Я не мог его винить, он давно неровно дышит к этой змее. Конечно, тогда я её таковой не считал, она вела себя добродушно, но также липла ко мне.

– И как она умудрилась подсыпать тебе что-то?

Чего это я? Эрика сделала это за несколько секунд, пока меня отвлекла пьяная девушка у стойки.

– Гвен предложила выпить за то, что она решила оставить меня в покое, так как видела, что я счастлив с другой. Я, конечно, насторожился. Но всё же поверил ей. Пока она заказывала выпивку, я отвлёкся на минуту, чтоб написать Кэти. В общем, видимо тогда она мне и подсыпала этой фигни. А потом, я помню, что она ведёт меня в бунгало, раздевается и туман. Очевидно, афродизиак подействовал и я не совладал с собой. Хорошо, что подробностей я не помню. – Он хмурится и тяжело вздыхает.

– Это ужасно, – тихо шепчу я, гладя друга по спине. – Как можно так гнусно поступить? Она ведь и по отношению к себе повела себя отвратительно.

– Я тоже этого не могу понять. Она таким подлым путём затащила меня в постель лишь ради того, чтобы получить того, чего хочет. – Уилл нервно проводит рукой по своим чёрным волосам и шумно выдыхает – Этого Гвен оказалось мало, и она с моего телефона написала сообщение Кэти. Она пришла в бунгало и увидела, как я лежу раздетый в постели, а Гвен в это время, застёгивая блузку, прошагала мимо неё, криво улыбаясь. Так сказала Кэти.

По мне одновременно прокатывается волна отвращения от Гвен и обиды за Кэти.

– Я не хочу даже этого представлять. Это всё, блин, какая-то шутка? Так не должно быть… – я не нахожу слов.

Уилл вскакивает с дивана. Он бродит по комнате и разбивает всё, что попадётся ему на глаза.

– Уилл, перестань, прошу. – Я останавливаю его за руку, когда он пытается перевернуть телевизор с тумбы.

Он смотрит на меня, и, чёрт возьми, в этом взгляде столько боли, что меня обдаёт холодом.

– Я не могу и представить, что в тот момент испытала Кэти, когда увидела меня и Гвен в таком виде. Когда утром я приехал сюда, она собирала вещи, и боже, Месс. – Он сжимает губы и зажмуривается, давая слезинкам вытечь из его карих глаз. – Если бы ты видела, как она на меня смотрела. Её глаза, они будто были мертвы, а Кэти же сама, была бледная. Это я с ней сделал. Я ненавижу себя за это. Ненавижу Гвен! Чёртова сука!

С этими словами он кричит во всё горло, но уже ничего не крушит, потому что я крепко держу его за плечи и обнимаю. Уилл зарывается лицом в мою шею и крепче держится за меня.

Я никогда не видела его в таком подавленном состоянии, да и вообще какого-либо парня, даже Дейва.

– Месс, – едва слышно произносит он, обжигая шёпотом мою шею.

– Я здесь, – также тихо шепчу я, крепко обнимая его и гладя руками по спине.

– Кэти…Я люблю её. Так, как никогда никого не любил, и вовсе не знал, что такое реально бывает, а не только в сопливых фильмах. – Он отстраняется от меня и смотрит влажными глазами.

– Я знаю, Уилл, знаю, что любишь. Всё наладится, правда. Кэти поверит тебе, ты был не в состоянии понять, что происходит. – Я беру в ладони его лицо. – Ты не виноват, Уилл.

Уилл слегка качает головой и говорит:

– Она не простит меня. Ничего не выйдет.

– Нет, не говори так. Всё будет хорошо, ты понял?

Уголки губ его дрогнули, и он медленно кивнул.

Ну, вот и хорошо. Надеюсь, что я не подведу его, и Кэти действительно поверит ему и простит.

– Мне нужно ехать. Мы с Дейвом так и не поговорили, но сегодня был прогресс. – Я едва улыбнулась.

Уилл улыбнулся мне в ответ.

– Да? И какой же?

– Утром он заговорил со мной и даже сделал комплимент, правда, в не очень приличной форме. – Я хихикаю.

Уилл ухмыляется.

– Ох.

– Поэтому сегодня, я думаю, мы по- человечески всё обсудим, и он не будет пускать в меня взглядом ледяные глыбы. – Я взмахиваю руками, показывая эти глыбы и Уилл тихо смеётся.

– Дейв точно не продержится больше, и упадёт сам к тебе в объятия. – Уилл подмигнул мне и обнял за плечи.

И в этом объятии мне стало так тепло, так спокойно, как будто я ребёнок, которому купили сладкой ваты и развлекали весь день, а на ночь прочитали сказку. Так же тепло, как мне было в далёком детстве с мамой.

Мама…

Я не часто думаю о том, каково это, когда у девушек в моём возрасте есть матери. Это слишком больно. Думать о том, что они могут обсуждать с мамой учёбу, парня, первую любовь, или ссору с подругой, спрашивать совет. Всего этого я лишена.

– С тобой всё в порядке? Я ведь могу спокойно тебя оставить? – спрашиваю я, обнимая его.

– Да, конечно. Всё в порядке. – Он медленно отстраняется и улыбается мне – Спасибо, Месси. За поддержку, за веру, за то, что просто приехала. Я так люблю тебя, принцесса.

Меня трогают его слова. Уилл – первый парень, который сказал мне эти слова как мой друг. Как настоящий самый лучший друг. Может, даже, брат, которого у меня никогда не было.

– И я тебя люблю, Уилл. Я так рада, что у меня есть такой друг, как ты. – Еле сдерживаю слёзы. Мы ни разу не говорили таких слов друг другу. Да, и момента не было, вроде как, подходящего.

– Это слишком мило. – Он широко улыбается, снова меня обнимает и шепчет мне в макушку. – Я тоже рад, что ты есть у меня Месс, у меня никогда не было подруги.

У меня тоже никогда не было друга, ну не считая Дейва, я полюбила его далеко не как друга, а этот статус закрепила за ним, пытаясь убежать от настигающего меня чувства. Только у меня не получилось. Это чувство, такое хрупкое, сложное и нежное – любовь к Дейву, поглотило меня полностью, навсегда.

***

Войдя в квартиру, я ощутила приятный запах приправ и жареного лука. Видимо, Кайла что-то приготовила на ужин.

– Кайла? – окликаю я подругу, бросая ключи на тумбу.

Обойдя всю квартиру, я не обнаружила Кайлы дома. Но где она может быть? На часах половина десятого вечера.

Не раздумывая набираю её номер в телефоне.

– Месси, ты уже вернулась? – её голос скорее встревожен, чем весел.

– Да, и думала увидеть тебя дома. – Я устало вздыхаю. – Кайла, тебе опасно находиться в городе одной, ты ведь сама сказала.

– Я знаю, знаю. – Она прикрывает микрофон телефона рукой, так как на заднем плане слышен чей-то звонкий, чистый смех, который я слышу отчётливо.

– Что у тебя там происходит?

– Ничего. Просто нужно было встретиться со старыми знакомыми. Это срочные дела, Месси. Всё будет в порядке, правда.

– Я переживаю…

– Я знаю, Месс. Но верь мне, ладно? Я вернусь завтра утром живой и невредимой.

Я принудила её отчитаться передо мной, словно я её мама. Я не имею право её как-то контролировать, но я жутко боюсь её потерять. Снова.

– Где ты останешься на ночь?

– У хорошей старой знакомой. Здесь безопасно, правда. Я должна сегодня быть здесь – с этими словами в телефоне раздаётся плач…Он детский. Тот же, который я слышала в прошлый раз.

– Господи, Кайла. Что там за ребёнок?

– Это малыш моей знакомой, день рождение которого мы празднуем. Всё, не могу говорить, люблю тебя!

Кайла вешает трубку, а я борюсь с желанием швырнуть телефон об стену. Я очень переживаю за неё, а особенно меня волнует тот факт, что уже во второй раз она уходит, не объяснив точно, куда она идёт, и снова присутствует детский плач. Вообще, это не моё дело, где она проводит своё время, но я просто слишком сильно волнуюсь.

Телефон в руке вибрирует, и я вижу, что Кай опубликовал фото, где он сидит в баре с каким-то парнем и…Дейвом. Кай отметил его на фото. Дейв. Так вот, какие у него дела. Он отдыхает в баре, оставив меня одну дома, так и не расставаясь со своим равнодушным поведением ко мне. Эти два дня – просто ад. Такое ощущение тяжелого свинца в груди я не испытывала даже тогда, когда полтора года назад мы расстались с ним в этой самой квартире. Невыносимо больно, чувствовать такую холодность от человека, которого любишь.

Я не спала до двух ночи. Дейва так и нет. Мои глаза уже жгло от того, что я бесконечно долго пялюсь в экран телефона, следя за временем.

Тридцать четыре. Столько раз набирала номер Дейва, но тщетно. Время тянется бесконечно долго. Неужели он так долго тусуется в баре? А если там девушки? Если он пьян, и какая-нибудь девушка заговорила с ним, или он сам…Нет. Хватит! Не буду об этом думать. Дейв – он никогда не поступит так, он не может…

Бум, бум, бум!

В дверь колотят так сильно, что я вздрагиваю. Кто так стучит? Есть же звонок.

Бум, бум, бум!

На этот раз стучат более настойчивее. Стянув с себя одеяло, встаю с дивана. Я, тяжело сглотнув, шлёпаю по полу босыми ногами к двери. Медленно повернув крышку глазка, я внимательно всматриваюсь: за дверью тот парень с фото, и Дейв, который опирается на его плечо.

Я поспешно кручу дверной замок и открываю дверь.

– Ого…Ой, то есть, привет! Меня зовут Люк. – Парень обаятельно улыбается, и сдувает волнистую прядь со своего лица. У него густые светлые волосы и пронзительные голубые глаза.

Я совсем не ожидала, что познакомлюсь с лучшим другом Дейва таким образом.

– Привет. Я Месси, – мило улыбаясь, я открываю дверь шире.

– Да, я понял. Дейв рассказывал о тебе.

Не сомневаюсь.

Дейв что-то не внятно бормочет, а Люк приподнимает его, крепче удерживая. Дейв пьян в дым.

– Ты можешь дотащить его до кровати? Пожалуйста, – прошу я, прикусывая изнутри щёку.

Как можно было так напиться, что сейчас не в состоянии даже ходить.

Люк широко улыбается и кивает.

– Ради этого я и здесь.

Он проходит по коридору в спальню, и я следую за ним. Люк аккуратно укладывает Дейва на кровать, а тот, прищурившись, открывает глаза.

– Детка…Месс, Я… Люд, Ой…Люк. Какого чёр-та я здесь?– язык Дейва заплетается, и время от времени он икает.

В таком сильном опьянении я ещё его не видела. Приглядевшись, я замечаю, что у него слегка разбита губа. Чёрт, он что, снова дрался?

– Дейв, ты дома. Я привёз тебя к твоей девушке. Веди себя прилично, бро. Она у тебя офигенная.

Я краснею от таких слов, но не обращаю на них внимания. Я прижимаюсь к стене, и, качая головой шумно выдыхаю.

– Месс, ик… – Дейв трёт лицо и пытается поднять на меня взгляд.

– Молчи, – сухо бросаю я, едва сдерживая слёзы.

Зачем он так напился? Он ведь обещал, что не притронется больше к алкоголю. Как минимум не так, что он напивается до чёртиков.

Пьяный Дейв – это совершенно другой человек. Может, для меня практически такой же, но с другими людьми, если его разозлить, он ведёт себя вспыльчиво и становится яростным Дейвом.

– Месси, ты чего? – Люк осторожно подходит ко мне.

– Всё в порядке, – тихо говорю я.

– Он ничего не натворил, ни с кем не ругался, не дрался. Я следил, правда – тон Люка такой же мягкий, как и бывает у Дейва, когда он разговаривает со мной.

– Но его губа. Она разбита, – замечаю я.

Люк шумно выдыхает, но затем улыбается.

– Это другое. В общем, не волнуйся. Правда, всё было хорошо. Я и Кай, мы постоянно были рядом с Дейвом.

Ладно. Надеюсь, что он мне не врёт.

– Спасибо, – одними губами шепчу я.

– Мне пора. Думаю, вам есть, что обсудить.

Разве он способен сейчас разговаривать?

– Не думаю, что получится сейчас, – пожав плечами, я тихо вздыхаю.

– Он весь день хотел с тобой поговорить, и опьянение ему не помешает. – Люк улыбается. – Я пойду.

– Спасибо, что доставил его домой, – говорю я, провожая Люка до двери.

– Не за что. Он мой друг, так что, я бы в любом случае сделал бы это.

Внутри меня всё ликует. Они помирились.

– Я рада, что вы снова друзья.

Глаза Люка сверкают.

– Я тоже рад. Очень.

– Ещё раз, спасибо, – робко говорю я, пятясь на шаг назад от двери.

– Пока, – он подмигивает. – Удачи тебе. Завтра Дейв будет умирать от похмелья.

Я тихо смеюсь и закрываю за ним дверь.

Глава 14

Дейв

Слышу, как закрывается входная дверь, и этот шум отдаётся в моих ушах. Шаги Месс приближаются к спальне. Я ощущаю себя дерьмово. Тот взгляд, каким на меня посмотрела Месси две минуты назад, прожёг моё сердце насквозь. Она смотрела на меня с таким отчаянием и грустью. Ей было стыдно за то, как я напился сейчас, за то, что Люк буквально дотащил меня до дома. Я сам не пойму теперь, зачем всё же сильно напился. Я разозлился на Месси из-за того, что она весь день провела с Уиллом, и он обнимал её. Они друзья, да, но бесит, что он прикасается к моей девушке. К тому же выкладывает с ней фото с тупыми подписями.

Когда Месси заходит в комнату, я приподнимаюсь с кровати, переходя в сидячее положение.

Она не смотрит на меня, и, шлёпая по полу босыми ногами, обходит кровать.

– Что ты делаешь? – тихо спрашиваю я.

Она поднимает голову и смотрит на меня в упор. Меня обдаёт холодом от её взгляда, и кажется, я сейчас понял, как больно делал ей своим поведением в последние дни.

– Забираю подушку, – отвечает она, беря под мышку большую подушку с кровати.

Я хмурюсь.

– Зачем?

– Чтобы спать в гостиной – быстро отвечает она и быстрым шагом идёт прочь из комнаты.

Ну уж нет.

– Стой. – я удерживаю её за запястье, не вставая с кровати. Просто перехожу в сидячее положение.

Месси пытается отбросить мою руку, но я сжимаю её запястье крепче.

– Ай, мне больно! – вскрикнула она, и я сразу же отпустил её руку.

Идиот.

– Прости, – мягко говорю я и опускаю голову.

Месси грустно смеётся.

– За что именно Дейв? За то, что ты напился в дым или за то, что сделал сейчас мне больно? О, а может за то, что ты несколько дней вёл себя со мной, как последний урод?

Господи, так всегда. Мне слишком стыдно даже посмотреть на неё. Но всё же я это делаю.

Месси стоит, прижав подушку к груди. А её глаза блестят в слабом свете, который освещает комнату сейчас.

– За всё. Прости за всё, – медленно проговариваю я, и затем, сжав губы, продолжаю. – Но напился я из-за тебя и твоих похождений к Уиллу.

Глаза Месси вспыхивают, и она с силой сжимает края подушек.

– Похождений?! – её голос срывается. – Чёрт возьми, Уилл мой друг, самый близкий друг. Ему было сегодня плохо, и он нуждался в моей поддержке. Так поступают друзья, Дейв. Они приходят в трудную минуту, если тебе, вдруг, неизвестно.

Я усмехаюсь.

– Я-то знаю, а тебе-то, откуда знать? У тебя не было друзей кроме Кайлы.

Да. Я сказал это. Я чёртов дебил.

– Ты снова? – нижняя губа Месси дрожит, она вот-вот заплачет. – Ты снова так делаешь, Дейв. Ты обращаешь против меня всё то, что я тебе когда-то доверила. Как ты можешь так говорить?!

– Нет, детка, нет. Я не это хотел сказать…

– Не называй меня так, слышишь?! Ты не имеешь право! – она с силой бросает в меня подушку и пытается выйти из спальни. Но она не выйдет из этой чёртовой комнаты, пока я всё не исправлю.

– Выслушай меня, прошу! – я отчаянно провожу руками по волосам, закрывая дверь перед носом Месси.

– Выпусти меня, – требует она.

Я крепче прижимаюсь к двери и качаю головой:

– Нет.

– Хватит игр, Дейв, – шипит она.

Сейчас вообще не подходящий момент, но то, как она злится именно сейчас, меня заводит. А её чёрная обтягивающая майка, подчёркивающая грудь, сводит меня с ума…чёрт, мысли идут не туда.

– Ты не выйдешь отсюда, пока мы не поговорим, – спокойно говорю я.

– Ты пьян. – Она тычет пальцем мне в грудь.

Я качаю головой.

– Уже нет. Видишь, я в состоянии стоять и говорить. – Я кривлю губы в улыбке.

Она усмехается.

– Пять минут назад ты не мог и пару слов связать.

Я сжимаю губы.

– Вообще-то мог. Просто я боялся этого разговора с тобой, вот и прикинулся.

Да, я действительно сам бы не смог добраться до дома, но разговаривать я был в состоянии, к тому же ледяной взгляд Месси помог мне быстро протрезветь. И, конечно эта майка, и короткие спортивные шорты, которые показывают все её прелести….Так, мысли ушли не в то русло.

– Ты идиот, Дейв! – она толкает меня в грудь, и мне становится смешно. Она такая хрупкая, а пытается справиться со мной, когда я втрое сильнее её.

Я не обращаю внимания на её слова.

– Сегодня мне предстояло примирение с Люком, мне было тяжело, – начинаю я говорить и плечи Месси расслабляются. – Когда всё получилось, я был очень рад. Думал, что вечером, наконец, поговорю с тобой, и ты поймёшь меня, почему я так себя вёл и всё такое. Но потом я увидел пост Уилла, где вы сидите в обнимку, он пишет о тебе всякие милости, блин, прижимается к тебе!

– Дейв, сколько можно повторять… – голос Месси раздражён, поэтому я не даю ей договорить.

– Я знаю, знаю! – я вскидываю руки. – Вы друзья и всё такое. Но, чёрт! Он пишет тебе смс, где называет тебя малышкой, потом ты едешь к нему, когда мы в ссоре, и в обнимку смотришь с ним фильм, и вообще что-либо ещё делаешь…

И тут меня осеняет. Может быть такое, что Месси и Уилл не только обнимались, но и что-то большее.

– Ты же ведь, – я сглатываю, – не целовалась с ним и всё такое?

Глаза Месси округляются.

– Что?! – она грустно усмехается. – Ты с ума сошёл? Конечно же, нет! Уилл мой самый близкий друг, вбей это уже, наконец, в свою голову! И нравится тебе или нет, но я буду с ним дружить! Твоя глупая ревность меня не волнует.

Моя глупая ревность? Она шутит что-ли?

– Себя вспомни, – упрекаю её. – Но вы ведёте себя не как друзья.

Месси издаёт усталый вздох и садится на край кровати, хватаясь руками за голову.

– С тобой невозможно разговаривать, – тихо говорит она.

И тут я вспоминаю то, собственно, из-за чего я был на неё зол.

– Ты ведь знаешь, почему я себя так веду? – я скрещиваю руки на груди. – Эта резкая ревность к твоему другу, моя холодность.

Пусть она поймёт, что не я один тут виноват. И вообще, снеё всё и началось.

Месси складывает руки на груди и тяжело вздыхает.

– Если я сказала, что не готова жить с тобой, то это не значит, что ты можешь относиться ко мне, как к чужой. – Её голос спокоен.

Ну, конечно. Она и не собирается признать свою вину.

– Ты ясно дала понять, что не хочешь переехать ко мне насовсем, быть со мной всё время. Ты сомневаешься в своих чувствах ко мне? – я отталкиваюсь от двери и подхожу ближе к кровати.

Месси потирает виски руками и резко втягивает воздух.

– Ты не можешь задавать мне таких вопросов, Дейв.

Ещё как могу.

– А что мне остаётся, Месс? Что мне, блин, думать, а? – я сверлю её взглядом.

– Мне было больно эти дни, когда ты отталкивал меня. – Она заправляет за ухо прядь и складывает руки на коленях.

Ну, вот опять! Она хочет выставить меня плохим, снова. Но нет, хватит.

– Ты отказалась жить со мной, – напоминаю я.

Она взывает.

– Я не отказывалась.

Неужели?

– Да, а что ты тогда сказала? Думаешь, я не помню твоих слов о том, что мы не должны жить вместе из-за того, что якобы надоедим друг другу? Это бред!

Месси начинает плакать.

– Я хочу, хочу! – сквозь слёзы кричит она. – И хватит называть мои страхи бредом, ясно?

– Я такого не говорил.

Она всхлипывает и качает головой.

– Я сказала тебе, что мне страшно от того, что я могу тебе надоесть, находясь постоянно рядом, занимаясь всем этим бытом. – Она окидывает руками комнату. – А ты называешь это бредом.

Я сажусь перед ней на колени и беру её руки в свои.

– Я не пытаюсь тебя задеть или обидеть, Месс. Я хочу понять, почему ты так думаешь на счёт сожительства.

Месси смотрит на меня мокрыми от слёз глазами, и кусает нижнюю губу.

– Я хочу, Дейв, правда. Но мои страхи сильнее меня. – она вздыхает и проводит большим пальцем по моей ладони. – Мне правда было больно из-за твоего поведения, но я знаю, чего ты пытаешься сейчас добиться.

Чтобы она признала вину.

– Чего же? – невинным голосом спрашиваю я.

Месси выпрямляет спину и вскидывает подбородок.

– Чтобы я признала вину.

Я должен радоваться, что услышал это, но нет. Я вовсе не пытался устроить соревнование или вытрясти из неё эти слова. Просто мне важно знать, что она понимает, почему эти дни я вёл себя так с ней. Обида была сильнее меня.

– Да, я хотел этого, но только для того чтобы знать, что ты не злишься на меня из-за моего поведения – я целую её пальцы на руках, и она вздрагивает – Я не пытался тебя задеть, правда. Прости.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.