Игорь Чупров
КНИИРИТ в моей судьбе

© Игорь Чупров, 2025

© Издательский дом «BookBox», 2025

От автора

Бывшие работники Каунасского НИИ радиоизмерительной техники (КНИИРИТ) и Вильнюсского НИИ радиоприборов (ВНИИРИП) Ставицкий В., Козлов В. и Шаров Г., прочитав мои воспоминания «Всё, что в сердце отложилось», изданные в Нарьян-Маре в 2012 году, попросили более подробно написать об истории КНИИРИТ, в который я попал по распределению после окончания физического факультета Ленинградского университета в 1963 году и трудился в нём по 1992 год, вплоть до выхода Литвы из состава СССР. На что я одному из них ответил: возможно, и попытаюсь что-нибудь «накропать». Но заранее предчувствую, что добром это не кончится: наверняка, того не желая, обижу кого-нибудь или тем, что не так упомянул, или тем, что вообще не упомянул. Подтверждением тому – то, что своими писаниями я уже кое-кого из хороших знакомых обидел. И не потому, что хотел обидеть, а из-за того, что взгляды на одни и те же события и факты у нас оказались разными. Да и память моя, являющаяся единственным источником моих воспоминаний, к сожалению, оказалась источником не очень надёжным.

Пять лет назад книгу, посвящённую истории КНИИРИТ, уже написал бывший директор К. И. Рекявичус, изложив своё видение становления, расцвета и кончины института, в которых он в роли директора принимал непосредственное участие. Книга больше посвящена личностным событиям и переживаниям. Описана жизнь КНИИРИТ в целом, работа отделов, цехов, общественных организаций, аспирантуры и многое другое. Тем не менее описано далеко не всё, да и не могло быть всё описано из-за малой информированности директора о деятельности тематических отделов, так как он занимался в основном организационнохозяйственными вопросами.

Воспоминания о нашем 3-м отделе, трансформировавшемся в конце 60-х годов в 20-е отделение, вообще скудны, хотя некоторые успехи и представлены. А не представленными они и не могли быть, так как результаты деятельности отдела составляли значительнейшую часть институтских достижений. На скудность воспоминаний бывшего директора, видимо, повлияло то, что в 3-м отделе, по его словам, «создалась, словно колония русскоязычных, здесь базировались прибывшие со Стариковым его коллеги, нацеливались в этот отдел и другие русскоязычные». Хочу сразу поправить К. И. Рекявичуса: видно, он запамятовал, что всех приезжих русскоязычных просто-напросто отдел кадров направлял на работу в 3-й отдел, не спрашивая их согласия.

Пройдя за 29 лет работы в КНИИРИТ путь от рядового инженера до руководителя 20-го отделения, чувствую себя обязанным в меру своих способностей освятить работу сотрудников отделения и смягчить обиду, нанесённую не только русскоязычным, но и литовцам, работавшим в нём, однако вычеркнутым К. И. Рекявичусом из истории КНИИРИТ. А многие из них, такие как А. Зубка, П. Яцкунас, Л. Ульянычевене, её брат Р. Страздас, П. Шмулайтис, С. Бартошевичус и многие другие, отдали КНИИРИТ большую, если не всю, часть своей трудовой жизни и внесли не меньший вклад в его развитие, чем специалисты других тематических отделов.

Уважаемые читатели, изложенное ниже можете рассматривать как дополнение к моим воспоминаниям «Всё, что в сердце отложилось» и книге К. И. Рекявичуса в части истории развития, достижений КНИИРИТ и людей, работавших в 20-м отделении. Я попытался отразить не только кто, что и как делал, но и атмосферу, существовавшую в 20-м отделении и в КНИИРИТ. Вам судить, насколько это мне удалось. Наверняка и в моих воспоминаниях вы найдёте неточности и ошибки. Поэтому прошу читателей за обнаруженные неточности судить меня не очень строго. И буду благодарен вам, если о них сообщите мне. Я предположил, что бывшим сотрудникам КНИИРИТ будет приятно вспомнить не только фамилии и инициалы своих бывших коллег, но и сокращённые имена, которыми мы их тогда называли.

А тех, кто уже читал «Всё, что в сердце отложилось», прошу извинить меня за то, что повторяюсь, взяв за основу воспоминаний о КНИИРИТ главы из той книжки, посвящённые моей работе и жизни в Каунасе.

История создания КНИИРИТ

Прежде чем начать вспоминать о былом, решил поискать в Интернете информацию об истории создания КНИИРИТ и о Шестом Главном управлении (6 ГУ) Министерства промышленности средств связи (МПСС) СССР, в состав которого входил КНИИРИТ. Единственное, что нашёл, – книгу Колмогорова Г. Д. и Кука К. И. «Военнопромышленный комплекс», в которой отмечено, что в состав МПСС входила радиоизмерительная подотрасль, без упоминания Шестого Главного управления, следующими абзацами: «Большое внимание уделялось разработке и освоению измерительной техники. В 10-й пятилетке разработаны и освоены в серийном производстве 173 типа новых измерительных приборов общего применения. При этом в приборах достаточно широко использовались элементы автоматики и вычислительной техники, микропроцессоры. Автоматизированные приборы и комплекты приборов разрабатывались совместимыми как между собой, так и со средствами типовой вычислительной техники. Что позволяло комплектовать из них целевые автоматизированные измерительные системы и ставить вопрос об организации автоматизированного метрологического обеспечения в процессе эксплуатации техники связи.

В 11-й пятилетке (1981–1985 гг.) и в последующий период основное внимание уделялось интеграции систем обработки и передачи информации на основе цифровых методов, внедрению автоматизированных средств коммутации, контроля и управления, дальнейшему совершенствованию средств спутниковой связи, освоению новых диапазонов частот, применению волоконно-оптических линий передачи информации, дальнейшему повышению мобильности, живучести и помехозащищенности».

И ещё нашёл историческую справку о последних годах существования МПСС: «В начале 1989 года МПСС СССР было объединено с Минсвязи СССР в одно ведомство, а затем научные учреждения и производственные предприятия промышленности средств связи были выделены из Минсвязи в самостоятельные структуры, например в Концерн производителей систем и средств телекоммуникаций «Телеком», Концерн «Электрон» и проч.».

От себя дополню, что наше 6-е ГУ МПСС было включено в состав концерна «Телеком».

На тот момент, помимо Каунасского НИИРИТ и Вильнюсского НИИРИП, в 6-е ГУ входили НИИ радиоизмерительной техники Минска, Краснодара, Мытищ, Горьковский научно-исследовательский приборостроительный институт, Киевский НИИ радиоизмерительной аппаратуры, конструкторские бюро в Горьком, Таллине, Ленинграде и Брянске, а также заводы по выпуску радиоизмерительных приборов в Горьком, Москве, Вильнюсе, Киеве, Краснодаре, Брянске, Великих Луках, Курске и Новороссийске.

В 1963 году после окончания физфака ЛГУ я и Сергей Поплавский получили направления в Каунас на предприятие п/я 304, которое оказалось недавно созданным научно-исследовательским институтом (НИИ), корпуса которого ещё строились. В 1966 году институт получил открытое название: Каунасский научно-исследовательский институт радиоизмерительной техники (КНИИРИТ). Отдел кадров НИИ находился в маленьком домишке на самом берегу реки Нярис. Сидели в нём Ирина Андреевна Фёдорова и Валя Борзенко. Через дорогу от него в здании бывшего (времён буржуазной Литвы) еврейского училища находилась одна половина НИИ, а другая уже переехала в первый из построенных корпусов на проспекте Раудоносис Армиес (Красной Армии). В просторном спортивном зале училища стояли токарные и фрезерные станки опытного производства НИИ. Во дворе с довоенных времён хорошо сохранились волейбольная и баскетбольная площадки, а в пятистах метрах от училища на берегу Няриса – футбольное поле, которое литовцы называли «Маккаби». Всё говорило о том, что у евреев довоенного Каунаса забота о здоровье подрастающего поколения была не на последнем месте.

Чтобы попасть из старой половины НИИ (которую называли «первым объектом») в новую, надо было подняться от реки на проспект Красной Армии по длинной неасфальтированной улице Калпоко до радиозавода, а дальше ехать автобусом. Средний возраст сотрудников составлял не более тридцати лет, а директора – чуть более этого. В НИИ работали два кандидата технических наук: директор Казис Ионович Рекявичус и начальник 32-й лаборатории В. Згирскис. Не помню, когда защитил кандидатскую Римас Жилинскас, который занимался тогда разработкой измерителей отношений. Судя по его возрасту, кандидатом наук в 1963 году он ещё не был.

Главным инженером НИИ был Виктор Дмитриевич Стариков, направленный Москвой на работу в Каунас с группой сотрудников из Горьковского НИИ.

Третий отдел

Начальником 3-го отдела, который состоял из 31-й и 32-й лабораторий был А. С. Елизаров. Как я уже сказал выше, начальником 32-й лаборатории был кандидат технических наук В. Згирскис. Он был значительно старше остальных работников отдела и имел новую «Волгу» ГАЗ-21. О его бережном отношении к авто ходил анекдот: «Если пойдёшь вверх по улице Калпоко и обгонишь «Волгу», значит едет Згирскис».

Начальником 31-й лаборатории был знакомый многим бывшим сотрудникам КНИИРИТ Виктор Георгиевич Спицын, прибывший из Горького вместе с В. Д. Стариковым. У Спицына тоже был автомобиль – древний американский рыдван марки «Президент». Я ни разу не видел Виктора за рулём его машины, зато много раз видел его ноги, торчащие из-под «Президента». Гаража у Виктора не было, и ремонтировал он своё авто у торца жилого дома, расположенного на проспекте Красной Армии, рядом с КНИИРИТ. Других счастливых обладателей авто в те годы среди работников НИИ не припомню.

В 33-й лаборатории тогда работали, кажется: К. Мацкус, П. Шмулайтис, Д. Гумаускайте, С. Катков, какое-то время техником – Демидов. Невысокий, общительный Демидов запомнился мне тем, что однажды в курилке, когда страсти накалились, он подошёл и спокойно сказал: «Ребята, осторожней, ведь я стукач». Меня направили в 31-ю лабораторию, которая занималась в рамках ОКР «Затон» разработкой панорамного измерителя полных сопротивлений (обозначавшихся буквой Z) коаксиальных трактов диапазона частот 20-200 МГц (приборы группы Р3-).

Меня подвели к столу, на котором лежали две железки, каждая длиной чуть меньше метра, и объяснили, что это – сдвоенные направленные ответвители, с помощью которых получают информацию об измеряемом параметре Z, и моя задача – добиться от них требуемых параметров. Пояснили, как эти параметры измерять. Железок было две, потому что с помощью одной диапазон частот 20-200 МГц перекрыть невозможно. Одна из них должна работать в диапазоне частот 20–80 МГц, а другая – 80-200 МГц. Ещё мне сказали, что чертежи, по которым эти железки изготовлены, получены из Горьковского НИИ. Как их проектировать, в нашем НИИ никто не знает. После длительных неудачных экспериментов по улучшению характеристик ответвителей методом тыка я отправился в библиотеку института в поисках какой-либо информации по проектированию коаксиальных направленных ответвителей. В отечественных изданиях я ничего не нашёл. Поэтому прислушался к совету библиотекаря полистать подшивки американских научных журналов по радиоэлектронике, теории и технике СВЧ. После долгих поисков я нашёл то, что мне требовалось, – статью авторов Toulios P. P., Todd A. C. «Synthesis of Symmetrical TEM-Mode Directional Couplers», опубликованную в журнале «IEEE Trans. on MTT».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.