Адалин Амберг
На Грани

Глава 1

Дождь гулко бил по стеклу. Еще с утра ветер пригнал грозовые тучи и превратил мир за окном в сплошное серое месиво. Сырая, депрессивная погода была на Авалоне в порядке вещей – дождь шел с весны по осень и только зимой превращался в комкообразный снег.

Арианна распахнула окно, глубоко вдохнула воздух, пропитанный сыростью, соснами и запахом мокрой плитки. Протянула руку вверх, и ладонь моментально намокла. Дождевые капли тонким ручьем потекли по запястью в рукав кофты.

Девушка сидела на подоконнике в своей комнате. “Своя” комната – пожалуй, громко сказано. В школе-интернате отдельные комнаты доставались исключительно учителям, учеников же селили по двое-трое, если ты из старших классов. Младшеклассникам повезло меньше, их селили впятером. И хотя Арианна не скучала по своей прошлой жизни вне интерната, одно воспоминание нередко навевало на нее меланхолию – то, как она сидит на подоконнике в своей личной комнате на замке и смотрит вдаль серого океана…

* * *

Школа-интернат имени Г. Майера на острове Ньюфаундленд ведет свою историю с начала двадцатого века. Один из жителей столицы Сент-Джонс – Генри Майер, разбогатевший в Торонто, вернулся обратно через пару десятков лет. В уединенном месте на северо-востоке полуострова Авалон он выкупил у государства здания бывшего католического колледжа и преобразовал в школу с учебными классами, кабинетами учителей и обеденным залом, корпусами для раздельного проживания мальчиков и девочек, и спортивный зал. Восстановил цветные витражи в библиотеке с книжными полками, уходящими в темноту. Во внутреннем дворе заменил плитку, давно посеревшую от дождя, и разбил густой сквер с хаотично расставленными скамейками. Каждый день с них приходилось убирать упавшие от ветра листья и мелкие ветки.

Целый комплекс Майер обнес высоким забором из металлических прутьев. И хотя архитекторы вложили в него больше всего сил и фантазии, забор все равно напоминал ограждение тюрьмы или психбольницы.

* * *

Пронзительно скрипнула старая дверь, и томную, послеобеденную тишину разорвал возмущенный голос:

– Арианна Венес! Зачем ты открыла окно в такую погоду? Немедленно закрой!

На пару мгновений девушка прикрыла глаза – ну конечно, рутинный осмотр комнат в выходной день после обеда! Совсем как в летнем лагере, куда она ездила в двенадцать лет.

– Сейчас закрою, миссис..

С усилием она попыталась вспомнить, как же зовут эту высокую и тощую как палка надзирательницу. Не то Марта Грант, не то Мирта.… Женщина недавно работала в школе и сейчас стояла в проходе двери, комично уперев руки в бока. Очки в толстой оправе съехали с узкой переносицы, округляя глаза до неестественных размеров.

–Закрой сейчас же! Я не хочу, чтобы ты простудилась и заболела. Где твоя соседка? Тихий час длится уже пятнадцать минут!

–Камила скоро придет.

–Что значит “скоро”? Правила обязательны для всех! – “Палка” возмущенно всплеснула руками, но вдруг настороженно замерла и подошла к окну. С придыханием воскликнула:

– Они уже здесь! Нужно предупредить директора.

С этими словами надзирательница поспешно удалилась, не закончив тираду о школьных правилах, и Арианна облегченно вздохнула. Не то, чтобы она боялась очередного наказания, просто было неприятно слышать крики.

* * *

Судя по рассказам прежних учеников, в свои первые годы интернат запомнился железной дисциплиной. Как и сейчас, надзиратели регулярно проверяли комнаты, щедро раздавали наказания за громкие разговоры и смех, курение и распитие спиртных напитков, малейшее неуважение к учителям и персоналу школы, “хождение в гости” после восьми вечера – особенно когда “гостями” были лица противоположного пола. И, конечно же, за вылазки с территории интерната без разрешения.

Но с приходом нового директора Одо Майера прежде строгая дисциплина интерната дала длинную и широкую трещину. Получив должность явно не по желанию, Одо махнул рукой на жесткий стиль управления и отменил большинство наказаний. Если раньше провинившегося ученика обливали ледяной водой, выгоняли на долгую пробежку в дождь или закрывали в комнате “изоляторе” без еды на сутки, то теперь самым страшным наказанием считалось мытье каменных полов в коридоре или расчистка территории от листьев и снега под смех одноклассников. Как итог, в школе воцарилась атмосфера меланхолии, пофигизма и вседозволенности на грани того, где заканчивается школьная рутина.

Поэтому, сохранившиеся обходы комнат не делали обстановку в интернате суровой – наоборот, они хоть как-то способствовали порядку. Будь Арианна директором, то обязательно взяла бы на работу целый штат "Палок", вывесила в каждой комнате свод школьных правил и перед завтраком спрашивала бы рандомных учеников о его содержании.

К счастью, некоторой “естественной” дисциплине способствовало само здание. Величественные потолки, широкие лестницы, витражи с гипнотическими, порой жуткими узорами – особенно в библиотеке – полумрак даже в ясный день и неровный свет желтоватых ламп не добавляли желания громко разговаривать, смеяться или бегать по коридорам.

Между уроками и по вечерам ученики собирались в общих гостиных, играли в шахматы и бильярд, полу-лежали в кожаных креслах или на диванах с наушниками на голове, глухо переговаривались или бродили среди высоких книжных полок в библиотеке – как Арианна. Каждые два-три дня девушка извлекала новую книгу, а потом шла к глубокому дивану в углу зала для чтения, где за высокими окнами темнела чаща хвойного леса и плакали серые тучи, принесенные ветром с Атлантического океана.

Раньше они носили форму – хрустящие серебристые рубашки, мягкие черные юбки у девушек и брюки у парней, черные пиджаки с серебряным гербом провинции Ньюфаундленд и гербом интерната – лис в кругу из хвойных опилок. Но год назад Одо отменил форму из-за многочисленных жалоб учеников, что им холодно в пиджаках и рубашках, а раскошелиться на дополнительное отопление промерзших корпусов директору не позволила жадность. Да и какая разница, “в каких одеждах получать знания”? А потому Арианна с сожалением и беспомощной злобой убрала форму далеко в шкаф и вытащила джинсы и свитер из прежнего дома.

Сам Одо Майер не слыл блюстителем дисциплины и ответственной работы – неизменным атрибутом его стола был графин с виски, в кабинете возвышалась солидная винотека из красного дерева, а с рабочих документов, сваленных в кучу в углу, уборщица раз в неделю смахивала пыль. Любимым времяпровождением директора были вечерние посиделки с учителями и завучем под стаканчик виски. Проходили они в его кабинете, где все рассаживались по креслам, зажигали кальян, а наутро “участников посиделок” ученики легко узнавали по перегару, мешками под глазами и неуверенной походке.

А потому, год за годом, обитатели школы все больше расслаблялись – беззаботность директора окутывала их, словно дым от его кальянов – и строгие правила превратились из элементов дисциплины в милые традиции, за нарушение которых редко что грозит.

* * *

За окном раздался требовательный гудок автомобиля и скрип открывающихся ворот. Проигнорировав требование “Палки”, Арианна еще шире распахнула окно, отодвинула в сторону непальские флажки-молитвы, развешанные на пару с Камиллой сразу после заселения в комнату, и высунулась на улицу почти по пояс. Длинные каштановые волосы быстро намокали под дождем, но девушка лишь нетерпеливо заправила их за уши и продолжила смотреть во двор. Грациозный и свирепый, как большая черная пантера, “Форд Мустанг” неслышно заехал через школьные ворота, которые тут же закрыл дворник Северин.

Интересно, кто это? Арианна нагнулась еще ниже.

Машина мягко покатилась по дороге за угол, к парадному входу. За тонированными стеклами никого рассмотреть не удалось.

Девушка разочарованно захлопнула окно. Что ж, еще будет время спросить о приехавших Камилу, та всегда в курсе свежих сплетен. Гости – вообще редкое явление в интернате, тем более на дорогих машинах. Наверняка, это едет очередной “друг из прошлого” Одо Майера. Порой к нему приезжают подозрительные личности на “стаканчик виски”.

До слуха вдруг долетел резкий сигнал, напоминающий сирену. Что это, опять тренировочная тревога? Арианна нахмурилась, прислонилась спиной к подоконнику и напряженно уставилась на входную дверь, словно на источник всех своих мыслей и сомнений.

Сегодня Адриан обещал отвезти ее на побережье во время “тихого часа”, а потом он уедет в Мэр по делам. Тренировочная тревога займет, по меньшей мере, минут сорок, и до конца останется всего два часа и двадцать минут. Они не успеют вернуться вовремя…

Сирена издевательски пищала, требуя к себе беспрекословного внимания.

– Черт бы тебя, тревога…

Девушка набросила толстое черное пальто на плечи, толкнула дверь и вышла в коридор. От высоких стен эхом отражался металлический женский голос:

–Пожарная тревога! Всем учителям и учащимся немедленно собраться на школьном дворе. Очаг возгорания…

– Ари, бежим быстрее!

Подбежавшая ученица с развевающимися черными волосами взволнованно схватила Арианну за руку и потащила к широкой парадной лестнице. Вокруг них распахивались двери комнат, и удивленные, но большей частью недовольные ученицы с ворчанием толкались, пытаясь пробиться к выходу. Арианна потянула подругу за руку, вынуждая сбавить темп:

–Камила, не беги ты так, это же тренировочная тревога!

Смешавшись на главной лестнице с малолетками, они вышли на внутренний двор и столкнулись с толпой парней из соседнего корпуса. Все вместе, ученики потеснились к школьному ограждению. Послабевший, но не закончившийся дождь монотонно поливал их холодной водой. Камила запричитала:

– Мы все вымокнем! Почему они решили устроить тренировочную тревогу именно сейчас?

– Наверное, проверяют нас на прочность и невозмутимость, – Арианна поймала ее хмурый взгляд, – И ты не выдерживаешь проверку.

Криками и махами рук надзиратели быстро построили учеников полукругом. Не желая стоять в первых рядах и слушать зазубренную инструкцию, Арианна отошла ближе к железному забору, за которым начинался густой хвойный лес, простиравшийся до самого океана. Камила последовала за ней.

Сентябрь подходил к концу, таща за собой промозглую позднюю осень. Ее сырой и одновременно свежий запах всегда кружил Арианне голову, унося мыслями к океанскому порту в Сент-Джонсе, где она провела детство. Золотая листва давно опала с деревьев в школьном сквере и теперь замертво лежала под ногами, еще не убранная Северином. Голые тонкие ветки покачивались под напором дождя и ветра. В такую погоду хотелось меланхолично сидеть весь день под пледом у окна, пить чай и слушать песни про несчастную любовь.

Одинокий красно-желтый лист упал девушке на плечо. Она повертела его в руках:

– Осень кончается…

Согревая себя руками, Камила принялась энергично подпрыгивать на месте. “Больше напоказ, чем от холода”, – мелькнула непрошенная мысль, но следом мигом пришла другая: “Я к ней постоянно цепляюсь. Нужно прекращать”.

– Ужас, как холодно!

Арианна прислонилась спиной к забору, встав напротив подруги. Внешне они были похожи, их даже за сестер принимали. Невысокий рост, тонкое телосложение и длинные волосы до пояса. От соседки Арианну отличали глаза теплого карего оттенка, мягкие черты лица и смугловатая кожа, словно та выросла под южными пальмами, а не в дождливом Сент-Джонсе.

Камила, в свою очередь, выделялась яркой, сияющей бледностью, которую всячески “оживляла” чересчур сочным блеском для пухлых губ, и разноцветными тенями, подчеркивая инопланетные зеленые глаза. Каштаново-рыжие волосы редко бывали распущены, чаще девушка сооружала два хвостика или две косы – в лучшем случае. Порой на голове Камилы красовалось нечто среднее между “оданго” в духе Сейлор Мун и французского “фонтанж” эпохи Просвещения. Ради любимой прически соседка умудрялась встать затемно, разбудить Арианну, не позавтракать, но заплести многочисленные косы и закрепить грудой заколок. Впрочем, выглядело не так уж и плохо, “бесновато”, как однажды заметил Уоррен, закадычный приятель Камилы.

В отличии от разговорчивой, активной, временами шумной и беспокойной Камилы, лучший вечер которой проходил в общем зале под хохот подружек, Арианна предпочитала тишину, уединение и размеренный темп жизни. Абсолютно все вещи она делала плавно, не спеша: медленно одевалась, медленно гуляла, медленно читала, после пары-тройки страниц впадая в глубокие раздумья от прочитанного. На протяжении старших классов ее идеальным вечером оставалось “свидание” с книгой в библиотеке, в кресле с видом на лес, под шелест дождя за окном и трепетом настольной лампы. А когда впечатления от прочитанного достигали внутреннего пика, девушка бралась за записную книжку в кожаном переплете цвета виски и черную ручку в виде гусиного пера с серебрянным корпусом – последние подарки отца на День рождения – и принималась “оформлять” собственные мысли в рецензию.

Спустя три года жизни в интернате она написала рецензии к доброй половине книг в библиотеке. В числе ее фаворитов оказались почти все произведения любовной готической прозы, вроде романов сестер Бронте.

Из-за тяги к уединению Арианна даже поругалась с Камилой, когда однажды та устроила “сюрприз” и притащила к ним девчонок из соседних комнат для “пижамной вечеринки”. Сидеть и страдать от нежданного общества Арианна не собиралась, поэтому жестко разогнала девиц, а Камиле поставила условие – либо в комнате находятся лишь они двое, либо та возвращается к Джессике. Сглотнув, соседка обиженно надула губы, но вечеринки больше не устраивала.

Помимо упомянутого инцидента, совместный быт протекал легко и гармонично. Проблемы возникали лишь при появлении Уоррена – приятеля Камилы, мрачного длинноволосого неформала, покрытого татуировками и пирсингом, который то и дело сподвигал подружку на что-нибудь запретное: погулять за пределами школы, покурить травку или распить бутылку “Джека Дэниэлса” во время игры в покер. Откуда он все это брал – Арианна подозревала, что здесь не обошлось без Макса Миллера, главного школьного красавчика и бунтаря. У того с рождения имелся доступ ко всем благам человечества.

Завуч школы начал традиционную перекличку по списку. Камила занервничала:

– Подойдем поближе, вдруг нас не услышат?

– Все в порядке, услышат.

Камилу ответ не успокоил. Секунду помявшись, она-таки подошла ближе к группе девушек из соседних комнат и с облегчением вернулась лишь тогда, когда после имен “Арианна Венес” и “Камила Росс” в воздухе повисли два громкие “здесь”.

– Ты утеплишь отношения с преподами, если просто начнешь учиться и хотя бы иногда делать домашнее задание. Участие в тренировочной тревоге не поможет тебе закончить год.

В ответ соседка вздохнула с напускной грустью, всем видом говоря: “Да, да, конечно”, но произнесла повторяющееся каждый год:

– В этом году я всерьез займусь учебой! – на что Арианна не удержалась и закатила глаза.

* * *

По слухам, Генри Майер взялся за организацию школы-интерната после инцидента со своим сыном Клоссом. Парень с детства рос тяжелым аутистом без положительных прогнозов. Первые симптомы появились еще в детском саду, а в начальной школе Клосс ручкой проткнул руку однокласснику. Генри быстренько забрал сына, и в дальнейшем тот обучался в специальных учреждениях, пригодных для его диагноза. Но все эти места лишь усугубляли ситуацию – Клосс не хотел признавать себя психом. Желание жить нормальной жизнью и болезнь боролись в нем на протяжении почти двадцати лет, и последняя, в итоге, победила.

Генри нашел сына повешенным в его комнате во время летних каникул. Их домработница затем рассказывала, что “в руках у молодого человека было письмо из Университета Торонто с отказом принять его на обучение”.

Семейная трагедия могла объяснить внезапное бегство Майера из Торонто и настойчивость, граничащую с безумием, с которой тот согласовывал всю необходимую документацию для открытия школы в глуши леса. Кто вообще согласится сюда поехать?

Оказалось, многие. Расположение на краю материка превратило интернат в “ссылку” для самых разных детей, от сирот и детей малоимущих иммигрантов до нежеланных отпрысков бизнесменов, а также подростков, находящихся между нормальной жизнью и безумием. Всех, кому не нашлось места в обществе больших городов.

Учителя были под стать своим ученикам. Отчаявшиеся, непринятые или начинающие педагоги искали в подопечных свой жизненный смысл – а может, просто коротали время за неимением лучшего.

* * *

Камила – тот редкий случай в интернате, когда родители просто отдали дочь в ближайшую школу. Они жили в Сент-Джонсе, но часто ездили работать вахтой в соседнюю провинцию Лабрадор, а потому решили, что девочке будет интереснее жить и вращаться среди сверстников в “частной школе-интернат”, чем коротать вечера со старой и полуслепой бабушкой после уроков в городской средней школе.

В итоге, Камила – обычный здоровый подросток, без семейных драм за плечами, без психических отклонений и проблем с законом, стала для Арианны неким проводником в мир “нормальных людей”, но “пофигизм Одо Майера” заразил и ее – в последних классах Камила упрямо не желала учиться. Поэтому Арианна периодически брала на себя роль строгого опекуна и пыталась хоть как-то вразумить соседку – будет грустно, если Камила останется в школе еще на год. Ведь они могли вместе уехать в город, снять квартиру, искать работу…

Перекличка продолжалась – и дождь тоже. Любимое кашемировое пальто уже изрядно промокло, и Арианна решительно собралась “свалить”, как вдруг заметила незнакомую фигуру в стороне.

Нет, она точно не видела ее раньше.

Вплотную к забору стояла невысокая блондинка и так напряженно смотрела вперед, что невольно захотелось приглядеться – мигает ли она? На первый взгляд, перед Арианной стояла типичная “гламурная пацанка”: худощавая, диковатая, в джинсах-скинни, кедах и с пронзительным взглядом под копной выпрямленных светлых волос – как Аврил Лавин, только более элегантная. Вроде простая одежда сидела на ней с таким изяществом, что было видно – эти вещи не из “масс маркета”. Мягкий белый свитер обнимал угловатую фигуру и волнами падал на плотные, угольно-черные джинсы. На фоне хрупких плечей длинные пшеничные волосы казалась настоящей гривой.

Девушка покачнулась на пятках и неожиданно развернулась к Арианне, встретившись с ней взглядом. Ту передернуло – отчего-то по спине пробежал холодок. Бледное лицо с острым подбородком и низкими скулами хотелось назвать красивым, но мешала резкость, даже агрессия, которая так и застыла в светло-серых глазах.

В памяти вдруг всплыл мультфильм о “Белом Клыке” – полусобаке-полуволке, который Арианна смотрела в детстве. Изначально доброжелательный, красивый и холеный “пес” обозлился на людей после череды невзгод и плохого обращения, после чего едва не убил спасшего его Уидона Скотта. И, казалось, симпатичная “пацанка” сейчас точно также бросится на Арианну, отчего девушка невольно отступила назад и неуклюже отвернулась с видом “да я просто так взглянула”, пряча порозовевшие щеки.

– Я ведь тебя даже не укусила, а ты уже прячешься.

Она резко развернулась, округлив глаза.

– Что-что?

Незнакомка продолжала раскачиваться взад-вперед, цепкие серые глаза переключились на Камилу, снова прыгающую от холода чуть поодаль – соседка отошла, чтобы поздороваться с кем-то в толпе. Аккуратные пухлые губы слегка изогнулись не то в улыбке, не то в усмешке.

– Давно вы здесь учитесь? Как вас зовут?

– Однозначно дольше, чем ты.

Арианна помрачнела – как от происходящего, так и невольных воспоминаний. Последний раз таким прямолинейным, “командирским” тоном с ней разговаривала тетя. Приказывать и наблюдать исполнение приказов было для той в порядке вещей, как и для этой девицы. Откуда она взялась?

Та закатила глаза с недвусмысленным видом, как бы говоря: “Дура какая-то”.

– Конечно же дольше, я приехала от силы полчаса назад. Так как вас зовут?

Подчеркивая “вас”, она кивнула и на Камилу, все еще поглощенную прыжками и обменном новостей с подружкой из соседней комнаты. Видимо, сочла их обоюдную отдаленность от группы за автоматическую дружбу. Арианне не хотелось подтверждать ее догадку, да и вообще продолжать разговор.

Девушка замолчала, не ответив.

Неуютную паузу вдруг прервал здоровенный мужчина в черном костюме с галстуком, напоминающий культуриста. Он вынырнул откуда-то из толпы, встав рядом с “пацанкой”, и что-то торопливо заговорил ей в ухо. Пиджак на нем был явно сшит на заказ – на такую широкую грудь и спину в буграх мышц не подойдет ни один стандартный размер! Ультракороткая стрижка на мощной голове с тяжелой челюстью придавала мужчине схожесть с “Халком”.

Он очень напоминал охранника из криминальных фильмов, которые, по сюжету, нередко пекутся об избалованных дочках своих боссов. Увидев его вместе с “гламурной Аврил Лавин”, Арианна лишь убедилась в своей догадке.

Та даже слушать его не стала.

– Рудо, отвали! Какого черта ты еще здесь? Мать опоздает в аэропорт.

– Прошу прощения, мисс Лаперлеф, ваша мать забыла передать вам эти письма. Мы специально разворачивались на трассе.

– Засунь их… забери их обратно! – она грубо оттолкнула массивную руку с белым конвертом, – Все, давай отсюда. Не нужны они мне.

– Но, мисс…

– Все, попрощались. Давай-давай.

И новенькая, изо всех своих невнушительных сил, затолкала бедного Рудо обратно в толпу школьников. Вздохнув, охранник не стал сопротивляться, и быстро зашагал в сторону парковки. Арианна, несколько ошарашенная молниеносным, экспрессивным “диалогом”, смотрела ему вслед. Что ж, девица не просто напомнила ей злющего “полуволка” – она им была!

“Приехала от силы полчаса назад.. Черный “Форд Мустанг”?”

На громкий звук голосов обернулась Камила. Заметив новое лицо, незнакомка бесцеремонно обратилась к ней:

– Как тебя зовут?

Та опешила:

– Камила.

– О, ну хоть одно имя мне удалось вытянуть. Какие тут все неразговорчивые! Меня зовут Алиссия, можно просто Ли.

– Очень…приятно, – соседка растерянно переводила взгляд с насмешливой Ли на мрачную Арианну в попытках понять, когда и почему они успели поругаться.

Ли тоже повернулась к Арианне – вот сейчас она также требовательно спросит ее имя! Девушка внутренне собралась ответить чем-нибудь язвительным, как вдруг толпа перед ними оживилась. Пожарный инструктаж закончился, и ученики со всех ног побежали в свои корпуса, создавая толкотню больше, чем при самой тревоге. Сирена была ложной, а вот усилившийся дождь очень даже реальным.

Не дожидаясь “допроса”, Арианна подошла к Камиле и буркнула новенькой из-за плеча:

– Нам тут холодно, а требовательные распросы тепла не добавляют. Если хочешь знать побольше имен в этом неразговорчивом месте, то сбавь свой тон минимально в половину.

Ли сощурилась и медленно сжала вытянутые руки в кулаки. Арианна напряглась, ожидая непредсказуемых действий, но та лишь раздраженно плюнула в сторону.

– Грейтесь на здоровье, – и быстро зашагала в сторону женского корпуса.

– Кто это? Вы не поладили? Из-за чего?

Едва новенькая отошла, как Камила оживилась и вопрошающе уставилась на соседку. Арианна с трудом собрала намокшие волосы в высокий хвост и подняла воротник пальто под самое горло.

– Не люблю командирш.

– Арианна.

Она увидела его раньше, чем услышала свое имя. Адриан Ларрета шел к ним твердым шагом сквозь поток учеников, которые расступались перед учителем словно море перед Моисеем. Приблизившись, мужчина коротким кивком поприветствовал Камилу и наклонился к Арианне:

– Я перенес дела на следующие выходные, так что поездка в силе.

– Спасибо. Это… очень кстати.

Казалось, с его появлением перестал идти дождь, а в хмуром небе заиграла радуга. Девушка украдкой скользнула взглядом по грубоватой ладони, держащей незажженную сигарету в пальцах, по аккуратно уложенным черным волосам, обрамляющим суровое бледное лицо, по строгому безукоризненному пальто, на котором виднелась лишь пара дождевых капель – в противовес другим учителям, растрепанным и промокшим до нитки…

– Ари, я пойду, – слова Камилы донеслись издалека, как из параллельного мира. Вроде слышишь, но не придаешь ни малейшего значения.

– Да, конечно…, – соседка сбежала прежде, чем дождалась ответа. Неизвестно, что больше вгоняло Камилу в ужас – общество учителя “права”, его властная фигура и тяжелый взгляд, или его предмет, к которому та готовилась меньше всего, так как совершенно не понимала.

Адриан, в свою очередь, не обратил на побег ни малейшего внимания. Даже голову не повернул.

– Увидимся через пятнадцать минут, я пока погрею машину. Оденься потеплее.

В ответ Арианна невнятно кивнула. Одеться теплее – в ее бесформенный пуховик и толстую вязаную шапку – можно в темное, морозное утро перед уроками или на школьную экскурсию. Но только не на прогулку с Адрианом.

Мужчина закурил сигарету и неспешно двинулся в направлении парковки, но внезапно притормозил и посмотрел куда-то в сторону – всего на мгновение – после чего зашагал дальше. Проследив траекторию взгляда, девушка не без удивления уткнулась в новоиспеченную ученицу Ли, с которой они расстались совсем недавно. Адриан смотрел на нее? Ли грубо протискивалась через массу учениц ко входу в корпус.

Никак не истолковав эту взаимосвязь, девушка поспешила в комнату подкраситься и привести волосы в порядок, и внутренне благодарила погоду за то, что дождь потихоньку заканчивался.

Глава 2

Адриан Ларрета появился в школе два года назад, и Арианна хорошо помнила его первый урок. Директор Майер представил нового преподавателя как бывшего адвоката из Торонто, “возжелавшего передать свои знания и опыт молодому поколению”.

Сорокалетний, солидного вида мужчина предстал перед ними в костюме с галстуком и даже пахнущий духами! Во всей школе лишь Одо Майер не расставался со своим “чокнутым” одеколоном – сумбурной смесью, вызывающей в памяти пестрый передвижной цирк, тогда как при виде остальных учителей даже мысли о духах не возникало. Для начала, им бы свитера найти из текущего столетия и сменить прически. А еще лучше – согнать круглое пузо, которое, как африканская лихорадка, без разбору поражало весь преподавательский состав.

(прим. “Дигесты Юстиниана” – обширный систематизированный сборник извлечений из трудов авторитетных римских юристов, насчитывает 50 томов).Никогда прежде Арианна не думала, что облик преподавателя может быть притягательным – до появления Адриана Ларрета. На каждом уроке или при встрече в коридоре девушка тайком разглядывала мужественное лицо с прямым носом, тонкими губами, окруженными жесткой щетиной, и холодными серыми глазами под густыми бровями. Но остальные ученики трепетали вовсе не от античной красоты нового преподавателя, а стального взгляда, когда Адриан бывал не в духе. Он никогда не кричал, но и минуты тишины в его присутствии хватало, чтобы начать заикаться и наобещать прочитать к концу семестра все тома “Дигесты Юстиниана”

Высокий, в хорошей физической форме, в идеально выглаженной рубашке и с массивными часами на запястье (“Неужели Rolex!”, – с придыханием шептала Камилла, пытаясь разглядеть надпись на циферблате ), Адриан был слишком элегантен для своего простенького, лишенного высоких сводов и витражных окон кабинета. Арианна представляла его в величественном здании суда с защитительной речью, или в полутемном кабинете, в кожаном кресле за широким столом, на котором лежит пачка бумаг, пепельница с недокуренной сигарой и графин с виски. Таких адвокатов она видела в кино и сериалах. Абсолютно не факт, что Адриан жил именно так, но девушке нравилось представлять его в роскошной обстановке.

Нового учителя обсуждали в течении целого года, хотя как преподаватель, Адриан Ларрета мало чем отличался от своих коллег – все то же монотонное изложение, банальные конспекты и задания. Первое время он рассказывал ученикам случаи из адвокатской практики, вальяжно прислонившись к учительскому столу – для полного образа не хватало только сигары или стакана с виски! Эти рассказы разряжали вечно напряженную атмосферу в классе, царившую от невозможности поболтать со скуки, и даже вовлекали учеников в разговор. В такие моменты сам Адриан оживал и выбирался из своей непроницаемой оболочки, которую носил с самого первого дня, а в голосе чувствовалась страсть и вдохновение. Он действительно любил свое дело.

Арианна часто думала, что привело его сюда. Когда она осмелилась спросить учителя напрямую, тот лишь уклончиво ответил:

– Иногда случаются вещи, после которых ты уже не можешь оставаться прежним или заниматься прежним делом. Вот и со мной такое произошло.

Такие слова мог сказать о себе каждый ученик интерната.

Девушка предположила, что причина кроется в прошлой работе. Возможно, Адриан проиграл какое-то важное дело, нажил врагов, и ему пришлось скрыться. В любом случае, больше он ничего не добавил, но внезапно начал проявлять интерес к самой Арианне. Стала ли “виной” первая парта напротив его стола, пристальный взгляд симпатичной ученицы или расспросы о нем самом после каждого урока? А может – тот странный случай, когда оба встретились под кронами деревьев в школьном сквере посреди ночи.

Заканчивалась весна. Арианна собиралась лечь спать, как надзирательница женского корпуса вызвала ее к телефону – звонила Стелла, ее тетя. Та снова напилась и несвязной речью принялась просить у племянницы прощение и давать обещания, что “вот-вот, и заберет ее из интерната”, на что девушка грубо возразила и повесила трубку. Любое место в мире лучше, чем компания этой подлой женщины. К счастью, Стелла больше не ее опекун, и директор не позволит забрать Арианну без согласия последней.

После подобных звонков прошлое окутывало разум, как туман окутывает лес за окном, и девушка долго не могла уснуть. Все думала, как бы сложилась жизнь, если бы не халатность, а затем и предательство тети. Около трех часов, незадолго до рассвета, она-таки скинула одеяло, оделась, прошла мимо сопящей во сне Камилы и вышла в прохладную ночь. Рисковая затея – заметь ее надзирательница, как от мытья полов на все лето не отвертеться. Но вырваться сейчас из корпуса, а лучше – из мрака собственных мыслей – было критически необходимым.

Арианна спряталась в густой черноте деревьев в сквере, сев прямо на плитку, еще влажную от ночной сырости. И только принялась плакать, как рядом возникла большая темная фигура, а рот закрыла крепкая ладонь, предотвращая крик ужаса.

– Тише-тише. Ваша надзирательница такая бойкая, что как бы и мне не влетело за ночные разгулы.

В голосе Адриана Ларрета слышался смех, и девушка невольно расслабилась. С внезапной неохотой высвободила рот и прошептала:

– Что вы здесь делаете?

Они сидели под деревом до самого рассвета. Учитель, как выяснилось, просто вышел прогуляться (“Люблю темноту – отдыхают глаза и разум”), а Арианна, неожиданно для себя, выложила ему все переживания по поводу злополучной родственницы. Мужчина ничего не ответил, но пристально смотрел на ученицу, словно глубоко внутри принимал решение. А потом достал фляжку, куда обычно наливают коньяк, и Ари, пребывавшая в трансе от сюрреалистичности происходящего, сделала пару глотков.

В течении следующего учебного года они продолжали сближаться. Разговаривали после уроков, разделенные учительским столом, всегда здоровались в коридоре и даже вместе прогуливались по школьному скверу после обеда, но никогда не вспоминали странную встречу под кронами деревьев. Говорил в основном Адриан: рассказывал о ситуации в мире и собственных выводах, вспоминал клиентов из адвокатской практики, много рассуждал о жизни и поворотах судьбы – разумеется, без личных фактов. Арианна завороженно слушала, и лишь иногда вставляла комментарии, чем еще больше распаляла учителя на монолог.

Однажды девушка застала его за медитацией в пустом сумрачном классе, куда зачем-то заглянула после уроков – наверное, симпатия к Адриану Ларрета распространилась даже на его кабинет. Сам он сидел за столом, повернувшись к залитому дождем окну. Глаза были закрыты, грудь плавно вздымалась от ровного дыхания. Звон дождевых капель по стеклу и шелест листвы заглушили шаги, и некоторое время девушка, замерев, с удовольствием наблюдала за необычной картиной, пока учитель не заметил посетителя. Тогда Арианна, внезапно осмелев, решительно подошла ближе и улыбнулась:

– Здесь не лучшее место для медитаций, я пробовала. Атмосфера слишком… напряженная. Вам стоит пройтись вдоль местных скал у океана, там даже не нужно сосредотачиваться – природа сама принесет вам покой.

И вновь – как в школьном сквере – он долго смотрел на нее, чуть прищурившись, будто оценивая. Пока Арианна говорила, учитель даже не пошевелился и продолжал сидеть на стуле, развалившись, точно в кожаном кресле. В какой-то момент собственные слова показались неуместными, и девушка приготовилась оправдываться за “глупые советы”, как Адриан вдруг улыбнулся в ответ и неторопливо произнес, не сводя с нее прямого взгляда:

– На выходных я как раз собирался к побережью, пройтись и проветриться от здешней… атмосферы. Поедешь со мной? Помедитируем вместе.

Почему-то сразу вспомнилась слащавая фраза из диснеевских мультиков: “С ним хоть на край света”, и Арианна едва не прыснула. И вправду, она поедет с ним на край света, хотя оба уже живут на краю света.

Так началась их поездки на побережье океана по выходным. Сначала оба ездили туда “для медитаций”, и первое время действительно бродили раздельно: Адриан уходил вперед, но всегда оставался в поле видимости. Впрочем, впервые выбравшись из интерната самостоятельно, а не в составе класса, девушка не обращала на спутника внимания и подолгу сидела на камнях, впитывая в память образ бескрайнего Атлантического океана.

В предпоследний учебный год она взялась за объёмную письменную работу по проблематике международной торговли провинции Ньюфаундленд и Лабрадор под покровительством Адриана Ларрета. Этот большое сочинение-эссе заменяло Арианне финальный экзамен по “Праву”… и давало неограниченную возможность проводить время с любимым учителем. Мужчина чаще стал брать ее в поездки, дабы “сменить обстановку”, показать остров Авалон, пункты торговли рыбой и полезными ископаемыми, что “полезно для финального эссе”. По факту, раз или два в месяц они садились в Линкольн Навигатор Адриана и целый день катались по окрестностям, гуляли вдоль скалистого утеса и обедали в придорожных кафе, без конца пили кофе и обсуждали книги, медитативные техники, порой даже школьные будни – что угодно, кроме “эссе”.

Вслух это не прозвучало, но Арианна чувствовала, как общество друг друга наполняет обоих энергией и гармонией одновременно, отодвигая в сторону переживания и поднимая хмурое настроение. Нередко оба молчали в дороге, слушая мистические треки “Enigma” (выбор Арианны) или мрачные, тяжелые баллады группы “Metallica”, которые часто включал Адриан. В окне проносились суровые пейзажи полуострова Авалон: одинокие пляжи, высокие холмы с вершинами в тумане, темно-зеленые сосновые леса прямо на скалах и крутых утесах. После захода солнца из черноты океана виднелся свет маяка. Арианна, развалившись в широком сидении “Линкольна”, накручивала на палец прядь длинных волос, украдкой посматривала на профиль учителя. И куталась, словно в уютный плед, в окружающую ее ауру безопасности, влюбленности и вдохновения – чувств, неразрывно связанных с присутствием Адриана.

Девушка влюбилась в него с самого первого урока и продолжала восхищаться, даже когда мужчина перестал ходить в костюмах на занятия, а приобрел джинсы и теплый свитер, характерные здешним преподавателям. Его же отношение к Арианне оставалось покровительским в школе, дружеским и заботливым – наедине. Но никогда девушка не замечала ответных романтических чувств.

А был ли вообще шанс? Она – семнадцатилетняя ученица, без пяти минут покинувшая детский сад, тогда как он – мужчина, прошедший половину взрослой жизни, с багажом опыта и совершенно другими жизненными потребностями. Маловероятно, что такого многогранного и солидного человека привлечет простая школьница с подростковыми заботами в виде экзаменов, поступления в университет и устройством своего туманного будущего.

Поэтому Арианна закрывала глаза, расслаблялась в сумраке автомобиля под мягкий звон дождевых капель по стеклу, приглушенный звук езды по трассе и песню “And nothing else matters”. И просто довольствовалась тем, что Адриан рядом.

Глава 3

На следующий день первым уроком был французский язык. Учительница Эмили Шарби, высокая ухоженная женщина тридцати пяти лет, всегда закутанная в несколько слоев одежды, вместе с директором представляла классу двух новых учеников.

Сегодня Ли Лаперлеф облачилась в такой большой свитер, что прозрачное, как у русалки лицо почти утонуло в широкой горловине, а оттуда в класс смотрели хмурые, густо подведенные серые глаза. Из-за небрежно растушеванной подводки, больше похожей на темные круги, глаза казались неестественно большими, как в аниме, затмевая собой остальные черты лица кроме острых скул. О них можно было порезаться. Беспорядок в волосах, наспех приглаженный руками, тонкие пальцы, перебирающие слои шерстяной ткани по бокам, невесомые плечи, слегка согнутые, словно огромный свитер был для них непосильной ношей, добавляли Ли ореол возвышенных страданий вкупе с анархическим сумасшествием. Казалось, всю ночь новенькая провела на “героиновой” вечеринке, то заливая депрессию алкоголем, то безумно веселясь, а наутро забыла поменять макияж и сразу пришла в класс.

Полным контрастом был бодрый темноволосый парень рядом с ней – новый ученик. Он стоял очень ровно, расправив массивные плечи под плотным бордовым джемпером, и выглядел максимально собранным, словно сию же секунду готовился пробежать марафон или покорить гору. Из короткой, по-военному строгой прически дерзко выбивалась пара черных прядей, что вносило небольшой разлад в “чинный” образ.

Нового ученика Арианна еще не видела. Она задержала на нем взгляд, пока шла к своей первой парте через всю аудиторию, и к ее смущению, парень ответил тем же.

– Дерек, расскажи нам о себе. Чем ты занимаешься, интересуешься, – вопросы директора Майера звучали до невозможного банально.

Дерек перевел взгляд от Арианны в класс. В его светло-зеленых глазах не мелькнуло и тени смущения, свойственной всем новичкам, которые в свой первый школьный день оказались в центре внимания одноклассников.

– В прошлой школе я занимался боксом. Планирую продолжить занятия и здесь.

– Непременно продолжишь, мы как раз реконструируем наш спортзал!

"Его реконструкция идет уже год", – Арианна поймала себя на мысли, что внимательно разглядывает руки Дерека – они выглядели огромными из-за небрежно засученных до локтя рукавов джемпера.

– Еще меня интересует “право”.

В класс тихо зашел Адриан Ларрета. На новых учеников он едва взглянул, а вот Ли Лаперлеф аж всю перекосило. Ее лицо исказилось от неразборчивых чувств, а подбородок резко вынырнул из свитера, как хищная акула из воды. Пальцы перестали теребить ткань и взметнулись на уровне груди, будто готовясь впиться в чужое горло. Девушка даже рот открыла, намереваясь что-то сказать, но тут директор повернулся к ней с удивленно поднятыми бровями. Ли промолчала, шумно вздохнула и тут же закашлялась.

Произошедшая немая сцена не укрылась от внимания Арианны, наблюдавшей ее с первой парты. Впрочем, она все равно ничего не поняла.

Ларрета подошел к Эмилии и что-то негромко сказал. Видимо, попросил, раз учительница сразу отошла к рабочему столу и начала там рыться. Адриан слегка кивнул Арианне в знак приветствия. Директор Майер не обратил на это внимания.

– Прекрасно. Вот, кстати, сам учитель “права” – Адриан Ларрета, – кивок в его сторону, – У вас еще будет время пообщаться.

Дерек и Адриан переглянулись.

– Хорошо, Дерек, выбирай место и садись.

Дерек не стал выбирать, а просто решительно сел за парту рядом с Арианной, неприкрыто ей улыбаясь. Горячая волна пронеслась по ее щекам – наверняка сидит вся красная! Соседнее место пустовало много месяцев с тех пор, как отсадили Камилу, которая слишком много болтала. Новый сосед был настоящим подарком после долгого одиночества – на его красивое лицо можно смотреть все совместные уроки, а большие кулаки, лежащие на парте, навевали фантазии о боксерском ринге и стремительных ударах. Глядя на них, девушке захотелось накрыть их своими изящными ладонями.

– Мисс Лаперлеф, вы тоже можете присаживаться.

“Он даже не попросил ее рассказать о себе…”

Впрочем, новая (и малоприятная) ученица не слишком интересовала Арианну в тот момент, а вот Адриан проводил удаляющуюся спину Ли с заметным вниманием – прямо как на вчерашней пожарной тревоге. Учитель крайне редко удостаивал учеников подобным взглядом и смотрел на них, в основном, безразлично или с раздражением. И хотя в его лице с трудом читалась малейшая эмоция, Арианна интуитивно почувствовала…сочувствие. Сочувствие, но вместе с тем неприязнь и нотки злорадства. Словно встретил побитого судьбой человека, который в прошлом тебе изрядно напакостил.

Ничего не замечающая Эмилия с улыбкой протянула мужчине стопку тетрадей, но тот ее сухо проигнорировал. Возникшую неловкую паузу нарушил (или вовремя прервал) директор:

– Ну все, Эмилия, можете начинать. Дети пристроены.

Эмилия кивнула. Адриан наконец-то взял бумаги и молча покинул кабинет вместе с директором.

Урок начался.

Глава 4

Во время урока Дерек молчал, но Арианна чувствовала его внимательный взгляд и начала нервничать. Похожее ощущение возникает при обследовании рентгеном, когда невидимые электромагнитные волны пронзают тело и вытаскивают на свет все твои “скелеты в шкафу”. Сейчас же ее “скелетом” был сам Дерек, а точнее – симпатия с первого взгляда. Когда Эмилия вышла из кабинета на несколько минут, девушка легонько толкнула соседа в плечо:

– Ты прожжешь на мне дыру!

Дерек улыбнулся:

– Извини. Как только мисс Шарби вернется, я буду смотреть только на нее.

– Так тоже не пойдет.

– Тогда на доску.

– Другое дело.

Переглянувшись, оба подавили смех. Вернулась Эмилия. Дерек практически сдержал слово, но все же поглядывал в сторону соседки – якобы в окно.

В середине урока, во время затянувшейся лекции Эмилии, когда учительница ушла в свое “измерение”, Арианна тихонько обернулась в класс – проверить, как разместилась “Кейт Мосс” во времена своего блистательного “героинового шика”. Ли, заметно повеселевшая и с убранными назад волосами, сидела на предпоследней парте в компании Макса Миллера. Тот присел ей на ухо и что-то увлеченно рассказывал, мимолетно поглядывая на Эмилию, дабы не схлопотать очередной выговор. Парень любил поболтать на уроке.

Макса, в свою очередь, сверлил недобрый взгляд с противоположного ряда парт и сулил проблемы похуже, чем недовольная учительница. Джессика – девушка Миллера с переменным успехом, была явно не в восторге от внимания бойфренда к новой соседке. В свое время их с Максом рассадили по разным партам за разговорчивость и поцелуи, и теперь девушка сидела в окружении закадычных подруг и многозначительно обменивалась с ними взглядами…

Арианна отвернулась с неприятным осадком, что стала свидетелем назревающего конфликта. Сам того не ведая, красавчик Миллер уже на первом уроке настроил против новенькой Ли самую стервозную свиту в школе. Вопрос времени, когда барышни начнут к ней придираться по поводу и без, как когда-то к Камиле. Но в этот раз Арианна не торопилась вступаться за “наркоманку” – еще неизвестно, кто из них большая мегера, Ли или Джессика!

– Как тебя зовут? – прозвучал слишком громкий шепот со стороны Дерека.

Эмилия прервала свой воодушевленный монолог и обернулась к ним с предостерегающим выражением лица. Парень виновато улыбнулся и уже гораздо тише зашептал, придвинувшись ближе к Арианне:

– Здесь всегда такая слышимость?!

Девушка ответила ему прямо в ухо:

– Да. Мою соседку пересадили полгода назад за разговоры. С тех пор никто не удерживался на этой парте дольше пары дней. Ее прозвали “остров немоты”.

– Потрясающе, я люблю вызовы! Буду молчать. Но сначала – как тебя зовут?

– Дерек! Я сейчас пересажу вас за другую парту.

– Что я говорила…

– Секунду! Я только спросил имя девушки. Это же некрасиво, не знать имени соседки по парте.

Дерек так мило улыбался, что учительница сдалась почти без борьбы. Воздушная, эмпатичная и уютная, как теплый кардиган в зимний вечер, Эмилия мигом прощала мелкие проколы за искреннюю любезность, чем сильно отличалась от холодного и безапелляционного Адриана. Того не возьмет ничья учтивость, и Дерек давно стоял бы в коридоре за свои попытки познакомиться.

– Ну хорошо. Познакомьтесь и продолжайте слушать.

Арианна сдавлено смеялась, пряча лицо в ладонях.

– Меня зовут Арианна.

– Арианна.. Мне нравится. Наши имена будут хорошо сочетаться, – Дерек подмигнул ей и дисциплинированно (а скорее – показушно!) повернулся к школьной доске всем телом.

До конца урока он даже в окно не посмотрел.

Глава 5

Учебный день шел своим чередом. Дерек принял вызов и садился за парту с маской серьезности и непроницательности. Арианну это смешило. Между уроками парень то и дело появлялся рядом, спрашивая какую-нибудь мелочь, а в обеденный перерыв забрал у девушки тяжелый поднос с едой и поставил на самый удобный столик у окна. Вот только обедать ушел к группе парней из секции бокса. Когда Дерек успел с ними подружиться?

С кислым выражением лица Арианна смотрела вслед его мускулистой спине. Не слишком ли рано она записалась в ряды его фавориток?

Едва Дерек отошел, как на соседнее место тут же плюхнулась Камила.

После занятий девушки стояли на крыльце школьного корпуса, держа в руках куртки и зонтики. Темные тучи и влажный ветер предвещали очередной дождливый вечер. Ядовито-желтые фонари уже включились, с трудом разгоняя образовавшийся предгрозовой полумрак.

– Где твоя сумка?

Арианна резко спохватилась и оглянулась по сторонам.

– Кажется, я забыла ее в кабинете “права”.

Весь день ее мысли крутились вокруг Дерека, и больше всего – на последнем уроке “права”. Парень забыл – или просто отбросил, как надоевшую игру – свою маску серьезности и вновь поглядывал на соседку, а когда оба склонились над одним учебником во время задания (Дерек не успел обзавестись собственными книгами в библиотеке), их ладони якобы случайно соприкоснулись прямо на парте, и девушка покраснела. Это заметил Адриан, но никак не отреагировал и продолжал безразлично вещать о разделе краж в уголовном кодексе. Зато сама Арианна сидела как на иголках, борясь с внезапно нахлынувшей перед учителем неловкостью, и едва прозвенел звонок, пулей выбежала из кабинета.

– Не жди меня. Я схожу за сумкой.

Кражи Арианна не боялась – ничего ценного в сумке не было, а в школе добычу далеко не спрячешь. Но девушка опасалась, что учитель уже ушел – Адриан не любил задерживаться после уроков, и ей придется пройти неудобный квест, проникая в мужской корпус и прося его открыть дверь. Либо вовсе ждать до утра.

Но, к счастью, дверь кабинета была приоткрыта. Стукнув пару раз для приличия, Арианна уверенно вошла внутрь и не сразу поняла, что видит перед собой.

Двое взрослых буквально расплылись в объятиях друг друга в темноте комнаты. Эмилия Шарби прижалась к груди Адриана Ларрета, а он, в свою очередь, покровительски обнял ее и гладил по голове. Слышались сдавленные всхлипы и тихое бормотание.

Мужчина вздрогнул, когда дверь открылась. Его рука замерла в воздухе, не дойдя до головы учительницы каких-нибудь пары сантиметров. Казалось, целую вечность Арианна смотрела на эту руку в оцепенении, которое быстро переросло в смущение.

Кровь ударила в голову. Не глядя, девушка пролепетала тихое “извините” в направлении пола, а затем рысцой побежала к своему стулу, ударяясь о краешки парт. Схватила сумку и второй раз за день вылетела из кабинета.

Сквозь шум в ушах до нее донесся сиплый голос Эмилии:

– Мисс Венес?

Глава 6

Арианна стремительно спустилась по лестнице, пробилась через группу парней в гардеробной и распахнула входные двери школы – прямо навстречу разыгравшейся грозе с ветром, который тут же захлопнул дверь обратно. Девушка выругалась, наконец-то осмотрев себя: сумку-то она забрала, но забыла пальто и зонт в кабинете “права”. Кажется, она просто бросила их на парту, ничего не соображая в тот момент.

Совсем глупо будет постучаться обратно со словами: “Извините, я пальто забыла”. Нет, этот вариант точно отпадает! Арианне больше не хотелось видеть слившуюся в объятиях парочку, она чувствовала себя… преданной.

Девушка решительно толкнула дверь посильнее. До женского корпуса недалеко, а мокнуть под дождем ей не впервой. Вещи можно забрать завтра, прокравшись в пустой кабинет до урока.

– Эй, ты так хочешь идти?

Дерек отделился от компании парней в прихожей корпуса и подошел к ней. Арианна была слишком расстроена, чтобы улыбаться, а потому просто кивнула в ответ.

– А что мне остается? Я.. забыла пальто и зонт в комнате. Не сидеть же мне в школе весь вечер, пережидая дождь.

– Я дам тебе свой зонт, подожди.

Парень зашагал в сторону гардероба, и в этот момент на лестнице послышались нетвердые шаги, женские всхлипы и твердый мужской голос. Ни секунды не раздумывая, девушка навалилась на входную дверь и выбежала на школьный двор.Сейчас она не слишком-то контролировала свои эмоции и опасалась, что совершит или скажет глупость из-за нахлынувшей ревности.

Одежда моментально промокла под крупными водяными каплями. Сегодняшний дождь напоминал перевернутое снизу вверх озеро. Ветер трепал длинные волосы и бросал их в лицо, беспощадно размазывая тушь и тени. Кусочки косметики попали в глаза – девушка то и дело их терла, замедляя и без того нетвердый шаг. Казалось, она пересекает не школьный двор, а пытается переплыть неспокойное море.

Но лучше сражаться с реальным штормом, чем с собственными чувствами.

Вдруг на голову и плечи упало что-то тяжелое и теплое, а перед глазами возник черный зонт. Сильная рука обхватила Арианну поперек спины и потащила неведомо куда. От внезапности девушка сначала не сопротивлялась, а потом решила, что это вовсе неразумно. Пусть ее доведут до места назначения – все лучше, чем пробираться самой.

В прихожей женского корпуса она сбросила с плеч нечто, оказавшееся спортивной курткой. Дерек бодро похлопал по ней, стряхивая дождевые капли.

– Так ведь лучше?

Арианна расплылась в широкой улыбке. Подобные поступки ждешь от парней в романтических фильмах, но никак не в реальной жизни. Ей бы следовало сдержанно поблагодарить своего соседа по парте, как это делают экранные красотки, но девушка просто не сдержала эмоций:

– Дерек.. спасибо тебе! – она порывисто обняла его и поцеловала в щеку, схватив за широкие плечи.

– Больше не забывай пальто. Увидимся завтра!

Дерек подмигнул ей и решительно вышел на улицу – обратно в школу. Глядя ему вслед, Арианна оперлась плечом о косяк входной двери и отстраненно произнесла:

– Обязательно забуду еще раз.

Глава 7

Арианна прикрыла за собой дверь комнаты. Камила читала па кровати, скрестив ноги. Увидев соседку, она вмиг отложила журнал:

– Ну как тебе Дерек? Ты его сразу охмурила!

Она так лучезарно улыбалась, что напоминала ребёнка, который вдруг узнал какую-то взрослую тайну и очень этим гордился.

О парнях в их комнате говорила только Камила, а точнее – о своих мечтах. Постоянного парня у нее не было, а единственным воздыхателем оставался верный приятель Уоррен. Но все мысли и чувства девушки сводились к одному имени – Макс Миллер.

В свои восемнадцать Максу полагалось быть тощим и нескладным тинейджером со сгорбленной спиной, как и большинству учеников вокруг. Но главный красавчик школы потому и получил свой статус, что отличался высоким ростом, прямой осанкой и развитой не по годам мускулатурой. Арианна подозревала, что секрет кроется в зачатках генетики, боксе и огромных шейкерах протеина или гейнера, которые парень пил после каждого урока. По его голубым глазам в обрамлении пшеничных волос вздыхала добрая половина интерната, а смазливое лицо могло бы занять достойное место рядом с постером Дикаприо в комнатах малолеток.

По закону жанра, Макс практически не замечал преданно вздыхающую Камилу, чего Арианна не совсем понимала. Если не брать во внимание сумасшедшие прически и макияж в духе “Мулен Руж”, которые порой с ней случались, то в целом Камила была очень симпатичной, позитивной и полной энергии девчонкой. Но все же Макс предпочитал сходится и расходится с холодной и склочной Джессикой, а теперь и вовсе неровно дышит к новенькой Ли, очередной “сложной личности”. Конечно, у нее красивое лицо и хрупкая фигура – все как Макс любит, но “героиновый шик” сегодня утром вызвал неприятные ассоциации с разгульной жизнью под техно басы, с недоеданием, недосыпанием, хаосом в голове и нескончаемыми суицидальными мыслями.

А еще, почему-то с серыми постелями в больнице, режущим глаз белым светом и неоновыми синяками от капельницы на бледной руке.

С другой стороны, все логично – Макс всегда обожал “приключения” и “сложности”. Возможно, Камила ему просто скучна.

В смешанных чувствах Арианна села на кровать. С одной стороны, ее грела улыбка Дерека, когда тот прощался с ней в прихожей, а с другой – съедала картина двух учителей, обнявшихся в темном классе.

Девушка невнятно произнесла:

– Всё хорошо, Камила. Не приставай.

– Ари! Он такой заботливый, весь день за тобой ходил. Все это видели.

– Завидуешь? – Арианна искоса улыбнулась, включая электрочайник.

Камила с неподдельным ужасом мотнула головой:

– Нет, ничего не подумай! Он симпатичный, но ты же знаешь..

– Конечно, Макс.

– Тебе не кажется, что он чересчур внимателен к этой Ли?

“Только слепой бы не заметил”

– Макс ни одной блондинки не пропустит, – Арианна не хотела произнести это с таким сарказмом, но все же вышло. Камила мрачно дернула себя за каштановые волосы.

– Кэм, не глупи. Я знаю, о чем ты думаешь.

Соседка вздохнула и подошла к тумбочке с чайником, заварила чай из пакетика и забралась обратно на кровать. Арианна наблюдала за ней, соображая, чем бы сгладить неловкие слова, но та вдруг произнесла:

– Я тут слышала о ней кое-что.

– О ком?

– О Ли. Она явно не из простой семьи. В школу ее привез шикарный “Форд”, а сумка, которую Ли швыряет на парту, как шар для боулинга, стоит почти две тысячи долларов!

– Как ты стоимость сумки-то определила?

Девушка скривилась:

– Нашла в Интернете. Уоррен был у Майера, когда туда пришла мать Ли записывать ее в школу. По его словам, миссис Лаперлеф выглядела как жена криминального босса.

– Может, так оно и есть.

– Но ты послушай! Уоррена тут же отправили куда подальше, но он слышал, как ее мать буквально умоляла директора “вести себя с ней, как с обычной школьницей”. А еще…

– Он что, подслушивал?

– Конечно, подслушивал! Интересные разговоры здесь случаются не каждый день, – Камила набрала в легкие побольше воздуха для следующей фразы, – А еще миссис Лаперлеф сказала: “Не хочу думать об этом, но если с ней что-нибудь случится – вы понимаете, о чем я – то сразу же дайте мне знать. А всем скажите, что она просто уехала”.

Обычно равнодушная к сплетням, Арианна внезапно заинтересовалась и уставилась перед собой, обдумывая услышанное. Какие странные и скрытные слова, особенно от чьей-то матери. Похоже, миссис Лаперлеф не впервые разговаривает с директором, раз оба понимают друг друга без лишних разъяснений.

“Если с ней что-то случится, скажите, что она просто уехала..”

– .. в общем, с ней что-то неладно. Сегодня она выглядела “помятой”. Может, болеет?

– Возможно.

В школе частенько гостили ученики с разного рода проблемами, в том числе и проблемами со здоровьем. Один мальчик из младших классов страдал сомнамбулизмом, и раз в неделю его навещала доктор Джули с коллегой-психологом. Когда лечение не помогало, несчастный лунатик разгуливал по школьному скверу по ночам, а однажды вовсе пришел в женский корпус и со стеклянными глазами сел на кровать Камилы, чем до смерти перепугал бедную соседку. С тех пор она ставит горку книг напротив входной двери (замки в общежитии отсутствовали) в надежде проснуться от грохота при нежданном ночном визите, но все тщетно – Камила спала как убитая, а “преграду” регулярно разрушали надзиратели.

– Это все тебе Уоррен рассказал? Он многое тебе рассказывает.

Камила вмиг забыла о Ли, с энтузиазмом переключившись на тему Уоррена:

– Он не оставляет попыток. Каждое лето я думаю – может, стоит попробовать? Но он не перестает меня пугать. Ты видела эти штуки у него на руках? В прошлом году их не было.

– “Спирали”?

– Он сказал, это “всего лишь силиконовые импланты”! – девушка театрально закатила глаза, – Я боюсь, как бы к окончанию школы он не сделал себе эльфийские уши и раздвоенный язык.

Арианна усмехнулась, кивая. От Уоррена можно ожидать подобных экспериментов. “Благодаря” им парень и оказался в школе Майера – бежал от религиозных на всю голову родственников, которые вознамерились пристроить его в психбольницу из-за крестов и шипов на одежде. Но в общении Уоррен оказался на редкость адекватным и умным парнем – много читал (обожал “ужасы” и энциклопедии), играл в школьной рок-группе, хотел открыть свой тату-салон после колледжа… Но тяга к “травке” и ночным гулянкам, нередко объединяющая Уоррена с Максом, никак не дополняла образ “нормального парня”.

Отрешенно, взгляд сам собой уперся в окно, на школьный двор и темный лес за железной оградой. Если нужно спрятать человека, то их школа – идеальный выбор. Далекое место на острове в Атлантическом океане, час езды по плохой дороге до ближайшего маленького города. По какой причине сюда угодила Ли? И почему с ней “может что-то случиться”? В школе она ведет себя дерзко и скорее сама создаст кому-нибудь проблемы.

А почему приехал Дерек?

Свет от фонаря вдруг разрезала тонкая тень, и на мгновение в нем показалась фигура в огромном свитере, больше похожая на мелкого йети, чем на человека. Этот свитер невозможно не узнать!

Арианна соскочила с кровати. Камила, вновь ушедшая в чтение журнала, вопросительно повернула к ней голову.

– Я сейчас вернусь. Схожу.. я не забрала тетрадь у Линды. Она переписывает мое домашнее задание по истории.

Такой предлог был для соседки исчерпывающим. Ненавидящая учебу Линда часто просила Арианну “помочь” с домашним заданием – просто дать его переписать.

– Ах, снова Линда..

Неопределенно махнув рукой, Камила моментально отключилась от происходящего и вернулась к прерванному журналу.

Глава 8

Школьная надзирательница “Палка” всегда следила, чтобы ученицы не выходили из общежития после наступления темноты (“Все ваши прогулки заканчиваются либо в мужском корпусе, либо в лесу на пару с недобросовестным учеником!”), и каждые два часа делала обход по комнатам, проверяя, все ли на местах.

На самом деле, выходить из комнаты после темноты хотелось немногим – пойти-то некуда. Общий зал или библиотека приедались, а кинозал постоянно забивался компаниями учеников, которые подсуетились заранее, заняли все места и выбрали фильм. Некоторые в самом деле пытались “ходить друг к другу в гости”, а именно, парни к девушкам, что было чревато мытьем полов во всех классах, и поэтому совершалось только по “особым случаям” – в самом начале или разгаре отношений, когда не хватало терпения дождаться школьного дня. Недавно Арианна видела, как по женскому общежитию крался Макс. Впрочем, того давно считали постоянным гостем и не удивлялись, как, скажем, однажды появившемуся Уоррену. Этот просто так не объявлялся, и был немедленно послан обратно перепуганной Камилой.

Следующий обход “Палки” ожидался примерно через сорок минут. Арианна быстро и тихо спустилась по лестнице, вышла из корпуса и направилась к школьному двору. Снова и снова она прокручивала в голове причины, зачем вообще затеяла этот абсурдный шпионаж. Новенькая обязательно заметит ее на небольшой территории и устроит скандал, а Арианне даже возразить будет нечего. “Я тут мимо проходила” – звучит бредово. И все-таки слова Камилы заинтриговали ее, разбудив дремавшее любопытство и желание сыграть в сыщика.

Но ведь Ли могла просто возвращаться из библиотеки или кинозала! Арианна остановилась на углу женского корпуса. В теплой комнате ей не пришло такое в голову. Видимо, свежий воздух действительно прочищает мысли. Досадуя на себя, девушка развернулась обратно, как вдруг услышала всхлипы.

Кто-то плачет.

Арианна быстро выглянула за угол, всем телом прячась за здание. В самом конце школьного двора, там, где начинается темный лес, стояла Ли лицом к забору. Одной рукой она стиснула витиеватые железные прутья, точно пленник, только что обреченный на пожизненное заключение, а вторую крепко прижимала к уху – Арианна разглядела серебристый мобильный телефон с брелком в виде мехового шарика.

Спина Ли сгорбилась, плечи поникли а мокрые волосы сосульками свисали по огромному свитеру. Слышалось бормотание и постукивание ногтей о железо.

– Как это ты не знала? Ты следила за ним все это время! И да, здесь все еще Канада… Конечно, чего мне переживать! Именно он, именно здесь, именно сейчас, когда и без него все дерьмово!… Уж лучше больница… И знаешь – кончай передавать мне гребанные конверты!! Ничего не хочу знать, хватит с меня новинок…

Голос Ли хрипел и срывался, как у человека на грани всепоглощающей истерики. Она захлопнула крышку мобильника, прижалась к забору лбом, плечи затряслись в конвульсиях. Арианна стояла как вкопанная, не понимая, как тут правильно поступить. Не самый удачный момент сообщать новой ученице, что после темноты нельзя бродить по территории. А если подойти и спросить, в чем дело? Они холодно встретили друг друга во время пожарной тревоги и совсем не разговаривали в школе. Плоховато для успокоительных бесед.

В итоге девушка решила просто исчезнуть, словно ничего не видела. И, развернувшись, едва не врезалась лбом в “Палку”.

– Это еще кто? Венес! Вы что здесь делаете?

От внезапного столкновения Арианна слишком долго и бессмысленно смотрела на надзирательницу, не решаясь что-либо сказать. Вдруг из-за спины донесся громкий голос:

– Днем я потеряла свой кулон, мы его искали и нашли. И уже уходим.

Ли встала сбоку, даже не взглянув на Арианну. Ее неожиданное появление и уверенный голос, в свою очередь, сбили с толку “Палку” – наверное, впервые в жизни та просто кивнула и даже не оспорила столь бестолковое объяснение. Кто станет искать какой-то кулон вечером под дождем?! Арианна не стала дожидаться, пока миссис Грант прозреет. Схватив новенькую за руку, она рысцой зашагала обратно к общежитию. Вслед им полетел уже не такой уверенный приказ:

– Больше никаких вечерних прогулок и поисков!

Едва захлопнулась входная дверь, Ли вырвала руку:

– И долго ты стояла слушала?

– Я и не собиралась слушать, но прости, уши вовремя не заткнула, – Арианна развернулась к главной лестнице с намерением уйти. Ли перегородила ей дорогу:

– Что бы ты ни услышала – это не для твоих ушей и дальше это не распространяй!

– Да мне на тебя абсолютно.., – девушка вдруг осеклась, разглядывая все еще красные от слез глаза и размазанную тушь, которая делала из Ли енота. Внезапная жалость вытеснила гнев, словно скатерть закрыла уродливый стол. Люди не плачут о бесполезных вещах и не бьются головой о железный забор просто так.

– Я никому не скажу, – продолжила Арианна более мягко, – И.. спасибо, что помогла отвертеться от миссис Грант. Она давно точит на меня зуб, я бы так просто не отделалась.

Ли как-то неуверенно кивнула и освободила ей дорогу. Может, ждала криков и возражений, а не слов благодарности? Поднимаясь по лестнице, Арианна чувствовала на себе ее взгляд, и перед тем, как исчезнуть в коридоре, ведущем в комнаты, обернулась и сдержанно махнула на прощание. Замешкавшись, новенькая едва заметно кивнула в ответ, что вполне удовлетворило Арианну.

Пускай “загнанный волчонок” сегодня успокоится, поразмышляет и перестанет подозревать в ней врага.

Она быстро ушла к себе в комнату, бросив Камиле, что Линда все еще переписывает ее работу.

Ночью ей приснился жуткий сон, как светловолосую девушку с размытым лицом пожирает идущее из груди темное пятно. Сначала размером с горошину, оно быстро разрослось до целого облака. Девушка рыдала и кашляла, вцепившись в прутья железного забора, и постепенно исчезала в зловещей темной массе.

От сильного кашля проснулась и сама Арианна, и больше не засыпала до самого утра.

Глава 9

Остаток недели Арианна не задерживалась после уроков “права”, быстрее всех сгребая с парты учебники и трусцой выбегая из класса. Она обгоняла даже Макса с Джессикой, которые первыми покидали все уроки в школе.

Девушка сдержанно кивала Адриану Ларрета при встрече в в коридорах и тут же заводила пустой разговор с любым близстоящим учеником на случай, если учитель-таки решит подойти к ней и заговорить. Но нет, он всегда проходил мимо, даже не замедляя шагу.

Эта бессмысленная беготня выглядела глупо, но девушку трясло от мысли оказаться с учителем лицом к лицу и услышать подтверждение своим страхам – между ним и Эмилией действительно есть чувства. Пока что их объятия отдавали мимолетным влечением, ведь прежде Адриан не проявлял к коллеге какого-либо интереса.

Самой же Эмилии нигде не было, а уроки с ней отменили на целую неделю. И, кажется, никто кроме Арианны не заметил исчезновения учительницы французского языка.

Новички продолжали осваиваться. Дерек быстро обзавелся приятелями из боксерского клуба, а Макс стал его закадычным другом. На перемены и обеденный перерыв их всегда сопровождала небольшая свита, не допускающая к “местной знати” лишних людей, вроде Арианны.

Впрочем, девушку это не слишком огорчало. Дерек по-прежнему сидел с ней за первой партой, перебрасываясь взглядами и “безопасными” дежурными фразами:

“Ты взяла учебник? Есть лишняя ручка?”

Спустя две недели парень попытался заговорить с ней на перемене, решительно отойдя от “свиты”, едва Арианна появилась в коридоре. Мрачнее тучи за окном, та шла в класс, не замечая приближающегося Дерека.

Эмилия вернулась в школу.

Арианна стояла в гардеробной за большими зимними куртками, когда учительница вошла в школьный корпус, тяжело закрывая зонт. Выглядела она ужасно. Опухшие глаза без косметики были практически незаметны на сером лице, а неряшливый пучок едва держал спутанные мокрые волосы. К обычным слоям одежды добавилась растянутая кофта, будто только что вынутая из прошлого столетия. Весь облик Эмилии кричал об усталости и беспробудной депрессии. Зачем она пришла в школу в таком состоянии?

Девушка уже хотела выйти к ней и сочувственно поинтересоваться в чем дело, как ее опередили. Адриан быстрым шагом спустился по лестнице и заключил Эмилию в крепкие объятия, в которых та весьма охотно утонула.

И вновь Арианна наблюдала знакомую романтичную картину, вмиг позабыв о мимолетном сочувствии. С болезненным, граничащим с мазохизмом удовольствием она всматривалась в Адриана, в его руки, обнимающие Эмилию, его губы, что-то говорящие ей прямо в ухо. Ногти больно впились в ладонь, когда женщина обняла учителя в ответ, удобно разместив тонкие запястья на его плечах, покрытых вязаным свитером.

А к его голой коже она тоже прикасалась?

Их объятия прервал звонок на урок. Эмилия спохватилась, неуклюже повесила пальто на вешалку, не заметив Арианну, и вместе с Адрианом поспешила по лестнице в класс.

Девушка всерьез задумалась выплеснуть эмоции на бордовое пальто, такое же “уставшее” как и его обладательница, но совесть быстро разъела недобрый порыв. Разве мисс Шарби виновата, что ее страстно обнимает мужчина, в которого Арианна влюблена сама?

Она продолжала идти и накручивать себя, когда Дерек перегородил ей дорогу и взял за руку.

– Ари, ты меня слышишь?

– Что?

Арианна непонимающе уставилась на парня. Разрозненные чувства метались в разные стороны, не могли сконцентрироваться и докричаться до мозга: “Это Дерек, он тебе нравится!”

– Ты не занята сегодня вечером? Я забронировал кинозал. Посмотрим фильм? – Дерек улыбнулся, – Мы сидим за одной партой больше недели, а я о тебе ничего и не знаю.

– Фильм.., – учитель “права” появился в коридоре. Неужели школьный корпус такой маленький?! Девушка напряженно следила за его приближающейся фигурой – такой статной и решительной – и всеми силами старалась не выдать бурлящих внутри эмоций. Дерек же настойчиво держал ее за руку, не обратив на учителя ни малейшего внимания.

– Так что?

Прозвенел второй звонок на урок. Адриан замедлил шаг с явным намерением подойти к Арианне, но та вырвала руку и попятилась в класс, бросив:

– Не знаю!

И лишь потом, успокоившись за закрытой дверью класса, она шепнула соседу “Да”, пока профессор Уиллмор, такой же старый как и его предмет “история”, ковылял к доске.

Глава 10

Это был самый неудобный вечер за все ее школьные годы. Некоторое время Арианна еще сопротивлялась мрачным мыслям, но Дерек умудрился выбрать крайне неподходящий фильм.

“Любимый учитель” – бюджетная канадская драма о сумасшедшей ученице, которая всеми силами добивалась внимания своего учителя, не скупясь на убийства и шантаж. В какой-то момент Арианна даже прониклась к ней сочувствием, представив на месте девушки Джима Эмилию.

Она так увлеклась просмотром фильма и пережевыванием собственных смешанных чувств, что совсем не обращала внимания на Дерека. После пары неудачных попыток завязать разговор, парень предложил Арианне посидеть в общей гостиной, на что та ответила скомканным отказом. Меньше всего хотелось изображать веселье и вовлеченность в разговор, который никак не вязался с темой, занимавшей все ее мысли.

Девушка практически сбежала от Дерека в тишину своей комнаты, поблагодарив небеса, что Камилы не оказалось рядом.

Ли тоже приспосабливалась к новым условиям. Догадки Арианны подтвердились – внимание Макса быстренько настроило против нее Джессику, что, впрочем, не помешало новенькой проводить время в его компании. Раньше, заметив соперницу, Джессика не церемонилась и всячески унижала свою жертву, ставила в дурацкое положение или открыто травила. Но сложившаяся ситуация явно выходила за рамки “обычности”, и все ограничивалось тихим шипением вслед и осуждающим взглядом.

По мнению Камилы, Джессика просто побаивалась вступать с Ли в открытую войну. Несмотря на хрупкую внешность, та кидалась на каждого, кто имел неосторожность съязвить в ее адрес, а уж тем более вступить в спор или перепалку. Отучившись всего неделю, Ли успела довести до слез четырнадцатилетнюю девчонку, которая имела неосторожность покритиковать “свитер, похожий на шкуру мамонта”, и “разукрасить” пылающим синяком глаз парня из параллельного класса за чересчур смелые попытки познакомиться. Последнюю сцену Арианна наблюдала лично, оцепенев посреди коридора, где все и происходило. Удивительно, но Ли не наказали, а лишь комично погрозили пальцем и отпустили в общежитие, тогда как шокированного парня отчитали и погнали в медпункт.

Что касалось их двоих, то с последней встречи на школьном дворе Арианна и Ли не сказали друг другу ни слова, но напряжение между ними заметно ослабело – они даже кивали друг другу в знак приветствия. Жалость и общий секрет порой клеят отношения лучше, чем потоки извинений и объяснений.

Впрочем, Арианна нечасто думала о новой однокласснице – ее продолжала терзать ревность, неизвестность и молчаливая натянутость с учителем “права”, но в тоже время пугал момент, когда они все-таки заговорят. Что теперь станет с их вылазками к океану? Если у них с Эмилией настоящий роман, то врядли Адриан будет осложнять его уединенными прогулками с ученицей. А если и предложит, то как по-человечески объяснить свое траурное настроение? Не заявлять же прямо: “Я ревную тебя к Эмилии”!

В конце концов, учитель сам решил ее дилемму. В пятничный вечер он нашел Арианну в библиотеке в компании одних только книг. Кивнул библиотекарше, миссис Хобс, приветливой пожилой даме, с запоем ушедшей в чтение любовного романа, и сел в глубокое кожаное кресло напротив. Девушка пряталась за потрепанным изданием “Грозового перевала” Эмили Бронте, где уже битый час пыталась прочесть первую страницу в тщетных попытках отвлечься. Она медленно подняла глаза, улыбаясь через силу. Адриан, в свою очередь, решительно наклонился к ней.

– Здравствуй. Мне неудобно за нашу встречу в кабинете, – при его бесстрастном лице слово “неудобно” прозвучало максимально неправдоподобно, – У Эмилии умер отец, она узнала об этом в тот самый вечер.

– О..

К своему стыду, Арианна почувствовала радость и попыталась не расплыться в неуместной улыбке.

– Она была очень подавлена, уехала в Сент-Джонс в тот же вечер. Тебе, наверное, сообщили.

– Угу, – ничего ей не сообщали, но то было неважно. Девушка почувствовала невероятную легкость в теле, будто с тела сбросили спортивные утяжелители, которые ученики использовали на уроках физкультуры.

– Мне показалось, или ты меня избегала?

Арианна смущенно отвела глаза:

– Я думала, что… помешала. Извините, я не то подумала, – добавила она поспешно.

– Это точно, – мужчина лаконично улыбнулся – так улыбаются в ответ маленьким детям на чужую глупость! Его рука, спокойно лежавшая на колене, едва заметно дернулась вперед по направлению к ладони Арианны, но тут же вернулась обратно, – Когда-то я тоже прошел через подобное. Эмилия – сильная женщина, но в тот момент даже ей требовалась поддержка. Поддержка, но не более.

С минуту они сидели в тишине. Были слышны лишь постукивания часов в глубине библиотеки, приглушенный свист ветра за высоким окном да охи миссис Хобс – она всегда охала, когда доходила до любовных сцен в романе.

– Завтра все в силе? – девушка хотела произнести вопрос легко и непринужденно, но вышло как через мясорубку. Они так давно не были вдвоем!

Адриан кивнул:

– Я разберусь с бумагами и освобожусь к обеду. Едва приходит осень, как ученики впадают в меланхолию и напрочь забывают об учебе, – учитель откинулся на спинку кресла и устало потер глаза, – Мне нужно сочинить директору красивую историю, почему все сдают тесты с оценкой “E”.

Арианна залилась краской. Именно “E” красовалась на ее последней работе, но на то имелись причины! Трудно было сосредоточится на заданиях в кабинете Адриана, когда в фантазиях он то и дело представал в объятиях Эмилии. Да еще Дерек недвусмысленно прижался плечом и задавал “безопасные” вопросы, почти касаясь уха…

– Вы правы, это все… меланхолия.

Мужчина усмехнулся, глядя на нее из глубин кресла. В тени от соседней лампы его суровое, временами будто высеченное из камня лицо немного сгладилось и отдавало притягательной, сексуальной мистикой, что напоминало Киану Ривза на постере фильма “Адвокат дьявола”. Несколько запоздало, Арианна напомнила себе о необходимости “отвести взгляд” и не таращиться на учителя с таким восхищением. Прежде чем она отвернулась, в глаза бросилось знакомое движение руки вперед, которое быстро остановилось, словно “сверху” пришла запоздалая команда “стоп!”. И почему-то в душе поселилась необъяснимая, но твердая уверенность, что это прикосновение предназначалось ей, Арианне…

– Прогулки у океана поднимают настроение. Зайди завтра ко мне в кабинет после обеда.

– Хорошо.

Мужчина встал. Сегодня он выглядел слишком хорошо для педагога в своем кашемировом свитере цвета графита и темных брюках. У Арианны мелькнула глупая мысль – уж не на свидание ли он собрался, на что фантазия мигом сотворила любовную сцену с Эмилией во второй главной роли, и девушку пробрал неприятный озноб. Адриан же, уверенный и довольный, точно выиграл наконец назойливое и затянувшееся дело, кивнул на прощание, пожелал “спокойной ночи” и вышел из библиотеки. Провожая учителя взглядом, девушка пожалела, что его рука не достигла своей цели.

А лучше, чтобы это оказались его губы. В этот момент миссис Хобс разразилась целой серией охов.

Глава 11

Целый день Арианна и Адриан катались по северо-восточному побережью полуострова Авалон: гуляли по каменистым тропам среди невысоких скал и елей, в медитативном молчании стояли у маяка Святого Франциска и смотрели вдаль: весь полуостров остался позади, впереди лежала только серая холодная Атлантика. Окружающую тишину не нарушал даже шум прибоя – стояла необычная безветренная погода. Грунтовую автомобильную дорогу позади медленно пожирал густой туман, падающий с гор.

– Не заблудится бы в таком тумане, – девушка со смутным беспокойством наблюдала, как их Линкольн Навигатор скрывается в белой пелене.

Они никогда не ездили по острову при плохой видимости, Адриан объяснял это “риском сбить лося, а потом вытрясать деньги по страховке”, чего крайне не любил ввиду “бестолковой траты времени во имя возврата машины к прежнему виду”. Но сейчас учитель с внезапным весельем – если можно назвать весельем короткую улыбку и голос чуть громче обычного – слегка потрепал Арианну по плечу и бросил, направляясь к автомобилю:

– Как говорил Сенека, “Кто живет без цели впереди, тот всегда блуждает”.

– И какая же у нас цель? – его веселое настроение передалось и Арианне. Она зашагала следом в туман.

– Для начала – крепкий кофе.

После маяка они остановились перекусить и выпить кофе в ярком придорожном кафе. В утепленной спортивной куртке, с шарфом в цветах любимой хоккейной сборной и пластиковым стаканчиком “coffee to go” учитель выглядел моложе своих лет, но девушка все равно ловила растерянные взгляды встречных людей, не уверенных, как к ним обращаться.

Ей было плевать. Адриан снова с ней, как и прежде. Покупал кофе, подавал руку в труднопроходимых местах, спрашивал, не замерзла ли она и предлагал свой шарф или перчатки. И даже приобнял за плечи один раз – всего на мгновение, выходя из кафе, но сердце Арианны бешено застучало. Безумно захотелось остановить время, “заморозить” момент, когда рука учителя касалась ее плеч.

В школу они вернулись под самый вечер, в густом тумане. Адриан парковал машину позади жилого корпуса для учителей – там, где за железными воротами начинался лес. Преподаватели жили на “отшибе” всей территории интерната. Ученики шутили, что “зверюг” изолировали от нормальных людей, а учителя – что им выделили место на “островке для нормальных людей” среди “зверюг”, с чем Арианна полностью соглашалась.

Выбравшись на улицу с пыхтением – попытки вылезти из огромного “Линкольна” каждый раз напоминали уроки скалолазание по школьной стене – девушка услышала отдаленный смех из тумана, со стороны леса. С минуту она прислушивалась и вскоре определила голос Макса Миллера, звучавший громче всех. Похоже, очередная пьяная гулянка в самом разгаре.

– Миллер вновь напрашивается на серьезный разговор, – Адриан незаметно вышел из машины и встал рядом. Его стальные серые глаза недобро щурились, – Он слишком многое себе позволяет – при его-то знаниях и оценках. На прошлый урок он притащился пьяным.

Да, было такое. В тот день разозленный учитель не жалел Макса до конца урока, непрерывно спрашивая и вызывая к доске. Ничего удивительного, что парень в итоге получил плохую оценку.

– Одо за него слишком трясется, чтобы пожаловаться. У него влиятельные родители, которые внесли много денег в школу.

Девушка неоднозначно кивнула. Похоже, так и есть – непогрешимость Макса была обусловлена скорее финансами его родителей, чем собственной сноровкой. “Красавчику” многое прощалось, начиная от выходок на уроках и заканчивая регулярными вылазками в Мэр и Сент-Джонс “потусить”. Временами Арианна не понимала, как Макс вообще оказался в интернате, с его-то возможностями. Подумаешь, туманные проблемы с законом у родителей (большего Камиле узнать не удалось) – разве это повод увозить сына в такую даль? Или повод?

Видимо, в глубине души девушка так и не смирилась с главным “концептом” школы им. Майера – принимать к себе всех изгоев общества – от больных и бесполезных до потенциально мешающих.

– Не бери в голову, беги в корпус. На улице холодно, – лицо и фигура Адриана расплывались в тумане и сгущающейся темноте. Он “закрыл” свой “Линкольн” нажатием кнопки на автомобильном чипе – машина глухо сверкнула фарами и погрузилась в сон.

“Свидание” окончено.

– Спасибо за поездку, – с внезапным и необъяснимым порывом Арианна крутанулась… и легко поцеловала Адриана в темную щетину на щеке. Мужчина замер и так серьезно посмотрел на ученицу, что той захотелось срочно растворится в тумане. Как хорошо, что холодный вечерний воздух мигом гасил всякую красноту на лице от смущения!

Девушка уже готовилась пробормотать “извините”, как учитель улыбнулся – как всегда, лаконично и отстраненно – и махнул рукой на прощание:

– Не за что. Хорошего вечера, Арианна, – после чего, не дождавшись ответа, направился к учительскому корпусу.

Знакомые качели – его внезапные появления и уходы ввергали Арианну в подобие шока, необъяснимого ступора, после чего она стояла и несколько минут приходила в себя. Присутствия Адриана всегда было недостаточно! Вот и сейчас девушка не сразу очнулась, завороженно глядя учителю вслед, а потом ноги сами понесли ее к “тайному проходу” – части забора, предусмотрительно закрытой деревьями в школьном сквере, где железные прутья находились чуть дальше друг от друга и вполне могли пропустить подростка.

То был один из выходов с территории школы, которым пользовались гуляки вроде Макса Миллера. И сегодня Арианна хотела попросить у него бутылку пива, дабы заглушить разрозненные чувства после “свидания”.

Но не успела она углубиться в лес, в жутковатую темноту чащи, как услышала скрип листьев под ботинками. Под чужими ботинками. Обернувшись, увидела идущую к ней Ли из тумана, с бутылкой пива в руках. В национальном немецком платье новенькая походила на участницу Октоберфеста – вот только корсет совсем не подходил по размеру! Он рассчитывался на пышную женскую грудь, а сейчас уныло болтался на нулевом размере, едва сдерживаемый шнуровкой. Зато вовсю выделялись острые тонкие ключицы и хрупкие плечи, чуть согнутые под тяжестью пушистой белой шубки. Пухлые красные губы довольно зловеще улыбались на прозрачном, как у русалки, лице.

Она ей точно не мерещится? Арианна потерла глаза.

Ли остановилась на расстоянии пары шагов, сильно покачиваясь. Она была пьяна, но смотрела невозмутимо и без удивления, словно девушки встретились в коридоре школы. У Арианны мелькнула мысль, что та давно за ней наблюдает.

– Ты в порядке?

Та усмехнулась, обнажив ровные белые зубы:

– Более чем. Мы веселимся.

– Я вижу.

Так странно видеть ее расслабленной и веселой. Странно и приятно одновременно. Сейчас Ли напоминала холеного пуделя, а не болезненного и раздраженного “наркомана”, что таскался вместе с Арианной на уроки.

– Пойдем к нам.

Арианна мотнула головой.

– Нет, спасибо… не сегодня. Я шла к Максу попросить пива. День выдался напряженный.

– На, держи.

Ли с размаху, но ловко всучила ей бутылку – практически полную. Издалека раздался взрыв хохота, и голос Макса донесся сквозь туман: “Ли, ты где? Давай сюда!”

– Меня похитил леший, и я торгуюсь за свободу! – бросила девушка через плечо, покачиваясь. Шубка немного сползла и оголила белоснежную кожу, – Пришлось пожертвовать пивом! Готовь еще бутылку.

Арианна улыбнулась себе под нос. Видимо, и впрямь все хорошо – в Ли проснулся юмор.

– Леший тебя отпускает. И спрасибо за пиво, – решив, что разговор все равно закончен, Арианна повернулась к забору с недвусмысленным намерением перелезть обратно на территорию школы, как вдруг услышала:

– Аккуратнее с ним, Ари. Он не тот, кем кажется.

– Что-то? – девушка молниеносно развернулась. Но Ли уже уходила качающейся походкой, скрываясь в тумане и темной листве леса, словно видение.

Глава 12

Близился Хэллоуин. В удаленном от городской жизни интернате праздник ждали с особым предвкушением, как одно из главных развлечений в году наравне с Рождеством и Новым годом.

Традиционную тыкву со зловещей ухмылкой выставляла к окну почти каждая комната, а некоторые стояли и на столах преподавателей. Забавно, но учителя каждый раз подозрительно косились на тыкву, словно не сами вырезали и поставили ее прошлым вечером. Окна кабинетов украшались подвеской из летучих мышей и свисающими винтажными фонариками, на косяки дверей лепили резиновых пауков с паутинами – самое мерзкое из всех украшений.

Кто-то (Арианна подозревала Макса и его друзей) каждый год тайком ставил большую, ростом со взрослого человека куклу-зомби в листву леса за школьным забором. В темноте ночи жуткие глаза горели насыщенным красным светом. “Игрушка” нервировала всех, но учителя и школьники соглашались, что она внушительнее тыкв и пауков, и придает празднику нотку настоящего страха. И зомби терпели – хотя бы неделю перед Хэллоуином.

Темы всех занятий сводились к предстоящему празднику. Даже на биологии профессор Корс умудрился полтора часа рассказывать об анатомии летучих мышей и их роли в традициях народов мира. Адриан Ларрета относился к предпраздничной суете скептически, но все же вставлял пару тематических фактов на своих лекциях, насколько это вообще было возможно в рамках предмета “право”.

Занятия сокращались в канун и отменялись в весь последующий день Хэллоуина. Вечером 31-го октября устраивалась большая вечеринка в уединенном каменном корпусе, где располагался спортивный зал: маты и тренажеры убирались, занавешивали темной тканью. На деревянные балки вдоль стен и на высоком потолке ученики клеили звезды, сияющие в темноте. На пол расстилались широкие полоски зеленого ковролина, имевшего за цель имитировать лесную лужайку. И, наконец, в центре зала ставился искусственный электрический костер – едва ли не самая дорогая техника в школе, купленная на деньги родителей как подарок на 25-летие школы-интерната. Вокруг костра расставлялись палатки, бревна-сидушки, подушки и высокие, конусообразные деревянные столики. Все это дополнялось кочующими из года в год стеклянными фонарями, которые освещали импровизированную поляну под звездами мягким желтым светом.

В школе была своя музыкальная группа, куда входил Уоррен, приятель Камилы. Весь вечер, не считая коротких перерывов, они играли какую-нибудь фольклорную музыку, или наоборот, дергали струны гитар так, что по коже бегали мурашки – как музыкальное сопровождение к особенно страшным байкам у костра.

Истории рассказывали ученики младших классов, иногда подключались преподаватели. Старшеклассники же редко в этом участвовали. Они группировались, лежали на подушках в палатках или стояли у столиков, потягивая горячий чай со специями, поедая конфеты и выясняя отношения. Негласной традицией стало признаваться в любви, мириться, или становиться непримиримыми врагами именно в вечер Хэллоуина.

За неделю до праздника Арианна вместе с остальными ученицами расклеивала неоновые звезды на балках, в то время как парни формировали костер и таскали бревна из кладовки. Быстрее всех ходил туда-сюда Дерек, обращаясь с тяжелыми бревнами как с надувными шарами. Майка на нем прилипла к телу, и Арианна могла рассмотреть каждую мышцу на накаченной груди. Впрочем, наблюдала за парнем не только она. Шепоток за спиной выдавал по меньшей мере двух других воздыхательниц.

Со времен неудачного вечера в кинозале Дерек больше не звал ее на “свидания”, но всегда был первым, кто приходил на помощь в любых ситуациях. На прошлом уроке физкультуры они играли в волейбол, и Дерек взял на себя роль личного телохранителя Арианны от вездесущего мяча. Девушка не дружила с командными играми, и мяч каждый раз норовил попасть в лицо или грудь, но кружащий рядом “телохранитель” ловко отбивал летящие в нее подачи. Такая забота ее растрогала. Возможно, парень все еще на что-то надеется, раз не упускает случая продемонстрировать себя в лучшем свете. В противном случае, он давно мог найти себе подругу или даже выбрать ее из образовавшейся вереницы поклонниц.

После физкультуры Арианна твердым шагом подошла к мужской раздевалке сказать “спасибо”, попробовать вывести Дерека на диалог и хоть как-то ослабить напряжение с провального вечера, но в ответ получила лишь улыбку и наспех брошенную фразу: “Не за что, малыш”.

Малыш!

Арианна вздохнула и продолжила работу. Упрямая звезда никак не желала клеиться, и она в самом деле забыла о Дереке, пытаясь прилепить слишком тяжелую блестящую штуку на шершавую деревянную поверхность. Звезда свешивалась и падала, оставляя за собой темно-желтый след от клея. Изрядно обозленная, девушка с силой стукнула по ней кулаком – вдруг приклеится? Звезда не приклеилась, а все присутствующие недоуменно посмотрели Арианне в спину.

– Ну-ка подожди, – чья-то рука осторожно, но целенаправленно оттянула ее в сторону. Дерек проткнул звезду тонким гвоздем и одним быстрым движением припечатал к балке. Затем проделал то же самое с верхушками, после чего капнул на каждый гвоздик каплю серебристой краски, окончательно замаскировав работу.

– Если какие-то трудности – зови, – в накатившемся трансе Арианна наблюдала, как парень подмигивает ей, быстрым и легким движением проводит пальцем по ее щеке, а затем невозмутимо возвращается к “костру”.

Когда оцепенение спало, девушка почувствовала, как горят ее уши и щеки, а с лица не сходит глупая улыбка, обращенная к приколотой звезде. Девчонки вокруг недовольно зашептались.

– Арианна.

С усилием спрятав улыбку, она обернулась и словно переместилась в другой мир. Из спортзала, где проходила подготовка к празднику, где солнечный свет заливал пространство из высоких витражных окон, а в воздухе смешивались шум, веселье и воодушевление от предстоящего праздника, в туманный мир океана, отвесных скал, неспокойных волн и будоражащего чувства свободы, скрытой опасности и влюбленности. Переместилась из яркого мира с Дереком в главной роли, спортивного, живого и позитивного парня, в сумрачный мир холодного, сурового и бесконечно недосягаемого Адрианна Ларрета.

Они даже выглядели по-разному: в противовес открытой, обтягивающей майке Дерека, на Адриане была выглаженная графитовая рубашка с длинными рукавами и сидящий строго по фигуре, словно военный мундир, угольно-черный пиджак.

И в противовес улыбающемуся Дереку, бледное лицо мужчины было лишено всяческих эмоций. Лишь когда он заговорил, губы тронула тень улыбки:

– Тебе помочь с чем-нибудь?

И Арианна, вновь утонувшая в противоречивых чувствах “какой мир ей все-таки ближе”, в каком-то смятении и даже раздражении ответила:

– Нет, спасибо.

Глава 13

В канун праздника Арианна впервые проспала урок. Всю ночь ей снился Дерек, чья ладонь медленно водила по ее лицу, а губы внезапно коснулись щеки в быстром, но страстном поцелуе, после чего парень быстренько ушел, оставив опешившую от резкой “остановки” Арианну смотреть ему вслед.

Из оцепенения девушку не вывел даже звук будильника из реального мира, а Камилы, как назло, не оказалось рядом – та с вечера ушла к соседкам “гадать” и, похоже, уснула там же.

Вообще-то Арианна старалась не бегать по школьным коридорам. Для ученицы последнего учебного года это как вырядится в чопорный костюм-тройку для пятиклассника – не по возрасту, неудобно, и липко-противное ощущение, что твое неудобство видно всем вокруг.

Но сейчас ей пришлось бежать, быстро и неэстетично, перепрыгивая через две ступеньки на лестнице, с разбегу заходя в повороты. Громкое эхо от поспешных шагов разносилось по пустым, мрачным из-за туч коридорам, и сливалось с шумом дождя за уходящими в потолок окнами.

Арианна опоздала на урок “права”.

Достигнув цели, девушка резко сбавила скорость и несколько секунд прерывисто дышала в дверь кабинета. Поправив волосы и помахав руками на покрасневшее лицо, она вошла в класс и в ужасе замерла от голоса, больше похожего на угрожающий рык:

– Вижу, дисциплинировать себя вы не склонны. Но на моих уроках есть правила – либо соблюдайте их, либо выметайтесь!

Потребовалось время – мучительно долгое, во время которого Арианна миллион раз раскаялась и мысленно повисла на учительской руке в мольбе о прощении – чтобы осознать, что произнесенные слова адресованы не ей, а стоявшей впереди Ли Лаперлеф. Та повернула голову на звук открывшейся двери и заметила вошедшую одноклассницу. Рот ее слегка приоткрылся, словно в преддверии приветствия или какой-нибудь фразы, но вместо нее вновь заговорил Адриан – уже менее устрашающе:

– Уходите с урока, Алисса. Мне больше нечего вам сказать, а вас я сегодня наслушался.

Повернувшись обратно, Ли усмехнулась и развела руки в стороны:

– Не печальтесь, у нас еще будет время друг друга послушать, – и медленно, почти театрально прошла спиной мимо Арианны, глядя на учителя с высоко поднятым острым подбородком, после чего с силой толкнула дверь и вышла из класса.

Ее шаги постепенно утонули в пустом коридоре.

В повисшей гробовой тишине Арианна проскользнула к своей парте рядом с Дереком и поспешно разложила учебник с тетрадью, всем видом показывая, что готова к занятию. Адриан молча проследил за ней, никак не комментируя опоздание.

– Продолжим урок.

Глава 14

– Что произошло?

Вопрос предназначался Дереку в перерыве на обед. Не успел тот открыть рот, как налетевшие ребята из боксерского клуба окружили его и потащили в обеденный зал. Парень только и успел махнуть на прощание:

– Потом расскажу.

Арианна вздохнула, провожая взглядом веселую компанию. Уязвленная гордость требовала взаимной пренебрежительности, но пробудившаяся совесть выразительно погрозила пальцем: “Сама виновата”.

Девушка вяло доедала свой обед, когда в обеденном зале появилась Ли. Бесстрастно изучив меню, она взяла в буфете лишь чашку кофе и неспешно двинулась вдоль зала в поисках свободного места. После недолгих раздумий, Арианна махнула ей рукой, приглашая присесть. Ли руку заметила, остановилась и какое-то время топталась на месте, явно в сомнениях. Вот только альтернатив у нее не было, в разгар обеда ученики заняли все столики, а подсесть к компании верного Макса не выйдет – тот сбежал раньше обычного. В конечном счете, Ли села напротив, буркнув невыразительное “спасибо”.

Какое-то время обе сидели молча, переваривая присутствие друг друга. Искоса Арианна поглядывала на новенькую, пытаясь определить ее настроение – не считая плотно скрещенных рук, выглядела та вполне дружелюбно и даже ухмыльнулась, когда по обеденному залу разнеслись “разборки” какой-то парочки – похоже, несчастного парня спалили на переписке с другой девчонкой.

– Придурок, нашел с кем изменять. Его “избранница” – та еще трепло, вся школа давно в курсе.

Как и всегда, Арианна понятия не имела, о чем в курсе “вся школа”, но внезапная разговорчивость Ли придала ей уверенности. Она оперлась локтями о стол и решительно придвинулась вперед:

– Послушай, мне не очень удобно за нашу первую встречу…

Макс Миллер материализовался возле них с таким шумом, что Ли едва не уронила свою чашку. Арианна хмуро откинулась назад на спинку стула, скрестив руки. Опять он! Недалеко-таки ушел от новенькой “фаворитки”.

– Девчонки, мы едем в Сент-Джонс на выходных потусить. У меня там пара приятелей с хатой. Вы тоже приглашены.

– Интересно, кем? – Арианна даже не пыталась скрыть сарказма. С каких это пор Макс зовет ее в город “потусить”?

– Минимально мной. Выезжаем в субботу в два часа. Я все утряс с Майером, – разумеется, нежданное дружелюбие проявлялось ради Ли, сидящей рядом – главной цели Макса.

Что до Арианны, то вряд ли парень по-настоящему желал ее присутствия на своей тусовке. В свое время, едва девушка появилась в школе, ловелас не упустил возможности поклеиться к “красивой и притягательно печальной брюнетке”, на что получил категоричный отпор. После гибели родителей, предательства тети и разрыва с ее первой любовью Марком, Арианне меньше всего пришлось по вкусу навязчивое внимание Макса. Кроме того, ей совсем не нравились блондины! Впрочем, “охота” продолжалась недолго, и парень быстренько забыл о новой ученице. С той поры между Арианной и Максом установились нейтрально-положительные отношения, которые не предполагали вражды, иногда несли пользу обеим сторонам (в частности, когда хотелось раздобыть пива на вечер или отмазать отсутствие друг друга в классе), но по большей части просто не пересекались.

– Я не поеду, у меня другие планы.

Макс быстро кивнул, будто рассчитывал на подобный ответ.

– Ничего страшного, детка. Ли, ну ты же нас не оставишь? У парней шикарный дом с бассейном, тебе понравится.

Ли слушала, крутя чашку в ладонях. Лицо ее оставалось отрешенным и безучастным, словно в поездку звали кого-то постороннего, и Арианне вдруг пришла мысль, что именно безразличие так подстегивает Макса увиваться за новенькой ученицей. Девчонки в школе таяли при одном только виде красавчика-блондина, а пары брошенных слов в коридоре хватало на месяцы романтических грез – по крайней мере, со слов Камилы.

– Бассейна мне хватало и дома. Я не знаю. Я подумаю.

Макса ответ не устроил. С минуту он топтался рядом, по очереди пуская в ход уговоры, мягкие нажимы и манипуляции, а затем выжидательно замолчал, как бы давая Ли шанс обдумать свой окончательный ответ. Не дождавшись, буркнул: “Дай мне знать” и вальяжной походкой (словно переговоры прошли успешно!) направился к друзьям. Арианна была уверена – приятелям Макс сообщит: “Да согласна она. Сейчас поломается для виду и поедет”.

– Макс умеет развлекать людей, но не советую ехать, – произнесла она и выразительно посмотрела на Ли, – Его девушка Джессика от тебя не в восторге. Она может подпортить жизнь в школе.

К ее удивлению, Ли усмехнулась:

– Спасибо за заботу, но я не боюсь ее. Максимум мне грозят девчачьи разборки на заднем дворе. Раньше я имела дело с куда более опасными барышнями, по сравнению с которыми Джессика – просто капризная детвора. А те запросто могли облить тебя керосином из-за какого-то парня или отравить мышьяком в школьной столовой, – она быстрым глотком допила кофе и с шумом отодвинула чашку.

Арианна смотрела на нее во все глаза.

– Вижу, тебе пришлось нелегко.

– Пришлось, но не из-за них.

– Послушай, ты сказала тогда в лесу… Ну, когда разгуливала в том октоберфестовском платье.

Ли прыснула:

– Это платье мне одолжила твоя подружка, Камила. Она, кстати, тусила вместе с нами.

– Камила тусила с тобой? – бровь Арианны непроизвольно взметнулась вверх. Ли спародировала ее мимику с легкой издевкой.

– Чему ты так удивляешься? – с вызовом спросила она, – Камила пришла в общий зал, когда мы с Максом играли в бильярд, присела на уши и просила научить ее правилам. Мы втроем оккупировали бильярд на целый вечер, а на следующий день Макс позвал нас на “тематическую вечеринку” в лесу. Я никуда не собиралась, но твоя соседка вломилась ко мне в комнату с этим платьем, пивом и чипсами. После пива я согласилась и на платье, – Ли снова прыснула, прикрыв ладонью рот.

Внутренне Арианна восхитилась подругой. Смекнув, что через Ли путь к обществу Макса станет ближе, Камила решительно вклинилась к той в “подружки” и уже завоевала первую награду – вечеринку в лесу для “близкого круга”. Но что удивительно, так это Ли, которая вдруг с легкостью приняла Камилу в свое окружение. Видимо, ей все же одиноко без подруг…

– Камила хорошая, – сказала Арианна, внезапно решив “прорекламировать” соседку, – Мы познакомились, едва я сюда приехала, и сразу же поселились вместе. Вообще-то, меня должны были поселить с другой девочкой, но Камила пошла к Майеру и уболтала на “обмен соседками”. Она жила с Джессикой, – слегка улыбнувшись, девушка обменялась с Ли взглядом. Та неподдельно вытаращила глаза, – И была рада возможности свалить от нее.

– Почему не сделала этого раньше? Зачем терпеть эту стерву на пятнадцати квадратных метрах каждый день?!

– Ну… они же выбирают – с кем нам жить. Чтобы не создавать проблем, – Арианна делала паузы, подбирая слова, – Есть ученики с психическими расстройствами. Они живут на отдельном этаже, дверь к ним дополнительно закрывается. В целом “нормальных” селят вместе, ребят из неблагополучных семей – тоже вместе. Видимо, исходят из логики, что хуже друг другу они уже не сделают, – она попыталась пошутить. И вдруг спросила наобум, – А ты с кем живешь?

Окаменевшее лицо Ли послужило лучшим ответом.

– Одна.

“Одна”.

Никто из тех, кого знала Арианна (а благодаря Камиле, знала она многих), не жил в комнате в одиночестве – такого “расточительства” директор Майер не позволял даже ученикам из богатых семей, чьи родители практически финансировали школу. Лишь один раз он выдал комнату тому пареньку-“лунатику”, который перепугал Камилу своим приходом в ночи, и всего-то на месяц, пока тот проходил интенсивное лечение успокоительными препаратами, а ночью его наблюдала доктор Джули.

Может, Ли тоже “лунатит”? Арианна подавила улыбку. Представила, как новенькая бегает по темному женскому корпусу, худая, в огромном белом свитере, с длинными развевающимися волосами и пугает “Палку”, а та трясет крестом перед ее остекленевшими глазами. Миссис Грант отличалась фанатичной религиозностью! Но, если серьезно, о сомнамбулизме Ли давно бы все знали – подобную болезнь невозможно скрыть в общежитии. Да и доктор Джули давно не заглядывала в женский корпус…

Неуютная пауза затянулась. Обеденный перерыв заканчивался, и в зале стоял грохот отодвигаемых стульев, звенящих чашек и тарелок. Ученики уносили грязную посуду и шумно спрашивали друг друга, у кого какой урок. Столики вокруг Арианны и Ли стремительно пустели, пока те молча пялились в окно, где вновь собирались темные тучи. Окружающее пространство медленно проваливалось в предгрозовой полумрак, а из глубин коридора слышался характерный сквозняк из-за усиливающегося ветра.

Прозвенел первый звонок, возвещавший о конце большой перемены. Арианна очнулась и вспомнила, что так и не задала главный вопрос, для которого и пригласила Ли за свой столик.

– Так вот, в лесу. Ты сказала мне быть осторожней с…

Ли резко махнула рукой, перебивая. Перегнувшись через весь стол, она склонилась над Арианной и заговорила заметно тише:

– Я видела вас в машине. Это не мое дело, и я бы никогда в него не полезла…

– Но здесь нет ничего такого! Мы ездим по острову, изучаем порты, где идет торговля рыбой и полезными ископаемыми. Это для моей дипломной работы в конце года, ее засчитают вместо экзамена..

Арианна осеклась, осознав, что выглядит и говорит как провинившийся ребенок. Взяв себя в руки, продолжила более хладнокровно:

– В перерывах мы гуляем, медитируем на побережье. Там лучше думается, и…

Ли вновь бесцеремонно прервала ее:

– Я знала Ларрета еще до встречи здесь. Он меня терпеть не может. Он защищал клиента, с которым судилась моя мать.

– Вот как.., – девушка моргнула и даже тряхнула головой, сбрасывая мимолетное оцепенение, – На пожарной тревоге в первый школьный день, мне показалось, что он знает тебя.

– Из-за скандала, который мы с мамой устроили, ему пришлось уехать из Торонто, – сказала Ли и усмехнулась, – Далеко же он забрался.

– Ладно…, – Арианна прокашлялась, – Как это связано со мной и твоим предупреждением в лесу?

– Да никак. Но хочу предупредить – он отличный манипулятор. У мамы имелись веские причины начать с ним войну. Он отвратительно поступил с нами. Предал и оставил без денег.

Отчего-то Ли не называла Адриана по имени. Арианна тоже не решалась внести ясность в разговор – отчасти из-за страха быть прослушанной кем-то из снующих рядом учеников – и абстрактно ответила:

– Кажется, меня это больше не удивляет. Здесь, в школе, нет людей с нормальной историей – как учеников, так и учителей.

– Да, я это поняла.

Возле столика вдруг материализовалась Камила, запыхавшаяся, с половинкой сэндвича в руке. Наверное, снова заболталась с подружками в коридоре и пришла на обед в числе последних, а теперь в спешке ест по пути на урок.

– Девчонки, у нас сейчас тест по французскому, десять процентов от финальный оценки! И почему я узнала только сейчас! Ари, ты готовилась?

Новость заставила Арианну нервно сглотнуть. Разумеется, она не готовилась – последние две недели ее мысли занимал Адриан и его потенциальный роман с учительницей французского языка. Десять процентов финальной оценки! Стоит хотя бы попытаться повторить пройденный материал.

Девушка поспешно схватила сумку.

– Пойду, спрошу Уоррена – он-то точно готовился! Эмилия – “его вдохновение”, как он говорит, – последнюю фразу Камила выпалила со внезапным сарказмом, – Так пусть помогает на тесте.

И прежде, чем Арианна или Ли успели сказать что-либо в ответ, соседка вылетела из обеденного зала.

– Пойдем. Позже договорим.

Арианна закинула сумку на плечо, убрала с лица длинные волосы и уже развернулась к выходу в коридор, как Ли схватила ее за руку. Девушка вздрогнула – пальцы были ледяными.

– Он пойдет на все, дабы добиться своего, – голос звучал так тихо, что Арианна автоматически потянулась ближе, – Он встречался с женщиной, с которой судился его клиент, и через постель и романтику вытянул все нужные ему данные. А потом хладнокровно озвучил в здании суда, чем добил ее окончательно.

Договорив, Ли резко отстранилась и зашагала к выходу. Со смесью удивления и недоверия Арианна провожала ее красивые волосы, которые светлым знаменем развевались среди величественного, тускло освещенного из-за туч зала. Она не понимала, говорит Ли правду или на ходу выдумывает всякий бред. А главное – почему рассказывает подобные истории таким будничным тоном, словно вычитала их в гламурном журнале на перемене?

Прозвенел второй звонок, возвещавший о начале урока, и в голову тотчас прокралось воспоминание об утренней пробежке. Арианна встрепенулась и поспешила следом на урок.

Глава 15

Камила суетливо ходила по комнате, перемерив кучу нарядов для праздничного вечера. Отброшенные варианты высокой стопкой громоздились на ее кровати. Сейчас она кружилась перед Арианной в блестящем черном платье с кошкой на спине.

– Как тебе? Я не похожа на первоклассницу?

Арианна посмотрела на соседку поверх открытой книги в руках:

– Нет, ты похожа на старшеклассницу, примерившую платье первоклассницы.

– Что?

– Длина. Я практически вижу твои трусы.

– О, Ари, да брось ты! Между прочим, Ли понравилось.

– Это веский довод.

И хотя Арианна никогда не претендовала на единоличное внимание и восхищение Камилы, нечто похожее на ревность кольнуло ее в самую душу. Девушка проворчала, прячась за “Гордость и предубеждение” Джейн Остин:

– Ли так сказала, чтобы на твоем фоне выглядеть богиней.

Камила невозмутимо кружилась перед зеркалом. Придя к некому внутреннему решению, она начала вытаскивать косметику из тумбочки.

– Она хорошая. Мы были вместе на тусовке у Макса. Ли очень дерзкая и себе на уме, но она неплохой человек.

Арианна отбросила книгу, которую все равно не читала, и встала с кровати. Кажется, ей тоже пора собираться на праздник. Она принялась стягивать синий велюровый костюм.

Некоторое время девушки провели в молчании. Продолжать обсуждать Ли Арианне не хотелось – изначальная неприязнь давно сошла на нет, а брошенные Камиле слова были лишь следствием внезапной ревности. Это как носить в пенале ручку и не пользоваться ей годами, а когда одноклассник вдруг одолжит ее на уроке, то сразу вспомнить о правах собственника и вернуть ручку в кратчайшие сроки.

– Застегнешь мне платье? – Арианна выбрала простое черное платье с вырезом, но облепляющее фигуру как вторая кожа. Камила подошла и улыбнулась ей в зеркале:

– Твое платье не менее провокационно. Для Дерека?

– Не знаю. Не думаю.

Она не лгала. “Актуальные” чувства к Дереку были слишком противоречивы, чтобы хотеть одеваться для него. Камила с пыхтением возилась с тонкой молнией.

– Вы поругались?

– Нет. Мы просто мало разговариваем.

– А ведь вы даже кино вместе смотрели! Что-то пошло не так?

– Вроде того, – девушка прогнала воспоминание об Адриане и Эмилии в объятиях.

Соседка справилась с молнией, победоносно доведя до ее конца. Арианна посмотрелась в зеркало, проведя руками по платью. Сидит идеально.

– Послушай, я не хочу сказать, что плохо отношусь к Ли. Я ее совсем не знаю. Мы пару раз разговаривали, и я сделала вывод, что жилось ей непросто.

Звучало как оправдание, но Камила живо подхватила:

– Мне кажется, ей и сейчас непросто. Джессика ее ненавидит, а сноб Ларрета наезжает на беднягу на пустом месте.

Арианна так и не узнала, что произошло сегодня утром. Она с любопытством обернулась к Камиле:

– Что у них произошло?

– Он задал вопрос – не спрашивай какой, я практически спала в тот момент. И проснулась, когда он уже кричал на Ли за ответ.

– Он кричал? – переспросила Арианна. На ее памяти, Адриан никогда не повышал голос.

– Кричал, да еще как. Но и она ответила не слишком любезно – ты же слышала, когда пришла! “У нас еще будет время друг друга послушать”, – в голосе Камилы звучало торжество. Она явно гордилась новенькой ученицей, которая так дерзко отвечала самому строгому учителю в школе, – Мне показалось, Ларрета прибьет ее на месте!

– Может, Ли действительно ответила что-то не то?

– Ари, ну что можно ответить такого на уроке “права”? Нет, клянусь, Ларрета с самого начала точит на нее ножи. Ненависть с первого взгляда.

“Он меня терпеть не может. Он защищал клиента, с которым судилась моя мать”, – Арианна вспомнила слова Ли на обеденном перерыве.

– .. и Дерека он недолюбливает, – болтала Камила, – В самом начале урока ему тоже досталось.

– Вот как…

Новые ученики появлялись в школе в течении всего учебного года. И если другие учителя сразу же принимались за расспросы и всячески приветствовали новичков, то Адриан относился к ним не более внимательно, чем к новому предмету интерьера в классе. Кивнет, спросит имя и благополучно смешает с общей массой в своем видении класса. Чем же эти двое так выделились для него? Допустим, с Ли Адриана связывает некая темная история, к которой учитель не смог остаться равнодушным. Но чем выделился Дерек?

В половине седьмого обе девушки вышли из комнаты и направились к спортивному залу через освещенный сквер, стараясь не смотреть на жуткое зомби с горящими глазами, выглядывающее из-за ворот. Нет, все-таки это плохая шутка!

Глава 16

На входе в праздничный зал их здорово напугала банда младшеклассников в костюмах насекомых. Огромные “паук” и “скорпион” с визгом подскочили со спины, шлепнув Камилу по попе. Она с воем бросилась на идущую впереди Арианну, нагнав страху и паники не меньше, чем переодетые дети. Обе девушки ввалились в полутемное помещение, и, не удержавшись на шпильках, повалились на зеленый ковер.

– Вот уроды! – извиваясь, Камила усердно выправляла платье, вмиг задравшееся при падении. Хорошо, что неяркий свет звезд на потолке не смог в полной мере осветить ее трусы с вышитой пандой.

Арианна осторожно приподнялась на локтях, стараясь не зацепить руками разметавшиеся по ковру волосы. Весь зал смотрел на них со смесью шока и удивления, а кто-то откровенно потешался над их неуклюжим появлением.

– Вы в порядке? – девушка едва не повалилась обратно, когда перед глазами возникли лакированные мужские туфли. Дерек присел рядом, взяв ее за плечи.

– Не ушиблась? А ты, Камила?

Парень повернул к голову и мгновение таращился на веселую панду на трусах соседки, после чего быстренько вернулся к Арианне.

– Порядок! – пыхтела Камилая, вставая и отчаянно придерживая ультра-короткое непослушное платье, не давая задраться вновь.

Со стороны входа донеслись смех и улюлюканья. Дерек угрожающе посмотрел в их сторону.

– Я им сейчас врежу.

Арианна заметила, как из выреза платья выглядывает черное кружево бюстгальтера. Еще немного, и Дерек увидит всю ее грудь. Девушка быстро прикрыла бюст копной волос, вставая на ноги.

– Я помогу, – парень приобнял ее за плечи и помог удержать равновесие на тонких шпильках. После он не сразу убрал руки.

– Спасибо.

Арианна расправила платье – к счастью, не такой “опасной” длины – и осмотрела локти на наличие царапин. Нет, обошлось. Послышался стон Камилы:

– У меня зацепка на колготках! Придется возвращаться и менять. Что за чокнутые дети! Как можно нас так пугать.

– Девушки, сейчас я с ними потолкую, – Дерек подмигнул Арианне, – А потом мы что-нибудь выпьем. Макс тайком наливает пунш и пиво.

Он снял пиджак, оставшись в простой белой рубашке, и вышел из зала. До девушек донесся его громкий голос, вызывающий “банду насекомых” выйти поговорить.

– Эй, что там произошло? Куда это Реверс так эпично отправился?

Следующим “встречающим” был Уоррен. Он подошел к Камиле и обвел ее пронзительным, точно рентгеном взглядом с ног до головы.

– Милая панда. Одна печаль, не только я ее видел.

– Уоррен, иди к черту! – Камила в сердцах ткнула пальцем в сторону входной двери, будто именно та была источником всех ее бед, – Сумасшедшие малолетки сбили нас с ног. У меня порвались колготки, и мне нужно вернуться в корпус переодеться. Уоррен, проводи меня! – соседка вцепилась в открытую руку друга, предусмотрительно не касаясь силиконовых имплантов-жабр под плотным слоем татуировок, – Дерек пошел с ними разбираться, но вдруг еще кто-нибудь решит на меня напасть. Этим детям нравится заставлять девушек кричать и падать.

Уоррен с сомнением бросил взгляд на свою группу, те скучали в его отсутствии. Арианна вдруг со смехом подумала, что скорее Уоррен напугает детей, чем они его. Парень носил длинные, ниже плеч черные волосы – сегодня они были взлохмачены больше обычного. По всей одежде, от мешковатых штанов до браслетов на татуированных руках блестели железные шипы, кресты и светящиеся черепа. Поперек футболки, прикрытой косухой с засученными рукавами, разместилась толстая серебряная цепь с пентаграммой.

Идеальный защитник в Хэллоуинскую ночь.

– Кэм, тебе придется собраться очень быстро. Парни ждут.

– Конечно-конечно! – Камила взяла его под руку.

Парень заметно напрягся, стараясь не делать резких движений и не спугнуть подругу. Даже равнодушная к чужим отношениям Арианна замечала, как Уоррен увивается за Камилой, но железный занавес френдзоны позволял ему лишь невинное проявление братской заботы: послушать переживания Камилы на обеде, погулять на выходных и составить компанию на редкой вечеринке, вроде этой.

Парочка покинула спортивный зал. Оставшись одна, Арианна двинулась вдоль палаток и столиков в поисках свободного места. В зал уже успела набиться добрая половина школы. Учителя собрались вместе за несколькими столиками. Арианне всегда казалось, что они с большим удовольствием провели бы вечер где-нибудь в пабе за кружкой пива или чего покрепче. Никто из них не наряжался – все выглядели так, словно были готовы в эту же минуту провести урок. Только Эмилия облачилась в лаконичное красное платье с умеренным вырезом, густо подвела глаза и собрала каштановые волосы в гладкий пучок. Она мило беседовала плечом к плечу с Адрианом. Заметив Арианну, оба одновременно кивнули в знак приветствия.

Девушка сдержанно кивнула в ответ, сжав зубы. Что это, Адриан до сих пор “утешает” Эмилию? Она совсем не выглядит подавленной – наоборот, веселой и будто бы слегка выпившей. Женщина вдруг приблизилась к учителю и что-то живо зашептала в самое ухо, держа при этом за руку. Знакомая волна ревности обожгла грудь, и Арианна поспешила уйти в другую часть зала, смешавшись с учениками.

Одноклассники разбрелись по группам, болтая и потягивая чай – или пунш? Самая большая компания окружала Макса, где Арианна обнаружила Ли в неоново-белом платье, которое практически сливалось с ее бледной кожей. Она и Джессика стояли по разные стороны двух столиков, общаясь исключительно на своей половине. Макс же метался меж ними обеими, что смотрелось крайне комично. Неужели здесь и вправду идет борьба за его внимание? А может, Ли просто развлекается и провоцирует Джессику на скандал? Вот это вполне в ее духе.

Арианна остановилась у одинокого стола, предварительно захватив кружку с чаем и пару конфет. Раздалось шипение, и по залу начал медленно распространяться искусственный туман – время рассказывать страшилки. У импровизированного костра полукругом собралась группа младшеклассников, включая “насекомых”, которые сбили Арианну и Камилу. Высокий долговязый парень лет одиннадцати поднялся и вышел на середину образовавшейся сцены. Наигранно-жутким голосом начал:

– А сейчас я расскажу историю, которая случилась прямо тут, на северном побережье острова!

“Страшные” истории стабильно повторялись из года в год, и было удивительным, что никто этого не замечал. Арианна выучила практически все. Обычно “ужастики” происходили где-нибудь в разрушенных замках Европы, а особо продвинутые в географии рассказывали о непальском йети, японских призраках и мутантах из Чернобыля. Сегодня “территория историй” заметно сузилась, и началась байка о “черном человеке в капюшоне”, который бродит среди скал у океана.

Девушка фыркнула. Судя по их поездкам с Адрианом, бродят там они одни.

К ней никто не подходил, но сейчас девушку не беспокоило одиночество. Арианне нравилось наблюдать за праздником со стороны, как в театре. Декорации получились лучше, чем в прошлом году – сказался накопленный учениками опыт. Ничего не отваливалось и не провисало, звезды на деревянных балках и электрический костер исправно освещали зеленый ковер и деревья из тонкого пластика, создавая образ волшебного леса. Из витражных окон светила полная луна.

В зал вошел директор Майер. К нему на встречу тут же устремилась Эмилия, оставив Адриана. Она так нежно провела рукой по его плечу при прощании, что Арианна едва не опрокинула кружку, впившись в нее пальцами. Сдвинув брови, девушка наблюдала за учительницей, ругая ее и себя одновременно.

Тем временем Эмилия с директором нависли над школьным органом, тщательно осматривая, и стряхивали с него крошечные пылинки, дабы и они не затмевали блеска темного золота.

В школе имелся свой музыкальный орган, кто-то из родителей привез его пару лет назад. Майер пытался организовать музыкальный кружок, но за неимением желающих в итоге спрятал инструмент в подсобку спортивного зала вместе с различным спортивным инвентарем. Это случилось в начале учебного года. Вернувшаяся из отпуска мисс Шарби узнала об инструменте и тут же предложила использовать его на школьных праздниках.

– Это поможет создать особую атмосферу. Например, в Хэллоуин.

– Прекрасная идея, дорогая. Вот только кто будет создавать эту атмосферу? Кто будет играть?

– Я умею играть на органе.

Вот уже два года Эмилия давала свои мини-концерты. Ее выступление ставили после "историй у костра"и музыки группы Уоррена. Звук инструмента заглушал все остальные звуки и плохо подходил для простого музыкального сопровождения.

Сначала учительница играла тяжелые и жуткие мелодии, вызывающие из памяти недавние страшные рассказы. Гасилась часть фонарей, в зал напускали искусственный туман. И в этом тумане виднелся лишь темный силуэт женщины, отчаянно бьющей пальцами по клавишам. И музыка, пронзающая до костей. Мурашки и холодок по коже ощущались почти болезненно. Это было отличное представление для действительно жуткого вечера.

– Раньше я всегда проводил Хэллоуин в одиночестве.

Арианна вздрогнула, возвращаясь к реальности. Подошедший Адриан Ларрета поставил на стол внушительную кружку из черного фарфора с мраморной текстурой – он любил пить из нее крепкий кофе на уроках. Но сейчас, судя по тонкому запаху алкоголя, в кружке плескался совсем не кофе или травяной чай.

– У меня был загородный дом под Торонто, далеко в лесу. В Хэллоуин мало кто хотел работать, поэтому я брал отпуск и уезжал туда на несколько дней. В ночь праздника наливал себе виски и выходил погулять по осеннему лесу. Прекрасное время.

– Вы не боялись встретить оборотня или вампира? – девушка улыбнулась, бросив на учителя быстрый взгляд. Невидимая сила словно магнитом притянула ее ближе, и вот они стоят рядом, почти соприкасаясь плечами. Голову кружило – не то от внезапной близости, не то от запаха алкоголя из кружки Адриана.

Тот усмехнулся:

– Я встречал их каждый день на работе. Вряд ли в лесу водились твари страшнее, но мне нравилось думать, что я мог бы встретить реального монстра из сказок в ту ночь.

– Вы ничего не боитесь, верно?

– Ничего из того, что могу контролировать.

– Арианна!

К ним подошел Дерек. Очнувшись от романтических грез, Арианна заерзала, уступая пространство за миниатюрным столом, порывисто шагнула в сторону – и угодила прямо в руки Адриана.

– О, простите! – голос предательски дрогнул. Случись эти “объятия” не в поле зрения Дерека, девушка бы только обрадовалась, но сейчас ей хотелось раствориться в окружающем сумраке.

– Ничего, Арианна, – что до Адриана, то его голос, как и движения, оставались твердыми и хладнокровными. Мужчина спокойно “выровнял” Арианну и слегка отстранился.

Дерек, казалось, и вовсе не обратил внимания на произошедший конфуз. Парень излучал уверенность и напористость – с готовностью встал рядом с Арианной, а учителю лишь кивнул, как бы подтверждая факт его присутствия, но давая понять, что намерен разговаривать только с девушкой.

Арианна сделала целых три глотка чая подряд, дабы занять неспокойные руки. Дерек и Адриан привлекали ее по-отдельности, но их совместное общество неслабо напрягало нервы, будто оба на лбу могли прочитать о ее противоречивых чувствах.

– Как и обещал, я поставил "насекомых"на место.

– Вот как.

– Провел с ними конструктивный диалог.

– Очень любезно с твоей стороны.

– Если не поможет, применю дихлофос.

Ребята усмехнулись. Адриан, словно каменная статуя, стоял ровно и обособленно, глядя куда-то в глубину зала. “Сейчас он уйдет, и я перестану нервничать”, – с некоторым облегчением подумала Арианна, как тот вдруг повернулся и обратился к Дереку:

– Как тебе в школе, Дерек? Ты быстро освоился.

– Мне здесь хорошо. Лучше, чем в прежней школе.

– Не сомневаюсь.

– То есть?

– В прежней школе тебе пришлось нелегко. Тебе очень повезло покинуть ее… в добром здравии, – губы Адриана не дрогнули, но все равно казалось, что мужчина саркастически улыбается.

А вот улыбка Дерека погасла, мышцы лица недоброжелательно напряглись. Больше прежнего Арианне захотелось, чтобы кто-нибудь из них наконец ушел и тем самым разрядил наэлектризованную атмосферу, но вместо этого присоединился еще один собеседник.

Ли в белоснежном платье "снежной королевы"подплыла к столику бесшумно и внезапно, точно приведение. Рядом с их темной одеждой она казалась еще более ослепительной. Девушка окинула всех сдержанной улыбкой одними губами, но "Привет"сказала только Арианне.

За ранее пустующим столиком внезапно стало слишком тесно.

– Есть предложение пройтись по территории. Камила решилась на селфи с зомби.

– У меня подозрение, что территория в вашем описании – это целый лес вокруг школы, – Адриан положил локти на стол и в упор уставился на Ли. И если при разговоре с Дереком от учителя веяло легким раздражением и желанием осадить зашедшего на его территорию юнца, то здесь ощущалась настоящая темная неприязнь и стремление навредить.

– Я уже предупреждал Миллера, что еще одна подобная гулянка, и ему придется искать новое место для учебы.

– Как хорошо, что это всего лишь ваше подозрение.

– Вас тоже видели в его компании. Алисса, не порти себе репутацию с самого начала года и не нужно втягивать в это дело других.

Отчего-то чувствовалось, что говорить с Ли “на ты” для Адриана легче и привычнее, а вот разыгрывать официальное “на вы” для Дерека и Арианны становится труднее с каждым предложением.

– О чем вообще идет речь! – Ли взорвалась. Ее щеки приобрели бледно-розовый оттенок, – Я всего лишь позвала Арианну прогуляться и сфоткаться с дурацким зомби, а ты… вы уже обвиняете меня во всех грехах!

– Вы прекрасно знаете, как на самом деле обстоит дело. Я видел, как вы разгуливали по лесу под руку с Миллером не в самом благопристойном виде.

– О, это случайно не было в тот вечер, когда я видела вас в машине с некой особой? – гробовое затишье воцарилось в их маленькой компании, – Не вам обвинять меня в отсутствии благопристойности.

У Арианны вновь закружилась голова, а по коже прошелся мерзкий озноб. Девушка с трудом вдохнула воздух в легкие, поборов желание посмотреть на учителя. Дерек непонимающе моргал. Лицо Адриана угрожающе окаменело – вспомнился Колосс из комиксов о “Людях Икс”, мутант со способностью трансформировать свое тело в сталь. В “стальном” состоянии выглядел он хладнокровным и зловещим одновременно. Вот и сейчас казалось, что Адриан превратится в сталь и одним ударом прихлопнет невесомую Ли. Но нет, учитель спокойно произнес:

– Я потом с вами поговорю. Извините.

Последнее слово предназначалось Арианне. Сжав черную с мрамором кружку, мужчина сделал из нее большой глоток и двинулся вглубь темного зала, растворяясь среди людей и звучащей без слов “Nothing Else Matter” в мистическом исполнении группы Уоррена с применением скрипки.

Все это время Ли провожала мужчину недобрым взглядом. В платье “Снежной королевы” она выглядела зловеще и комично одновременно, и, казалось, сейчас наложит на Адриана самое смертоносное проклятие.

Арианна кашлянула, прогоняя комок в горле и наэлектризованную атмосферу, ставшую невыносимой.

– Не уверена, что хочу на улицу. Там слишком холодно.

Ли встрепенулась и пожала плечами.

– Возьми у Макса пунша. Сразу станет жарко.

– Спасибо.. за совет.

– Всегда пожалуйста, – новенькая развернулась и направилась к выходу, где стояла Камила с растерянным видом. Ждала, наверное, что Арианна все-таки присоединится к их фотосессии с зомби.

Дерек присвистнул:

– Вот это да! Сначала на уроке, теперь на празднике. Сдается мне, эти двое невзлюбили друг друга с самого начала.

– Может, так и есть.

Места за столом стало больше, но Арианна не спешила отодвигаться. Ей доставляло удовольствие стоять так близко от Дерека, что крайне редко случалось с другими людьми, за исключением Адриана. Обычно девушка сторонилась тесного контакта, ее отталкивала мысль, что кто-нибудь случайно коснется ее или прижмется. А с Дереком все по-другому.

Это и есть “химия”? Чаще одетый в спортивный костюм или ветровку с джинсами, сегодня ее сосед по парте выглядел максимально привлекательно: белая рубашка с засученными рукавами и сексуально расстегнутая на широкой груди, легкая щетина, блестящие в полумраке глаза под густыми темными бровями. Дерек вдруг напомнил Арианне принца Эрика из любимого в детстве мультфильма “Русалочка” – такой же красивый, милый и позитивный. Не хватало лишь шумного мохнатого пса рядом, который вечно норовил облизать парню лицо.

Но в отличии от принца, ради которого Ариэль пожертвовала голосом, “хвостом” и подводной семьей, Дерек был вполне досягаем и совершенно не требовал отказа от прежней жизни. Влечение к нему (особенно без присутствия Адриана) нарастало, и хотелось взять его за руку, одиноко лежащую на столе.

– Принести тебе пунша? Я знаю, где Макс его прячет.

– Было бы неплохо. Дерек, – она-таки взяла его за руку, едва парень стал отходить от стола, – Мне неудобно за тот вечер.. ну, в кинозале. У меня были некоторые проблемы. Пожалуйста, не думай.. что мне на тебя наплевать.

Щеки Арианны запылали так сильно, что весь полумрак праздничного зала не смог бы скрыть ее смущения. Дерек перехватил руку девушки и задумчиво погладил пальцами.

– Попробуем еще раз.. познакомиться?

– Конечно.

Парень подмигнул ей и ушел. С возрастающим сердцебиением Арианна смотрела ему вслед и даже не заметила прошедших вблизи Эмилию и Адриана, который на ходу что-то бросил, но утонувшая в грезах девушка едва его расслышала.

Вечер летел незаметно. Дерек уже три раза ходил за пуншем, и каждый раз в разном направлении.

– У Макса несколько тайников на случай, если спалят один из них.

После пунша Арианне действительно стало жарко. Близость Дерека, алкоголь и мягкий свет "звезд"на уходящих в потолок балках создавали невероятную романтику и побуждали говорить легко и открыто. Разговор начался с банальных обоюдных вопросов, но вскоре девушка слышала только себя – что это, сказались годы скрытности и молчаливости? Даже с Адрианом хотелось молчать и больше слушать, а собственная болтовня казалась глупой и банальной. Но с Дереком, понятным и легким в общении одноклассником, девушка вконец расслабилась и позволила себе болтать о чем вздумается: о детстве, о своих прогулках в Сент-Джордже в порту и даже о случае, когда Арианна поскользнулась на свежей рыбе в мини-юбке, и ее трусы с “Русалочкой” со смехом обсуждали матросы.

Эпизодически парень вставлял в диалог отрывки из собственной биографии, но делал это кратно и невыразительно. Арианне запомнилось, что Дерек вырос в Ванкувере, а потом его родители перебрались в Квебек ближе к новой работе – оба летали вахтой куда-то на север. Из-за незнания французского Дерек плохо учился, но именно слабые оценки привели его в боксерский клуб, где парень быстро освоился и закрывал пробелы в знаниях победами в соревнованиях.

Как и многие одноклассники, Дерек умолчал о причинах, которые привели его в школу-интернат. Как умолчал и о татуировке на левой ладони – коряво нарисованном древе жизни. Арианна украдкой разглядывала странный рисунок.

– Что она означает? – вдруг спросила она, указывая на татуировку.

– Да так, разное, – нехотя ответил парень, пряча руку, – Когда-нибудь расскажу.

“Что за криворукий бездарь это рисовал? Как можно так испортить рисунок!” – вслух Арианна ничего не сказала и расспрашивать о тату больше не стала. Такова уж особенность школы им. Г. Майера: никто не попадал сюда просто так, у всех имелись причины. Порой темные и неприятные.

Ученики становились все более оживленными – старшеклассники от пива и пунша, а младшие от страшных историй и участии в “большой и взрослой” вечеринке. Но возможно, пунш перепал и кому-то из них.

Во время разговора Дерек навалился на стол всем телом, прижимаясь плечом к плечу Арианны. В какой-то момент девушка осторожно отодвинулась, как от спящего кота, которого хозяин боится потревожить.

– Мне нужно “руки помыть”. Я сейчас вернусь.

Пересекая зал по пути в туалет, Арианна прошла мимо столиков, где обнимались Макс с Джессикой. Ли в своем неоновом платье куда-то пропала. На ступеньках, ведущих к сцене, рядышком сидели Камила с Уорреном, который взял перерыв и мягко дергал струны гитары, не отрывая взгляда от безостановочно болтающей подруги. Заметив Арианну, Камила весело помахала ей.

Адриан тоже пропал.

Туалеты вместе с раздевалками примыкали к спортивному залу, но Арианна прошла мимо и слегка шатающейся от пунша походкой отправилась на второй этаж, в самую отдаленную часть здания – там располагались красивые готические уборные, куда обычно ученики не ходили. Их использовали учителя, кто работал в соседних кабинетах вдали от суеты главных корпусов. Но сейчас Арианна шла не за красотой, а просто растягивала собственную “отлучку” – хотелось подольше побыть одной и покрутить в голове впечатления о Дереке с разных сторон.

Девушка неспеша пригладила волосы в тусклом свете канделябров, поправила глубокий вырез на платье (оттуда вновь выглядывало черное кружево!), несколько раз покрутилась в высоком зеркале в черной винтажной раме. Вконец улыбнувшись своему отражению, она вышла в широкий коридор, ведущий к лестнице на первый этаж, и неторопливо двинулась вперед – коварные туфли так и норовили скользнуть по гладкому каменному полу.

Темноту вокруг разгоняла лишь полная луна за витражными окнами да тонкая полоска желтого света из-под двери подсобного помещения, расположенного в неприметном своротке. Оттуда слышались глухие, как из умирающего магнитофона голоса. Может, там и находится один из тайников пунша? Вот Дерек удивится, когда она вернется с добавкой! В свои “спиртные тайники” Макс посвящал исключительно парней, и желательно из боксерского клуба.

Стараясь ступать бесшумно, Арианна поравнялась с дверью… и едва не повалилась на пол от внезапного и пронзительного возгласа:

– Хватит!

Она замерла. Это был Адриан. Что он там делает?

– О том же попрошу и тебя! – Ли.

Девушка притаилась за дверью, передвигаясь на цыпочках – насколько это было возможным на высоких шпильках! Голый камень, как оголенный провод, мог запросто вспыхнуть гулким звуком и выдать ее.

Диалог между тем продолжился. Голоса звучали как усиленное шипение – так говорят люди, не скрывающие неприязни друг к другу, но и не желающие выносить ее на всеобщее обозрение. Арианна прислушалась.

– ..еще раз вякнешь подобное, особенно в присутствии учеников, и общаться мы будем по-другому. А твои фантазии мне не интересны.

– Угрожаешь?

– Доношу до сведения. По-хорошему ты не понимаешь.

– А тебя задело… Похоже, совесть-то не чиста, – в словах Ли так и сквозила саркастическая улыбка.

Воцарилась тяжелая, наэлектризованная тишина, которая, впрочем, продолжалась недолго. Послышался слегка раздраженный выдох – Адриан всегда так делал, когда кто-то из учеников злил учителя своей тупостью или твердолобостью.

– Ты не была его родной дочерью, Ли. Все его действия были направлены исключительно на твою мать, включая меня. Враг не там, где ты придумала.

– Повторяй это как мантру каждый раз, когда решишь отчитать меня ни за что!

– Я отчитал тебя за твой язык. Выбирай слова, когда общаешься с учителем на уроке.

– С вами, профессор Ларрета, я буду общаться как вы того заслуживаете. Плевать мне на твою задетую гордость! Ты испоганил жизнь моей матери, а меня довел до… впрочем, к чему обвинения, – послышался хлопок ладоней, – И вот мы здесь, лицом к лицу в бывшем монастыре на краю Канады. Как тебе живется, Адриан? Успел отвыкнуть от кожаного кресла и ресторанов с кальмарами на белоснежных тарелках?

– Я все сказал.

Не успела Арианна опомниться и спрятаться от приближающихся к двери шагов, как Адриан остановился. Точнее, его остановили слова Ли, брошенные вслед словно камень.

– Не знала, что тебе интересны девчонки моего возраста. Что это, кризис? С Арианны тебе явно нечего взять, кроме постели да запретного приключения в скучной школе.

Почему-то, но очень отчетливо девушке показалось, что мужчина сейчас ударит дерзкую одноклассницу, и всерьез забеспокоилась о них обоих. В порыве гнева Ли явно перегнула палку, и абсолютно этого не чувствовала! Очередная “опасная” фраза может грозить ей свернутой челюстью.

А еще Ли наверняка расскажет о побоях директору, Адриана уволят, он покинет школу… Арианна поборола порыв ворваться в подсобку и предотвратить потенциальное рукоприкладство с пугающими последствиями.

К ее облегчению, учитель все же заговорил.

– С одной стороны, мне несколько жаль, что нам с Элизабет довелось познакомиться при таких противоречивых обстоятельствах. Мне нравилась твоя мать, она обладала редкими женскими качествами: умением предвидеть неприятности и понимать мужчину с полуслова. А тебе эти качества не передались.

Ли засмеялась:

– “Предвидеть неприятности” явно не про маму, раз она связалась с тобой.

– Напротив. Любой другой адвокат сделал бы тоже самое, но и речи бы ни шло оставить вам что-либо из имущества Роджера.

– “Любой другой адвокат” действовал бы в рамках закона – канадского и человеческого. Он бы не стал охмурять клиентку, дабы выведать нужные сведения!

– Да что ты говоришь? В твои годы пора избавляться от радужных очков.

– Благодаря тебе я избавилась от них двумя годами ранее. Но все-таки хочется верить, что среди адвокатов маловато подонков вроде тебя. И “секта моралистов”, как ты их называл, оказалась со мной солидарна. Ловко они прогнали тебя из Торонто.

– Думаешь, дело в морали? – в голосе Адриана звучала насмешка, – Твоим “йоганутым” друзьям было крайне важно закрыть план, иначе зачем организациям вливать в них солидное финансирование из года в год. А тут подвернулась истерика одинокой женщины с ребенком, которой адвокат “разбил” сердце. С точки зрения отработки доната – инциндент слабоват. Но, как говорится, “мал выбор в гнилых яблоках”.

– Да какая разница, в итоге-то ты здесь.

– Меня не пугают глупые кружки по интересам, но дрязги с ними затратны, утомительны и не приносят мне удовольствия. Поэтому я взял перерыв, “отпуск”, так сказать. Но судьба коварна, и послала мне тебя, – короткий, пренебрежительный смешок, – Вот же ирония.

– А может, судьбе в лице меня угодно испортить твой отпуск с курортным романом?

Теперь уже Арианна начала злиться – Ли всерьез покушалась на их отношения с Адрианом, даже с учетом факта, что между ними ничего не было – и всей душой поддержала учителя, когда после недолгой паузы тот произнес леденящим кровь тоном:

– Мы вернулись к тому, с чего начали этот разговор. Держи язык за зубами, или будь готова к последствиям. А они тебе не понравятся.

– Мне все равно, – отчего-то не верилось, что Ли было “все равно”. Ее голос сорвался в глухом крике, – Благодаря тебе у меня нет будущего, а жалкое настоящее не способен испортить даже ты!

– Зато я способен испортить настроение твоей матери, которой, как я полагаю, не все равно на бестолковую и безрассудную дочь. Подумай об ней.

Дверь резко распахнулась, едва не припечатав Арианну к стене – благо высокая и массивная дверь была слишком тяжелой, чтобы с легкостью открыться на все сто восемьдесят градусов. Перед тем как уйти, Адриан с секунду задержался в проходе и неторопливо произнес, будто озвучивая мысль для самого себя:

– Тебе недолго осталось, Ли – как ты сама озвучила. Неужели я настолько важен, что ты потратишь на меня свое драгоценное время?

Не дожидаясь ответа, мужчина темной тенью прошел по коридору, а затем и вниз по лестнице. Второй дверью, выходящей в спортивный зал, Адриан хлопнул более деликатно.

Ли вышла через пару минут. Слышалось ее тяжелое дыхание. С Арианной их разделяла лишь дверь подсобки, но с уходом учителя девушка больше не боялась быть обнаруженной. Но все-таки надеялась, что тугие петли не потянут дверь назад, закрывая. Будет глупо, если Ли увидит Арианну скрывающейся, словно вора.

К ее облегчению, новенькая тоже направилась к выходу, не потрудившись закрыть подсобное помещение и выключить свет. Быстро выглянув, Арианна успела разглядеть блестящее, не то от слез, не то от потекшего хайлайтера лицо и сильно сжатые губы. Неоново-белое платье стремительно скрылось на темной лестнице.

Арианна глубоко вздохнула несколько раз, прогоняя напряжение в теле. В некотором отрешении вышла в коридор и прислонилась к витражному окну, чьи узоры подсвечивал лунный свет. В голове бурлили мысли, одна чувствительней другой, и все они метались, бились друг о друга, создавая хаос, пока девушке с трудом не удалось разложить их “по полочкам”.

Ли не врала – с Адрианом Ларрета их действительно связывает нелицеприятное прошлое, где, по ее мнению, вина полностью лежит на нем. А сам Адриан впервые предстал перед Арианной с другой, темной стороны. В прошлом девушка была свидетелем, как учитель отчитывал школьника или спорил с другим педагогом, но никогда его тон не сквозил таким холодом, презрением, угрозой. Диалог с Ли ужесточил образ Адриана, “раскрасил” и добавил в него тяжелые краски кроваво-красного, черного и тревожно желтого цвета. Слова о потенциальных неприятностях Ли и ее матери не казались пустым запугиванием или попыткой манипулировать.

Впрочем, от нового, “темного” образа чувства к учителю совсем не погасли, а наоборот, распалились вновь, подогреваемые любопытством.

А сама Ли? Неужели она будет лезть в их отношения? Стоит прояснить этот момент с новенькой, как и всю ситуацию. Месть местью, но становится жертвой обстоятельств и лишаться общества Адриана совсем не хотелось!Каким был Адриан в Торонто? Каким его знала Ли?

От накатившей воинственности Арианна резко выпрямилась и сделала пару бесцельных шагов по коридору. Из спортивного зала внизу донесся далекий, усиленный микрофоном голос – директор Майер объявлял игру на органе “ в исполнении Эмилии Шамбли”. Обычно та играла ближе к концу “официальной” части вечера, после чего начинались танцы и “свободное время” до утра.

Неужели она проторчала здесь так долго? Дерек решит, что она сбежала от него!

И, гулко стуча шпильками по каменному полу, девушка зашагала обратно в зал.

Глава 17

Арианна вернулась к Дереку. “Мытье рук” продлилось дольше ожидаемого, и парень это заметил.

– Я подумал, что на тебя снова напали "насекомые"и собрался за дихлофосом.

– Я встретила подругу. Ты же знаешь, как это бывает… надолго.

Девушка искренне обрадовалась возникшей перед ней кружке с пуншем – хоть и получалось держать невозмутимый вид при Дереке, учащенное сердцебиение не могли унять никакие внутренние уговоры. Арианна быстро сделала пару глотков и поставила кружку на стол. Не дай бог Дерек увидит ее трясущиеся руки! К счастью, тот смотрел, как Эмилия Шамбли готовится к сольному концерту. Вместе с Адрианом они готовили орган и раскладывали ноты. Улыбаясь, мужчина вогрузил на сидение красную бархатную подушку и призывно хлопнул по ней, вызвав у Эмилии приступ смеха.

Дерек повернулся к Арианне:

– Они встречаются? Я чаще вижу их вдвоем, чем по одиночке.

– Не знаю.

Не слишком ли резкий ответ? Девушка лихорадочно соображала, что бы такого добавить, дабы показать – ей вообще нет дела до любовных отношений учителей!

В этот момент приглушили свет. По полу заструился холодный густой туман. Вместе с зазвучавшей мелодией органа, он проникал под кожу, вонзаясь в нервы тонкими иголками. Это было больно и приятно одновременно. Руки и плечи Арианны покрылись мурашками, девушка скосила глаза на Дерека, желая увидеть его реакцию, и столкнулась с внимательным взглядом.

– Что? – произнесла она одними губами.

Дерек провел пальцами по ее плечу, указывая на мурашки. В ответ Арианна улыбнулась:

– Это от музыки.

Парень притянул ее к себе и размашисто обнял со спины, практически накрыв Арианну всем телом, словно плащ или тяжелое пальто. Он скользил теплыми ладонями по обнаженной коже, согревая. Вообще-то, ей не было холодно, но Арианна не сопротивлялась. Объятия казались такими естественными после нескольких стаканов пунша. Девушка лишь пожалела, что в Хэллоуин не устраивают медленных танцев.

Композиции менялись, становились более тяжелыми и волнительными. Эмилия заиграла Баха.

Пышное бело-неоновое платье прорезало густой туман, словно непослушный кусочек отделился от основной пушистой массы. Ли направлялась к выходу из зала, подобрав объемный подол. Арианна мягко высвободилась из объятий Дерека.

– Я сейчас вернусь. Мне нужно кое с кем поговорить.

Парень осторожно выпустил ее – порывистая решительность не могла ужиться со страхом сделать что-то не так. Он спросил:

– Все в порядке? Ты второй раз за вечер ускользаешь от меня. Я не слишком…

Девушка приложила пальцы к его губам. Почему некоторые парни не воспринимают слова буквально, а придумывают второй смысл?

– Дерек, все хорошо. Я сейчас приду. Ты сможешь добыть нам еще пунша?

– Конечно, – тот с готовностью подмигнул.

Второй раз за вечер пересекая зал, девушка старалась двигаться ближе к стенам и не привлекать много внимания. Вдруг Камила увяжется следом!

* * *

Она нашла Ли на улице, у “черного входа” в спортивный корпус. В наброшенной поверх платья белой шубке, та стояла спиной к стене и отстраненно смотрела в черноту леса за забором, зажав в пальцах тонкую дымящуюся сигарету.

Легкий бриз со стороны невидимого океана подбрасывал полупрозрачный дым вверх, к полной луне и ярким звездам. Пахло приближающимся дождем. Из чащи леса слышался шелест падающей листвы и шорохи ночных птиц, где-то ухнула сова.

В ночь всех святых время словно остановилось.

От осеннего холода и сырости плечи Арианны моментально покрылись мурашками. Девушка поежилась и поспешно накинула на плечи плед в “шотландскую” зеленую клетку – один из тех, что были раскиданы по праздничной “зеленой лужайке” в спортивном зале. Решив поискать Ли на улице, Арианна прихватила его “на всякий случай”.

Но долгих разговоров при луне и близкой к нулю температуре шотландский плед не выдержит.

Арианна решительно обратилась к Ли:

– Ты куришь?

В школе всячески боролись и сурово наказывали за самый распространенный “грешок” всех учащихся, которые изворачивались и добывали-таки заветную пачку из соседнего Мэра, а потом испытывали судьбу, покуривая в лесу.

Ли встрепенулась и с удивлением посмотрела на неожиданную собеседницу. Не отводя взгляд, бросила сигарету в мусорницу.

– Вообще-то нет. Но мне нравится смотреть, как она дымится. Очень успокаивает.

– Ты не куришь сигарету, а просто смотришь на нее?

– Мне нельзя курить. Остается только смотреть и ловить эстетическое наслаждение. Прямо как с безответной любовью.

Фраза “безответная любовь” прозвучала в голове Арианны в ином контексте. Она кашлянула:

– Давай начистоту. Я случайно услышала ваш разговор с профессором Ларрета. Была в туалете на втором этаже.

– О да, он же как раз по пути из главного зала.

– Мне там больше нравится. Тихо, – Арианна проигнорировала насмешку.

– Надо было разговаривать в главном корпусе, – сказала Ли себе под нос, достала следующую сигарету и аккуратно зажгла ее. Мимоходом Арианна подумала, что обеим крепко достанется, если их обнаружит кто-то из преподавателей. Вряд ли они поверят, что Ли использует сигарету только для визуального удовольствия, – Туда бы точно никто не явился в канун Хэллоуина.

– Я не собиралась подслушивать, но речь шла обо мне.

– Да, тебя этот разговор тоже затронул, но мои претензии были в отношении себя. Видимо, ты пропустила начало “беседы”.

– Между нами ничего нет! И, прошу тебя, – Арианна сделала к ней решительный шаг, – Не вмешивай меня в свои козни. И не порти наши с ним отношения.

– Не многовато ли пожеланий? – Ли резко повернулась к ней лицом. Серый пепел упал вблизи подола ее белого платья, – Возьму за одолжение предупредить тебя еще раз: Ларрета не тот, кем кажется.

– Ты говорила.

– И повторю это много раз. Он отвратителен.

Из зала раздалась пятая симфония Баха, сотрясая каменные стены корпуса. Пронзительная композиция, столь любимая Эмилией, заставляла сердце биться чаще и нагнетала зловещую атмосферу для праздника. От волнующей музыки Арианна растерла плечи под теплым пледом, а Ли лаконично кашлянула несколько раз и помахала сигаретой, сбрасывая пепел. С минуту обе молчали, пока композиция не приобрела более спокойный, “рутинный” характер.

Глядя в сторону, Ли произнесла:

– Не знаю, как много ты слышала, но вот тебе одна история: два года назад мама судилась с моим отчимом. Этот редкостный жмот вознамерился не оставить нам ни цента, но проигрывал. В один из вечеров, в театре, мать знакомится с красивым и крайне обходительным мужчиной, и у них начинается роман. Мы обе в него влюбились – таких мужчин встречаешь лишь в кино. Он поддерживал маму после судебных заседаний, решал за нее бытовые проблемы, всячески развлекал и заботился. Принес ей апельсины после химического пилинга, – она вдруг засмеялась, – Думал, что лицо красное от простуды. Меня он тоже холил и лелеял. Отвозил каждый день в школу на своем бентли – нам было по пути в “даунтаун”, где он работал. Водил на обеды в рестораны, выслушивал обо всех моих школьных дрязгах: на меня тогда жаловались, что я гнобила Никки, нашу королеву школы и отвратительную интриганку, – очередной смешок, – Втроем мы ходили на пикник к озеру, где мама то и дело целовала его после второго бокала вина, а я дремала рядом. Семейная идиллия.

Девушка резко бросила догоревший окурок в мусорницу. Ее глаза заметно заблестели.

– Мне сложно объяснить, кем стал он для нас за эти полгода. Он редко задавал вопросы, но мы с мамой не могли закрыть рот и рассказывали ему все, начиная от вчерашнего сна и заканчивая мыслями, о существовании которых сами не подозревали. Он знал о нас все.

Арианна поняла, что сейчас начнется самое интересное. В знакомом образе заботливого рыцаря без труда угадывался Адриан – именно таким она видела его во время поездок к океану.

– Судебный процесс с отчимом мы считали закрытым и просто ждали, когда суд объявит решение в нашу пользу. Пришла повестка на внеплановое заседание, на которое вызвали нас обеих. Мы пришли в хорошем настроении – бояться было нечего. Знаешь, это полное вранье, якобы в позитивном настроении легче переносить удары судьбы. Когда ты ненавидишь мир вокруг, то как должное воспринимаешь любое дерьмо от него в ответ, но когда счастлив – даже представить не можешь, что получишь взамен такой пинок. Вот и нас жестко вернули на землю, зачитав факты, о которых отчим никак не мог узнать. Не буду вдаваться в подробности, но это связано с покупкой доходных домов. Об этом знали только мы с матерью! Она затребовала доказательства, и тогда появился он. Вышел из боковой двери и прокрался к отчиму, а тот сказал: “Мой адвокат сейчас все подтвердит. Он собирал данные почти полгода”.

Ли замолчала, теребя сигарету. На ее бледных щеках появился болезненный румянец, а руки заметно тряслись. Откашлявшись, она продолжала:

– Я не помню, как мы пережили то заседание, но последствия бьют нас до сих пор. Адриан Ларрета настолько хорошо подошел к делу, что не поглумился такими чувствами как любовь и забота. Как тебе?

Из обрывочных слов Ли за обедом и подслушанному разговору Арианна мысленно восстановила ход событий, и сейчас ее догадки просто подтвердились и обросли эмоциональными дополнениями. Конечно, поступок Адриана не добавлял ему “чести”, но ведь это работа адвоката… Защищай он миссис Лаперлеф, все бы сложилось иначе, и сейчас Ли бы восхваляла его “нестандартный подход”, а не проклинала. В любом случае, ей этого знать не обязательно, ибо глупо и бессмысленно оправдывать виновника пострадавшему.

Арианна осторожно сказала, подбирая слова:

– Н-да, некрасиво получилось.

– Паршиво получилось! Мерзко и отвратительно. И после всего случившегося ты просишь, чтобы я оставила его в покое?

– Но ведь ты уже отомстила, – ее не покидало ощущение прогулки по минам, – Это общество, как его… ну, моралисты, – под сверлящим взглядом Ли язык начал заплетаться, – Они прогнали Адриана сюда, лишив его работы и прежней жизни.

– Да уедет он обратно в скором времени! Отчасти Ларрета был прав, когда говорил о годовом плане “моих моралистов”. Вернись он через два-три года, никто и не заметит.

– Мы всего-лишь ездим на побережье… общаемся. Даже за руки не держимся! – к сожалению Арианны, так и было, – Это наш последний школьный год, а потом я покину интернат, – девушка скрестила руки, голос ее зазвенел. Сейчас удачный момент подавить на жалость, – Кроме него, у меня нет близких людей, и меньше, чем через год мы расстанемся.

– Не переживай, Ларрета успеет тебя охмурить и затащить в постель.

– Если ты не заметила, то его больше интересует Эмилия, наша учительница французского. Они обнимаются в пустых классах и проводят вместе больше времени, чем по одиночке, – как кстати в памяти всплыли слова Дерека.

– Да ладно? – нахмурившись, Ли не заметила таки упавший ей на подол пепел.

Отчего-то возникло чувство, что Арианна пришла к мафиози и “заказывает” ненавистную ей личность. И, к собственной неловкости, чувство оказалось приятным.

– Тебе следует лучше за ним наблюдать, а не хвататься за редкие эпизоды, вроде наших поездок раз в месяц. А еще подумай вот о чем, – пришло время достать последний “козырь”, – Мы знакомы два года – немалый срок. Думаешь, Адриан бы стал столько ждать, если бы хотел меня в качестве любовницы? Твою мать он “охмурил” всего за шесть месяцев, а меня за два года даже в щеку не поцеловал!

Невольно, но последняя фраза прозвучала с оттенком отчаяния, и Ли это заметила. Она нахмурилась и отвернулась, снова углубившись в созерцание дыма и леса.

– В нашем “курортном романе” нечего взять, чтобы отомстить Адриану, а больно ты сделаешь мне. Дай мне побыть возле него до конца школы, а дальше делай что хочешь.

Девушка задержала дыхание. Собственно, озвученная просьба и являлась целью ее разговора.

– Как-будто у меня есть время “до конца школы”, – тихо произнесла Ли в никуда, не поворачиваясь.

Она зажгла новую сигарету. В праздничном зале уже не звучал орган – наверное, Эмилия взяла паузу, освободив место детской песенке, которую с усердием исполняли младшеклассники:

«Halloween, halloween,

sing a song of halloween»

Несмотря на туманный ответ, Арианна чувствовала, что добилась своей цели и заодно поняла, как оказывать на Ли влияние. Рядом с образом дерзкой и высокомерной барышни из большого города соседствовала чувствительная девчонка с потребностью в заботе, внимании и хорошем отношении. А еще Ли чутко реагировала на несправедливость и чужую боль – особенно тех, к кому испытывала хоть какие-то положительные чувства.

Арианна была уверена, что находится в списке “избранных”, хоть и далеко не в начале. Помимо нее, Камилы и Макса, Ли не отличалась вниманием к другим ученикам школы и общалась со всеми бегло, безразлично и как-будто от скуки. Что до Арианны, то ей “Снежная королева” успела предложить выпить пива в лесу, сделать фотосессию с зомби и рассказать очень личный эпизод из прошлого. А потому имелась надежда, что она прислушается к словам Арианны и оставит свои угрозы мести…

– Что значит, у тебя нет близких людей, кроме Адриана? – вдруг спросила Ли прямо в лоб, повернувшись к Арианне всем телом, – Где твои родители?

“Преподал бы ей кто-нибудь уроки вежливости”, – девушка вздохнула. Что ж, будет честным раскрыть и свои карты, а заодно подкрепить собственную просьбу эмоциональным предисловием.

– Мама погибла еще в детстве, утонула. Она работала гидом на туристическом лайнере, и тот попал в сильный шторм и перевернулся. Помню, как еще маленькая не дождалась ее из очередного круиза, и как Хатико ходила к океану вместе с отцом целый год.

Неприятные воспоминания так отчетливо возникли перед глазами, что Арианна запнулась и взяла небольшую паузу, успокаивая расшалившиеся эмоции. Ли молча смотрела на нее с дымящейся сигаретой в пальцах, словно ученый, наблюдающий за интересным пациентом.

Успокоившись, девушка продолжила:

– Отец растил меня один. Иногда подключалась его сестра, моя тетя. Я много болела в детстве, быстро уставала от других людей и практически ни с кем не общалась. Все свободное время я проводила с отцом, мы много гуляли, путешествовали по острову, или сидели в гостях у тети, с которой папа отлично ладил… до того злополучного вечера.

Она кашлянула, прогоняя ком в горле. Последний вечер, когда отец был еще жив, часто снился ей в кошмарах.

– Был День благодарения, мы собрались в доме у тети на семейный ужин. Кругом свечи – десятки свечей, приятный янтарный полумрак, огромная коричневая индейка на подносе в цветах, вино. Много вина. Папа и тетя тогда изрядно выпили и начали обсуждать мое будущее. При мне, сидящей там же! – именно сей факт всегда возмущал Арианну, когда она вспоминала праздничный вечер, – Папа хотел отправить меня в колледж в Торонто, тетя настаивала на жизни на Сент-Джонсе. В какой-то момент они всерьез разругались и перешли на ругань. Меня это достало, я незаметно покинула дом и ушла проветрить мысли к океану – благо тетя жила неподалеку. Гуляла я долго, часа три – не меньше, а когда вернулась, то остатки дома догорали на рассвете, а скорая заворачивала в серебристый чехол моего отца.

Тут Ли прервала молчание, невольно выдохнув:

– Твою ж мать, а что случилось?

Ее реакция немного отрезвила Арианну, которую снова затянуло в темный омут воспоминаний.

– Мне сказали, что случилась драка, и все эти десятки свечей перевернулись. Начался пожар. Тетю удалось спасти, у нее обгорело лицо и руки, а папа… сгорел заживо. Соседи слышали его крики, жуткие, как будто кричал не человек, – Арианна перевела дыхание, нечаянно вдохнув сигаретный дым. Голова слегка закружилась, – После его смерти я переехала к тете, но она быстренько спровадила меня сюда, отказавшись от опекунства. Вся ее доброжелательность, забота и планы на меня, из-за которых и произошла их с папой ссора – все было ложью. Она просто взяла и избавилась от меня при первом удобном случае. Так я оказалась здесь.

Ли присвистнула, забыв о догорающей вблизи пальцев сигарете.

– Твоя тетка и Ларрета стоят друг друга.

– Разве? Одно дело наобещать, сделать и обмануть, а другое – наобещать и обмануть. Кажется, их различие в самом главном – “сделать”.

– Оттого еще больнее при обмане.

– Адриан хотя бы шел к цели, защищал клиента в суде. А чем обусловлены обещания Стеллы, моей тети? Исключительно ее лицемерием!

– Ну ладно, неудачная попытка сравнить двух мерзавцев, хоть и разных, – оборвала Ли.

Похоже, ей не хотелось продолжать спор и выяснять, кто же хуже – Адриан или Стелла. Кроме того, Арианна догадывалась, что в списке “мерзавцев” учитель навсегда останется на первом месте. Разве только в жизни Ли не появится очередной обманщик.

В ее жизни…

– Что он имел ввиду, когда сказал, “Тебе недолго осталось”? К чему это? – последние слова Адриана в подсобке так и замигали в памяти неоновым светом.

Ли пожала плечами с той особенной улыбкой с полузакрытыми глазами, когда становится ясно – она прекрасно знает, о чем идет речь.

– Ты же слышала, какой он “грозный”. Возьмет да придушит меня!

– Это звучало несколько иначе и явно от него не зависело.

– А ты уверена, что поняла его правильно? Ларрета любит играть словами, он же бывший адвокат, – девушка поежилась и энергично растерла пушистую шубку, – Все, я здесь замерзла. Пошли внутрь!

Не успела она выпрямиться, а Арианна – вставить очередное возражение, как раздался громкий голос:

– О, Лаперлеф с сигаретой.

Джессика вынырнула из угла и остановилась в паре метров от них. Сегодня она была в образе демоницы: в тугом черном платье с кожаным поясом, к которому сзади крепился длинный красный хвост, черных ажурных перчатках и с макияжем, граничащим с гримом. Из платиновых волос выглядывали маленькие черные рожки.

Рядом с Джессикой стояла верная подружка Дора, невысокая брюнетка, настолько холеная и без единого изъяна, что некоторые в шутку называли ее “ходячий фотошоп”. Дора разоделась в “секси-монашку”, сильно укоротив обычное монашье одеяние и добавив к образу белые чулки с вышитыми крестами.

Не сводя глаз с противоречивого дуэта “демоницы” и “монашки”, Ли демонстративно затушила сигарету и бросила в мусорницу.

– Ну что ты, я всего лишь разместила твое фото в этой железяке и бросаю туда подгоревшие окурки.

– Ну и хамка же ты, – Джессика скрестила руки в кружевных перчатках, – Посмотрим, что скажет директор, когда узнает о твоих курилках за школой. Готова драить полы и мести двор до конца года?

– О тебе я расскажу истории похуже, и еще вопрос, кому больше достанется. А Майеру прекрасно известно, что я не курю.

– Проверим?

– Она не курила, – словно со стороны Арианна услышала свой голос в защиту, – Она просто их поджигала.

Дора пренебрежительно фыркнула, тряхнув черно-белым апостольником (головной убор монахини).

– Что за бред? Ты что, вместе с ней куришь?

– Я говорю то, что видела.

– Венес, иди в зал. Нам нужно поговорить с ней наедине.

Снова командирский тон – Арианна скрестила руки на груди и прищурилась. В обычной перепалке она бы выкрутилась и ушла от скандала, но вотприказы выводили девушку из себя. С чего это Дора решила, что может ей командовать? Похоже, они с Джессикой перебрали пунша, раз стали такие смелые – в школе обе и близко не подходили к Ли, а сейчас так и рвуться поскандалить!

Все внутри Арианны подготовилось к твердому сопротивлению и отрицанию.

– Если директор обвинит ее в курении, я расскажу, как все обстояло на самом деле.

– Ты создаешь себе проблемы, – вмешалась Джессика. Она перевела свой жуткий “демонический” взгляд на Арианну, забыв про Ли, – Ты прекрасно знаешь, какую жизнь я могу тебе устроить. Твоя подружка Камила – свидетель.

– Да пошла ты со своими угрозами!

До этого вечера Арианна и Джессика никогда не вступали в прямой конфликт, только пару раз девушка заступилась за Камилу в столовой, что, впрочем, не сильно помогло соседке в дальнейшем. Тогда перепалка утонула в шуме других разговоров и грохоте посуды, и быстро забылась, но сегодняшняя ссора не пройдет бесследно. Арианна настроилась отбиваться до конца.

– Ты всегда выбираешь себе в друзья каких-то фриков, Венес, – прошипела Дора, недобро глядя на Арианну, – Сама такая, и друзья не лучше.

Щеки запылали от злости. Сбросив мешающий плед на землю, Арианна в два шага подскочила к Доре и отвесила ей звонкую пощечину. Джессика разинула рот от удивления, а Ли медленно достала следующую сигарету, не отрывая взгляда от происходящего. Дора с визгом вцепилась в платье соперницы:

– Ах ты, сука!

Обе передвигались на высоких шпильках, но ростом Дора была ниже Арианны и почему-то (возможно, от избытка пунша) менее устойчива. Она быстро потеряла равновесие и упала на колени. На нежных белых чулках вмиг образовалась толстая стрелка.

Слегка запыхавшись от непродолжительной, но яростной схватки, Арианна выпрямилась, но тут же пошатнулась назад – Джессика схватила ее за волосы обеими руками, точно осьминог, и взвизгнула:

– Руками начала размахивать, да?!

Длинная прядь волос зацепилась за бляшку “демонического” пояса и сильно натянулась. От резкой боли из глаз брызнули слезы, и Арианна пронзительно закричала. Замерев, Джессика замешкалась в непонимании, и вдруг завопила сама, упав на колени, прижимая ладонь в черной перчатке к затылку. Арианна отскочила в сторону, растирая кожу головы в том месте, где ей едва не вырвали клок волос.

Над рыдающей Джессикой склонилась Ли, молча глядя на нее сверху вниз. В ее опущенной руке виднелся дымящийся окурок сигареты. Сие зрелище отдавало абсурдно-уместным библейским сюжетом: белоснежный “ангел” поверг на землю “демоницу”.

– Психопатка! Ты что, воткнула ей окурок в шею?! – в голосе Доры звенел неподдельный ужас.

Словно в подтверждении ее слов, Джессика всхлипнула. И тут Ли схватила ее за волосы и оттянула назад голову. Предостерегающе посмотрела на очнувшуюся от шока и пришедшую в движение Дору, поднеся сигарету к шее девушки:

– Окурок еще горячий. Подойдешь ближе – воткну ей прямо сюда. Она тебя за это не поблагодарит, уверяю.

Дора выпучила глаза и метнулась к Арианне, наблюдавшей сцену с не меньшим ужасом:

– Чего ты стоишь, Венес? Зови на помощь! Эта чокнутая не в себе!

– Ли, – Арианна сглотнула, пытаясь не заикаться, – Не нужно. Пускай проваливают.

Но Ли даже не посмотрела на нее. Она потянула волосы Джессики еще сильнее и негромко, с нарастающей угрозой заговорила в прямо в ухо:

– Послушай меня, красавица. У моей матери куча денег и большие связи, в том числе с Майером. Она позволит творить мне все, что угодно, лишь бы я не ныла. Поняла? Хочу, воткну тебе этот окурок в самую глотку. Хочу, сверну тебе шею ночью в общежитии. Всем плевать. Они придумают, что сказать. Я важнее тебя. И еще хоть раз, – она так резко оттянула волосы Джессики назад, что та застонала, – Я услышу от тебя угрозу в мой адрес… Нет, не так, – Ли изобразила глубокую задумчивость, – Каждый раз, когда захочешь погрозить мне или создать проблемы – вспоминай мои слова. Это будет тебе оберегом от глупых поступков.

Ли резко оттолкнула Джессику – та в слезах повалилась на землю – и выбросила окурок в мусорку. Дора не шевелилась, с ужасом следя за каждым ее действием, словно перед ней стоял монстр из фильмов ужасов. Впрочем, Арианна тоже вздрогнула, когда Ли сделала шаг к ней:

– Пошли?

Девушка быстро кивнула, подобрала плед и отправилась следом в корпус, осторожно обойдя согнувшуюся на земле Джессику. “Королева школы” убрала руки от затылка, и на гладкой коже начали медленно скатываться края обуглившейся плоти, под которой виднелось розоватое мясо. Отвратительное зрелище.

Перед самым входом в праздничный зал Арианна перегородила Ли дорогу и схватила за руку – не так уверенно, как сделала бы раньше. После недавних событий новенькая предстала в новом образе – человека, который способен на физическую, а не только словесную жестокость.

– Подожди..

Она запнулась, не зная, какую из мыслей выразить более ясно и открыто. И стоит ли вообще их выражать. Ли молча смотрела на ее внутреннюю борьбу. Наконец, Арианна в отчаянии махнула руками:

– Не знаю, как это сказать. Это было жестоко, хоть Джессика и нарывалась. А ты, почему ты так уверена, что…у тебя не будет проблем?

– Ты же меня слышала.

– Все действительно так?

Ли засмеялась холодным, хладнокровным смехом:

– Я так сказала, чтобы нагнать на нее страху. У этой стервы плотный панцирь, и ее не смутят плаксивые девичьи угрозы.

Правдоподобно, но отчего-то Арианна ей не поверила – но и уточнять не стала. Вздохнув, легонько сжала руку Ли.

– Если они все же пойдут к директору, и тебя вызовут, скажи мне. Я расскажу, как все было на самом деле.

Та подняла брови:

– И тебе поверят?

– Не знаю. Но я попробую. Моя репутация лучше, чем у Джессики.

– Никуда они не пойдут. Но все равно спасибо.

Без лишних церемоний Ли улыбнулась ей одними губами и исчезла в темном зале.

Глава 18

После небольшого перерыва Эмилия вернулась, и концерт продолжился. Тумана накачали столько, что Арианна на всякий случай выставила руки перед собой, дабы ни в кого не врезаться.

Она не нашла Дерека за их столиком. Может, он тоже отошел в “помыть руки”? Девушка оперлась локтями на стол и погрузила лицо в ладони – ну и вечер выдался! Перед глазами до сих пор маячила прожженная кожа Джессики – она наверняка обратится в медпункт, но чем объяснит такую рану?

“Ой, я случайно обожгла шею окурком сигареты. Нет, что вы, я не курю!”

Зачем Ли это сделала? Могла бы просто отпихнуть “демоницу” и помочь Арианне высвободиться. Впрочем, сам факт, что Ли пришла ей на помощь, да еще таким радикальным способом, продолжал вызывать благодарную улыбку.

Арианна допила пунш из своей оставленной кружки и осторожно потерла глаза, не трогая тушь. Слишком много событий за один вечер, пора обдумать их в тишине комнаты. И сказать Дереку “спокойной ночи”.

Концерт Эмилии, ему на смену пришла фоновая музыка из динамиков, что означало “свободное время” для разговоров. Туман немного рассеялся, оставив после себя жженый запах. Снова горели фонари и искусственные звезды, освещая зеленую поляну, куда выползли младшеклассники из палаток и самозабвенно играли в карты. Старшеклассники, наоборот, переместились в палатки, где собирались небольшими группами и громко разговаривали, перекрикивая малолеток. В одной из таких палаток Арианна заметила Камилу с Уорреном и его группой, и понадеялась, что парень не сподвигнет соседку на какую-нибудь глупость сегодня ночью.

Дерека нигде не было. Может, ему стало скучно, и он ушел? Вдруг снова подумал, что Арианна его избегает? Девушка прекратила поиски и расстроенно направилась в сторону выхода, как вдруг краем глаза выхватила резкое движение слева от себя.

Кто-то упал. Присмотревшись, она увидела Дору… в объятиях Дерека. Та прижалась к нему, обвивая руками, ее ладони блуждали по лицу парня, а приоткрытые губы то и дело касались лица, якобы случайно. Глаза Доры были широко распахнуты.

Арианна почувствовала, как снова закипает в ней злость – Дора не могла ее не заметить! Надо было сильнее ударить ее на улице, чтобы “монашка” вообще не смогла шевелить губами под толстым слоем блеска. Нужно было взять у Ли сигарету, раскурить и вонзить прямо в холеное лицо…

Как там пишут в книгах – “гнев застилал ей глаза”? Именно так себя чувствовала Арианна. Ей хотелось избить Дору, невзирая на последствия. Сорвать монаший платок, вырвать ей все волосы и выбить зубы. Дерек был единственным парнем, не считая недоступного Адриана, кого она хотела для себя впервые за много лет, а Дора крадет его… да еще таким показным образом!

Девушка решительно двинулась в направлении парочки, как вдруг к ней обернулся Дерек. Арианна замерла. Парень посмотрел на нее округлившимися глазами, осознав, что натворил что-то не то. Его руки начали отпускать Дору, но та не желала ускользать из объятий и продолжала гладить его по лицу.

Так и не решив, что делать дальше, Арианна отвернулась и быстро зашагала к выходу, то и дело спотыкаясь на шпильках. В голове звенела лишь одна мысль: только бы не распластаться сейчас на полу на радость Доре.

Глава 19

Сырой воздух ударил в лицо, когда Арианна поспешно вышла из праздничного корпуса. Она почувствовала холод вокруг себя, но разгоряченная от пунша и эмоций кожа не отреагировала. Даже мурашки не побежали по обнаженным плечам и рукам.

Позади послышались торопливые шаги и грохот тяжелой двери, которую открыли пинком.

– Арианна, подожди! – Дерек встал перед ней, запыхавшийся и растрепанный, – Это.. это все Дора. Я вообще не понял, что произошло. Она упала, а я успел ее подхватить. Дора, – Дерек загородил дорогу рванувшей от него Арианне, – Дора начала гладить меня по лицу. Мне она никогда не нравилась, и я не давал ей повода себя так вести.

Арианна остановилась. Скорее всего, так и есть – “монашка” наверняка заметила, как Дерек и Арианна вплотную простояли за одним столиком весь вечер, и решила отомстить после драки.

– Это не то, что ты подумала. Не уходи.

– Я.. просто устала. И хочу спать, – Арианна мигом поняла, что сказала очередную глупость. Ее лихорадочное поведение никак не сочеталось с мифической сонливостью, и Дерек это видел. Вообще-то, она на него не злилась, но созерцание их вдвоем с Дорой до сих пор вызывало желание рвать и метать.

Парень растерянно топтался на месте. Бедняга – он не знал, как спасти дурацкую ситуацию, но не терял надежды хоть что-то предпринять, иначе давно бы ушел. Арианна окинула его мягким взглядом, и осторожно протянула руку:

– Пройдемся?

Тот с готовностью взял ее.

– Ты не замерзнешь? – не дожидаясь ответа, Дерек накинул ей на плечи свой пиджак. Девушка медленно закуталась в него.

– Теперь нет.

Они двинулись к школьному скверу, аккуратно обходя крупные лужи в треснутых плитах. Из года в год кто-нибудь из родителей жаловался на “это безобразие”, но равнодушный директор лишь улыбался и бормотал среди коллег, что “под снегом все равно не видно, а снег здесь лежит долго”.

На огороженной деревьями дороге ребята наткнулись на самую широкую, во всю ширину тротуара лужу. Арианна остановилась.

– Мы здесь не пройдем.

– Уверена? –Дерек легко подхватил ее на руки и перенес на другую сторону, смело ступая прямо по воде. Девушка рассмеялась.

– Нет, не уверена.

Парень аккуратно поставил ее на землю и взял за руку, намереваясь идти дальше, но Арианна задержала его, сжав ладонь.

– Дерек, я хотела сказать..

– Забудь о Доре!

– Уже забыла. Я не об этом. Я хотела сказать, что.. у меня был кое-кто, когда мы с тобой познакомились. Но сейчас все кончено, и.. я предлагаю посмотреть другой фильм в кинозале. Если ты еще хочешь.

Девушка уверенно вздернула подбородок. Это озарение пришло к ней в ту минуту, когда она увидела Дерека и Дору вместе. Платонические чувства к Адриану вновь померкли на фоне ярких и сильных эмоций, которые вызывала у нее близость Дерека – такого реального и близкого к ней. Можно долго мечтать об океане, но в итоге пойти купаться в ближайшее озеро, потому что оно рядом.

Дерек погладил ее ладонь большим пальцем и слегка поддался вперед. Арианне показалось, что он сейчас обнимет ее.

* * *

Последний раз она обнималась с парнем еще в Сент-Джонсе, до приезда в интернат. Его звали Марк, он жил по соседству с ней и тетей в доме в районе порта. Тетя в шутку называла его "мужем Арианны на час".

Вместе они ходили в школу, и Марк заботливо нес ее маленький портфель и отгонял слишком назойливых поклонников. В отсутствии тети, что случалось часто, Арианна звонила мальчику при первой же проблеме в доме, будь то сломанный кран или неработающий интернет. Для своих лет Марк был довольно умным и проворным. Он часами разбирался с барахлившим модемом или разболтанным краном, притаща из дома отцовские инструменты. Вконец, признав поражение, смело вызывал техника и ждал его вместе с Арианной, игнорируя смс-ки друзей с призывом поиграть в футбол.

Ребята часами гуляли в порту, молча глядя на мутную водную гладь, неспокойную от бесконечных кораблей и барж. Тогда Марк впервые обнял ее и поцеловал. Арианна до сих пор не знала, была ли это влюбленность или своего рода отчаянная привязанность и желание обрести защиту. После ужасной гибели отца весь мир казался адом, который вот-вот раздавит ее саму, и девушка цеплялась за любого, кто казался ей сильным и способным оградить ее ото всех бед.

* * *

Арианна позволила Дереку обнять себя, но поспешно отстранилась.

– Дерек, мы не так много общались. Не пойми меня неправильно.

– Хорошо, – тот нехотя отстранился, – Мы никуда не денемся из этого места, и времени у нас полно. Предлагаю вернуться в зал и выпить чаю. Или пунша.

– У меня встречное предложение. Мы рядом с нашим общежитием, и у меня в комнате есть чайник и хороший чай. И..

– Что?

– Я не хочу видеть Дору.

Дерек усмехнулся:

– И я не хочу ее видеть. Отличная идея. А твоя соседка?

– Зависнет с приятелем из группы минимум до утра. Я ее знаю. А все учителя собрались в зале, даже наша надсмотрщица. К нам никто не сунется.

– Тогда идем.

Через несколько метров им снова встретилась лужа – не такая широкая, как предыдущая, и Арианна вполне могла ее пересечь на длинных шпильках – но Дерек решительно встал перед девушкой.

– Позволишь?

– А у меня есть выбор? – та наигранно развела руками, и парень резво подхватил ее на руки.

– Нет, малыш, выбора у тебя нет.

Он так и понес ее на руках до женского общежития. Смеясь, Арианна даже не обратила внимание на жуткое чучело-зомби, стабильно пугающее ее изо дня в день.

Самая “страшная ночь” в году стала одной из самых счастливых.

Глава 20

Едва Дерек и Арианна скрылись в здании, как на тротуар выступил мужчина из тени деревьев. Адриан Ларрета медленно достал пачку сигарет из кармана, не отрывая взгляда от женского корпуса. Кольца дыма заструились вверх к полной луне.

– Любуешься на влюбленную парочку?

Эмилия тихо подошла к нему. Адриан протянул ей пачку.

– Давно за мной наблюдаешь?

Она взяла одну сигарету, и он прикурил ее зажигалкой. Женщина сделала короткую затяжку, грациозно отведя руку в сторону, как в кино.

Сегодня Эмилия и вправду напоминала актрису театра в красном коктейльном платье, на каблуках, с эффектным макияжем. Хрупкие плечи покрывало элегантное черное пальто. Мужчины-учителя привыкли к ее длинным юбкам и балахонам, способных испортить даже девушку с хорошей фигурой и миловидным лицом, но сейчас наряд Эмилии подчеркивал все ее достоинства с лихвой. Адриана не покидало странное чувство, что он общается с другим человеком – так непохожа была красотка в красном платье на привычную, временами “серую” Эмилию.

– Нет, я только что закончила играть. Одо попросил сыграть еще несколько произведений.

Адриан и не заметил, как прекратилась музыка из праздничного зала.

– Она же твоя любимая ученица? – Эмилия говорила совершенно ровно, но в ее голосе мужчина заприметил тонкие нотки иронии.

Он знал ход ее мыслей. Театрально вздохнул.

– Дети растут, влюбляются. Я чувствую себя старым в такие моменты.

Женщина усмехнулась:

– Ты никогда не знал ее ребенком.

– Я знаю ее с пятнадцати лет. Это не возраст взрослого.

– Это юность. Адриан. Ну признайся, ты немного ревнуешь – я же вижу! – Эмилия легонько толкнула коллегу в бок, – Арианна всегда смотрела на тебя, как смотрят на супергероев из фильмов Марвел.

Адриан молчал. Проницательность Эмилии каждый раз неприятно удивляла его.

– И как же это?

– С восхищением, волнением, желанием приблизиться.

– Это приятно.

– А теперь у девушки намечается новый супергерой. Тебя можно понять, как и любого мужчину.

– Эмилия, знаешь, что я думаю, – Адриан выбросил сигарету в урну и галантно подставил согнутую руку, приглашая взяться, – Что ты преподаешь не тот предмет. Миссис Гравс самой бы потребовался психолог, узнай она о такой конкурентке.

Глава 21

– Просто разговаривали? Серьезно?

Арианна бесцельно кружила по комнате, не зная, начать ли собирать сумку на урок или докрасить вторую бровь. Сейчас любая здравая и практичная мысль перебивалась воспоминаниями о выходных, проведенных с Дереком, а на лице застыла глуповатая улыбка. Девушка и забыла, что существует на свете такая эйфория.

Вконец, Арианна с отчаянием всплеснула руками:

– Камила, лучше помоги собраться. Я ничего не соображаю.

– Такой ты мне больше нравишься! Влюблённой, – соседка соскочила с кровати и начала класть учебники в ее сумку, – Я так и знала, что между вами что-то завяжется. Он так смотрел на тебя весь Хэллоуин!

– Я знаю. Но мы только начали.. разговаривать.

– За эти выходные вы явно восполнили пробел прошлых месяцев.

Арианна улыбнулась своему отражению в зеркале, все-таки докрашивая вторую бровь. После праздника она уклонилась от предложения Адриана поехать к побережью под предлогом "других дел". Учитель не стал ее расспрашивать, но девушка почувствовала, как накалилась в атмосфера между ними. Девушка старалась не попадаться ему на глаза в выходные, насколько это было возможным на столь маленькой территории школы.

Они все-таки столкнулись, когда Арианна и Дерек возвращались из спортивного зала после его воскресной тренировки по боксу. Два часа девушка внимательно смотрела, как ожесточенно боксирует Дерек. Впрочем, интересовала ее не техника бокса, а сам Дерек – его мышцы напряглись после продолжительного боксирования, майка тесно обтянула подтянутое тело, а пряди волос вздымались при каждом движении, оставляя в воздухе бисеринки пота.

Арианна так завороженно смотрела на парня, что Дерек, польщенный вниманием, остановился на секунду и подмигнул ей. И в этот момент Макс разбил ему губу.

Ребята сели на скамейку в сквере, где Арианна заботливо протирала чистой салфеткой ушибленное место, когда появился Адриан. Мужчина шел со стороны парковки в главный учебный корпус. “Ездил гулять по побережью? Один? Или…нет?” – нежданный приступ ревности застал Арианну врасплох, и девушка мысленно погнала прочь неуместные чувства. Но все-таки бросила взгляд на парковку, проверяя – не выйдет ли следом Эмилия?

Но нет, Адриан шел один, быстрым и твердым шагом, одетый в свое стильное графитовое пальто, небрежно держа в руках ключи от машины и черную папку с документами. Как будто адвокат возвращался с заседания, где с овациями выиграл дело!

Увидев парочку, он ровно поинтересовался, все ли с Дереком в порядке. Тот поднял вверх большой палец и гордо заявил:

– С такой медсестрой я всегда буду в полном порядке.

Под холодным взглядом учителя Арианна почувствовала себя неверной женой, которую застукали с любовником, и сглотнула, но глаз не отвела. Мужчина пошел дальше в школьный корпус, не утруждая себя словами прощания или пожелания “хороших выходных”, свойственных остальному педагогическому составу.

Дерек недоуменно произнес ему в след:

– Странный тип. Мисс Шарби уже давно бы тащила меня в медпункт.

– Мне позвать сюда мисс Шарби?

С недавних пор Арианну раздражало упоминание об учительнице французского. Парень усмехнулся и обнял ее за плечи, притянув к себе:

– Можно попросить еще салфетку?

Кровь уже не текла, но Арианна заботливо прошлась по сухой ране.

Глава 22

Первый поцелуй Арианны и Дерека случился в разгар учебной недели.

Шел тест по математике. Склонив головы, ученики усердно решали двухэтажные уравнения, о существовании которых Арианна забыла в последние две недели из-за новоиспеченных чувств и ежедневных свиданий. Она то и дело поглядывала в тетрадь Дерека, решая свою задачу по аналогии, а тот незаметно отодвигал руку, открывая решение.

– Пять минут до конца теста!

Скрипучий голос мистера Крузе взрывной волной пронесся по притихшему классу. Началась легкая паника и суета. Арианна украдкой поглядела на одноклассников – быстрее всех мелькали ручки у Камилы и Макса. Те никогда не готовились к тестам. Ей же оставалось доделать последнее задание, самое трудное – за него давали больше всего баллов, что улучшило бы ее ситуацию по математике в зимнем семестре. Девушка отчаянно строчила в черновике в тщетных попытках решения.

– Эй, – слабый толчок плечом, – Я решил ее. Переписывай.

Дерек пододвинул к ней свой черновик. Без лишних вопросов и промедления Арианна быстро переписала решение и ответ. Ее поспешный размашистый почерк едва было возможным разобрать, когда она дописывала последние цифры.

– Дерек, чтобы я без тебя делала! Я совершенно не готовилась к этому тесту.

– Арианна..

– Я стала рассеянной. Наверное, это все погода.

– Посмотри на меня.

– Что? – закончив, девушка повернула голову.

И ее губы крепко соприкоснулись с губами Дерека. Парень слегка сжал их в лаконичном поцелуе, после чего отстранился и с улыбкой произнес:

– Сдавай тест.

Мистер Крузе сгреб их тетради одним размашистым движением руки, точно лопатой. Хмуро покосившись на парочку, но ничего не сказав, учитель отправился дальше по классу. Арианна прикрыла глаза:

– Он что, заметил?

– Поцелуй или списывание?

Лицо Дерека вновь оказалось очень близко. Зачарованно, Арианна разглядывала густые пряди темных волос, красиво отросших за последний месяц – прямо как у принца Эрика из “Русалочки”, ясные зеленые глаза под отчетливыми темными бровями, и губы, в уголке которых все еще виднелась ссадина от удара Макса.

– Неважно.

Подавшись вперед, девушка смело поцеловала его, прижав ладонь к шершавой от щетины щеке. Прозвеневший звонок на перемену заглушил восклицание Камилы и веселые поздравления Макса.

Глава 23

Время до Рождества пролетело незаметно, что для Арианны было в новинку. Раньше девушка считала дни до праздника, прекрасно зная, что ничего необычного он все равно не принесет, но ожидание хоть как-то скрашивало унылую рутину ежедневных занятий и тихих вечеров с книгой по выходным.

Сейчас все изменилось – даже распорядок дня! Прежде “воскресая” за час до первого урока, теперь Арианна вставала на рассвете и делала растяжку. С приятным волнением приветствовала новый день, пускай даже холодный и пасмурный. Мысли о предстоящей встрече с Дереком были выше погодных условий и, словно весенний лучик света, согревали ее каждое утро.

Камила недовольно бурчала:

– Мы обе лишены сна из-за твоей влюбленности. Не понимаю, как ты можешь так легко вставать в половине шестого утра!

Арианна пожала плечами:

– Мне не хочется спать.

– Когда я была влюблена в Макса, мне никогда не хотелось есть. На нас по-разному действует любовь.

– Хочешь сказать, ты уже не влюблена в него? – девушка скосила глаза на коробку конфет, которую Камила уплетала вместо завтрака.

Та вздохнула.

– Уже не так остро, как когда-то. Наверное, это прекрасно – влюбиться взаимно. У меня такого никогда не было.

Соседка продолжила есть конфеты. Арианна, подкрашивая ресницы, вдруг подумала, что мало чем отличалась от Камилы до появления Дерека. Когда-то в нее влюбился Марк, мальчик из детства, а в школе ее притягивал недоступный Адриан. И только с Дереком Арианна узнала, как это бывает – когда чувство взаимно.

В свою очередь, влюбленность в Адриана никуда не делась, но на фоне отношений с Дереком продолжала тускнеть. К тому же, сам учитель не давал ни малейшего повода для романтических грез и максимально соблюдал дистанцию. И речи не шло о поездках к побережью, душевных беседах в сквере или библиотеке, а на уроках Адриан вдруг вспомнил, что Арианна – тоже его ученица, и начал спрашивать наравне с остальными учениками. Стоя у доски под его пронзительным взглядом, девушка напрочь забывала и без того недоученный материал и вскоре обзавелась “коллекцией” низких оценок не хуже, чем у Камилы или Макса.

Потеря статуса “фаворитки” огорчала и злила одновременно – даже Ли удивилась, когда на последнем уроке Адриан сурово отчитал Арианну за невыполненную домашнюю работу. За девушку тогда вступился Дерек и лишь усугубил ситуацию – плохие оценки получили оба.

– Чего это он? К Дереку ревнует? – шутя, спросила Ли на перемене.

В ответ Арианна, излучая стойкие волны негатива, промычала что-то нечленораздельное и с обидой посмотрела в спину уходящего из кабинета учителя.

Зачем он так? Неужели из-за Дерека? А может, его и вправду испугали угрозы Ли об “испорченном курортном романе” между ним и Арианной, и теперь мужчина всячески демонстрирует равнодушие? Зная Адриана, девушке слабо верилось, что какая-то пацанка может нагнать на учителя страху, тем более, что и у него имелись таинственные козыри против Ли.

Но если дело в Дереке, то ситуация попросту заходит в тупик. Остается лишь ждать, когда Адриан вконец плюнет на потерю внимания от фанатки-школьницы и закрутит роман с Эмилией. Подобный исход еще больше угнетал Арианну, но лучше так, чем холод и равнодушие от человека, который совсем недавно возил ее к океану и делил самое сокровенное для него – время и мысли.

Глава 24

Адриан Ларрета крайне редко назначал ученикам часы для консультаций или дополнительных занятий, и приходилось буквально умолять учителя уделить немного времени. При каждой подобной просьбе он бесцветно кивал и старался поставить консультацию самым ранним утром, ни в коем случае не на вечер.

Поэтому Арианна не сразу сообразила, о чем речь, когда Адриан подошёл в конце урока и попросил прийти на консультацию в шесть часов вечера. Школьные часы пробили пять.

Девушка переспросила:

– Консультация? У меня все плохо с оценками?

Он сухо произнес:

– А разве нет? Последние три работы с оценкой “F”. Если так пойдет дальше, не уверен, что ты наберешь достаточно баллов и закроешь предмет в конце года. Приходи через час, будешь переписывать последний тест по Римскому праву.

Не оставив простора для возможных возражений, Адриан рывком забрал вещи и вышел в коридор, столкнувшись с Дереком в дверях. Тот вернулся за Арианной.

– Он что-то хотел? Я не дождался тебя в коридоре.

– Приказал прийти на консультацию через час, переписывать тест по Римскому праву.

– Нашел, чем заниматься в пятницу вечером, – Дерек скривился, – Поздновато он консультации проводит.

Арианна не стала говорить, что это единичный случай.

– Он какой-то беспокойный. Учительский кризис к концу семестра?

На его риторический вопрос девушка ответила неопределенным кивком. Общество “нового”, резкого и холодного Адриана ее больше не прельщало, и хотелось провести вечер с Дереком, обнимаясь и целуясь где-нибудь в укромном уголке школы. Возможно, даже в кинозале, взяв фильм напрокат.

А еще Арианна нервничала. И боялась. Напряжение между ней и Адрианом нарастало, и девушку терзало смутное беспокойство – а как учитель поведет себя с ней наедине? Что-то в его поспешном “приказе” подсказывало, что консультация не ограничится тестом по Римскому праву.

Вместе с Дереком девушка вышла из класса.

– Как закончишь, приходи в общий зал. Выберем фильм и пойдем в кинозал. Я сейчас туда зайду и сделаю резервацию.

– Хорошо.

Они поцеловались, долго прижимаясь губами. Потом Дерек медленно отстранился, ласково погладив ее по щеке, и быстро пошел по коридору к выходу.

– А жизнь-то налаживается, верно?

Ли подошла и встала рядом, глядя в спину уходящему Дереку. Тот обернулся еще раз посмотреть на Арианну – она и Ли помахали ему одновременно, что сбило парня с толку. Смущенно махнув в ответ, он скрылся за углом.

– Я рада, что у вас все получилось.

– Из-за Адриана? – Арианна покосилась на нее.

Вальяжно раскачиваясь, Ли встала напротив. Распахнутые серые глаза зацепили все внимание Арианны, словно крючок рыбу.

– Не только. Почему бы просто не порадоваться за хороших людей, а?

– Вначале я сомневалась, что ты отнесла меня к “хорошим людям”.

– Ты меня не знаешь. Не знаешь, с какими мыслями я сюда приехала и что нашла в итоге.

Последние слова истеричным эхом разнеслись по опустевшему коридору. Ли сжала губы.

– Явно не то, что ожидала?

– Нет. Но все лучше, чем предыдущее место.

Арианна поежилась от сырого сквозняка, со свистом влетевшего из приоткрытого окна в коридоре. Вечером опять будет гроза, и все ученики по-максимуму набьются в общие комнаты школы. Она понадеялась, что Дерек успеет зарезервировать кинозал.

– Что ж, ты теперь знаешь – сюда попадают не от хорошей жизни.

Ли протянула:

– Ну да. И все же, в конце года вы уедете отсюда. Вы с Дереком, Макс со своей дурой Джессикой, обоснуетесь в каком-нибудь нормальном городе, найдете работу, будете ходить на корпоративы и больше не вспомните о прошлом.

– А ты уедешь в свой большой дом с бассейном, о котором говорила.

– Сейчас эта мысль не кажется мне такой уж стремной, – она усмехнулась, – Но время моего выбора прошло.

– Выбора из чего?

– Неважно. Это все дождь – я предаюсь меланхолии. А дождь тут всегда.

Арианна вздохнула.

– Удивительно, как ты совмещаешь прямоту и скрытность. Хочешь рассказать о своей меланхолии?

– Нет.

Ли отвернулась, засунув руки в карманы мешковатых джинс – удивительно, но даже они сидели на ней с небрежным шиком! Настала очередь Арианны встать лицом к дерзкой однокласснице и заглянуть в глаза.

– Мою историю ты знаешь. Хочу лишь сказать – когда решишь перемыть косточки своему прошлому, то можешь смело искать меня в библиотеке. А если меня там не будет, то не ищи, – девушка тихо прыснула, – Я буду прятаться где-нибудь с Дереком и вряд ли смогу тебя выслушать.

Ли комично подняла брови, а потом не удержалась и тоже прыснула, отворачиваясь.

Одиночка по жизни, Арианна редко искала дружбы с другими людьми. Камила “записалась” к ней в подруги добровольно-принудительно, триггером к общению с Адрианом стала любовь, а Дерек просто пришел и стал ее парнем. С Ли история развивалась несколько нестандартно – та не искала общества Арианны, а наоборот, держала на расстоянии и не давала приблизиться. Неоднозначность ее натуры, связь с Адрианом в прошлом и постоянная недосказанность внезапно заинтриговали Арианну, и захотелось сблизиться с новой ученицей, узнать о ней больше – также, как когда-то хотелось сблизиться с самим Адрианом, человеком необычным, интересным и вдохновляющим.

– Сыграем в бильярд вечером? – Ли вновь обернулась, не улыбаясь, но и не хмурясь.

Арианна покачала головой:

– Мы договорились с Дереком посмотреть фильм. А через сорок минут у меня консультация с.. Адрианом. Переписываю тест.

– Так поздно?

В ответ девушка кивнула без комментариев. Ли пожала плечами.

– Еще увидимся на выходных. Аккуратнее с Ларрета, – махнув, она вальяжно поплыла к выходу.

– Лучше пожелай мне аккуратности в тесте, – буркнула Арианна ей вслед, – Адриан сказал, что мне грозит неуд по всему предмету.

– Арианна, – Ли обернулась на ходу с печальной улыбкой, растворяясь в глубине полутемного коридора (после занятий уже начали тушить свет), – Я в курсе, что он ненавидит консультации и назначает их только по утрам.

Глава 25

Оставшееся время Арианна провела в библиотеке. Она разложила вокруг себя две книжки – второсортный любовный роман от Беатрис Смолл (миссис Хобс их обожала) и шекспировского “Гамлета”, по очереди брала то одну, то другую книгу, но не прочитала ни строчки. Нервозность нарастала.

В шесть часов девушка вернулась к кабинету права и легонько постучала – дверь вмиг распахнулась, словно ожидая гостей с минуты на минуту. Появившийся Адриан молча впустил ученицу в тускло освещенный кабинет. За окном давно стемнело, слышался отдаленный гул грома. Наверное, идет гроза с океана.

“Почему он не включит свет?”, – как бы невзначай подумала Арианна, садясь за первую парту, где было больше света – единственная лампа на учительском столе едва разгоняла окружающий полумрак. Было прохладно, словно весь последний час окна держали открытыми.

Мужчина взял со стола стопку бумаг и вогрузил перед девушкой. Это были ксерокопии с учебника по Римскому праву. Некоторые фразы и предложения подчеркнуты черной ручкой. Никаких тестов, которые нужно “переписывать”.

Арианна выжидательно уставилась на распечатки, чувствуя, как нарастает смутное беспокойство. Адриан никогда и ничего не забывал, а в особенности то, что сам озвучил четко и понятно.

– Здесь нет последних двух тестов. Вы сказали, их нужно переписать.

Послышалось угрюмое покашливание, как в ответ на какую-то глупость.

– Напишешь позже. Сначала изучи теорию, ты ее совсем не знаешь.

– Хорошо…

Неужели он растянет “консультацию” на весь вечер?! Похоже, учителю наскучили банальные отчитывания на уроках и плохие оценки – помимо настроения, он решил испортить ей свидание с Дереком в кинозале!

С четверть часа Арианна исправно читала распечатки, перечитывая предложение по два или три раза, не в силах сосредоточиться от обиды и гнетущего чувства потерянного времени. Изредка она бросала взгляд на Адриана, который сидел за учительским столом, скрестив руки, и смотрел в темное окно. Тень от лампы закрыла половину его лица и сделала похожим на зловещего Призрака оперы из одноименного фильма.

По спине и плечам Арианны пробежал неприятный озноб – сидящий в полумраке хмурый мужчина невольно вызывал страх. В голову лезли непрошеные мысли, от которых становилось нервно и грустно одновременно: на что же способен Адриан в отношении своих врагов? И записал ли он во враги Арианну? Тяжелую, угрюмую атмосферу в классе усугубила начавшаяся гроза и замигавшая лампа – похоже, шалила проводка.

Наконец, Арианна не выдержала и резко откинулась на спинку стула.

– Профессор, можно написать тест в другой день? Уже вечер, пятница, и у нас было много заданий на неделе. Голова совсем не работает.

Будь Адриан прежним “заботливым рыцарем”, то непременно отпустил бы ее отдыхать (либо вовсе не ставил плохие оценки и не тащил их исправлять), однако “новый Адриан” вызывал обоснованные опасения, и девушка приготовилась сопротивляться. Она решительно отодвинула от себя распечатки.

К ее удивлению, мужчина вдруг лаконично улыбнулся, не спеша встал из-за стола и подсел к Арианне за первую парту, заставив девушку вздрогнуть. С вечера Хэллоуина Адриан не подходил к ней ближе, чем того требовали отношения ученицы и учителя.

– Ну хорошо, напишешь в понедельник. А на короткий разговор сил хватит? – не дав ей опомнится, мужчина произнес, глядя прямо в глаза, – Я хотел с тобой поговорить, но не в классе. О Дереке.

– О Дереке?

“Разговор о Дереке” числился в списке подозреваемых тем (хоть и самых маловероятных), когда Арианна шла в кабинет права. Что Адриан хочет обсудить? Достойный ли Дерек кандидат в ее парни? Или поругать, что отношения с ним мешают ее учебе?

В памяти всплыл эпизод, когда учитель попросил ее “проконтролировать” Камилу и “заставить” учить материал хотя бы на отметку “Е”. “Мне надоело писать объяснительные ее родителям, почему дочь стоит на грани завалить мой предмет”, – сказал он тогда. Может, подобный разговор предстоит и в отношении Дерека? Внутренне Арианна усмехнулась такой нелепой идее, но все-таки произнесла:

– Мне его тоже “проконтролировать”, чтобы он хорошо учился, и вам не пришлось писать объяснительные его родителям? – она знала, что у Дерека нет проблем с “правом”.

Мужчина тоже усмехнулся, как нелепой шутке:

– Я хочу поговорить не об его успеваемости, а о ваших отношениях.

Щеки предательски покраснели, и вновь подкралось чувство “пойманной супруги»”. На мгновение Арианна смущенно заерзала на стуле, но быстро взяла себя в руки и подняла голову. Ей нечего скрывать или бояться!

– Почему вы хотите об этом поговорить?

– Потому что я – не последний человек, кто заботится о тебе, и ты это знаешь.

“Как-то незаметно в последнее время”. Не придумав достойного ответа, девушка неопределенно кивнула. Учитель продолжил, ровно и твердо:

– Я узнал о нем не самые приятные новости. Боюсь, это может плохо на тебе отразиться.

– Какие новости?

Адриан помедлил, не то подбирая слова, не то нагнетая обстановку. Арианна ждала, затаив дыхание.

– Помнишь…, – начал он неторопливо, – На вечере Хэллоуина я упомянул его прежнюю школу. Его это смутило.

– Припоминаю, – она прекрасно все помнила. “В прежней школе тебе пришлось нелегко. Тебе очень повезло покинуть ее… в добром здравии”, – сказал тогда Адриан.

– Впрочем, не о школе речь. Скажу лишь, что туда помещают подростков с нарушением психики.

– С каким нарушением туда попал Дерек?

– Попытки самоубийства. Неоднократные.

Хлестко и раскатисто прозвучал раскат грома за окном, завибрировали стекла в высоких рамах. Слабенькая лампа задрожала, бросая на стены жутковатые тени. Арианна вытерла вспотевшие ладони и сделала глубокий вдох, с силой закачивая воздух в непослушную сжатую грудь. В ушах шумело, как в морской ракушке.

Адриан выжидательно смотрел на нее потемневшими в полумраке глазами. Девушка медленно зашевелила губами:

– У всех здесь непростая судьба.

– С этим я с тобой соглашусь, но пример Дерека особенный. Хуже него есть только один случай в этой школе, из мне известных.

– О ком вы?

– Это уже другая история. Арианна, я беспокоюсь о тебе.

Как проникновенно и осознанно прозвучали его слова, особенно в контрасте с предыдущим равнодушием и холодом… Внезапно “новый Адриан” исчез, сгинул в ту прейсподню, из которой пришел, и перед Арианной сидел знакомый заботливый мужчина, кто возил ее на побережье в теплой машине, покупал кофе, разговаривал “по душам”, и в которого она давно и безоговорочно влюбилась.

С затуманенным от нахлынувших чувств сознанием, девушка придвинулась ближе и взяла учителя за руку.

– Я знаю. И ценю, – она сделала паузу, подбирая слова, – Но Дерек здесь. Его не увезли бы из прежней школы, зная, что он может навредить себе. Ведь так?

– Арианна, – Адриан вдруг придвинулся еще ближе, взял ее руку в свои ладони и крепко сжал. Теперь они сидели едва ли не вплотную.

– Ты знаешь, я был адвокатом до приезда сюда. У меня было несколько клиентов, которые не раз пытались свести счеты с жизнью. Они лечились и кодировались, их умоляли жены и дети, всячески поддерживали родственники и друзья. Но мысли о суициде прочно засели в их мозгах, как средство от любых проблем и переживаний. И некоторые в итоге осуществили задуманное. Это не лечится. Психотерапевты лишь загоняют болезнь в самую глубь человеческой души, но она проявит себя, рано или поздно. Вы с Дереком в очень уязвимом возрасте, ваши чувства как оголенный электрических провод. Одно неловкое движение – и он ударит. Ты понимаешь? Любая ваша крупная ссора может иметь непредсказуемые последствия.. для Дерека.

У Арианны заболели глаза от накативших слез, от мимолетного воодушевления не осталось и следа. Слова и голос Адриана вонзались в самую душу, а обрисованная им ситуация казалась уже случившейся. Жуткие мысли и образы услужливо возникали перед глазами, красочно иллюстрируя страшные картины последствий.

Девушка закрыла лицо руками.

– Я не хочу больше слушать.

Обняв одной рукой, Адриан прижал ее к себе. Мокрая щека коснулась колючей шерсти его свитера, оставив капельки слез на грубой ткани.

– Я не хотел тебя пугать. Возможно, все обойдется, но ты должна быть в курсе. Предупреждена.

Непрошенная осведомленность совсем не обрадовала Арианну. Она отстранилась и встала, шатаясь и методично утирая слезы.

– Мне нужно побыть одной. Спасибо… за информацию.

Адриан тоже поднялся и вновь сократил образовавшуюся дистанцию.

– Арианна, ты знаешь, как я к тебе отношусь, – последовала пауза, как перед долгим объяснением, – Скажу прямо – к другим ученикам я бы не проявил подобной заботы, да простит меня Одо Майер, – добавил он с легким сарказмом, – К тебе же я отношусь иначе. Как…к дочери. Меня очень беспокоят эти отношения.

– Как к дочери? – тупо переспросила Арианна, нечаянно повысив голос. Отчего-то внутри все скривилось при слове “дочь”, – Извините, я лучше пойду.

Она неуклюже сгребла ксерокопии к себе в сумку – они же ей предназначались? Ударившись о край парты, девушка тихо ругнулась и рванула к выходу. Адриан последовал за ней широкими шагами.

– Хорошего вечера, -она схватилась за ручку двери.

В этот момент Адриан прижал дверь ладонями по обе стороны от Арианны. Та испуганно крутанулась к нему лицом, их лбы едва не соприкоснулись.

В повисшей тишине гулко разносилось ее учащенное дыхание. Единственный источник света остался далеко на столе, заслоненный спиной Адриана, и девушка с трудом видела его лицо. Лишь блестели серые глаза, и чувствовался слабый запах сигаретного дыма.

Учитель негромко произнес:

– Арианна, будь осторожней. Обдумай все хорошенько.

Рывком оттолкнувшись, мужчина отошел назад. С горящими от смущения щеками Арианна распахнула дверь и вылетела из кабинета.

Глава 26

Дождь полностью вымочил Арианне волосы, а вспышка молнии вернула к реальности. В слабой попытке защититься девушка подняла руки вверх и рванула к женскому общежитию, с грохотом наступая в лужи. В туфли мигом натекла холодная вода.

В прихожей корпуса она остановилась, собираясь с мыслями. Нужно успокоиться. Нельзя заходить в таком состоянии в комнату, Камила обязательно привяжется с расспросами. Именно сейчас Арианна отчаянно жалела, что у нее нет отдельной комнаты.

Девушка рухнула на ближайший мягкий пуфик. Прежде Адриан редко касался ее (не считая поданной руки в труднопроходимых участках на побережье), но прикосновения сегодня вечером совсем не походили на проявление “отеческой заботы”. В любой другой ситуации сей факт мог обрадовать и дать надежду влюбленной школьнице, но не теперь… не с Дереком в ее жизни.

Дерек… как же ей вести себя с ним? Сильный, уверенный в себе парень вдруг стал хрустальной вазой, до которой страшно дотронуться. В их отношения и вправду могут ворваться ссоры и недопонимания, они могут даже расстаться, хотя сейчас это воспринималось из области фантастики. Но как Арианна может чувствовать себя свободной в принятии таких важных решений, когда знает, чем все может закончиться?

Дерек ждет ее в общей гостиной. Пойти и притворяться весь вечер, демонстрируя веселье? Чувства к нему не помогут сыграть правдоподобно.

Чувствуя надвигающуюся панику, Арианна начала нарезать круги по широкой прихожей. Может, Адриан преувеличивает? Ведь Дерека перевели. Может, попытки суицида были последствиями прежней, непростой жизни?

В тринадцать лет Арианна общалась с девчонкой из соседнего дома, немного поехавшей рокершей, с проколотой губой, розовыми волосами и стойким запахом марихуаны от одежды. После каждой ссоры не менее “поехавших” родителей, которые дрались после каждого похода в церковь и взаимных обвинений в “непочтительном поведении перед Господом”, она воровала из спальни матери бутылек барбитуратов и пыталась “уснуть навсегда”. К счастью, каждый раз неудачно.

Перед отъездом Арианны в интернат, “рокерша” вышла с ней попрощаться и гордо заявила, что после приключившейся трагедии с отцом Арианны, больше не собирается сводить счеты с жизнью. А что до ссор родителей, то “к черту придурков, не век же тусить с ними под одной крышей”.

То был эпизод со счастливым концом, но ведь люди разные…

– Ты в порядке? – на широкой леснице возникла фигура Ли.

Почему она появляется в самые волнительные моменты? Встречи с Ли и Адрианом напоминали Арианне нашептывание в ухо то ангела, то дьявола с разных сторон. И каждый раз оба менялись местами.

Арианна встала с пуфика с твердым желанием никого не видеть.

– Мне нужно побыть одной.

– Что он тебе наговорил? – в лоб спросила Ли, спускаясь, – Дай угадаю – придумал вескую причину не встречаться с Дереком?

Тело словно кипятком ошпарили. Арианна оцепенела:

– Откуда ты знаешь?

– Да ты мне только что это подтвердила, – Ли осторожно приблизилась к ней с вытянутыми руками, словно боясь спугнуть, – Ари, я предупреждала – он скажет тебе что угодно, лишь бы добиться своего! Он ревнует. Сделай вид, что прислушалась, но не ведись на провокацию.

– Даже если имеются достоверные факты? – под конец фразы голос сорвался. Арианна закашлялась и заморгала, прогоняя слезы.

Ли заморгала:

– А что он тебе рассказал?

– Дерек несколько раз пытался покончить жизнь самоубийством! Его поместили в клинику, но потом забрали, поместили сюда, и теперь…

Она осеклась и закрыла лицо ладонями. Вот дура! Взяла и выболтала столь личную тайну своего парня. Это все Ли – поймала ее в самый уязвимый момент, когда язык не подчинялся разуму.

– Вот урод. Докопался же! – голос Ли взметнулся вверх, но девушка мигом взяла себя в руки. Ее ледяные пальцы обхватили запястья Арианны, вынуждая открыть лицо, – Послушай, мой тебе совет. Ты его не просишь, но и я не предлагаю. Не решай все сама. Поговори с Дереком и послушай, что он сам скажет.

– Ты не понимаешь! – Арианна выдернула руки и отошла назад, – Как я вообще могу начать этот разговор? А что, если он расстроится и снова задумается о… Как я могу встречаться с парнем, ходящим на грани жизни и смерти?! Любая ссора может спровоцировать приступ.

Лицо Ли ничего не выражало, но плоская грудь вздымалась чаще положенного. Она первой отвела взгляд затуманенных серых глаз в сторону.

– Не забывай, что все мы не "подарки", а история Дерека может иметь много интерпретаций. Послушай его версию, прежде чем судить.

– Не знаю..

– Ты сольешь нормального парня из-за слов человека, у которого не менее темное прошлое? И который делает это ради своей же выгоды? Ну, тогда лучше для самого Дерека. Зачем связывать свою непростую жизнь с девушкой с пластилиновым мнением.

Крутанувшись, Ли стрелой взлетела по лестнице и скрылась в тускло освещенном коридоре. Ее гулкие шаги странным эхом отражались от стука сердца в груди Арианны, а финальный грохот закрывшейся двери едва не лишил сознания.

* * *

Этот вечер Арианна провела не с Дереком. Тихо зайдя в общий зал, девушка шепнула, что хотела бы перенести фильм на другой день. Ларрета загрузил ее исправительной работой, она не в духе и весь вечер собирается ругать его и писать дополнительно заданный рефера. Но завтра она непременно придет в себя.

И он поверил. Дерек мужественно предложил свою помощь (“Так быстрее пойдет дело”), на что Арианна испуганно улыбнулась и быстро поцеловала его со словами “увидимся завтра”.

Сидя на кровати в темной комнате, под бормотание Камилы во сне, девушка смотрела в окно на школьный двор и бьющие по стеклу дождевые капли. Деревья в лесу шатались от ветра, а серые облака на черном небе практически поглотили собой круглую белую луну. Мысли постепенно раскладывались по полочкам.

Она посмотрит с Дереком фильм завтра и будет вести себя так, словно ничего не знает. Слова Ли оглушительно гремели в голове, заполняя сонную тишину комнаты:

“Девушка с пластилиновым мнением”

Неужели, это правда? Арианна закусила губу.

Ли оказалась права, когда клеймила Адриана умелым манипулятором. Единственным умелым разговором учитель едва не заставил Арианну отрекнуться от Дерека прямо на месте. Без раздумий, объяснений, а главное – проверки фактов. Может, он специально все преувеличил, чтобы ее напугать? Неплохой ход – отречься от прошлого Дерек не сможет, но и несерьезность его положения не докажет, что лишь добавит веса словам Адриана. А значит, убедит ее, Арианну.

“Пластилиновое мнение”

Придя к внутреннему балансу и успокоившись, Арианна залезла под одеяло. Может, у нее и пластилиновое мнение, но пластилин легко гнется в разные стороны. А уж она постарается, чтобы затвердел он в нужном положении.

Глава 27

В рождественские каникулы школа пустовала.

Большинство учеников и кое-кто из учителей возвращались домой к родителям или другим близким родственникам, кто ждал их к семейному празднику, а оставшиеся школьники сидели по комнатам или собирались группами в общих помещениях интерната. В рождественскую ночь они сидели в общем зале до утра, потягивая припасенное пиво или эль, а учителя шли на ставшей традиционной вечеринку к директору, где также развлекались выпивкой и общением.

Все – даже “Палка” с остальными надсмотрщиками – на одну ночь забывали о школьных правилах, и максимум, что ожидало подвыпившего ученика в коридоре, или парочку, целующуюся в ночном сквере, это пожелание “счастливого Рождества”.

Но было одно школьное развлечение, которое все старались ухватить до Сочельника: вылазки на рождественский рынок в Мэр. Множество деревянных домиков расположились на главной площади – в лучших традициях европейских городов, а в середине высилась яркая елка. Запахи глинтвейна, жареного на вертеле поросенка, пряностей и марципана смешивались в морозном воздухе, создавая сонную и уютную атмосферу приближающейся рождественской ночи.

Пару лет назад директор прикупил минибусы для школьных экскурсий и трансферов до Мэр, в том числе и на рынок. Группы собирались во второй половине дня и возвращались под конец вечера. Арианна до сих пор мечтательно вспоминала, как два года назад впервые попробовала глинтвейн с Камилой. Они пили его весь вечер, ели кусочки сочной свинины и гуляли по набережной замерзшей реки, протекавшей через Мэр. Приехав в школу, тут же уснули прямо в одежде, довольные и пьяные.

В этом году – вместе с Дереком – поездка обещала стать еще лучше. У парня имелись “связи” в городке, некий двоюродный дядя, с которым тот поддерживал отношения и договорился о “приватном трансфере”. Мужчина приедет в школу до полудня и отвезет их в Мэр пораньше.

– Нам незачем ехать всей толпой, – говорил Дерек под одобрительные кивки Арианны, – Мы приедем на рынок пораньше, и у нас будет целый день вне школы.

Мимоходом Арианна подумала, что они в любом случае окажутся в толпе учащихся позднее, но ей нравилась забота Дерека. Прошло уже несколько недель, а она так и не выбрала удачный момент для разговора о его прошлом (как и подходящее собственное “настроение”) и собиралась сделать это сегодня вечером в своей комнате, когда они вернутся в школу. Сегодня вечером их никто не потревожит – Камила тоже уехала на праздники, заранее вручив Арианне подарок (теплые носки с сердечками – она серьезно?).

Уоррену соседка подарила шерстяной свитер с вышитым черепом на груди – странный подарок к религиозному празднику. Парень остался в школе и преданно носил подарок до конца каникул, снимая для стирки раз в три дня. Перед отъездом они с Камилой долго стояли на крыльце женского общежития, разговаривали и громко шутили через слово. Гуляя в сквере с Дереком, Арианна видела, как Камила обняла Уоррена на прощание, когда за ней подъехала машина. Уоррен стоял на крыльце до тех пор, пока автомобиль не скрылся в лесу.

– Уоррен так и сохнет по ней, только что фото на стену не вешает, – Дерек тоже проводил взглядом машину с Камилой, – Почему она отшивает его?

Арианна печально улыбнулась, глядя на Уоррена – тот как раз пошел в свой корпус широкой походкой, ссутулившись, с хмурым лицом, наполовину закрытым длинными волосами. Явно не восторге, что Камила уехала.

– Возможно, ей нравится кто-то другой.

Она хотела рассказать Дереку о Максе, но остановилась, едва открыв рот. Раскрытие чужих тайн в последнее время приводило к непредсказуемым последствиям, и зачастую – неприятным.

Дерек покачал головой:

– А этому “другому” Камила нравится?

– Он ее даже не замечает, – туманно ответила Арианна.

– Классика. Макс вот тоже бегает за твоей подружкой-блондинкой Ли, уже готов окончательно расстаться с Джессикой.

– Он неравнодушен к Ли с самого первого дня. Может, и вправду влюбился?

– Ага, “влюбился”, – парень усмехнулся, но как-то грустно, – Скучно ему здесь. А твоя Ли – тот еще мастер на эмоциональные качели: то “люблю”, то “отвали”, то “давай поговорим”, и как раз в его вкусе. У Макса стоит на худющих девиц “с приветом”. Вот и бегает за ней, а той лишь бы позлить беднягу Джессику и прижаться к Максу в самый подходящий для ревности момент.

А Дерек-то наблюдателен! Арианна давно убедилась, что все так и есть. Ли не производила впечатление влюбленной школьницы, зато ее ненависть к Джессике отлично проиллюстрировала хэллоуинская ночь. И, хотя Макс не был ей другом, Арианна вдруг почувствовала укол жалости – такую испытываешь, глядя на барсука в капкане охотника. Хотелось бы помочь, но не желаешь нарваться на вопли охотника.

Больше месяца Ли избегала Арианну с неиссякаемым усердием, а на попытки заговорить отвечала жестким отказом и убегала (спасибо, что не кидалась горящими окурками..). Похоже, что-то сильно задело ее в последнем разговоре, и Арианна решила подождать, пока новенькая остынет.

После “консультации” у Адриана и разговора с Ли девушка многое обдумала, читала научные статьи в Интернете, советы психологов и людей, столкнувшихся с подобной ситуацией, и жутко стыдилась своих первых трусливых мыслей. Дерек не заслуживает подобного отношения – его заботливое, почти трепетное отношение к Арианне не знало границ. Когда девушка всерьез заболела гриппом в начале зимы и несколько дней лежала под капельницей, парень все время находился у ее кровати в медпункте, игнорируя шипение надсмортщиков, угрозу плохих оценок и собственного заражения.

Она должна за него бороться. Для начала, необходимо прояснить ситуацию, услышать “версию Дерека” – как сказала Ли. Возможно, Адриан и вправду сгустил краски, и Дерек давно оставил суицидальные мысли и даже проходит лечение. Арианна могла бы посещать вместе с ним клинику, поддерживать, а врачи помогут им в сложных ситуациях, нередких для первых серьезных отношений. Вместе с Дереком они будут проговаривать все проблемы и переживания, находить пути решения, ободрять друг друга, а не закрываться в собственном омуте сознания, чем часто грешила сама Арианна. Девушка вдруг почувствовала, что “болезнь” Дерека поможет ей самой, поможет отпустить свое темное прошлое и ненависть к предавшим ее людям, и жить полной, светлой жизнью…

Предстоящий разговор с Дереком девушка ждала с некоторой грандиозностью и душевным подъемом, с которым предвкушаешь судьбоносный поворот в фильме.

Месяц спустя, когда Ли увидела Дерека и Арианну, по-прежнему целующихся в заснеженном сквере, то перестала скрываться и даже щедро принесла девушке поднос с чаем (предварительно спрятав пузырек с коньяком под блюдце) и конфетами в медпункт.

– Я рада, что ты приняла правильное решение.

Осипшим голосом Арианна прокряхтела:

– Я рада, что ты заметила. Как видишь, пластилин бывает твердым.

– Ты слишком много запоминаешь, – она со смехом бросила в нее конфетой, – Лучше вспомни, что ты обещала сыграть со мной в бильярд!

Они отправились играть в бильярд сразу же, как медсестра Джули разрешила Арианне покинуть медпункт. Проходя по тускло освещенному коридору, в котором экономили свет во время праздников, девушки столкнулись с Адрианом. Тот ровно поздравил Арианну с выздоровлением, получив в ответ неразборчивые слова благодарности. Ли же вовсе ушла вперед по коридору с видом, будто встретила не преподавателя, а стремного одноклассника, не достойного и грамма внимания.

Адриану это не понравилось:

– Лаперлеф, потрудитесь поприветствовать своего преподавателя, когда встречаете его вне класса. Иначе в новом семестре будете трудится на благо школы со шваброй в руке.

С вечера “консультации” его отношение к Арианне заметно улучшилось. “Нападки” на уроках прекратились, оценки подросли (впрочем, сама Арианна наконец-то взялась за учебу), а при встрече вне класса Адриан снисходил до вежливой улыбки и приветствия.

Казалось, его перестали заботить отношения прежде любимой ученицы, но Арианна подозревала, что учитель просто выжидает. Ждет, когда она бросит Дерека, или они расстануться из-за его прошлого. В тот вечер, в полутемном классе Адриан не вел себя как “отец”, которого вдруг обеспокоили отношения “дочери” с неподходящем парнем. Нет, он вел себя как мужчина, на пути которого вдруг возник соперник, и начал действовать хорошо знакомыми методами из адвокатской практики – собирать компрометирующие оппонента факты. Рано или поздно он поймет, что “предостережения” не возымели должного эффекта над Арианной – и что тогда? Найдет ли Адриан новый “шкаф с грязным бельем”, или махнет рукой на “бестолковую” ученицу?

Временами Арианна лежала на кровати, смотрела в потолок, слушала медляки Evanescence (особенно ее волновала “My Immortal”) в наушниках, и фантазировала – а как бы сложились их с Адрианом отношения, будь “первым” он, а не Дерек?..

Но мигом гнала провокационный вопрос как мысленную попытку “супружеской измены”.

Глава 28

Оливер, низкий толстый мужчина с усами, с прогрессирующей лысиной, одетый в потрепанные джинсы, красную клетчатую рубашку и куртку цвета хаки – больше похожий на фермера из Техаса, чем владельца небольшой гостиницы в Мэр. Он радушно обнял Дерека, вежливо и рассеянно поздоровался с Арианной. Его больше интересовало благополучие племянника, а потому Оливер посадил Дерека на переднее сидение и всю дорогу говорил исключительно с ним, лишь изредка задавая вопросы обоим.

При подъезде к городу пошел снег. Белые перышки медленно падали на крыши деревянных торговых лавок, делая их похожими на пряничные домики со сладкой пудрой сверху. Арианна вспомнила, как в детстве у нее была стеклянная музыкальная шкатулка. Она заводила ее, и вещица кружилась, изливая музыку и засыпая искусственным снегом игрушечный город внутри.

Точно также выглядел рождественский рынок в Мэр.

Оливер высадил их недалеко от площади. Протискиваясь в пуховой куртке, Арианна вышла из машины и посмотрела на зимнее небо, прищурив глаза от сияющей белизны. Внезапный прилив радости побудил ее повернуться к подошедшему Дереку и поцеловать в щеку, не обращая внимания на болтающего дядю. Тот скромно притих, а потом махнул рукой:

– Ладно, не буду вам мешать. Еще увидимся, планета-то круглая!

Дерек обнял девушку за плечи и повел в сторону площади. Так они прошли не больше десяти метров, после чего парень просто взял ее за руку:

– Зимняя одежда явно не создавалась для романтичных прогулок.

Арианна рассмеялась:

– Зима вообще романтична только для одиночек. Сидишь себе дома с чаем и смотришь в окно. Или бродишь по холодному побережью и глубокомысленно смотришь на горизонт…

– Оливер прав, планета и вправду круглая, – вдруг сказал Дерек, останавливаясь, – А я думал, они решили остаться в школе наедине.

Со стороны парковки к ним приближались Макс и Ли. Похоже, они тоже не воспользовались услугами школьных автобусов. На первый взгляд оба смотрелись переодетыми ангелами: белые куртки, белая меховая шапка у Макса, россыпь снежинок в светлых волосах Ли, ровные лица с сияющими голубыми и серыми глазами.

Дерек присвистнул:

– Хорошо выглядите.

– Вы тоже ничего, – протянула Ли.

Всегда просто красивая, сегодня она была приторно-красивой, с броским макияжем, розовым блеском на губах и розовыми пампушками на ушах вместо шапки. “Героиновая” Кейт Мосс вдруг превратилась в куклу Барби.

Макс выглядел ей под стать и напоминал молодого “old money” бизнесмена, вернувшегося с горнолыжного курорта: сменил любимый бело-красный бомбер на стильную белую парку с мехом, небрежно зачесал светлую челку на бок и даже умудрился слегка загореть – вблизи было видно, как голубые глаза контрастируют с приятным миндальным загаром.

Арианна подумала, что Камиле очень повезло не попасть в этом году на рождественский рынок – при виде такого красивого Макса в компании не менее красивой Ли, у соседки бы началась настоящая любовная депрессия.

– Нужно отметить встречу, – весело махнула Ли на торговые лавки, – Предлагаю начать с глинтвейна.

– Как будто здесь есть что-то еще, – усмехнулся Дерек, с энтузиазмом пожимая Максу руку.

Кажется, парни обрадовались незапланированной встрече. Услышав слова Дерека, Макс ему подмигнул:

– Чувак, ты нас недооцениваешь. После глинтвейна придет время проверить один из моих тайников.

– Вроде тех, что были на Хэллоуине? – спросила Арианна с улыбкой. Несмотря на репутацию бабника и разгульный образ жизни, Макс обладал сногсшибательным обаянием и заражал позитивом любую компанию. Похоже, день будет веселым, а не только романтичным.

– На Хэллоуине их даже прятать не пришлось, учителя сами веселились неслабо. Ларрета весь вечер налегал на Джека Дэниэлса.

– Откуда ты знаешь? – Арианна вспомнила странный коричневый напиток, когда они вместе стояли за столиком.

Макс ослепительно улыбнулся:

– Не у одного меня были "тайники". Под конец вечера он особенно распустился и уже открыто себе наливал. Тогда я и увидел бутылку. Эмилия от него не отставала. Она сфальшивила несколько аккордов.

Девушка не сразу поняла смысл последней фразы.

– Подожди, ты как это понял? Ты…

– Я все детство учился играть на органе, у меня неплохо получалось. Но, я и орган, – парень театрально развел руками, – В общем, у нас не вышло.

– Ты у меня умник, да? – извернувшись, Ли крепко поцеловала Макса в щеку, – Орган! Я не осилила даже двух занятий фортепиано. Пойдем, отпразднуем и это.

Все двинулись в сторону рынков. Арианна не знала, что удивило ее больше – внезапный талант Макса или поведение Адриана на Хэллоуине. Девушка подозревала, что учитель не ограничится травяным чаем на подростковой вечеринке. Значит, он пил “Джека” с Эмилией на пару?..

Арианна моргнула, прогоняя знакомый и неуместный приступ ревности. Она поравнялась с Ли, когда парни вышли вперед, взяла ее под руку и негромко сказала:

– Это не мое дело, но почему здесь ты, а не Джессика?

– Предпочитаешь Джессику? – ответила она также глухо.

– Они что, уже..

– На минуточку, они давно не встречаются “официально”. Но скоро и это пройдет. Макс ничего не сказал ей о сегодняшней поездке, но она обязательно узнает и все поймет. А потом тихо сольется со сцены.

– Ты используешь против нее Макса, да? – рыночная площадь приближалась, и Арианна забормотала быстрее, – Макс не мой друг, но он неплохой парень, и не заслуживает быть использованным!

Ли кашлянула:

– Ты начинаешь разговаривать прямо как я – сразу в лоб. Да, я его использую, но он мне нравится. Это не любовь, но Макс такой простой и дурной, что я забываю о своем неприятном прошлом и более неприятном будущем. С ним я живу моментом, и это круто.

– И вот опять намеки на твое якобы скорбное будущее! О чем ты говоришь?

– Я расскажу, – она резко притихла, метнув оценивающий взгляд в спины парней, – Но не сегодня. Не будем портить день.

– Нас обсуждаете?

Макс и Дерек уже покупали глинтвейн в одной из лавок. Продавец подозрительно смотрел на них, но молча протянул напитки. Выручка рождественских рынков в Мэр оставалась невысокой, и алкоголь продавали даже подросткам от пятнадцати-шестнадцати лет, махнув рукой на никогда не появлявшийся контроль госорганов. Что до руководства школы, то все привыкли к регулярно выпивающим школьникам и не считали нужным обременять себя “опекой” накануне Рождества.

Макс возник у девушек за спиной, обнял за плечи и повел к присыпанному снегом высокому столику:

– Поругаете нас позже, когда соберетесь на свой девичник в школе. Сегодня у нас перемирие.

Арианна и Ли рассмеялись.

Световой день быстро заканчивался, и чем ниже садилось солнце, тем активнее наводняли рынок местные жители и ученики интерната. Приехала даже Марта Грант, смотрительница женского общежития. Здороваясь с ней, Арианна старалась не шататься и выглядеть трезвой и устойчивой – их четверка пропускала уже по шестой кружке глинтвейна, а Макс загадочно поглядывал в сторону реки.

– У него там клад зарыт, пиратский трофей”, – гоготала Ли Арианне под ухо, – Сама помогала прятать! Еще немного, и будем извлекать.

Парни накупили сосисок и марципана, которые все жадно уплетали. Их столик был самым оживленным на площади – к Максу и Дереку то и дело подходили ученики из параллельных классов, парни из боксерского клуба, а затем и одноклассники.

– Теперь Джессика точно все узнает, – Ли довольно жевала сосиску.

Целый день она открыто обнималась и целовалась с Максом, и некоторые общие знакомые удивленно косились в их сторону. Арианна вновь присела Ли на ухо.

– Ты снова нарвешься на скандал! Горящий окурок тебе не поможет, – она понадеялась, что ее шепот не прозвучал как крик в шуме рынка.

– Я этого жду, – Ли придвинулась ближе, обхватила Арианну пальцами за плечо в попытке удержать равновесие, – Что Джессика сделает мне? Устроит драку?

– Уверена.

– Очень страшно, – она сделала большой глоток глинтвейна.

Арианна раздраженно выдохнула:

– Зачем тебе конфликт? Нам всем вместе надо пережить выпускные экзамены.

– Переживете. Все переживете, кроме меня, – Ли с грохотом поставила кружку на стол.

– То есть?

– Потом расскажу.

К тому моменту алкоголь прилично ударил Арианне в голову и заглушил всякую осторожность и нерешительность. Она резко развернула Ли к себе, схватив за куртку:

– Мы поговорим сейчас!

– Эй, полегче, – Ли стряхнула ее руки, – Я сказала, потом.

– Хватит твоих "потом"!

– Девушки, что вы так спорите? – Макс подошел сзади и обнял обеих за плечи, поцеловав Ли в щеку, – Вы такие красотки, вам не идут напряженные лица. Дерек, чего стоишь! Девушку нужно развеселить.

Дерек потянул Арианну к себе. Та рассеянно прижалась к парню, пытаясь анализировать собственные действия сквозь пьяный туман в голове.

Раньше слова Ли о “неопределенном будущем” совсем ее не трогали – Арианна считала, что новенькая просто набивает себе цену и создает ореол загадочности. Однако, спустя три месяца в интернате, она продолжает напускать туман и бросать фразы в духе “Переживете все, кроме меня”! А вдруг это то, что тревожит саму Ли?..

Девушка нахмурилась, уткнувшись в рукав куртки Дерека.

Может, Ли чем-то больна? Но красивая и дерзкая бунтарка не выглядела пациентом на последних годах жизни! Может, она просто много выпила и несет чушь?

От мыслей, наслаивавшихся друг на друга как нескончаемый пирог, разболелась голова, и Арианна помассировала виски пальцами. Слишком много вокруг личных тайн. Ей вдруг жутко захотелось распутать этот комок историй как можно скорей, получить ответы на все вопросы – как от Ли, так и Дерека! И как она продержалась без ответов о прошлом Дерека целый месяц? Девушка поборола желание тотчас увести парня с рынка.

Это все глинтвейн – нагоняет ей ненужной спешки и драматизированных эмоций.

Раздумья вдруг прервал пронзительный крик, слышимый даже сквозь гул рынка:

– Макс, какого черта?!

– Догулялся, – Дерек крепче прижал к себе Арианну.

Оба наблюдали, как к столику подошла Джессика. Толпа на площади активно расступалась в разные стороны, пропуская ее, словно морские волны Моисея. Макс стоял прямо, но его бьющие по деревянной поверхности пальцы выдавали напряжение момента. Ли наигранно-скучающе подперла щеку ладонью и подмигнула Арианне.

Джессика остановилась в шаге от них. Ученики позади замерли, с интересом наблюдая за разгорающейся сценой, а вот Арианну кольнула жалость. Глаза “королевы школы” блестели больше положенного, едва сдерживая слезы. Она старалась выглядеть спокойной и беспристрастной, но выходило фальшиво.

Макс негромко произнес:

– Давай поговорим в другом месте.

Джессика прикрыла глаза. Ее кулаки были сжаты. Срывающимся голосом она произнесла:

– Какая же ты сволочь.

– Джесс…

– Что – Джесс?! Ты сказал, что едешь домой на все праздники, а вместо этого я встречаю тебя здесь в обнимку с этой шлюхой!

– Ты тоже сказала, что уедешь домой.

– Все было спланировано, да? – Джессика больше не сдерживала слез, они хлынули по щекам вперемешку с тушью, – Зачем, Макс? Зачем такие старания? Наслаждайтесь обществом, вы друг друга стоите. Молодец, – эта фраза предназначалась уже Ли, – Отличная репутация!

– Это ты мне говоришь про репутацию? – Ли ухмыльнулась, – Твоя любовная биография разнообразнее моей.

– Я никогда не лезла к чужим парням, чтобы самоутвердиться. В жизни не поверю, что ты без памяти влюблена в Макса.

– И что заставляет тебя думать, что я самоутверждаюсь?

Ли, словно белая рысь, прокралась между Дереком и Арианной и бесстрашно встала напротив Джессики. У той продолжали идти слезы, но голос прозвучал твердо и с вызовом:

– Твоя медицинская карта.

Арианна затаила дыхание, понимая, что слышит информацию, не предназначенную для чужих ушей. Ли покачнулась на месте, как от удара, а выражение лица моментально поменялось. Место насмешке и сарказму уступил шок и страх.

В наэлектризованном воздухе голос Макса был подобен грому:

– О чем вообще идет речь?!

Ли и Джессика не потрудились ответить, и даже головы не повернули в его сторону. Джессика вздохнула и внезапно улыбнулась, скрестив руки:

– И это останавливает меня от того, чтобы вырвать тебе волосы здесь и сейчас. С тебя уже нечего взять.А потому развлекайся, пока в состоянии.

Эффектно развернувшись, девушка пошла прочь, расталкивая онемевших от интереса учеников.

Ли прищурилась ей вслед:

– Зато я еще могу отучить тебя лазить по чужим документам!

В несколько прыжков она догнала Джессику и повалила на землю.

Словно по телевизору, Арианна наблюдала, как обе девушки катаются по снегу, отчаянно крича и ругаясь. Макс и Дерек бросились их разнимать. Присутствие последнего лишь усугубило ситуацию, напомнив Джессике не только о физической боли, но и оскорбленном достоинстве и разбитом сердце. С удвоенной силой она ударила Ли по щеке, расцарапав ее длинными ногтями.

В этот момент Дерек схватил Джессику, крепко держа руки за спиной:

– Джесс, успокойся! Макс, держи ее!

На скованную в руках Дерека Джессику тут же набросилась Ли с неестественно каменным лицом. Она напоминала робота, которому дали задание крушить все и вся, не испытывая при этом ни малейших эмоций. Ее пушистые розовые пампушки давно слетели с ушей, а волосы взъерошено торчали по сторонам, перемешанные со снегом.

Макс схватил Ли поперек груди, оттаскивая от Джессики с Дереком. Та с ожесточением извивалась. На ее белоснежную куртку капала ярко-красная кровь из поцарапанной щеки.

– Макс, пусти меня! Пусти меня! – она с силой пнула его несколько раз по коленям.

Парень застонал, болезненно согнувшись. Похоже, были задеты не только колени. Ли вырвалась и бросилась к Дереку, который мигом закрыл Джессику спиной.

Началась совсем абсурдная сцена: Дерек кружился с Джессикой в обнимку, принимая предназначавшиеся ей удары на себя. Ли была неугомонна.

– Какого черта, Дерек, мы без тебя разберемся. Где ты нашла мою карту? – она рванула на себя руку парня, закрывающую девушку, – Где?!

– Ли, прекрати!

Арианна возникла между Дереком и Ли как раз перед очередным градом ударов. Тяжело дыша, она предостерегающе вытянула перед собой руки:

– Хватит!

На мгновение Ли остановилась, тяжело дыша, и приказным жестом махнула в сторону:

– Отойди.

Ноги Арианны почти выполнили ее команду, но затуманенный глинтвейном разум вдруг запротестовал. Девушка осталась на месте.

– Хватит, говорю тебе! Вы и так наворотили проблем этой дракой.

– Арианна, уйди, еще раз говорю.

– Ты попадаешь по Дереку!

– Так забери его и дай мне самой разобраться с этой коровой!

От отчаяния Арианна запустила пальцы в волосы и оглядела толпу – добровольцев помочь ей не наблюдалось. На рынке тусовались в основном младшеклассники, все кто постарше давно замерзли и ушли греться в кафе, а то и вовсе вернулись в школу. Оставались продавцы рождественских лавок, но те огромными глазами смотрели на дерущихся школьниц и, похоже, пришли к одинаковому решению – пусть девчонки как-нибудь сами разберуться из-за парня!

Арианна же не знала, как заставить Ли остановиться, та была абсолютно неконтролируемой. Еще не хватало, чтобы кто-нибудь вызвал полицию – тогда их точно закроют в обезьяннике на всю ночь! .

– Готова просидеть остаток дней в психушке?

Закрытая мощной спиной Дерека Джессика, похоже, почувствовала относительную безопасность, а заодно прочитала мысли Арианны. Вытянув голову в сторону, точно жираф, она краем рта прошипела, – Тебе недостаточно попасть в интернат Майера, хочешь скатиться еще ниже?

– Джессика, заткнись! – Арианна прижалась спиной к Дереку в качестве щита и попыталась закрыть выглядывающую оттуда девицу, – Ли, она же тебя провоцирует!

– О, я знаю, – Ли сделала шаг вперед, подойдя вплотную к Арианне, – Она не первая. Но лучше я окажусь в психушке, чем позволю этим курицам указывать мне, как жить.

– Это ты ведешь себя, как озлобленная курица! Не я виновата в твоей проблеме, – собрав силы, Джессика сделала слабую попытку вырваться из рук Дерека, – Ты просто жалкая!

– А ты просто обязана заткнуться.

– Нет, Ли, стой!

Ли снова ринулась в атаку. Арианна метнулась ей наперехват, но не удержала равновесия на скользком снегу, и обе повалились на землю. Недавняя картина повторилась, но теперь одна девушка старалась вскочить на ноги, а другая схватила ее изо всех сил и не давала вырваться из рук.

Толпа на площади загудела и наконец-то приступила к действию, осознав, что переговоры закончились. Несколько парней-малолеток схватили Ли и начали оттаскивать от Арианны, а совсем рядом вдруг прогремел знакомый голос:

– Что тут происходит?!

Адриан Ларрета вышел на середину побоища, как гладиатор на арену. Он посмотрел на лежащую на земле Арианну и замеревшую в руках парней Ли. Его глаза сощурились.

– Что тут происходит?

Громко дыша, Ли отвела взгляд. Учитель подошел к Арианне и протянул руку, помогая встать.

– Арианна, ты в порядке? Она тебе что-то сделала? – он кивком указал на Ли.

Девушка активно замотала головой.

– Нет, мы просто поскользнулись и упали. Произошла небольшая ссора…

– Она кое-что сделала мне. Отпусти меня!

Дерек разжал объятия, выпуская на волю взъерошенную Джессику. Та обвиняюще ткнула в Ли пальцем:

– Она напала на меня и начала бить!

– Вот как, – мужчина холодно посмотрел

Ли грубо дернулась, освобождаясь. Младшеклассники опасливо отпустили ее, и она подошла к Адриану, стряхивая таявший снег с перепачканной куртки и косо поглядывая в сторону Джессики:

– Кто-то лазил по моим документам и медицинским книжкам, а потом кричал об этом на всю площадь. Профессор Ларрета, вам бы тоже такое не понравилось.

Мужчина х

– Это не повод затевать драку. Вы не слишком хорошо воспитаны, но даже от вас я не ожидал подобного. Почему Арианна лежала на земле? Ее вы тоже заподозрили в хищении ваших бумаг?

– Чего? – Ли подняла брови.

Арианна тут же вступила в разговор.

– Нет, мы просто столкнулись и упали.

– Она защищала меня от этой ненормальной, и та повалила ее на землю. Но, конечно, Арианна не сдаст подружку. Они так весело пили глинтвейн весь день одной компанией!

– Профессор, Каролина перепугалась и несет что-то несуразное. Мы пили простой час со специями.

Это уже сказал Дерек. Разговор охватил новую, суляющую иные проблемы область – распитие спиртного. И хотя все знали, что глинтвейн продавался в Мэре свободно, чем пользовались школьники Интерната, директором это не поощрялось. Он немедленно сообщал об этом родителям, а сам запрягал нерадивого ученика какой-нибудь хозяйственной работой.

Однажды Макс попался ему под градусом и целую неделю мыл полы в кабинете Майера. Арианна не горела желанием быть запряженной работой перед самым праздником и Дерек, по-видимому, тоже. Он предостерегающе посмотрел на Каролину, призывая молчать. Она накинулась на него:

– Хочешь сказать, это неправда? Ты и Арианна не защищали меня от нее?

– Правда, но не в таком изложении.

– Так, хватит.

Адриан ткнул пальцем в Каролину и Ли:

– Вы двое, поехали со мной. Нам нужно основательно пообщаться. Директор еще в школе.

– Профессор Ларрета, я поеду с вами. Я расскажу свою версию о.. , – Арианна подошла к Адриану. Тот резко перебил ее.

– Твою версию представит сама Алисса. Оставайся на рынке.

– Но Каролина представит все в самом плохом свете! Вы не можете полагаться только на ее слова.

– Миллер, – Адриан хищно повернулся ко все еще согнутому парню, – Предполагаю, вы не могли не участвовать в этой сцене. Что с вами?

– Все нормально, – скрепя зубами, Макс выпрямился.

– Ему она тоже врезала!

Каролина поджала губы, встретившись с Максом взглядом. Мужчина покачал головой.

– Лаперлеф, вы крайне опасная. Миллер, ты едешь с нами. Все за мной, быстро.

Три белые головы устремились за ним, словно овечки за пастырем в черных одеждах. Арианна хмуро смотрела в спину Ларрета. Он ей мстит. Непонятно, какую версию выдаст Макс – поддержит прошлую подругу или новоиспеченную, а вот с ней все ясно. Он видел их вместе, играющих в бильярд, а Каролина раскрыла все карты об их совместном времяпровождении. Адриан хотел наказать Ли, и в этом вопросе Арианна ему мешала.

Охваченная волной гнева, она сделала два резких шага за ними, как ее крепко взял за руку Дерек.

– Они сами разберутся. Пойдем отсюда.

Его хватка была слишком крепкой для сопротивления, и Арианна позволила себя увести, продолжая сверлить взглядом спину учителя.

***

Дерек увел Арианну с рыночной площади и повел в кафе, спрятанное в тесных улицах старого города. Обволакивающее тепло и запах яблочного штруделя окутали Арианну уже на входе. Из подвешенных колонок приглушенно гудела песня Синатра "Let it snow", люди разговаривали на пониженных тонах, не желая впускать внешний шум в это спокойное место.

Арианна напряженно смотрела на свои руки в темном окне, прикрытые ладонями Дерека. Он сжал их крепче.

– Не переживай, Ли выкрутится. Судя по рассказам Макса, ее мать здорово влияет на директора и хочет, чтобы дочь училась именно здесь.

Девушка вздохнула. О Ли она не беспокоилась, ее грызла обида на Адриана. Но она решила развить версию Дерека, чтобы отвлечься и не сболтнуть лишнего:

– Она что-то скрывает, и это связано с ее здоровьем, – Арианна медленно проговаривала слова, долго метавшиеся в ее мыслях.

– Это неудивительно. У многих в школе проблемы со здоровьем.

– Дерек, – Арианна сглотнула. Слова Адриана, произнесенные на "дополнительном занятии", загудели в ее голове, а остатки глинтвейна в крови придали смелости, – Я хотела с тобой поговорить. Я услышала случайно, проходила рядом с учительской. Они говорили.. что у тебя были попытки самоубийства.

– Так-так, – Дерек откинулся назад, выпустив ее руки, – Не только Каролина читает чужие медицинские карты.

– Дерек, я не шарилась в твоих документах! Я услышала случайно.

– Тебе рассказали?

– Нет, я это услы..

– Ари, кто тебе рассказал? Учителя не могли болтать об этом в обеденный перерыв за чашкой чая. Только директор в курсе.

Арианна вздохнула.

– Адриан Ларрета мне рассказал.

Дерек поднял брови:

– Серьезно?

– Он сказал, что хотел предупредить меня, раз мы встречаемся.

– Ларрета что-то имеет против меня. Я понял это еще на вечере Хэллоуина.

Арианна пожала плечами. Она не расскажет ему о натянутых отношениях с учителем в последнее время, и тем более о разговоре в кабинете. Их тесное общение с Адрианом было давно позади, но Арианна продолжала тщательно скрывать свои неясные чувства, чтобы Дерек ничего не заподозрил. Она ждала, что когда-нибудь они просто исчезнут сами собой.

– Что ты хотела узнать об этом?

– Что? – она заморгала, возвращаясь к реальности.

– Что ты хочешь узнать о моих попытках самоубийства?

Они молча смотрели друг на друга, разделенные столом и романтической свечкой с оленями.

– Все.

– "Все"– это слишком много.

– Ты не доверяешь мне?

– Это не вопрос доверия. Просто есть вещи, за которые тебе неудобно. Ты даже не можешь рассказать о них, как об ошибках молодости. Они слишком поганы.

– Я понимаю, Дерек.

– Уверен, у Ли имеются похожие причины.

– Возможно. Но если Ли больше не вернется в школу – я это переживу. А ты..

Она осеклась. Дерек снова взял ее за руки:

– Это в прошлом. Последний раз я пошел на это в двенадцать лет. Я наглотался каких-то таблеток, думал, что это снотворное, и я просто усну. Но все пошло не так радужно. Меня рвало и колотило так, что я схватил отцовскую тату-машину и вырезал вот это, – он открыл Арианне левую ладонь, – Как напоминание о последствиях моей попытки уйти из жизни.

Его татуировка.

Арианна всмотрелась в толстые черные линии, которые мешалась с линиями кожи и мозолями от боксерских перчаток. Они хаотично расходились в разные стороны, извивались и переплетались, но все без исключения соединялись в одной широкой полоске, образуя неровное дерево.

– «Дерево жизни», – Дерек закрыл татуировку, сжав пальцы в кулак, – Я выдавливал его изо всех сил. Было очень много крови. Боль заглушила даже жжение в груди от таблеток. Я поклялся тогда, что если переживу весь этот кошмар, то больше никогда в жизни не причиню себе вред. И это тату, въевшаяся в кожу почти до кости всегда будет напоминать мне об этом решении.

Арианну передернуло при мысли, как Дерек создавал эту ужасную татуировку. А она-то подумала, что ее сотворил пьяный мастер!

– Тебя ведь это беспокоило? Не пойду ли я на это снова?

– Да.

– Ни одна душевная боль в мире не сравнится с тем адом, что я пережил тогда. Я был слабым и безвольным, но это прошло. Тот случай сделал меня сильнее. Спорт сделал меня сильнее. Ты делаешь меня сильнее, – он потянулся к Арианне и погладил ее лицо, – В прошлом я бы резал себе вены, когда наше первое свидание провалилось, но этого не произошло. С тобой я понял, что давно стал другим.

– Дерек..

Она почувствовала жжение в глазах и комок в горле. Ей хотелось многое сказать – о своей прошлой слабости и боязни продолжать с ним отношения, о сожалении, о восхищении им. Но Арианна просто произнесла, погладив его руку:

– Я тебя люблю.

Они поцеловались, не обращая внимания на смущенные взгляды посетителей, которые тут же заговорили громче и быстрее обычного.

Они вернулись в школу на последнем школьном автобусе. Интимная обстановка из кафе была нарушена битком набитым транспортом. Арианна сидела, намертво зажатая между Дереком и каким-то нетрезвым парнем, который пытался неуклюже флиртовать. Вытащив девушку за руку из микроавтобуса, Дерек отвесил ему звонкую оплеуху. Парень был так пьян, что ничего не понял.

Арианна обняла Дерека за пояс:

– Он это заслужил.

– Я тоже так думаю.

Они стояли, прижавшись друг к другу, пока редкие ученики не разбрелись по корпусам. Арианна посмотрела в темное окно своей комнаты и медленно произнесла:

– Останься со мной сегодня.

Дерек повернул ее к себе, словно ищя дополнительное подтверждение в ее лице. Арианна завороженно разглядывала его. Она вспомнила, как при первой встрече не могла оторвать взгляд от его светлых зеленых глаз, слегка прищуренных, как у хищника. Но хищником Дерек не был.

Они молча зашли в здание. В темных коридорах было очень тихо – мало кто из учениц остался в школе на Рождество. Арианна вела Дерека за руку, которую тот крепко сжимал в ответ. Оба понимали, что готовит им сегодняшняя ночь. Втайне Арианна надеялась, что она у него не первая. В теории все было понятно, но на практике ей не хотелось все испортить.

Девушка включила свет на столике у кровати. За окном шел снег. Дерек вежливо разулся, помог снять куртку Арианне. Она развела руками в стороны:

– Вот здесь я живу, – о черт, это напряжение в голосе слышит не только она?!

Дерек улыбнулся:

– Рад видеть твои королевские покои.

– У нас самый лучший вид во двор, – Арианна увидела себя в окне, с глупой улыбкой на лице, открывающую кружевные занавески, – Вот только сейчас темно.

Парень потянул ее за руку, посадил ее на кровать и погладил по волосам:

– Я непременно увижу его утром.

Больше они не разговаривали. Некоторые моменты в жизни могут испортить не действия, а лишние слова. Тусклый свет лампы освещал блики снежинок в окне, а тишину прерывал вой ветра и прерывистое дыхание влюбленных.

Шаткая односпальная кровать с простынями в цветочек теперь казалась самым теплым и уютным местом на этом холодном краю света.

Глава 29

Арианна заснула под утро, когда сердце перестало колотиться, а к остывшей спине прижался спящий Дерек. Его сильные руки так крепко обхватывали ее во сне, что девушка с трудом дышала, но даже не подумала их сбросить. Она и представить себе не могла, что на свете существует такое безопасное место, как объятия любящего человека.

Последнее, что Арианна запомнила, были лучи зимнего солнца в окне, и мысль, что неплохо было бы задернуть шторы. И девушка провалилась в крепкий сон.

Ей снился Дерек. События прошлых месяцев – их знакомство, первый поцелуй, совместные выходные переплетались с тем, что произошло сегодня ночью. И в момент, когда все случилось в первый раз, как из радиорубки на школьном дворе прогремел голос:

– Венес, что это такое?!

– Как что.., – Арианна произнесла это, еще плавая в тающем сне, как снег под весенним солнцем.

Голос прозвучал вновь:

– Как вам не стыдно! Вам всего семнадцать!

Нет, этот голос не был сном. Это была реальная Марта Грант из плоти и крови, в чем Арианна на секунду усомнилась – уж слишком зловеще она выглядела на пороги комнаты, скрестив руки на груди.

Арианна ошеломленно села на кровати, забыв, что совершенно голая. Женщина вытаращила глаза:

– Как вы себя ведете?!

– Арианна?

Дерек выбрался из-под одеяла. Его рука все еще лежала поперек Арианны. Не заметив миссис Грант, он погладил ее по груди.

– Дерек.., – Арианна покраснела.

Миссис Грант аж перекосило от возмущения. Она предупреждающе закашляла.

– О, черт, – Дерек заметил гостью и быстро проверил глазами, закрыт ли он до пояса, – Что вы здесь делаете?

– Что я здесь делаю? Что ВЫ здесь делаете! Реверс, от вас я подобного не ожидала.

Миссис Грант сделала твердый шаг вперед.

– Одевайтесь, мы идем к директору.

– Зачем? – Дерек нахмурился.

– Вы считаете, это допустимое поведение в вашем возрасте?!

– Это логичное поведение в нашей ситуации.

– Реверс! – Миссис Грант затряслась от гнева, – Надевайте штаны и быстро за мной. И вы тоже, девушка! – быстрый взгляд на Арианну, которая все еще сидела с открытой грудью, слишком шокированная происходящим.

– Послушайте, хватит. Это наше дело и наша ответственность. Я не хочу это обсуждать ни с вами, ни с директором.

– Если вы сами не пойдете к директору, то я приведу его сюда!

Женщина раскраснелась и тяжело дышала. Арианна вконец очнулась от первоначального шока и быстро натянула одеяло. Дерек уже сидел на кровати, хищно и настойчиво смотря на завхоза. Через пол минуты тишины он прервал-таки эту немую баталию:

– Я сам схожу к директору.

Язвительный и высокий голос надсмотрщицы был подобен пробирающему скрежету пенопласта:

– Вы оба пойдете к директору! Не нужно выгораживать Венес.

– Дерек, все хорошо. Я тоже с ним поговорю, – Арианна опередила Дерека, уже открывшего рот для ответа.

Они посмотрели друг на друга.

– Даю вам две минуты!

Миссис Грант громко захлопнула входную дверь. С раздраженным вздохом Дерек откинулся на подушку.

– Вот старая стерва.

Арианна выбралась из-под одеяла и начала натягивать вчерашние вещи, хаотично разбросанные по полу.

– Я не ожидала, что она зайдет. Вообще-то, я совсем забыла о ее существовании вчера вечером. Дерек, извини.

– Ты серьезно? Ты просишь прощения?

– Уверена, тебе больше достанется от Майера.

– Да плевать я хотел, что он скажет.

Он тоже встал с кровати, и Арианна отвела глаза в сторону. Ей было неудобно смотреть на голого Дерека при свете дня. Все произошло спонтанно, и ей нужно привыкнуть к мысли, что их отношения перешли на новый уровень.

– Нам не по четырнадцать лет, мы уже взрослые люди. Мне уже восемнадцать, а тебе осталось меньше года. Директору прекрасно известно, что старшеклассники в школе не ограничиваются поцелуями и гуляниями под луной.

– Нам не по четырнадцать лет, мы уже взрослые люди.

– Это тебе 18, а мне будет будет только через полгода.

– Ой, да ладно. Директору прекрасно известно, что старшеклассники в школе не ограничиваются поцелуями и гуляниями под луной.

– Тогда он нас поймет.

– Макса не раз ловили с поличным. Не так открыто, как нас, – Дерек улыбнулся Арианне через плечо, – Но смысл все поняли. Не волнуйся, ничего страшного нам не скажут.

Они оделись. Арианна взяла Дерека за руку, когда тот направился к двери.

– Я не боюсь. Ты никуда не денешься из этой школы, чтобы ни случилось. Это – главное.

Дерек молча поцеловал ее в ответ.

* * *

Будь воля миссис Грант, она бы протащила Арианну за волосы по всем коридорам школы, крича о ее «нечистоплотности и разврате», после чего победоносно швырнула бы в ноги директора для исповеди.

Разумеется, Арианна не собиралась исповедоваться, а миссис Грант оставалось озвучивать свои желания себе под нос, лишь бы Дерек не услышал. Он уже итак грубо высказал ей за внезапный приход в комнату и громкие вопли. Парень твердо шел рядом, держа Арианну за руку и периодически улыбался ей кончиками губ. Перед кабинетом Майера он развернул ее к себе, положив руки на плечи:

– Говорить буду я, ты просто стой и не слушай. Думай о чем-нибудь хорошем.

«О следующем разе»

Арианна кивнула. Миссис Грант бесцеремонно открыла дверь, активно махая ученикам ладонью:

– Давайте-давайте, внутрь.

– Не нервничайте, миссис Грант, – Дерек хмуро прошел мимо, ведя за собой Арианну.

– Не нервничайте? Поговорите сейчас перед директором!

Одо Майер был в кабинете в таком виде, словно не покидал его несколько дней. Помятый костюм, красноватое лицо и синие круги под глазами, которые уныло бегали по бумагам. Те были везде – хаотично разбросанные по столу, они прикрывали три пустые чашки и четвертую с недопитым кофе. На краю стоял открытый флакон с таблетками.

Арианна подумала, что такую картину она видит каждый семестр в лице Камилы, которая до последнего не готовится к экзаменам. Интересно, в праздники директор тоже наверстывает работу, от которой отлынивал предыдущие полгода?

Когда их маленькая делегация вошла в кабинет, его лицо изобразило смесь самых разнообразных чувств, от гнева за внезапное вторжение до удивления и любопытства. Он резко поинтересовался – по-видимому, решил совместить гнев и любопытство:

– Что все это значит? Почему вы так врываетесь? Миссис Грант!

– Мистер Майер! – миссис Грант покрылась красными пятнами и тяжело задышала, словно после активной пробежки. Ее тонкие пальцы тряслись, активно жестикулируя, – Я застала эту парочку за очень непристойным делом. В-первых, Дерек Реверс был в женском корпусе в комнате мисс Венес. Во-вторых, я застала их вдвоем.. в постели. И далеко не неподвижных!

Арианну настолько позабавило описание событий, что она едва сдержала улыбку. Дерек возмущенно воскликнул:

– Мы встречаемся несколько месяцев, и Арианна практически совершеннолетняя. Вы в такой панике, словно обнаружили десятилетних детей за убийством!

– Что вы несете, Реверс?!

– Хватит.

Майер устало стукнул кулаком по столу, поднимаясь с кресла. Он упер руки в бока и выжидательно уставился на Арианну:

– Это правда, что говорит миссис Грант, мисс Венес? Вы… спали вместе, я правильно понял?

– Мистер..

– Дерек, я не вас спрашиваю! Я хочу услышать это от Арианны.

– Вообще-то, я тоже там был!

– Дерек!

Директору было неудобно. Он покраснел, но продолжал играть в грозный вид, не мигая и не двигаясь в ожидании ответа. Арианна последовала его примеру, твердо ответив с пылающими щеками:

– Вы все правильно поняли. Мы ничего и не собирались скрывать.

Майер плотно сжал губы и сел обратно в кресло. Он явно хотел высказать свое мнение и оставить за собой последнее слово. Вот только не мог его придумать. Слишком деликатную тему они сейчас затронули.

Арианна быстро переглянулась с Дереком. Чем для них может закончиться вся эта ситуация? Скорее всего, ничем серьезным, поругают и только. Не из-за возмущения, а от растерянности. До них еще никто не попадался, хотя Арианна была уверена, что остальные ученики занимались тем же самым. Просто никого не ловили так открыто.

А тишина в кабинете затягивалась. Майер отвернулся и смотрел в окно, Арианна с Дереком стояли перед директорским столом, держась за руки. Дерек со вздохом произнес:

– Мистер Майер, мы можем идти?

Директор повернулся, и в этот момент в дверь постучали. Он бесцветно произнес:

– Войдите.

Адриан Ларрета вошел в кабинет. Арианна даже покачнулась от резко забившегося сердца и почувствовала, как Дерек сильнее сжал ее руку. Она посмотрела на Майера, изобразив на лице как можно больше раскаяния и смирения, даже нотку стыда и страха. Все что угодно, только бы он не озвучил, почему она с Дереком стоит в его кабинете.

– Я не помешал? – голос Ларрета слишком громко прозвучал после затянувшейся тишины.

Директор махнул рукой:

– Нет-нет, Адриан, мы закончили.

– Мистер Майер, вы не примете в этом отношении никаких мер?! – Миссис Грант обвиняюще уставилась сначала на пару, потом на директора – Это может плохо для них закончиться!

– А что я могу сделать? Остается надеяться на их благоразумие.

– Мистер Майер, мы не глупые и все понимаем! Мы.. примем все меры.

Арианна говорила быстро и сбивчиво. Она начала пятиться к двери, тяня за собой Дерека. Миссис Грант обвиняюще ткнула в нее палец.

– В семнадцать-то лет! Вы все думаете, что всё знаете.

– Что происходит? – Ларрета сложил руки за спиной, словно следователь, подошедший на место преступления.

– Да ничего, Адриан. Вы идите, потом поговорим.

Майер быстро махнул рукой Арианне и Дереку, и девушка поспешно развернулась к двери, с твердым намерением удрать как можно быстрее.

– Мистер Майер! Несовершеннолетние занимаются слишком взрослыми вещами, мы не можем это так просто оставить. Она же может обзавестись ребенком в такие годы!

– Еще всей школе об этом расскажите, – Дерек отпустил руку Арианны и гневно шагнул навстречу миссис Грант. От неожиданности та отпрянула, – Незачем кричать об этом на весь кабинет! Вы оскорбляете мою девушку и меня ставите в тупое положение. У нас нет проблем с предохранением, если вас тема детей так интересует. И хватит об этом. Пойдем, Ари.

Ей было по-настоящему плохо. В уши словно воды налили, а струйки холодного пота неприятно струились по голому телу под кофтой. Арианна была счастлива, что Дерек закрыл-таки этот разговор, ставший катастрофически неудобным при Адриане.

Девушка украдкой посмотрела на него с болезненным любопытством. Он стоял, побледневший, со сжатыми губами и кулаками, и смотрел на Дерека широко раскрытыми глазами, как на какого-то монстра. А потом на нее, почти расстроенно. Так смотрит учитель на своего ученика, который завалил важную Олимпиаду, к которой его готовили целый год.

Арианна отвернулась, едва не заплакав от напряжения. Взяв себя в руки, она толкнула дверь кабинета и слишком быстро вышла в коридор. За ней тут же рванул Дерек.

Проходя мимо учителя, она уловила запах знакомых духов. Сочный апельсин с пряностями. Возможно, Адриан и переживает о «проваленной Олимпиаде Арианны», но «приватные уроки» с Амалией он тоже не забрасывает.

Стук в дверь показался взрывом бомбы. Арианна все еще не могла оправиться от утреннего вторжения миссис Грант. Едва она открыла рот произнести нерешительное "Входите", как дверь распахнулась.

Ли быстро зашла внутрь, во все глаза глядя на Арианну.

– Серьезно? Вас застукали прямо "в процессе"?

Она была во вчерашней одежде и выглядела слегка "помято". Красивый макияж размазался, волосы напоминали ошалелый начес 90-х годов. Комнату наводнил слабый запах сигарет.

Арианна уставилась на нее в ответ:

– Откуда ты знаешь?

– От миссис Грант! Мы столкнулись с ней в коридоре. Она начала отчитывать меня и закончила тобой.

Девушка прикрыла глаза:

– Эта ведьма всей школе расскажет. Хорошо еще, что сейчас каникулы, и все разъехались.

– Не слишком на это надейся. Она в таком культурном шоке, что еще передаст эту историю своим правнукам, если доживет до них.

– Это было отвратительно, – Арианна села на кровать, погрузив пальцы в волосы, – Я не ожидала, что она так ворвется. И тем более, что потащит нас к директору.

Ли присвистнула и села рядом:

– У Майера выдались не лучшие вечер и утро.

Арианна вскинула голову, повернувшись к ней.

– Что он тебе сказал? О вчерашнем.

– Мы долго разговаривали и разошлись за полночь. Мне плохо спалось, – она потерла глаза и еще сильнее растерла остатки теней по лицу.

– Я вижу. Ты.. он тебя исключил?

– Нет, конечно нет.

С пол минуты между ними висела пауза. Арианна копалась в собственных воспоминаниях, а все ли было так серьезно вчерашним вечером? Может, это действительно смотрелось как пьяная потасовка старшеклассников, а не кровавая бойня. Тем более, она действительно была пьяна.

– Я рада. Я была уверена, что за такую драку тебя исключат.

Ли откинулась назад, оперевшись плечами о стену. Передние пряди волос упали ей на лицо, почти скрыв глаза и губы. Она словно спряталась за них.

– Макс выгородил меня. Он не подтвердил, что я начала драку и сказал, что Каролина ревнует его ко мне, поэтому мы и поругались. Майер не стал копаться дальше.

Арианна предпочла не комментировать эту новость, но Ли хмуро перевела на нее глаза из-под волос и скомандовала:

– Ну, давай, скажи это.

– Ты сама все прекрасно видишь. Сегодня у меня нет боевого настроя объяснять, что хорошо, а что плохо.

– Мне было стыдно. Серьезно. После разговора с директором Макс ушел, не сказав мне ни слова и выглядел очень злым.

– Тебе стоит поговорить с ним.

– Ари, забудь. У нас бы все равно ничего не вышло.

Арианна не хотела вмешиваться в любовные баталии этого треугольника, но чем больше она об этом думала, тем грустнее ей становилось. Она посмотрела в окно – на окнах образовались снежные узоры. Они подсвечивались сиянием елки на площади, украшенной гирляндами и присыпанной снегом с прошедшей ночи.

Скоро Рождество. Ей было жаль Макса, которого обманули перед самым праздником. И даже Каролину. Макс и раньше заступался за своих приятелей, когда их ловили на какой-нибудь проделке, но здесь он открыто выгородил одну подругу перед другой, поставив последнюю в глупое положение. И все из-за Ли. Что вчера сказала Каролина?

"Ты ведешь себя, как озлобленная курица! Не я виновата в твоей проблеме".

– Ли, о чем говорила Каролина? Что такого она нашла в твоей медицинской карте?

Ли свесила ноги и легла на спину, запрокинув голову назад. Вообще-то, Арианна не надеялась на вразумительный ответ. Скорее всего, Ли снова выдаст нечто завуалированное, а то и полную бессмыслицу. Но она вдруг ровно и без колебаний ответила:

– Я болею. Хроническая болезнь с самого детства. Каролина посчитала, что я из-за этого страдаю.

– Что за болезнь?

– Патология легких.. Я наблюдаюсь.

– Это опасно?

– Не настолько, чтобы запереть меня в больнице, – она встала с кровати и потянулась, – Эта болезнь довольно противная, но я справляюсь.

Арианна не могла избавиться от липкого ощущения, что Ли опять говорит не всю правду. Но сейчас ее слишком истощили переживания последнего дня для выяснения подробностей, и она устало кивнула:

– Я поняла. Надеюсь, ты вылечишься.

Ли вдруг грустно улыбнулась:

– А что с Дереком? Вы поговорили? Ну, о его проблеме.

– Да, он все рассказал. Адриан.. сильно запугал меня тогда, – она неловко улыбнулась Ли в ответ, – Спасибо, что сказала мне это в тот вечер. Я была так растеряна. Я бы не решилась. Мне всегда было проще уйти от проблемы.

– Тогда держись подальше от Ларрета, насколько это возможно. Он – твоя главная проблема.

– Не думаю. Мы больше не общаемся так близко. А сегодня.. представляешь, он был в учительской, когда миссис Грант начала предрекать мне незапланированную беременность. Теперь он знает, насколько мы близки с Дереком, он пытался..

– Осторожней, Арианна, – Ли медленно прошлась у окна, напряженно смотря перед собой, – Он.. неадекватный.

– Ты преувеличиваешь.

Арианна потерла глаза. Завхоз вломилась к ней в такую рань, что девушка весь день билась о стены от сонливости. Но сон не шел. Едва Арианна ложилась на кровать вздремнуть, как малейший шорох за дверью подбрасывал ее и заставлял в сотый раз проверять, заперта ли дверь. Похоже, сегодня она приобрела новую фобию.

– Между нами не было ничего, за что можно обозлиться. Он просто привык быть всегда первым для меня на пьедестале, а теперь это прошло. Он найдет другой объект восхищения, если уже не нашел. Мистер Ларрета весь пропах духами Амалии.

– Ну, отлично, – Ли хлопнула Арианну по плечу, но как-то неестественно, – Отдыхай. У нас выдался нелегкий день, я лягу пораньше спать.

Она направилась к двери, но замерла перед порогом и с ухмылкой произнесла из-за плеча:

– Не забудь закрыть дверь на замок. От непрошенных гостей, – и пропустила входящего в комнату Дерека.

На следующее утро Дерек увидел "уникальный"вид на площадь из комнаты Арианны.

Глава 30

Ветреный март наводнил школу эпидемией простуды, создавая легкую панику среди учителей и миссис Грант, что несказанно радовало Арианну. Противная тетка напрочь забыла о "бесстыднице"и даже не награждала ее особым взглядом, завидев в коридоре.

Адриан Ларрета вовсе забыл о ее существовании. С их последней встречи в кабинете директора они не сказали друг другу ни слова. Он не обращался к ней на уроках, не здоровался и не кивал в коридоре, а завидев их вместе с Дереком, исчезал как по волшебству.

Все чаще Арианна видела рядом с ним Амалию, и с каждым разом все более красивую и оживленную. Однажды она наблюдала за ними из окна комнаты. Они держались за руки и неторопливо гуляли по школьной площади. Голова Амалии то и дело оказывалась крайне близко к лицу Адриана, а его рука – к ее талии. Арианна со злостью задернула шторы и опрокинула стопку книг на тумбочке рядом, которые нещадно повалились ей на ногу. Вслед за гневными мыслями в занавешенное окно понеслись не менее гневные слова.

Дерека учитель тоже игнорировал, но зато с особым удовольствием препирался с Ли на каждом уроке. Один раз они так громко разговаривали, что привлекли внимание директора. Майер незаметно вошел в кабинет и вместе с обалдевшими учениками с минуту наблюдал яростную дискуссию.

Впрочем, споры их всегда были обоснованы и выглядели даже "солидно". Ли оказалась неплохо подкована в Праве, что всячески демонстрировала, бросая в контратаки номера законов, параграфы и безошибочные цитаты. Арианна подозревала, что к каждому уроку та готовилась потщательнее, чем к какому-нибудь государственному экзамену.

Ли и Адриану явно нравилось это противостояние, не выходящее за рамки дозволенного, но позволяющего высказать все, что они друг о друге думают.

Другим делом была Каролина. Она вышла из шокового состояния, что Ли так и не выгнали из школы, и не упускала возможности раскрутить ее на ссору. За их стычками молчаливо наблюдал притихший Макс, который теперь игнорировал их обеих.

Дерек кратко откомментировал сложившуюся ситуацию:

– Придурки.

После возвращения Камилы у них больше не было возможности переночевать вместе. Арианна чувствовала, как накаляется их страсть – дежурное поглаживание по руке в столовой или случайное прикосновение перерастали в бесцеремонные поцелуи, за которые им частенько выговаривали учителя, проходящие мимо.

После уроков они часами сидели в общем зале или бродили по аллее, где Дерек крепко прижимал ее к дереву, и Арианна чувствовала, как напряжен его член. В один из таких вечеров ей показалось, будто за ними наблюдают. Широко открытыми глазами она всматривалась в темноту, пока Дерек забвенно целовал ее шею. Высокая темная фигура быстро удалялась от них в сторону школы. Должно быть, человек проходил неподалеку и не хотел быть замеченным сладкой парочкой.

Дерек потянулся к ее губам. Арианна отпрянула и прошептала:

– Кажется, здесь кто-то был.

Он быстро осмотрелся, не отходя от нее.

– Где?

– Я видела уходящего человека. Он уже скрылся.

– Узнала его?

– Нет.

– Ну и черт с ним.

Дерек снова вернулся к поцелуям, заставив Арианну забыть о случайной встрече. Ей не хотелось говорить, что их видел Адриан Ларрета.

Вернувшаяся Камила с выпученными глазами слушала о произошедшем на рынке в Мэр. В один из вечеров Арианна разговорилась перед сном и даже добавила в конце:

– Так что сейчас Макс свободен и несчастен. У тебя есть шанс.

Камила поджала губы:

– Я вот не уверена. Он до сих пор выискивает Ли глазами, когда обедает. Я следила.

– Наверное, боится снова получить по яйцам. Хренов боксер, был завален хрупкой блондинкой.

– Не понимаю, зачем ей все это? Я начинаю верить Каролине, что она просто вымещает свои комплексы. Я тут кое-что узнала о ней.

Камила зашуршала одеялом, поворачиваясь к Арианне в темноте. Судя по ее энтузиазму, сейчас должна прозвучать очередная пикантная сплетня.

– Опять Уоррен подслушал?

– Нет. Когда я была дома в Сент-Джонсе, то разговаривала с дочерью новой подруги мамы. Она училась вместе с Ли во Торонто и очень удивилась, когда узнала, что теперь она учится здесь.

– Ли жила в Торонто?

– И очень неплохо.

Камила подперла рукой подбородок, готовясь к продолжительному рассказу. Арианна тоже приподнялась в кровати, заинтригованная. Каким бы негативным ореолом не обладали сплетни, их всегда было интересно слушать.

Благодаря Камиле Арианна была в курсе всех новостей в школе – кто с кем встречается, кто кого ненавидит, и знала самые интересные моменты из биографий учителей. А Камилу, в свою очередь, информировал верный Уоррен, который знал о страсти подруги и периодически подбрасывал ей свежую информацию для обсуждения.

– Ли училась в какой-то крутой банковской Академии и была там популярна. Та девчонка рассказывала, что ее всегда окружала куча парней. Разные сынки директоров банков, биржевиков и прочие мажоры. Она и сама не из бедной семьи.

– По машине, на которой она приехала, и ее замашкам я это сразу поняла.

– А я по сумкам! Так вот, они творили все, что хотели. Тусовались в клубах и ресторанах, носили клевые шмотки, летали в Нью-Йорк на уикенды. У Ли была машина с личным шофером. Он каждый день привозил и забирал ее из школы.

– А твоя приятельница хорошо осведомлена.

Камила взволнованно села на кровати, маша руками:

– Об этом знали все в Академии. Их компания была, своего рода, визитной карточкой.

– Да уж. И что же привело королеву Академии в наше болото? – Арианна так втянулась в разговор, что тоже поднялась и села спиной к стене. Сидя здесь, в этом сером здании Интерната, на краю далекого острова Ньюфаундленда, ей было тяжело представит ту блестящую и яркую городскую жизнь, что могла существовать где-то там, в цивилизации.

– Никто не знает! Элли сказала, что два года назад Ли пропала из Академии, и всем сказали, что она переехала. Больше она ничего о ней не слышала.

Арианна задумалась. Возможно, здесь есть связь с таинственной болезнью, о которой ей говорила Ли. Патология легких, или как там? Но если болезнь несерьезная, то какой смысл уезжать? Наверное, тут вообще что-то другое.

– Вот такая история. Была королевой школы, а скатилась к нам до обычного аутсайдера.

– Мы ведь не знаем, что произошло, – Арианна замерзла и забралась обратно под одеяло, натянув его до самого уха, – Но теперь я понимаю ее сложные чувства к Каролине. Тяжело смотреть на себя из другой роли.

– Мне так интересно, как она очутилась у нас! Я попробую ее спросить.

– Плохая идея. Похоже, она не в восторге от такой перемены, раз ее раздражает один только вид местной красотки.

Арианна долго не могла заснуть, разбирая историю Ли по кусочкам и годам, и пытаясь найти ответ, который заинтересовал не только Камиллу – как Ли к ним попала? Она говорила о каком-то судебном деле по разделу имущества, где был также замешан Адриан Ларрета.. Это было до или после ухода из Академии? Почему мать отдала ее в такое непрезентабельное место после банковской школы? И где находилась Ли последние два года? Она ведь как-то закрыла свой пробел в учебе, раз директор Майер взял ее в последний класс…

Арианна даже в мыслях не хотела оправдывать поступки Ли по отношению к Каролине, но все-таки ей стало жаль ее. За два года с небес на землю.. Что такого ужасного произошло, что разделило ее жизнь на два мира?

Глава 31

В середине марта директор вызвал Дерека в кабинет. Он все еще стоял на у

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.