Козьма Евгений
Ложь в мундирах

Вступление

В этой книге показан тернистый путь, который прошёл автор – от курсанта до магистра государственного и военного управления.

Читателя ждут поразительные события, свидетелем или участником которых был автор.

Вы узнаете, как над центром Киева 5 ноября 1987 проводили тренировку подъёма флага города Киева накануне 70-летия Октябрьской революции. Для этого привлекался взвод дирижаблей из Одесского военного округа. Перед рассветом в 5 часов дирижабль с флагом размерами с половину футбольного поля на стальном тросе длинной 200 метров оборвался и его понесло в сторону Чёрного моря, создавая угрозу воздушным судам. Сбить который войскам ПВО так и не удалось. В эту ночь автор был помощником оперативного дежурного штаба Киевского военного округа.

В чём заключалась истинная причина попадания ракеты «Точка-У» а дом в Броварах под Киевом. В 9-ти этажный дом, погибли два человека, в том числе бабушка, принимавшая ванну на 7 этаже. Ракета дом пронзила насквозь и остановилась в паспортном столе на первом этаже.

В книге достоверно описан быт и нравы гарнизонов советских войск в Венгрии и Германии, даётся откровенный портрет «Паши Мерседеса» – знаменитого министра обороны РФ.

Рассказывается о реальных планах, разрабатываемых в Генеральном штабе Вооружённых Сил Советского Союза в годы Холодной войны, включая выход на 25-е сутки стратегической наступательной операции на рубеж: Андорра, Париж, Брюссель, Бремен. Направление дальнейшего наступления – Бирмингем. Всё это – после первого ядерного удара.

Автор лично возглавлял группу планирования огневого поражения на северо-итальянском операционном направлении.

Это предостережение тем, кто недооценивает возможность реставрации империи Российской Федерации, когда в её состав вольётся и обескровленная Украина. Но её защитники уже под знамёнами и штандартами РФ будут совершать переход через Альпы, как когда-то Александр Суворов со своими «ребятушками» и форсировать Ла Манш.

Описывается и современное положение в военной науке: когда звания покупаются, а научными степенями торгуют, как горячими пирожками и в каких героях разочаровываются солдаты.

Эта книга – честный взгляд на нравы не только армии, но и строительной отрасли. Автор успел отметиться и в этой сфере и делится собственным опытом, вскрывает механизмы, по которым живёт общество, утратившее мораль, законы и библейские заповеди.

Глава 1. Хмельницкое Высшее артиллерийское
командное училище

Моё становление, как офицера-артиллериста началось с поступления в это училище по примеру отца-фронтовика, служившего в артиллерии.

Преподавателем по боевой службе – майор Ковальчук. Легендарная личность, которого помнят абсолютно все курсанты и который прославил училище на все вооруженные силы. Чуть ниже среднего роста, цвет лица постоянно бурячковый речь правильная, голос с хрипотцой человека, пьющего, аля Высоцкий.

Называл всех курсантов «мальчики».

Проводил занятия в учебном центре. Основные вопросы: совершение марша, выбор огневой позиции, развёртывание батареи в боевой порядок, подготовка к стрельбе, ведение огня, свертывание, передвижение в новый район.

Он нам постоянно напоминал о том, что «каждый офицер-артиллерист должен быть до синевы выбрит и слегка пьян, но не наоборот», слегка выбрит и до синевы пьян.

Рассказ Ковальчука о его командире батареи-фронтовике запомнился на всю жизнь и требует отдельного изложения. Казарма в одном из гарнизонов. За полчаса до подъёма дежурный по батарее назначает одного из дневальных наблюдателем за КПП полка с задачей сообщить, что комбат появился. Получив установленный сигнал от наблюдателя, дежурный тут же хватает швабру и мчится через весь коридор задевая шваброй плафоны, чтобы они слегка раскачивались. Все дневальные, вытянувшись по струнке выстраиваются у входа в одну шеренгу. Дежурный хватает графин и набрав в рот воды опрыскивает лица дневальных. Заходит комбат. Четкий подход и доклад дежурного «Товарищ капитан, во время моего дежурства происшествий не случилось!». Первый вопрос комбата: «Плафоны протирали?», дежурный: «Так точно», комбат поднимает голову вверх и видит, что плафоны покачиваются, осматривает дневальных «А почему мокрые?», «Никак нет! Потные.» Комбат молча кивает и уходит в свою канцелярию. Ритуал закончен. Если хотя бы малейшее отклонение от установленного ритуала дежурный снимается и готовится заступить на дежурство в этот же день повторно.

Вообще все поговорки Ковальчука стали мемами и разлетелись по сухопутным войскам вместе с выпускниками ХВАКУ. Например, такая, как «Усы и борода – это плацдарм для мандавошек» или «Единой жопой садись», это называется действие, когда перед началом движения в колонне все, находящиеся в кузовах должны одновременно ударить задницей о сиденья, а водители и старшие машин должны в этот момент захлопнуть двери тягачей. Это происходило в тот момент, когда оба сигнальных флажка старшего офицера батареи, находящегося в голове колонны опускались вниз. Если только не было единого удара этот элемент отрабатывался повторно. Должен был прозвучать единый удар. После этого занятия мягкое место на теле было синие.

Обязательно перед началом зачёта заместитель командира взвода подносил майору Ковальчуку гранённый стакан крепчайшего спиртного напитка, приобретённого вскладчину, который выпивался тут же перед строем курсантов и зачёт начинался. Но требовательность при этом не снижалась. И если какой-нибудь из курсантов не выполнял норматив в соответствии с наставлением по боевой работе ему долго приходилось пытаться поймать тот момент, когда майор будет свободен, чтобы сдать ему норматив. Но при этом курсант должен иметь с собой или буссоль, или панораму, или коллиматор, а все они с треногами в укладочных ящиках. Поэтому в послеобеденное время в учебном корпусе можно было встретить курсантов с этими приборами, как на огневой позиции. Вес прибора в укладочном ящике до 8 кг, плюс тренога. Нигде не оставишь без присмотра. Поэтому и запоминали правила обращения с ним на всю жизнь.

И как тут не вспомнить занятие, как правильно вскидывать правой рукой белый флажок вверх при подаче команды «Внимание!». Казалось бы, что за проблема поднять руку с флажок в руке? Но у Ковальчука это была целая наука. Рука должна быть строго под углом 75 градусов, указательный палец обязательно вытянут вдоль рукоятки флажка, как правильно опускать руку и закладывать её за спину тоже требовалась длительная тренировка. Как правильно выполнять подход к буссоли ПАБ-2А: правой ногой шаг вперёд, одновременно правая рука выбрасывается вперёд, а левая с флажком за спину тремя пальцами отводишь отводку угломерного механизма буссоли.

Это были все «фирменные приёмчики от Ковальчука» по которым в войсках узнавали хваковцев. Чтобы это понять требуется пояснение. В Советской армии были такие высшие артиллерийские командные училища: Коломенское, Сумское, Хмельницкое, Одесское, Тбилисское. Но только у хваковцев был свой отличительный стиль и почерк. Особенно это ярко бросалось в глаза при работе офицера на огневой позиции, который впитал в себя все уроки Ковальчука. Светлая ему память.

Как ни странно, но такая методика обучения всем нравилась и спустя десятилетия многие с восхищением до сих пор вспоминают майора Ковальчука.

Небольшое отступление, в связи с этим. У некоторых гражданских бытует мнение, что военные все тупые и ходят строем. Не понимают, что в строю ты ощущаешь себя частицей единого механизма, машины, которая предназначена для того, чтобы раздавить и уничтожить всё живое на своём пути.

Мне довелось побывать в учебном центре морской пехоты США – Marine Corps Base Quantico, недалеко от Вашингтона, а также в бригаде морской пехоты Англии в местечке Pool, недалеко от Лондона и наблюдать сколько внимания уделяется именно строевой подготовке, которая направленна именно на сплачивание коллектива. Который должен без раздумий и голосования немедленно приступить к выполнению боевой задачи. И именно в этих частях присутствуют такие меры обучения и воспитания, которые у нас было принято называть издевательством.

Небольшое отступление, в связи с этим. У некоторых гражданских бытует мнение, что военные все тупые и ходят строем. Не понимают, что в строю ты ощущаешь себя частицей единого механизма, машины, которая раздавит и уничтожит всё живое на своём пути.

Здесь уместно упомянуть роман "Черви" (в оригинале The Lords of Discipline) американского писателя Пэта Конроя (Pat Conroy) в котором описывается, что в армейской среде приходится пройти через:

жестокое "воспитание";

тайные общества;

расизм и давление системы;

выбор между личной честью и армейским братством.

Конрой показал, что дедовщина и злоупотребление властью – не только постсоветская проблема. Книга вызвала скандал в США, от автора отреклась его альма-матер.

Перед тем как надеть форму, человек должен понять главное: однажды ему придётся сделать выбор.

Либо сохранить свою честь и достоинство, либо раствориться в братстве, где молчание ценится выше совести, а подчинение – выше правды.

Или в более коротком виде: каждый, кто выбирает военную профессию, должен быть готов, однажды армия потребует от него не силы – а совести.

В дальнейших главах буду упоминать о этой тёмной стороне армейской жизни и нещадно бичевать её.

Начиная со второго курса все курсанты эшелоном с техникой выезжали на артиллерийские полигоны: житомирский, ровенский, яворовский. На которых практически выполняли огневые задачи. Так на ЖУЦ (Житомирском учебном центре) отрабатывали выполнение задач прямой наводкой. Прямая наводка – это когда высота цели не превышает высоту траектории. Система 76 мм пушка ЗИС 3 (Завод имени Сталина). Находился возле орудия, которое постоянно вело огонь с утра до вечера, в роли из одного членов расчёта. После обеда из котелка, тут же на огневой позиции, уснул на пустом ящике из-под снарядов и проспал пару часов, несмотря на то что орудие постоянно вело огонь. Хорошо запомнил, что кто-то посоветовал, чтобы при выстреле не произошло растяжение барабанных перепонок необходимо пошире открыть рот с целью уравновесить наружное и внутреннее давление. Именно так я и поступил при первом в моей жизни нахождении рядом с выстрелом из орудия. Глаза закрыл, уши большими пальцами зажал, рот широко открыл. Произошёл выстрел после команды командира орудия «Огонь!». Произошло ужасное – рот и глотка были забиты песком и пылью. Так приходилось постигать премудрости артиллерийской жизни.

На Яворовском полигоне это уже было зимой поздно вечером, когда смеркалось кто-то увидел стадо диких кабанов в районе целей. Находящийся рядом с нами преподаватель подполковник Аракелян закричал: «Автомат мне быстро!», что тут же было исполнено. Из положения лёжа открыл огонь очередями, но кабанам в этот раз повезло. Началось выполнение огневых задач из 120 мм миномёта осколочными и осветительными минами. Каждый из нас выполнял зачётную огневую задачу. Основные показатели: время и точность, расход боеприпасов. Моей задачей было с помощью осветительных мин отыскать пулемёт в районе противника и накрыть его осколочно-фугасными минами. Подготовив данные для стрельбы, передал их на закрытую огневую позицию. Первая осветительная опустилась на своём парашюте рядом с «пулемётом» деревянная мишень, которого загорелась. Назначив для окончательного уничтожения цели ещё две мины выполнил огневую задачу. Таким образом получил первую отличную оценку за выполнение огневых задач. Потом таких задач было сотни на десятках полигонах различных стран.

Прежде чем завершить первую главу хочется упомянуть моего сокурсника, заместителя командира взвода Королёва Игоря Александровича. Исключительно харизматическая личность. И его жизненный путь яркое свидетельство атмосферы эпохи того времени. Игорь – сын начальника политического отдела Тернопольской артиллерийской дивизии. Офицеры, мои ровесники, прекрасно понимают значение этой фразы. Будучи курсантом и заместителем командира взвода у Королёва, было хобби присваивать своим подчиненным различные прозвища, не очень остроумные, как правило, сокращение фамилии. Например, Кукшин Олег был у него «Куша», а Солопченко Эдуард почему-то «Козя». Я был в его отделении командиром первого отделения, а через полгода – старшиной батареи курсантов. После выпуска Игорь во Львовском придворном артиллерийском полку – секретарь комсомольской организации, через некоторое время- заместитель командира дивизиона по политической части, слушатель военно-политической академии и начальник политического отдела Уссурийской артиллерийской дивизии. Понятное дело благодаря заслугам папы. Перестройка, развал Союза и Игорь удивительным образом оказывается первым секретарем партии «Единая Россия» Приморского края. Но не по Сеньке оказалась шапка.

Жёсткая конкурентная политическая борьба оказалась не по плечам Игорю, 21 вер. 2012 р. «приморские и уссурийские единороссы понесли невосполнимую утрату – ушел из жизни Игорь Александрович Королёв. Он ушел от нас в расцвете сил …» – выдержка из СМИ того времени.

Этим отступлением хочу показать, как создавали и строили свои карьеры выпускники артиллерийского училища, дети партаппаратчиков.

Ещё одна не менее легендарная личность среди моих сокурсников хваковцев – Кресан Евгений Антонович. С которым дружим с 1987 по настоящее время. Евгений несколько лет командовал в училище батареей курсантов. Был награждён медалью «За боевые заслуги» так как батарея постоянно занимала первое место в училище по всем показателям. Вместе поступили в Ленинградскую военную артиллерийскую академию им. Калинина, 4 года за одной партой. Вместе служили в Германии пока у него в дивизионе не произошло чрезвычайное происшествие: двое бойцов с автоматами уходят с поста, убили нескольких немцев. Кресан увольняется из вооружённых сил. Но наша дружба не прекратилась. Продолжаем поддерживать друг друга.

Глава 2. 96 гвардейский мотострелковый полк,
Южная группа войск

Закончив училище с отличием, получив красный диплом, звание лейтенанта, возможность поступать в академию сдав один экзамен по специальности, а также право выбора округа или группы войск для дальнейшего прохождения воинской службы. Выбрал Южную группу войск, которая располагалась на территории ВНР (Венгерской Народной Республики).

В Будапеште, в штабе ЮГВ (Южная группа войск) мне вручают предписание прибыть в в/ч 479933, город Сомбатхей. 221 км строго на запад от Будапешта, 5 км от границы с Австрией.

Сомбатхей, 96 гвардейский мотострелковый полк, 254 гвардейской мотострелковой дивизии.

Полк в 5 км от границы с Австрией. В особый период имеет задачу прорвать первую линию укреплённого района на территории Австрии. У меня топографические карты М 1:10 000 в 1 см карты 10 метров на местности, то есть всё на территории вероятного противника с точностью до комариного носа, даже указаны поля невидимости из орудийно-пулемётных ДОТ-ов (Долговременных Оборонительных Точек), а также нам известны фамилии бюргеров, которые будут находиться в этих оборонительных сооружениях.

Штатная численность полка 2220 человек, из них офицеров 120, прапорщиков 70. Национальностей среди личного состава около 100.

Первая моя должность – командир взвода управления гаубичной батареи. 1976 год в полку всего одна артиллерийская батарея 122 мм гаубиц Д-30. Максимальная дальность стрельбы 15 300 м. Характерная конструктивная особенность этой новой гаубицы, принятой на вооружение в 1968 году, она имеет не две традиционных станины, а три, которые в боевом положении разводятся под углами 120 градусов и появляется возможность вести обстрел по горизонтали на 360°. Командир батареи – Калачов Владимир Николаевич, встретились с ним уже в 1989 году, через 13 лет, во время учёбы в академии он учился в адъюнктуре, готовился стать преподавателем. Старший офицер батареи – Козлов Сергей Станиславович, встретились с ним в Киевском ВО, куда он попал из ДальВО, где отморозил несколько пальцев, которые ампутировали. По его рассказу в новогоднюю ночь отправился на поиски сбежавшего солдата, сам заблудился, сопки, безлюдная местность, чудом остался жив. После службы в Девичках, 75 км от Киева, направлен военным комиссаром в Мариуполь. В котором его соплеменники в 2022 г. камня на камне не оставили. Жив он остался или нет мне в настоящее время неизвестно.

В этом полку я прослужил ровно 5 лет от звонка до звонка. Первых три года командиром взвода и последних два командиром батареи. Те, кто служил в группах войск, прекрасно знают какая там царила жесточайшая конкуренция среди офицерского состава, т. е. получить вышестоящую должность было практически невозможно. Такова была кадровая политика в Советской армии – прямая замена: ЮГВ, ГСВГ (Группа Советских Войск в Германии), СГВ (Северная Группа Войск – Польша), ЦГВ (Центральная Группа Войск – Чехословакия) – ДальВО (Дальневосточный Военный Округ), ЗабВО (Забайкальский Военный Округ), САВО(Среднеазиатский Военный Округ) и наоборот. Пять лет служил, зная о том, что дальнейшая служба будет проходить в отдалённых округах, но об этом абсолютно ни разу особо не задумывался.

Отдельно о быте и нравах в этом гарнизоне. Офицеры-холостяки проживали в общежитии, семейные пары частично проживали на территории городка, частично в домах за его пределами. С утра в будний день построение полка на плацу и развод по местам занятий, кроме вторника и пятницы – это дни политзанятий. Строевая подготовка на плацу, занятия с разведчиками по отработке нормативов. Постоянные строевые смотры. Все артиллерийские подразделения два раза в год зимой и летом на месяц своим ходом выезжали на Хаймашкерский полигон. На полигоне выполняли огневые задачи с боевой стрельбой штатными боеприпасами. Кроме этого, полк постоянно принимал участие в каких-то учениях, проводимых в масштабе группы войск. В субботу и воскресенье офицеры-холостяки совершали традиционный обход корчм, где дегустировали мадьярские спиртные напитки: кубертус, чересня, палинка и т. п. (фруктовый самогон); в вечернее время при наличии денег посещали дорогостоящие рестораны Izis и Clavdius. Молодой офицер-лейтенант получал 3500 форинтов в месяц и один оклад в советских рублях на вклад в «Сберегательный банк СССР». Кроме этого, получали продовольственный паёк в виде: мяса, овощей и других продуктов питаний. По сравнению с нищенскими окладами гражданских в Советском Союзе это было фантастикой. Так как мадьяры оставляли свои велосипеды без всяких цепей, а возвращаться в полк было далековато постоянно воровали велосипеды, таким образом приносили мадьярам немало горя и убытков. Со временем на территории было открыто офицерское кафе, где было два биллиардных стола. Ставка за партию в основном литровая бутылка вина. Если мне попадал в руки кий партия на этом заканчивалась. Играли в основном в «американку» или «малую русскую пирамиду».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.