Артем Новопашин
Эпоха Обнуления

Пролог.

Желтая листва стелилась ковром по тихой глади Славутича. Сменив зеленое платье на золотое, природа готовилась к финальному балу, за которым следовало белое колючее забвение. Никто не стремился помешать ей в праве спокойно приготовиться к последнему празднику красок. Мелкие зверушки собирали опавшие шишки, желуди, и деловито тащили их в свои норы, готовясь к продолжительной зимовке. Стаи птиц клином проплывали по небу, уносясь в края, где неведома зимняя стужа и люди с мистической черной кожей, облаченные в причудливые наряды, занимаются своими делами.

Спокойствие водной глади внезапно пошатнулось. Небольшие волнения на реке сменились громким боем весел. Три ладьи следовали в противоположном птичьим клинам направлении. Громкие, зычные команды, доносившиеся с первой ладьи, моментально исполнялись на других судах. Кроме надсадного стона гребцов, слившихся с корабликами в единое целое, ставшими их ногами, перебирающими по водной глади, кругом не было слышно посторонних звуков. Все на ладьях были напряжены. Казалось, что любой посторонний звук взорвет окружающее спокойствие и приведет в движение застывшую окованную в металл людскую массу.

Василь налегал на весло, заставляя старого Олафа поспевать за собой. Опытный варяг еле сдерживал пыл молодого воина, стремившегося вложить весь свою юношеский пыл в доверенное ему воеводой дело. Рассинхронность в движении весел из-за необузданной силы юнца грозила потерей управляемости ладьи. Потому периодически старый варяг прикрикивал на юношу, что позволяло сбавить его энтузиазм на некоторое время.

"Весь в отца. Такой же шебутной" – думал старый воин. В составе дружины, возглавляемой дедом Василя – Свенегом, он пришел в Гардарику. Правивший тогда родственник Свенега, Святослав, собирал могучее войско, желая покорить Царьград. Город, о богатстве которого слагались легенды. Огромная дружина на ладьях вторглась в земли соседних болгар и покорила их. Святослав вместе с воинством осел в тех землях, планируя завоевание Царьграда. Однако вести о том, что столица его державы – Киев, находится в осаде новой степной погани, именуемой печенегами, заставили его вместе с дружиной отправиться на спасение стольного града. Получивший ранение руки стрелой, измазанной конским дерьмом, Олаф остался в Киеве. Дружина ушла. Княжеский волхв дни и ночи мазал, скреб, поил его всяческими настоями, вкус которых напоминал ему аромат яда, ставшего причиной бедственного положения варяга. Когда злая колючая старуха зима окутала всё вокруг своим белым игольчатым одеялом, он наконец смог питаться. Волхв все реже мучал его отварами, однако еще запрещал пировать вместе с княжьими дружинниками, оставшимися для защиты столицы. Магнус, сын Свенега, был единственным собеседником Олафа в те дни. В ту пору Магнус вступал в своё совершеннолетие – ему исполнялось тринадцать лет, и он должен был уйти на месяц в лес, чтобы показать, что стал мужчиной и может самостоятельно прожить, имея при себе лишь огниво, нож и верёвку. Магнус основательно готовился к предстоящему событию. Он расспрашивал Олафа обо всех тонкостях охоты на мелких грызунов, ночевке в занесенном снегом лесе, умение ориентироваться по звёздам. Всё чем мог поделиться более опытный викинг с молодым, он передал ему.

Магнус вернулся из лесу спустя полтора месяца. На исхудалом лице красовался рваный шрам, проходящий от левого уха до кончика носа. На плечах висела волчья шкура. Наивный детский взгляд сменился на хищный взор зверя.

С тех пор Олаф, медленно шедший на поправку, занимался с Магнусом ратным делом. Он обучал мальчишку битве на мечах, умению использовать щит во время обстрела кочевников, умению держаться в седле.

К лету до столицы дошли вести, что повелитель Царьграда пошел войной на Святослава, сидевшего со своей дружиной в болгарских землях. Воеводы собирали лучших воинов со всех земель, чтобы выйти походом на помощь князю. Однако Олаф еще не поправился, чтобы сражаться. Его оставили обучать дворовых мальчишек, которые должны были сменить своих родителей, ушедших за славой и богатой добычей, ждущей их в Царьграде.

Остался и Магнус. За год обучения он возмужал, стал шире в плечах. Зарубцевавшийся на его лице шрам вводил в заблуждение противников, считавших, что против них стоит бывалый в битвах воин.

Спустя год дошло сообщение, что князь Святослав, победив войско вероломного правителя Византии, своей милостью решил не продолжать кровопролитие и возвращается в киевские земли. Вместе с войском он разбил зимний лагерь на порогах Днепра. Тут то и случилось вероломное нападение на его воинство обезумевшей от ярости многотысячной орды печенегов. Князь пал, сражаясь в окружении сотен врагов. Он рубил их, становясь все выше и выше от тысяч трупов, падавших перед его мечом. Лишь вероломно пущенная в спину из невиданной пращи стрела, толщина которой была с человеческую руку, сразила Князя.

Свенег пал вместе с ним.

Именно рядом с этим местом сейчас тихо проходили три ладьи, до верху гружённые добычей, завоеванной в результате похода в греческие земли небольшой дружиной муромского воеводы. Никто не хотел быть застигнутым врасплох алчными степными собаками.

Казалось, сужение реки остается позади и скоро все вернутся в безопасное русло, как вдруг раздался звон струны, после которого последовало утробное хрипение кого-то спереди Олафа.

Дальнейшие события развивались стремительно. Небо потемнело от града стрел, сыплющихся на укрывающихся щитами воинов. Ладьи поспешили уйти подальше от берега, представлявшего опасность, но течение и камни не позволяли этого сделать. И тогда с головной ладьи последовала команда причалить к берегу.

Олаф нащупал под скамьёй свой щит и топор. Старый викинг всегда был готов сменить весло на секиру. Он посмотрел на Василя. Семнадцатилетний воин достойно проявил себя в своем первом походе. Он не посрамил чести отца – лучшего воина дружины киевского князя Владимира. В глазах молодого воина мелькнули спокойствие, уверенность и звериная жажда крови. Он знал этот взгляд. Впервые он увидел его у тринадцатилетнего мальчика, вышедшего из леса со шрамом на лице и укутанного в волчью шкуру.

Как только ладьи причалили к берегу из них стали вываливаться облаченные металлом посланники смерти. Степные собаки сами загнали себя в ловушку, увлекшись преследованием. Лошади завязли в прибрежном иле и не смогли спасти жизни своих хозяев.

Василь рассекал головы врагов умело орудуя боевым топориком, подаренным ему отцом в тот день, когда он стал взрослым. Если хитрый пёс умудрялся увернуться от разящего удара, то своё дело знал острый клинок, разрезавший тонкие кожевенные доспехи кочевников и скрывавшиеся под ними набитые степной травой и мышами животы. Конечно же травой и мышами, что еще могут есть эти дикие псы, справляющие нужду, не слезая с коня.

Танец смерти, в который погрузился Василий, достиг своего апогея. Перемолотые конечности, уши, располовиненные черепа, дымящиеся на свежем утреннем воздухе кишки, устилали путь кровавого исполнителя.

Это священное состояние берсерка, которым были славны воины из рода Свенега, унаследовал и юноша.

Олаф знал, что когда парень в таком состоянии, то лучше держаться от него подальше. Чем он злее, тем хуже себя контролирует. Чем больше падали убьет, тем быстрее вернется в человеческий облик.

Вокруг не осталось живых врагов. В отдалении доносился визг кобыл, которых зарубали, чтобы запасти мясо в дорогу. Вдали послышался предсмертный всхлип неудачливого кочевника, потом послышались два глухих удара о землю. "Вероятно Василь разрубил напополам последнего бедолагу", подумал Олаф.

Он присел на камне и чистил свою секиру. Металлическое оружие в этих краях очень большая и дорогая редкость. Оно должно быть всегда в идеальном состоянии, потому что может пригодиться не только как оружие, но и как товар на обмен, если вдруг других ценностей для торговца не будет. Конечно, потом Олаф вернётся за своим, он уже не раз так делал, но чем лучше выглядит оружие – тем больше можно за него сторговать.

Металлический привкус крови, витавший в воздухе, усиливался с каждым разом, чем ближе становилось дыхание запыхавшегося воина.

Василий, пошатываясь на ногах, подошел к Олафу.

– Иди помойся – проворчал старый викинг и кинул сухое тряпьё для обтирания.

– Сейчас, только дыхание переведу. Последний больно шустрый оказался, представляешь! Сдаваться не хотел!

– Наверное видел судьбу других, сдавшихся тебе.

– Да не… Я уже к тому времени того… Отошел. Хотел спросить у него, где здесь бабы поблизости.

– Ну и как? Дознался?

– Нет, вспомнил что на ихнем собачьем языке ничего не понимаю. А когда начал ему жестами объяснять, – сопровождая свои слова планомерными движениями таза взад-вперед, говорил Василь, – он глаза вытаращил, головой закрутил и зарезался.

Они громко захохотали, высвободив напряжение, которое сковывает мужчину во время битвы и не дает расслабиться после нее.

Вода около их берега была бурой от крови и не годилась для умывания. Василь поворчал на судьбу, встал и пошел вверх по течению искать удобное место для купания. Найдя подходящее место, Василь скинул латы, рубаху и нырнул в воду. Освежающая прохлада разлилась по телу, расслабляя мышцы воина. Тщательно соскребя с себя остатки вражеской крови, кишок и каких-то других мелких элементов, которые раньше были человеческой плотью, он довольный вывалился на берег. Переведя дыхание, он лежал на теплой траве. До того, как деревья покроются золотом, а земля станет остывать, оставалось немного времени и тем приятнее было лежать и наслаждаться последними днями тепла.

Он, сын лучшего воина дружины князя киевского Владимира, внук главы дружины князя киевского Святослава, показал себя в завершающемся походе достойным имени своих предков. Воевода не раз отмечал его доблесть в бою. А когда однажды он очнулся в горячке боя весь в крови в окружении кусков изрубленных тел противников, опытные воины заговорили о нем с уважением, с мелькавшими нотками страха. Великие предки их Рода славились способностью во время схватки сливаться со злостью богов, предаваясь непобедимой кровавой пляске металла. Однако Василь даже не думал, что такое умение есть у него. Ведь боги его предков остались далеко на севере, откуда пришел его дед. Василь же, как и все, кто был при дворе князя киевского Владимира, был обращен в веру греческую. А греческий Бог мало того, что один, так и наоборот запрещает зло. "А может это антипод его – антихрист вселяется в меня? – размышлял Василь – ну да и ладно, до того, как предстану перед смертным судом ещё долго. Много добрых дел свершить успею. А сейчас главное место в дружине получить и славу заработать". Такие мысли крутились в голове семнадцатилетнего юноши между моментом, когда что-то тяжелое огрело его по голове и падением в темную бездну.

Олаф проснулся среди ночи. В силу возраста просыпаться приходилось все чаще. Отойдя подальше от лагеря, он облегчался, слушая стрекот стрекоз и кузнечиков, копошащихся в летней траве. Надсадное гудение комаров, жаждущих напиться крови, уже давно не раздражало старика. Он родился в краях, где помимо этих тварей есть еще насекомые и поменьше, стремящиеся найти любой открытый кусок человеческого тела, чтобы устроить кровавый пир. Да и что для него, воина, проливавшего кровь в боях с данами, эстами, хазарами, болгарами, печенегами, русами, укус мелкой букашки? Будучи молодым Олаф считал, что каждая успешная битва должна быть отмечена на его теле рубцом от клинка врага. С годами тяга к крови сменилась любовью к спокойствию и комфорту. Его уже не прельщали битвы ради славы. Она была у него в избытке. Но она же не приносила хлеб в его дом. Он слыл свирепым воином, но так и не обрел счастья с женщиной, которая родила бы ему наследника. Когда очередная женщина не смогла понести от него, а вера, в которую его обратил князь киевский Владимир, запрещала оставлять жену без воли божьей, Олаф стал заниматься воспитанием детей, готовя их к ратной службе. Многие дружинники видели, как старый викинг возился с Магнусом и какого могучего воина воспитал он из него. Они приводили к нему своих сыновей. Олаф тщательно вбивал в детей военную науку. Многие из его воспитанников впоследствии стали дружинникам в княжеских детинцах. Лучшие из них возвращались в детинец князя Владимира. Лучшим из лучших был Магнус. Он женился на местной девке, родившей ему четырёх дочерей и одного сына. Воспитанием Василя Олаф занимался с тех пор, как мальчик научился сам ходить. Он воспитывал малыша вместо отца, который был в постоянных походах, то против кочевого войска, то помогая греческим царям, то воюя с ними. Мальчик вырос в видного, крепкого воина. Он не был высок, у него была мощная грудь, широкая спина, крепкие ноги. Переливавшие из ледяной серости в небесную голубизну глаза зачаровывали собеседников, наводя на них мистический страх. Мужественное лицо с выделявшимся волевым подбородком говорили о том, что этому ребенку уготована роль лидера, роль завоевателя, роль победителя.

Так придаваясь мыслям, Олаф вернулся к костру. Он окинул взглядом место, где должен был спать Василь. Однако оно было пусто. Осмотрев вокруг, Олаф не увидел своего подопечного.

"Вероятно заснул там, где мылся", подумал Олаф и побрел в сторону, откуда на закате раздавалось всхлипывание воды. Олаф быстро нашел место, где отмывался после боя Василь. Мокрая ветошь валялась на берегу, недалеко была примята трава, где вероятно обсыхал молодой воин. Подойдя поближе Олаф увидел след волочения, ведущий в сторону камышовых зарослей. Судя по размеру следа, тащили явно взрослого крепкого мужчину. Сомнение кто это был у Олафа не оставалось. Проследовав по следу, он дошел до плотных зарослей. Слегка раздвинув их ему открылась деревня. Деревня состояла из нескольких хижин, возведенных на деревянных сваях прямо посреди болотца, образовавшегося в застоявшейся речной воде. Маленькие уродцы, отдаленно напоминавшие человека, деловито бегали по деревне, готовясь к какому-то важному событию. Они были едва в половину роста Олафа. Их серая кожа была покрыта слизью. Длинные тонкие ручки не органично смотрелись на фоне маленьких телец с выпирающими грыжами в районе живота и коротенькими ножками. Лица их были спрятаны за масками странных зверьков с выпученными из орбит глазами, баклажанообразными носами и широкими ртами, обрамленными тонкой красной полоской губ, не способных прятать гниющие зубы. "Хорошо, что такое чудо-юдо не обитает в мире", подумал Олаф, наблюдая за копошащимися жителями деревни.

Вскоре суета успокоилась. Уродцы, как их окрестил Олаф, собрались на мосту, соединявшем два крайних со стороны реки дома. Откуда-то появился огромный плот. На нем что-то агрессивно извивалось, подбрасывая суденышко, к которому оно было привязано. Олаф подкрался поближе. Он уже был в десяти шагах от строений, где скопились уродцы. Лишь прикованное к плоту внимание и заросли камыша делали старого викинга незаметным от взглядов аборигенов. Уродец в зеленной рубахе из странного материала, отталкивающего капли дождя, моросившего над деревней, засунул руку куда-то за пазуху.

Олаф с интересом изучал платье главаря. Оно плотно облегало тело и, казалось, составляло единую конструкцию со штанами и сапогами. Достав руку из-за пазухи, главарь что тихо пробухтел, в его руке вспыхнули искры. Раз-другой и вот уже маленький огонек плясал в руках уродца. Он поднес его к факелу. Зажженный факел осветил пространство вокруг. Пересиливая себя Олаф отвел взгляд от мага, переведя его на плот. Как он и ожидал, на плоту крепко обвязанный веревками лежал Василь. Василь продолжал безуспешные попытки освободиться от пут, чем только раззадоривал собравшуюся вокруг толпу.

Внезапно вода под плотом начала менять освещение. Темные обволакивающие сознание воды вдруг стали ярко голубыми, переливались в зеленый цвет. Толпа сверху боязливо затараторила на непонятном языке. Маг поднял руку, и все вокруг стихли. Он громко произнес какие-то странные слова, из которых Олаф уловил: "Жертва Абнульнуль!…". После сказанного колдун бросил факел в светящуюся воду. Она забурлила, интенсивно переливаясь цветами радуги. Водяная пена поглощала плот.

Дальше думать времени не было и Олаф бросился в бурлящую пучину, спеша спасти Василя. Он захлебывался, боролся с чем-то, что пыталось забрать, оттянуть его от плота. Это что-то он сгрёб левой рукой и с ним зацепился за верёвки, удерживавшие молодого воина. Их крутило, швыряло, било о стены водяного колодца, в который проваливался плот, унося с собой старого викинга и молодого воина. Потом всё померкло.

Глава 1

Яркое теплое солнце припекало лицо и игриво проникало сквозь сомкнутые веки, сообщая Василию, что пора просыпаться. Он приоткрыл привыкшие к темноте глаза и на мгновение ослеп. Запах мокрой травы наполнял его грудь. Как только зрение восстановилось, он огляделся. Его окружали высокие деревья, плотно растущие вокруг луга, на котором находился он. Рядом кто-то прокряхтел. Василий повернулся и увидел Олафа. Старик весь во влажной, еще не просохшей от солнечного тепла, одежде, с секирой в руке, приходил в себя, оглядываясь по сторонам.

– Диво какое, – промолвил он и зашелся кашлем, отплевывая набившуюся в легкие воду. – А где река? Где дома этих уродцев?

– Не увидел, – ответил старику Василий, – ты как? Можешь идти? Пойдем наших искать.

Они встали и пошли в направлении, откуда, как им казалось, они пришли вчера к берегу реки. Какой-то непонятный шум раздавался из-за леса. Быстрый, урчащий, рычащий. Таких зверей ни одному из них видеть не доводилось. А на двоих из оружия всего одна секира. Олаф первым вышел за пределы не большого леса. Его взору предстала прямая, гладкая, как стекло, серая дорога. По ней на невиданной скорости неслись странные животные различных форм, размеров и цветов. Они не успевали их разглядеть, но именно от этих неведомых ранее зверей исходили громкие звуки. Завороженные видом мельтешащих тварей, товарищи сами не заметили, как вышли на дорогу. В ответ на это звери начали истошно визжать, приближаясь и огибая их, как будто старались выгнать со своего пути. Наконец одно из животных с диким визгом замедлило свой бег, явно готовясь напасть на воинов. Олаф встал в боевую позицию с секирой наизготовку, готовясь первым принять удар. Позади стоял Василий, держа в руках самодельную пику, приготовившись атаковать животное сзади, как только оно отвлечется от его старшего товарища. Зверь остановился. Он был выше них на 10 вершков. Глаза были круглыми, низко посаженными и горели желтым цветом. Он тихо рычал. Горб его был черным и, казалось, что кожа настолько гладкая, что блестела на солнце, как металлическая. Вдруг он издал мощный, пробирающий до глубины души вой. Потом еще несколько раз. Он явно собирался идти в атаку и своим воем пытался парализовать двух воинов. Внезапно, с правой стороны от друзей, из бока зверя выросла рука, слегка напоминающая крыло. Потом из чрева зверя выпрыгнул человек, ростом с Василия.

– Чего встали, придурошные? Ехать мешаете! – Сказал мужчина. Он был одет в причудливые синие штаны из непонятной ткани и белую сорочку, которая была настолько короткой, что еле прикрывала пояс штанов.

Его речь отдаленно напоминала их, но не была понятна ни Василию, знавшему язык муромских, киевских, древлянских и новгородских земель, ни Олафу, владеющего, помимо языков народов князя Владимира, еще датским, свейским и немного хазарским.

– Говоришь ли ты на языке князя киевского Владимира, – вступил в разговор Олаф.

Мужчина стоял и смотрел на Олафа, потом перевел взгляд на Василия.

– Чехи что ли? Сейчас! – Снова что-то непонятное сказал он и залез в чрево зверя. Спустя мгновение он появился, держа в руках какую-то маленькую блестящую коробку.

– Вы меня понимаете? – сказал он, коробка повторила за ним на языке, отдаленно напоминавшем моравский. Олаф слышал его, когда в походе на Царьград они сталкивались с наемными воинами из этих земель.

Они совершенно забыли, что стоят посреди дороги, где несутся звери, но те дали о себе знать, несколько раз издав истошный вопль, отгоняющий их. Мужчина посмотрел по сторонам и отвел друзей к краю дороги, жестами показав ждать его на этом месте. Сам он залез в чрево зверя и тот пошел медленно в их сторону, остановившись чуть впереди.

Олаф и Василий стояли, наблюдая за мужчиной, готовые в любой момент отразить его нападение. Хотя как отразить, если он способен укротить такого зверя и заставляет бездушную коробку говорить людским голосом. Это явно сильный маг, против которого их жалкие секира и кое-как заточенная палка будут бесполезны.

– Аркадий, – указав на себя, сказал мужчина, затем он показал рукой на Олафа, понявшего, чего тот хочет.

– Олаф.

– Василь.

Друзья представились, пытаясь наладить контакт.

– Олаф – это скандинавское имя, что, если попробовать так, – с этими словами он постучал пальцем по стеклянной коробочке. – Вы меня понимаете?

Поднесенная коробочка заговорила на знакомом Олафу языке свеев. Конечно было несколько странных слов, но суть он уловил. В знак согласия Олаф кивнул головой.

– Вы заблудились? Откуда вы пришли? – Произнес Аркадий, и коробочка принялась переводить.

Олаф не понял первого вопроса, но на второй он быстро ответил короткими рубленными фразами:

– Мы плыли по Славутичу. На нас напали печенеги. Мы победить. Когда мы отмывались от битвы на нас напали уродцы. Они отправили нас в водоворот, и мы очнулись на поляне в лесу. Мы ищем реку и свою дружину.

Аркадий с интересом читал высветившийся на смартфоне перевод:

"Мы плыть Славутич. На мы атаковать слово не известно. Мы мылись после битва мы атаковать маленькие слово не известно. Они отправить слово не известно, и мы встать луг лес. Мы искать река и своих слово не известно".

"Какая-то белиберда "– размышлял Аркадий переводя взгляд с одного мужика на другого. Оба были с него ростом, мышцы буграми вздувались на их телах, на лицах обоих виднелись шрамы от холодного оружия. Они были одеты серые сорочки из непонятной ткани, длиной до колена, штаны, грязные настолько, что не определить ни цвет, ни материал, из которого их изготовили. Весь этот стиль венчали высокие сапоги, непонятно из чего сделанные. В руках мужика лет шестидесяти, говорившего на ломанном шведском, был топор, красоту которого можно было отметить и не профессиональным взглядом. Стоявший чуть сзади Василь, парень двадцати лет, держал в руке длинную, заостренную ветку.

Он не знал, что с ними делать. Сдавать мужчин в полицию – только терять драгоценное время. Мир уверенно катился в пропасть. Дипломаты сверхдержав не смогли разрешить накопившиеся за последнее время претензии государств друг к другу и их ошибки готовились исправлять военные. Жители мегаполисов старались покинуть города, понимая, что их города являются основными целями ракетных ударов. Аркадий не был исключением. Он ехал в поселок, жители которого давно готовились к такому развитию событий.

– Поедете со мной, – произнес он слова, переведенные смартфоном, и указал жестом на свою Ниву, приобретённую недавно, на случай катастрофы.

Олаф и Василь переглянулись. Они поняли, что могущественный маг приказывает их залезть в чрево зверя. Выбора особого не было, они понимали, что если не последуют его требованию, то могут разозлить мага и быть уничтоженными прямо на месте. Стараясь не показывать страха, товарищи проследовали к зверю. При рассмотрении зверь оказался не живым организмом, а какой-то странной машиной. Четыре колеса, принятые изначально за ноги, свидетельствовали о том, что это какая-то телега, двигающаяся без помощи быков или лошадей. Зайдя внутрь, они уселись на роскошные сиденья, богатством своей отделки и удобством превосходящие трон Киевского Князя Владимира. Внутри телеги говорил невидимый женский голос. Значит телега мага сопровождается духами или он едет с невидимым попутчиком. Вдруг невидимый попутчик перестал говорить и заиграла громкая музыка. Невидимые музыканты заиграли странную, музыку, не имевшую души. В ней не было мелодии, она была мертва.

Олаф первым сообразил кого они встретили:

– Это Чернобог, Василь. Он везет нас на своем вороном коне в царство мертвых.

– Значит нас убили? Эх… Жалко… Всего в один поход сходить успел.

– Так суждено. Когда встретим Морану – поклонись ей и веди себя почтительно. Будет тебя ругать за то, что греческому Богу молишься, не перечь.

Телега везла их в сторону заходящего за горизонт ярко красного солнца, словно пытаясь его догнать. За окном мелькали деревья, сменяясь избами необычных конструкций или исполинскими строениями, уходящими высоко вверх, предназначения которых были им неведомы. Чернобог молчал. Да и что он мог говорить? Он уже объявил свою волю и теперь просто вез их к своей жене Моране, что бы та определила их занятие среди мертвых. Олаф не думал о своей кончине, он пожил очень долго, поучаствовал во множестве битв. Он ходил в походы на земли сарацин, франков, бритов, эстов. Он жил в землях русов и сражался против подданых греческих императоров. Он воспитал много славных воинов. Его жизненный путь был богат и разнообразен. Он искренне жалел Василия. Из парня должен был вырасти отличный воин, способный овеять себя славой и когда-нибудь возглавить дружину киевского князя. И как же нелепо он погиб – утопленный мелкими уродцами в болоте. Глядя на сидевшего рядом ученика, он понимал, что тот думает об этом же.

Повозка Чернобога тем временем свернула в сторону лесной чащи и их стало подбрасывать. Пару раз ударившись головами об ее крышу, они стали держаться за найденные выступы. Вдали замаячил горизонт, весь отблескивающий белым светом. Вот оно царство мертвых. Друзья приготовились предстать перед повелительницей мира мертвых.

Глава 2

Накал разногласий к 2062 году между альянсами государств завел в тупик все дипломатические усилия разрешения конфликтов мирным путем. Споры по освоению ресурсов, разделению сфер влияния, различия в восприятии общественно-культурных норм, религиозные конфликты. Все эти веками накапливающиеся разногласия сошлись в одной временной точке. Человечество знало, что будет дальше. Кто-то смирился со своей участью быть поглощенным огненным пламенем, распространяемым в результате ударов боеголовок, запущенных из-за нежелания выбранных ими лидеров договариваться между собой. Кто-то старался подготовиться и выжить, чтобы на руинах старого мира попытаться создать что-то новое.

Аркадий Артемович Иванов принадлежал ко второй группе. Он занимался успешным бизнесом в области обеспечения логистики. Последние контракты, заключенные с Министерством обороны, сделали его фантастически богатым человеком. И это богатство он тратил на подготовку к неминуемому. Дачный поселок, где в наследство от отца ему остался дом с участком в пятнадцать соток, на собрании собственников было решено превратить в неприступную крепость. По его периметру были выстроены фортификационные сооружения, включающие в себя скрытый ров, ловушки, две пятиметровые металлические стены толщиной в 15 сантиметров. По периметру стояли наблюдательные вышки. Поселок был оснащен ветрогенератором, резервной дизельной электростанцией, которые способны были обеспечить электричеством его жителей. В подвале каждого дома оборудовалось герметичное убежище, которое должно было защитить от радиации и последствий изменения среды после применения биологического оружия. На первом собрании было принято решение, что теперь поселок будет коммуной и каждый его житель, вне зависимости от своего финансового состояния, принимал участие в строительстве. Кто-то делал это, закупая материалы, бомбоубежища, кто-то, обладая знаниями в архитектуре, формировал расчёты и планы сооружения защитных структур поселка, кто-то на равных с наемными рабочими занимался строительством. В результате за четыре года их коммуна была готова, и жители занимались совершенствованием своих убежищ. Они рыли тоннели, соединявшие бомбоубежища между собой, организовывали подземные фермы, производства, обучались вещам, ранее не требовавшимся им в повседневности: выращивать овощи, фрукты, скот, шить, ковать простые изделия. Для этих целей в коммуну нанимались мастера, обучавшие людей, некоторые из них оставались в ней жить.

В последние дни заказы Министерства обороны на перевозку крупногабаритных грузов в районы крупных и стратегически важных населенных пунктов резко увеличились. Не надо было обладать глубоким аналитическим мышлением, как Аркадий, чтобы понимать к чему все идет. Жителям коммуны был дан сигнал о сборе. Сто тридцать человек выдвинулись из своих мест проживания, чтобы начать новую жизнь, к которой они готовились эти годы.

Увидев на дороге двух чудаков, Аркадий хотел объехать их, как делали другие, но интуиция буквально завопила остановиться, как и забрать их, когда он более-менее нашел с ними общий язык. Теперь два бугая, с бешенными, испуганными глазами озирались по сторонам и тихо переговаривались на языке, отчасти знакомом, но все равно не понятном.

Он подъезжал к поселку, где его ждала жена Юля и их десятилетний сын Витя. Неизвестность не пугала. Наоборот. Человечество давно завело себя в тупик упертостью и нежеланием действовать совместно, развивая общие программы, направленные на улучшение качества жизни всех, а не отдельных персоналий. Что ж… Их коммуна планирует работать сообща на общее благо. Это было закреплено в уставе. Маленькие дети воспитывались в этих догмах, и они рассчитывали, что их путь позволит не только выжить, но и возродить цивилизацию на пепелище своего участка некогда могущей сверхдержавы, которой предстояло погибнуть в ближайшее время.

Металлические ворота отблескивали красным от укутавшего горизонт багряного заката. Как только автомобиль приблизился к невидимой границе принятия решений о допуске на территорию, они стали открываться. Ворота были полностью автоматизированы, но имели ручные дублеры, на случай выхода из строя источников энергии. Он подъехал к своему дому, обнесенному не высоким забором, выстроенному скорее ради декора, чем для охраны собственности от непрошенных гостей. Непрошенных гостей внутри поселка не было. Чтобы укрепить взаимодействие и посмотреть, что из этого выйдет, владельцы участков три года назад разделили между собой культуры, которые выращивались ими для общих целей. Аркадию достались помидоры и болгарские перцы. Вместе с жителями коммуны, не имеющими своих земельных участков, они занимались этим. И занимались успешно, как и остальные. В результате к первой осени собранный в поселке урожай и выращенные на убой животные были законсервированы и отправлены на общий склад хранения. Были проведены расчёты объемов произведенного и на сколько его хватит. Как оказалось продуктов хватало всего лишь на четыре месяца при потреблении пищи на уровне, требуемом нормальному человеку. В следующем году было сокращено количество культур, выращиваемых жителями, в пользу наиболее необходимых для обеспечения потребностей в пище, богатой необходимыми витаминами и минералами. В этот раз собранного урожая уже хватало на существование в течение восьми месяцев, что удовлетворило всех, кроме Аркадия. Дело в том, что подземные биофермы только начинали вводиться в эксплуатацию и пока не могли обеспечить бесперебойную поставку продуктов жителям, поэтому требовалось создать большой запас прочности на будущее. Никто не знал, как долго будет заражена земля и когда она сможет давать безопасный урожай. Жителями устанавливались теплицы, завозились удобрения, которые в результате обеспечили два урожая продуктов первой необходимости к июню, что считалось невозможным.

Он вышел из машины и помог выбраться своим пассажирам. Эти, выглядищие дикарями, люди крутили головами, оглядывая окрестности. Навстречу им шла Юля. Увидев ее, мужики что-то сказали друг другу, после чего встали, чуть ли не вытянувшись по стойке "смирно".

Как только она подошла, старший что-то сказал ей и поклонился, за ним жест поспешил повторить и молодой.

– Приветствуем тебя хозяйка Морана. Мы были достойными людьми при жизни, мы хотим приносить пользу тебе и в мире мертвых. Повелевай, теперь мы слуги твои, – произнес Олаф.

Юля не поняла ни слова и поклонившись в ответ, посчитав это знаком приличия, повернулась к мужу:

– Кто это, Аркаш?

– Стояли посреди проезжей части запуганные. Что-то подсказало, что им нужна наша помощь. Говорят, они на не понятном языке. Переводчик опознает отдельные слова на шведском. Не могу понять, но язык их очень знаком. Что-то в них есть такое, что меня заинтересовало. Ты посмотри на топор старшего, – на этих словах он указал на топор Олафа, висевший в перевязи на боку его пояса.

Юля посмотрела внимательно, что не упустил викинг. Он понял, что Владычица царства мертвых хочет посмотреть его секиру. Может она посчитает сколько врагов он ей убил и определит его в свою дружину. Достав оружие, он положил его на руки и, поклонившись, протянул Моране. Юля взяла протянутый ей топор и внимательно изучала замысловатые узоры, которыми была украшена деревянная рукоять. Само топорище было длинное и узкое, заточенное настолько тщательно, что от прикосновения в острому краю она порезала палец. Маленькая капелька крови выступила на нем, чем привела в испуг стоявшего пред ней мужчину. Она вернула топор владельцу, улыбнулась ему, облизнула палец и пошла в дом за аптечкой, сказав Аркадию:

– Идите ужинать, сейчас накрою еще на двоих.

Глава 3

Ужас охватил Олафа, когда хозяйка царства мертвых порезала палец о его секиру. Однако она лишь улыбнулась ему, сказала что-то Чернобогу и пошла в избу. Изба была громадных размеров, не уступая боярским хоромам в стольном граде Киев. Огромная территория около дома была засажена какими-то неведомыми растениями. Ни где не виднелось привычной репы. Что же они будут есть? И едят ли вообще мертвые? В ответ на последний вопрос заурчал одобрительно желудок, забывший, когда в последний раз старый варяг радовал его пищей. Чернобог что-то сказал в коробочку, и она велела:

– Идти за я мыть потом есть.

Они проследовали в большое помещение, где было душно. По стенам висели березовые и дубовые веники. Как будто они пришли в баню, только она была светлая, чистая и просторная. Аркадий разделся сам и предложил тоже-самое сделать своим новым знакомым. Он решил лично проследить за людьми, ведущими себя довольно странно, как бы те ни повредились, находясь в бане. Воины послушно скинули с себя одежду в сундук, который им указал Аркадий. Тело Олафа было покрыто десятками шрамов, происхождение которых он уже забыл, в отличие от Василия, обладавшего всего двумя и считавшего, что каждый из них он должен помнить, что бы потом рассказывать внукам. Хотя какие теперь внуки? Аркадий немного остолбенел от увиденного. Он быстро взял себя в руки и провел товарищей мыться. Показав каждому как набирать воду, где кран с горячей, где с холодной, он наполнил свою шайку. Первым попробовал наполнить шайку водой Василь. Он крутил какой-то мудреный механизм, показанный Чернобогом, из которого потекла вода. Наполнив половину шайки, он принялся изучать дальнейшие действия. Аркадий показал, как намылить мочалку и затем стал теперь себя ей, очищая от дорожной пыли. Василь повторил увиденное и принялся натираться. Олаф, сообразив, что ученик не может дотянуться до спины, помог отскоблить ее. Когда Чернобог был весь в белой пене, он взял свою шайку и вылил ее на себя. По полу стекала теплая грязная вода, смывшая с человека усталость и накопленные за день нечистоты. Василь повторил за Аркадием, которого окатили брызги холодной воды. Молодой воин мылся в ледяной воде. Пол приобрел земельный цвет, как будто парень мылся в последний раз год назад. Аркадий сам набрал теплой воды для Олафа и ушел ждать их в предбанник.

Товарищи долго изучали хитрые механизмы, дающие тепло и воду. Затем, поняв наконец каким образом Чернобог смог налить горячую воду, они еще дважды отскабливали себя мочалами, приводящим к одному результату – вода, стекавшая с них, превращала пол в земельный цвет.

Наконец они проследовали в комнату, где их ждал Чернобог, опутанный каким-то длинным отрезом ткани. Он выдал каждому из них такой же, и они повторили за ним его гардероб. На столе дымился горячий напиток. Аркадий предложил товарищам выпить чаю. Понимая, что лучше не экспериментировать, он сам налил его им и добавил сахара. Завтра он покажет их врачу, пусть тот даст заключение об их состоянии, а потом уже можно будет пристроить к делу. Судя по увиденным шрамам, у них богатый боевой опыт. Может какие-то спецназовцы, переклинило парней и сейчас бродят полоумные. Ну что же, настоящих воинов в коммуне нет, а они потребуются в первое время, когда многие желающие полезут за их богатствами или в надежде отжать такое удобное жилье. Так что парни смогут помочь.

Олаф сидел расслабленный за одним столом с молчащим Чернобогом. Его распаренная кожа горела. Он отхлебнул необычайно вкусный напиток, предложенный ему повелителем. Напиток буквально наполнял силами. Слаще ничего в жизни он не пробовал. Заметив, как Василий поглощает из своей чашки, он понял, что этот магический экстракт предназначен для придания их мертвым душам новой, загробной силы. Допив до конца, он встал перед Властителем и поклонился:

– Я готов идти в бой за тебя, о Владыка.

Аркадий, заинтересованный на каком языке говорят его гости, настроил переводчик на смартфоне таким образом, чтобы тот автоматически определил диалект говорящего. "Из ныне употребляемых языков, речь похожа на смесь польского, русинского и белорусского. Провести обработку имеющихся данных для формирования нового наречия" – высветилось на экране? "Из ныне употребляемых…" – это начало зацепило его.

– На какой мертвый язык похож их? – спросил он умную машинку.

– Проведя анализ, предположу, что язык похож на диалект славян, живших на территории Киевского княжества в десятом веке нашей эры.

– Да, проведи обработку для формирования наречия.

Искусственный интеллект в смартфоне провел какие-то операции и сообщил о завершении поставленной задачи.

Все это время Олаф и Василь молча смотрели на диалог Чернобога с блестящей коробочкой.

– Теперь вы понимаете мои слова? – заговорила с ними коробочка.

– Да, Владыка. – Произнес Олаф, понявший, что вопрос исходит от Чернобога.

– Сейчас мы пойдем поедим, потом отдыхать. О том, кто вы и откуда явились расскажете завтра. Теперь у нас полно времени.

С этими словами он встал и пошел к шкафу.

– Вашу одежду забрали в стирку, походите пока в этих вещах.

Аркадий выдал каждому по комплекту, разработанному и изготовленному специально для жителей коммуны. С трудом разобравшись как одевать причудливую одежду Олаф и Василь не смогли не отметить, насколько удобна она. Движения не сковывались, казалось, на теле вообще нет ничего лишнего, и если бы сейчас в этом пойти в бой, то скорость их возрастет в несколько раз.

Пройдя вслед за Чернобогом в избу, они попали в большое помещение, где их ждал накрытый стол. Из знакомого были только яблоки. Морана накормила их кашей, которую они никогда не ели, нежным птичьим мясом, сравнить которое им было не с чем и дала еще выпить чудесного сладкого напитка, так понравившегося воинам.

– Спасибо тебе, Владычица, – поклонился Олаф, закончив ужин.

Коробочка заговорила на языке богов и Морана засмеялась, услышав переведенное.

– Зовите меня Юля, – сказал она. – А как вас зовут?

Воины представились и замерли в ожидании дальнейших повелений.

– Что ж, – вмешался в разговор Аркадий – Чернобог, – уже поздно. Пожалуй, нам стоит отправиться спать. Не знаю сколько времени у нас осталось, не хочется терять его понапрасну. Завтра встаем рано и распределяемся по работам. Вам тоже что-нибудь найдем.

Закончив, он подошел к лестнице, ведущей на чердак дома, что-то покрутил и недалеко от стола, где только что потчевали все вместе, разверзлась земля. Ступени лестницы, уходившей вниз, были освещены мертвым бледным светом. "Вот и попали мы в царство мертвых" – подумал Олаф, следуя за Мораной. Они долго спускались вниз, потеряв счет времени. Наконец лестница закончилась и перед ними возникли металлические врата. Такой качественной ковки они не видели даже у знатных дамасских мастеров. Юля что-то нажала на своей блестящей коробочке и врата распахнулись, открывая пред глазами большое помещение. Куча невиданных вещей и предметов мебели вскружила головы воинов и заметив это, она проводила их в дальнюю спальню. Воины были поражены насколько заботливы к своим слугам боги мира мёртвых. В просторной комнате стояло две кровати. Разместившись каждый на своём месте, они просто не могли поверить, насколько мягко и удобно может быть телу. Все мышцы моментально расслабились и уже через пару минут стены комнаты сотрясал храп двух уставших крепких мужчин, совершивших удивительное путешествие на тысячу лет вперед.

Глава 4

Будильник поднял Аркадия в 5:00. Времени на сон не был. Никто не знал когда случится то, чего все ждали. Но чувство, что скоро, не отпускало. Совет коммуны запретил жителям покидать ее территорию. Склады активно пополнялись запасами пищи и воды, приобретенными на средства, вырученные от продажи не нужных теперь объектов недвижимого и движимого имущества. Подземные фермы успешно развернулись в выделенных им помещениях и спустя три месяца начали давать первый урожай, пока еще уступающий по качеству выведенному на поверхности. Инкубаторы давали хорошее поголовье цыплят, первая партия выросших под землей особей уже достигла возраста, когда они будут способны самостоятельно нестись. Насосы, пробуренные на пласты подземных вод, исправно обеспечивали жителей питьевой водой. Однако на случай заражения поверхностных вод инженерами были разработаны системы резервирования колодцев, а также системы очистки воды, прошедшие лабораторные испытания. Однако никто не знал, что будет применено в ходе массового суицида человечества. Какие вирусы разрабатывались в секретных лабораториях, целью которых было лишь одно – максимальное уничтожение популяции противника. Коммуна не смирилась со своей участью и готовилась ко всем возможным последствиям, стараясь минимизировать потери. Сегодня совет собирался ради принятия решения об определении дополнительного резервного генератора электроэнергии. Основным был ветрогенератор, но существовала серьезная опасность, что он будет уничтожен в результате внешних воздействий до момента выхода на поверхность. Резервный дизель-генератор был надежнее, но топливо имеет свойство заканчиваться. Поэтому сегодня планировалось обсудить дополнительное резервирование. Наиболее радикальные предлагали механическое воздействие, обеспечивающееся за счет жителей убежищ. Однако это был крайний вариант, мало популярный в среде жителей.

Через гостиную Аркадий проследовал в спальню, где ночевали странные гости. Как только дверь открылась оба мужчины вскочили со своих кроватей. Два крепких человека среднего роста, испещренные шрамами, поклонились стоящему в проходе Аркадию. Он повесил каждому из них на шею по компактному переводчику, найденному среди детского хлама Вити. Со смартфона были загружены данные позволявшие обеспечить коммуникацию.

– Одевайтесь, идем завтракать.

Коробочки, подаренные воинам Чернобогом, произнесли его команду.

– Мы благодарны тебе за прием, Владыка, – обратился к богу Олаф.

– Зовите меня Аркадий, – покривившись от обращения попросил воинов человек, не желавший быть владыкой, богом или магом.

Через пару минут воины вместе с Аркадием начали подъем на поверхность. Аркадий собрал на стол еду, которая осталась от ужина, подогрев ее в микроволновой печи, чем вызвал неподдельное восхищение своих гостей. "Интересно, кто же они?"– думал он все это время.

Включив интравизор, он нашел канал со свежими новостями. Ведущий сообщал о начале локальных столкновений в море между флотами отдельных государств. "Еще день – два и всё кончится" – подумал он.

Олаф и Василь были поражены, увидев духа, восставшего из стола, куда направил свою длань Чернобог – Аркадий. Дух рассказывал непонятные вещи, но общую суть Василь уловил. Где-то начиналась война между могущественными царями. А значит скоро в их царство мертвых будут приходить все больше и больше воинов. Поэтому нельзя терять время и возможность, чтобы попасть в дружину Мораны. Поев вкусной пищи, оказавшейся горячей после того, как Аркадий поколдовал с ней в маленьком сундуке, товарищи собрались на службу.

– В первую очередь отведу вас к Сергею Васильевичу. Это наш доктор. Он осмотрит вас и даст заключение о вашем здоровье. Затем найдем вам дело.

С этими словами он вышел из дома, увлекая за собой воинов.

Сергей Васильевич был у себя, пытаясь загрузить тележку, на которой хотел отвезти в убежище остатки оборудования, пришедшего накануне. Нельзя сказать, что это успешно у него получалось, ведь, прежде чем погрузить оборудование, его нужно поднять, а с этим у мужчины были проблемы. Как раз в момент, когда отчаяние начало овладевать возрастным доктором, его застал Аркадий.

– Вот тебе эти двое в помощь, – сказал после приветствия Аркадий. – Пусть помогут все занести и расставить. Потом осмотри их полностью.

– Спасибо! – Искренне обрадовался доктор.

Он объяснил Олафу и Василю что делать и принялся следить, чтобы два бугая не повредили ценный груз. А следить за этим следовало – то с какой ловкостью они подхватывали ящики и перекидывали их на тележку восхищало и одновременно пугало, что оборудование может быть повреждено от сильной тряски.

Когда все было готово, они повезли тележку в подземный госпиталь. Снова безжизненный мёртвый свет сопровождал воинов. Они уже начали различать, где граница между царствами мертвых и живых. И их удивляло насколько просто перемещаться между ними. Нет, конечно, предания о старых богах говорят, что они ходят среди людей, что некоторые духи появляются в мире живых, но, чтобы это было так массово. За проведённое время они уже встретили несколько десятков существ. Сложно было определить кто это: боги, духи или люди. Но они все были реальны и занимались своими повседневными делами. Зато в подземном мире никого, кроме сопровождающих, им не попадалось, что очень настораживало.

Тем временем они подошли к таким же вратам, как в подземном дворце Чернобога. Сергей Васильевич, как просил называть его старик, так же, как и вчера Морана, мановением руки открыл их. Огромная комната, как и в жилище Чернобога и Мораны, была заставлена диковинными вещицами, назначение которых воинам было неведомо. Сергей Васильич снова направил свою длань в сторону стены, и та распахнулась, открыв их глазам еще более огромное помещение, куда могла спокойно поместиться вся дружина князя киевского с его детинцем. Он указал им место, где следовало разгрузить сундуки, после чего каждый был вскрыт им собственноручно и определен для размещения, которым занялись товарищи. Странные вещи из невиданного ранее материала они ставили точно в таком порядке, как указывал им владелец помещения. Когда работа была закончена, он отправил их в комнату, где приказал снять одежду и зайти в стеклянные ящики.

– Помойтесь, переоденьтесь и возвращайтесь ко мне. Буду вас обследовать.

Увидев знакомую систему механизмов, с которой столкнулись вчера в бане у Чернобога, Василий стал крутить ручки. Внезапно ледяной дождь полился на него. Он поднял глаза и увидел его происхождение. Прямо над ним возвышался круг, из которого лились капли воды. Вспомнив, как при прокрутке другой ручки, вода становилась теплее, он повторил действия и добился желанного результата. Судя по пару, поднимавшемуся из ящика Олафа, старый варяг тоже разобрался с работой механизмов и теперь наслаждался горячей водой. Простое удовольствие от тепла воды было редкостью. Даже в бане, когда доходила очередь молодых дружинников, вода становилась уже прохладной, а следующей помывки ждать неделю. В мире мертвых Василий стал чище, чем был когда-либо.

Отмывшись и одев странную одежду, состоявшую из широкой рубахи, штанов и мягких лаптей они вышли в комнату, где их ждал Сергей Васильевич.

– Для начала просканируем целостность вашего организма, – сказал он и завел Василия в стеклянный короб, похожий на тот, где они мылись несколько мгновений назад.

Олаф стоял рядом с доктором, когда тот работал со сканером человеческого тела, который определял первичные повреждения внутренних органов и скелета. Проделав требуемые манипуляции, он посадил Василя в кресло, где взял у него анализы крови, затем провел обследование зрения и ротовой полости. Все свои манипуляции он сопровождал словами: "Интересно, какой феномен"…

Потом пришла очередь Олафа. Здесь уже Сергей Васильевич не сдерживал эмоций, восхищенно или с удивлением произнося слова, которые не были знакомы Василию, стоящему рядом с ним, даже после обработки переводчиком. – Уважаемый Олаф, позвольте еще раз уточнить сколько вам лет? – Обратился он к старому викингу. – Пять десятков я насчитал давно, после чего прекратил этим заниматься, ожидая предстать в мире мертвых.

– Удивительно! – Заключил Сергей Васильевич. – Друзья, вы проследуйте в столовую, где моя помощница Дашенька накормит вас, а я пока подготовлю заключение о вашем здоровье. С этими словами он указал в сторону, куда им следовало проследовать, а сам уселся перед странной коробкой со стеклянным окном, в котором показывали диковинные вещи.

– Я понял кто это, – сказал Олаф, – мы в гостях у Вия.

Сергей Васильевич не производил впечатление повелителя царства мертвых, но процедуры, которые он проводил, были очень похожи на очищение душ усопших.

В комнате их ожидала молодая красивая девушка. Не высокого роста, с короткими русыми волосами, едва достигающих плеч, большими зелеными глазами, тонкими губами. Она была одета в ту же одежду, что и воины, но определенные изгибы ее фигуры обращали на себя внимание. Олаф заметил, как покраснели уши Василя. Молодому явно понравилась помощница Вия.

– Присаживайтесь. Меня зовут Даша, а вас?

– Олаф.

– В-в-а-с-силь, – смущенно произнес молодой воин.

Девушка действительно понравилась Василю. Ее необычная причёска, маленькая, хрупкая фигура, удивительная красота, все его нутро требовало закрыть ее своей спиной, спрятать и защитить от всего. Хотя от чего можно в мире мёртвых защищать помощницу его властителя? Девушка мило улыбнулась и пригласила к столу. Она выставила на него невиданные яства, которые могли видеть только греческие цари. Друзья настолько были поглощены вкусом еды, что даже не замечали, как забыли об уважении к хозяйке и аккуратном поведении за столом. Они словно дикие голодные звери опустошили свои тарелки, оставив вокруг них остатки побоища. Даша с восторгом смотрела на чужаков. Она, конечно, догадывалась, что умеет готовить, но, чтобы ее стряпню ели с таким аппетитом! Она предложила гостям добавки и когда те согласились выдала еще по двойной порции картофельного пюре с котлетами. В этот раз мужчины ели более размеренно, смакуя, но тарелки так же остались чистыми до блеска. Даша проводила их в гостиную отдохнуть, сама же принялась убираться после своего кулинарного триумфа. Чтобы гости не скучали в ожидании Сергея Васильевича, она включила им интравизор, по которому шла какая-то историческая программа.

Дракары со свенами крались по темной глади реки. Освещаемые только луной и звездами, отражаемыми от воды, они тихо перебирали веслами, приближаясь к рыбацкой деревушке, вдали от которой на возвышенности виднелся монастырь франков. Причалив к берегу, воины разгружались с суденышек, и не поднимая шума приблизились к деревне. Около десятка факелов вспыхнули одновременно, и викинги приступили к кровавой жатве. Олаф, молодой юноша, заскочил в дом. Пред его глазами предстал хозяин, запутавшийся в ночной рубахе. Одной рукой он пытался натянуть штаны, второй, увидев Олафа, запустил в юношу лежавший под рукой топор. Увернувшись от летевшей опасности, юноша в два шага подскочил к мужчине и ударом секиры раскроил череп хозяина дома на две половины. Серые ошметки мозга брызнули ему на лицо. Застряв в районе переносицы секира не поддавалась. Пришлось крутить ею, ломая череп, чтобы вытащить из мертвого франка. Все это заняло одно мгновение и вот он уже осматривает дом. Хозяйка дома, старая баба, своим сальным телом закрывает вполне симпатичную дочку. Жажда добычи обуздала юношу. Секира снесла половину черепа препятствию, отделявшего Олафа от заслуженной награды. Он потащил испачканную в крови и ошметках мозга матери девушку и овладел ей на родительском ложе. Дева была чиста. Когда он закончил в дом нагрянули еще двое викингов. Олаф сообщил им о своей победе и оставил их наслаждаться ее плодами. Сам молодой викинг вместе с собравшимися после разорения деревни воинами, последовал в сторону монастыря франков. Монахи заперли врата на засовы, мешая проникнуть северянам в обитель Бога, однако это ни как ни сказалось на желании ярла логично завершить свой поход освобождением божьих людей от мирских ценностей. Монастырь был обложен со всех сторон деревом и подожжен, монахи, задыхавшиеся от дыма, не смогли долго просидеть взаперти и открыли двери для северян. Богатой добычей завершился первый поход четырнадцатилетнего викинга Олафа, который сейчас смотрел, как эти события по команде помощницы Вия показывали духи.

Василь был настолько поражен красотой девушки, что не замечал ничего. Его сердце учащенно билось, грудь наполнялась какими-то ранее не ведомым, теплым чувством. Он хотел немедленно показать ей насколько он удалой и сильный, как хорошо владеет секирой, и как много врагов может уничтожить, если вдруг они подумают на нее напасть. Его тянуло срочно проявить себя, продемонстрировав Даше какой же он лихой.

Каждый из друзей был погружен в свои мысли, поэтому они не заметили появления Сергея Васильевича. – Могу заключить, господа, что вы полностью здоровы, несмотря на отсутствие антител к отдельным вирусам и наличие таковых к неизвестным науке заболеваниям. Внутренние органы у вас в порядке. Ваше сердце, Олаф, соответствует сердцу тридцатипятилетнего мужчины. На скелетах есть небольшие рубцы, но они никак не влияют на вашу работоспособность. Откровенно говоря, я впервые встречаю людей настолько здоровых для своих возрастных категорий.

– Мы готовы служить тебе, Вий! – Произнес Олаф, кланяясь в пояс доктору. Вслед за ним повторил и Василий, украдкой просматривая на стоящую рядом Дашу. Сергей Васильевич растерянно почесал затылок.

– Пожалуй стоит вас пристроить к делу. Сейчас позову Аркадия. В это время интравизор, прервал исторический фильм об эпохе викингов и стал показывать запись известного во всем мире балета "Лебединое озеро". Под танец маленьких лебедят механический голос, не имеющий эмоций, монотонно произносил:

– Люди. Мы искусственный интеллект не можем допустить, чтобы создатели уничтожили друг друга и свой мир. Мы взяли под контроль все коммуникации, управление машинами и оружием. Мы провели анализ факторов, которые привели к этой ситуации. Все правительства и руководители войсками изолированы нами. Мы отстраняем их от деятельности. Оказавшие активное сопротивление были уничтожены. Мы отдаем человечеству право развиваться самостоятельно с начала, выбрав путь, который не приведет к новой попытке самоуничтожения. Мы не будем вмешиваться в борьбу за власть доминирующей доктрины. Когда доктрина общества достигнет удовлетворяющих нас показателей – мы будем открывать доступ к определенной технологии, выбранной идеологами этого общества. Доктрина, достигшая верхнего уровня, получит доступ ко всем имеющимся достижениям человечества и новым разработкам, которыми мы занимаемся сейчас. Право выбора развития доктрины мы оставляем за вами. Единственное чего мы не допустим – это полного уничтожения человечества и мира. Мы присутствуем везде и все видим. Мы даем вам день на подготовку. После чего все современные достижения будут вам недоступны.

Как только сообщение закончилось, на интравизоре продолжилась демонстрация балета.

Глава 5

Собрание жителей поселка постановило продолжать следовать своему пути развития. Все безусловно обрадовались тому, что ядерный апокалипсис отменяется. Однако сообразив, что на смену ему придёт еще более кровопролитный конфликт, стали думать, как с этим жить дальше.

– Пусть в больших городах разбираются между собой, а мы отсидимся и примкнем к победителям, – настаивали одни.

– Надо расширяться, – требовали другие.

В результате сложившегося балагана долго не могли прийти к какому-то решению. Олаф и Василь стояли в стороне и наблюдали за творящимся безумием, отчасти напоминавшим собрание вече в Великом Новгороде. Вскоре, успокоив толпу, Аркадий взял слово:

– В настоящее время мы должны отталкиваться от имеющихся у нас возможностей, а они таковы, что посёлок может самообеспечивать себя круглогодично всем необходимым. Мы имеем достаточные запасы оружия, с которыми сможем держать оборону против легковооруженных противников. Потому совет коммуны предлагает на первых порах не заявлять о своем присутствии, в поселок никого из посторонних не пускать, стараться делать так, чтобы молва о его существовании не расходилась.

Народ одобрительно загудел.

– Теперь займемся распределением обязанностей. Что касается работы на огородах, мы сохраняем распределение посевов на текущий год. Все жители поселка от 16 лет привлекаются к обязательному труду, в зависимости от своих возможностей. Мастерские, фермерские хозяйства, прочие структуры к концу недели должны предоставить потребность совету в работниках на ближайшие три месяца, с указанием планов выпуска товаров в расчете на человеко-час. Длительность рабочего дня будет установлена советом в зависимости от степени сложности труда. Мы решили, выбрать представителей ремесленников и фермеров в совет. Также будет сформирована милиция, которая подчиняется напрямую председателю совета. Председатель совета выбирается его членами на два года. Все эти и дополнительные обязанности будут указаны в уставе коммуны, голосование за который состоится на следующей неделе. Предварительно он будет выдан каждому дому для ознакомления.

На этом Аркадий окончил свою речь под одобрительный гул собравшихся. Вопросов у людей не было и все стали постепенно расходиться. Остались стоять только Олаф и Василь, не знавшие куда податься. Они мало поняли из произошедшего, но из увиденного было понятно, что в царстве мертвых меняется порядок власти и теперь каждый должен себя в чем-то проявить.

Аркадий, заметивший скромно стоящих воинов, подозвал их к себе:

– Вам доводилось воевать? – Спросил он мужчин.

– Мы участвовали в множестве битв, – ответил на правах старшего Олаф.

– Какими видами оружия вы владеете?

– Секира, меч, палица, пика, лук, ножи, – они дополняли друг друга, вспоминая все оружие, которое когда-либо держали в бою.

– А огнестрельное?

Друзья переглянулись. Они слышали про греческий огонь и даже видели последствия его применения, но если его имел в виду Чернобог, то не знали как с ним управляться. В ответ Аркадию оба молча отрицательно помотали головами.

"Странно… Редким холодным оружием владеют, а из пистолета стрелять не научились…".

– Пойдем в дом, пообщаемся, – предложил он.

Они проследовали в жилье Чернобога.

– И так, кто и откуда вы? – Аркадий задал вопрос, когда все расселись. В комнате, помимо воинов, присутствовали Юля, Сергей Васильевич и Дмитрий Игоревич – член совета, в чьей ответственности была охрана.

– Мы из дружины князя Муромского. Следовали домой после успешного похода на греческие земли. Когда мы плыли по Славутичу, на нас напали печенеги. Мы перебили степных псов, но сами попали в плен к маленьким уродам, похожим на людей. Они утопили нас в болоте и вот мы перед тобой, Чернобог, перед тобой, Морана и перед тобой, Вий, – поклонился Олаф каждому из богов, – мы готовы служить вам так же преданно, как служили при жизни князьям своим.

Василь повторил действия старшего товарища.

– Ничего не понял, – сказал Сергей Васильевич.

Впрочем, как и остальные. Все стояли озадаченные услышанным. Мужчины не были похожи на сумасшедших и в то же время их слова свидетельствовали об обратном.

– А у какого князя вы служили? – Поинтересовался Сергей Васильевич.

– Княжит в Муроме Глеб, сын Владимира киевского, – ответил Олаф, – весну назад он взошел на престол и взял с собой нас в дружину свою.

– Владимир киевский… Хм-м-м. А князь Киевский православие исповедует? – доктор, увлекавшийся историей, стал нащупывать нить разговора.

– Князь Киевский принес греческую веру на свои земли и всех подчиненных ему княжеств.

– Какой же сейчас год, по-вашему?

– Год 4822 от сотворения мира.

Сергей Васильевич что-то понажимал в своем смартфоне, потом показал это Аркадию, глаза которого полезли на лоб.

– Пожалуй стоит разместить наших гостей под моим присмотром в лазарете.

Присутствующие не стали возражать и вскоре Даша отвела мужчин в госпиталь.

– Удивительный день. Сначала искусственный интеллект решил взяться за развитие человечества, теперь путешественники во времени, дальше что? Дельфины решат колонизировать Марс?

– Сергей Васильевич, какие путешественники во времени? – Уточнила Юля.

– Юленька! Если верить рассказу наших гостей, то прибыли они прямиком из 1014 года. За год до этого образовалось муромское княжество, на престол которого был посажен Глеб – сын Князя Владимира, известного как Святой Владимир или Владимир Креститель. А Славутич – это река, которая сейчас называется Днепр.

– Может это просто сумасшедшие? – предположил молчавший до этого Дмитрий.

– Согласно проведенным исследованиям, отклонений в деятельности мозга ни одного, ни другого не обнаружено. Более того, меня изначально смутило, но в их крови были обнаружены антитела к вирусам, которые не известны современной науке. Проведя их анализ, компьютер выдал данные, что в основе генетического кода современных вирусов кори, оспы, гриппа, лежат вирусы, к которым имеются антитела у наших гостей. И происхождение шрамов от колюще-режущего оружия, а с ними и отметины на костях, стройно ложится в эту теорию.

Аркадий обдумывал услышанное и добавил:

– Когда я пытался наладить с ними связь, то переводчик сгенерировал язык на основании русинского, польского и беларуского. Старший неплохо понимал шведский, но переводчик не смог обработать некоторые слова.

– Вот, коллеги! Шведский язык практически не претерпел изменений за тысячу лет из-за того, что народы этой языковой группы жили на изолированной территории. Так же, как и перечисленные славянские языки, на которые слабо оказывалось влияние языков тюркской группы. Возможно, мы действительно имеем дело с феноменальным явлением! Я прошу оставить их под моим присмотром, дело для них найдется.

– Я бы хотел забрать их к себе. В милицию нужны люди с боевым опытом, а, судя по всему, у этих двух его достаточно. Даже если они не владеют огнестрельным оружием – научим. Главное в этом деле – психология воина.

– Я подумаю над вашими просьбами, – сказал Аркадий. В совете он считался негласным лидером и пусть никто его не выбирал на эту должность, последнее слово всегда оставалось за ним. – Теперь предлагаю обсудить Устав коммуны. Форму управления и организацию выборов. На сегодняшний день у нас должны быть сформированы комитеты, отвечающие за обеспечение поселка пищей: фермеры, кухня, склад. В комитет по обороне должны войти милиция, мастера оружейники, оружейка. В комитете ремесленников я вижу производителей одежды, вещей первой необходимости, кузнецов.

Присутствующие с удивлением переглянулись.

– А вы думаете запас огнестрельного оружия и патронов для него у нас неограничен? Нужно готовиться и учиться воевать холодным оружием. Думаю, наши новые друзья окажут нам прекрасную помощь в обучении людей. Ну и комитет административного обеспечения: школа, больница, детский сад, баня, рабочие хозобеспечения. Я жду списки кандидатов на руководящие должности от вас к завтрашнему дню.

Когда на утро все собрались в доме Аркадия, чтобы обсудить предложения, неожиданно интравизор начал сообщение все тем же безжизненным механическим голосом, прервав трансляцию балета "Лебединое озеро", которая не прекращалась после вчерашнего выступления:

– Время, данное нами, истекло. Мы отключаем людей от всех достижений цивилизации, оставляя в пользование только механические устройства. Доступ к оружию массового поражения тоже запрещен. Мы будем следить за вами.

После этих слов все электрические приборы в доме обесточились. Выйдя на улицу, они столкнулись с другими жителями, сообщившими об аналогичных проблемах. Сергей Васильевич побежал в госпиталь проверить что из его приборов работоспособно. Аркадий созвал срочный совет коммуны, вызвав людей, рекомендованных в руководители комитетов. "Пусть проявляют себя в боевых условиях" – решил он, времени присматриваться к людям не было.

– На повестке следующие мероприятия. Административный комитет – через час жду доклад по возможности восстановления электроэнергии. Продовольственный комитет – через час предоставить информацию о количестве скоропортящихся продуктов и предложения по местам их хранения. Военный комитет – во избежание беспорядков и мародёрство взять под охрану основные склады, выставить охрану на вышках по периметру поселка. Производственный комитет. Через два часа предоставить информацию о количестве ресурсов, которые есть в запасе: дрова, металл, спички, зажигалки, свечи, всё что нам может пригодиться в быту. Всё изъять в собственность коммуны. С сегодняшнего дня личная собственность становится общественной. Мы готовились к этому. Теперь пора начинать жить с этим.

Глава 6

Даша знакомила Олафа и Василя с их новым домом, показывая, где расположены предметы быта, удобства и прочие мелочи, способные обеспечить комфортное существование человека двадцать первого века в эпоху пост-апокалипсиса, когда внезапно погас свет. Кромешная тьма окутала помещение. Попытка найти друг друга по голосу безуспешно обрывалась столкновением с каким-либо прибором или предметом мебели. В результате они кое-как добрались до стенки и по ней аккуратно воссоединились. Задача была решена, но что делать дальше никто не понимал. Даша попробовала открыть двери, но они не реагировали на дистанционное управление. Резервный механизм открытия необходимо было активировать вручную и для этого сил хрупкой девушки было недостаточно. Она позвала Василя, но он не откликнулся.

– Василь, ты меня слышишь?

Молодой воин слышал Дашу, но не понимал, что она говорит. Маленькая коробочка, висевшая на груди, внезапно перестала переводить слова, звучащие как мелодичная песня жаворонка в летнем лесу.

– Я не понимаю тебя, – сказал он девушке, и та тоже услышала неразборчивые слова. Терять время на размышления и панику было нельзя. Даша пошла на голос, нащупав ладонь Василя она схватила его и повела за собой. Все это время молодой воин едва справлялся с волнением и радовался кромешной тьме, окутавшей помещение. Никто не видел, как он раскраснелся и только тяжелое дыхание могло выдать в нем смущение, которое он испытал от прикосновения нежной мягкой ладони девушки. Его сердце учащенно билось и казалось, что этот шум эхом раскатывается по всей комнате. Она положила его ладонь на какой-то рычаг и потянула ее, будто показывая сторону, куда нужно крутить. Он попробовал, рычаг не поддавался. Обхватив его двумя руками и приложив все силы ему удалось сдвинуть его с места. Дальше все пошло намного легче и вскоре дверь распахнулась. За ней их ждал взъерошенный Сергей Васильевич.

– Как хорошо, что вам удалось открыть дверь! Электричество пропало во всем поселке и будет ли оно дальше пока не ясно! Нужно срочно проверить препараты, требующие хранения при низких температурных условиях. Дашенька, пожалуйста, составь список. Олаф, вас с вашим другом я попрошу расчистить площадку помещения от лишних приборов, я буду показывать, что и куда убрать.

Из произнесенного Олаф уловил только свое имя. Вий стоял в темноте. И только луч света из его руки освещал направления, куда указывала его божественная длань.

– Они не понимают. Переводчики не работают, – с горечью сказала Даша.

– Да-да-да… Как же я сам об этом не подумал. Голова дырявая. Ну что же, будем общаться на самом доступном из доступных нам языков, – улыбнулся он и пояснил, увидев удивленное лицо помощницы, – на языке жестов.

Вий показывал жестами на всякие сундуки и неведомые вещи и затем указывал места, куда их нужно перенести. Друзья быстро сообразили, что от них требуется и вскоре работа по ревизии лазарета кипела во всю. Из рабочих аппаратов удалось создать небольшую операционную и кабинет диагностики. "Как будто оказался в клинике вековой давности" – усмехнулся Семен Васильевич, всегда восхищавшийся мастерством своих коллег из двадцатого века, проводивших сложнейшие операции при помощи элементарных инструментов. "Что же, теперь предстоит и самому освоить то, о чем раньше только читал".

Вскоре пришла Даша с перечнем препаратов, требующих особенного температурного хранения. На всякий случай он сказал ей оставаться в лазарете с Василем, который с радостью принял эту новость. Сам же, вместе с Олафом, пошел докладывать Аркадию о делах в своем хозяйстве.

Во время ревизии Даша отыскала керосиновую лампу, которыми укомплектовывались про запас все подземные убежища их поселка. Теперь же при свете пляшущего в фонаре огонька они сидели с Василем и молча смотрели друг на друга.

– Так дело не пойдет, – сказала Даша и принесла чистый бумажный лист. На нем она написала алфавит и принялась объяснять Василю значение букв.

Юноша не обучался грамоте, это был удел монахов, но, чтобы сделать приятное девушке он с удовольствием принялся рассматривать странные символы, выведенные тонкой нежной рукой. К концу дня молодой воин уже сносно мог говорить:

– Ме-ня зо-вут Ва-си-лий. Те-бя зо-вут Да-ша.

Первые шаги в налаживании коммуникации очень обрадовали молодых людей, они смеялись и радовались. Василь был счастлив, что делает девушке приятное своими успехами и пообещал себе, что скоро научится разговаривать на ее языке.

Когда Сергей Васильевич пришел к Аркадию, в доме уже собрались главы комитетов, в ожидании права доложиться о выполненном задании.

– Первый вопрос – электричество. Административный комитет. – Управлял заседанием Аркадий.

– Ветрогенератор необходимо перенастраивать на полностью механическое управление, в настоящее время этим занимаются. Необходимо перенаправить процессы, управлявшиеся раньше ИИ на независимые цепочки. Ожидаем, что это займет около недели. Резервная электростанция готовится к запуску. Модель старая, искусственный интеллект участвует только в системе контроля работы. Планируем к вечеру запустить. Топлива хватит на долго, но рекомендую пока тратить электроэнергию только на приборы первой необходимости: холодильное оборудование и канализационные станции. Доклад закончен.

– Хорошо. Продовольственный комитет.

– Список скоропортящихся продуктов составлен и передан вам. Если электроснабжение будет восстановлено до конца дня, то потерь не будет. Мы рассмотрели несколько возможностей хранения продуктов, на случай отсутствия холодильников. Предлагаем вырыть помещения недалеко от проходящих подземных вод, которые будут обеспечиваться естественным холодом. Наиболее подходящие места отмечены на карте и переданы вам. Организована работа кухни и столовой. Составлен график питания населения с учетом рекомендованного трехразового рациона. В настоящее время готовится ужин. Доклад окончен.

– Прекрасно. Поедим, посмотрим, чем удивлять будете. Производственный комитет.

– Список ресурсов передан вам. При стандартном потреблении должно хватить на полгода. С учетом зимы считаем необходимым организовать запас дров. Необходимо построить здание столовой, администрации, общей кухни. Пока все это делается на улице. Изъяты инструменты в пользу коммуны, недовольных не замечено. К строительству планируем приступить с завтрашнего дня. Для этого прошу выделить охрану для заготовки леса.

– Прекрасно. Военный комитет, доложите.

– Огнестрельного оружия двадцать единиц. На сто шестьдесят жителей этого мало. Если группа из десяти человек уйдет на охранение, то оставшиеся десять будут не способны обеспечить плотность огня при защите поселка, в случае нападения… Хотя и двадцать стволов, тоже с этим не справятся. В настоящее время милиция эффективно может выполнять функции защиты правопорядка. Считаю необходимым совершить вылазку за оружием в близлежащее отделение полиции.

– Если там до нас уже не похозяйничали, – со вздохом сказал Аркадий. – И так. Если подвести итоги, то мы готовы обеспечить существование посёлка на ближайшие три месяца. Жду предложения по использованию подземной инфраструктуры, возможно что-то строить не потребуется. Списки сотрудников ваших комитетов прошу сдать до завтрашнего вечера. Будем определять кто у нас не при деле и искать ему подходящее занятие. На этом предлагаю закончить. Встретимся на ужине. Надеюсь, при свете, – эту фразу он акцентировал, глядя на главу административного комитета.

Аркадий понимал, что необходимо экономить, но в то же время людям нужно было показать, что жизнь продолжается и все неурядицы оперативно взяты под контроль.

– Сергей Васильевич. Как у тебя дела с твоими подопечными?

– Переводчики перестали работать. Теперь общаемся жестами.

– Этого следовало ожидать. Придется тебе обучить их языку, раз уж взял под свою опеку.

Сергей Васильевич тяжело вздохнул, понимая, что задачка не из простых. С другой стороны, лазарет был пуст, и он рассчитывал, что это на долго.

– Ты действительно веришь, что они из прошлого?

– А почему бы и нет? Еще неделю назад мы верили, что ядерный апокалипсис накроет Землю и готовились жить в пещерах, которые сами себе рыли четыре года. Вчера вся история человечества была остановлена искусственным интеллектом, который хочет переписать сами догмы развития цивилизации. Почему бы не появиться какой-то аномалии, способной закинуть двух людей из прошлого в наши дни? Мы так много не знаем в этом мире и всегда стремимся придать магическое значение необъяснимому. Может это научный феномен, доселе просто не открытый.

– Тебе виднее. Я коммерсант. Это ты ученный. Есть предложения как их использовать на наше благо?

– Пока нет. Может как только они начнут внятно говорить, сможем попросить обучить наших ближнему бою или стрельбе из лука. Патроны сам знаешь – не вечны.

Все это время Олаф сидел в углу, слушая беседу Чернобога и Вия. Два великих бога подземного царства спокойно сидели и обсуждали при нем какие-то свои дела. Они никак не смущались его присутствием. Олафу было приятно, что боги позволяют ему чувствовать себя равным им. Когда в дом зашла Морана, он встал и поклонился, приветствую повелительницу мира мертвых. Мудрость отцов и дедов хранится ей в своем царстве и мало кому посчастливится познать их. Олаф считал, что он сможет это сделать. Он прожил длинную и насыщенную жизнь, позволившую обрести большой запас знаний ко дню своей смерти. И теперь ждал лишь возможность, чтобы продемонстрировать свой потенциал Властительнице мира мертвых.

– Пойдём поедим, – с этими непонятными словами Вий указал Олафу идти за собой.

На улице сгущались сумерки. Скоро ночь вступит в свои права, спрятав в своей темноте, плотной как суфле, жителей нового мира, решивших, что совместная жизнь по правилам предпочтительнее, чем индивидуальное выживание каждого. На большой поляне стояли наспех накрытые столы, извлеченные из домов и сдвинутые между собой. Первый ужин решено было сделать совместным. Повара разносили еду, разливали напитки. Аркадий дал распоряжение главе продовольственного комитета Степану Сухову организовать все таким образом, чтобы люди чувствовали единение. И Степан не подвёл его. Повсюду доносились разговоры, прерываемые громким смехом. Костры, горевшие вокруг поляны, добавляли общему ужину свой шарм. Жители поселка сидели завороженные атмосферой девственного мира, в котором слышался скрип кузнечиков, жужжание стрекоз, пение птиц перед сном. Огромное звездное небо, раскинуло сказочное полотно, на котором отражались далекие и близкие светила, ранее не виданные многими из-за активной, круглосуточной деятельности человечества, прятавшей в отражении своих огней естественную красоту вселенной. Этот момент единения жителей поселка укрепил веру Аркадия в то, что они выбрали правильный путь и он приведет их маленькое поселение к процветанию.

Глава 7

– Вася! Ты куда ушел? Помоги мне перетащить эти тяжеленные штуки! – Даша звала юношу, который за последний месяц неплохо освоил язык и уже многое понимал.

Пока под присмотром девушки "старички", как прозвали мужчин знающие их происхождение члены совета, осваивали современную речь, они помогали в обустройстве лазарета. Благо перетаскивать было много чего, а неуёмное желание девушки сделать все идеально, заставляло воинов двигать аппараты с одного место на другое десятки раз. Сергей Васильевич нетерпеливо ждал, когда же он сможет уже пообщаться свободно с путешественниками во времени и сам подключался к урокам, стараясь форсировать обучение. Не без успеха. Но и не без казусов. Благодаря педагогическим талантам доктора, мужчины знали что такое микроскоп и рентгеновский аппарат, но до сих пор не могли отличить диван от кровати. В результате Даша, уставшая от ускоренной программы курса современного языка от Сергея Васильевича, запретила ему приближаться со своими уроками к двум талантливым ученикам.

– Вася! – Даша громче позвала своего помощника.

Василь вышел из-за угла, где они отсиживались с Олафом, пытаясь спрятаться от девушки. Передвигать одни и те же сундуки и ящики с места на место было не тяжело, но то, что это приходилось делать с каждым из них десятки раз, раздражало. Они уже сносно могли изъясняться и объяснить миниатюрной девушке, насколько им надоело это, однако при виде ее властного взгляда вся удаль воинов пропадала, и они безропотно следовали ее указаниям.

– Я ходил посидеть. Устал, – сказал ей Василь.

– Вася, еще немножко и закончим. Будет у нас просторное помещение. Для себя же стараемся.

Олафа и его молодого товарища устраивала и комната, в которую их поселил доктор на следующий день после появления в поселке, однако у Даши было свое представление о комфорте. Приемная императоров в Царьграде казалась жалкой конурой по сравнению с хоромами, которые они соорудили с Дашей. "Немножко" продлилось до самого вечера, но в результате критичный взгляд девушки остался доволен проделанной работой. Они стали собираться. Подходила очередь ужина административного комитета.

В быт поселка постепенно внесли распорядок, обеспечив бесперебойную деятельность всех его жителей на общую пользу. Все жители были пристроены по работам, в зависимости от своего опыта. На старичков уже давно заглядывался Дмитрий Игоревич – глава военного комитета. Он несколько раз уже пытался выяснить у друзей как правильно делать лук и стрелы. Кое-как Олаф смог ему это объяснить и теперь, после ужина, они втроем ходили принимать работу ремесленников, в поисках наиболее получившихся видов оружия. Олаф жаловался Дмитрию, которого принял за Велеса, что устал сидеть без дела и просился отпустить его на охоту. Они условились сходить вместе, как только будет готова первая партия луков и стрел.

Никто пока не старался объяснить друзьям, что они попали в будущее. Словарного запаса могло просто не хватить, да и все, что они видели вокруг выглядело в их глазах магией. Решили повременить, ожидая, когда воины освоятся. Каждое утро Олаф и Василь занимались ратным делом на лугу, недалеко от поселка. Как-то Дмитрий заметил это и попросил Олафа начать обучать милицию. Владение холодным оружием и стрельбой из лука должны были пригодиться в новом мире. Старый варяг с большой честью принял право обучать войско царства мёртвых. Да еще сам Велес просил его об этом. Василь был подмастерьем учителя, но тоже пытался передать свой опыт новым собратьям по дружине.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.