Сказание о рыцаре Далиборе
Мистерия в 4-х действиях
Роман Кошманов (Пилигрим)

© Роман Кошманов (Пилигрим), 2025

ISBN 978-5-0067-4125-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

ВЛАДИСЛАВ, король
АГНЕССА, принцесса
ДАЛИБОР, полководец
ГУСТАВ Тельрамунд, рыцарь
ЗИГМУНД, герцог
АГАТА, его дочь
ХОЗЯЙКА ШАТРА
ЧЕРНЫЙ РЫЦАРЬ
СТРАХ
НЕНАВИСТЬ
РЫЦАРИ
ГОНЦЫ
ДОЗОРНЫЙ
СКАЗИТЕЛЬ

ПРОЛОГ

СКАЗИТЕЛЬ (в одеждах пилигрима):
Где рыцарство берёт начало,
В каких державах воссияло?

Во тьму времён ушло стремленье,
За кровь Христа и правоту,
Мечам доверить погубленье
Всего, что с честью не в ладу.
Гербы, предания, скрижали, —
Свидетели псалмов походных,
Как за любовь и долг стояли
Бойцы семей великородных.

Померкли подвиги, святыни,
Курганы рыцарей – в полыни,
Героев дух забыт сынами,
И чахнет средь астральных сфер!
Но всё-таки какой пример
Явило рыцарство, кто с нами:
Христос, иль может Люцифер?

Теплом архаики пленяет
Забвенный век, но причиняет
Труверам всякий раз мученье
Богатством образов. Луны свеченье
И мне однажды взор застлало,
Нашёптывая сцен немало
К сказанью о любви, о горе,
И благородном Далиборе…

ПЕРВЫЙ АКТ

ПЕРВАЯ СЦЕНА
(Сцена разделена: внизу корчма, вверху колоннада дворца)

СКАЗИТЕЛЬ:
Где Бахус наполняет чаши,
Там – реки браги и вина,
Пируют рыцари, и в раже,
Друг-другу вторят:

ПЕРВЫЙ РЫЦАРЬ:
Где ж война?
Пришла б предвестница надежды!
Пусть многие сомкнули вежды
От ран, полученных в сраженьи
С поганым нехристем! Забвенье
Грозит врагу, за смерть – отмщенье!

ВТОРОЙ РЫЦАРЬ:
Даст Бог, прославим предков склепы,
Намнём безбожникам бока!
Позолотим щиты и цепы,
Настроим замков на века,
За нами правда! Но пока, —
Наточим сталь в боях турнирных,
Сойдёмся в поединках мирных,
Узнав, тверда ль ещё рука!

СКАЗИТЕЛЬ:
Хмельны младые, – горячатся
В корчме дорожной, и кичатся:
Кто храбростью на поле брани,
Кто харалугом фряжской грани,
Секирой крепкой; то о латах
Заходит речь, иль о палатах
В дворцах старинных и богатых,
Иной, – расхваливая меч,
Врёт сколь голов сумел отсечь.

Досуг не берегли нисколько
вояки… Славный день турнирный
Зарёй забрезжил. И как только
Стал просыпаться замок мирный, —
Уж в сёдлах храбрецы-задиры,
Промаслив панцирей шарниры,
Гремят оружьем, – чтоб на деле
Явить умение своё,
Чтоб воспевали менестрели
Непобедимого копьё.
Ему, за доблесть на турнире,
И стойкость в яростном бою,
Король, торжественно на пире,
Страну отдаст, и дочь свою.

В то время – во дворце, рыдая,
Противясь властному отцу,
Молила дева молодая
Не принуждать её к венцу.
Король, идя вдоль колоннады,
Увидев плачущую дочь,
Сам воздыхает от досады,
Не в силах скорби превозмочь.

АГНЕССА:
О, милосердный мой родитель,
Врагов неверных погубитель,
Заступник правоты и чести,
Ты знаешь о моём протесте —
С немилым родину оставить,
И память рыцаря ославить,
Что в бой ушёл, всем нам на горе,
С кем брачный кубок подниму,
О светлооком Далиборе,
Так милом сердцу моему!

ВЛАДИСЛАВ:
Ах, дочка, не сойти мне с места,
Он был как сын мне, ты – невеста,
Вернее, стать бы ей могла
Давненько… Но судьбина – зла!

Знай, слово, данное к турниру,
Что побуждает многих к миру,
Я вынужден теперь сдержать,
Иль мне врагов приумножать?

Пойми, в предверьи тьмы могильной,
Печально завершаю путь,
И твой союз с рукою сильной —
Стране на благо. Отдохнуть
Мне недосуг, ведь я опора
Надёжности для вотчин всех,
Шесть лет прошло без Далибора,
Повсюду – зависть, неуспех.

Как мне хотелось, знает Боже,
Чтобы герой стал королём,
Вас повенчал бы…, только что же? —
Нет малой весточки о нём.
Помру, – что будет со страною,
Быть на границах ли покою?
Не станет царственной руки, —
Захватят земли чужаки.

Мужайся дочь, слезам не место
В очах принцессы королевства,
Ступай-ка ты к себе в светлицу,
Жди, призовёт к турниру рог.
Мне жаль мою перепелицу…,
Не плачь, дитя, – верь: с нами Бог!

ВТОРАЯ СЦЕНА
(Дикое поле. Вдалеке на холме виден шатёр)

СКАЗИТЕЛЬ:
О, да, я должен был в начале,
Надеюсь, вы не заскучали? —
Поведать, – где тот Далибор,
Чья гибель, иль исчезновенье,
По воле ль рока, проведенья,
Произнесли благой девице,
Печалившейся в град-столице,
Столь ненавистный приговор.

Сей знаменитый полководец,
Разбив какой-то злой народец,
К невесте мчал во весь опор.

Рать, руководствуясь советам
Седых отцов, – шла вдоль реки,
Но Далибору страх неведом,
Не веря присказкам, приметам,
Герой пошёл чрез ледники —
Тропой Судьбы – всем вопреки.

Да, мы поспешны зачастую,
Сберечь версту одну-другую,
Нам, – как повязка на глаза,
И верим в лучшее вслепую,
Пока не грянут небеса.
Глядите вдаль, друзья, ей-богу,
Ищите длинную дорогу!
Поэтам жребий сей – лоза,
Хоть сок её, порой, – слеза.

(Пауза).

Но, – мчит герой непобедимый
Который день, и лик любимый
Агнессы всюду предстаёт,
Торопит жениха вперёд.
И так увлёкся он мечтами
О встрече с ней, её цветами
Осыплет, – как же рыцарь светел:
Скорее к милой, ждёт она!
Что удивлённо вдруг заметил:

ДАЛИБОР:
О, Боже, что за сторона?!

СКАЗИТЕЛЬ:
Пред ясным взором Далибора
Предстала странная земля:
Обломки древнего собора,
Кругом обожжены поля…
Но вдалеке, чуть за холмами,
Он видит сада островок.
В тени, под дивными кустами,
Стоит шатёр, над ним дымок

От костерка, как нитка вьётся;
И Далибору остаётся
К шатру бесстрашно подойти,
Коль всё равно тот на пути.

Чего герою здесь страшиться, —
Развалин, шалаша в цветах?
Неужто должен всполошиться,
Бежать, с молитвой на устах?
Ему навстречу, – о, святые,
Выходит дева, – чуден миг!
Сияют косы золотые,
Прекрасен несказанно лик.

ХОЗЯЙКА ШАТРА:
Войди же, рыцарь, храбрый воин,
Непобедимый Далибор!
Что бледен ты, неужто болен,
Иль встречей этой недоволен,
Устал скакать во весь опор?
Не нужно славному герою,
Поверь мне, я честна с тобою,
Ждать от девицы дел плохих.
Скажу тебе: по воле рока,
Давно живу здесь, одинока,
И жду заезжих у порога,
Но эта скорбная дорога
Не шлёт мне путников своих.
Пройди в шатёр, испей, откушай,
Тебе ковёр свой уступлю,
Птиц щебетание послушай,
Покуда дам овса коню.

Здесь, в упоительном дыханьи
Цветов душистых, ощути
Спокойный сон, трудов признанье,
Отдохновенье от пути.

СКАЗИТЕЛЬ:
Не вымолвил герой ни слова, —
Сразила дева удалого,
И, вняв её увещеваньям,
Ведомый отдыха желаньем,
Увидев вкусной пищи стол,
Толь одурманенный цветами,
Иль нежными её словами,
Вдруг позабыл, куда он шёл.
Сказались давняя усталость,
Бессонных странствований дни;
И в дрёме тихо колыхалось —
Хозяйки пенье:

ХОЗЯЙКА ШАТРА:
Спи, усни…

СКАЗИТЕЛЬ:
На утро, с болью головною,
Проснулся рыцарь. И с зарёю
Вновь вспомнил: про свою невесту,
Куда, зачем он держит путь,
Что промедление не к месту,
Пора и к дому повернуть.
Но тут как тут, – краса-девица
Как дым вплыла под свод шатра.

ХОЗЯЙКА ШАТРА:
Что, Далибор, тебе не спится,
Ужель проститься нам пора?

ДАЛИБОР:
Да, милая, домой спешу я.

СКАЗИТЕЛЬ:
Речь коротка, понятна суть,
Но плачет дева негодуя,
Желает рыцаря вернуть.

ХОЗЯЙКА ШАТРА:
Тебе – цветы мои, напевы, —
Противны, как труха на пне,
Ты топчешь чувства юной девы,
Прочь, недосужно! – молвишь мне.
Молю, побудь со мною малость,
Хотя б ещё денька два-три,
О, прояви к сиротке жалость,
Три дня счастливых подари!
Не обижай приют мой скромный,
Шатёр столь тихий и укромный,
И как пройдёт сей малый срок,
Я покажу в степи дорогу
К родному твоему порогу,
Чтоб ты быстрей добраться смог.

СКАЗИТЕЛЬ:
Порядком Далибор смутился,
Что с нею должно не простился,
Приветливостью пренебрёг,
И, не переча юной деве,
Припомнив о её напеве,
Решил остаться – на денёк.
Гуляет воин, веселится, —
Всему потворствует девица.
Он позабыл, что поспешает,
Испив сладчайшего вина,
Вокруг всё будто бы внушает:
Что вот его мечта, – она…
Льнёт беспрестанно молодица
К груди хмельного храбреца.
Желанья все предупреждает,
Ласкает, песней угождает, —
И яств подносит, и винца…
Так целый день, и новый следом,
В шатре наш Далибор гостил.
На третьи сутки, за обедом,
Почуял, – отдыхать нет сил.
Вестимо, было сожаленье,
Что кончен пир, пора домой,
Но стало явным осмысленье, —
Он не в ладу с самим собой.

И вышел, крадучись, – скорее
К ручью, в седло запрыгнуть рад,
Поскольку звери нас мудрее,
Рысак – не пятился назад.
Всё ж, надо было бы проститься,
Решил вернуться Далибор,
Но там, где днесь жила девица,
Была лачуга, – не шатёр,
Повсюду гниль, и запах смрадный,
Вдруг – бабка встала на пути,
Смеясь кричит:

ХОЗЯЙКА ШАТРА:
О, ненаглядный,
Куда? Ведь нет ещё шести!
Заботы подняли с постели,
Они тебе не надоели?
Стащи с коня свой скарб, и спесь.
Ступай в шатёр, ложись и грезь!

СКАЗИТЕЛЬ:
И ничего не понимая,
От перемен оторопев,
Герой воскликнул:

ДАЛИБОР:
Ведьма злая!
Не ты была царицей рая!
Старуха, твой ли был напев!?

ХОЗЯЙКА ШАТРА:
Старуха? Ведьма? – что ты, милый,
Забыл утехи под луной? —
О, я – души твоей не гаже.
Почто теперь такой унылый?
Неужто лик своей же блажи,
Ты представлял иным, друг мой?
Рабыней, – три весны, три лета,
И три зимы тебе была,
Ты полагаешь служба эта —
Задаром жертвенно-бела?

Да, Далибор, моим стараньем,
Прошло три года: день – за год.
Ты грезил радостным венчаньем? —
Тебя оно со мною ждёт.
Не вспоминай свою Агнессу,
Я, друг, всё знаю наперёд,
Наверное, твою принцессу
Папаша замуж выдаёт.

Герой мой, ну сними же латы,
Мне не перечь, и не дури!
Объятьем, в счёт своей расплаты,
За хлеб, за соль, – благодари.
Не походи на тех убогих, —
Взор лучше в поле обрати,
Черно оно, – то пепел многих,
Желавших от меня уйти!

СКАЗИТЕЛЬ:
Вскипел тут разум Далибора,
Схватил секиру он свою.

ДАЛИБОР:
Благодарить, за дни позора? —
Доверю это острию!

СКАЗИТЕЛЬ:
На взмахе, словно ураганом,
Снёс голову старухи с плеч…

Рыдает, поражён обманом,
Желает мёртвым в землю лечь.
А голова – на землю пала,
По склону прокатившись чуть,
Змеёй шипела, и шептала…

ХОЗЯЙКА ШАТРА:
И всё ж тебе не улизнуть!
С проклятьем дух мой иссякает,
Пусть снизойду в могильный склеп:
Слеза, что горько так стекает, —
Сжигает зренье! Ты – ослеп!
На тьму и горе обрекаю
За то, что отнял жизнь мою.
О, Ад, я дух свой испускаю…,
Но враг, – у бездны на краю!

Чрез дебри схваток, испытаний,
Проложишь кровью к дому путь,
Всё ж, дам надежду, – для страданий:
Коль не смешают карты бесы,
Став мужем царственной Агнессы,
Сумеешь зрение вернуть!
На это не надейся дюже,
Герой – дремал, но шли года…
Коль замужем она, – тем хуже,
Ослепнешь, рыцарь, навсегда.

С проклятьем прочь ступай, убийца,
Я вижу: смерть пришла моя,
И ей мне нужно насладиться,
Здесь, Люцифер, раба твоя!

СКАЗИТЕЛЬ:
Земля разверзлась, ветер скоро
Старухи душу в Ад унёс. —
В очах потухших Далибора
Ни света не было, ни слёз.
Ослеп он. Вот с какой расправой
Явился к Далибору рок.
Воскликнул рыцарь:

ДАЛИБОР:
Боже правый,
За что жестокий сей урок?!

СКАЗИТЕЛЬ:
Героев нет необоримых,
Готовых меряться с Судьбой,
Но, забывая о любимых,
Идя путём поступков лживых,
И зрячий будто бы – слепой.
Когда же слепоту признает, —
Любви возжаждет вопия,
На жребий каждый раз пеняет,
Но думает: невинен я!

Печален рыцарь: что Агнесса?
Дождётся ль жениха она?
Не разлюбила ли принцесса,
Ужель с другим обручена?

Уверена колдунья злая, —
Он – не прозреет никогда.

ДАЛИБОР:
Да что же? Разве, донимая,
Карги усмешка ведовская
В ушах засела навсегда?
О нет, проклятье не удушит
Надежд заветных, дорогих.
Пусть конь хозяину послужит,
В дороге дальней, в битвах сдюжит —
Он будет видеть за двоих!

СКАЗИТЕЛЬ:
Вот Далибор наш – свистнул зычно,
Скакун примчался на сигнал,
Герой вскочил в седло привычно,
И конь куда-то зашагал…

ВТОРОЙ АКТ

ПЕРВАЯ СЦЕНА
(Поляна у леса)

ДАЛИБОР:
Ни раны, не боязнь кончины,
Страшней мученья одного, —
Я не могу понять причины
Греха, безумства своего.
Неужто взбранный стяг удачи
Растоптан, а мечты, – тем паче,
С позором отойдут во мрак?
И ночь, клеймом уничиженья,
Сопроводит мои лишенья,
Пока главу не срубит враг?
Вернусь коль, будем верить чуду,
И помешаю счастью вдруг,
Каким глупцом тогда я буду!
Кто выдумал мне столько мук?

СКАЗИТЕЛЬ:
Движенье, что всегда отрадно
Когда подолгу мы сидим,
Имей недуг – язвит злорадно
Над шевелением любым.
О, да, слепец ругал безбожно
Судьбу и провиденья план,
О том, что с верой, – ночь ничтожна,
Молчал отчаянья дурман.

Конь, утомлённый от дороги,
Встал у леска передохнуть,
И сам седок, хребет да ноги,
Не прочь расслабить где-нибудь.
Он спал. Как долго? Луч зарницы
Пал Далибору на ресницы,
И вдруг скаун копытом бьёт, —
Гремя оружьем едет воин,
Поспешно, слышно – беспокоен,
Хотя и дерзко речь ведёт.

ГУСТАВ:
Тебе, боец, моё почтенье!
Твой конь, броня, – приобретенье
Достойное, коль будешь бит.
Мир – честь и доблесть воспевает,
И на сильнейших уповает,
Тут, государь мой, без обид.
Сын Тельрамундов пред тобою,
Я – Густав, молод и ретив,
Не оскорблён, не гневен, – к бою
Имею лишь один мотив:
Поклялся, что копьём добуду
Известность, жертвуя собой,
Или слугой побитым буду,
С позором не вернусь домой.

Достанусь пусть владыке злому,
Коль мёртвым наземь не паду,
Но, мой удар подобен грому,
Я доказать могу любому,
Что и клинок сулит беду.

Скажи, готов ли, без протеста,
Ты объявить на целый свет:
Что краше всех моя невеста,
Что дев милей Агаты нет?!
Но если в этом есть сомненья, —
Их защитить спеши в бою.
Что ж, предъяви свои уменья,
Но знай, срублю без сожаленья
Кудряву голову твою!

ДАЛИБОР:
О, Тельрамунд, я благодарен
За благородный, внятный слог,
Твой род во славе лучезарен,
Что Густав – юн, высокопарен,
Не раз в застолье слышать мог.
Но ты, похоже, не здоров,
Ведь – зелен, не изведал сечи,
А уж затмил иных шутов,
Что на базарах ширят плечи,
Изображая храбрецов.

Знай: ветераны шутят редко,
Продумывая, чем поддеть, —
Твоё копьё едва ли метко,
И не булат в клинке, а – медь.
Тебя Агата восхитила,
Но как не раздувай светила,
Они не возгорят светлей.
То, что она Агнессы краше,
Я не могу представить даже, —
Не видел ты любви моей!

ГУСТАВ:
Сейчас же биться! Без пощады!
За оскорбленье – смерть тебе!
Мои доспехи – не дощаты,
Меч не из меди, – о борьбе
Заботься, рыцарь. Битва скажет,
Чья дама всё-таки милей.
Копьё пусть правоту докажет,
Господь рассудит, кто сильней!

ДАЛИБОР:
Коль всуе поминаешь Бога,
За это милости не жди.
В седельце продержись немного!
Здесь кончится твоя дорога,
Что ищешь, – то и впереди.

Господь, управь, чтоб добрый малый
Не пострадал, умерил пыл,
Хоть он спесивец небывалый,
Но я и сам не лучше был.

Ах, дерзновенный! И вслепую
Сражаться мне невмоготу!
Доверясь слуху повоюю, —
Всего один удар… Я жду!

СКАЗИТЕЛЬ:
Слепец, чтоб враг позлился вволю,
Коня остановил, и ждал
Наизготове. Тот по полю
Скакал – не в меру разудал,
Свирепо кличи расточая.
Но начеку был Далибор,
Момент единый улучая,
Стремился дать юнцу отпор.

Вот близок он! Готовый к бою,
Копьё направив наугад,
Вдруг – ощутил герой незрячий
Удар ужасный свой громящий
В грудь недруга, и скрежет лат…,
И как со стоном и мольбою,
На землю, – скошенной травою,
Свалился рыцарь-супостат.

С коня слетев, как лист с берёзы,
Бразду в грязи проборонив,
С росою смешивая слёзы,
Стал Густав боле не кичлив.
Удар о землю, вероятно,
Был отрезвлением тяжёл,
И рыцарь, что вполне понятно,
Стыду – погибель предпочёл.

ГУСТАВ:
Что медлишь? Добивай скорее!
О, я бы действовал шустрее,
Противника б не унижал.
Всё ж, сделай милость, умоляю,
Пред смертью имя знать желаю
Того, кем сшиблен наповал.

Поклялся, что слугою стану,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.